регистрация / вход

Казахстан в начале XX века

Глава 6. КАЗАХСТАН В НАЧАЛЕ XX ВЕКА § 1. Социально-экономическое положение края в начале века В начале XX в. основная территория Казахстана состояла из шести областей: Сыр-Дарьинская и Семиреченская области входили в состав Туркестанского генерал-губернаторства (центр г. Ташкент), Акмолинская, Семипалатинская, Уральская, Тургайская — в состав Степного (центр г.

Глава 6.

КАЗАХСТАН В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

§ 1. Социально-экономическое положение края в начале века

В начале XX в. основная территория Казахстана состояла из шести областей: Сыр-Дарьинская и Семиреченская области входили в состав Туркестанского генерал-губернаторства (центр г. Ташкент), Акмолинская, Семипалатинская, Уральская, Тургайская — в состав Степного (центр г. Омск). Территория Внутренней (Букеевской) Орды входила в Астраханскую губернию, а Мангышлакская — в Закаспийскую область.

По данным Всероссийской переписи населения 1897 г. на террито­рии края в пределах нынешных границ проживало 4147,8 тыс. чело­век, из них3392,7 тыс. или 81,7% казахов. К 1914 г. общая численность населения края составила 5910,0 тыс. чел., из них казахов — 3845,2 тыс. чел., т. е. 65,1%. Рост населения края помимо других источников происходил в основном за счет переселенцев, которые особенно после столыпинской аграрной реформы массовым потоком направ­лялись в Акмолинскую, Семиреченскую и Тургайскую области. В нача­ле XX в. население края становится еще более многонациональным.

Основное население Казахстана жило в сельской местности и занималось полукочевым скотоводством, для которого характерна пастбищно-полустойловая система содержания скота, занятие зем­леделием, сенокошение и др. Казахи разводили лошадей, овец, круп­ный рогатый скот, верблюдов и коз.

В конце XIX — начале XX в. в Казахстане все большее распростра­нение получает земледелие. Поданным 1897 г., удельный вес казахов среди населения, занятого земледелием, составлял — 55,4%'.

Земледелие преобладало в Шымкентском и Аулие-Атинском уездах Сырдарьинской области, где на каждое сеющее хозяйство приходилось до 10,7 дес. посева. В Канальском уезде Семиреченской области в 1910 г. земледелием занималось 81% казахских хозяйств, а в Верненском — 79,3%2 . В Кустанайском уезде земледелием занима­лось — 88% казахских хозяйств, которые засевали 107440 дес., а на одно сеющее хозяйство приходилось 22,2 дес.3 .

Значительную роль в развитии земледелия сыграли переселенцы. Быстрое распространение земледелия среди казахского населения, освоение новых сельскохозяйственных орудий и приемов обработки почвы, спрос рынка на зерновые и фуражные культуры содействовали тому, что все большее место в посевах стали занимать пшеница, ячмень и овес. Расширяются посевы риса, бахчевых и огородных культур.

В начале XX в. в крае намечается тенденция роста городского населения. Во всех областях городское население в 1897—1914 гг. выросло более чем в полтора раза. Крупными городами являлись Уральск (47,5 тыс. чел.) , Петропавловск и Верный (по 43,2 тыс.), Семипалатинск (34,4 тыс.)4 . Большинство городов, возникнув как административные центры, быстро превращались в центры торговли и обрабатывающей промышленности.

Наиболее крупной социальной группой в городе являлась торго­вая буржуазия — 20,3%, занятые в горной, горнодобывающей и пищевой промышленности составляли — 33,1% (в основном рабочие и служащие), 20% горожан занимались сельским хозяйством и про­мыслами5 .

В Казахстане в основном получили развитие горнодобывающие и горнозаводские, а также обрабатывающие предприятия. Горная про­мышленность развивалась на Алтае и в Центральном Казахстане, где разрабатывались богатые месторождения цветных металлов и угля. В начале XX в. предприятия горной промышленности, производившие медь, золото, уголь и др., перешли в руки иностранных акционерных обществ. Так, англо-французское акционерное общество Спасских медных руд, возникшее в 1904 г. в Лондоне, приобрело Спасско-Успенский медный рудник и завод, Саранско-Карагандинские камен­ноугольные копи, железные рудники. Держателями акций общества были американцы, немцы, шведы, австрийцы. В 1914 г. началось строительство Риддерского рудника, Экибастузского свинцово-цин-козого завода, строилась железная дорога.

Одной из главных отраслей горной промышленности края в нача­ле XX в. была добыча золота. В Экибастузе, Караганде, Саранске разрабатывались угольные месторождения, добытый уголь железной дорогой и водным путем доставлялся в Пермскую губернию, Омск и Барнаул, а также в Павлодар, Петропавловск и другие города края.

В начале XX в. в экономической жизни Казахстана важную роль приобретают соледобывающие промыслы, находившиеся в основном в западном и северо-восточном регионах края. Соль добывалась как для местных нужд, так и для вывоза. Наиболее крупными были Баскунчакские промыслы во Внутренней Орде, где работали до 5 тыс. казахов, Коряковские, Карабашские в Павлодарском уезде Семипа­латинской области. Соляные промыслы сдавались в аренду артелям, товариществам и обществам.

В Западном Казахстане, Урало-Эмбинском районе добывалась нефть. Разработкой нефтяных месторождений в 1912—1914 гг. зани­мались «Западно-Уральское нефтяное общество», «Урало-Эмбинс-кое общество» и «Северо-Каспийская нефтяная компания», владель­цами которых были английские капиталисты. Дешевая рабочая сила, отсутствие конкуренции, богатые месторождения нефти при хищни­ческой эксплуатации приносили огромные прибыли хозяевам.

В целом же, в промышленности края преобладали предприятия по переработке сельскохозяйственного сырья: кожевенные, салото­пенные, мыловарные, винокуренные, маслобойные и др.

В Семиреченской, Акмолинской и Семипалатинской областях получили развитие шерстяно-суконные фабрики, мясоконсервные заводы, в которых особую заинтересованность проявляло военное ведомство, а также мукомольно-крупяная промышленность.

В Южном Казахстане кроме мелких предприятий по обработке сырья развивалась и хлопкоочистительная промышленность. В нача­ле XX в. в Шымкенте было построено четыре хлопкоочистительных завода, в Туркестане — два.

Рыбные промыслы развивались в Волжско-Каспийском бассейне, Урало-Эмбинском крае, на Аральском море, на Иртыше, Балхашском и Зайсанском озерах.

В превращении Казахстана в источник сырья и рынок сбыта капиталистической промышленности важную роль сыграло строи­тельство железных дорог. В начале XX в. в Казахстане развернулось строительство железных дорог — Оренбург — Ташкент, Троицкой, Алтайской и Семиреченской железных дорог. Основной железно­дорожной магистралью дореволюционного Казахстана была Орен-бургско-Ташкентская, построенная в 1901—1905 гг.

Строительство железных дорог имело огромное значение в эко­номической жизни края, так как железные дороги связывали край с промышленными центрами России и втягивали в общероссийский экономический рынок. Из Казахстана вывозились различное про­мышленное сырье, продукты скотоводства, скот, зерно, а в край ввозились фабрично-заводские изделия, галантерейные, бакалей­ные товары. Железные дороги также имели военно-стратегическое значение для перебрасывания войск и подавления народных выступ­лений и волнений. К 1917 г. в Казахстане было проложено всего 2793 версты железных дорог, из них 2557 верст были дорогами общего пользования и лишь 236 верст местного значения6 .

В Семипалатинской области из-за отсутствия железных дорог пользовались водным путем. Грузы по Иртышу перевозили пароход­ные компании «Западно-Сибирское товарищество пароходства и

торговли» и др. В 1911 по Иртышу ходил и 73 парохода и 214 непаровых судов и барж, основная часть которых была занята перевозкой грузов между Омском и Семипалатинском7 .

В крае широко использовался гужевой транспорт. Грузы перевозились по трактам Семипалатинск — Верный — Ташкент, Оренбург — Гурьев, Петропавловск — Кокчетав — Акмолинск и др.

Развитие промышленности и строительство железных дорог и водных путей заложило экономическую основу формирования кад­ров рабочего класса в Казахстане, начало которого относится в основном к середине XIX в. Основными источниками их формирова­ния в крае были отходники из обедневшей части казахских шаруа и крестьяне-переселенцы, разорившиеся ремесленники, кустари и бед­нота местных городов, нижниё\воинские чины, а также квалифици­рованные рабочие и крестьяне-бедняки из внутренних и других губер­ний Российской империи.

Численность рабочих в крае в 1913 г. достигла до 75 тыс. человек. В Казахстане насчитывалось 675 фабрично-заводских предприятий, где работала 51 тыс. рабочих, из них в крупной промышленности более 19 тыс. На железнодорожном и водном транспорте было занято свыше 25 тыс. рабочих. В годы первой мировой войны число рабочих увеличилось на предприятияхкрупной промышленности и транспор­та. В 1917 г. накануне и в период Октябрьской революции числен­ность рабочих Казахстана была около 90 тыс. чел.8 . Однако большин­ство рабочих были сезонными. Постоянной работой обеспечивали лишь железнодорожные линии и отчасти предприятия горнодобыва­ющей и горнозаводской промышленности, что обусловило возникно­вение более или менее постоянных кадровых рабочих в этих отраслях производства. Степень концентрации промышленных рабочих был а слабой, особенно на предприятиях обрабатывающей промышленнос­ти, где.в среднем на одно предприятие приходилось не более 20 чел. Высокой концентрацией рабочих отличались предприятия горнодо­бывающей, горнозаводской промышленности и транспорта.

В условиях господства патриархально-феодальных отношений в крае и слабого развития местной промышленности, элементом круп­ного капиталистического производства с относительно высокой кон­центрацией рабочих были железнодорожные мастерские и депо. Это имело особенно важное значение для развития рабочего и социал-демократического движения в Казахстане, передовым отрядом кото­рого стали местные железнодорожники. В Северном Казахстане такую роль наравне с омскими железнодорожниками играли рабочие мастерских и депо ст. Петропавловск, где в июне 1905 г. работали 460 чел.9 . Это был сравнительно крупный очаг сосредоточения рабочих. Такую же роль играли рабочие железнодорожных мастерских стан­ций Оренбург, Уральск, Актюбинск, Казалинск, Перовск, Челкар, Туркестан и др. Следовательно, основная масса промышленных и железнодорожных рабочих сосредотачивалась в городах, располо­женных вдоль железнодорожных линий.

Среди фабрично-заводских рабочих местные жители, как прави­ло, имели подавляющее большинство. На железнодорожном тран­спорте, требовавшем более высокого квалифицированного уровня и технических навыков, подавляющее большинство рабочих составляли русские. Среди поденных и временных рабочих железных дорог было большое число представителей местныхнациональностей. Так, в июле 1917 г. на участке ст. Тугуз — ст. Сапак Оренбургско-Ташкен-тской ж. д. из 467 железнодорожников был 381 рабочий, из них 47 проц. составляли казахи. Из 248 поденщиков казахов было 173 человека, т. е. 70%. Это были в основном низкооплачиваемые ремон­тные рабочие, грузчики, возчики и различные чернорабочие10 . В целом, в 1917 г. из 30 тыс. железнодорожников края казахи составля­ли 5—б тыс. человек или около 20 проц.

Другим передовым отрядом местных рабочих являлись рабочие горной и горнозаводской промышленности с более высокой концен­трацией рабочих и наличием постоянных кадров, чем в обрабатыва­ющей промышленности. Еще в 1887 г. Зайсанский уездный началь­ник по поводу одной забастовки писал, что в ней участвовали «горно­рабочие киргизы», а возглавляли ее «русские мастеровые». При этом он подчеркивал, что «горнорабочие киргизы Усть-Каменогорского и Зайсанского уездов занимаются приисковыми работами более 10 лет, люди опытные, многие говорят по-русски»".

Положение промышленных рабочих края, в условиях отсутствия фабричной инспекции и контроля за деятельностью предпринимате­лей, было значительно тяжелее, чем в промышленно развитых рай­онах России. Рабочий день устанавливался по произволу хозяев пред­приятий и доходил на нефтепромыслах Эмбы до 12, на золотых приисках — до 10—12, на соляных — до 14—16 ч. Для подавляющего большинства железнодорожников официально установлен 12-часо­вой рабочий день, работать же приходилось еще больше. При низкой заработной плате рабочих России в целом на промышленных пред­приятиях края платили в 3—4 раза меньше, чем в центральных районах страны". Мизерная зарплата рабочих еще больше урезыва­лась произвольными штрафами, обманом и обсчетом при выдаче части зарплаты продуктами и товарами и т. д.

Примитивные орудия труда (клин, кайло и лопата) на горных предприятиях, отсутствие элементарных мер безопасности труда при­водили к массовому травматизму, с частыми случаями увечья и смерти. Большинство рабочих не имели жилья, лишь около 40% ютились в жалких лачугах, землянках и бараках, поэтому при отсут­ствии медицинского обслуживания и санитарно-гигиенических усло­вий среди рабочих и их семей часто возникали эпидемии и инфекци­онные заболевания.

В особо тяжелом положении находились казахские рабочие, по отношению к которым применялась открытая дискриминация. За равноценную работу казахские рабочие получали значительно мень­ше, чем русские". Все это: низкая зарплата, многочисленные штра­фы, обмер, обсчет и другие виды произвола властей и хозяев, тяжелые жилищно-бытовые условия труда толкали рабочих на борьбу за улуч­шение своего экономического и политического положения.

§ 2. Участие населения края в Российской революции 1905—1907 гг.

Первая буржуазно-демократическая революция в России дала толчок политическому пробуждению трудящихся Казахстана, разви­

тию в крае национально-освободительного, рабочего, аграрного и других форм движения против колониального, Социального и других видов угнетения. Отношение различных слоев населения края к событиям 1905—1907гг. в России было неоднозначным. Из-за низкого уровня экономического, социального и политического развития края по сравнению с другими несколько шире развивалось рабочее движе­ние, поднявшееся в годы революции на качественно новую ступень. В нем принимали активное участие промышленные и городские рабочие. Аграрноедвижение было представлено в основном трудовы­ми слоями казахского аула, переселенческой деревни и казачьих станиц. Национально-освободительное движение объединяло раз­личные слои казахского аула, начиная от широких масс коренного населения в лице сельскохозяйственных батраков и бедноты до заро­ждавшейся буржуазии, национальной интеллигенции, феодальных кругов и мусульманского духовенства.

Рабочее движение в Казахстане в 1905—1907 гг. вступило в новый этап своего развития. В эти годы произошел ряд крупных политичес­ких и экономических выступлений рабочих, тесно связанных с общим ходом революционных процессов в России: забастовки на Успенском медном руднике в декабре 1905 г., Спасском медеплавильном заводе, в Карагандинских копях и на Успенском руднике в июне 1907 г., на предприятиях Семипалатинска, Уральска, Актюбинска, Верного, Кустаная и других городов.

Наибольшего размаха забастовки и стачки рабочих в Казахстане получили на железнодорожном транспорте. В годы революции на линиях края неоднократно прекращалось движение поездов, желез­нодорожники явочным порядком вводили 8-часовой рабочий день, добивались ряда уступок со стороны администрации, создавали проф­союзы, брали в свои руки руководство станциями, участками, а иногда целыми дорогами; организовывали боевые дружины и т. д. Возник­шие в период высшего подъема революции в октябре-декабре 1905 г. железнодорожные комитеты Перовска, Петропавловска, Уральска и других станций края, наравне с Советами рабочих депутатов «факти­чески являлись зачатками новой революционной власти»13 .

Первая российская революция 1905—1907 гг. способствовала воз­никновению в крае первых групп и организаций РСДРП. Большую роль в этом сыграли Сибирский, Астраханский, Самарский, Саратов­ский комитеты РСДРП, действовавшие в непосредственной близости к Казахстану. Особое значение имел «Сибирский социал-демократи­ческий Союз», возникший в 1904 г., в особенности его Омская органи­зация, которая проводила большую пропагандистскую работу и среди трудящихся, в первую очередь рабочих Петропавловска, Кокчетава и других северо-восточных районов Казахстана, а также Семиречья.

Первым марксистским кружком самообразования в Казахстане был кружок в Атбасаре, организованный ссыльным рабочим с Урала А. Д. Ушаковым в 1896 г. В начале XX в. марксистские кружки возникли в Акмолинске, Петропавловске, Уральске, Кустанае, Семи­палатинске, Верном и других городах края14 .

Постепенно марксистские кружки Казахстана от изучения и про­паганды революционных идей переходили к политической агитации и практическим выступлениям. В первые месяцы революции на базе ранее существовавших марксистских кружков оформились организа­ции РСДРП в Перовске и Уральске, социал-демократические группы в Петропавловске, Казалинске и Туркестане, а несколько позднее в Акмолинске, Кокчетаве, Актюбинске, Павлодаре и других городах края. В 1906 г. оформилась организация РСДРП и в Семипалатинске.

С событиями революции 1905—1907 гг. связано и начало профсо­юзного движения в крае. Одним из первых был создан профсоюз железнодорожников в Уральске (ноябрь 1905 г.), во главе которого стояли Н. Смуров (впоследствии один из командиров Чапаевской дивизии), Н. А. Покатилов и Н. И. Ульянов. В Уральске действовал также ряд профсоюзных организаций, среди которых наиболее спло­ченным и боевым после железнодорожного являлся профсоюз ти­пографских рабочих.

Наиболее крупным был профсоюз железнодорожников Оренбург-ско-Ташкентской железной дороги, который в 1906 г. объединял б тыс. человек, т. е. 40,8% всех рабочих и служащих линии.

Своебразной профсоюзной организацией горняков Казахстана был Русско-Киргизский союз на Успенском руднике. В целом по Казахстану, по приблизительным подсчетам, в годы первой российс­кой революции действовало 20—25 профсоюзов рабочих и служащих, объединявших всего 3,5% от их общей численности15 .

Это говорит не только о слабости рабочего движения в крае, что обусловливалось малочисленностью местных рабочих, их низкой концентрацией по предприятиям и сезонностью производственной деятельности, но и о социально-экономической отсталости края, где подавляющую часть населения составляли казахские шаруа и пересе­ленческое крестьянство.

Аграрное движение в Казахстане, получившее некоторое разви­тие в условиях первой буржуазно-демократической революции, в целом оставалось слабым и не вышло за рамки отдельных разрознен­ных крестьянскихвыступлений. Эти стихийные акты протеста против произвола баев — феодалов и представителей колониальных органов в основном ограничивались избиением хозяев, представителей влас­ти, отказом от уплаты налогов и выполнения повинностей, угоном их скота, потравой посевов и т. д. Так, например, казахские шаруа из Арганатинской волости Лепсинского уезда Семиреченской области в количестве 200 чел. в начале 1905 г. убили волостного правителя, избили сопровождавших его стражников и баев16 . Летом 1905 г. происходили волнения казахской бедноты в Семипалатинской, Тур-гайской, Уральской и Сыр-Дарьинской областях.

В ноябре 1905 г. во многих казахских аулах происходили многолюд­ные собрания, на которых обсуждались положения царского мани­феста 17 октября и нужды шаруа. Многолюдная демонстрация состо­ялась 15 ноября 1905 г. в г. Каркаралинске, в которой совместно с рабочими, крестьянами-переселенцами и солдатами участвовала боль­шая группа верховых казахских джигитов из аулов и волостей этого уезда .

Крестьянские выступления происходили и в уйгурских и дунган-ских кишлаках Семиречья, беднота которых протестовала против захвата крупными феодалами общинного землевладения, а также

против царских чиновников. Волнения прошли и среди недавно переселившихся из центральный губерний русских крестьян, бедней­шей части казачества и солдат отдельных гарнизонов.

В борьбе казахских шаруа против социального гнета значительное место заняла петиционная кампания, т. е. подача жалоб и прошений в вышестоящие правительственные инстанции вплоть до царя — «акпадши». Эти петиции, многочисленные и разнообразные как по содержанию, так и по происхождению, не только характеризуют еще сохранившуюся у казахских крестьян веру в справедливость царя, но являются своеобразной формой протеста против произвола, выра­зившегося в изъятии у коренного населения плодородных земель, пастбищ и лугов, против непосильных налогов, повинностей и других злоупотреблений. Особо следует отметить обращение казахских крестьян к русскому народу «От киргиз — русским», которое было в феврале 1907 г. опубликовано в газетах «Оренбургский край», «Ураль­ский дневник» (на татарском языке в г. Оренбурге). В нем подчерки­валась гибельность колонизаторской политики царизма не только для казахского населения, но и для всей трудовой России. Это обра­щение показывает политическое пробуждение казахских шаруа, их стремление к совместной с русскими рабочими и крестьянами борьбе против угнетения.

В развитии рабочего и аграрного движения в Казахстане, освобо­дительной борьбы в крае в целом определенную роль сыграла узкая интеллигентская прослойка, зародившаяся на рубеже XIX—XX вв. По своему составу и направлениям, характеру общественно-полити­ческой деятельности она объединяла различные группы, но основ­ную ее часть составляли представители колониальной администра­ции, включая врачей, учителей, адвокатов и др. Это были выходцы из дворян, разночинной среды и низших слоев общества. Большинство их занимало проправительственные, имперские позиции, но полити­ческие ссыльные, среди которых было немало социал-революционе­ров, социал-демократов и других революционных элементов, прини­мали особенно активное участие в выступлениях городских трудя­щихся края. Во многих городах возникли организации как революци­онных и либерально-демократических (кадеты, октябристы и т. д.), так и черносотенных партий.

Особо важно отметить значение казахской интеллигенции в на­ционально-освободительном движении, которое тесно переплета­лось с борьбой казахского населения за справедливое решение аграр­ного вопроса в крае. Ряды местных интеллигентов различались по своим воззрениям и действиям. Некоторые из них, в основном выход­цы из низов, придерживались социалистических идей, сотрудничали с социал-демократами, эсерами. Так, например, Мухаммед-Максут Хамидуллин-Бекметов — телеграфист Омской почтово-телеграфной конторы, выходец из Каркаралинска, поддерживавший тесный кон­такт со своими земляками, в особенности накануне и в период всероссийской политической стачки в октябре 1905 г., занимался пропагандой революционных идей в Северном Казахстане.

Другая, более значительная не только по численности, но и по влиянию, часть казахской интеллигенции стояла на либерально-демократических позициях. Это были в основном представители феодально-аристократической верхушки степи — А. Букейханов, Б. Каратаев и др., хотя среди них были и выходцы из среднихи низших слоев аула (А. Байтурсынов и др.). Они в декабре 1905 г. в Уральске провели съезд делегатов казахского населения пяти областей и пыта­лись создать свою партию—филиал конституционно-демократичес­кой партии России, которая должна была отстаивать национальные интересы казахов. В феврале 1906 г. в Семипалатинске состоялся второй съезд казахов, который одобрил близкую к кадетам програм­му, но включил в нее требования о прекращении переселения в край крестьян, признания всех земель Казахстана собственностью корен­ного населения, открытия школ и т. д. Они выступали за свободу вероисповедания, развитие национальной культуры, распростране­ние казахского языка наравне с другими языками в Казахстане.

Национально-освободительное движение казахов в эти годы при­няло и формы религиозной борьбы, в ходе которой выдвигались требования организации особого мусульманского духовного управле­ния, строительства мечетей, открытия духовных школ, преподавания ислама в школах на казахском языке, выдачи заграничных паспортов для паломничества в Мекку и т. д.

В повышении политического сознания населения Казахстана определенную роль сыграли выборы в Государственную думу, во время которых развернулась борьба политических партий за голоса избирателей. Они показали, что в наиболее крупных областях края со значительным числом русского населения большим влиянием поль­зовались социал-демократы и трудовики, а среди казахского населе­ния — представители либерально-демократической национальной интеллигенции. В I Государственную думу от Казахстана было избра­но девять депутатов: четыре от казахского населения и пять — от русского населения. Во II Государственной думе от Казахстана было уже 13 депутатов, в том числе от казахского населения — пять.

Во II Государственной думе депутаты от казахского населения примыкали к кадетам и входили в мусульманскую фракцию, совмес­тно с другими «националами» России добивались прекращения пере­селения крестьян на окраины.

Таким образом, события в Казахстане в годы первой российской революции 1905—1907 гг., в особенности выступления рабочих, кресть­ян и интеллигенции, национально-освободительное движение и т. д., несмотря на их слабость и разрозненность, стали политической школойдля местных трудящихся, опыткоторой имибыл использован в дальнейшей борьбе за национальное и социальное освобождение.

§ 3. Борьба трудящихся Казахстана в условиях нового революционного подъема и первой мировой войны

После поражения первой российской революции в стране насту­пил период реакции. Были запрещены демонстрации, митинги и собрания, разгромлены Уральская, Петропавловская, Семипалатин­ская, Верненская, Перовская и другие социал-демократические орга­низации и профессиональные союзы. По закону от 3 июня 1907 г. о роспуске II Государственной думы и введении новой системы выбо­ров, казахи и другие народности, населявшие край, лишались избира-

•268

тельных прав. Усилился полицейский надзор за служащими, рабочи­ми и крестьянами. Владельцы промышленных предприятий Перовс-ка, Акмолинска, Уральска, промыслов «Эмба», «Доссор» и др. уволь­няли с работы «неблагонадежных рабочих, вносили в «черные спис­ки» активистов, организаторов выступлений, волнений масс». На предприятиях были увеличены нормы выработки, продолжитель­ность рабочего дня, снижены расценки, широкий размах получили штрафы. Черносотенные организации «Союза русского народа», «Со­юза Михаила Архангела» и др. устраивали погромы, разжигали наци­ональную вражду.

Для подавления выступлений крестьян-переселенцев, казахских шаруа из гарнизонов направлялись казаки, отряды карателей. Так, в апреле 1909 г. по телеграфному запросу из Перми в Кустанай была направлена сотня казаков для подавления недовольства казахов, выступавших против переселенческой политики царизма.

Обострение аграрного вопроса в центре России царское прави­тельство пыталось разрешить путем колонизации своих окраин, в том числе Казахстана, переселением крестьян. Колонизация земель со­провождалась массовым изъятием у казахского населения пол видом «излишков» лучших плодородных земель, в том числе обжт Hk и освоенных. Только в 1906—1912 гг. было изъято свыше 17 млн. дес i гин земли.

По закону от 9 июня 1909 г. землеустройство производилось по двум нормам: переселенческой — по 15 и кочевой — по 12 дес. Представители аграрно-демократического направления, выступая по аграрному вопросу, пропагандировали переход казахов на осед­лость. Так как царское правительство стремилось как можно больше изъять земель у казахского населения, переход на оседлую форму хозяйствования позволял им сохранить удобные земли, тем более казахским шаруа предлагалось получить землю по переселенческой норме с «правом постоянного неотъемлемого владения землей»18 .

Усиление национально-колониального гнета, аграрная политика царизма, проникновение капиталистических отношений в социаль­но-экономическую жизнь края привели к росту национального само­сознания казахского народа. Национальное движение в казахском обществе было неоднородным, существовали различные идейно-политические течения, ядром которых выступали национальная ин­теллигенция, выпускники университетов и училищ Петербурга, Мос­квы, Казани, Томска, Омска и Оренбурга. Наиболее выражавшими мнение различных идейно-политических течений национальной ин­теллигенции были журнал «Айкап» и газета «Казах».

Журнал «Айкап», выходивший в 1911—1915 гг. (издатель и редак­тор — Мухамеджан Сералин (1871—1929 гг.), выражал аграрно-демок-ратические направления идейно-политической мысли в Казахстане. В нем сотрудничали Ж. Сейдалин, Б. Каратаев, С. М. Торайгыров, С. Сейфуллин, Б. Майлин и др. На страницах журнала освещались проблемы аграрных отношений, просвещения и знаний, развития товарно-денежных отношений в казахском ауле, разоблачалась коло­низаторская политика царизма. Главным вопросом в журнале «Ай­кап» был аграрный вопрос, т. е. земельные отношения, оседание кочевого хозяйства, вопросы агрокультуры, изменения форм хозяй­ствования и др.

Газета «Казах», выходившая с 1913 по 1918 гг., выражала идеи либерально-демократического направления. В ней сотрудничали ли­дер казахской конституционно-демократической партии и общена­ционального движения казахского народа, ученый-экономист А. Букейханов, А. Байтурсынов, М. Дулатов и др. В главном, аграрном вопросе они выступали с требованием отмены государственной соб­ственности на землю и передачи ее в собственность казахам, запрета продажи земли. Вобласти развития общественно-политической жизни края либерально-демократическое направление ратовало за эволю­ционное развитие общества. В целом, несмотря на различные взгля­ды о развитии социально-экономической и общественно-политичес­кой жизни края, журнал «Айкап» и газета «Казах» на своих страницах сумели выразить общенациональные идеи и интересы казахского народа в условиях колониальной окраины империи.

В 1910—1911 гг. в связи с новым экономическим подъемом в Казахстане оживилось забастовочное движение. В мае 1911 г. басто­вали рабочие-железнодорожники мастерских станции Перовск и Туркестан, горняки на рудниках акционерного общества «Атбасарс-кие медные руды». В забастовке участвовали около 300 человек, которые требовали увеличения заработной платы.

28 апреля 1912 г. в Оренбурге и по линии распространялись прокламации городского комитета РСДРП, которые призывали к празднованию Первого мая, а также содержали требования 8-часово­го рабочего дня, политических свобод, роспуска армии и замены ее народной милицией.

Летом 1912 г. на ташкентском участке Оренбургско-Ташкентской железной дороги происходили также волнения 300 рабочих подряд­чика Карахнова, доведенных до полного отчаяния шестимесячным ожиданием расчета19 .

12 мая 1912 г. из-за низкой заработной платы, тяжелых условий труда забастовали рабочие Спасского медеплавильного завода. В июне 1913 г. забастовали рабочие-строители Оренбургско-Орской железной дороги, нефтяники Доссора, в сентябре произошли волне­ния рабочих на Чокпаркульских угольных копях в Тургайском уезде. В своих выступлениях рабочие требовали улучшения экономическо­го положения, решения социальных вопросов, выдвигали политичес­кие требования, которые имели важное значение для развития поли­тического сознания и решимости бороться за свои права.

Выступление рабочих края оказало влияние на рост крестьянских выступлений против царизма, развитие национально-освободитель­ного движения.

Крестьяне-переселенцы отказывались от раскладки налогов и податей, осуществляли самовольную порубку лесов, многие из них оказались без выделенных земель: безвыходность положения, обни­щание массы крестьян-переселенцев, усиление социально-классовой расслоенное™ переселенческой деревни стали причиной открытых выступлений крестьян.

Против аграрной и колониальной политики самодержавия высту­пали и казахские трудящиеся. Феодально-байская верхушка, владея большой частью поголовья скота, пастбища, все больше эксплуати­ровала бедняков. Широко распространялись взяточничество, вымо­гательство, подкупы и др. Казахские шаруа жгли зимовки баев, отказывались от уплаты налогов, нападали на воинские команды.

Вступление России в мировую империалистическую войну тяже­ло отразилось на положении трудящихся Казахстана: увеличились размеры налогов. На казахское население были возложены «добро­вольные сборы», принудительная подписка на государственный заем и военный налог, всего около 10 различных видов сборов и пошлин.

Продолжалось изъятие земель у казахского населения, для нужд войны реквизировали одежду, скот и продукты продовольствия, принудительно мобилизовали транспорт для подвозки военных гру­зов (главным образом, хлеба) к железнодорожным станциям. За время войны из Туркестанского края было вывезено 300 тыс. пудов мяса, 70 тыс. голов лошадей, 13 тыс. верблюдов. Только из Семиречья в 1914 г. было вывезено скота и продуктов скотоводства на сумму 34 млн. руб.3 ". Под видом помощи семьям мобилизованных была введе­на трудовая повинность, т. е. казахи в качестве рабочей силы должны были пахать, сеять и убирать урожай в переселенческой деревне.

В годы войны сократились посевные площади, количество скота, усилился национально-колониальный гнет. Царская администрация искусственно разжигала межнациональную рознь, выдвигая шови­нистические лозунги, вооружала верхушки переселенческого населе­ния.

Секретное предписание военного губернатора Семиреченской области 9 октября 1914 г. обязывало уездных начальников создавать из «благонадежных христиан», из зажиточных слоев русской деревни вооруженные отряды против мусульманских трудящихся21 .

Усилилась борьба за земельные участки между имущими слоями переселенческой деревни и трудящимися массами казахского аула. Казахские шаруа на притеснения кулаков угоняли лошадей, уничто­жали межевые знаки, сжигали сено и сенокосные участки. Казахские шаруа также страдали от своих местных феодально-родовых верху­шек, которые за высокую арендную плату сдавали им земли, принад­лежавшие аулу или сельской общине. Упорно борясь против выселе­ния со своих земель, казахские шаруа не выполняли требований ни царских чиновников, ни своих волостных управителей и аульных старшин, отказываясь от уплаты налогов, податей, от сбора средств на нужды войны.

От словесных и письменных протестов трудящиеся аулов перехо­дят к активным действиям против ставленников царизма. Так, каза­хи Ногай-Нуринской волости Черняевского уезда, напав на управите­ля, старшину, отняв податные документы, уничтожили их, не дали им выполнить служебные обязанности22 .

В годы войны усилились выступления крестьян-переселенцев, солдат и женщин против дороговизны, должностных лиц, налогов и повинностей. В марте 1915 г. в Верненском, Лепсинском и Пржеваль­ском уездах Семиреченской области сельское население протестова­ло против политики цен царского правительства, согласно которой продукты сельского хозяйства крестьяне-переселенцы должны были продавать по таксе, а покупать все необходимые мануфактурные, галантерейные изделия по спекулятивным ценам. В селениях Андре­евском, Осиповском Лепсинского уезда, Верненском уезде женщины разгромили лавки купцов, разобрали товары. Выступление женщин в Зайсане в 1916 г. было прекращено с помощью военной силы, были арестованы 13 человек".

В воинских частях широко развернулась антивоенная пропаганда, призывники часто уклонялись от воинской повинности, солдаты отказывались ехать на фронт, пока их семьям не выплатят пособие. Так, в 1914 г. 300 солдат в Кокчетаве отказались отправляться на фронт, пока их семьи не обеспечат землей, усадебными участками и пособиями. Выступление солдат было прекращено вооруженной си­лой, а десять активных участников арестованы и осуждены на каторгу на различные сроки24 .

Аналогичные выступления произошли в г. Верном, Акмолинской и Семипалатинской областях. В воинских частях резко падала дис­циплина, участились случаи дезертирства.

В 1916 г. усилилось брожение среди солдат местных гарнизонов, возвращавшиеся с фронта солдаты привозили с собой листовки и прокламации, все чаще и чаще открыто высказывалась ненависть к войне и царизму.

В годы войны резко ухудшилось положение трудящихся в городах, рабочих на промышленных предприятиях. В первые же дни царское правительство во всех областях Казахстана ввело «чрезвычайное военное положение», согласно которому были запрещены собрания, стачки, забастовки, уклонение от работы, была введена военная цензура на корреспонденцию и т. д.". Усилился полицейский надзор. Предприниматели получили право в военное время подвергать рабо­чих аресту, а в случае самовольного ухода возвращать их на работу с помощью полиции. Несмотря на это, в крае росло недовольство во всех слоях населения.

В июне 1915 г. забастовали рабочие-казахи экибастузских и кара­гандинских копей, киргизского горнопромышленного акционерного общества, Спасского завода, выступавшие против низкой заработной платы и тяжелых условий труда.

Иностранные капиталисты и предприниматели, пользуясь бед­ственным положением рабочих, усиливали эксплуатацию. Система­тически снижалась заработная плата, а на товары первой необходи­мости цены постоянно росли.

Летом 1916 г. рабочее движение охватило Риддерские рудники, нефтепромыслы Эмбы, Экибастузские, Байконурские угольные копи, Спасские медные рудники, Оренбургскую, Ташкентскую железные дороги и др. Дальнейшее развитие рабочего, аграрного и в особеннос­ти национально-освободительного движения предопределило вос­стание казахов в 1916 г.

§ 4. Национально-освободительное восстание 1916 года в Казахстане

Начавшаяся в 1914 г. первая мировая война, в которой участвова­ла и царская Россия, принесла ее народам тягчайшие страдания:

усилился социальный и национальный гнет, неизмеримо увеличи­лись произвол и насилие царских чиновников на окраинах империи.

В Казахстане продолжалось массовое изъятие земель у казахов, в первую очередь в северо-восточных районах Сырдарьинской, на юге Семиреченской и ряде других областей. В одной лишь Семиреченс кой области за первые три года войны было изъято 1800 тыс. дес. лучших пастбищных и пахотных угодий, а истинные хозяева этих земель — казахи — силой были выселены в мало- или совершенно непригодные для ведения хозяйства пустынные и полупустынные районы. Отобранная у казахов земля раздавалась царским офицерам, чиновникам, духовенству, казачьему войску и крестьянам-пересе­ленцам из России и с Украины. К середине 1916 г. общая площадь изъятых у казахского населения земель составила 45 млн. дес. Война поглощала огромное количество сырья, продовольствия, скота и других материальных ценностей. В связи с этим на плечи казахского населения обрушились новые тяготы: обязательные поставки мяса, массовая реквизиция скота, был введен новый военный налог с кибиток, увеличены земские сборы и байский волостной алым —сбор для содержания волостных управителей, а также дорожные и другие сборы. Налоги на местное население с началом войны возросли в 3—4, а в отдельных случаях — в 15 раз.

В 1916 г. рост классового и национального угнетения, ненависти к войне становился повсеместным. Война ускорила процесс вызрева­ния общенационального кризиса в стране, одним из ярких проявле­ний которого стало национально-освободительное восстание 1916 г., охватившее почти все регионы Казахстана и Средней Азии.

Главными причинами восстания явились факторы социально-экономического и политического характера: усиление колониально­го гнета, изъятие земель, рост налогов и поборов, эксплуатация трудящихся, политика русификации, проводимая царизмом в отно­шении казахского и других коренных народов региона, резкое ухудше­ние положения широких масс в связи с войной.

Непосредственным поводом к восстанию был царский указ от 25 июня 1916 г. о мобилизации в армию на тыловые работы «инородчес­кого» мужского населения Казахстана, Средней Азии и частично Сибири в возрасте от 19 до 43 лет, реквизированных планировалось использовать для работ по устройству оборонительных сооружений и путей военных сообщений в районедействующей армии. Из Казахста­на и Средней Азии должны быть реквизированы 400 тыс. человек, в том числе из степных областей Казахстана — более 100 тыс., из Семиречья — 87 тыс. человек.

В начале июля почти во всех регионах Казахстана начались сти­хийные выступления, вскоре переросшие в вооруженное восстание. Первыми удар народного гнева приняли на себя волостные управите­ли, аульные старшины и прочие низовые агенты царской администра­ции, непосредственно составляющие списки на тыловые работы. Пользуясь отсутствием у казахов метрических свидетельств, они произвольно включали бедняков в списки независимо от возраста, а байских сыновей за взятки освобождали от призыва. На практике система составления списков породила массовое взяточничество и злоупотребления.

К тому же царские власти освободили от набора должностных лиц, волостных, сельских и аульных управителей, низших полицейских чинов из коренных жителей, имамов, мулл и мударисов, счетово­дов и бухгалтеров в учреждениях мелкого кредита, учащихся высших и средних учебных заведений, чиновников правительственных уч­реждений и лиц, пользующихся правами дворян и почетных граждан.

Трудящиеся, доведенные до отчаяния жестоким указом царя и несправедливыми методами его исполнения на местах, вооруженные чем попало, бросились на представителей царской власти: волостных управителей, аульных старшин, полицейских, казаков, чиновников и с криками: «Не дадим людей!» —расправлялись с ними. Они поджи­гали канцелярии и дома волостных управителей, аульных старшин, уничтожали делопроизводство и списки мобилизованных, наивно полагая, что таким путем избавятся от набора на тыловые работы.

Постепенно стихийное движение стало принимать организован­ный характер: появились его крупные очаги в Тургае и Семиречье во главе с признанными лидерами А. Имановым, А. Джангильдиным, Т. Бокиным, Б. Ашекеевым, У. Саурыковым, Ж. Мамбетовым и др.

Восстание охватило весь Казахстан и переросло в национально-освободительное движение, направленное против военно-колониза-торскойиширокомасштабнойрусификаторскойполитикицаризмаи в определенной степени — против феодально-байской верхушки аула. Вместе с тем выступление было направлено против империалисти­ческой войны, приведшей к кризису народного хозяйства и крайней степени обнищания народа. В этом оно смыкалось с революционной борьбой рабочего класса и крестьянства России. Главной целью восстания 1916 г. являлось национальное и политическое освобожде­ние, подводящее итог всей предшествующей борьбе казахского наро­да за свободу и независимость.

Основной движущей силой восстания были широкие ело'! нацио­нального крестьянства— шаруа, а также представители нарождавше­гося рабочего класса, ремесленники. Участвовали в нем и пр. зстави- „ тели других слоев казахского народа: баи, волостные управители, бии, .-, а также демократическая интеллигенция. ;

В целом национально-освободительное движение 1916 г. в Казах- ,, стане было мононациональным, за исключением его южных областей (Семиречья и Сырдарьинской области), где наряду с казаками в восстании участвовали уйгуры, узбеки, киргизы, дунгане и представи­тели некоторых других народов.

В казахском обществе отношение к указу царя и восстанию было неоднозначным: определенная часть феодально-байской верхушки, а также чиновники так называемой туземной администрации безого­ворочно поддерживали царский указ и стали его главными проводни­ками в жизнь; радикальные представители казахской интеллигенции (Бокин, Ниязбеков, Жунусов) резко выступили против него и 1.ризы-вали народ к вооруженному сопротивлению, а лидеры либерально-демократической интеллигенции, объединенные вокруг газеты «Ка­зах» (А. Байтурсынов, А. Букейханов, М. Дулатов), занимали нереши­тельную позицию. Они неоднократно пытались убедить царскую администрацию не спешить с мобилизацией, провести подготови­тельные мероприятия, вместе с тем призывали не оказывать сопро­тивления выполнению указа, не без основания полагая, что безоруж­ный народ станет жертвой жестоких репрессий царизма. ,

Крупнейшими центрами восстания были Семиреченский и Тур-гайский очаги. В Семипалатинской области вооруженное сопротив­ление приняло массовый характер уже в июле — августе. Повсемес­тно организовывались повстанческие отряды, вооруженные пиками, охотничьими ружьями, холодным оружием. 17 июля в Семиречье и Туркестанском крае было объявлено военное положение. Царские власти перебрасывали сюда крупные военные силы, укрепляли воен­ные гарнизоны, из зажиточных слоев переселенческого населения Семиречья создавали вооруженные отряды для расправы с казахски­ми и киргизскими повстанцами. Крупные столкновения повстанцев с царскими карателями произошли в урочище Асы, горной долине Каркара, в районе ст. Самсы, в районах Кастека, Нарынкола, Чарына, Курама, в Садыр-Матайской волости Лепсинского района и в других местах. В сентябре — начале октября значительная часть семиречен-ских повстанцев, теснимая со всех сторон карательными отрядами, вынуждена была отступить с упорными боями, уйти в Западный Китай.

В то время, как в Семиречье повстанческое движение было жес­токо. подавлено, в Тургайской степи оно набирало силу и нарастало с каждым днем. Тургайское восстание, во" главе которого стояли А. Иманов и А. Джангильдин, было самым упорным и длительным. Как свидетельствуют архивные документы, численность повстанчес­ких отрядов в самый пик восстания составляла около 50 000 чел. Из , десятков тысяч неорганизованных повстанцев А. Иманов создал стройный дисциплинированный военный организм, разделенный на десятки, пятидесятки, сотни и тысячи. Во главе каждого из подразде­лений соответственно были поставлены онбасы (десятник), елубасы (пятидесятник), жузбасы (сотник), мынбасы (тысячник). Было сфор­мировано специальное подразделение снайперов (отряд мергенов). А. Иманов был избран сардарбеком — главнокомандующим повстан­цев, при нем функционировал военный совет — кенес. •

В районах, контролируемых повстанческой армией А. Иманова, по существу, была отстранена от управления низовая аульно-волост-ная администрация, гражданская власть перешла в руки повстанцев. А. Иманов и возглавляемый им совет организовали службу тыла, поручив специально назначенным лицам (элбеги), обеспечение пов­станцев продовольствием и лошадьми, изготовление в кузницах самодельных ружей, сабель, кинжалов, пик и т. д.

22 октября 15 тыс. повстанцев во главе с А. Имановым окружили г. Тургай. Осада города продолжалась несколько дней. Тем временем к городу в трех направлениях двинулся карательный корпус генерал-лейтенанта А. Лавретеньева. Получив сведения о приближении пре­восходящих сил царских карателей, повстанцы сняли осаду Тургая и выступили навстречу отрядам царских войск. 16 ноября сарбазы общей численностью около 12 тыс. человек во главе с А. Имановым в районе почтовой станции Топкойма атаковали карательный отряд подполковника Катомина. Основная масса повстанцев, чтобы сохра­нить живую силу, во второй половине ноября отошла на 150 км от Тургая и сосредоточилась в районе Батпаккары. Отсюда совершались партизанские рейды против карателей со второй половины ноября 1916 г. до середины февраля 1917 г. Схватки между повстанцами и карателями происходили на Татыре, Акчиганаке, Дугал-Урпеке, в Куйуке. Напряженными были бои в районе Батпаккары, где находил­ся штаб А. Иманова. Они развернулись во второй половине февраля 1917 г. В этих боях повстанцы А. Иманова встретили Февральскую буржуазно-демократическую революцию.

В других регионах Казахстана восставшим также приходилось вести жестокие бои с превосходящими силами царских карательных отрядов. В Семипалатинской и Акмолинской областях против вос-ставшихдействовало 12 кавалерийских сотен, 11 усиленных пехотных рот, а против тургайских повстанцев царские власти бросили экспе­диционный корпус в составе 17 стрелковых рот, 18 казачьих сотен, 4 кавалерийских эскадронов, 18 орудий, 10 пулеметов и проч. Однако карателям так и не удалось подавить восстание вплоть до самой Февральской революции. Только после свержения царизма восста­ние в Тургайской области прекратилось.

Для подавления восстания в Семиречье'было направлено 95 рот в 8750 штыков, 24 сотни в 3900 сабель, 16 орудий и 47 пулеметов. В Семиречье были уничтожены десятки казахских и киргизских аулов, жестоким преследованиям подвергались мирные жители. Преследу­емые царскими властями 300 тыс. казахов и киргизов, или четвертая часть коренных жителей Семиречья вынуждена была бежать в Китай.

Только по судебным приговорам, утвержденным генерал-губерна­тором Куропаткиным, в Туркестанском крае на 1 февраля 1917г. было приговорено к смертной казни 347, каторжным работам —168, тюрем­ному заключению —129 человек, не считая расстрелянных без суда и следствия, погибших от рук карателей и отрядов, сформированных из жителей переселенческих сел.

Восстание 1916 г. занимает особое место в истории многовекового национально-освободительного движения казахского народа. В усло­виях империализма и первой мировой войны, Амангельды Иманов и другие руководители восстания подняли народ на борьбу за независи­мость, которую начали в свое время Срым Датов, Исатай Тайманов, Махамбет Утемисов, Кенесары и Наурызбай Касымовы. Впервые после национально-освободительного движения под руководством Кенесары Касымова восстание 1916 г. имело всеказахский характер, охватив все регионы обширного края. Восстание имело антиколони­альную и антиимпериалистическую направленность, классовый мо­мент (борьба против феодальной верхушки аула) был второстепен­ным по сравнению с главной задачей восстания национального и политического освобождения народа.

В последнее время отдельные исследователи26 (М. К. Козыбаев, А. К. Бисембаев), исходя из массовости движения, выдвижения общенациональных лозунгов в ходе восстания, создания отдельных элементов института власти восставшими (например, факты избра­ния ханов), выдвинули тезис о том, что события 1916 г. необходимо расценивать как национально-освободительную революцию, одну из первых революций такого типа, происходивших в колониях царской России. Тезис интересный, но этот сюжет истории восстания 1916 г. требует специального исследования, равно, как ныне забытый тезис, высказанный А. В. Пястковским еще в 1960 г., о том, что восстание 1916 г. в Средней Азии и Казахстане несомненно было одним из звеньев все разгоравшейся революционной борьбы колониальных народов (Китая, Персии, Южно-Американского союза и др.) против империалистического ига27 .

§ 5. Февральская революция в Казахстане

Экономическая разруха и поражения русских войск на фронтах, рост рабочего и аграрного движения в стране, в том числе и восстания коренного населения Средней Азии и Казахстана в 1916 г., несмотря на их поражения, свидетельствовали о том, что Россия находится на грани революционного кризиса, когда демократические силы, в том числе и рабочий класс и крестьянство, готовились к решающему штурму против царизма.

В феврале 1917 г. в России победила буржуазно-демократическая революция, свергнувшая ненавистный народу царизм. Весть о фев­ральских событиях в Петрограде быстро долетела до Казахстана. Многочисленные митинги и демонстрации рабочих и других трудя­щихся, приветствовавших свержение царизма, происходили в начале марта во всех крупных городах и на железнодорожных станциях Казахстана.

В первое время после Февральской революции трудовое населе­ние края еще верило во Временное правительство и надеялось, что оно сможет дать народу мир, крестьянам — землю, а рабочим — 8-часовой рабочий день. Значительная часть рабочих питала надежду на Временное правительство, некоторые из них состояли в граждан­ских и исполнительных комитетах — органах Временного правитель­ства28 . Среди железнодорожников были сильны оборонческие на­строения, некоторые ратовали за «победу там (т. е. на войне.— М. Л.), свободу — здесь»29 . Однако мартовские демонстрации и митинги послужили началом создания Советов рабочих депутатов в городах и на железнодорожных линиях края. Так, в Оренбурге, Ташкенте и Омске 1—3 марта прошли выборы в Советы и состоялись первые их заседания30 . В марте 1917 г. Советы рабочих депутатов возникли в Перовске, Казалинске, Челкаре, Актюбинске, Уральске, Петропав­ловске и других городах, расположенных на железнодорожных лини­ях31 . Железнодорожники, как правило, были одними из инициаторов создания Советов и представляли в них революционные элементы. Например, Актюбинский Совет рабочих депутатов, сообщая об орга­низации в. Актюбинске Совета рабочих депутатов, подчеркивал, что железнодорожники, как самые «сознательные, составляют необхо­димый составной элемент» исполнительного комитета Совета32 .

Многие Советы рабочих депутатов вскоре объединились с Совета­ми солдатских депутатов. Так было в Петропавловске, Семипалатин­ске, Перовске и других городах. На ст. Казалинск с самого начала возник объединенный Совет — Совет рабочих и солдатских депута­тов33 .

Главным своеобразием Февральской революции было то, что в стране образовалось двоевластие, буржуазное Временное правитель­ство и Советы рабочих и солдатских депутатов. Реальной основой для создания органов политической власти буржуазии в центре и на местах явились Государственная дума, городские думы и различные комитеты. Временное правительство от власти устранило военных губернаторов, генерал-губернаторов и чиновников колониальной ад­министрации. Вместо них появились областные комиссары, граждан­ский исполнительный комитет, коалиционный комитет и др. В волос­тях, аулах и селах оставались те же волостные и аульные управители, сельские старосты и станичные атаманы.

Временное правительство во главе областей поставило бывших царских чиновников-колонизаторов, а также представителей казах­ской национальной интеллигенции. Так, А. Букейханов был назна­чен комиссаром Временного правительства Тургайской области, а М. Тынышпаев — комиссаром Семиреченской области.

Местные органы Временного правительства в Казахстане сфор­мировались в марте — апреле 1917 г. В Семипалатинске из представи­телей городской думы, офицерства, членов биржевого комитета и кулацкого союза кооперативов был сформирован Семипалатинский исполком общественных организаций и армии, в Петропавловске, Усть-Каменогорске — коалиционный исполнительный комитет об­щественной безопасности и др.

В Казахстане были образованы и национальные казахские облас­тные и уездные комитеты во главе с казахской интеллигенцией. В областях и уездах были созданы казачьи комитеты, органы власти эксплуататорской верхушки казачьих станиц Сибирского, Оренбур­гского, Уральского- и Семиреченского казачьих войск, которые под­держивали Временное правительство. Татарские, узбекские и уйгур­ские купцы объединялись в мусульманские, татарские и другие коми­теты. Так, 7 марта 1917г. в Верном был образован общемусульманский комитет — Курултай во главе с 3. Тазетдиновым.

В этот период казахская учащаяся молодежь учебных заведений Омска, Оренбурга, Ташкента, Семипалатинска и др. образовала моло­дежные кружки, организации, которые первое время занимались культурно-просветительской деятельностью. В 1915—1917 гг. были созданы молодежные организации «Еркин дала» (Свободная степь) в Оренбурге, «Бирлик» (Единство) в Омске, «Жас казак» (Молодой казах) в Уральске, «Умит» (Надежда) в Троицке и др. городах, около 20 кружков и группировок, которые распространяли листовки, стихи на злободневные темы, устраивали вечера, дискуссии и т. д. Они не имели определенной программы, по социальному составу были неод­нородны, однако они искренне желали освободить казахский народ от национально-колониального гнета царизма, требовали просвеще­ния своего народа, стремились пробудить в сознании трудящихся идеи национальной консолидации, свободы и независимости.

Среди этих группировок и кружков наиболее радикальным и с революционной программой действий являлся организованный в Аулие-Атинском уезде Тураром Рыскуловым «Революционный союз казахской молодежи». В его состав входила передовая казахская интеллигенция, вышедшая из средних и малоимущих слоев казахско-гого населения.

В своей программе союз казахской молодежи, анализируя общес-твенно-политичесую жизнь Казахстана при Временном правительст­ве, отмечал, что «Февральская революция... передала власть в руки

того же царского чиновничества и местного русского кулачества. Местный комитет Временного правительства, состоявший из этих элементов, вместо равноправного отношения к казахскому населе­нию поставил своей задачей угнетение и истребление казахского населения»14 . Основную задачу Революционный союз видел в борьбе с Временным правительством, засилием кулачества на местах, в борьбе против волостных, старшин и баев, сторонников Временного правительства и усилении агитации и просвещения среди масс казах­ского населения.

Март 1917 г. был месяцем выхода местных социал-демократов из подполья и развертывания работы среди железнодорожников, город­ских рабочих и других слоев трудящихся. Работой местных социал-демократов руководили большевики Ташкента, Оренбурга и Омска. Ядро социал-демократичесих организаций этих административных центров, как и прежде, составаляли железнодорожники, в первую очередь рабочие и мастеровые из депо35 . Организации РСДРП в Перовске, Казалинске, Актюбинске, Уральске, Петропавловске, Се­мипалатинске, Шымкенте и других городах и на железнодорожных станциях Казахстана были объединенными: в них состояли как боль­шевики, так и меньшевики.

Организаторами группы большевиков на ст. Казалинск были кадровые рабочие депо Р. П. Новицкий, В. И. Чекурнов и др. Эта группа имела сильное влияние в Совете рабочих и солдатских депута­тов.

В Перовской объединенной организации РСДРП сложилась так­же сильная большевистская группа во главе с членом РСДРП с 1906 г., слесарем депо А. В. Червяковым. Ее ядро составляли рабочие депо ст. Перовск (В. В. Агапов, Н. В. Виторский, С. П. Килячков, Я. С. Крышев и др.)36 .

Наиболее крупная большевистская группа действовала в Орен­бургской объединенной организации РСДРП. В состав группы входи­ли главным образом рабочие железнодорожных мастерских идепо ст. Оренбург. Возглавляли ее железнодорожники А. А. Коростелев, П. А. Кобозев и Д. П. Саликов37 .

Столь же крупной была группа большевиков и в Ташкентской объединенной организации РСДРП во главе с рабочим Н. В. Шуми­ловым. Только в начале марта в эту организацию вступило около 2000 человек. Значительную часть большевиков ташкентской организа­ции составляли рабочие Главных железнодорожных мастерских Среднеазиатской железной дороги и Бородинских мастерских Таш­кентской железной дороги (Ф. И. Колосов, Д. И. Манжара, А. Я. Першин, братья Казаковы, В. С. Ляпин, И. В. Серов и др.) .

Омская объединенная организация РСДРП уже к середине апреля 1917 г. насчитывала в своих рядах около 1000 членов, издавала ежене­дельную газету «Рабочий».

В Уральской объединенной организации РСДРП в апреле 1917 г. также образовалась большевистская группа во главе с машинистом паровоза Н. А. Покатиловым. Она имела большое влияние на желез­нодорожников Покровско-Уральского участка Рязанско-Уральской железной дороги39 .

Упорной и терпеливой деятельностью большевики завоевывали массы трудящихся Казахстана на свою сторону. Так было во многих городах, железнодорожных станциях, в особенности в Оренбурге, Перовске, Петропавловске, Уральске, Актюбинске, Туркестане и др. Достаточно сказать, что П. А. Кобозев и А. А. Коростелсв в Оренбур­ге, Ф. В. Зинченко в Актюбинске, Н. А. Покатилов в Уральске, И. Дубынин в Петропавловске, А. В. Червяков в Перовске, Р. П. Новицкий в Казалинске и многие другие испытанные руководи­тели большевистских групп в близлежащих к линиям городах Казах­стана были выходцами из железнодорожных рабочих и служащих края.

Серьезным успехом рабочего движения Казахстана после победы Февральской революции было создание широкой сети профессио­нальных союзов, в оформлении которых большую роль сыграли Учредительный съезд железнодорожников Оренбургско-Ташкентс-кой железной дороги и I съезд рабочих и служащих Омской железной дороги. Последний проходил в г. Омске с 28 апреля по 7 мая 1917 г., на нем присутствовали 174 делегата с правом решающего голоса. Съезд обсудил ряд политических и экономических вопросов: об отношении к Временному правительству и войне, о 8-часовом рабочем дне, об отношении к Советам рабочих, солдатских и крестьянскихдепутатов, о борьбе с контрреволюцией, об отношении к Учредительному собра­нию, о пенсионном обеспечении и др. По ряду вопросов были приня­ты резолюции большевиков40 .

В первые же дни после Февральской революции были предприня­ты меры по ликвидации местных органов царской власти и наказа­нию наиболее рьяных царских служак, были отстранены от занимае­мых должностей и арестованы в Уральске вице-губернатор области Мордвинов, начальник жандармерии Балобанов и др., в Омске — генерал-губернатор Западной Сибири Сухомлинов, в Петропавловс­ке — земский и уездный начальники, чины жандармерии, некоторые офицеры местного гарнизона и др., в Оренбурге — тургайский губер­натор М. М. Эверсман и др.41 .

В апреле 1917 г. такие же события развернулись на Оренбургско-Ташкентской железной дороге, где по требованию железнодорожни­ков были отстранены от занимаемых должностей начальник дороги, начальник службы движения и другие представители администра­ции42 . Был создан Временный организационный железнодорожный комитет, который 8 апреля избрал временным комиссаром дороги большевика П. А. Кобозева, приступившего тогда же к исполнению обязанностей ее начальника43 .

Учредительный съезд профсоюза железнодорожников этой ли­нии, проходивший в конце апреля 1917 г. в Оренбурге, большинством голосов высказался за избрание временного комиссара дороги П. А. Кобозева постоянным ее начальником и 28 апреля об этом телегра­фировал Петроградскому Совету рабочих и солдатских депутатов и МПС, а также Ташкентскому и Оренбургскому Советам и местным железнодорожным комитетам44 .

Руководство Ташкентской железной дороги фактически весь ап­рель и вплоть до середины мая 1917 г. находилось в руках Временного железнодорожного комитета и избранного им начальника дороги П. А. Кобозева.

Избрание П. А. Кобозева начальником дороги и деятельность Временного железнодорожного комитета были своеобразной попыт­кой ввести рабочий контроль на дороге и сыграли большую роль в сплочении железнодорожников под руководством большевиков.

Одним из основных лозунгов рабочих в этот период было требова­ние 8-часового рабочего дня, который фактически вводился рабочи­ми почти на всем протяжении Оренбургско-Ташкентской и Омской железных дорог. На Риддерской железной дороге ввиду отказа адми­нистрации ввести 8-часовой рабочий день и повысить заработную плату рабочие отстранили администрацию от руководства и в тече­ние нескольких дней управляли дорогой сами".

Рабочие стали все яснее понимать контрреволюционную суш-ность политики Временного правительства. Еще 30 апреля 1917 г. железнодорожники Ташкента на своем общем собрании, приветст­вуя апрельскую демонстрацию рабочих Петрограда, выразили недо­верие председателю Туркестанского комитета Временного прави­тельства Н. Н. Щепкину и потребовали коренной реорганизации милиции, удаления из нее бывших полицейских46 . Под давлением этих и других требований Туркестанский краевой Совет рабочих и солдатских депутатов выразил недоверие Туркестанскому комитету, который вынужден был обратиться к Временному правительству с просьбой освободить его от возложенных обязанностей47 .

Местные органы Временного правительства в Казахстане, опира­ясь на кулаков, верхи казачества, на байство казахского аула, стреми­лись ослабить революционный порыв рабочих и трудящихся, продол­жали грабить население, заставляя их нести бремя империалистичес­кой войны. Временное правительство в Казахстане продолжало пре­жнюю политику самодержавия. Оно приняло постановление об ам­нистировании участников карательных отрядов, подавлявших вос­стание 1916 г. в Казахстане и Средней Азии, на местах бывшие уездные и волостные начальники, губернаторы становились комисса­рами, председателями гражданских комитетов. В силе оставались старые законы, лишавшие казахов политических прав, в полной неприкосновенности оставались огромные земельные владения и сословные привилегии казачьих войск, свою деятельность продолжа­ло Переселенческое управление, отбиравшее лучшие земли казах­ского населения.

Возвращающимся из Китая казахским и киргизским семьям пос­ле кровавой расправы царского правительства над участниками вос­стания 1916 г. Временное правительство выдавало пособие —100 руб. Местные кулаки-шовинисты, пользуясь обстановкой, подвергали коренное население грабежу, насилию, отбирали землю. Комиссар Временного правительства в Семиречье Шкапский заявил, что «ни о каком примирении речи быть не может, и киргизы (казахи) должны быть выселены».

Карательные отряды сохранялись во многих местах и нередко продолжали действовать прежними методами и после февраля 1917 г.

Временное правительство о проведении земельной реформы ре­шило объявить на Учредительном собрании, которое должно было состояться после победы на войне. В национальном вопросе Временное правительство провозгласило декрет «Об отмене вероисповед­ных и национальных ограничений», однако право нации на самооп­ределение, о судьбах малых народов и национальных меньшинств и другие вопросы были обойдены.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий