Восстание декабристов

Муниципальное общеобразовательное учреждение лицей № 9. Научно-исследовательская работа по истории тему: «Восстание декабристов» Выполнила: ученица 8 Б класса

Муниципальное общеобразовательное учреждение лицей № 9.

Научно-исследовательская работа по истории тему:

«Восстание декабристов»

Выполнила: ученица 8 Б класса

Смирнова Ольга

Научный

руководитель: преподаватель истории

Охотникова Галина

Николаевна.

Сибай, 2004.

План.

1. Деятельность обществ.

2. Подготовка и план восстания.

3. Восстание на Сенатской площади.

4. Восстание Черниговского полка.

5. Арест декабристов. Допросы. Суд и приговор.

6. Литература.

1. Деятельность тайных обществ.

Союз спасения. «В это время Сергей Трубецкой, Матвей и Сергей Муравьевы и я, мы жили в казармах и очень часто бывали вместе с тремя братьями Муравьевыми: Александром, Михаилом и Николаем. Никита Муравьев также часто видался с нами. В беседах наших обыкновенно разговор был о положении России. Тут разбирались главные язвы нашего отечества: закоснелость народа, крепостное состояние, жесткое обращение с солдатами, которых служба в течение 25 лет почти каторга; повсеместное лихоимство, грабительство и, наконец, явное неуважение к человеку вообще. То, что называлось высшим образованным обществом, большею частью состояло тогда из староверов, для которых коснуться которого-нибудь из вопросов, нас занимавших, показалось бы ужасным преступлением. О помещиках, живущих в своих имениях, и говорить уже нечего.

Один раз Трубецкой и я, мы были у Муравьевых, Матвея и Сергея; к ним приехал Александр и Никита Муравьевы с предложением составить тайное общество, цель которого, по словам Александра, должна была состоять в противодействие немцам, находящимся в русской службе. Я знал, что Александр и его братья были враги всякой немчизне, и сказал ему, что никак не согласен вступить в заговор против немцев, но что если бы составилось тайное общество, членам которого поставлялось бы в обязанность всеми силами трудиться для блага России, то я охотно вступил бы в такое общество. Матвей и Сергей Муравьевы на предложение Александра отвечали почти то же, что и я. После некоторых прений Александр признался, что предложение составить общество против немцев было только пробное предложение, что сам он, Никита и Трубецкой условились ещё прежде составить общество, цель которого была в обширном смысле благо России. Таким образом, положено название Тайному обществу, которое существовало, может быть, не совсем бесплодно для России».

Из воспоминаний
Ивана Якушина, декабриста.

Так было создано самое первое в России тайное общество ─ Союз спасения или Общество истинных и верных сынов отечества. Основной и ведущей, объединявшей будущих декабристов, была идея борьбы против царизма и крепостничества. В состав общества входили Александр Муравьёв, Сергей Трубецкой, Сергей Муравьёв-Апостол и его брат Матвей, Никита Муравьёв, Михаил Лунин и др. Значительную роль играл в обществе П. Пестель ─ один из выдающихся декабристов, командир Вятского пехотного полка (с 1821 г.), страстный патриот, человек больших дарований, отличавшийся преданностью революционным идеям и непреклонной волей. «Я сделался в душе республиканец, ─ показывал он после, ─ и ни в чём не видел большего благоденствия и высшего блаженства для России, как в республиканском правлении». А. С. Пушкин, лично знакомый с Пестелем, записал о нём в своем кишинёвском дневнике: «умный человек во всем смысле этого слова … один из самых оригинальных умов, которых я знаю». Союз спасения насчитывал 30 членов и имел писаный «статут» ─ программу и устав. Первоначально его целью было освобождение крестьян от крепостной зависимости, но вскоре к этому было добавлено требование введения в России конституционной монархии; возник план убийства царя. В Союзе спасения образовались радикальная и умеренная группы. Умеренная группа требовала отмены пунктов устава, основанных на «насилии», и считала необходимым мирное длительное действие. Несмотря на наличие споров и борьбы мнений по отдельным вопросам, декабристы составляли в основном единую революционную организацию, боровшуюся во имя высоких общих целей освобождения России от гнёта царского самодержавия и крепостничества. Возникшие противоречия повлекли за собой борьбу за уточнение программы и установление более отчетливых организационных форм, первое тайное общество было ликвидировано.

Союз благоденствия. В 1818 году организовано второе тайное общество ─ Союз благоденствия, насчитывающий около 200 членов. Обществом руководила так называемая Коренная управа. В первой части её законоположений (названных по цвету переплёта «Зелёной книгой»). Излагались общие правила и цели общества, известные всей массе членов и преследовавшие цель формирования общественного мнения, которое должно было подготовить открытое выступление общества со своими требованиями. Во второй части, написанной лишь вчерне, содержалась формулировка основных политических идей, известных только Коренной управе: борьба за ликвидацию крепостного права и установление конституционной монархии. Согласно уставу, все члены Союза благоденствия обязывались постоянно развивать и повсюду поддерживать передовые мнения, осуждать крепостное право, деспотизм власти, угнетение народа, аракчеевщину, военные поселения. Огромную агитационную роль играли вольнолюбивые стихи друга декабристов ─ Пушкина: «Вольность», «Noёl», «К Чаадаеву», «Деревня». В сотнях списков они расходились по рукам. «Побочной управой» Союза благоденствия было тайное литературное общество «Зелёная лампа», членом которого был Пушкин.

В начале 1820 г. в Петербурге собралось совещание руководителей Союза благоденствия, где Пестель сделал доклад о наилучшей форме правления и доказал преимущество республики над конституционной монархией. При поимённом голосовании все без исключения члены высказались за республику. Таким образом, Союз благоденствия был первой русской революционной организацией, принявшей решение бороться за то, чтобы Россия стала республикой. Было решено, что основной силой переворота станет революционная армия. Возмущение Семёновского полка в 1820 г. упрочило в сознании декабристов эту идею; в армии шло глубокое брожение, проявились революционные настроения. По мнению дворян-революционеров, революция должна была совершиться во имя блага народа, но без активной и решающей роли самого народа, ─ в этом проявилась классовая ограниченность декабристов.

В январе 1821 г. в Москве собрался съезд Коренной управы Союза благоденствия. Съезд объявил Союз «распущенным», и под прикрытием этого постановления, облегчавшего отсев ненадёжных членов, тайное общество вновь реорганизовалось: возникли Южное тайное общество и Северное общество декабристов, которые и занялись подготовкой восстания.

Южное общество. На традиционную контрактовую ярмарку 1822 г. в Киев приехало немало народу. В городе кипела деловая жизнь, заключались всевозможные сделки, шла бойкая ярмарочная торговля. А попутно сменялись со стремительной быстротой званые обеды, балы, всевозможные развлечения. У Раевских в такое время почти ежедневно собирались гости. Сам генерал бывал в гостиных только до 10 часов вечера. С молодежью он держался любезно. После ухода хозяина молодежь продолжала веселиться. Здесь же нередко велись и серьезные разговоры политического характера. Молодежь оставалась у Раевских далеко за полночь. Время летело быстро.

После довольно продолжительного пребывания по долгу службы в Фастове и в Белой Церкви, томительного одиночества и болезни С. Муравьеву удалось вырваться в Киев, где его ждал П. И. Пестель. Что-то скажет ему старый товарищ, тоже страстно мечтавший о счастье родины?

При первом свидании П. И. Пестель подробно сообщил С. Муравьеву о бурных собраниях в Тульчине в марте 1821 г., когда создали Южное общество. Он рассказал, что тайная организация уже начала действовать и ее основатели не теряют времени даром. Пестель предложил С. Муравьеву вступить в Южное общество и кратко при этом добавил: «Цель остается та же самая, республиканская». С. Муравьев ответил согласием. В свою очередь он поделился с Пестелем своими впечатлениями о выступлении Семеновского полка. Смелый протест семеновцев, казалось, внушал надежду на победу военной революции.

В Киеве С. Муравьеву предстояли интересные встречи с товарищами по борьбе. Пестель пригласил его к члену Южного общества генералу-интенданту Алексею Петровичу Юшневскому. У него можно было за чашкой чая свободно и непринужденно поговорить о делах тайного общества. К Юшневскому тогда съехались С. И. Муравьев-Апостол, В. Л. Давыдов, С. Г. Волконский. Хозяин этой уютной киевской квартиры был любезен, приветлив, восхищался умом, дарованиями и революционной энергией П. Пестеля, С. Муравьева, В. Давыдова. "Самое дело обнаружит, ─ писал А. П. Юшневский во время следствия, — что Пестель, Сергей Муравьев и Василий Давыдов несравненно меня умнее, деятельнее, имеют познания в науках политических.

Встреча эта оказалась знаменательной. С этого дня начал работу первый съезд руководителей Южного общества. В Дальнейшем ежегодно стали собираться киевские съезды южных декабристов. И всегда в одно и то же время, зимой, в период многолюдной контрактовой ярмарки.

О многом нужно было поговорить собравшимся. Прежде всего, о неожиданном роспуске «Союза благоденствия». Это случилось в то время, когда, по сути, ни одна из поставленных им задач не была решена. Было ясно, что Южное общество должно продолжать начатое дело. Ну, а как в Петербурге? Как в Москве? думал ли кто там о продолжении борьбы? Сергей Иванович был совершенно уверен, что Никита Муравьев ни в коем случае не отойдет от движения.

На первом киевском съезде П. И. Пестель развил идеи, которые затем были изложены им в «Русской правде». С. Муравьев отмечал впоследствии, что именно с этого съезда были четко определены задачи деятельности революционной организации. «В Южном обществе, — писал он в одном из показаний,─ цель была одна с самого начала: введение в России конституции под именем «Русской правды». Но Сергей Муравьев подчеркивает, что программный документ южной организации не был в то время завершен, и ими обсуждалась «сочиняемая им [Пестелем] «Русская правда».

Члены общества подробно говорили об изменения государственного строя России. По словам Пестеля, «более рассуждали о республике, а гораздо менее о революции».

Вопрос об отмене крепостного права был центральным в преобразовательных планах декабристов. Они считали, что это та первоочередная проблема, которую нужно безотлагательно решить после революции, удовлетворив, таким образом, самые насущные нужды народа. Уже на съезде 1822 г. ставился вопрос не просто об освобождении крестьян, но и о наделении их землей. С. Г. Волконский рассказывал, что много говорили «о тех правилах, которые удобнее для введения освобождения крестьян».

Участников съезда волновал также вопрос, как убедить широкие слои русского населения в целесообразности изменения существующего строя, как достигнуть, чтобы их дело встретило сочувствие народа. Решили тот час же после переворота обнародовать конституционный проект Пестеля. Он должен был сыграть роль «Декларации прав», служить «Наказом» для действия Временного революционного правительства.

Так как на съезде все высказались за республику, то совершенно естественно возник вопрос: как поступить с царской династией? Пестель считал, что ради успеха революции, ради будущего народа нужно физически уничтожить всю царскую семью. А. П. Юшневский, С. Г. Волконский, В. Л. Давыдов согласились с Пестелем. Только позиция С. Муравьева была несколько иной. П. И. Пестель утверждал позже, что Сергей Иванович не то чтобы категорически выступал против его предложения, но скорее «ясного образа мыслей не показывал ».

С. Муравьев, конечно, прекрасно понимал значение устранения царской династии, причинившей столько бед русскому народу. Но убийство всей царской семьи ему, человеку исключительно мягкому, казалось неоправданной жестокостью. Пестель не без досады говорил в связи с этим Матвею Муравьеву: «Ваш брат слишком чист, надо покончить со всем царствующим домом».

Возражения С. Муравьева заставили Пестеля отложить обсуждение вопроса о цареубийстве. Он считал, что к нему следует еще раз вернуться, прежде чем принять окончательное решение.

Предложенную Пестелем в 1822 г. программу пока решили не утверждать. Целый год давался участникам съезда, чтобы они могли продумать ее до мельчайших подробностей. Участники совещаний покидали Киев...

Царское правительство не дремало, полицейские ищейки вынюхивали, выслеживали, искореняли "крамолу" нещадно расправлялись с теми, кто думал и боролся за свободу народа. В феврале 1822 г. в Кишиневе арестовали В. Ф. Раевского, проводившего большую подготовительную работу среди солдат. Он был автором агитационных документов «О солдате», «О рабстве крестьян». С его арестом фактически была разгромлена Кишиневская управа. М. Ф. Орлова отстранили от командования 16-й пехотной дивизией. Началось следствие. Мужественное поведение Раевского, который никого не выдал, спасло Южное общество.

Снова зимний Киев. Собирался второй киевский съезд. Приехал Пестель, Давыдов, Юшневский, Волконский. Сергей Муравьев появился на съезде не один. С ним его друг М. Б. Бестужев-Рюмин. Участники съезда встретили Сергея Муравьева с недоумением. Как он мог привести на такое конспиративное совещание человека, почти никому неизвестного и не проверенного? Но С. Муравьев дает такую характеристику своему другу, что никто уже не стал возражать против его появления. Бестужев становится равноправным участником съезда.

Съезд 1823 г. начал работу в обстановке необычайной торжественности. М. Б. Бестужев-Рюмин, впервые присутствующий на такого рода совещаниях, был поражен, как серьёзно обсуждались поставленные вопросы. И об этом своём первом впечатлении он даже сказал впоследствии: «Пестель торжественно открыл совещание…».

В руках руководителя Южного общества была «Памятная записка», и он очень кратко сообщил, какие главные вопросы предстоит обсудить собравшимся. Конечно, все участники совещания хорошо знали, что и на этом съезде будут подняты те же вопросы, которые обсуждались в 1822 г. и которые были предметом обсуждения каждого за прошедший год. В Киев на этот раз ехали с готовыми решениями. Но программу обсуждали с не меньшим вниманием. Павел Иванович даже отметил, что в 1823 г. « суждения проводились с большею силою и долее».

Каждый из присутствующих должен был прежде всего ответить, согласен ли он на установление в России республики в такой форме, в какой предлагал П. И. Пестель. Все единодушно согласились с ним.

По «Русской правде» политические права в будущей республике получали все мужчины, достигшие 20-летнего возраста (женщинам избирательного права не предоставлялось). Избирательное право не зависело от имущественного состояния гражданина. Ежегодно в каждой волости должно было собираться земское народное собрание, на котором путем прямых выборов избирались депутаты в три постоянно действующих органа местной власти: в наместное волостное собрание, в наместное уездное собрание, в наместное окружное или губернское собрание. Верховным органом законодательной власти в стране являлось однопалатное Народное вече. Выборы в него были двухстепенными. Исполнительная власть в стране поручалась Державной думе, состоявшей из 5 членов, выбираемых народным вечем на 5 лет; «блюстительная» в государстве (контроль за точным соблюдением конституции) ─ Верховному собору, состоявшему из 120 человек, избираемых пожизненно. Декларировалась свобода слова, вероисповедания, передвижения, печати (с ответственностью за опубликованные произведения по суду). Южное общество решительно высказывалось против учредительного собрания и было сторонником диктатуры временного революционного правительства, рассматривая её как решающее условия успеха революции.

В конституционном проекте Южного общества указывалось на необходимость присоединить к России Дальний Восток, Закавказье, Молдавию и другие территории, приобретение которых Пестель полагал необходимым по военным и хозяйственным соображениям. На все эти области равным образом должен был распространиться проектируемый «Русской правдой» демократический строй. Послереволюционные законы должны были распространяться на все народы, населявшие Россию, наравне с русским народом. Однако право отделения за другими народами проект не признавал, все национальности должны были слиться с русскими, потерять свои национальные особенности и представлять единый русский народ. Пестель не признавал культуры отдельной национальности, не понимал её значения. Пестель делал исключение лишь для Польши, предполагалось, что Польша восстанет вместе с Россией и проведет у себя те же самые реформы, что и Россия; после этого революционная Россия предоставит Польше полную национальную независимость. Польша обособлялась в самостоятельное государство с суверенными правилами и вступала в самый тесный союз с Россией.

Северное общество. После ликвидации Союза благоденствия в 1821 г. в Петербурге образовалось Северное тайное общество. Его основное ядро составляли Н. Муравьев, Н. Тургенев, М. Лунин, С. Трубецкой, Е. Оболенский и И. Пущин, в дальнейшем состав общества сильно расширился. В обществе явственно была заметна борьба двух течений: умеренного, конституционно-монархического, и более радикального, отмеченного республиканскими симпатиями. Влиятельным членом Северного общества, особенно в первые годы его существования, был один из инициаторов движения декабристов Н. Муравьев. Он разработал конституционный проект, более умеренный, чем «Русская правда». Политические права ограничивались имущественным цензом: избирательное право предоставлялось лишь тем, кто обладал сравнительно крупным движимым и недвижимым имуществом, причем имущественный ценз для землевладельцев устанавливался сначала вдвое ниже имущественного ценза капиталистов. Это давало преимущество помещикам. Позднее вместо двойного ценза Муравьёв предложил ввести один ─ 500 руб. (избиратель должен был иметь на эту сумму движимого и недвижимого имущества).

Лишь при выборах волостного старшины допускались все граждане без какого-либо ограничения. Особо высокий имущественный ценз вводился для выборных должностных лиц. Землю Муравьёв признавал помещичьей и первых вариантах своей конституции был намерен освободить крестьян совсем без земли; позднее под давлением более радикального течения он предполагал отдать крестьянам при освобождении пахотную землю на двор. «Крепостное состояние и рабство отменяются, ─ гласил проект конституции Муравьёва. ─ Раб, прикоснувшийся земли русской становится свободным». Уничтожались сословия, устанавливалось равенство всех перед законом. Россия объявлялась федерацией: она делилась на 15 «держав» (областей), каждая из которых имела свою столицу: были выделены, например, Волховская держава, со столицей в «городе св. Петра» (Петербурге), Черноморская ─ со столицей в Киеве, Украинская ─ со столицей в Харькове, Кавказская ─ со столицей в Тифлисе и ряд других. В каждой столице высшим органом власти было особое представительное учреждение, делившееся на две палаты: верхнюю палату ─ Державную думу и нижнюю ─ Палату выборных депутатов державы. Верховная власть в федерации вверялась двухпалатному парламенту ─ Народному вечу. Верхняя палата называлась Верховной думой, нижняя ─ Палатой народных представителей. Выборы в эти органы были обусловлены высоким имущественным цензом. Императору принадлежала лишь исполнительная власть, он мог задержать принятие закона, отправить его в парламент на вторичное обсуждение, но совсем отклонить его он не мог. Император считался лишь верховным чиновником государства. Ему полагалось высокое жалование (8 млн. руб. в год), и на свои средства он мог, если хотел, содержать придворный штат, лишенный, однако, избирательных прав, придворная клика, согласно проекту отстранялась от политической жизни страны. Почти все государственные должности становились выборными. Объявлялось немедленное уничтожение военных поселений. Провозглашалась свобода слова, печати, передвижения, вероисповедания и др.

В целом в конституции Муравьева была изложена программа буржуазных революционных преобразований России, хотя и с сохранением серьёзных преимуществ за дворянскими помещиками. Она, несомненно, имела большое значение в идейной жизни тайного общества. Она никогда не была принята в качестве программного документа всем Северным обществом.

В Северном обществе было сильно республиканское течение, главой которого стал К. Рылеев последовательный республиканец, пламенный патриот, свободолюбивый поэт, вдохновитель революционной молодёжи. Вступив в тайное общество в 1823 г., Рылеев объединил вокруг себя группу, в состав которой входили Е. Оболенский, И. Пущин, братья Бестужевы ─ Николай, Александр и Михаил, П. Каховский, А. Одоевский, позже к ним примкнул А. Якубович и В. Кюхельбекер. Близок к этой группе был А. Грибоедов, живший в 1824-25 гг. в Петербурге. Несмотря на различие политических взглядов, Рылеев и его товарищи приняли на себя всю основную тяжесть подготовки будущего восстания в Петербурге.

Общество соединенных славян. В конце лета 1825 г. члены Южного общества, охваченные идеей подготовки открытого выступления, были поражены внезапной важной вестью. Оказывается, бок о бок с ними уже давно существует другая тайная организация ─ Общество соединенных славян.

Это общество ставило своей целью объединить славянские страны в мощную демократическую республиканскую федерацию. Членами федерации должны были стать: Россия, Польша, Бельгия, Моравия, Венгрия, Трансильвания, Сербия, Молдавия, Валахия, Далмация и Кроация. Границы её должны были достигать четырех морей ─ Черного, Белого, Адриатического и Балтийского; четыре якоря ─ в соответствии с четырьмя морями ─ символизировали в предполагаемом гербе морскую мощь славянской федерации. Каждое государство, входящее в её состав, должно было разработать свою республиканскую конституцию, отражавшую её особенности.

Важно отметить, что Общество соединенных славян не рассталось со своей заветной целью освобождения и объединения славянских народов, когда влилось в Южное тайное общество. Важно и то, что члены Южного общества не чуждались славянской цели, а, наоборот, отозвались о ней весьма сочувственно, только полагали её более отдалённой, нежели цель освобождения самой России от крепостничества и самодержавия.

Так вошёл в русское революционное движение вопрос о славянском единении. В основу его легла идея о кровном родстве народов, близких по культуре и говоривших на славянских языках, и ─ что особенно важно ─ демократическая идея нового, завоёванного революцией строя, в котором уничтожалось как крепостное право, так и самодержавия, одно из правил Общества соединённых славян гласило: «Не желай иметь раба, когда сам быть рабом не хочешь». Этот план коренным образом отличался от планов реакционного панславизма, предлагавшего «единение» славянских народов под главенством царского самодержавия ─ угнетателя трудовых масс, тюремщика народов России.

2. Подготовка и план восстания.

Декабристы давно готовились к открытому выступлению, но никак не могли выбрать точной даты. Между тем события обогнали декабристов и вынудили их выступить раньше тех сроков, которые были ими определены. Всё резко изменилось поздней осенью 1825 г.

В ноябре 1825 г. неожиданно умер вдали от Петербурга, в Таганроге, император Александр I. Сына у него не было, и наследником являлся его брат Константин. Но женатый на простой дворянке, особе не царской крови, Константин по правилам престолонаследия не мог бы передать престол своим потомкам и поэтому отрёкся от престола. Наследником Александра I должен был стать следующий брат, Николай ─ грубый и жестокий, ненавидимый в армии. Отречение Константина держали в тайне ─ о нём знал лишь самый узкий круг членов царской семьи. Необнародованное при жизни императора отречение не получило силы закона, поэтому наследником престола продолжал считаться Константин; он воцарился после смерти Александра I, и 27 ноября население было приведено к присяге Константину.

Формально в России появился новый император ─ Константин I. В магазинах уже выставляли его портреты, успели даже отчеканить несколько новых монет с его изображением. Подорожные уже подписывались его именем. Но Константин престола не принимал, одновременно не желал и формально отрекаться от него в качестве императора, которому уже принесена присяга.

Создалось двусмысленное и крайне напряженное положение междуцарствия. Николай, боясь народного возмущения и ожидая выступления тайного общества, о котором уже был осведомлен шпионами-доносчиками, решился, наконец, объявить себя императором, так и не дождавшись от брата формального акта отречения. Была назначена вторая присяга, или, как говорили в войсках, «переприсяга», ─ на этот раз уже Николаю I.

«Переприсяга» в Петербурге была назначена на 14 декабря. Междуцарствие и «переприсяга» волновали население и раздражали армию.

В то же время декабристам стало известно, что они преданы, ─ доносы предателей Шервуда и Майбороды уже лежали на столе у императора; ещё немного ─ и начнётся волна арестов… (13 декабря арестовали П. Пестеля).

Члены тайного общества приняли решение выступать. Совершенно необоснованно мнение, будто они знали, что идут на верную гибель. Нет, они знали о грозящих опасностях и возможности личной гибели, но верили и в возможность общего успеха. «Мы так твёрдо были уверены, что или мы успеем, или умрём, что не сделали ни малейших сговоров на случай неудачи», ─ говорил Александр Бестужев. Важно отметить, что они чувствовали и моральное обязательство выступать. «Случай удобен ,─ писал московским декабристам из Петербурга И.И. Пущин. ─ Ежели мы ничего не предпримем, то заслужим во всей силе имя подлецов».

«С сей минуты, ─ пишет Николай Бестужев, ─ дом Рылеева сделался сборным местом наших совещаний, а он ─ душой оных… Мы работали усерднее, приготовляли гвардию, питали и возбуждали дух неприязни к Николаю, существовавший между солдатами. Рылеев… не переставал быть источником и главною пружиною всех действий общества… Мы видели необходимость действовать, чувствовали необходимость действовать, чувствовали надобность пробудить Россию».

На квартире Рылеева, в тот момент больного, был разработан следующий план действий. 14 декабря, в день «переприсяги», на площадь выйдут революционные войска под командованием членов тайного общества. Диктатором восстания был выбран полковник князь Сергей Трубецкой (именно выбран проведенным голосованием по управам ─ отделениям тайного общества). Войска, отказывающиеся присягать, должны выйти на Сенатскую площадь. Почему именно на Сенатскую? Потому что тут находится Сенат, тут сенаторы утром 14 декабря будут присягать новому императору. Силой оружия, если не захотят добром, надо не допустить сенаторов до присяги, заставить их объявить правительство низложенным и издать революционный Манифест к русскому народу. Черновик этого Манифеста был найден при аресте у «диктатора» Трубецкого. Это один из важнейших документов восстания. Сенат, таким образом, волей революции включался в план действий восставших.

В революционном Манифесте объявлялось «уничтожение бывшего правления» и учреждения Временного революционного правительства. Объявлялось о ликвидации крепостного права и об уравнении всех граждан перед законом; объявлялись свобода печати, свобода вероисповедания, свобода занятий, введение гласного суда присяжных, уничтожение рекрутчины, введение всеобщей воинской повинности и образование «внутренней народной стражи», сложение подушных податей и «недоимок по оным». Все правительственные чиновники должны были уступить место выборным лицам. Можно представить себе, какие широкие народные массы всколыхнул бы этот Манифест!

Было решено, что как только восставшие войска блокируют Сенат, в котором сенаторы готовятся к присяге, в помещение сената войдет революционная делегация в составе Рылеева и Пущина и предъявит Сенату требование не присягать новому императору Николаю I. Добившись этого, декабристы намеревались немедленно опубликовать свой Манифест. Одновременно гвардейский морской экипаж, Измайловский полк и конно-пионерский эскадрон должны были с утра двинуться на Зимний дворец, захватить его и арестовать царскую семью. (Она должна оставаться под арестом впредь до решения её судьбы Учредительным собранием).

Затем созывался Великий собор ─ Учредительное собрание. Оно должно было принять окончательное решение о формах ликвидации крепостного права, о форме государственного устройства России, решить вопрос о земле.

Декабристы намерены были предложить свой переработанный конституционный проект Великому собору, но именно только как проект. Они полагали, что Великий собор будет вправе принять его или отвергнуть. В том случае, если Великий собор решит большинством голосов, что Россия будет республикой, одновременно принималось бы решение о судьбе царской семьи. Часть декабристов придерживалась мнения, что возможно её изгнание за границу, часть склонялась за цареубийство. Если же Великий собор придёт к решению, что Россия будет конституционной монархией, тогда из состава царствующей семьи намечался конституционный монарх.

Командование войсками при захвате Зимнего дворца было поручено декабристу Якубовичу.

Было решено также захватить и Петропавловскую крепость. Это было поручено лейб-гренадерскому полку, которым должен был командовать декабрист Булатов ─ друг Рылеева по кадетскому корпусу.

Как раз в то же время гренадеры-гвардейцы несли караулы в крепости. Их полк должен был под командованием полковника Булатова захватить Петропавловскую крепость ─ главный военный оплот царизма в Петербурге, превратить её в революционную цитадель декабристского восстания.

Кроме того, Рылеев просил декабриста Каховского рано утром 14 декабря, переодевшись в лейб-гренадерский мундир, проникнуть в Зимний дворец и, совершая как бы самостоятельный террористический акт, убить Николая. Это облегчило бы действия восставших: «Открой нам путь» ,─ говорил Рылеев Каховскому. Тот сначала было согласился, но потом, обдумав положение, не захотел быть террористом-одиночкой, действующим якобы вне планов общества, и рано утром отказался от этого поручения.

Через час после отказа Каховского к Александру Бестужеву приехал Якубович и отказался вести матросов и измайловцев на Зимний дворец. Он боялся, что в схватке матросы убьют Николая и его родственников и вместо ареста получится цареубийство. Этого Якубович не хотел брать на себя и предпочел отказаться.

Кроме того, Николай, решив опередить противника, в семь часов утра привёл к присяге членов Сената и Синода, затем они покинули здание. Задуманный план начал рушиться ещё до начала его осуществления. Но медлить было нельзя: рассвет наступал.

3. Восстание на Сенатской площади.

И день 14 декабря 1825 года настал.

Ещё до позднего зимнего рассвета 14 декабря 1825 года по Петербургу стали ходить слухи о каких-то необыкновенных событиях. Люди собирались толпами и горячо обменивались новостями. Говорили, что в самом центре столицы, на Сенатской площади, стоят сомкнутые строем солдаты и что хотят они свергнуть царя. Жители Петербурга, позабыв про дела, тотчас спешил на Сенатскую площадь, чтобы своими глазами увидеть происходящее. Этот морозный день вошёл в историю России, как дерзкая попытка покончить с царской властью.

В этот день, по словам Ленина, «Россия впервые видела революционное движение против царизма».

Полк построился в боевом порядке в форме каре около памятника Петру I. Каре (боевой четырехугольник) было проверенным и оправдавшим себя боевым построением, обеспечивающим как оборону, так и нападение на противника с четырёх сторон. Было 11 часов утра.

О беспорядках в городе и неповиновении войск было доложено генерал-губернатору Петербурга графу Михаилу Андреевичу Милорадовичу. Он был героем войны 1812 года, отличился в Бородинской битве, имел немало высоких наград за другие сражения. За всю войну граф ни разу не был ранен и шутил по этому поводу: «На меня ещё пуля не вылита» .

Узнав о том, что происходит на Сенатской площади, Милорадович, которого солдаты хорошо знали, любили и уважали, вызвался пойти уговорить мятежников мирно разойтись. Один из боевых товарищей стал объяснять ему, какому страшному риску он себя подвергает. Граф, однако, настоял на своем.

Отправляясь на Сенатскую площадь, Милорадович понимал, что, возможно, идет на верную смерть, но в своём решении остался непреклонным, а на все возражения ответил так: «Что это за генерал-губернатор, который не сумеет пролить свою кровь, когда кровь должна быть пролита». С этими словами он вскочил на лошадь и поскакал к мятежникам. Вскоре генерал Милорадович был смертельно ранен выстрелом из пистолета Петром Каховским. Истекающего кровью Милорадовича отнесли в ближайший дом. Придя в себя и поняв, что умирает, он нашел ещё в себе силы пошутить: «Ну, кажется, теперь я рассчитаюсь со всеми своими долгами». Он привык жить на широкую ногу, у многих занимал крупные суммы денег и всегда ходил в должниках.

Между тем диктатора всё не было. Трубецкой изменил восстанию. На площади складывалась обстановка, требовавшая решительных действий, а на них-то и не решался Трубецкой. Он сидел, терзаясь в канцелярии Генерального штаба, выходил, выглядывал из-за угла, много ли собралось войска на площади, прятался вновь. Рылеев искал его повсюду, но не мог найти. Кто же мог догадаться, что диктатор восстания сидит в царском Генеральном штабе? Члены тайного общества, избравшие Трубецкого диктатором и доверявшие ему, не могли понять причины его отсутствия, и думали, что его задерживают какие-то причины, важные для восстания. Хрупкая дворянская революционность Трубецкого легко надломилась, когда пришел час решительных действий.

На прилегавших к Сенату площадях и улицах собрались к этому времени огромные толпы народа. Людской поток, устремившийся к Сенатской площади затемно, с каждым часом все увеличивался. Крыши прилегавших к Сенатской площади домов были усеяны людьми.

Многие из собравшихся в тот день на Сенатской площади были явно на стороне декабристов и открыто это выражали. В Николая и его свиту, в действовавших по его приказу генералов и офицеров из толпы летели камни и поленья, люди вооружены были кольями и палками, некоторые ружьями и ножами. Но дворянские офицеры боялись активности народных масс, которые были на их стороне в день восстания 14 декабря, и не использовали их. Они боялись народа, боялись, что, соединившись с солдатами, «чернь» перехлестнёт через их головы и перейдёт к открытому восстанию и бунту.

Декабристы могли тем легче победить, что в первые часы восстания Николай растерялся и, не предвидя ничего для себя хорошего, распорядился даже заготовить экипажи, чтобы под прикрытием кавалергардов вывезти свою семью в Царское Село. «Самое удивительное в этой революции это то, ─ говорил он впоследствии своему двоюродному брату, герцогу Евгению Вюртембергскому, ─ что нас с тобою тогда не пристрелили».

Конечно, выход на центральную площадь Петербурга почти трёх тысяч солдат заставил Николая I и его окружение пережить немало волнений. Но, пока восставшие ничего не предпринимали, император и его генералы начали активно действовать. По приказу Николая I к Сенатской площади срочно стягивали войска. Сначала подоспели пехота и кавалерия, а затем появились и артиллеристы с пушками.

Почему же медлили декабристы? Они ждали, пока к ним присоединятся другие участвовавшие в восстании войска. И когда к ним прибыло, наконец, подкрепление, солдатам пришлось уже пробиваться на Сенатскую площадь сквозь замкнутое Николаем I кольцо окружения восставших. «Бездействие, ─ писал позже Н. Бестужев, ─ поразило оцепенением умы; дух упал, ибо тот, кто на этом поприще раз остановился, уже побежден наполовину…».

Учитывая обстановку, Николай сделал попытку призвать на помощь церковь. Солдат учили в то время умирать «за веру церковь и отечество». Отечество каждая сторона понимала по-своему, престиж царя, как показало восстание, был подорван, и Николай направил к восставшим высоких служителей «веры» ─ двух митрополитов.

Но их призыв к спокойствию вызвал лишь крики восставших и угрозы в собственный адрес. Служители церкви поспешили удалиться.

После неудавшейся попытки воздействовать на восставших именем бога Николай направил к ним своего младшего брата, Михаила. Но эта попытка тоже не удалась.

Короткий зимний день клонился к вечеру. «Пронзительный ветер леденил кровь в жилах солдат и офицеров, стоявших так долго на открытом месте», ─ вспоминали потом декабристы. Наступали ранние петербургские сумерки. Уже было 3 часа дня, и стало заметно темнеть. Николай боялся наступления темноты. В темноте народ, скопившийся на площади, повёл бы себя активнее. Из рядов войск, стоявших на стороне императора. Начались перебежки к восставшим. Делегаты от некоторых полков, стоявших на стороне Николая, уже пробивались к декабристам и просили их «продержаться до вечера».

Николай пустил в ход артиллерию. Но декабристы не пожелали сложить оружие и когда заговорили пушки, они ответили на их первые залпы ружейной пальбой. Целый час тяжелые орудия обрушивали на восставших смертоносный огонь. «В промежутках выстрелов можно было слышать, как кровь струилась по мостовой, растопляя снег, потом сама, алея, замерзала», ─ писал позже Николай Бестужев. В конце концов, они были вынуждены обратиться в бегство.

К шести часам все было кончено. Всех восставших начали отлавливать и свозить в Петропавловскую крепость. На Сенатской площади подобрано было восемьдесят трупов. Кровь полиция присыпала снегом.

4. Восстание Черниговского полка.

Эхо Сенатской площади долетело до южных полков, где среди офицеров было немало членов тайного общества. Известие о подавлении восстания в Петербурге привёз в Васильков, где стояли части Второй армии, девятнадцатилетний Ипполит Муравьёв-Апостол. Он был членом Северного тайного общества, а его старшие братья, Сергей и Матвей ─ Южного. В день восстания, 14 декабря он находился в Петербурге, был свидетелем расправы Николая I с декабристами и тотчас поскакал на юг, чтобы сообщить о случившемся братьям.

Когда по приказу и Таганрога, в результате доноса Майбороды, был арестован Пестель, одновременно был дан приказ арестовать Сергея и Матвея Муравьевых-Апостолов и Бестужева-Рюмина. Их долго разыскивали и наконец арестовали в Трилесах, где было расквартировано одно из подразделений Черниговского полка.

Наутро обоих должны были вывезти в Васильков, где стоял Черниговский полк. Они сидели в избе под охраной, но караул был слабый, и этим воспользовались вызванные сюда тревожной запиской товарищи по полку. Пользуясь сочувствием солдат, они сняли караулы и освободили заключённых.

29 декабря 1825 года С. Муравьев-Апостол возглавил восстание Черниговского полка и утром 30 декабря вступил в Васильков. Перед выстроившимся 31 декабря полком священник Даниил Кейзер прочитал составленный С. Муравьевым-Апостолом и Бестужевым-Рюминым революционный «Катехизис» ─ замечательнейший документ революционной идеологии. Он написан в вопросах и ответах.

Вот небольшой отрывок из этого «Катехизиса», дающий представление о его характере:

Вопрос. Какое правление сходно с законом божьим?

Ответ. Такое, где нет царей. Бог создал нас всех равными и, сошедши на землю, избрал апостолов из простого народа, а не из знатных и царей.

Вопрос. Стало быть, бог не любит царей?

Ответ. Нет! Они прокляты суть от него, яко притеснители народа…

Вопрос. Отчего же упоминают в церквах о царях?

Ответ. От нечестивого приказания их самих, для обмана народа…

Восставший полк двинулся на деревню Мотовиловку. Поджидая присоединения восставших частей, Сергей Муравьёв-Апостол 1 января 1826 г. объявил в Мотовиловке днёвку, затем двинулся по направлению к Белой Церкви. 3 января между Устимовкой и Ковалёвкой восставших встретили правительственные войска под командованием генерала Гейсмара. «Местность оказалась самою невыгодною для пехоты, имеющей встретиться с кавалерию. Мы продвигаемся вперёд. Раздаётся пушечный выстрел, за ним второй, ядро пролетело над головами. Мы всё шли вперёд, ─ писал в воспоминаниях Матвей Муравьев-Апостол. ─ Открылась пальба картечью, у нас несколько человек пало: убитыми, другие раненными… Тогда Сергей Иванович решился прекратить неравный бой и спасти сою команду от неминуемой гибели и приказал поставить ружья в козлы. Солдаты, повинуясь ему, не понимали с каким намерением начальник остановил их. Сергей Иванович сказал им, что виноват перед ними, что, возбудив в них надежду на успех, он их обманул. Артиллеристам Сергей Иванович стал махать белым платком и тут упал, пораженный картечью». Третий их брат, Ипполит, давший клятву «победить или умереть», застрелился после боя.

Раненного С. Муравьева-Апостола и Бестужева-Рюмина, а также всех восставших солдат арестовали и отправили в Петербург. Сопротивление Черниговцев было подавлено.

5. Арест декабристов. Допросы. Суд и приговор

В ночь на 15 декабря в Зимний дворец начали привозить арестованных. Одним из первых привезли Рылеева и сразу же отправили в Петропавловскую крепость с собственноручной запиской царя на имя коменданта крепости генерал-адъютанта Сукина: «Присылаемого Рылеева посадить в Алексеевский равелин, но не связывая рук, без всякого сообщения с другими, дать ему бумагу для письма и что будет ко мне собственноручно, мне приносить ежедневно»…

17 декабря 1825 года после шести вечера в одной из комнат Зимнего дворца зажглось множество свечей. Затем туда вошли шесть важных начальников и несколько секретарей. Тут состоялся первый допрос. Разошлись в полночь, после чего был составлен протокол 1-го заседания «Тайного комитета для изыскания о злоумышленном обществе» (месяц спустя велено было не называться «тайным»; а потом «комитет» был переименован в «следственную комиссию» из каких-то едва ли допустимых нам бюрократических соображений насчет разницы между «комитетом» и «комиссией»).

Во время допроса часто открывалась дверь и на пороге появлялся Николай I. Он грозно оглядывал арестованного, прерывал Левашева и сам начинал задавать вопросы.

Левашев записывал.

Многих арестованных генералов и офицеров Николай I знал лично, других изучал при допросе. И с каждым разговаривал по-разному. Он был до крайности подозрителен, всего боялся, чувствовал, что около него не ни одного преданного ему человека, ему всюду мерещились заговоры, он был настроен злобно и мстительно. Вникая во все подробности, Николай I пытался до конца распутать сложный клубок организации восстания. В зависимости от поведения арестованного он действовал то лаской то угрозой.

Свои выводы в отношении каждого декабриста Николай I делал обычно уже после первого допроса. Они часто находили отражение в записках, которые царь писал на клочках бумаги и отсылал вместе с арестованными коменданту Петропавловской крепости Сукину.

Всего было написано Николаем I во время следствия около ста пятидесяти записок. Они выдают натуру черствую и жестокую, между строк можно было прочесть будущие приговоры декабристам ─ царскую месть за участие в восстании и за их смелое, решительное, непримиримое поведение во время допросов…

Хотя поведение декабристов на следствии было различно. Многие из них не проявили революционной стойкости, потеряли почву под ногами, каялись, плакали, выдавали товарищей. Но были случаи и личного геройства, отказа давать показания и выдавать заговорщиков. В числе стойких и державших себя с достоинством были Лунин, Якушин, Андреевич 2-й, Петр Борисов, Усовский, Ю. Люблинский и другие. Пестель сначала отвечал на все вопросы полным отрицанием: «Не принадлежа к здесь упоминаемому обществу и ничего не знав о его существовании, тем ещё менее могу сказать, к чему стремиться истинная его цель и какие предполагало оно меры к достижению он ой», ─ отвечал он, например, на вопрос о целях тайного общества. Позже многими выданный, он был вынужден давать подробные ответы.

Но вместе с тем следственные дела декабристов содержат многочисленные покаянные обращения к царю и членам комиссии, слезливые письма раскаявшихся «преступников», клятвы заслужить прощение. Почему так много членов общества не проявили стойкости? Ответ представлялся ясным. За заключенными в Петропавловской крепости участниками восстания 14 декабря не стояло революционного класса. За стенами тюрьмы они не чувствовали опоры, и многие упали духом. В тюрьме происходили и случаи самоубийства (так, разбил себе голову о стену тюремной камеры декабрист Булатов). заковывание «в железа» было формой физической пытки (других форм, по-видимому, не применяли), но не менее тяжелы были и моральные пытки ─ запугивание, обнадеживание, влияние на семью, угрозы смертной казни и пр.

Царские власти были заинтересованы в широком оповещении дворянского общества о якобы «глубоком раскаянии» заключенных, признающих-де ошибочность выступления восхваляющих милосердие царской власти. Между прочим, для этой цели широко распространялся через полицию и губернскую администрацию один документ, представлявший собой объединение трех писем ─ предсмертного письма Рылеева к жене, письма декабриста Оболенского к отцу и покаянного письма Якубовича, также к своему отцу. Все три письма распространялись правительством официальным путём: об этом ярко свидетельствует особое «дело» канцелярии петербургского гражданского губернатора, в котором эти покаянные письма аккуратно подшиты к официальным сообщениям о следствии и суде, выдержкам из сенатских ведомостей и пр.

Суду были преданы 121 человек. Среди них было много бесстрашных героев, заклеенных в боях с Наполеоном, героев Аустерлица, Прейсиш-Эйлау, Бородина, Кульма, Лейпцига. Все они беззаветно любили родину и хотели видеть её счастливой. Это были в большинстве своем молодые люди. Многим из них не было и двадцати лет, когда они вступили в тайное общество. «Дети 1812 года» ─ генералы, полковники, капитаны, поручики, прапорщики блестящих гвардейских полков, ─ они всем сердцем стремились к свержению самодержавия и освобождению русского народа от позорного ига крепостничества.

В сущности никакого суда не было. Пародия на суд происходила при закрытых дверях, в глубокой тайне. Вызываемым декабристам спешно предлагали засвидетельствовать их подписи под показаниями на следствии, после чего читали заранее составленный приговор и вызывали следующий «разряд». «Разве нас судили? ─ спрашивали потом декабристы. ─ А мы и не знали, что это был суд…»

Всех осужденных разделили ни одиннадцать разрядов. Но после Николай I смягчил свой приговор, хотя это смягчение было совсем незначительно.

Пять человек были поставлены вне разрядов, повешены. Это были ─ П. И. Пестель, К.Ф. Рылеев, С. И. Муравьев-Апостол, М. П. Бестужев-Рюмин, П. Г. Каховский.

На рассвете перед казнью тюремщики загремели ключами и начали открывать двери камер: выводили приговоренных к смерти. В неожиданно наступившей тишине раздался возглас Рылеева:

Простите, простите, братья!

Сидевший в соседней камере Оболенский бросился к окну и увидел всех пятерых, в окружении гренадеров с примкнутыми штыками. Они были в длинных белых рубашках, руки и ноги закованы в тяжелые кандалы. На груди у каждого была доска с надписью «Цареубийца» …

Все пятеро простились друг с другом. Они были спокойны и сохраняли необычайную твердость духа.

─Положите мне руку на сердце, ─ сказал Рылеев сопровождавшему его священнику Мысловскому, ─ и посмотрите, бьется ли оно сильнее.

Сердце декабриста билось ровно…

Пестель, глядя на виселицы, сказал:

─ Ужели мы не заслужили лучшей смерти? Кажется, мы никогда не отвращали чела своего ни от пуль, ни от ядер. Можно было бы нас и расстрелять!..

Осужденных возвели на помост, подвели к виселице, накинули и затянули петли. Когда из под ног повешенных выбили скамейки, Пестель и Бестужев-Рюмин остались висеть, а Рылеев, Муравьев-Апостол и Каховский сорвались.

─ Бедная Россия! И повесить-то порядочно не умеют! ─ воскликнул окровавленный Муравьев-Апостол.

В старину существовало поверье, что люди из народа, сочувствуя приговоренным к повешению, нарочно делали петли из гнилых веревок, так как сорвавшихся во время казни с петель обычно миловали. Но не таков был Николай I и его ретивые исполнители.

Генерал-адъютант Чернышев, «по виду и ухваткам гнусный инквизитор», гарцевавший на коне вокруг повешенных и рассматривавший через лорнет, приказал поднять их снова и повесить.

Эти трое осужденных умирали вторично.

Весь окровавленный, разбив на падении голову и потеряв много крови, Рылеев имел еще силы подняться и крикнул петербургскому генерал-губернатору Кутузову:

─ Вы, генерал, вероятно, приехали посмотреть, как мы умираем. Обрадуйте вашего государя, скажите ему, что желание исполняется: видите ─ мы умираем в мучениях.

─ Вешайте их скорее снова! ─ крикнул в ответ на это палачу Кутузов.

─ Подлый опричник тирана! ─ бросил Кутузову в лицо неукротимый Рылеев. ─ Дай же палачу твои аксельбанты, чтобы нам не умирать в третий раз!..

На рассвете тела казненных положили в гробы и тайком увезли на остров Голодай, где и похоронили. Могила их не была найдена, но на острове был сооружен обелиск в 1939 году.

6. Литература.

1. М. В. Нечкина «Декабристы», 1982 г.

2. А. И. Гессен «Во глубине сибирских руд…», 1965 г.

3. Энциклопедия Аванта «История России и ее ближайших соседей». Том 5, часть 2, 1999 г.

4. «Большая советская энциклопедия». Том 13, 1972 г.

5. В. Соловьев «История России для детей и взрослых», 2001 г.

6. М. Д. Сергеев, Н. Н. Гончарова, А. Ф. Серебряков «Декабристы и Сибирь», 1988 г.

7. Н. Я. Эйдельман «Обреченный отряд», 1987 г.

8. Н. Я. Эйдельман «Твой девятнадцатый век», 1980 г.

9. С. Ф. Мироненко «Декабристы. Биографический справочник», 1988 г.

10. Л. А. Медведская «Сергей Иванович Муравьев-Апостол», 1970 г.

11. В. Г. Маранцман «Художественная литература», 1991 г.