регистрация / вход

Современная историография истории испанских пограничных областей

Евдокимова Н.В., СГУ, Ставрополь Современная историография истории испанских пограничных областей Для историографии двадцатого столетия характерна тенденция исследования истории пограничных областей. Современных историков все более привлекают локальные объекты исследования: изучение истории коренного населения и их взаимоотношений на пограничных территориях.

Евдокимова Н.В., СГУ, Ставрополь

Современная историография истории испанских пограничных областей

Для историографии двадцатого столетия характерна тенденция исследования истории пограничных областей. Современных историков все более привлекают локальные объекты исследования: изучение истории коренного населения и их взаимоотношений на пограничных территориях. В области культурной истории становятся все более приоритетными исследования по региональной истории с многослойными контактными зонами. История пограничных областей является актуальной темой в настоящее время, поскольку ученые-историки ранее занимались изучением политических вопросов на государственном, широкомасштабном уровне. На сегодняшний день интерес исследователей привлекают аспекты региональной истории и истории жизни простого населения. Основоположником теории пограничных областей является американский исследователь Герберт Юджин Болтон, который за основу своих исследований брал испанские пограничные области (5).

Долгое время Испания управляла большей частью американского Юга и всего американского Запада. Это был период расширение испанской Америки на север. Историки определяют эту территорию как границу испано-индийского контакта, и как перемещающуюся пограничную область, где испанцы соперничали за контроль над континентом с французами, англичанами, американцами, и даже с русскими. До 1821г. Испания продолжала управлять существенной областью той территории, которая впоследствии стала современными Соединенными Штатами (на территории которых намного позже французские и английские конкуренты оставили свои колонии).

До недавнего времени, американцы видели свое национальное колониальное прошлое как движение на запад от Атлантического побережья, а не с севера, от Карибского моря или от Мексики. Пренебрежение американцев их испаноговорящим прошлым некоторые исследователи объясняют тем, что большая часть их исторического знания происходила из Новой Англии и государств центральной Атлантики. Многие историки называли историю испанских пограничных областей «историей сироты, потому что никто долгое время не рассматривал полную историю испанских пограничных областей как отдельную историю»(2, С. 203).

В Соединенных Штатах, несколько поколений ученых пробовали сделать «историю сироты» одной из национальных историй, но они практически не имели успеха до 1990-х гг. Ко времени пятисотой годовщины открытия Колумбом Америки произошел новый всплеск изучения междисциплинарной истории, истории испанских пограничных областей. Один том, в трехтомном исследовании Дэвида Харста Томаса «Значение Колумба», содержит почти сто оригинальных статей, основанных на археологических и исторических источниках испанских пограничных областей (3). Исследователь также отредактировал двадцать семь работ по этой проблеме, которые были составлены из книг первоисточников.

Эти и другие работы по истории пограничных областей появились в благополучное время. К 1990-м гг., изменилась интеллектуальная мода, изменилась и демографическая ситуация, что повлияло на изменение роли пограничных областей в академической среде. Они начинают занимать центральное место в исследованиях историков колониальных Соединенных Штатов. Так, студентка Северной Америки, Элена Вол, отметила в 1997 году: "Изменяющаяся политика, население, и интеллектуальный климат Соединенных Штатов требуют, чтобы мы заново проанализировали наше прошлое, и богатое наследие испано-американской истории помогает нам сделать это" (4, С. 2). Исследования в этом направление действительно становились требованием нового времени, так как постепенно, население Штатов возрастало, латиноамериканцы стали более многочисленными, иногда и более образованными, а также политически более мощными. Особенно эти факторы имели место в южном регионе Соединенных Штатов от Флориды до Калифорнии. История испанских пограничных областей была частью их истории. В то же самое время, центральное население Соединенных Штатов дрейфовало на юг, где англо-американцы обнаружили, что эти тринадцать колоний и движущееся на запад расширение представляли собой только часть истории колониального происхождения Америки.

Термин "испанские пограничные области" был введен историком Гербертом Юджином Болтоном, который он использовал в своей книге «Испанские пограничные области: хроника старой Флориды и Юго-запада», изданной в 1921г. (5). Болтон и его преемники освещали испанцев в очень благоприятном свете, вследствие чего многим исследователям казалось, что их интерпретации часто испытывали недостаток в подлинности. Однако историки писали об истории пограничных областей и вне традиции Болтона. Известным среди них был Шербурн Кук, который критиковал испанских миссионеров в Калифорнии в 1943 г. и в заключении сделал вывод, что их миссии были своеобразной западней, которая являлась летальной для индейцев (6).

Кук считал, что в результате испанского влияния, у индейцев постепенно увеличилась уязвимость к европейским болезням. Используя демографические данные из многих источников, он обнаружил высокие показатели индийской смертности в тот период. С тех пор, как в 1976 году работа Кука появилась в печати, его отрицательный взгляд на миссионерское воздействие испанцев на калифорнийских индейцев был подтвержден в работах многих других ученых, особенно в работах Роберта Джексона и Эдварда Кастайла.

Против школы Кука одним из первых выступил историк Фрэнсис Густ, который предложил рассматривать поведение миссионеров в контексте с мировой историей, и современное представление о них, по его мнению, должно складываться на основе этнографического анализа, который ученые применяли к индейцам (7).

В работах Стивена Хакэля и Джеймса Сандоса о Калифорнии, Гэри Андерсона о Штате Техас, и Эми Бушнелла о Флориде, главная тенденция изучения миссии идет вне защиты или нападения на миссионеров. Эти авторы рассматривают миссию с положительной точки зрения, поскольку миссионеры, по их мнению, использовали индейцев для их же собственных целей: для сохранения или для воссоздания своих общин перед лицом колониализма, для получения прибыли от колониальной экономики, и для принятия новых религиозных символов в основу старых верований. Андерсон рассказывает, как некоторые индейцы искали убежище от изнурительных болезней или войн у миссионеров в Сан-Антонио. После выздоровления они покидали миссионеров, чтобы "возвратиться к более мобильной жизни в сельской местности". Другие же индейцы остались в миссиях Сан-Антонио и их потомки, постепенно слились в испаноговорящее общество (8, С.67).

После того, как историческая интерпретация испанского миссионерского процесса, затронутая Болтоном, была отодвинута на второй план, живой интерес среди исследователей стала вызывать тема интерпретации испанского общества и испанских учреждений. Самой популярной книгой по теме этого исследования, была книга Рамона Гутиерреса о социальной истории колониального Нью-Мексико (9). В своем всестороннем труде он рассматривал способы, с помощью которых испанская церковь и государство использовали институт брака, для того, чтобы принудить испанцев к социальному порядку. Автор повествует о том, как элитные испанские мужчины старались выдерживать, так называемое, «социальное расстояние» от более бедных испанцев и индийских рабов, даже при эксплуатации их в качестве рабочей силы и при использовании их женщин как объектов сексуального удовольствия. Его исследование разрушило привлекательные образы, созданные Болтоном, т.к. оно стало своеобразной картиной гордой, показной, лицемерной и эксплуатационной испаноговорящей элиты – среди которой были и францисканские миссионеры.

Трещины в тех привлекательных образах стали появляться и в историографии Нью-Мексики с 1940 года, когда Франк Сколас, другой историк, работающий вне традиции Болтона, описал борьбу представителей церкви и государства (10). Но книга Гутиерреса сделала огромный всплеск в истории. Он писал талантливо и с большим воображением, используя междисциплинарные и межкультурные подходы. Гутиеррес поднял вопросы о власти и мощи, о взаимоотношениях полов, о родственных связях и о многом другом, что сделало его популярным среди читателей и ученых Латинской Америки и Соединенных Штатов. Подобно Лорэл Тэтчер, он показал, что можно изучить периферийные места от Штата Мэн до Юкатан и сделать их основополагающими в исследованиях ученых.

Таким образом, двигаясь вне традиций Болтона, ученые пограничных областей изображали индейцев как основоположников событий, а не как сильных дикарей или беспомощных жертв. И это не было новшеством. Две самые ранние основополагающие работы по этноистории появились в 1960 г и 1962 г. соответственно: «Апачи, племя наваха и испанцы», историка Джека Форбеса и «Периоды завоевания» антрополога Эдварда Спайсера (11). Все это свидетельствует о том, что к концу столетия рассмотрение испано-индийских отношений стало своеобразной тенденцией, наравне с историей европейцев.

Несколько позже, чем историю индейцев, ученые пограничных областей стали восстанавливать потерянную историю чернокожих и черных общин. В работе Джейн Ландерс, изданной в 1999, «Черное Общество в испанской Флориде», автор исследует африканское население Флориды, включая креолов, рожденных и в испанских и во французских колониях, карибских и прежних рабов, которые сбежали из британских плантаций, чтобы найти защиту во Флориде. Большая часть чернокожего населения Флориды была порабощена, но, несмотря на это, рабы могли добиться свободы законным путем. В 1821г., когда Соединенные Штаты овладели Флоридой, свободные чернокожие присоединились к испанцам, отказываясь от колонии. Под крылом же Испании они чувствовали себя в безопасности, зная, что американцы будут отрицать их права (12).

Многие работы о чернокожих, также характеризуют тот факт, что свободные чернокожие и черные рабы гораздо лучше чувствовали себя под испанской защитой, чем под влиянием Франции до 1763 года, или под влиянием Соединенных Штатов, после приобретения ими Штата Луизиана в 1803 году.

В своем труде, изданном в 1997 году, исследователь Кимберли Ханг рассказывает о положении свободных чернокожих в испанском Новом Орлеане. Он описывает их юридические права, возможные занятия, а также их социальное положение, которое они получили под защитой Испании (13). Ревизионист Гильберт Дин, проведя анализ испанских конструкций рабства, которые появились в 1999 году, утверждает, что испанские законы предложили защиту свободы черных рабов. Хотя многие испанские губернаторы проводили в жизнь эти законы весьма неравномерно, в зависимости от их индивидуальных отношений с плантаторским классом, тем самым, желая сохранить более резкую французскую систему (14).

Следует отметить, что историография испанских пограничных областей в Северной Америке, конечно же, не была посвящена только расовым проблемам или проблемам класса, рода, идентичности. Помимо этого многие работы были обращены к другим темам, очень часто это были биографии участников событий и т.д. Некоторые из них - биография одного из основателей первой испанской колонии в Нью-Мексико, написанная Марком Саймонсом, а также биография офицера О`Конора, посланного Испанией для того, чтобы остановить ограбления индейцев освещали жизнь реальных участников тех событий (15).

В заключении, можно сказать, что историография испанских пограничных областей является весьма обширной и многообразной. И именно она стала основоположником истории пограничных областей юго-западных штатов Америки и республик Северного Кавказа. Историография пограничных областей задает вопросы о характере и культуре общества, и в какой-то степени она представляет собой сравнительную историю происхождения многих народов (в том числе и колониальных), которые на сегодняшний день составляют определенную национальную культуру.

Список литературы

1. Испанские пограничные области Северной Америки: историография

2. Дэвид Дж. Вебер // Организация американских историков. 2000.

3. <http: // www.oah.org/pubs/magazine/index.html>

4. Light T. Cummins, "Getting Beyond Bolton: Columbian Consequences and the Spanish Borderlands, Review Essay," New Mexico Historical Review 70 (April 1995). P. 203.

5. David Hurst Thomas, ed., Columbian Consequences, 3 vols. (Washington, DC: Smithsonian Institution Press, 1989); and David Hurst Thomas, ed., Spanish Borderlands Sourcebooks, 27 vols. (New York: Garland, 1991).

6. Helena M. Wall, "Confessions of a British North Americanist: Borderlands Historiography and Early American History," Reviews in American History 25 (March 1997).P. 2.

7. Herbert E. Bolton, The Spanish Borderlands: A Chronicle of Old Florida and the Southwest, foreword by Albert L. Hurtado (1st ed., 1921; Albuquerque: University of New Mexico Press, 1996), xlv-xvi.

8. Sherburne F. Cook, The Conflict Between the California Indians and White Civilization (1st ed., 1943-1946; Berkeley: University of California Press, 1976).

9. Francis F. Guest, Hispanic California Revisited, ed. Doyce B. Nunis (Santa Barbara, CA: Santa Barbara Mission Archive Library, 1996).

10. Gary Clayton Anderson, The Indian Southwest, 1580-1830: Ethnogenesis and Reinvention (Norman: University of Oklahoma Press, 1999). P. 67.

11. Ramуn A. Gutiйrrez, When Jesus Came, the Corn Mothers Went Away: Marriage, Sexuality, and Power in New Mexico, 1500-1846 (Stanford: Stanford University Press, 1991).

12. France V. Scholes, Church and State in New Mexico, 1610-1650, Historical Society of New Mexico, Publications in History, vol. 7 (Albuquerque: University of New Mexico Press, 1937).

13. Jack D. Forbes, Apache, Navaho, and Spaniard, 2nd ed. (1st ed., 1960; Norman: University of Oklahoma Press, 1994); and Edward H. Spicer, Cycles of Conquest: The Impact of Spain, Mexico and the United States on the Indians of the Southwest, 1533-1960 (Tucson: University of Arizona Press, 1962).

14. Jane Landers, Black Society in Spanish Florida (Urbana: University of Illinois Press, 1999).

15. Kimberly S. Hanger, Bounded Lives, Bounded Places: Free Black Society in Colonial New Orleans, 1769-1803 (Durham: Duke University Press, 1997).

16. Gilbert C. Din, Spaniards, Planters, and Slaves: The Spanish Regulation of Slavery in Louisiana, 1763-1803 (College Station: Texas A & M University Press, 1999).

17. Marc Simmons, The Last Conquistador: Juan de Oсate and the Settling of the Far Southwest (Norman: University of Oklahoma Press, 1991); Mark Santiago, The Red Captain: The Life of Hugo O'Conor, Commandant Inspector of the Interior Provinces of New Spain (Tucson: Arizona Historical Society, 1994.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий