регистрация / вход

Археология Восточных славян в 6 в

Введение Восточные славяне ныне – население, говорящее на русском, украинском и белорусском языках. Этому населению свойственны специфические языковые и этнографические особенности, выделяющие его из остального славянского мира.

Введение

Восточные славяне ныне – население, говорящее на русском, украинском и белорусском языках. Этому населению свойственны специфические языковые и этнографические особенности, выделяющие его из остального славянского мира.

В раннем средневековье восточные славяне составляли единую древнерусскую (или восточнославянскую) народность, для которой были характерны общий язык и однородная материальная и духовная культура. Таким образом, восточные славяне – понятие не географическое, а этноисторическое.

История восточного славянства начинается с того периода, когда из общеславянского (праславянского) языка стал выделяться самостоятельный восточнославянский язык. Как свидетельствуют многие лингвистические данные, это произошло в середине первого тысячелетия н.э. В первый период истории восточных славян (VI-VII в.в.) происходили процессы, подготавливающие распад общеславянского языка и закладывались основы для формирования древнерусской народности.[1]

К VIII-IХ в.в. славянские племена занимали значительные пространства Восточной Европы – от Чудского и Ладожского озер на севере до Черного моря на юге. Эта территория принадлежит к Восточно-Европейской, или Русской равнине (средняя высота над уровнем моря 170м). Характер местности, в основном, равнинный, лишь местами имеются небольшие повышения поверхность (Среднерусская, Валдайская, Смоленская и Подольская возвышенности). В формировании современного рельефа заметную роль сыграло древнее оледенение. В северной части сохранился моренный покров со слегка холмистым рельефом. В средней части ледниковая морена подверглась размыву талыми водами, что привело к значительному сглаживанию холмов. В южной части, на территории которая не покрывалась ледником, поверхность рассечена долинами крупных рек и имеет развитую балочно-овражную сеть.

Русская равнина обладает развитой речной системой. Из рек южного стока наибольшую площадь занимает Днепр с его крупными притоками Припятью, Десной и Сожем. К старой восточнославянской территории принадлежит ещё бассейн Днестра и Южного Буга, а также верхнее течение Волги с бассейном Оки. Из бассейнов северной части следует отметить Ильменский, включающий Ловать, Мсту, Шелонь и Волхов; Псковский- с рекой Великой; Западнодвинский и Неманский.

Значительная часть Восточно-Европейской равнины покрыта лесами. Преобладают смешанные и широколиственные леса. Лишь южные окраины этой территории принадлежат к лесостепи, где лес с лиственными породами деревьев чередуется с разнотравными степями.

Равнинный характер, благоприятные климатические условия, обилие рек и лесов способствовали освоению человеком Русской равнины в глубокой древности. В первой половине 1-го тысячелетия н.э. Восточно-Европейская равнина была заселена племенами, относящимися к нескольким языковым группам. Северные территории ( от Финляндии и Эстонии на западе до Урала на востоке) были заняты финно-угорским населением. Средняя часть, выходящая к побережью Балтийского моря (от устья Вислы до устья Западной Двины) принадлежала балтам. Более южные районы Поднепровья с примыкающими к нему верховьями Буга и Днестра заселяли славяне, вплотную соприкасавшиеся на юге с ираноязычными сарматскими племенами.

Впервые на вопрос о происхождении древнерусского народа попытался ответить в Х11в. летописец Нестор, автор Повести временных лет.[2] По его представлениям славяне в древности жили на Дунае. Затем на них напали волохи и притесняемые славяне начали широкое расселение по Средней и Восточной Европе. Летописец называет славянские племена и указывает их географическое положение. Особенно подробно он описывает восточнославянские (или, как они именуются в летописях, русские) племена, составившие основу древнерусской народности. Летописцу было известно 13 славянских племен, населявших Восточную Европу. В Среднем Поднепровье жили поляне, на земле которых возник Киев. На западе они соседствовали с древлянами. Из их городов упоминаются Овруч и Искоростень. Ещё западнее, на Волыне, расселились бужане (волыняне). Между Припятью и Двиной обитали дреговичи. На днепровском левобережье по Десне, Сейму и Суле расположились севера (северяне). На левом притоке Днепра – Соже локализуются радимичи. Верховья Оки занимали вятичи. Одним из крупнейших русских племен были кривичи, заселявшие верхние течения Днепра, Волги и Западной Двины и будущую Псковскую землю. Летописец ещё называет полочан, поселившихся на речке Полоте, притоке Западной Двины. Самым северным русским племенем были словене, живишие в обширном бассейне оз.Ильмень. Южную окраину по Днепру, Южному Бугу и Днестру занимали уличи и тиверцы, а где-то на юго-западе ( в Прикарпатье) обитали хорваты.

Летописное описание племен долгое время оставалось единственным источником по ранней этнической истории восточного славянства. В Х1Х в., особенно во второй его половине, почти на всей восточнославянской территории активно велись раскопки курганов – погребальных памятников восточных славян 1Х-Х1У в.в. Археологические сведения несравнимо богаче летописных и дают возможность уточнить указания письменных источников и детализировать картину расселения славянских племен в Восточной Европе.

К началу 30-х годов ХХв. относятся первые археологические монографии, посвященные отдельным восточнославянским племенам. А.В.Арциховский систематизировал курганный материал вятичей Х1-Х1У в.в.[3] , Б.А.Рыбаков исследовал радимические курганные древности.

Большую роль в изучении восточнославянских племен сыграл П.Н.Третьяков, предложивший привлечь к изучению славянских племен археологические данные второй половины 1 тысячелетия н.э., на которые до этого не обращали внимания. Итогом большой работы Н.П.Третьякова над древностями второй половины 1 тысячелетия н.э. явилось его исследование о северных восточнославянских племенах – кривичах, словенах новгородских и вятичах.[4]

В результате плодотворных экспедиционных изысканий советских археологов в послевоенный период ХХв. в общих чертах была создана этническая карта Восточной Европы накануне широкого славянского расселения. К настоящему времени в распоряжении археологов имеется огромное количество славянских погребальных комплексов, которые являются неоценимым источником по восточнославянской истории.

Хозяйство и общественный строй

славян в Y 1 веке

Основным занятием славян второй половины 1-го тысячелетия н.э. было сельское хозяйство, причем ведущей отраслью его являлось земледелие. Как показывают данные языкознания, археологии и этнографии, начало земледелия у славян восходит к глубокой древности. Южные территории восточнославянского мира несколько обгоняли северные в сельскохозяйственной деятельности. Этому способствовали не только природные условия, но и древние традиции, восходящие к плужному, пашенному возделыванию земли того периода, когда среднеприднепровские области находились в орбите провинциальноримской культуры.

Славянские поселения этого периода отражают оседлый образ жизни, они устраивались по берегам рек и озер в таких местах, где имелись участки, пригодные для земледелия.[5] На многих поселениях найдены земледельческие орудия – железные наральники, сошники, чересла, мотыги, серпы, косы, а также продукты земледельческого труда. В южной части восточнославянской территории применялись широколопастные наральники с плечиками. Делались они из одного куска железа и использовались на сравнительно легких почвах. Единичным находками представлены в южных землях восточнославянского расселения и наконечники без плечиков.

Другой металлической часть землеобрабатывающих орудий были чересла - плужные ножи. На селище у д.Хотомель найдено черенковое чересло, выкованное целиком из железа.[6]

Тягловой силой для работы пашенными орудиями, как южного типа, так и сохой была у славян лошадь. О её широком использовании для обработки пашни в эпоху древней Руси говорят письменные источники и изображения на миниатюрах.

В хозяйстве славянских племен лесной зоны Восточной Европы заметное место принадлежало подсечному з6емледелию. При этом участок, очищенный от леса, очень скоро истощался и переставал давать урожай через 3 – 4 года. Это заставляло славян оставлять старые участки и вырубать новые. Такая система земледелия требовала огромного количества земли и заставляла селиться сравнительно небольшими поселками.[7]

Исследования нижних слоев Новгорода, Изборска и других поселений свидетельствуют о возделывании славянами в лесной зоне как злаковых и зернобобовых культур, так и волокнистых растений, что возможно лишь при наличии полевого пашенного земледелия.

В лесостепной зоне имелись крупные, свободные от лесных массивов участки, поэтому здесь , очевидно, возникла система севооборота – двухполье или трехполье.

Вспомогательными орудиями при обработке пахотных земель были небольшие роговые мотыжки. Изготавливались мотыжки из широких частей рогов благородных оленей и состояли из слегка заостренного плоского лезвия и и небольшой втулки. Они найдены на славянских поселениях Среднего Приднепровья , в Побужье и Днестровско-Дунайском междуречье.

Основным орудием для расчистки лесных участков под пашню был топор. Они железные, массивные, с удлиненным узким клиновидным лезвием и закругленным обухом. Находки таких топоров немногочисленны, но повсеместны.

Урожай с полей снимали при помощи серпов. Их форма, близкая к современной, - клинок близок по форме параболе или части эллиптической кривой, черенок отогнут наружу, он вбивался в короткую деревянную рукоятку.

Собранный с полей урожай в южных землях хранился в зерновых ямах – специальных погребах, округлых в плане, колоколовидной или грушевидной формы, вырытых в материковом грунте. Ямы такой формы, закрывающиеся деревянной крышкой, лучше сохраняли зерно. Стенки их или обжигались, или выстилались берестой, или укреплялись

плетенной лозой. В северной полосе обмолоченное зерно, очевидно, хранилось в специальных наземных постройках.

Переработка зерна на муку производилась при помощи ручных жерновов. Они делались из различных пород – известняка, песчанника, кварцита и т.п., были в плане круглой формы диаметром от 30 до 60 см. Различаются верхние и нижние диски: верхние более массивные имели вогнутую рабочую поверхность, нижние выпуклую. Вращение производилось с помощью рычага, укрепленного в отверстии с верхней стороны жернова. Жернова или их фрагменты при раскопках встречены на очень многих поселениях.

Для выпечки хлеба широко применялись глиняные сковородки. Обычно они имели круглую форму ( диаметр 15-20 см) и были снабжены невысокими бортиками. На таких сковородках пекли хлебцы и лепешки, а также готовили различные блюда из несозревших зерен ячменя и пшеницы или пищу из проса.

О составе культурных растений, возделывавшихся восточными славянами полнее можно судить по находкам зерна на поселениях. Анализ зернового материала, происходящего из различных поселений лесной зоны Восточной Европы, свидетельствует о довольно широком ассортименте земледельческих культур. [8]

Наряду с земледелием большое место в хозяйственной деятельности восточных славян занимало животноводство. Костные остатки выявлены при раскопках многих поселений и дают представление о составе стада. Первое место всюду должно быть отведено крупному рогатому скоту. Кости крупного рогатого скота составляют до 50% остеологического материала, связанного с домашними животными. Стада крупного рогатого скота были важнейшим богатством славянской общины. Мясо его употреблялось в пищу, кроме того, он использовался для получения молока и молочных продуктов, а в южных землях и как тягловая сила в пашенном земледелии. О значении крупного рогатого скота в жизни восточных славян ярко говорят письменные источники. Прокопий сообщает, что славяне « считают, что один только бог, творец молний, является владыкой над всем, и ему приносят в жертву быков и совершают другие обряды».

Второе место в остеологической коллекции из восточнославянских поселений принадлежит костям свиньи, третье – мелкого рогатого скота, четвертое – лошади. На поселениях Прутско-Днестровского междуречья найдены глиняные сосуды с отверстиями в придонной части тулова и в днище, предназначенные для приготовления из молока творога.

Древние авторы (Маврикий, Иоанн Эфесский) неоднократно упоминают о многочисленных стадах, находившихся во владениях славян. Н славянских полселениях найдены небольшие глиняные фигурки животных, очевидно связанные с ритуалом жертвоприношения, подчеркивающие значение домашних животных в жизни и быте славян.[9]

Заметное место в хозяйственной деятельности восточных славян принадлежало охоте и рыбной ловле, чему во многом благоприятствовали природные условия. Основные орудия охоты – лук и копье. Железные наконечники стрел найдены на многих славянских поселениях. Для охоты на птицу и мелких зверей широко применялись силки и ловчие сети. О рыбной ловле свидетельствуют находки костей и чешуи рыб, а также орудия рыболовства.

Охоте и рыболовству принадлежала подсобная роль в хозяйстве славянского населения при господствующем значении земледелия и скотоводства. В древней Руси широкое распространение получило бортничество. Однако в материалах археологии следы бортничества почти не фиксируются.

С сельским хозяйством очень тесно связаны такие виды деятельности, как прядение, ткачество, деревообработка и изготовление изделий из кости. Они обеспечивали потребность в одежде, в жилище и в бытовых вещах. В археологическом материале отчетливо характеризуется обработка дерева - строительство жилищ и хозяйственных помещений, изготовление бытового и хозяйственного инвентаря. Кроме того, значительное место занимало изготовление орудий и других изделий из кости и рога. Скотоводство и охота давали в неограниченном количестве необходимый материал. На восточнославянских поселениях изделия из рога и кости встречаются довольно часто.

Прядение было широко распространенной отраслью хозяйственной деятельности, им занимались почти в каждом доме, в каждой семье. Прядение волокна производилось при помощи деревянного веретена с пряслицами различной формы, сделанными преимущественно из глины. Для изготовления тканей в лесной зоне Восточной Европы употреблялся вертикальный ткацкий станок. Можно предполагать, что в южнорусских землях славяне уже знали горизонтальный ткацкий станок.

Металлообработка и прежде всего кузнечное дело характеризуется сложными процессами, требовавшими специальных знаний и практических навыков. Поэтому металлургические ремесла довольно рано выделились в отдельные отрасли хозяйственной деятельности. Ими занимались ремесленники – кузнецы и литейщики. Исходным сырьем служили болотные руды, топливом – древесный уголь. Сыродутный горн представлял собой слабоуглубленную шахтную печь с внутренним диаметром 25-40 см. Археологам известно несколько пунктов со следами железноделательного производства. Кузница, раскопанная на Пастырском городище в слоях Y1-Y111 в.в. , была прямоугольной постройкой размерами 7,5 х 3,75 м , имевший легкий деревянный каркас, обмазанный глиной.[10]

Из железа изготовлялись прежде всего земледельческие орудия – наральники и сошники, мотыги, косы, серпы, а также орудия для обработки дерева – топоры, тесла, долота, скобели, ложкари. Значительную группу изделий из железа составляли бытовые предметы – ножи, шилья, гвозди, пряжки и, конечно, оружие – наконечники стрел и дротиков, копья. Для этого периода характерны еще сравнительно узкий ассортимент изделий и простые технологические приемы.

Обработка цветных металлов была менее распространенной отраслью хозяйственной деятельностью славян. Если запасы болотной железной руды, широко распространенной по всей Восточной Европы, были почти неограниченными, то залежей руд цветных металлов на месте ремесленники не имели. Круг изделий из цветных металлов, изготавливаемых славянскими мастерами, достаточно обширен. Наиболее распространенными были литые вещи из серебра, меди или сплавов. Сырьем для восточнославянских ювелиров служил, очевидно, лом цветных металлов, а также византийские и арабские монеты.

Наиболее широко на славянских поселениях и в могильниках представлена керамика. В хозяйственной деятельности восточных славян заметное место принадлежало изготовлению глиняной посуды. На большинстве восточнославянских поселений безраздельно господствовала лепная керамика. Лепные горшки, миски и сковороды делались, вероятнее всего, в каждой семье. Особых навыков для их изготовления не требовалось, а сырье имелось повсеместно. Лепную керамику обжигали в домашних печах.

Сложение наряду с сельским хозяйством, промыслами и домашними ремеслами обособленных отраслей экономической жизни, таких как железоделательное и железообрабатывающее ремесло, ювелирное дело, ставит вопрос о развитии у славян обмена и торговли.

Славянские кузнецы, ювелиры и некоторые ремесленники иных специальностей предназначали свою продукцию главным образом для населения, занятого сельскохозяйственным трудом. Первоначально ремесленники работали, вероятно, на заказ. Заказчик и ремесленник договаривались об оплате, сырье и т.п.. Ремесленники жили на тех же поселениях, где и их заказчики. Наряду с работой на заказ ремесленники начинают производить продукцию для рынка, т.е. на продажу. Это способствовало возникновению специализированных поселений, где жили и работали преимущественно ремесленники, работавшие для рынка. Эти поселения в последствии становились центрами внутренней, а в отдельных случаях и внешней торговли. Одним из ранних укрепленных ремесленных центров восточных славян было городище Зимно, относящееся к V1-V11 в.в. Обнаруженные здесь следы ремесленной деятельности свидетельствуют о том, что на поселении жили и работали ремесленники-ювелиры и кузнецы, снабжавшие своей продукцией широкую округу. Найденные изделия (бронзовые и серебряные украшения) позволяют предполагать, что часть продукции предназначалась для дружинного сословия, постепенно выделявшегося из общинной среды. Такие центры стали и пунктами межплеменного обмена. Бронзолитейное ремесло нуждалось в сырье, которого не было в местах восточнославянского расселения. Отсутствие сырья способствовало межплеменному обмену.

Таким же довольно крупным ремесленным центром было Пастырское городище. Это поселение было не только славянским. По-видимому, здесь со славянами жило тюркоязычное население. Ремесленная продукция поступала не только к славянам, но и к их степным соседям.

В V1 в. в южных районах восточнославянского расселения ещё сохранялись крупные патриархальные семейные коллективы. Об этом говорят и курганы с большим числом захоронений и гнездовой характер расположения поселений. Исследователь славянских древностей в Молдавии И.А.Рафаилович полагает, что на существование патриархальных общин у славян указывают и малые размеры поселений, и их планировка, и единичность производственных комплексов.[11]

Трудно ответить на вопрос, когда и как происходил у славян распад большесемейной общины. Возникновение таких поселений, как городища Зимно,Пастырское, или ремесленных центров , подобных Григоровскому, показывают, что патриархальная семья в ряде мест восточнославянского ареала начала распадаться уже в третьей четверти 1 тысячелетия н.э. Погребальные памятники неоспоримо свидетельствуют о переживании большесемейной общины в восточнославянской среде вплоть до V111-1X в.в.. Можно допустить, что накануне формирования классового общества у восточных славян сложилось несколько форм общественных организаций. Наряду с малыми семьями, входившими в территориальную общину, в ряде мест существовали большие семейные коллективы, ведущую хозяйственную деятельность общими усилиями. В северной полосе Восточной Европы распад таких коллективов был задержан условиями жизни, связанными с переселениями, необходимостью осваивать лес под пашню и т.п.

Возникновение экономического неравенства на материалах исследованных археологами поселений выявить невозможно. Нет отчетливых следов имущественной дифференциации славянского общества и в могильных памятниках этого периода. Однако это обусловлено прежде всего славянским погребальным ритуалом (у славян-язычников не принято было класть в могилу вещевой инвентарь), а не отсутствием неравенства в славянском обществе.

Византийские авторы вполне определенно говорят о рабах в составе славянского общества. Об этом пишут Маврикий, Менандр, Прокопий и другие. Рабство у славян имело источником преимущественно захват пленных и носило патриархальный характер. Прокопий Кесарийский , в частности, сообщает, что сначала славяне уничтожали жителей в земле врагов, а « теперь же они… стали некоторых из попадавшихся им брать в плен, и поэтому все уходили домой, уводя с собой многие десятки тысяч пленных».[12] В то же время «находящихся у них в плену они не держат в рабстве, как прочие племена, в течение неограниченного времени – пишет Маврикий, - но ограничивая (срок рабства( определенным временем, предлагают им на выбор: желают ли они за известный выкуп возвратиться восвояси или остаться там ( где они находятся) на подложении свободных и друзей».

Сведения о применении рабов немногочисленны. Очевидно, в земледельческом труде у восточных славян рабы не использовались. В основном, это были слуги, иногда рабыни-наложницы. Таким образом, рабовладельческой формации у восточных славян не было. В эпоху разложения первобытнообщинного строя существовал лишь рабовладельческий уклад, не ставший основой экономической жизни общества, но способствовавший выделению и усилению знати. О том, что какая-то часть славянского населения выделилась в экономическом отношении из остальной массы, ярко свидетельствуют клады, сосредоточенные преимущественно в южных районах восточнославянского ареала. Эти клады принадлежат не рядовым членам общества, они принадлежат знати.

Возникновению экономического неравенства в славянском обществе способствовали и развитие межплеменного обмена, и торговые связи с кочевыми соседями, Византией и Хазарией, и военные столкновения.

Славянам V1 в. была известна социальная категория племенной знати. Византийские источники V1-V11 в.в. неоднократно называют славянских племенных вождей-предводителей. Из описаний походов славян на Византию известны и некоторые имена таких вождей – Ардагаст, Мусокий, Пирагаст. Маврикий сообщает, что обычно у славян было по нескольку таких предводителей таких предводителей и между ними иногда не было согласия.

Основным элементом военной организации славян в этот период было ополчение. В случае нападения неприятеля всякий мужчина, способный носить оружие, становился воином и участвовал в сражениях. Очевидно, с таким всеобщим ополчением столкнулись солдаты византийского императора Маврикия, воевавшие со славянами за Дунаем. Маврикий сетовал на «непобедимое мужество» и «несметное множество» славян.[13] Характеризуя славянское войско, Маврикий пишет: «каждый вооружен двумя небольшими копьями, некоторые имеют также щиты, прочные, но трудно переносимые. Они пользуются деревянными луками и небольшими стрелами, намоченными особым для стрел ядом, сильно действующим». Вряд ли в V1 в. были славянские дружины, находившиеся постоянно под кровлей своего военачальника и получавшие от него полное содержание. Очевидно, в племенную эпоху дружины набирались для одного военного похода или набега и расформировывались по завершении задуманных действий. Только сравнительно небольшое число дружинников находилось при племенном князе постоянно.

Верховная власть у славян принадлежала племенным собраниям. Прокопий Кесарийский сообщает: «Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим». Значительной властью в собрании обладала, конечно, племенная знать, причем роль её постепенно увеличивалась.

Одежда славян Восточной Европы

V 1 век

Основным источником для изучения рассматриваемой темы должны служить материалы археологии. Однако у славян в этот период безраздельно господствовал обряд трупосожжения и умершие в одеждах сгорали на погребальных кострах. На восточнославянской территории сейчас раскопано более тысячи захоронений и ни в одном из них не обнаружены остатки одежды в виде кусков ткани, кожи или меха. Для истории одежды славян более чем скромные данные получены и при раскопках поселений. Органические материалы в культурных слоях поселений, как правило, не сохраняются. Исключением являются напластования Старой Ладоги, при раскопках которых обнаружены куски тканей и кожи. Исследование остатков кожи предоставило возможность для изучения обуви. При раскопках славянских поселений встречены в небольшом количестве предметы металлического гарнитура одежды – пряжки, поясные бляжки и кольца, а также единичные украшения.

Письменных свидетельств об одежде славян Восточной Европы почти нет. Имеется лишь сообщение Прокопия Кесарийского (V1 в.) о балканских славянах: некоторые из них идут в бой против своих врагов в одних коротких штанах, не надевая ни хитона, ни плащей. Нет никаких известий о славянской одежде и в восточных источниках. Арабские авторы начинают уделять внимание одежде восточных славян лишь в Х-Х1 в.в.

Таким образом, более или менее обстоятельного и полного очерка славянского одеяния

сделать пока невозможно.

Как свидетельствуют лингвистические материалы, славяне с древнейших времен одевались в платья из льняного и конопляного полотна и шерсти. Использование льна и конопли как важнейших материалов для изготовления одежды предполагает, что основным цветом её был белый или серый (при недостаточной отбелке). Было ли и в какой степени распространено крашение тканей, сказать невозможно. С древних времен использовали славяне для одежды и шерстяные ткани. Прядение и ткачество, как упоминалось ранее, были в числе наиболее распространенных домашних занятий славян. В У1 в. шелк, как и другие виды византийских и восточных тканей, могли покупать или выменивать только славянские князья и племенная богатая знать.

Большая часть славян расселилась в лесной полосе с суровым климатом. Жизненные условия требовали теплой одежды, которая служила бы защитой от холода. Употреблялись прежде всего шкуры баранов, а из диких животных - волков и медведей. Уже в древности использовались для одежды и меха куницы, соболя, лисицы, белки, горностая, выдры и бобра. Меха выделывались не только для собственных нужд, но и для торгового обмена с другими странами. Шкуры животных использовались и для изготовления кож, из которых потом делалась обувь, поясные ремни и рукавицы..

Мужская одежда славян, как можно судить по всем имеющимся прямым и косвенным данным, с давних времен состояла из рубашки, штанов и надеваемого при необходимости поверх плаща или кафтана. Характер рубашки , по-видимому, передают рельефные изображения на литых фигурках человечков из Мартыновского клада. Рубашка представляла собой прямую одежду туникообразного покроя с длинными прямыми рукавами. Рукав у запястья стягивался , вероятно, широкой тесьмой. Посредине груди рубаха имела широкую вышитую вставку. Ворот неясен. Рубаха подпоясана – пояс обозначен двумя линиями. Длинные узкие штаны мартыновских человечков доходят до щиколоток. У славян они назывались ногавицами. По-видимому, штаны на бедрах поддерживались бечевкой. Поверх этих легких одеяний надевались более тяжелые верхние одежды. Известно несколько терминов, обозначавших такие одежды ещё в праславянский период – жупан, корзно, сукня и кожух. Вероятно именно в жупане изображен мужчина на фигурке, найденной на славянском поселении У1-У11 в.в. в Требужанах в Молдавии.[14] Длинный опоясанный кафтан показан на мужских фигурах Збруческого идола. Другие виды верхней мужской одежды славян неизвестны по изображениям У1-Х в.в.

Мартыновские и требужанская фигурки изображают мужчин без головных уборов. Вероятно, в южных районах славянской территории мужское население в рассматриваемый период ходило без головных уборов.

Головной убор славян – шапка языческого времени – известен только по скульптурным изображениям на идолах. Так четырехликая голова Збручского идола увенчана сферической шапкой с околышком. Подобная шапка изображена на голове новгородского каменного идола, найденного в Пошехонье.

Мужские одежды обычно стягивались поясами. Иногда пояса делались из тканей и в таких случаях просто завязывались. Пояса из кожи имели металлические пряжки, наборные бляшки и наконечники. Наиболее полная серия металлических частей поясов, происходит из раскопок городища Зимно. Здесь найдены бронзовые, серебрянные и железные пряжки с круглыми, полукруглыми, овальными, восьмеркообразными и фигурными рамками и основой разнообразных форм, а также прямоугольные «гитаровидные» пряжки. Необходимо подчеркнуть, что поясные пряжки, бляшки и наконечники, найденные на славянских памятниках не принадлежат к специфически славянскому убранству одежды.

На южной окраине восточнославянской территории в условиях соприкосновения с иноплеменным населением распространился обычай застегивать наплечную одежду при помощи фибул. Фибулы славян встречены как на поселениях, так и в составе кладов.

Весьма широко распространились в антской среде У1-У11 в.в. пальчатые фибулы, которые можно считать этноопределяющими для этой славянской группировки. Однако они были принадлежностью женского туалета.

Основным видом обуви славян были башмаки из кожи. В общеславянский период они назывались черевиками. Они изготавливались либо из целого куска кожи, либо из двух основных частей –цельнокроенного верха и подошвы. Покрой башмаков многообразен, но все виды принадлежат к одной форме – это узконосые башмаки с невысоким подъёмом, они довольно плотно облегали ногу и закреплялись с помощью ремешка, который несколько раз обвивался вокруг щиколотки и завязывался. Некоторые виды башмаков шнуровались. Детский башмак не был узконосым и повторял припухлость ноги. Нужно полагать, что славяне носили и лапти, изготовленные из лыка. Однако, археологически это пока засвидетельствовано лишь находками костяных кочедыков для плетения обуви такого типа.

Женская одежда славян рассматриваемого периода менее документирована археологическими материалами и совсем не получила отражения в синхронных письменных источниках. Судя по более поздним данным, одежда женщин состояла прежде всего из рубашки, которая отличалась от мужской большей длиной и , очевидно, более нарядными украшениями – вышивкой или узорным тканьем. Фасоны мужской и женской верхней одежды в быту русских крестьян Х1Х в. мало чем отличались друг от друга. Надо полагать, что и в У1в. было так же. Одежды женских фигур, изображенных на Збручском идоле, не отличимы от мужского одеяния. Конечно, женщины ногавиц не носили, но жупаны, корзно, сукни и кожухи были почти идентичными. Женский костюм отличался от мужского головным убранством и украшениями.

Женский головной убор реконструируется по находкам в кладах мартыновского типа. Составными частями уборов были серебряные пластины с завитком на конце – налобные венчики – орнаментированные пластины, воспроизводящие форму уха, - наушники.[15] Характерным славянским украшением были височные кольца. Такие украшения были найдены в мартыновском, малоржавском и новосуджанском кладах. Для закрепления верхней женской одежды у антов употреблялись пальцевые фибулы. Шейные ожерелья, состоящие из бус, судя по материалам длинных курганов кривичей и Староладожского городища, были в некоторых славянских регионах излюбленным женским украшением. Славянский женский костюм иногда дополнялся различными металлическими украшениями – шейными гривными, перстнями и браслетами. Собственно славянских типов этих украшений в то время ещё не было, и славяне пользовались самыми разнохарактерными украшениями, изготовленными своими мастерами-ремесленниками или приобретенными у соседних племен.

Язычество

Результаты археологических раскопок позволяют восстановить облик целого ряда языческих святилищ в различных районах восточнославянского расселения. Одним из интереснейших языческих сооружений восточных славян является святилище Перуна, исследованное близ Новгорода Великого в урочище Перынь, которое расположено там, где Волхов вытекает из оз.Ильмень.[16] Перынский холм, окольцованный по склонам сосновой рощей, величественно и живописно господствует над северными низменными и безлесными берегами Ильменя. Очевидно, здесь находилось не рядовое, а центральное святилище словен новгородских. Во время языческих празднеств на холме могло собираться большое количество людей.

Центральную часть святилища составляла приподнятая над окружающей поверхностью горизонтальная площадка в виде правильного круга диаметром 21 м, окруженная кольцевым рвом шириной до 7 м и глубиной более 1м. Точно в центре круга раскопками выявлена яма от столба диаметром 0,6 м. Здесь стояла деревянная статуя Перуна, которая, как сообщает летопись , в 988г. была срублена и сброшена в Волхов. Перед идолом находился жертвенник – круг, сложенный из булыжников. Ров, окружавший культовую площадку, представлял в плане не простое кольцо, а ободок в виде огромного цветка с восемью лепестками. Такую форму придавали ему восемь дугообразных выступов, расположенных правильно и симметрично. В каждом таком выступе на дне рва во время языческих празднеств разжигали ритуальный костер, а водном из них, восточном, обращенным к Волхову, судя по количеству углей и прокаленности материка, горел «неугасимый» огонь. В планировке святилища можно видеть геометризированное изображение одного из цветков, посвященных Перуну.

Более скромные святилища обнаружены среди лесов и болот и внешне похожи на городища. Эти культовые сооружения называют болотными городищами.

Все святилища обслуживали более или менее крупные регионы, включавшие по нескольку, а иногда и по нескольку десятков поселений. По-видимому, это были племенные культовые места. Важнейшим признаком таких племенных святилищ является их изолированное от поселений положение. Жители окрестных поселений собирались на этих святилищах в основном во время крупных языческих празднеств и молений или же в связи с событиями важными для племени. По строению эти святилища отличались одно от другого частностями. Общими элементами, обусловленными единством языческого мировоззрения восточных славян, были их круглая форма с идолом или столбом в центре и ритуальные костры.

Помимо племенных святилищ, у восточных славян были и небольшие, устраиваемые непосредственно на поселениях и предназначенные для более узкого круга лиц. Они, по-видимому, служили для повседневных молений.

На поселении У1-У11 в.в. в урочище Гнилой Кут на окраине г.Городок на Подолии исследовано святилище, состоявшее из прямоугольной площадки (2,3 х 1,5 м), выложенной небольшими плоскими камнями и круглого кострища, устроенного в углублении около восточного края площадки. Среди остатков костра обнаружены обоженные кости животных и фрагменты глиняной посуды.[17]

Священным деревом славян – язычников был дуб. Культ этого дерева связан с культом Перуна. Дважды - со дна Днепра, а также в нижнем течении Десны - были подняты стволы дубов, стоявших не берегах этих рек и подмытых ещё в древности. Эти деревья были объектами культового почитания. В стволах дубов оказались вбиты соответственно девять и четыре кабаньих клыка (остриями наружу).

В северо-западной части восточнославянской территории в раннем средневековье было распространено культовое поклонение камням. Культ камня относится к давней эпохе и по своему происхождению не связан со славянским этносом. Славяне, по-видимому, унаследовали культ поклонения камням от аборигенного населения. Памятниками этого культа являются крупные камни с ямками, с выемками – отпечатки ног человека или животного ( камни-следовики), известные в Новгородско-Псковской земле и на территории Белоруссии. В отдельных местностях этнографами зафиксировано реликтовое сохранение культового поклонения этим камням: дождевая вода из ямок и углублений на камнях представлялась «святой».

Идолы-кумиры были важнейшими атрибутами как племенных, так и поселенческих святилищ восточного славянста. Наиболее распространены деревянные статуи, о чем свидетельствуют материалы археологии и письменные источники. Деревянные идолы восточных славян – деревянные столбы, наверху которых изображалась человеческая голова. До нашего времени они не дошли, поэтому их облик в полной мере нельзя воссоздать, Некоторое представление о них дают деревянные скульптурные находки из новгородских раскопок.[18] Прежде всего - это палочки с навершиями, вырезанными в виде головы мужчины. Очевидно, они связаны с языческими верованиями и являлась покровителями семьи или защитниками от злых духов.

В разных местах восточнославянской территории найдены каменные идолы, свидетельствующие о том, что в среде славян-язычников широкое распространение получили и изображения божеств, выполненные из камня. Так называемый новгородский идол, обнаруженный в 1893г при расчистке русла Шексны и Белоозерского канала, высечен из гранита. Высота его 0,75 м. Примитивным рельефом выполнены глахза, рот и подбородок. Голова увенчана шляпой.

Себежский идол найден в болоте. Это гранитная голова мужчины в шляпе с округлой тульей и прямыми полями. Лицо идола выделено из остальной массы камня – два глаза выбиты в виде щелок, двумя продольными линиями передан немного выступающий нос, рот высечен в виде горизонтальной черты. Высота идола 0,67м .

В южнорусских землях, где славянская культура испытывала воздействие давних цивилизаций, известны более сложные языческие идолы. Так, у с.Яровка Черновицкой обл. на древнерусском поселении обнаружен двуликий каменный идол. Это столб высотой 1,7 м. Посредством грубой обивки на нем схематично изображены два плоских лица, повернутых в противоположные стороны. Контуры лиц, глаз, нос и рот обозначены ямками. Одна, по видимому мужская, голова изображена в остроконечном головном уборе, лицо другой, очевидно, принадлежит женщине, на голове которой шапки нет ( Тимощук Б.О., 1976г.).

Наиболее примечательным памятником славянского язычества является Збручский идол, найденный у подножия холма в Збруче, притоке Днестра, близ Гусятина, и ныне находящийся в Краковском археологическом музее. Условно этот идол называется Святовитом, и ему посвящены десятки научных исследований. Изваяние представляет собой высокий (2,7 м) четырехгранный столб, на каждой из четырех сторон которого имеются серии изображений. Манера изображения плоскостная и схематичная. Переданы лишь основные контуры. Детали, может быть, выполнялись раскраской. Следы краски выявлены во впадинах известнякового столба. Общий космогонический смысл Збручского идола и изображений на каждой из 4-х граней его расшифрован и интерпретирован Б.А.Рыбаковым.

Три горизонтальных яруса изображений этого изваяния символизируют распространенное деление вселенной на небо – мир богов, землю, обжитую людьми, и преисподнюю (подземный мир), таинственные обитатели которого держат на себе землю.

Наверху, на каждой стороне столба изображены в рост фигуры четырех божеств, увенчанных одной общей шапкой.

На главной лицевой стороне помещено женское божество с турьим рогом-ритоном в правой руке. Это- богиня плодородия с рогом изобилия. По левую сторону от нее- мужская фигура бога-воина с саблей у пояса и конем внизу. Скорее всего - это Перун. По правую сторону отглавной богини помещено другое женское божество с каким-то кольцом в правой руке. На тыльной грани – изображение мужского божества без атрибутов. Эти фигуры имеют строгие позы, как бы говорящие об их неземном происхождении.

В среднем поясе помещены чередующиеся фигуры мужчин и женщин. Это – земля с хороводом взявшихся за руки людей.

Нижний ярус – три фигуры усатых мужчин, Это – подземные боги, поддерживающие находящийся над ними земной шар.

Збручский идол позволяет понять языческие представления славян о трехярусном строении мира. Такое представление сложилось в далекой древности и было распространено у разных народов. Единая шапка четырех небесных божеств , может быть, отражает идею единого высшего бога.

Среди курганных материалов многочисленны украшения, обусловленные языческими символикой и мифологией. Особый интерес представляют привески – амулеты. Они связаны с заклинательной магией. В отдельных погребениях встречены целые наборы амулетов, подвешенных на цепочках к общей основе.

Значительно чаще привески-обереги встречаются в курганных захоронениях не в наборах, а индивидуально. Это те же ложечки, ключи, бубенчики, гребни, клыки или челюсти животных, топорики и разнообразные зооморфные подвески.

Ложка- символ сытости, благосостояния и довольства. Привеска- ключ – символ богатства и сохранности. Обереги-клыки и когти хищников – служили для «отпугивания зла». Бубенчики в составе наборов привесок-амулетов при малейшем движении начинали колебаться и издавали звон, что, очевидно, имело какое-то магическое значение. Топор в славянском язычестве был символом Перуна. Амулеты – гребни служили оберегами от болезней. Гребням, уничтожающим паразитов – распространителей болезней, славяне-язычники придавали значение оберегов, их украшали звериными головами. Привески-лунницы связаны с культом луны и были принадлежность девичьего убора ( Селена-богиня Луны считалась покровительницей девушек).

С глубокой древности образ женщины, ожидающей рождения ребенка, в языческом мировоззрении был связан с образом прорастающего в земле зерна. Привески в виде молодого ростка-крина символизировали, рождающую жизненную силу женщин

Довольно многочисленную группу амулетов восточных славян образуют зооморфные привески. Это плоские изображения птиц и животных, очевидно, обладавших культовыми животворными свойствами. Так, конь был символом добра и счастья и связывался с культом Солнца.

Из письменных источников известно, что восточные славяне-язычники приносили в жертву идолам животных, зерно, различные вещевые подарки, совершались и человеческие жертвоприношения. Возле изображений языческих божеств происходили гадания, ритуальные жребии, язычники клялись «по русскому закону… оружием своим и Перуном богом и Волосом скотьим богом». Во второй половине 1 тысячелетия н.э. главным божеством восточных славян был, очевидно, Перун – общеславянский бог грома и молний. По-видимому, о нем писал византийский автор У1 в. Прокопий Кесарийский: «Они (славяне и анты) считают, что только бог, творец молний, является владыкой надо всем».

Экономическая основа жизни славянства – земледелие – наложила значительный отпечаток на языческие верования. Согласно языческому календарю, большинство обрядовых празднеств отражало определенный цикл сельскохозяйственных работ. Сельскохозяйственные продукты были основными языческими жертвоприношениями. С аграрным культом были связаны и божества солнца Даждьбог и Хорс. Велес – скотий бог и, может быть, бог богатства, судя по этнографическим сведениям, имел отношение и к обрядам, связанным с уборкой урожая. Определенную роль в земледельческом культе играл и Стрибог – бог ветра. В источниках называются и другие, низшие божества восточных славян – Род и рожаницы, берегини и упыри. Некоторые исследователи полагали, что Род – это верховное божество славян и что он был основным объектом поклонения язычников. Если так, то главенствующая роль Рода, название которого связано с понятием родства, относится к глубокой древности. Во второй половине 1 тысячелетия н.э. это было , наверное, домашнее божество, божество семейных общин.

В летописях имени бога Рода нет. Рожаницы тоже связаны терминологически с понятием родства, но ничего конкретного об их сущности сказать нельзя. Берегыни – божества, связанные с водами и деревьями; упыри, судя по поздним источникам, тождественны вампирам.

Трудно сказать, были ли у восточных славян жрецы или культовые ритуалы совершались князьями, племенными и родовыми старейшинами. Скорее всего жреческие функции выполнялись князьями.

Язычество было определяющим фактором в идеологии славянства. Все остальные проявления духовной культуры, а также зависимые от неё элементы материальной культуры и искусства во многом были определены языческим мировозрением.

Восточнославянские племена

Племена лесной зоны днепровского правобережья

ДУЛЕБЫ– одно из древних племенных образований славянства. В период составления Повести временных лет дулебов уже не существовало, летопись сообщает о них как о прежних жителях Волыни. Последний раз дулебы на страницах русских летописей упоминаются под 907 г. в рассказе о походе Олега на Царьград. Имя дулебов восходит к праславянской поре. Этот этноним имеет западногерманское происхождение. Несомненно, что дулебы составляли какую-то часть раннесредневековой славянской группировки, характеризуемой пражско-корчакской керамикой. Наряду с ним в её составе были и другие праславянские племена, названия которых до нас не дошли. Можно предположить, что это славянское племя сложилось ещё в римский период где-то по соседству с западногерманским населением. Средневековые письменные источники фиксируют дулебов на Волыни, в Чехии, на среднем Дунае между озером Балатон и рекой Мурсой и в Хорватии на верхней Драве. Разбросанность этнонимов отражает миграцию дулебов из одного региона в разных направлениях.

Предположение, что древнее племенное образование славян, занимавших Волынь и правобережную часть Среднего Поднепровья, называлось дулебами, находит свое подтверждение и в топонимическом материале. Топонимы, производные от племенного названия дулебы, распространены не только на территории летописных волынян, но значительно шире.[19] Они известны в бассейне верхнего течения Буга и верховьях Днестра, на всем пространстве правобережной части Припятского бассейна, в бассейне Ужа и под Киевом. Все они находятся в пределах ареала керамики типа Луки-Райковецкой (поселение в урочище Лука при с.Райки на р.Гнилопять в Житомирской обл.), там где образовались волыняне, древляне, поляне и дреговичи.

ВОЛЫНЯНЕ – племенная группировка восточного славянства, имевшая второе название –бужане. Летопись связывает её с Бугом. Название бужане происходит от гидронима Буг (подобно волжане от Волги). Имя волыняне исследователи выводят от городы Велынь (Волынь), откуда и историческая Волынь. Древний город Волынь на Буге обследован археологами. Его детинец овальной формы (размером 80 х 70 м) расположен на мысе, образованным Бугом и его притоком Гучвой. Краткость летописных известий о территории волынян вызвала расхождения в определении её границ.

Основные курганные раскопки в земле волынян были произведены во второй половине Х1Хв. Уже в 50-х годах Х1Хв. Раскопками волынских курганов занимались Н.Веселовский и Я. Волшинский. К 60-70годам относятся исследования курганов в Великом и Глинске на территории Ровенской обл. Первая попытка выделить особенности курганов волынян принадлежит В.Б.Антоновичу. Она оказалась неудачной, хотя применяемые исследователем термины «курганы волынянского типа» и «курганы древлянского типа» укоренились в археологической литературе. По характеристики В.Б.Антоновича, волынянские курганы – небольшие насыпи с трупоположениями или на горизонте или на грунтовых ямах. Однако, эти признаки не могут быть племенными, так как они характерны и для курганов других восточнославянских племен.

Обстоятельный анализ волынских курганов сделан Е.И. Тимофеевым . Его вывод, что у волынян господствовали преимущественно курганы с трупоположениями в могильных ямах. Западная и восточная границы распространения подобных курганов совпадает с исторически сложившимися границами Волынской земли. Однако курганы с ямными трупоположениями нельзя рассматривать в качестве этноопределяющего признака волынян. Неопределенной осталась северная граница ареала волынян. Курганы с трупоположениями в грунтовых ямах не встречаются севернее линии Ровно-Луцк. Поэтому Волынское Полесье Е.И.Тимофеев вынужден исключить из территории волынян.

Весьма спорна и южная граница волынян, проводимая Е.И.Тимофеевым примерно по водоразделу Припяти и Буга, с одной стороны, Днестра и Южного Буга – с другой стороны.

Ю.В. Кухаренко удалось подметить характерную особенность в расположении ранних волынских курганов. Они находятся не на возвышениях, как более поздние, а на низких местах, иногда на пойменных лугах. Курганы образуют небольшие группы, из двух –десяти насыпей, и расположены всегда попарно: большой и рядом малый, примыкая иногда вплотную друг к другу. Высота больших курганов около 1,5 м, диаметр – около 20м. Малые имели высоту около 0,5 м, диаметр – 8-10м. Насыпи песчаные. Кострище на месте сооружения кургана было ограждено кольцеобразной стенкой, составленной из стояков и горизонтальных бревен. В центре огороженной площадки в толще золы и угольков найдено несколько мелких обломков пережженных человеческих костей, разбросанных на пространстве диаметром около 4м. Особенно много таких курганов в междуречьи Буга и Горыни, т.е. в центре исторической Волыни.

Пределами основной территории волынян на севере, очевидно, были болотистые пространства в бассейне верхнего течения Припяти. Восточная граница её проходила по р.Случь, южная граница ареала волынян совпадала с водоразделом между бассейнами Припяти и Буга и Днестровским бассейном. На западе рубежом расселения волынян было поречье Буга. Далее начиналась территория западнославянских племен.

Как и все древнерусские курганы, погребальные насыпи волынян в зависимости от места трупоположения подразделяются на три типа: 1) с захоронениями на горизонте; 2) с погребениями в грунтовых ямах; 3)с захоронениями в насыпях. Последний тип на Волыни исключительно редок.

Положение и ориентировка умерших в курганах волынян общеславянские: на спине , в вытянутыми вдоль туловища или полусогнутыми руками. В ориентировке умерших постоянно наблюдаются сезонные отклонения – летом покойника клали в направлении юго-запад-северо-восток, зимой - северо-запад – юго-восток.

Более половины исследованных на Волыни курганных трупоположений оказались безынвентарными. В большинстве случаев это захоронения мужчин.. Однако и во многих женских погребениях волынян или нет украшений, или встречены лишь единичные предметы. Наиболее характерным височным украшением волынских женщин были перстнеобразные колечки диаметром от 1-1,5 до 3-3,5 см, сделанные из тонкой бронзовой или реже серебряной проволоки. Значительно реже встречаются проволочные кольца небольшого диаметра загнутоконечные (с кольцом, завернутым в трубочку или колечко) и S-конечные (с концом, завернутым в виде S). Е.И.Тимофеев считает, что находки S- конечных височных колец в древнерусских памятниках отражают культурные связи восточных славян с западными. Весьма разнообразны бронзовые и серебряные бусы. В двух курганах найдены серебряные овальные бусы, украшенные треугольниками из мелкой зерни. Можно утверждать, что браслеты не были в моде у волынских женщин. Найдено только два бронзовых браслета. Довольно часто погребенные в волынских курганах похоронены с железными ножами. Их носили в кожаных или деревянных ножнах, иногда скрепленных медной проволокой или железными скобами. Более чем в 15 волынских курганах (могильники Басов Кут, Белев, Красне,Плиснеск, Теклевка) встречены ведра, сделанные из дубовых клепок и железных обручей, и дужки. Ведра ставили в могилы с жертвенной пищей. Этот обычай был распространен у славян-язычников и зафиксирован в землях как восточных, так и западных славян. Курганный обряд погребения в земле волынян доживает до Х11 в.. Позднее языческий ритуал вытесняется христианским.

ДРЕВЛЯНЕ - были восточными соседями волынян и получили название по лесистой местности. Территория древлян не определена летописью. Известно только, что это племя обитало по соседству с полянами, к северо-западу от Киева, и его центром был Искоростень. Древляне имели развитую племенную (полугосударственную) организацию. Повесть временных лет уже на первых страницах сообщает, что у них было свое княжение. В летописях содержатся сведения о древлянских князьях, племенной знати и дружине. А.А.Шахматов, используя косвенные данные русских летописей, допускал, что область древлянского расселения заходила на левый берег Днепра.[20] В ареал древлян входили поречье Днепра с устьем Десны.

Первая попытка очертить ареал этого племени была предпринята исследователем древлянских курганов В.Б.Антоновичем. Его курганные раскопки были сосредоточены в южной и юго-восточной частях древлянской земли и в соседних районах территории полян . К древлянам были отнесены все курганы без погребения коня, курганы под Киевом, а также начыпи в бассейнах рек Тетерев, Уж, Ирпень и Роставица. Раскопки древлянских курганов продолжались в конце Х1Х и в первых десятилетиях ХХ веков. Значительные изыскания курганов провел Я.В.Яроцкий. Он исследовал около 50 насыпей, расположенных в 11 пунктах. Исследования курганов велись и в советское время. Анализ курганных материалов летописного ареала древлян принадлежит И.П.Русановой. Ей удалось подметить весьма характерную особенность древлянского региона – скопление золы и угольков в насыпях всегда выше трупоположений. Обычно это тонкая зольно-угольная прослойка, расположенная в центре кургана. Образование её связано с определенным ритуалом - наследием обряда кремации умерших. По-видимому, первоначально в процессе сооружения курганной насыпи в её верхней части разжигали небольшой костер, имевший очистительно-ритуальный смысл.

Западная граница распромстранения древлянских курганов проходила по Случи, где лесистые местности отделяли древлянский регион от волынского.

Самыми старшими курганами в древлянском ареале являются курганы с трупосожжениями и урнами пражско-корчакского типа. Они обычно имеют небольшую (0,3-0,9м) высоту, несколько расплывчаты и образуют могильники, состоящие из 10-30 насыпей.. Собранные с погребального костра кальцинированные кости помещались преимущественно в урнах в верхней части курганной насыпи или в ее основании. Преобладают курганы с захоронениями в верхней части насыпи. Вероятно, в У1-У111 в.в., курганный обряд погребения в области древлян был преобладающим. Ритуал захоронения древлян по курганным раскопкам у с.Буки реконструируется в следующем виде. Умершего клали на горизонтальную площадку или в небольшое углубление, вырытое в материке (длина 2,2-3,2 м, ширина 1,1-1,2 м, глубина 0,1-0,2 м). Разжигали ритуальный костер, погребение окружали канавкой с частоколом. Все это засыпали землей, сооружая курганообразную насыпь. Вещевой инвентарь древлянских курганов небогат. Наиболее распространены височные украшения –перстнеобразные кольца. Шейные ожерелья открыты во многих древлянских курганах, но состоят обычно из 2-4 бусин. Наиболее часто встречаются стеклянные позолоченные бусы, изредка попадаются синие желтые стеклянные бусы, несколько чаще – белые, желтые и красные, найдены также бусы из сердолика. Относительно часты в женских погребениях древлян перстни. В мужских захоронениях изредка встречаются бронзовые и железные поясные кольца и лировидные пряжки.

История древлянского племени кратковременна. Первоначально древляне – одна из региональных групп восточного славянства. Территориальное обособление древлян привело к созданию у гних собственной племенной организации со своими князьями и войском. Постепенно появляются и собственные этнографические особенности. Однако ранняя потеря племенной самостоятельности привела к стиранию этнографических черт.

ПОЛЯНЕ – главным ориентиром при определении их территории летопись называет Днепр. В другом месте летописи уточняется, что полянам принадлежало Киевское Поднепровье. Попытку выделит специфически полянские особенности в курганах Киевского Поднепровья предпринял Ю.В.Готье.

Он полагал, что для погребального обряда полян было характерно исключительно трупосожжение. Сожженные кости помещены в глиняные сосуды, рядом с ними встречаются серьги и бляшки, близкие к изделиям из киевских кладов. Б.А.Рыбакову удалось найти правильное направление в поисках характерных признаков полянских курганов. Деталью свойственной исключительно полянским погребальным насыпям, является глиняная подмазка , на которой разжигали костер и помещали остатки трупосожжения. Курганы с глиняными площадками для труппосожжений исследованы в Киеве, Любече, Китаеве, Мархалевке, Седневе, Сибереже, Моровске, Табаевке, Ходосове. Таким образом, в регион полян входили Киев, Любеч, Переяславль, что полностью согласуется с данными русских летописей. Курганные захоронения У1-У111 вв. в ареале полян полностью отстутствуют. По-видимому, в то время славянское население Киевского побережья хоронило умерших в бескурганных могильниках по обряду трупосожжегния. Наиболее ранние курганы полян относятся к 1Х в. Положение и ориентировка умерших в полянских курганах общеславянские. Вещевые находки в них немногочисленны.

Поляне первыми из славянских племен стали называться русью: «… поляне, яже ныне зовомае Русь» (ПВЛ). Отсюда, из Киевской земли, этот этноним постепенно распространился на все восточнославянские племена, входившие в состав древнерусского государства. Согласно летописным данным, первоначальная Русь включала оба берега среднего Днепра с городами Киевом, Черниговом и Переяславлем.

Племя русь, или рось, было известно в Среднем Поднепровье или на его периферии ещё до прихода туда славян. Впервые этноним «рус» упоминается в сирийской хронике У1в. Там говорится, что племя русь – рослый и сильный народ - обитало в первой половине У1в. севернее Азовского моря, где-то по Дону или за Доном. Происхождение этнонима рось-русь спорно, одни исследователи считают, что он ведет начало от варягов, другие полагают, что этот термин явно не скандинавский и связан с южной географической и этнической номенклатурой.

История полянского региона Среднего Поднепровья представляется следующей. В У-У1 вв. здесь жили славяне-анты. Наряду с другими языковыми элементами славяне восприняли от скифо-сарматского населения, очевидно, и этноним рось. Вероятно, под эти именем скрывается одно из антских племен, очертить ареал которого в настоящее время невозможно. Одновременно, в У1в. в правобережной части Киевского Поднепровья расселяются славяне-дулебы, в результате территориального членения которых формируется племя полян. Этноним рось - русь оказался более живучим. Поляне стали называться русью, а позднее этот этноним распространился на всех восточных славян.

ДРЕГОВИЧИ – начальная летопись отводит им пространство между Припятью и Западной Двиной. Этноним племени произведен от «дрегва» (белорусское – трясина в болоте; смоленское диалектное – болото, зыбун, трясина; украинское «дряговина»- болото; литовское – сырой, влажный). Дреговичи – обитатели сырой, болотистой местности. Область дреговичей – Припятское Полесье – характеризуется сильной заболоченностью. В русских летописях упоминаются до середины Х11 в., упоминаются они также и в сочинении византийца Константина Порфрогенета. Из письменных сообщений видно, что дреговичи были отдельным племенем, жившим самобытно, имевшим собственную территорию и, до вхождения в состав Киевской Руси, - свою политическую организацию, свое «княжение».

Первые раскопки курганов в земле дреговичей относятся к началу Х1Хв. Т.Нарбут в 1810-1811 гг. раскопал несколько курганов на восточной окраине дреговичской территории, в окрестностях Быхова и Рогачева. В середине и второй половине Х1Хв. раскопками дреговичских курганов занимались многие исследователи, но основным исследователем курганов этого типа считается В.З.Завитневич. В течение 1885-1892 гг. он раскопал более 700 погребальных насыпей в 82 могильниках, расположенных в разных местах территории дреговичей – в бассейне Припяти, на Днепре, в бассейне Березины и в верховьях Немана. После него раскопки курганов в земле дреговичей не проводилось вплоть до 20-х годов ХХ в..В 20-30-х годах прошлого века белорусские археологи провели большую работу по выявлению, обследованию т раскопкам археологических памятников в Белоруссии, было раскопано около 400 дреговичских курганов.

Анализ и картография деталей курганного погребального обряда и вещевых инвентарей в междуречьи Припяти и Западной Двины показали, что самым важным этноопределяющим признаком дреговичей являются крупные металлические бусы, покрытые зернью.

Древнейшими славянскими памятниками на дреговичской территории являются поселения и могильники У1-У11 вв., принадлежащие к кругу древностей с керамикой пражско-корчкаского типа. Основная часть поселений и могильников будущих дреговичей в этот период концентрировалась в той части Припятского Полесья, где позднее был основан их племенной центр – Туров.

Дреговичские курганы с трупосожжениями по устройству и деталям погребального ритуала ничем не выделяются среди синхронных курганных насыпей других восточнославянских земель. В большинстве курганов присутствуют остатки кострищ. Вещевой инвентарь курганов с сожжением очень малочислен. Украшения и одежды, по-видимому, сгорали на погребальных кострах. Единичные предметы, не подвергшиеся воздействию огня (перстнеобразные височные кольца, бусы, пряжки, браслет, ножи, кресало, серп), принадлежат к общевостосточнославянским типам.

Курганы южной части дреговичской земли (поречье Припяти и области южнее этой реки), т.е. районов, где славяне появились ещё в середине 1 тысячелетия н.э., по своему строению и вещевому материалу очень близки погребальным насыпям волынян, древлян, и полян. В северной части дреговичского ареала вещи в курганных трупоположениях встречаются чаще. Кроме предметов общевосточнославянского типа, здесь найдены и предметы украшения латгальских типов. Для северной части обычны захоронения в деревянных домовинах-теремах. Большинство этих домовин срубные, сложенные из бревен на высоту 0,3-0,8 м и покрытые двускатной крышей. Мужчины, похороненные в курганных домовинах, как правило имеют неславянскую ориентировку. Это оюстоятельство наряду с распространением домовин исключительно в землях, прежде занятых балтами, дает основание предположить возможность связи домовин с погребальной обрядностью дославянского населения.

Земли Брестского Побужья кроме волынян заселяли также дреговичи, о чем свидетельствуют находки дреговичских крупнозерненных бус. Очевидно, из поречья Припяти и окрестностей Турова и Пинска дреговичи расселялись на запад по Ясельде, верховья которой почти вплотную соприкасались с бассейном Буга. По мнению многих исследователей, город Берестье был основан выходцами из дреговичского племени и первоначально принадлежал Туровскому княжеству, возникшему на племенной территории дреговичей.

Вторым регионом дреговичского расселения было Верхнее Понманье, где также открыты курганные захоронения с крупнозерненными металическими бусами.

Племена юга

ХОРВАТЫ - называются в Повести временных лет в перечне восточнославянских племен: «Иживяху в мире поляне и древляне, и северъ, и радимичи, вятичи и хрвате». Кроме русских хорватов, летопись знает ещё южнославянских: «А се ти же словени: хровати белии и серебь и хорутане». Источники не содержат сведений о географическом положении восточнославянских хорватов. По мнению исследователей они должны принадлежать к южной группировке племен. Н.П.Барсов отводил хорватам обширные пространства в Прикарпатской области. Хорваты- племя праславянского периода.. Около 560г. хорваты подверглись нападению со стороны авар, в результате которого значительные части этого праславянского племени переселились в Далмацию (хорваты до сих пор живут в западной части Балканского полуострова), а также на запад к верховьям Эльбы. Некоторые ученые думают, что остатки хорватов в Прикарпатье потеряли племенную самостоятельность и разделились на несколько племенных групп. Другие же утверждают, что хорватский племенной союз в Прикарпатье существовал до рубежа У111-1Х вв. и охватывал всю Малую Польшу и верхнеднестровские земли. Курганный обряд захоронения в области расселения хорватов не получил распространения. В ареале хорватов погребения, видимо, совершались в грунтовых могильниках, обнаружить которые всегда очень трудно. Бескурганные могильники подразделяются на два типа: грунтовые без каких-либо наземных признаков; такие же захоронения, покрытые каменными плитами (в архелогической литературе они получили название подплитовых). Большинство подплитовых захоронений имеет лишь крупную плиту, положенную горизонтально после засыпки могильной ямы.

В 20-30-х годах ХХв. большое внимание полевым изысканиям бескурганных могильников Верхнего Поднестровья уделяли польские и украинские археологи. Е.И.Тимофеев, анализируя погребальные древности Правобережной Украины, высказал догадку о принадлежности рассматриваемых могильников хорватам. Многие бескурганные погребения Верхнего Поднестровья не содержат вещей. Вместе с тем встречено много захоронений ( главным образом женщин), в которых находились металлические и стеклянные украшения. Среди височных украшений преобладают перстнеобразные кольца с заходящими концами.. Интересные поясные бляшки происходят из Калиновщины. Из других предметов можно отметить железный топор (Короливка), шиферное пряслице (Мване-Злоте), бронзовую иглу и обломок костяного шила. Среди перечисленных вещей нет определенно датируемых находок. Все они принадлежат к древнерусским типам, широко распространенным в домонгольское время.

ТИВЕРЦЫ – занимали самую южную часть восточнославянской территории. Места их поселений полностью расположены в области расселения антов.Летописные известия о тиверцах немногочисленны. В Повести временных лет им отводится Поднестровье. Последний раз тиверцы упомянуты в летописях под 944г., как участники похода Игоря на Византию.

Этноним тиверцы скорее всего произведен от античного названия Днестра –Тирас. Гидроним Тирас-Тира образован от иранского turas – «быстрый» и упоминается ещё Геродотом. Позднее он встречается в сочинениях Страбона, Плиния и Птоломея.

Тиверцами, вероятно, стала называться та часть славян-антов, которая обитала в бассейне Днестра ещё в эпоху черняховской культуры. Можно полагать, что в У1-У11 вв. предки летописных тиверцев были одним из племен антов. В Х-Х1 вв. в период натиска на славян печенегов и половцев тиверцы наряду с другими южнорусскими племенами вынуждены были отступить к Карпатским горам в Закарпатье.

УЛИЧИ – летописные известия о них немногочисленны. В научной литературе имеют место различные мнения относительно ареала, истории и судьбы этого племени. Наибольшее распространение получила гипотеза о расселении уличей в Нижнем Поднестровье. Согласно летописи уличи имели свой город - Пересечен. Н.И. Надеждин предположил, что основным районом расселения уличей было побережье Черного моря между устьями Днепра и Дуная.

В 50-х годах ХХв. Б.А.Рыбаковым были проанализированы все сведения письменных источников об уличах.. Наиболее ранние сведения относятся к эпохе Аскольда и Дира. Очевидно в этот период уличи жили , как и древляне, где-то по соседству с полянами. Борьба Киева с уличами продолжалась до середины Х в. Есть основания полагать, что основной территорией уличей до середины Х в. было Поднепровье южнее полянской земли. Возможно правы исследователи, которые связывали уличей с рекой Орелью-Углом, или изгибом Днепра. Б.А.Рыбаков показал, что уличский город Пересечен должен находится не в Поднестровье, а в бассейне Днепра. Данных для того, чтобы очертить ареал уличей слишком мало. По Б.А.Рыбакову до Х в. уличи жили в районе Днепровской луки и днепровских порогов доходя на западе до Южного Буга, а на юге до черномоского побережья.

Летопись знает несколько вариантов написания этнонима уличи – угличи, улучи, улучичи, улицы, лутицы и др. Этимологические розыскания О.Н.Трубачева показали, что древнерусская форма уличи – улучи отражает тюрскую передачу древнерусского угличи. Таким образом, форма уличи, известная летописи, -видоизменение, полученное от тюрских соседей. Тюрки-кочевники длительное время жили в соседстве со славянами-уличами. М.К. Любавский полагал, что тюрки- печенеги не только соседили с уличами, но частично смешались с ними и ассимилировали их.

В 60-х годах ХХв. в Нижнем Поднепровье были обнаружены славянские памятники У1-1Х вв. (раскопки в бассейне Тясмина). Эти поселения и могильники принадлежат к древностям пражско-пеньковского типа и следующим за ним и древностям типа Луки-Райковецкой, распространенным на широкой территории от Нижнего Дуная до Днепра.

В конце 1Х- начале Х вв. под натиском печенегов часть поднепровских уличей, видимо продвинулась в более западные районы Северного Причерноморья. Постоянные набеги тюрских кочевников вызывали частые миграции населения. Все это в конечном счете привело к полному исчезновению этнических особенностей уличей.

Племена юго-востока

СЕВЕРЯНЕ – согласно летописи они располагались на трех реках днепровского левобережья. Ареал северян ограничивался средним течением Десны, бассейном Сейма и верховьями Сулы. Городами северян были Новгород-Северский, Севск, Путивль и Рыльск. Первые славяне появились на этой территории в середине 1 тысячелетия н.э. Об этом свидетельствуют памятники антского типа из южных районов северянского ареала. Северные области ареала северян занимали племена, оставившие колочинские древности.

Анализ водных названий днепровского лесостепного левобережья показывает, что дославянским населением здесь были балты и иранцы. Племенное название северян по происхождению явно неславянское. Наиболее вероятным представляется мнение об иранском происхождении этого этнонима. По-видимому, северами первоначально именовалась племенная группа ираноязычного населения, обитавшая в днепровском лесостепном левобережье.

СЛАВЯНЕ НА ДОНУ – славянские поселения того же облика, что в земле северян, известны также в верховьях Донского бассейна. Повесть временных лет, рссказывая о восточнославянских племенах, не сообщает этнонима верхнедонских славян.

А.А.Шахматов высказал предположение, что первоначально вятичи жили на Дону и позднее расселились на Оку. Позднее А.А.Шахматов отказался от этого, но все же полагал, что Рязанская земля была освоена славянами с двух сторон - с запада, по Оке, и с юга, из областей Донского бассейна (1919г). Славянские поселения на Дону были покинуты в конце Хв. Переселение славян из этого обжитого края , очевидно, было вызвано набегами кочевников. В то время, когда составлялась Повесть временных лет, славянской группировки на верхнем Д уже не было, поэтому её имя не попало на страницы русских летописей.

ВЯТИЧИ - русские летописи связывают их ареал с Окой. Вятические курганы с трупоположениями и их вещевые инвентари были систематизированы и интерпретированы А.Б.Арциховским. В своей книге он сумел обработать все накопленные к тому времени археологические материалы по вятичам и сделать важные историко-археологические выводы, не потерявшие своего значения до сих пор. Этнически определяющими для вятичей являются только семилопастные кольца. На основе распространения семилопастных височных колец пределы вятичского племенного региона обрисовываются следующим образом. На западе вятичи соседствовали с северянами, радимичами и кривичами. Западная граница сначала шла по водоразделу Оки и Десны. В бассейнах Жиздры и Угры выделяется пограничная зона шириной 10-30 км, где вятические курганы соседствовали с кривичскими. Далее вятичская граница поднималась на север до верховьев Москвы-реки, а потом поворачивала на восток к верховьям Клязьмы. Правобережье Москвы-реки целиком принадлежало вятичам. Примерно около впадения реки Учи в Клязьму вятическая граница поворачивала на юго-восток и шла сначала по левобережью Москвы-реки , а потом – Оки.

РАДИМИЧИ - место расселения - бассейн Сожа. В летописном перечне племенных княжений восточного славянства радимичей нет. Однако из других мест летописей очевидно, что радимичи управлялись племенными вождями, имели свое войско и до последних десятилетий Х в. сохраняли самостоятельность. Археология пока не располагает данными для решения вопроса о месте, из которого расселились радимичи, .Однако вполне определенно в материальной культуре радимичей нет западнославянских особенностей. Единственным источником для установления района, из которого пришли славяне в Посожье, пока является гидронимика. Сопоставление водных названий радимичского ареала на Соже и других районов Средней и Восточной Европы обнаруживает сравнительно небольшой участок Верхнего Поднестровья, где имеется около двух десятков речных названий, повторяющих гидронимы Посожья. Этот участок, по-видимому, и был прежним местом обитания тех славян, которые поселившись на Соже, стали называться радимичами.

Заключение.

Вопрос о том, что представляли собой восточнославянские племена, не раз поднимался в исторической литературе. В дореволюционной историографии считалось, что славянское население на территории Восточной Европы появилось накануне образования Киевского государства. Другая группа исследователей (лингвистов и археологов) рассматривала летописные племена восточного славянства в качестве этнических групп. Есть и третья точка зрения. Основатель русской исторической географии Барсов Н.П. видел в летописных племенах политико-географические образования. Рыбаков предпринял попытку выделить по археологическим данным первичные племена, из которых составились крупные племенные союзы, названные летописью. Он отмечает что столицы многих крупнейших княжеств были в своё время центрами союзов племен: Киев у Полян, Смоленск у Кривичей, Полоцк у Полочан, Новгород Великий у Словен, Новгород Северский у Северян.

Новая гипотеза о предпосылках формирования древнерусской народности изложена П.Н. Третьяковым. По его мнению восточные группировки славян занимали издавна лесостепные области междуречья Верхнего Днестра и Среднего Днепра.


[1] Филин Ф.П. Образование языка восточных славян, М., 159-190.

[2] ПВЛ 1 том, стр. 9-17.

[3] Арциховский А.В. М., 1937, Курганы вятичей стр. 53-61.

[4] Третьяков П.Н. М., 1937, Расселение древнерусских племён стр. 33-51.

[5] Седов В.В. Славяне Верхнего Поднепровья и Подвинья, М., 1970, стр. 9-10.

[6] Кухаренко Ю.В. Средневековые памятники Полесья, М., 1961, стр. 9-17.

[7] Третьяков П.Н. Подсечное земледие в Восточной Европе, М., 1932, стр. 82-84.

[8] Янушевич З.В. Культурные растения Юго-Запада СССР, Кишинев, 1976, стр. 212-213.

[9] Седов В.В. К вопросу о жертвоприношениях в Древнем Новгороде, М., 1957, стр. 138-141.

[10] Брайчевская А.Т. Кузница на Пастырском городище Краткие сообщения Института Археологии АН УССР,9.

[11] Рафалович И.А. Славяне VI-IXвв. в Молдавии, Кишинев, 1972, стр.229-231.

[12] Прокопий из Кесарии, Война с готами, М., 1957, стр. 366.

[13] Мишулин А.В. Древние славяне в отрывках Греко-римских и византийских писателей по VIIв. н.э. Вестник древней истории , 1.

[14] Смирнов Г.Д., Рафалович И.А., 1965, Раннеславянские находки VI-VIIвв. из Старого Орхея Известия АН Молдавской ССР, серия историч., 12.

[15] Рыбаков Б.А., 1949, Новый Суджанский клад антского времени. – Краткие сообщения Института истории материальной культуры АН СССР, XXVII.

[16] Седов В.В. 1953, Древнерусское языческое святилище в Перыни. – Краткие сообщения Института истории материальной культуры АН СССР, L.

[17] Приходнюк О.М. 1975, Слов’яни на Подiллi (VI – VIIст. н.е. ) Кiев, с.98-99.

[18] Колчин Б.А. 1971, Новгородские древности. - Резное дерево. Свод археологических источников, с.41-44.

[19] Шахматов А.А. 1919, Древнейшие судьбы русского племени, М., стр. 115-119.

[20] Шахматов А.А. 1916, Введение в курс истории русского языка П., стр. 102-105

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий