регистрация / вход

Поставки по ленд-лизу и их влияние на ход войны на Восточном фронте

Министерство общего и профессионального образования РФ Государственный Университет Управления Институт управления в машиностроительной промышленности

Министерство общего и профессионального образования РФ

Государственный Университет Управления

Институт управления в машиностроительной промышленности

Кафедра истории

Реферат

по дисциплине «История» на тему

«Поставки по ленд-лизу и их влияние на ход войны на Восточном фронте»

Выполнил студент

ИУМаш II-1

Гр. «Промышленная логистика»

Исаев Дмитрий Николаевич

Проверил

проф. Петров Виктор Тихонович

«_____»_____________1999 года

Москва, 1999


Содержание

Введение........................................................................................ 3

1............................................................................................ Начало. 3

2......................................................................... И пошли караваны. 6

3........................................................................... Битва за Арктику. 8

4.................................................................................. Судьба PQ-17. 11

5..................................................................................... Сталинград. 14

6................................................................ Реквием каравану PQ-17. 16

7................................................................................ Союзный долг. 19

Заключение................................................................................... 20

Список использованной литературы............................................ 22

Введение

Последняя мировая война унесла 50 миллионов жизней по всему миру. Ее подробному рассмотрению и анализу посвящены тысячи, или даже миллионы книг и научных работ. Вот уже 54 года минуло со времени окончания Второй Мировой войны, а все еще остается много нераскрытого и неизвестного, засекреченного документами с грифом «Совершенно секретно». А сколько документов, опровергающих наше устоявшееся понимание распределения сил в то время, уничтожено и навсегда скрыто от человеческих глаз!

За 7 лет сражений, с 1939 по 1946 годы произошло множество событий – громких побед и ужасных поражений. Большинство из них получили подробное рассмотрение в печати или на телевидении. Пирл-Харбор, Брест, Москва, Прохоровка, Сталинград, Берлин стали вехами истории, отмечающие ее движение вперед. О них было многое сказано. Я же хочу рассмотреть в данном реферате тему, получившую, как ни странно, меньшую огласку. Поставки союзников – Великобритании и Соединенных Штатов Америки по союзному договору, названному «ленд-лиз»[1] были очень крупной операцией, проходившей с 1941 по 1944 годы. И тем не менее в советской, да и в российской печати очень мало сведений об этом, поэтому, чтобы как-то исправить это, я решил посвятить свой реферат этой интересной теме.

1. Начало

Так что же это такое – ленд-лиз? Большая Советская Энциклопедия так характеризует это: «Ленд-лиз – поставки союзников СССР в период 1941-1943 гг. Осуществлялись преимущественно морским путем через Баренцево море в Мурманск и Архангельск в виде конвоев транспортов, сопровождаемых союзными морскими силами». И все. На самом же деле, эти поставки можно назвать одним из самых больших загадок Второй Мировой войны. В начале, ленд-лизом называли поставки США в Великобританию. Но после 22 июня 1941 года американское правительство решило оказывать материальную и военно-техническую помощь в том числе и СССР.

Вопрос о военных поставках был рассмотрен на конференции представителей СССР, США и Великобритании, проходившей в Москве с 29 сентября по 1 октября 1941 года. Делегацию Великобритании возглавлял министр снабжения лорд У. Бивербрук, а делегацию США – А. Гарриман, ведавший в то время поставками по ленд=лизу в Великобританию.

На конференции был подписан протокол, согласно которому Великобритания и США обязались поставлять Советскому Союзу с 1 октября 1941 года до конца июня 1942 года ежемесячно 400 самолетов, 500 танков, зенитные и противотанковые орудия, олово, алюминий, свинец и другие виды вооружений и военных материалов. В протоколе было указано, что Великобритания м США окажут помощь в транспортировке и доставке материалов в СССР[2] .

Для того, чтобы приоткрыть завесу тайны, необходимо понять, нужны ли были они тогда СССР? Изменилась ли кардинально обстановка на Восточном фронте при их прекращении? Был ли это акт взаимопомощи, торговая операция или стратегический ход?

Для начала, надо оценить позиции союзников в период 1939-1940 годы, когда, в частности, над Англией нависла угроза войны. После капитуляции Франции положение Великобритании край­не осложнилось. Вопрос встал о территориальной целостности и не­зависимости страны. Правительство Великобритании во главе с Черчиллем понимало, что в создавшейся обстановке без эффек­тивной помощи извне — от США и СССР – Великобритания не сможет рассчитывать на победу в войне. Первостепенное значе­ние имела позиция Советского Союза — единственного государства Европы, способного оказать действенное сопротивление нацистской Германии.

Характерно, что через три дня после капитуляции Франции Черчилль направил первое личное послание главе Советского пра­вительства И. В. Сталину, в котором подчеркивал необходимость восстановления контактов между СССР и Великобританией, пото­му что нынешние претензии Германии на гегемонию в Европе уг­рожают их общим интересам. Свои надежды на спасение Англия связывала с перспективой вовлечения Советского Союза в войну против гитлеровского рейха.

Такая позиция характеризует Уайтхолл, как абсолютно безпринципный орган управления. Западные держа­вы в целях сколачивания единого антисоветского фронта проводи­ли политику уступок германскому фашизму и в сфере собственных интересов. При их попустительстве 12 марта 1938 г. гитлеровская Германия осуществила аншлюс Австрии. А 29 сентября 1938 г. в Мюнхене главы правительств Великобри­тании, Франции, Германии и Италии подписали позорное соглаше­ние о расчленении Чехословакии. Когда же война подошла к берегам Англии, Уайтхолл стал выступать с призывами объединиться против общего противника.

За несколько дней до нападения фашистской Германии на СССР в своем послании президенту США Рузвельту от 15 июня 1941 г. Черчилль писал: «Если разразится эта новая война, мы, ко­нечно, окажем русским всемерное поощрение и помощь, исходя из того принципа, что враг, которого нам нужно разбить, — это Гит­лер[3] ».

В ответном послании Ф. Рузвельт обещал, что, если немцы на­падут на Советский Союз, он немедленно публично поддержит «лю­бое заявление, которое может сделать премьер-министр, приветст­вуя Россию как союзника».

Угроза, нависшая над Великобританией в резуль­тате ее антисоветской политики поощрения агрессора, привела правительство Черчилля к неизбежному выводу о необхо­димости сотрудничества с Советским Союзом, с чем согласилось и правительство США.

Вообще, отношения союзников с СССР в начальный период войны довольно интересны и неоднозначны. Стремясь уничтожить СССР руками гитлеровцев, они, в то же время, пытались сковать немецкие войска на Восточном фронте, таким образом ослабляя нажим на себя. Известие о нападении гитлеровской Германии на Советский Союз было встречено в Великобритании, как сообщал советский по­сол И. М. Майский, с чувством огромного облегчения. Министр ино­странных дел Великобритании А. Идеи днем 22 июня 1941 г. заявил советскому послу: «Это начало конца для Гитлера».

Вечером 22 июня 1941 г. премьер-министр Великобритании У. Черчилль выступил по радио. Он заявил, что «любой человек или государство, которые борются против нацизма, получат нашу помощь... Отсюда следует, что мы окажем России и русскому на­роду всю помощь, какую только сможем». Вместе с тем Черчилль счел нужным подчеркнуть и в этой речи свою враждебность к Со­ветскому Союзу. Он сказал: «За последние 25 лет не было более последовательного противника коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нем». С одной стороны, это указывало на начало военной помощи СССР. Но 8 июля 1941 г. посол Великобритании был принят И.В.Сталином. Посол вручил послание Черчилля, в котором говорилось: «Мы сделаем все, чтобы помочь Вам, поскольку это позволят время, географические условия и наши растущие ресурсы». Однако каких-либо практических предложений о развитии советско-английского сотрудничества в письме Черчилля не содержалось. Ни о начале поставок техники, так необходимой в этот период СССР, ни об открытии второго фронта речь не шла. Стоит задуматься, а чтобы было бы, если Англия и США оказали крупную военную помощь именно тогда? 25% советской авиации было уничтожено за первую неделю войны, не хватало танков, зенитной артиллерии. Именно эти грузы пришли в Россию в 1941-1944 годы. Ответ на это не будет получен никогда.

2. И пошли караваны

Существовали два пути доставки грузов в Россию. Первый, самый опасный – через арктические воды. Опасный, но и самый короткий, и уже проверенный. Трансиранский маршрут был надежней, зато гораздо длиннее, а несовершенство дорог в Иране надолго задерживало отправку грузов.

Морской путь, лежавший вокруг оккупированной Норвегии, вел из Скапа-Флоу в Мурманск и Архангельск. Поэтому начало поставок сопровождалось атаками немцами этих городов с целью прервать арктическую артерию. Но после нескольких неудач немецко-фашистское командование отказалось от намере­ний захватить Мурманск сухопутными войсками. Тем более что захват Мурманска не решал проблемы изоляции СССР на Се­вере, так как оставался еще крупный порт в Архангельске. Поэто­му главные усилия гитлеровского командования были направлены на нарушение внешней коммуникации, а также срыв перевозок между Мурманском, Архангельском и на Северном морском пути. В то же время 5-му воздушному флоту, в составе которого насчи­тывалось около 500 самолетов, было приказано разрушить город и порт Мурманск до основания.

Первый массированный налет на Мурманск авиация про­тивника произвела 28 февраля 1942 года, затем 24 марта. Начиная с апреля налеты следовали в среднем через день. В июне авиация бомбила город два-три раза в день. Старый город с деревянными постройками больше пострадал не от прямых попаданий бомб, а от возникавших пожаров.

Чтобы обеспечить безопасность прибывавших транспортов, советское командование усилило созданный в январе Мурманский дивизионный район ПВО страны и ПВО флота зенитной артил­лерией и самолетами-истребителями. Была усилена ПВО Архангельска и организован перехват вражеских самолетов, прорывав­шихся на восток. Как только позволила ледовая обстановка, зна­чительную часть судов из состава конвоев стали направлять для разгрузки в Архангельск. Всеми этими мерами были созданы необходимые условия для сравнительно безопасной разгрузки. Однако основная опасность для судов конвоев возникала на пе­реходе в море.

Конвои, идущие в Советский Союз, были основными объек­тами нападения многочисленных сил, сосредоточенных в Север­ной Норвегии. Немецкий историк адмирал К. Ассман пишет:

«Сложилось положение, которое нельзя еще было предвидеть в 1940 г.; окупилась оккупация Норвегии: без норвежских мор­ских опорных пунктов и воздушных баз только подводные лодки имели бы возможность с успехом атаковать на этом пути конвои с военными грузами». Одновременно гитлеровское командование хотело решить и другую задачу — прикрыть свой слабый северный стратегический фланг от возможной высадки десанта.

Первый караван пришел в Россию 5 ноября 1941 года, загруженный 50 английскими истребителями, 250 американскими танками, а также продуктами продовольствия, медикаментами, теплой одеждой и другими товарами. Состав каравана насчитывал 10 транспортов и несколько кораблей ближнего и дальнего прикрытия. С него и начинается история морских поставок. Караван был назван PQ-1[4] и должен был вернуться в Исландию под литерами QP-1, груженый товарами, поставлявшиеся союзникам (в основном, полезные ископаемые и древесина).

3. Битва за Арктику

Англичане и американцы были удовлетворены передислока­цией немецких крупных кораблей из портов Франции и Германии в Северную Норвегию, так как это облегчало им обеспечение своих коммуникаций и решение других задач в Атлантике и Сре­диземном море. «Мы и наши американские союзники,— писал У. Черчилль,— были очень рады, что к напряжению подводной войны в самый ее смертоносный период не прибавился такой фак­тор, как рейды крупных быстроходных германских военных ко­раблей». Их беспокоило лишь одно — как бы не выпустить немец­кие корабли из Северной Норвегии на просторы Атлантики.

Молодой Северный флот СССР по своим силам и боевым возможностям не полностью соответствовал тем задачам, кото­рые поставила перед ним война. Государственный Комитет Обо­роны стремился усилить Северный флот переводом кораблей с Ти­хого океана (1 лидер и 2 эскадренных миноносца), поступившими от промышленности (10 подводных лодок и 10 сторожевых кате­ров), купленными у союзников (10 тральщиков). Однако это толь­ко восполняло потери. В то же время авиацию флота удалось уве­личить почти втрое. Директивой Ставки Верховного Главноко­мандования с мая 1942 г. на время операции по обеспечению кон­воев Северному флоту оперативно подчинялась авиация Карель­ского фронта и Архангельского военного округа, а также часть бомбардировочной авиации резерва Главнокомандования.

Начиная с марта против каждого конвоя противник прово­дил операцию. Но надводные корабли действовали робко. Круп­ным кораблям Германии вступать в бой с превосходящими силами не рекомендовалось. На совещании в ставке Гитлера было оп­ределено, что «операция будет выполняться только в том случае, если разведка установит с совершённой определенностью, что не имеется риска оказаться втянутым в бой с превосходящими си­лами». Позднее главнокомандующий военно-морскими силами Германии Редер писал, что Гитлер требовал еще до боевого столкновения крупных надводных кораблей обязательно нейтра­лизовать авианосцы (в первую очередь силами береговой авиа­ции).

На обеспечение двух очередных конвоев (приходящего в СССР и уходящего в Англию) Северный флот проводил опера­цию, в которой участвовали почти все силы флота и приданная авиация. Союзники увеличили силы охранения конвоев. Но даже при таких обстоятельствах морской путь севернее Нордкапа стал опасным. Этим воспользовались руководящие круги Вели­кобритании, чтобы заморозить и даже сорвать перевозки. В на­чале апреля первый морской лорд Дадли Паунд[5] предупредил кабинет министров: «Географические условия в Арктике бла­гоприятствуют противнику настолько, что потери в конвоях могут свободно достичь размеров, при которых проводка их станет экономически невыгодным предприятием...». Через месяц Черчилль писал Сталину, что «проход каждого конвоя стал серьезной морской операцией».

Но советское правительство настаивало на отправке конвоев из Исландии, где скопилось свыше 100 судов, загруженных вооружением и материалами. Англичане согласились продолжать отправку конвоев, заявив при этом: «Операция будет оправдана, если половина доберется до места». У. Черчилль просил расширить меры по обеспечению конвоев. Несмотря на ограниченные силы нашего Северного флота и занятость авиации на сухопутных участках фронта такие меры были приняты. Эскадренные миноносцы и сторожевые корабли усиливали непосредственное охранение конвоев; под­водные лодки развертывались на пути движения крупных вра­жеских кораблей; бомбардировочная авиация наносила удары по аэродромам и базам, истребители осуществляли ПВО конвоев при подходе к берегу и в местах стоянок судов; малые корабли поддерживали прибрежные воды безопасными от мин и подвод­ных лодок. Чтобы ускорить разгрузку, дополнительно были по­строены причалы и склады, созданы разгрузочные команды из лич­ного состава флота и населения. Стоит согласиться, что такие беспрецендентные шаги советское командование могло проводить только в одном случае – значение ввозимых грузов для положения на фронте было очень велико.

Первый удар разнородными силами противник нанес по кон­вою PQ-15, который вышел 26 апреля из Исландии в составе 25 транспортов. Из его состава было потоплено 3 транспорта. Навстречу ему из Советского Союза на Запад шел конвой QP-11 в составе 13 судов. 1 мая он был атакован подводными лодками и эсминцами. В результате из состава его охранения был потоп­лен крейсер «Эдинбург», перевозивший золота на 100 млн. долларов[6] .

Очередной конвой PQ-16 вышел из Исландии 20 мая, имея в своем составе 34 транспорта, в том числе 5 советских. В течение шести дней он подвергался атакам самолетов и подводных лодок и потерял 7 судов. С 26 мая по 2 июня Северный флот провел операцию по обеспечению этого конвоя, в которой приняли уча­стие 67 различных боевых кораблей и вспомогательных судов. Авиация флота за это время на разведку, прикрытие конвоя и удары по аэродромам произвела свыше 2 тыс. самолето-вылетов. В зоне Северного флота конвой потерь не имел.

Британское адмиралтейство считало проводку этого конвоя значительным военным успехом. Первый лорд адмиралтейства прислал в Советский Союз телеграмму: «Мы поздравляем весь личный состав с его великолепным подвигом в боевом конвоиро­вании PQ-16 по пути в Северную часть России, несмотря на опас­ность атак противника с моря и воздуха. Желательно, чтобы это сообщение было доведено до командира конвоя, офицеров и ря­дового состава торгового флота союзных стран и всех лиц, имею­щих к этому непосредственное отношение».

В июне гитлеровское командование тщательно подготовило большую операцию по уничтожению очередного конвоя. Оно считало, что союзники увеличат поставки, чтобы помочь СССР, когда на советско-германском фронте началось большое наступление немецко-фашистских войск. Стремясь к полному уничтожению большого конвоя, они учитывали чувствительность англичан к потерям и надеялись, что это окажет влияние на ход войны на море в целом.

4. Судьба PQ-17

27 июня из Исландии вышел конвой PQ-17 в составе 35 транс­портов, 2 танкеров и 24 кораблей непосредственного охра­нения. Одновременно из Архангельска и Мурманска вышел конвой QP-13 в составе 35 транспортов и 21 корабля охранения. На суда конвоя PQ-17 было погружено 297 самолетов, 495 танков, 4246 грузовых автомашин и тягачей, 156 тыс. т других грузов. Общая стоимость всех грузов оценивалась в 700 млн. долларов.

Суммарная стоимость всех остальных конвоев, после и до PQ-17 составляет около 80% от стоимости одного этого каравана. Караван должен был прийти в два морских порта – Мурманск и Архангельск, но истинной его целью был Сталинград.

Для обеспечения безопасности конвоя от нападения надвод­ных кораблей были выделены отряды ближнего прикрытия («крей­серские силы прикрытия») из 4 крейсеров и 3 эскадренных мино­носцев и силы дальнего оперативного прикрытия (2 линейных корабля, авианосец, 3 крейсера, 14 эсминцев). На выходах из баз и шхер Северной Норвегии находилось 14 подводных лодок (в том числе 5 советских). В составе конвоя было лишь два корабля ПВО и не было конвойных авианосцев. На аэродромах Кольского полу­острова советское командование сосредоточило 287 боевых са­молетов.

В целом для обеспечения конвоев были развернуты превосхо­дящие силы против крупных надводных кораблей, достаточные для противолодочной обороны и слабые — для их воздушного прикрытия. Только на восточном участке пути конвои могли рассчитывать на прикрытие советскими истребителями. Но и эти­ми силами можно было обеспечить переход конвоев с минималь­ными потерями при условии, если бы они были нацелены только на достижение безопасности конвоев. Но британское адмиралтейство преследовало и другую цель. Оно не могло примириться с тем, что Германия имеет самый быстроходный и самый мощный в мире ли­нейный корабль «Тирпитц», и стремилось уничтожить его. Потоп­ление «Тирпитца» имело бы «несравненно большее значение для ведения войны, чем безопасность любого конвоя[7] », это оказало бы большое влияние на дальнейший ход войны. Британским адмирал­тейством владела навязчивая идея — втянуть крупные корабли Германии в бой с силами прикрытия. Чтобы заманить корабли противника подальше от его баз, предлагалось даже повернуть конвой PQ-17 на обратный курс. «Фактически,— пишет англий­ский историк Д. Ирвинг,— операция по проводке конвоя должна была превратиться в постановку ловушки для «Тирпитца» с при­манкой, состоявшей из более тридцати тяжело нагруженных су­дов...».

С 1 июля в течение четырех суток подводные лодки, бом­бардировщики и торпедоносцы преследовали конвой, но все атаки успешно отражались. Первый транспорт был потоплен подводной лодкой 4 июля. В тот же день 4 транспорта получили повреж­дения от попадания авиационных торпед. Были все основания надеяться, что организованность и стойкость принесут успех и конвой дойдет до портов назначения. Но британское адмиралтейство, узнав о том, что крупные немецкие корабли вышли в море, вечером 4 июля приказало «ввиду угрозы надводных кораблей» конвою рассеяться и судам самостоятельно следовать в советские порты, а крейсерам прикрытия и кораблям непосредственного охранения на полной скорости отойти на запад, на соединение с линейными силами.

В действительности немецкие надводные корабли очень быстро вернулись в свои базы. «Лютцов» в сопровождении 3 эскадренных миноносцев на выходе из шхер, в густом тумане, наскочил на подводную скалу и вернулся обратно. Эскадра во главе с «Тирпитцем» и «Адмиралом Шеером» вышла в море и в 18 часов 5 июля севернее острова Ингей была обнаружена и атакована советской подводной лодкой К-21 под командованием капитана 2 ранга Н. А. Лунина. Донесение об этом, посланное командованию Се­верным флотом, было перехвачено и расшифровано гитлеровцами. Считая, что их замысел раскрыт, и не желая рисковать крупными надводными кораблями, гитлеровское командование приказало эскадре возвратиться в шхеры.

Рассыпавшиеся во все стороны небольшие группы и одиноч­ные суда конвоя оказались беззащитными и стали жертвами атак самолетов и подводных лодок. На поиски и прикрытие транспор­тов были направлены почти все корабли и авиация Северного флота. Но уже ничто не могло исправить рокового решения бри­танского адмиралтейства. С того момента, как конвой распался, он потерял 21 транспорт. Только 11 судам удалось дойти до со­ветских портов. 24 потопленных судна конвоя общим тоннажем около 143 тыс.т унесли с собой на дно 3350 автомашин, 430 танков, 210 бомбардировщиков и около 100 тыс. т общих грузов. Это был самый сокрушительный разгром конвоя во второй мировой войне.

Разгромом конвоя PQ-17 противник достиг значительно большего, чем потопление вооружения и грузов, предназначен­ных для Советского Союза. Этот случай дал повод союзникам за­держать отправку следующих 4—5 конвоев. Их прибытие в июле — ноябре могло бы оказать некоторое влияние на оснащен­ность Советской Армии в ходе зимнего контрнаступления 1942-43 г. Черчилль в послании к Сталину от 18 июля заявил: «Мы не счи­таем правильным рисковать нашим флотом метрополии к востоку от острова Медвежий...» В ответном послании от 23 июля Сталин резко критиковал несостоятельность доводов премьер-министра Великобритании. Выявившиеся разногласия были несколько смяг­чены предложением Черчилля послать очередной конвой в СССР в сентябре 1942 г.

5. Сталинград

Уже в ходе оборонительного сражения, развернувшегося в между­речье Волги и Дона, советское командование приступило к разработке плана разгрома врага. Основная цель предстоящей зимней кампании 1942-43 г. состояла в том, чтобы вырвать стратегическую инициативу из рук противника, нанести ему тяжелое поражение и тем самым добиться решительного перелома в ходе войны. При этом главный удар Красная Армия должна была нанести на Юго-Западном направлении по одной из самых крупных и самых активных вражеских группировок — группе ар­мий «Б». Ее разгром привел бы к крушению всего южного крыла фронта противника.

Для достижения этой цели были созданы все предпосылки. К но­ябрю 1942 г. соотношение сил стало почти равным, то есть улучшилось. в пользу советских войск. В составе действующих фронтов и отдельных армий было 385 стрелковых, мотострелковых и кавалерийских дивизии, 5 механизированных и 10 танковых корпусов, 145 стрелковых, мотострелковых и лыжных бригад, 89 отдельных танковых и механизированных бригад, 21 укрепленный район. В резерве Ставки (включая войска Московской зоны обороны) имелось 33 стрелковые дивизии, 17 стрелковых и мотострелко­вых бригад, 11 танковых корпусов и 1 механизированный корпус, 21 от­дельная танковая и механизированная бригада. В действующей армии в этот период насчитывалось 6 124 тыс. человек, 72 500 орудий и минометов (без 50-мм минометов), 1724 боевые установки (БМ-8, БМ-13) полевой реактив­ной артиллерии, 6014 танков и самоходно-артиллерийских установок, 3088 боевых самолетов (без По-2). Германское командование держало на советско-германском фронте 258 дивизий и 16 бригад, в том числе 66 дивизий и 13 бригад сателлитов. С учетом войск сателлитов у противника было 6 270 тыс. солдат и офицеров, 70 980 орудий и минометов, 6600 танков и штурмовых орудий и 3500 боевых самолетов.

Из этих данных видно, что враг уже не имел былого превосходства в боевой технике и вооружении. Они подтверждают также, что существо­вавшее в первые дни войны почти двойное превосходство противника в лю­дях тоже было ликвидировано. Теперь силы сторон стали примерно равны.

Поздней осенью 1942 г. воюющие стороны занимали на советско-германском фронте следующее положение. От Баренцева моря до Ладожского озера оборонялись 20-я немецкая армия и часть финских войск. Им противостояли Карельский фронт и 7-я Отдельная армия. К югу от Ладожского озера до района Холма находились остальные финские вой­ска и немецкая группа армий «Север». Перед ними действовали Ленин­градский, Волховский и Северо-Западный фронты. От района Холма до Ливны оборонялась одна из сильных вражеских группировок — группа армий «Центр», скованная войсками Калининского, Западного и частью сил Брянского фронтов. От Ливны до района западнее Астрахани дейст­вовала наиболее сильная группа армий «Б», против которой оборонялись остальные силы Брянского фронта, Воронежский, Юго-Западньгй, Дон­ской и Сталинградский фронты. На Северном Кавказе находилась группа армий «А», остановленная в предгорьях Главного Кавказского хребта войсками Закавказского фронта.

Соотношение сил сторон к концу 1942 года

Силы и средства

Советские

Войска

Войска

противника

Соотношение сил

Люди

1 015 300

1 011 500

1 : 1

Танки, штурмовые и самоходные орудия[8]

979

675

1,4 : 1

Орудия и минометы

13 535

10 290

1,3 : 1

Боевые самолеты

1 350

1 216

1,1 : 1

6. Реквием каравану PQ-17

Таким образом, на стороне советских войск уже имелся перевес, хотя и незначительный. На фоне приведенных цифр, заметно что в случае прихода каравана полностью (или с незначительными потерями), перевес советских войск над немецкими достигал бы 2-х, а то и 3-х раз. Со всем уважением к союзникам, возникает вопрос, как можно объяснить приказ о расформировании конвоя? Вот он дословно: «КОМАНДИРУ ЭСКОРТА, КОМАНДУЮЩЕМУ ФЛОТОМ МЕТРОПОЛИИ – ОТ АДМИРАЛТЕЙСТВА. ВВИДУ УГРОЗЫ СО СТОРОНЫ НАДВОДНЫХ КОРАБЛЕЙ ПРОТИВНИКА НЕОБХОДИМО РАССРЕДОТОЧИТЬСЯ...». То есть бросить караван. После войны английский историк Ирвинг напишет о том, что, в принципе, весь этот караван был ловушкой для германского флота. И, действительно, в эскорте каравана шли корабли, превосходящие по вооружению ударную группировку немецкого флота. Но как тогда можно объяснить приказ первого лорда Адмиралтейства Дадли Паунда? Возможно, объяснение кроется в следующем. Сперва предполагалось использовать PQ-17 как ловушку для линейных сил противника. Об этом и пишет Ирвинг. Но союзники понимали, что в случае крупной победы советских войск под Сталинградом это будет коренным переломом войны на Востоке. Советские войска перейдут в решительное контрнаступление. А для того, чтобы не прослыть трусами, союзникам требовалось открытие второго фронта во Франции или на Балканах. Необходимо было потянуть время, задержать и советские и германские войска под Сталинградом. С другой стороны, надо было сделать так, чтобы победителем там оказалась Красная Армия. Поэтому союзники так спланировали конвой, чтобы уже на начальном этапе он понес большие потери. Как уже говорилось он был отвратительно защищен от атак с воздуха, а в зоне конвоирования каравана союзниками, большинство атак немцев проводилось именно оттуда.

В принципе, можно поставить под сомнение даже тот факт, что ангичане вообще пытались уничтожить линейные корабли немцев. Ведь флагман германского флота «Тирпитц» внушал английскому «Домашнему флоту[9] » панический ужас из-за однотипного «Тирпитцу» «Бисмарка», потопленного анличанами 27 мая 1941 года. Вот художественное описание этого сражения.

«В глубоком Датском проливе, что огибает Исландию с севера, в канале между минным полем и кромкой пакового льда, на анг­лийском крейсере «Суффолк» работал радар. Экраны локаторов заранее отметили приближение гитлеровского флагмана. «Суффолк» по радиопеленгу наводил на цель корабли флота метрополии. Они подошли и вцепились в «Бисмарк» клыками своих орудий.

Огонь был открыт противниками почти одновременно с колоссальной дистанции. «Бисмарку» удалось сразу же поразить «Хууд»; броня линейного крейсера, принесенная в жертву ско­рости, пропустила через себя немецкий снаряд, и он лопнул внутри погребов. Адский взрыв потряс один из лучших кораб­лей британского флота — из 1 400 человек команды в живых остались только трое.

Немцы немедля перенесли огонь на новейший линкор анг­личан «Дюк-оф-Уэллс», и, сильно дымя, тот беспомощно от­вернул в сторону. «Бисмарк» же имел два прямых попадания. Один из снарядов вскрыл в его носу обширные нефтехранили­ща, и теперь длинный жирный хвост тянулся по морю. Турбины в 138000 лошадиных сил, прокатывая гребные валы винтов, сейчас уносили «Бисмарк» от преследования курсом на зюйд.

Подоспели британские крейсера и всадили в него первую торпеду. Огрызаясь огнем, «Бисмарк» уходил на Брест, и стрел­ки тахометров в его рубках указывали полное количество обо­ротов. К вечеру англичане опять настигли линкор, снарядами они разворотили ему надстройки... Карта боя рисует порази­тельную дугу: обогнув Исландию и Британские острова, «Бис­марк» лежал теперь на курсе, прямом как стрела, — на Брест, только на Брест (уже дымилась его крупповская шкура, кото­рую надо было спасать).

А берлинские фанфары завывали на весь мир: радио Геб­бельса трубило о легкой победе над «Хуудом», о той страшной угрозе, которая нависла теперь над Атлантикой — этой глав­ной военной артерией англичан. И тогда Британское адмирал­тейство бросило против «Бисмарка» самые значительные свои корабли. От баз метрополии отошли линкоры «Кинг Георг V» и «Родней», авианосец «Викториуз», крейсера, эсминцы, под­водные лодки. От Гибралтара устремился в битву линейный крей­сер «Ринаун», от берегов Африки спешил линкор «Рамилиуз», летели в океан авианосец «Арк Ройял», крейсер «Шеффилд» и дивизионы эсминцев.

Англичане хотели спасти престиж своего флота. Но они сами не заметили, что, бросая почти весь свой флот против одного линкора, они невольно теряли этот престиж. Самолеты-торпе­доносцы, поднятые с палуб авиаматок, нанесли по «Бисмарку» удар, и удачный: наконец-то линкор захромал, гася свою пре­дельную скорость. Дождевые шквалы забушевали над Атланти­кой, и на рассвете 25 мая британские крейсера потеряли «Бис­марк». Дальнейшие поиски его и погоня за ним быстро истощи­ли топливные цистерны британских кораблей.

«Принц Эйген» пропал за пеленою дождевой мглы. Вся ярость травли обрушилась на «Бисмарк». Британские торпедоносцы в спеш­ке свалили боевой груз на свой же крейсер «Шеффилд», который с большим искусством увернулся от попаданий. Наконец одна из торпед заклинила рули на «Бисмарке»; при сильном шторме лин­кор развернуло лагом к волне, и турбины бешено выли от усилий котельных установок. Экраны локаторов на «Бисмарке» отмечали появление британских эсминцев еще за 10 миль — и огонь башен линкора отгонял их прочь.

Насосы британских кораблей уже дохлебывали последние тон­ны горючего, когда «Бисмарк» сумел вторично оторваться от по­гони. Брест был уже недалек: казалось, еще немного, и спасение придет. Но над волнами пролетела косая тень британского «Нор­фолка» — эфир вздрогнул от призывов крейсера: «Он здесь, он тут, я его вижу...» И горизонт снова ожил. Башни линкоров дрог­нули, орудия безжалостно и точно нащупывали цель.

На дистанцию в 50 кабельтовых к «Бисмарку» подскочил «Родней», и частыми залпами — в упор! — англичане лихо рас­стреляли его орудийные башни. Главная посудина Гитлера (ис­кромсанная, пылающая, недвижимая) погибала, еще продол­жая работать машинами, но орудия ее уже молчали. При погру­жении в воду раскаленные докрасна надстройки линкора оку­тались клубами шипящего пара, и это шипение скоро перешло в резкий протяжный свист. А в задраенной боевой рубке тонул обгорелый труп адмирала Лютьенса. Это произошло 27 мая в 11 часов утра в Атлантическом океане, всего в 400 милях от оккупированного немцами Бреста...[10] »

7. Союзный долг

В начале сентября из Исландии вышел конвой PQ-18 в сос­таве 40 транспортов. В отличие от предыдущих конвоев, кроме непосредственного охранения, он имел мощное ближнее прикры­тие, состоявшее из крейсера и 16 эсминцев, способное отразить атаку крупных кораблей. Впервые в конвой был включен авиано­сец, на борту которого имелось 12 истребителей и 3 противолодоч­ных самолета. Как и раньше, советский флот осуществил спе­циальную операцию. Командующий ВВС Северного флота распо­лагал более чем 300 боевыми самолетами. Кроме того, на аэродро­мы в районе Кольского залива прибыли из Англии 24 торпедо­носца.

Гитлеровское командование использовало против конвоя 17 подводных лодок, 337 самолетов (в том числе 92 торпедоносца и 133 пикирующих бомбардировщика). 12 сентября первыми на­чали атаки подводные лодки. На другой день массированные атаки торпедоносцев и пикировщиков принесли успех немецким лет­чикам — было потоплено 8 судов. Атаки продолжались до 18 сен­тября и не принесли успеха противнику. Американский историк С. Морисон писал; «18 сентября конвой был обнаружен противни­ком при входе в Белое море и безрезультатно атакован самолета­ми, летящими на средней высоте. В течение дня конвой подвер­гался атаке двенадцати самолетов «Хейнкель-111», в результате чего было торпедировано и потоплено еще одно судно. Несмотря на уход авианосцев и других средств ПВО, действия германских самолетов не были такими дерзкими, как прежде. А четыре рус­ских эскадренных миноносца - «Гремящий», «Сокрушительный», «Куйбышев», «Урицкий», присоединившихся к конвою 17 и 18 сентября, еще больше отбили у них. охоту к атаке».

Англичане не без основания считали, что операция проведена удовлетворительно. Из состава конвоя немцам удалось потопить 13 транспортов (10 — авиацией и 3 — подводными лодками) и 3 транспорта из встречного конвоя QP-14. В то же время немец­кий флот и авиация получили должный отпор: были потоплены 4 подводные лодки и сбит 41 самолет. Кроме того, советская авиация уничтожила более 20 самолетов при ударах по аэродро­мам. Стало очевидно, что при усилении охранения противник не сможет прервать путь в северные порты СССР. Однако союз­ники, несмотря на приближение полярной ночи и уменьшение чис­ленности немецкой авиации, отказались посылать конвои, моти­вируя занятостью кораблей к подготовке десантной операции в Северную Африку. 22 сентября Черчилль сообщил Рузвельту, что наступило время сказать, что конвой PQ-19 отправлен не будет и что до января конвои в Советский Союз вообще не будут на­правляться.

Заключение

Вот на этом и заканчивается союзная помощь СССР. И время подвести итоги. Позиция союзников остается неясной по сей день. Были ли караваны приманкой для гитлеровского флота или чем-либо еще могут сказать только чиновники Уайтхолла. Для нашей же страны, в любом случае, будь приказ о расформировании PQ-17 ошибкой английского командования или заранее спланированной операцией, стоил, без сомнения, многие тысячи жизней. 50 миллионов унесла война и 30 млн. приходится на Россию. Можно ли было спасти многих, приди помощь вовремя? Да, считаю я. Особенно в первые месяцы войны, нашим солдатам так не хватало техники. Когда на пожертвования колхозов, церквей страна строила несколько лишних танков, 1 союзный транспорт – это 10 эшелонов с оружием. Прекращение потсавок после 1942 года было вполне логичным мероприятием – нашим войскам техника требовалась в меньшей степени, а вот союзники, высадившись в Нормандии, гораздо острее нуждались в ней. Именно поэтому в нашей печати тема конвоев занимает такое место. Идя на поводу своих политических амбиций, Великобритания и США позволили умереть тысячам, а, быть может, и миллионам бойцов в первый год войны. И это не забудется никогда.

Список использованной литературы

1. Басов А.В. Советский флот на защите социализма. М., 1985, с.223

2. Горшков С.Г. Морская мощь государства. М., 1979, с. 416

3. Ирвинг Д. Разгром каравана PQ-17. М., 1971, с. 381

4. Курасов В.В. Великая Отечественная война Советского союза 1941-1945. Краткая история. М., 1970, с. 630

5. Кынин Г.П. Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945. Документы и материалы. М., 1983, т. 1-2

6. Пикуль В.С. Реквием каравану PQ-17. М., 1997, с. 587


[1] Ленд-лиз (англ. «Lend-lease») – аренда, ссуда

[2] Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны, т. 1, док. 49

[3] Черчилль У. Мемуары, том 2, стр. 119-120

[4] В анлийском морском штабе управлением караванами ведал офицер P.Q. Edwards.

[5] Должность первого лорда Адмиралтейства аналогична нашему начальнику морского штаба

[6] После войны «Эдинбург» был поднят британскими водолазами

[7] Ирвинг Д. Разгром каравана PQ-17. М., 1971, с. 50.

[8] Учтены только средние и тяжелые танки

[9] Home Fleet (англ.) – флот королевской метрополии, куда входили сильнейшие корабли английского флота

[10] Пикуль В. Реквием каравану PQ-17. М., 1997, с. 14-15

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий