Экономика России во второй половине XIX

Экономическое развитие сельского хозяйства и промышленности. Аграрная реформа 1861 г. и развитие сельского хозяйства. Промышленность, торговля, финансы. Экономическая политика России в конце XIX – начале XX века и в условиях Первой мировой войны.

Экономика России во второй половине XIX – начале XX в.


Содержание

1. Экономическое развитие сельского хозяйства и промышленности:

а) Аграрная реформа 1861 г. и развитие сельского хозяйства.

б) Промышленность, торговля, финансы.

2. Экономическая политика России в конце XIX – начале XX в


1. Аграрная реформа 1861 г. и развитие сельского хозяйства

Становление капиталистической экономики в России началось после отмены крепостного права. Крымская война (1853—1856), на ведение которой было израсходовано 528 млн. руб., показала, что основным тормозом экономического и социально-политического развития является крепостное право.

19 февраля 1861 г. Александром II было подписано «Положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости». Оно включало 17 законодательных актов. По Манифесту крестьяне получали личную свободу и освобождались с землей. Между ними и помещиками устанавливались поземельные отношения. Бывшие крепостные могли вступать в брак без согласия помещика, заключать сделки, открывать торгово-промышленные заведения, переходить в другие сословия. Крестьянам предоставлялось право распределять предоставленную в надел землю, определять очередность отбывания рекрутской повинности, давать разрешение на выход из общины и прием в нее. Однако помещик сохранял оброк с крестьянских наделов и заставлял крестьян выкупать надельную землю.

Ликвидация феодальных экономических отношений растянулась на несколько десятилетий. До 1863 г. крестьяне должны были исполнять прежние повинности, лишь несколько уменьшалась барщина, и отменялись натуральные поборы. В течение девяти лет крестьяне не могли отказаться от земельного надела. При определении норм крестьянских наделов учитывались особенности местных природных и экономических условий. Вся территория Европейской России была разделена на три территориально- экономические полосы: нечерноземную, черноземную и степную. В первых двух устанавливались «высшая» норма и «низшая» норма, составлявшая треть «высшей» нормы, а в степной — одна, так называемая указная. Закон предусматривал отрезку земли от надела, если он превышал «высшую» или «указную» норму, и прирезку, если он не достигал «низшей». В результате проведенной реформы крестьяне потеряли свыше 20—25% земель, а в черноземных губерниях потери достигли 30—40%. Обычно отрезались наиболее ценные и необходимые угодья, без которых нормальное ведение хозяйства было невозможно: луга, выпасы, водопои. Поэтому крестьяне были вынуждены арендовать эти земли за дополнительную плату.

Завершающим этапом проведения аграрной реформы являлся выкуп крестьянами земельных наделов. До этого крестьяне считались временнообязанными и продолжали выполнять феодальные повинности. Только в 1881 г. временнообязанные крестьяне, а их осталось к этому времени не более 15%, были переведены на обязательный выкуп. В 1907 г. выкупные платежи были отменены. В итоге выкупных операций крестьяне уплатили свыше 1540 млн. руб., что в 1,5 раза превышало первоначально установленную сумму.

Несмотря на непоследовательность, реформа ускорила процесс развития капитализма в сельском хозяйстве. Прогресс выражался в росте посевных площадей, углублении специализации, внедрении машин и улучшении агротехнических приемов. Все это вместе с применением вольнонаемного труда привело к быстрому превращению сельского хозяйства из застойного и кризисного в товарное и развивающееся. Реформы активизировали процесс накопления капитала, социальную дифференциацию крестьянства.

Спрос на сельскохозяйственную продукцию стимулировал развитие как всего сельского хозяйства в целом, так и отдельных его отраслей. В ходе превращения земледелия в товарное производство возникали специализированные районы, способствовавшие развитию обмена между различными регионами страны. Северные и Центральные губернии стали районами торгового льноводства и мясомолочного хозяйства, черноземные губернии, Поволжье и Заволжье превратились в районы товарного зернового хозяйства. Однако машины и новая агротехника применялись редко, поэтому урожайность хлеба росла медленно. В конце XIX в. крестьяне собирали по 6 ц с гектара, а в помещичьих хозяйствах — по 7 ц.

Основным поставщиком товарного хлеба были помещики, оставившие себе после реформы лучшую часть земли. Им пришлось перестраивать хозяйство на новый лад, что требовало времени. Многочисленные феодальные пережитки, зависимость крестьян от помещиков, отсутствие опыта замедляли переход помещичьего хозяйства на капиталистические начала. Быстрее всего капитализм развивался там, где меньше было крепостнических пережитков.

По методам преобразования сельского хозяйства можно выделить районы с преобладанием «прусского» и «американского» путей развития капитализма. «Прусский» путь характеризовался сохранением значительного числа пережитков феодализма, в том числе высокой степенью эксплуатации крестьянства, введением высоких выкупных платежей, сохранением общины. Такой тип хозяйствования преобладал в Черноземном районе, на Среднем Поволжье. «Американский» путь отличался интенсивным развитием производительных сил, внедрением сельскохозяйственных машин, распространением передовых достижений агрокультуры, применением наемного труда. Он был характерен для Севера, Сибири, Заволжья, Украины, Северного Кавказа.

В конце XIX в. особую остроту приобрел аграрный вопрос. Из-за естественного прироста населения при сохранении в прежнем размере надельного землепользования возросло крестьянское малоземелье. Численность крестьян с 1861 по 1900 г. возросла с 24 млн. до 44 млн. душ мужского пола, а размеры наделов сократились с 5 до 2,7 десятины, в то время как для нормального ведения хозяйства требовалось 15 десятин земли. В этих условиях помещичье землевладение превратилось в главный тормозящий фактор развития сельского хозяйства.

В середине 1906 г. председателем Совета министров назначили П.А. Столыпина. Вскоре им были изданы указы о передаче Крестьянскому банку государственных земель для их продажи крестьянам, отмене подушной подати и круговой поруки, были сняты ограничения на свободу передвижения крестьян и избрания ими места жительства, разрешены семейные разделы имущества и т.д.

Суть Столыпинской аграрной реформы состояла в ликвидации крестьянской общины и создании слоя крестьян-собственников, ведущих товарное хозяйство. При формировании слоя крестьян-предпринимателей правительство рассчитывало на то, что распад общины приведет к постепенной концентрации земли в руках зажиточных крестьян. Этой же цели служила политика переселения крестьян. Основным условием перехода к фермерскому хозяйству Столыпин считал ликвидацию чересполосицы (системы «шнуро­вого землепользования»). Наличие «шнуров» — длинных узких полос земли — вынуждало крестьян применять трехполье без травосеяния. Совершенствование системы севооборотов вызывало необходимость перехода к целостным участкам — хуторам.

Важным мероприятием Столыпин считал снятие ограничения на пользование крестьянами помещичьей землей. Покупка земли и последующая перепродажа ее на льготных условиях, посреднические операции по увеличению крестьянского землевладения осуществлялись Крестьянским банком. Кредит на покупку земли был не только увеличен, но и удешевлен. Плата за него снижалась, если крестьянин приобретал землю в единоличную собственность. Банковский процент был большим, а разница в платежах покрывалась субсидиями из бюджета. В 1906—1917 гг. она составила 145,5 млн. руб. Банк продавал крестьянам землю, которая приобреталась им у дворян, выдавал ссуды. Деятельность банка содействовала становлению и укреплению новых форм землевладения.

Переселенческая политика, проводимая правительством Столыпина, имела определенные успехи. Она помогала экономическому и социальному развитию новых регионов. Так, население Сибири выросло на 153%. Новые поселки постепенно превращались в крупные населенные пункты с органами местного самоуправления. За 1906—1913 гг. посевные площади в Сибири расширились на 80%. Тобольская и Томская губернии стали ведущими поставщиками масла и сыра на российский и европейский рынки. В ре­зультате переселения освободилось около 1 млн. десятин земли, что способствовало смягчению остроты крестьянского вопроса в Центральной России.

Значительную поддержку правительство оказывало развитию сельского кооперативного движения. Государственный банк предоставлял средства кредитным товариществам. Это был первый этап кооперативного движения с преобладанием административных форм регулирования отношений в сфере мелкого кредита. На втором этапе сельские кредитные товарищества, накопив собственные капиталы, могли существовать самостоятельно. Уже к 1912 г. сложилась система мелкого крестьянского кредита — ссудосберегательных и кредитных товариществ. Если в 1905 г. их количество составляло 1680, то в 1913г. - 13 015, а в 1916 г. - 16 261. Числен­ность членов товариществ за 1905—1916 гг. выросла с 72.9 тыс. до 10,5 млн. человек, а вклады — с 37,5 млн. до 682,3 млн. руб. В 1911 г. был утвержден устав Московского народного банка, который стал финансовым центром крестьянской кредитной кооперации.

Аграрная реформа повлияла на преобразования в сфере образования. По мнению Столыпина, в стране должна была быть создана структура сельскохозяйственного образования, состоящая из трех ступеней: общеобразовательной начальной школы, сельскохозяйственных училищ, высших агрономических учебных заведений. Результатами этой политики стало увеличение численности земского и правительственного агрономического персонала. Если в 1895 г. насчитывалось 134 земских и 14 правительственных агрономов, то в 1906 г. их было 593 и 141 соответственно. В 1915г. работало уже 3266 земских и 1365 казенных агрономов.

Реформа ускорила процесс развития рыночной экономики: выросла товарность сельского хозяйства, увеличился спрос на сельскохозяйственную технику, удобрения, предметы широкого потребления. Все это способствовало подъему промышленного производства. Важнейшим итогом реформы явилось увеличение валового сбора зерна. Если в начале века он составлял 3,5 млрд. пудов, то в 1913 г. — 5 млрд. пудов, из которых 4,4 млрд. пудов было собрано в основном в зажиточных крестьянских хозяйствах, а 600 млн. пудов — на помещичьих землях. Доходы от зернового хозяйства выросли на 86%, от животноводства — на 108%. В 1911 — 1913 гг. страна получила зерновых на 28% больше, чем США, Канада и Аргентина, вместе взятые.

б). Промышленность, торговля, финансы

Реформы 60—70-х гг. XIX в. дали мощный толчок развитию промышленного производства. Важным показателем этого процесса стало увеличение удельного веса городского населения и изменение его сословно-классовой структуры. С 1863 по 1897 г. городское население выросло в 2,5 раза — с 6 млн. до 17 млн. человек, в то время как все население страны — лишь в 1,5 раза. Удельный вес городского населения к концу века составил 13,5%. По официальной статистике, городское население состояло из крупнойбуржуазии, помещиков и высших чиновников — 11%, ремесленников и лавочников — 24%, «рабочего люда» — 52%.

К 1880-м гг. во всех отраслях экономики завершился промышленный переворот. В основных отраслях промышленности и на транспорте машинное производство вытеснило ручную технику. Водяное колесо и мускульная сила человека были заменены паровым двигателем. В России промышленный переворот прошел две стадии. В 1830—1840-х гг. он в основном завершился в хлопчатобумажной промышленности, а в 1870- 1880-х гг. - на железнодорожном транспорте и в тяжелой промышленности.

В пореформенную эпоху огромную роль в развитии экономи­ки играло железнодорожное строительство. К 1861 г. в стране насчитывалось менее 2 тыс. км железных дорог. Последовавшее за тем бурное железнодорожное строительство позволило к началу 1880-х годов иметь более 22 тыс. км путей. Создание развитой железнодорожной сети существенно расширило внутренний рынок, о чем свидетельствовал рост грузооборота — с 439 млн. пудов в 1868 г. до 11 072 млн. пудов в 1904 г., т.е. объем перевозок вырос в 25 раз. Строительство железных дорог являлось не только показателем экономического роста, но и его стимулятором. Оно способствовало развитию добывающей, металлургической, металлообрабатывающей и машиностроительной промышленности. Развитие железнодорожного транспорта ускорило подъем сельского хозяйства, так как улучшало возможности сбыта и обращения товаров. Все это создавало условия для окончательного складывания всероссийского рынка и дальнейшего развития капиталистических отношений.

Одним из главных итогов масштабного железнодорожного строительства стало энергичное развитие экономики. За 1860—1891 гг. в России добыча угля возросла в 21 раз, производство чугуна — в три раза, железа и стали — в 4,7 раза, а нефти -в 476 раз. Черная металлургия и угледобывающая промышленность превратились в основные отрасли тяжелой промышленности. Во второй половине 1890-х гг. были построены новые машиностроительные заводы. К концу XIX в. в России, например, работало семь паровозостроительных заводов с ежегодной производительностью 1200 паровозов. Это были достаточно крупные производства. Для сравнения: Франция выпускала ежегодно 500, а Германия — 144 паровозов. Производство вагонов приблизилось к объему выпуска германских заводов, которые изготовляли около 30 тыс. товарных и 6 тыс. пассажирских вагонов.

Высокие темпы роста отраслей тяжелой промышленности не могли не отразиться на отраслевой структуре хозяйства и территориальном размещении промышленности. Появились новые виды производства, такие, как нефтяная, нефтеперерабатывающая, машиностроение. Быстрое освоение новых территорий затронуло размещение топливной и металлургической промышленности. К старым индустриальным районам — Центральному, Петербургскому, Уральскому — прибавились новые: южный угольно-металлургический — Донбасс и Кривой Рог, Бакинский нефтедобывающий. Возникли крупные промышленные центры — Баку, Харьков, Юзовка, Горловка. Ведущая роль в добыче угля и производстве чугуна перешла от Урала к предприятиям Юга России.

Однако не все районы страны развивались равномерно. На северо-западе (в Петербурге, Прибалтике), в Центральном промышленном районе, на юге Украины и в Закавказье успехи были заметны. На Урале темпы развития оказались более низкими, а территории Сибири и Средней Азии оставались почти неосвоенными в промышленном отношении. Некоторые районы сохраняли аграрный характер. Они поставляли городам хлеб и сельскохозяйственное сырье и являлись потребителями промышленных изде­лий. Неравномерность размещения промышленности по территории — одна из особенностей развития капитализма в России.

Экономические изменения в сельском хозяйстве и промышленности не могли не сказаться на внутренней и внешней торговле. Пореформенные годы отмечены быстрым ростом внутреннего товарооборота с 2,4 млрд. руб. в 1873 г. до 11-12 млрд. руб. в 1900 г. Менялись организационные формы торговли. Сезонные ярмарки сохранялись в основном в менее развитых районах. В крупных городах создавались торговые компании с развитой сетью магазинов и складов. Сформировались товарные биржи, имевшие, как правило, специализированный характер: хлебные, лесные, мануфактурные и т.п.

Переход к товарному сельскому хозяйству привел к росту хлебного рынка. С 1861 по 1891 г. он увеличился более чем в два раза. Из общего количества продаваемого хлеба около 60% потреблялось внутри страны, а 40% вывозилось за границу. Быстрыми темпами развивался рынок промышленных товаров. Сформировался устойчивый спрос на машины, орудия сельскохозяйственного труда, нефтепродукты, ткани, обувь. Потребителями товаров становилось не только городское, но и сельское население. Возрастали объемы внешнеторгового оборота, что свидетель­ствовало о втягивании России в мировой рынок. Объем внешнеторговых операций за 1861 — 1900 гг. увеличился в три раза - с 430 до 1300 млн. руб., причем стоимость вывозимых товаров на 20% превышала стоимость ввозимых. В структуре экспорта конца века 47% занимал хлеб. За эти годы он увеличился в 5,5 раза. Экспорт зерна был основным источником получения дополнительных средств для промышленного развития. Основными статьями импорта оставались машины, оборудование для промышленности и сельского хозяйства. Основная часть внешнеторгового оборота — 75—80% — приходилась на Англию и Германию, остальные 20-25% - на азиатские страны и США.

Бурное развитие российской экономики характеризовалось проникновением иностранного капитала в промышленность, чему в немалой степени способствовали низкие таможенные тарифы и предоставление права (1872) иностранным подданным на поиск и добычу полезных ископаемых. Иностранный капитал инвестировался в нефтедобычу и нефтепереработку, транспорт, а также на реконструкцию предприятий и создание комплексов в черной металлургии. В инвестиционном процессе преобладали вложения четырех стран — Франции, Англии, Германии, Бельгии. В начале XX в. доля Франции составляла 31% в общем объеме иностранного капитала, Англии — 24%, Германии — 20%, Бельгии — 13%.

В машиностроении иностранный капитал распределялся следующим образом: французский, немецкий, бельгийский, английский; в черной металлургии — французский, бельгийский, немецкий, английский. В химической промышленности главенствующее положение занимал немецкий капитал. В сфере банковских услуг первое место принадлежало французскому капиталу. Основными регионами сосредоточения иностранного капитала были Северный Кавказ, Закавказье, Юг России, Сибирь и Дальний Восток. Значительное количество иностранного капитала находилось в Москве и Петербурге — главных финансовых центрах России.

В начале 1890-х гг. страна вступила в новый этап промышленного развития. За десятилетие (1890-1900) выпуск промышленной продукции вырос в.два раза, в том числе выпуск продукции тяжелой промышленности в 2,5 раза. Добыча каменного угля увеличилась в три раза, нефти — в 2,5 раза. По добыче нефти Россия вышла на первое место в мире. Металлургическая промышленность увеличила выпуск продукции в три раза, в том числе на новых предприятиях Юга производство металла возросло в семь раз. Если в мировом производстве металла Россия в 1880 г. занимала только седьмое место, то в 1900 г. она переместилась на четвертое место. По общему объему промышленного производства к началу XX в. Россия занимала четвертое-пятое место в мире. В результате промышленного подъема она выходит в число стран со средним уровнем развития капитализма.

Россия лидировала по темпам роста и концентрации производства. Этому в значительной мере способствовало широкое развитие акционерных форм. В 1889 г. в России имелось 504 акционерных общества с акционерным капиталом в 911,8 млн. руб. Общая сумма всех акционерных капиталов в 1899 г. насчитывала 2,2 млрд. руб. Во второй половине 1890-х гг. численность рабочих ежегодно увеличивалась на 9,8%, в то время как число заводов и фабрик сокращалось на 2,2%. Во главе промышленности, как пра­вило, стоял крупный акционерный капитал.

После динамичного развития конца XIX в. промышленность, как, впрочем, и экономика в целом, вступила в период спада. Общее промышленное развитие продолжалось, но проходило очень неравномерно. Например, выплавка чугуна снизилась на 3%, зато производство стали увеличилось на 24%, нефтедобыча упала на 25%, но добыча угля выросла в 1,5 раза. За эти годы количество занятых рабочих увеличилось на 21%, а общий выпуск промышленной продукции — на 37%, что можно оценить как общее повышение производительности труда. С 1890 по 1913г. производительность труда в промышленности выросла в четыре раза.

В 1909—1913 гг. начался новый экономический подъем. Особенно быстрыми темпами возросло производство промышленной продукции. По этому показателю Россия опережала Англию, Францию, Германию, США, За этот период среднегодовой прирост промышленной продукции составил 9%. Поступления от промышленного производства в национальном доходе почти сравнялись с поступлениями от аграрного сектора. Продукция про­мышленности покрывала 80% внутреннего спроса.

Особенно быстро развивались такие регионы страны, как Центральный, Северо-Западный, Урал, Донбасс, Кривой Рог, Прибалтика, Польша, в которых было сосредоточено до 85% всех рабочих и производилось до 75% валовой промышленной продукции. Развитие экономики способствовало усилению монополистических процессов. Первые монополии появились уже в конце 70-х гг. XIX в. Первоначальной формой монополистического объединения являлся картель. В 1875 г. несколько страховых компаний подписали Конвенцию общего тарифа и стали диктовать свои условия тем страховым обществам, которые не вошли в соглашение. В 1881 г. появилось картельное соглашение Международного и Русского для внешней торговли банков.

Для промышленности наиболее типичным было создание монополий типа синдиката. Они возникли в отраслях, связанных с железнодорожным строительством. Это были объединения предприятий по производству рельсов (1882), потом заводов по производству крепежа для рельсовых конструкций (1884), строительству мостов (1887).

В начале XX в. самые мощные предприятия были созданы в отраслях тяжелой промышленности: добывающей, металлургической, машиностроении. Крупнейшим синдикатом в России был «Продамета», возникший в 1902 г. для продажи изделий металлургических заводов. В том же году появился синдикат «Трубопродажа», а в 1903-1907 гг. - «Продуголь», «Кровля», «Медь», «Продруд». В нефтяной промышленности начали образовываться тресты. Одним из крупнейших трестов являлось «Товарищество братьев Нобель», которое сосредоточило в своих руках добычу, хранение, транспортировку, переработку и продажу нефти и нефтепродуктов.

Монополистические объединения появлялись также в легкой и пищевой промышленности, сахарном, полотняном, джутовом, ниточном, шелковом производствах. Однако темпы процесса монополизации легкой промышленности отставали от аналогичного показателя в тяжелой. К 1914 г. в стране насчитывалось более 200 монополистических объединений разного типа.

К 1861 г. состояние российских финансов стало плачевным. Основным источником пополнения казны была эмиссия бумажных денег. Следствием этого явилось возрастание бюджетного дефицита. Для расширения системы коммерческого кредита в банковской форме необходимы были определенные условия: развитие торговых отношений, накопление капиталов, установление коммерческих связей во внешней торговле и между отдельными районами внутри страны.

В 1860 г. был основан Государственный банк как главное эмиссионное и кредитное учреждение, отвечавшее за финансовую политику страны. Денежные средства Государственного банка составили 50 млн. руб. основного и 5 млн. руб. запасного капитала. Самостоятельностью Государственный банк не обладал, он подчинялся непосредственно Министерству финансов. Общее же управление осуществлял Совет банка и управляющий, который назначался Сенатом.

С 1860 по 1896 г. Государственный банк финансировал казну, т.е. выступал в роли кредитора государства. Лишь в 1896 г. его затраты сравнялись с суммами казны, положенными в Государственный банк. Полная ликвидация долга государства банку произошла только в 1901 г.

Вторая половина 1860-х гг. характеризуется образованием первых частных банков. В 1864-1873 гг. было учреждено около 40 акционерных банков. За сравнительно короткое время сложилась разветвленная банковская система. К началу XX в. страна была покрыта сетью промышленных, торговых банков, ипотечных, выдававших кредиты и ссуды под залог земельной собственности, многочисленных обществ взаимного кредита и кредитных кооперативов, сочетавших в своей деятельности черты сберегательной кассы и кассы взаимопомощи, городских банков, привлекавших депозиты и осуществлявших подтоварное кредитование.

Основная роль в банковской сфере принадлежала Петербургу, Москве и Варшаве. Девять крупнейших столичных банков концентрировали 93% активов и пассивов Петербурга, два московских и один коммерческий банк Варшавы - 88% провинциальных активов и пассивов. Они осуществляли весь спектр банковских операций, как пассивных (привлечение депозитов, прием текущих вкладов и вкладов до востребования, переучет и перезалог векселей, акцептные операции), так и активных (учет и залог векселей, подтоварное кредитование, фондовые операции).

Сфера деятельности банков существенно различалась. Крупные петербургские банки, такие, как Русско-Азиатский, Петербургский Международный коммерческий, Азовско-Донской коммерческий, Русский для внешней торговли, Русский торгово-промышленный, можно охарактеризовать как «деловые». Так, Русско-Азиатский банк практически содержал Путиловский завод, Руссобалт финансировал военную, нефтяную, табачную промышленность; Петербургский Международный коммерческий поддерживал транспортное машиностроение, судостроение, цветную промышленность; Азовско-Донской — металлургические, угольные, сахарные и тек- стильные предприятия; Русский для внешней торговли банк и Русский торгово-промышленный банк кредитовали масштабные торговые операции. Для этих банков была характерна совместная деятельность с иностранным капиталом.

Вторая финансовая группа — это петербургские банки, т.е. Сибирский торговый, Учетный и ссудный. Частный коммерческий банки, Московский Соединенный банк и Коммерческий банк в Варшаве, специализировавшиеся на региональных банковских операциях.

Наконец, третья финансовая группа была представлена Волжско-Камским и Московским купеческим банками. Эти учреждения приближались по характеру деятельности к классическим депозитным банкам XIX в. Высокая доля операций со вкладами, преобладание вексельных и подтоварных кредитов, отсутствие связи с иностранным капиталом и кредитование, главным образом, текстильной промышленности, связь с купечеством давали основание назвать их «традиционными».

3. Экономическая политика

Политика правительства в экономической сфере формировалась и реализовывалась на основе экономических программ, разрабатываемых Министерством финансов. В руках этого ведомства до образования в 1905 г. Министерства торговли и промышленности сосредоточивалось управление не только денежным обращением, кредитами, но и промышленностью, торговлей, железнодорожным строительством. Министерство финансов разрабатывало долгосрочные программы экономического развития страны и отвечало за их выполнение.

После отмены крепостного права министром финансов был назначен М.Х. Рейтерн (1862-1878). Им была подготовлена долгосрочная программа экономического развития России. Она основывалась на принципе смешанной экономики и предусматривала сочетание государственных и частных интересов под патронажем Министерства финансов и Государственного банка. Важное значение министр финансов придавал преодолению денежного кризиса и восстановлению ценности рубля. С этой целью Министерство финансов ограничило внешние заимствования, лимитировало вывоз капиталов за границу, уменьшило правительственные расходы, проводило операции по закупке золота и серебра. Особое внимание уделялось широкому привлечению иностранного капитала, поскольку дефицит свободных денежных средств сдерживал промышленное развитие. На это была направлена таможенная политика, обеспечивавшая защиту развивавшейся отечественной промышленности и способствовавшая притоку иностранного капитала. Правила о концессиях, разработанные министерством, позволили привлечь иностранный капитал к реализации российских проектов.

Во время кризиса начала 1880-х гг. Министерство финансов возглавил видный ученый-экономист, либеральный публицист Н.Х. Бунге (1881 — 1886). Став министром финансов, он сосредоточил усилия на создании необходимых предпосылок для нормализации денежного обращения. Однако дефицит государственного бюджета ему преодолеть не удалось. Как и раньше, покрытие осуществлялось за счет внешних и внутренних займов. На 1 января 1887 г. государственный долг достиг 6.5 млрд. руб. В конце 1886 г. Бунге оставил пост министра финансов. К этому времени в общей форме сложилась концепция будущей денежной реформы, сущность которой заключалась в девальвации рубля и переходе на золотую валюту.

В 1887 г. министром финансов был назначен известный ученый, опытный биржевик и руководитель нескольких акционерных обществ И.А. Вышнеградский (1887—1892). Программа нового министра финансов предусматривала расширение государственного вмешательства в экономику, рост косвенных налогов. Большое значение в обеспечении активного платежного баланса Вышнеградский придавал иностранному капиталу. В 1889—1891 гг. Министерство финансов осуществило пять займов на сумму 425,1 млн. золотых рублей. Эти меры позволили активизировать платежный баланс и ускорить накопление золотого запаса с 273,7 млн. руб. в 1888 г. до 581,5 млн. руб. в 1893 г. К 1891 г. Министерство финансов сочло возможным начать проведение денежной реформы. Однако неурожай 1891 — 1892 гг. отсрочил ее осуществление.

В 1892 г. пост министра финансов занял СЮ. Витте (1892-1903). Он продолжил претворение в жизнь программ хозяйственного развития своих предшественников. Его экономическая программа была направлена на достижение Россией полной экономической независимости. Активная роль в этом процессе отводилась государству. По мнению Витте, поощрение отечественной промышленности и сельского хозяйства являлось важнейшей задачей государственных финансов и всей кредитной системы страны. В индустриализации Витте видел основу экономической и политической стабильности.

Для достижения поставленных целей программа предусматривала увеличение инвестиций в промышленность, расширение промышленного кредита, стимулирование частного предпринимательства, улучшение торгового и платежного балансов, развитие сети общего и профессионального образования и т.д. Учитывая, что внутренних источников финансирования индустриализации было недостаточно, программа предусматривала широкое привлечение иностранного капитала и обеспечение гарантий иностранным инвесторам.

Узловым пунктом экономической программы стало проведение денежной реформы. Добиться положительных результатов, по мнению Витте, можно было лишь в том случае, если денежная система будет обладать надежностью и стабильностью. Ее устойчивость должен был обеспечить монометаллизм — введение в обращение золота. Для увеличения золотого запаса были получены иностранные кредиты, введены высокие косвенные налоги на товары повседневного спроса, увеличен экспорт хлеба, подняты поземельный налог и гербовый сбор, доходы от которого составили около 1,5 млрд. руб. В 1895 г. была введена винная монополия. Ежегодные поступления в казну выросли на 340 млн. руб. В 1897 г. был принят Закон «О чеканке и выпуске в обращение золотых монет». Россия перешла к системе золотого стандарта, которая существовала до Первой мировой войны.

В августе 1903 г. Витте был назначен председателем Комитета министров, а министром финансов — В.Н. Коковцев (1904—1914). После убийства Столыпина (1911) Коковцев совмещал должность министра финансов с постом председателя Совета министров.

Экономическая политика этого периода включала: традиционное покровительство промышленности; меры по развитию сельского хозяйства для расширения внутреннего рынка; ограничение государственного сектора экономики и поощрение частного предпринимательства; достижение бездефицитного бюджета и обеспечение стабильности финансовой системы; привлечение иностранных капиталов; развитие внешнеторговой деятельности.

Максимум усилий Коковцев прилагал для сохранения устойчивости финансов в условиях политической нестабильности. Русско-японская война (1904—1905) и революция (1905—1907) негативно отразились на состоянии всей экономики, но созданный ранее экономический потенциал и деятельность министра финансов Коковцева позволили не допустить девальвации и стабилизировать систему денежного обращения. Придерживаясь жесткой эмиссионной политики, правительство обеспечивало устойчивый курс русских ценных бумаг, что вызывало доверие иностранных инвесторов. Такая политика способствовала мощному притоку иностранного капитала в российскую экономику как в форме займов для поддержания золотого обращения, так и в акционерной форме.

Итоги. За 1861 —1913 гг. Россия достаточно быстро прошла этап индустриального развития, заняв достойное место в пятерке экономически развитых стран мира. При этом необходимо иметь в виду, что только 35 лет экономика России развивалась в условиях, обеспечивающих нормальный воспроизводственный процесс. Остальное же время пришлось на войны, кризис и революционные потрясения.

Развитие капитализма в России имело свои особенности. Она позже других стран вступила на путь капиталистического развития. Однако для нее характерны более высокие темпы и уровень концентрации промышленного производства. Немаловажным являлось использование Россией технологии и опыта высокоразвитых индустриальных стран и иностранных инвестиций. Особенность России состояла в том, что в ней в большей степени, чем в других странах, проводилось государственное регулирование экономической жизни. В пореформенный период шли процессы не только «развития капитализма снизу», но и «насаждения капитализма сверху». Она имела возможность развиваться «вширь», т.е. распространяться на слабо освоенные окраины. Данное обстоятельство сдерживало процесс «развития капитализма вглубь» на уже освоенной территории, но в перспективе создавало более широкую базу для его дальнейшего роста. Темпы и степень развития и роста в различных отраслях экономики были неодинаковыми. Выше они были в промышленности, ниже — в сельском хозяйстве, где продолжали сохраняться докапиталистические и даже патриархальные формы. Да и в промышленной сфере можно говорить о становлении капитализма лишь применительно к крупному и среднему производству. Сохранялись различные виды докапиталистической промышленности — мелкое товарное производство, домашние промыслы, ремесла. Таким образом, экономика России оставалась многоукладной, т.е. наряду с современными формами капитализма в ней существовало как мелкотоварное, так и патриархальное производство.

4. Экономика России накануне и в условиях Первой мировой войны

С начала XX в. оформляются новые экономические тенденции, выразившиеся в монополизации хозяйственной жизни. В России перед Первой мировой войной насчитывалось до 150—200 монополистических объединений, 52% всех банковских капиталов сосредоточивалось в семи крупнейших банках страны, 54% всего промышленного пролетариата было занято на крупных предприятиях с количеством рабочих более 500 человек, а таких предприятий было всего 5% от общего количества существовавших в стране. Формировавшаяся монополистическая буржуазия стремилась использовать силу государства для наиболее полной реализации своих экономических интересов. В этот период началось активное сближение государства и монополий, что привело накануне мировой войны к появлению государственного монополизма, или государственно-монополистического капитализма. Вступление в Первую мировую войну предопределило направленность его дальнейшего развития и коренные изменения в хозяйственном механизме в целом.

Если к 1914 г. государственное регулирование приобрело определенность в отраслях, где влияние государства было традиционно велико (сахарное производство, железнодорожное строительство, транспортное машиностроение, военное судостроение), то в условиях натурализации хозяйства (сокращения сферы товарно-денежных отношений) неизбежным стало углубление государственного регулирования и расширение участия в нем монополистического капитала. Таким образом, государственное хозяйствование при сближении его с крупным бизнесом превратилось в прогрессирующую тенденцию дальнейшего экономического развития российского общества.

Первая мировая война для России имела далеко идущие экономические и социально-политические последствия. Война потребовала концентрации всех сил страны для победы. Военные расходы были чрезвычайно велики. Каждый день войны в 1914г. обходился в среднем в 10 млн. руб., в 1915 г. — примерно в 24 млн., в 1916 г. — приблизительно в 40 млн., а в 1917 г. -в 50—65 млн. руб.

К 1917 г. на нужды фронта работало (производило вооружение) 2018 тыс. человек из 2443 тыс. рабочих промышленности, или 86%. Большинство гражданских предприятий стало производить военную продукцию и обслуживать нужды армии. Уже к концу 1914г. на военную службу было призвано 6,5 млн. человек, а через два года число мобилизованных достигло 16 млн. человек. В ходе боев погибло и умерло от ран около 1Л 5 млн. солдат, около 2 млн. было ранено и почти 1 млн. оказался в плену.

Вступление России в военные действия означало смену экономических приоритетов, что нашло выражение в изменении соотношения темпов развития отраслей и секторов хозяйства. Общий рост производства промышленной продукции обеспечивался за счет отраслей, работавших на оборону (1913 г. = 100%): 1914г. - 106, 1915 г. - 191, 1916 г. - 267,8 и 1917 г. - 168,8%. В прочих отраслях производство сокращалось (1913 г. = 100%): 1915г. - 94; 1916 г.- 84, 1917 г. - 53,8%.

Главными проблемами, определившими характер экономической политики, стали транспорт, топливо, продовольствие, трудовые ресурсы, финансы.

По железным дорогам перевозилась большая часть грузов. С началом войны железнодорожное строительство, не прекращавшееся со второй половины XIX в., еще более расширилось. В 1916 г. было сдано в эксплуатацию 4193 км железнодорожных путей, а всего за годы войны — около 10 тыс. км.

Большие работы проводились по завершению строительства Сибирской магистрали на европейской части страны. Было сооружено несколько железных дорог на Урале, в Средней Азии; вошли в строй линии Петербург — Мурманск, Вологда — Архангельск.

Тем не менее, транспорт представлял собой узкое место в экономике страны. Осложняло работу железных дорог несколько обстоятельств.

Во-первых, западная часть страны с ее более густой железнодорожной сетью была оккупирована, изменились направленность и объемы грузопотоков. Дороги, загруженные военными перевозками, не справлялись с подвозом из Сибири и других окраинных районов продовольствия и сырья.

Во-вторых, в условиях войны резко обострилась проблема технического обеспечения подвижным составом. Из бывших в 1914 г. 20 057 российских локомотивов в 1915 г., несмотря на ввод 800 новых, в рабочем состоянии находилось только 16 500. Железной дороге не хватало, по меньшей мере, 2 тыс. паровозов и 80 тыс. вагонов. Россия почти полностью зависела от английских поставок паровозных двигателей, которые прекратились с началом войны. Ремонт же осложнялся нехваткой квалифицированных кадров, мобилизованных в действующую армию. Положение усугублялось недостатком топлива, взяточничеством на транспорте и бесхозяйственностью администрации железных дорог.

Работа транспорта оказалась неразрывно связана с топливной проблемой.

С декабря 1916 г. началось уменьшение добычи угля в Донбассе: за три месяца оно составило 17%. Но железные дорога не смогли обеспечить перевозку и добываемого угля. Так, общее выполнение нарядов на вывоз донецкого топлива составило во второй половине 1916 г. только 66,4% против 74,7% в первой половине того же года. В феврале 1917г. вывоз добытого угля составлял 53,7% (89,3 млн. пудов при норме 166,3 млн. пудов). Компенсировать нехватку угля в определенной степени могли «заменители» — торф (особенно в Центральном районе) и дрова. Но и здесь вставала проблема их транспортировки до железнодорожных магистралей либо до рек, но не хватало лошадей.

В конце 1916 г. из-за недостатка угля и нефти начали закрываться заводы. Многие предприятия работали не на полную мощность. В Петрограде из 73 предприятий, простаивавших в декабре 1916 г., 39 закрылись из-за отсутствия топлива и 11 — в связи с прекращением подачи электроэнергии, вызванным нехваткой топ­лива на электростанциях.

Напряженное положение создалось с продовольственным снабжением армии и промышленных центров.

С хлебом в стране сложилась парадоксальная ситуация: происходило неуклонное нарастание продовольственного кризиса при фактическом избытке ресурсов.

Резкое сокращение экспорта хлеба с началом военных действий и уменьшение потребления (оккупация ряда районов и сокращение населения) сформировали резерв примерно в 1 млрд. пудов, что в немалой степени обнадеживало правительство. Избыток хлеба был и в Сибири, где за годы войны посевные площади возросли, и в черноземных губерниях Европейской России — более 0,5 млрд. пудов. Одновременно в нечерноземных губерниях недоставало около 270 млн. пудов.

Тем не менее, продовольственное снабжение ухудшалось. И причина состояла не столько в транспорте, сколько в неблагоприятной рыночной конъюнктуре для поставщиков товарного хлеба, что вынуждало правительство идти по пути администрирования заготовок. В конце 1915 г. председателю Особого совещания по продовольствию было предоставлено право устанавливать в масштабах империи или ее отдельных районов предельные цены на продажу продовольственных продуктов и фуража. В декабре 1916г. царское правительство ввело обязательные поставки хлеба в казну по твердой цене. Это ущемляло интересы поставщиков и приводило к срыву заготовок.

Необходимо учитывать также, что перед войной Россия ввозила из-за границы не только сельскохозяйственные машины, но и простые вещи наподобие осей, серпов, кос. В 1915 г. ее собственное производство этих товаров упало до 15,1%, ав 1917 г. — до 2,1%. Значительно сократилось и производство потребительских товаров. Вступление в войну Турции на стороне стран Тройственного союза привело к серьезнейшим последствиям — закрытию Босфора и Дарданелл и почти полной изоляции Российской империи от мирового рынка. Отныне импорт шел только через Архангельск и Владивосток. Россия оказалась в условиях экономической блокады.

Таким образом, нарушалась возможность сбалансированного товарообмена. Крестьянство начало скрывать, а иногда даже унич­тожать хлеб. В результате уменьшались запасы хлеба, имевшиеся в распоряжении государственных органов. В первом квартале 1917 г. они сократились до критического минимума и на 1 марта составили 20 млн. пудов при ежемесячной норме потребления свы­ше 90 млн. пудов.

На фронтах к Февральской революции запасов продовольствия было на три—пять дней. Вместо 500 вагонов продовольствия, ко­торые получал Петроград ежесуточно в октябре 1916 г., в январе 1917 г. суточное поступление уменьшилось до 269 вагонов, а в феврале стало меньше 200. Такое же резкое сокращение наблюда­лось и в Москве.

В годы войны ухудшился трудовой баланс страны. Дефицит рабочих рук испытывали все воюющие страны. Франция, напри- мер, в обмен на кредиты предлагала России поставлять рабочих. Но в России положение в этой сфере было намного сложнее. Из деревни было изъято свыше половины мужского трудоспособного населения. Общая численность населения, занятого в сельском хозяйстве России (в пересчете на взрослых мужчин), в 1914 г. со­кратилась до 83,5% (1913 г. = 100%), в 1915 г. - до 78,7 и в 1917 г.-до 76,2%. Страна понесла огромные людские потери, потеряла убитыми и умершими от ран больше, чем какое-либо другое го­сударство, принимавшее участие в войне. Процент потерь был еще выше в отношении трудоспособных возрастов.

На динамику трудовых ресурсов оказало непосредственное влияние ухудшение продовольственного снабжения городов. Нараставшая угроза голода приводила к усилению оттока городского населения, что вызвало необходимость привлечения неквалифицированной рабочей силы из деревни, а также женщин и массовое «мешочничество» — поездки в деревню за продуктами, которые обменивались на промышленные товары, следствием чего стало увеличение числа прогулов и существенное падение произ­водительности труда.

Война не могла не отразиться на финансовой системе. Расхо­ды постоянно росли (1914/15 г. - 27,2 %, в 1915/16 г. - 39, 6, а в 1916/17 г.- 49,3% совокупного дохода страны). Одновременно сокращалась доходные статьи бюджета (таможенный доход, доходы от железных дорог, лесного хозяйства и т.д.). Запрещение продажи казенного вина с началом войны, а затем полное запреще­ние виноторговли привели к ликвидации самой большой статьи доходов бюджета, составлявшей 25%, или до Y4 всего бюджета страны. Повышение акцизов (на табак, спички, бумагу, нефтяные продукты), а также налогов (промыслового, на перевозку пассажиров, грузов и т.д.) не могло компенсировать эти потери.

В таких условиях правительство использовало традиционные методы покрытия военных расходов — денежную эмиссию, займы, введение новых и повышение действовавших налогов и косвенное обложение.

С начала войны прекратился размен бумажных денег на золото и наращивался выпуск кредитных билетов. Согласно уставу Государственный банк мог выпустить кредитных билетов на 300 млн. руб. Во время войны это положение было изменено. Эмиссионное право Госбанка было увеличено до 1,5 млрд. руб. Позже эта сумма постоянно росла и достигла 6,5 млрд. руб. в 1916 г. Зачетыре года войны количество кредитных билетов в обращении увеличилось более чем в шесть раз. При этом сокращался золотой запас. До войны золото, находившееся в кладовых Государственного банка, почти полностью обеспечивало кредитные билеты. В России имелось золота на 1600 млн. руб., за границей — примерно на 150 млн. руб. при 1633 млн. кредитных билетов в обращении. На 1 октября 1917 г. в России хранилось золота на сумму 1294 млн. руб. при 17 275 млн. кредитных билетов в обраще­нии. В 1916—1917 гг. были выпущены разменные марки и казначейские знаки.

Сокращались и налоговые поступления. В первые три месяца 1917 г. поступления государственного поземельного налога упали на 32% по сравнению с 1916г., налоги с городского недвижимого имущества — на 41 %, квартирного— на 43, военного — на 29, промыслового — на 19, закладного — на 11, наследственных пошлин — на 16, страховых — на 27, выкупных платежей — на 65%. Внутренние и внешние заимствования привели к многократному росту государственного долга. На начало 1914 г. государ­ственный долг России равнялся приблизительно 4 млрд. руб., на 1 августа 1916 г. — 30, а на 1 августа 1917 г. — уже 43 млрд. руб.

Прогрессирующая инфляция (к февралю 1917г. курс рубля на внутреннем рынке упал до 27 коп. при официальном курсе — 55 коп.) и дефицит предопределили рост цен на основные товары в 4-5 раз. Потребление рабочих в 1916 г. при росте номинальной заработной платы составляло менее 50% довоенного уровня.

Описанные процессы в экономической жизни страны в значительной степени усилили отмеченную выше тенденцию к расширению государственного регулирования экономической жизни.

При анализе проблем государственного регулирования в России важно учитывать следующие немаловажные обстоятельства:

• государство имело значительную долю национального богатства, что предопределяло основы экономической политики, ее направленность (попечительство и опека);

• правительство не могло не учитывать возрастающее влияние монополистического капитала;

• при этом оно имело возможность использовать внутренние противоречия бизнеса для сохранения основных принципов экономической политики и усиления роли государства в хозяйственной жизни страны;

• правительство находилось под постоянным давлением общественно-структурообразующего помещичьего сословия, чьи интересы зачастую не совпадали с интересами капитала.

А это существенно ограничивало возможности правительства в согласовании интересов государства и общественности. Российская бюрократия была убеждена в возможности решения задач регулирования прежде всего методами укрепления административно-распорядительных прав власти по отношению ко всем субъектам хозяйственной системы без учета их интересов. Поэтому правительство в течение первого года мировой войны, опасаясь растущего влияния монополистического капитала и будучи уверен­ным в возможностях государственного аппарата, не шло на расши­рение сотрудничества. Одновременно правительство оказалось в противоречивом положении, поскольку вынуждено было согласовывать интересы торгово-промышленных кругов и помещиков.

Основными задачами военного регулирования экономики правительство считало обеспечение производства материальными ресурсами, а населения (и особенно армии) — продовольствием. Для этого в августе 1915г. были образованы четыре особых совещания — по обороне, перевозкам, топливу и продовольственному делу. Они имели широкие полномочия и возглавлялись министрами (военным, путей сообщения, торговли и промышленности, земледелия). В качестве инструментов регулирования использовались государственные заказы, фиксированные и предельные цены, ограничение свободы торговли вплоть до введения государственной монополии, реквизиции продукции, разрешительная система при межрайонном обмене товарами и перевозке грузов по железным дорогам. Совещания были призваны разрабатывать планы снабжения армии и населения продовольствием, топливом и т.д., выдавать авансы предприятиям и содействовать в выполнении заказов. По мере ухудшения экономической ситуации правительство стремилось усиливать роль административных рычагов, активизировать непосредственное вмешательство в хозяйственную жизнь и прежде всего в сферу распределения.

17 февраля 1915 г. вышел закон, наделявший местные власти новыми правами — запрещать вывоз сельскохозяйственной продукции за пределы своей губернии, устанавливать предельные цены на хлеб и фураж, закупаемые армией, реквизировать продукты по пониженным ценам (на 15%). Это важный момент в становлении административного регулирования. В 1916 г. быливведены твердые цены на все хлебные сделки, как правило заниженные, что привело к росту рыночных цен, особенно в сентябре 1916 г., и сокрытию производственных запасов. Эти меры создавали искусственный продовольственный дефицит в городах.

Промышленники России стремились усилить влияние на процессы регулирования. Уже в первые недели войны были созданы Всероссийский земский союз и Всероссийский союз городов. В 1915—1916 гг. создавались и множились различные комитеты и общества, росла их роль в жизни страны. Комитет Красного Креста, первоначально скромная организация, постепенно подчинил себе всю санитарную администрацию страны. Земский и городской союзы слились в Земгор, чтобы попытаться централизовать военные поставки, особенно со стороны небольших предприятий. В мае 1915 г. по инициативе А. Гучкова наиболее видные представители деловых и промышленных кругов создали Центральный военно-промышленный комитет, на который возлагалась задача организации производства для оборонных нужд и распределения заказов между крупными предприятиями. Благодаря усилиям ко­митета в 1916г. снабжение армии несколько улучшилось по срав­нению с 1915 г.

Государственная власть, явно теряя контроль за ситуацией, относилась ко всем этим инициативам весьма настороженно, видя в формах общественной организации представителей капитала опасные тенденции политического объединения чуждых самодержавному режиму сил. Но углубление кризиса в стране вынуждало правительство сближаться с бизнесом. После IX съезда представителей торговли и промышленности (май 1915) власти согласились на создание ряда общественных организаций, призванных координировать работу предпринимателей.

Вместо того чтобы поощрять эти патриотические настроения, Николай II проводил политику, заключавшуюся преимущественно в замене одних некомпетентных и непопулярных министров другими, ничуть не лучшими (за год сменилось пять министров внутренних дел, четыре министра сельского хозяйства и три военных министра). В обществе камарилью во главе с Распутиным обвиняли в подготовке сепаратного мира и потворстве вражеско­му нашествию на территорию страны. Становилось очевидным, что самодержавие потеряло способность управлять страной и вести войну.

Тем временем резко ухудшилось положение со снабжением продовольствием, топливом промышленных центров, что привело к росту забастовочного движения. Число бастующих стремительно росло: менее 35 тыс. во втором квартале 1914г., 560 тыс. в 1915 г., 1100 тыс. в 1916 г. Условия жизни трудящихся катастрофически ухудшались. Из перенаселенных, несмотря на мобилизацию, деревень прибывало слишком много дешевых рабочих рук, что ограничивало рост оплаты труда. Правительство было вынуждено идти на экстренные внеэкономические меры.

С начала 1916 г. в некоторых городах вводились продовольственные карточки, устанавливались нормы выдачи муки и круп. 30 июня этого же года был принят закон о четырех «мясопустных днях» в неделю. В конце ноября правительство приняло предложение министра земледелия А.А. Риттиха о введении с января 1917г. принудительной хлебной разверстки. Предусматривалась поставка 506,5 млн. пудов в установленные сроки для армии и военной промышленности. О снабжении городов должны были по­заботиться местные власти. К управлению хозяйством, хоть и в ограниченной форме, были впервые привлечены торгово-промышленные круги. Но все эти меры не ликвидировали хозяйственной разрухи. В оппозиции царизму оказались все классы и партии, за исключением крайне правых.

Экономическое состояние страны накануне Февральской революции даже представители царизма характеризовали как состояние «разрухи» и «развала». В этом отношении представляет интерес записка М.В. Родзянко, направленная царю в феврале 1917 г., незадолго до революции, в которой он писал, что «положение России сейчас катастрофическое и вместе с тем глубоко трагическое». Приход к власти Временного правительства не мог изменить направления экономической политики. Общие задачи новой власти были сформулированы А. Ф. Керенским: продолжить защиту страны; воссоздать во всей стране действенный административный аппарат; провести необходимые коренные политические и социальные реформы; подготовить путь к преобразованию России из предельно централизованного государства в федеральное.

Все составы правительства сходились на необходимости государственного регулирования экономики и усиления контроля за деятельностью частных торговцев и предпринимателей. Каждый состав правительства заявлял о решимости остановить падение экономики, наладить хозяйственную деятельность в условиях продолжавшейся войны. Все обещали «крайнюю бережливость в расходовании народных денег», «установление твердых цен на предметы первой необходимости» и доставку их населению «по возможно пониженным ценам». Не только социалисты (эсеры и меньшевики), но и кадеты выступали за ограничение свободного рынка. Министр земледелия А.И. Шингарев говорил летом 1917 г.: «Суровая экономическая необходимость момента неизбежно будет толкать всякую власть — социалистическую или несоциалистическую безразлично — на этот путь монополизации». Потому одним из первых шагов Временного правительства стало введение хлебной монополии. 25 марта 1917 г. вышло постановление о передаче хлеба в распоряжение государства: «Все количество хлеба... за вычетом запаса... необходимого для продовольственных и хозяйственных нужд владельца, поступает... в распоряжение государства и может быть отчуждаемо лишь при посредстве государственных органов». Хлебовладелец имел право оставить семена для посева, зерно для прокорма скота и пропитания из расчета 1,25 пуда на члена семьи и наемного работника в месяц, крупы по 10 золотников (золотник = 4,25 г) на душу в день. Разрешалось оставить сверх этого 10% потребного «на всякий случай». Весь остальной хлеб подлежал сдаче местным продовольственным органам по твердым ценам (владелец был обязан доставить хлеб на ссыпной пункт). Вслед за этим были установлены твердые цены на уголь, нефть, металл, лен, кожи, мясо, масло, махорку.

Но для решения общеэкономических задач (аграрный вопрос, финансовая система, и т.д.) у Временного правительства не было ни времени, ни возможностей.

Происходившие в стране процессы в 1917 г. уже не контролировались центральной властью.


Литература

1. История экономики. Ч. 1. От древности до Второй мировой войны: Учеб. пособие / Под ред. Н. Л. Клейн. Самара, 1998.

2. Конотопов М. В., Сметанин С. И. История экономики: Учебник для вузов. М., 2003.

3. Конотопов М. В., Сметанин С. И. История экономики России: Учебник для вузов. М., 2004.

4. Тимошина Т. М. Экономическая история зарубежных стран. Учеб. по­собие / Под ред. М. Н. Чепурина. М., 2004.

5. Тимошина Т. М. Экономическая история России. Учеб. пособие / Под ред. М. Н. Чепурина. 6-е изд. М., 2002.

6. Экономическая история зарубежных стран. Курс лекций / Под ред. В. И. Голубовича. Минск, 1997.