регистрация / вход

Календарные обряды в Бурятии

Календарные обряды природно-хозяйственного цикла в Бурятии: новогодние, весенние, летние и осенние жертвоприношения "хозяевам" земли. Цель молитв, обращенных к "хозяевам" местности. Славословие в честь священной горы Бархан Ундэр. Сезонные обряды у бурят.

Календарные обряды

В прошлом жертвоприношения "хозяевам" родовой и общинной территории совершались при перекочевках на весенние, летние и осенние места выпаса домашнего скота, затем сокращение сезонных перекочевок повлекло и сокращение количества молебствий на шаманских тахилганах и ламаистских обо. Эти сезонные молебствия были общественными, в них принимали участие родовые группы или весь род, иногда несколько родственных родов. В территориальных земельных общинах, объединявших "свои" и "чужие" роды, в обрядах жертвоприношений "хозяевам" местности наблюдалось совмещение общего и частного. Жертвенных животных покупали сообща, делая сбор с каждого домохозяйства, сваренное мясо (даланга) делится поровну, часть его бросают в огонь жертвенника, съедают во время обряда, другую часть пая (хуби) каждый домохозяин уносит домой. На шаманистских тайлаганах участники рассаживались группами по кровнородственной общности, перед собой ставили туески с тарасуном, курунгой, саламатом, деревянные корытца для мяса, втыкали березовую ветку, разжигали свой жертвенный костер.

Каждая родовая группа или семейство имели своего представителя (хаялгаша), который совершал "брызгание" - кропление тарасуном и курунгой и выкрикивал одновременно с другими хаялгаша слова молитвы.

В Забайкалье шаманистские обряды в честь "хозяев" местности в тех районах, где ламаизм формально утвердился только в XIX в., все еще совершаются, но они во многом упростились, их стало меньше, сократились расходы на жертвоприношения, участники не делятся на родовые группы. Обычно деньги со всех участников собирают на одну овцу, которую домохозяева поставляют по очереди. На другой год овцу "продает" другой мужчина - глава семьи, на обряде он считается "хозяином" жертвенной овцы и выполняет определенные ритуальные обязанности.

Бичурские гучиты делают молебствие своему Гутайн-баабаю ежегодно в начале лета. На культовом месте около почитаемой березы стелят белый войлок или белую скатерть, на них каждая семья ставит свою жертвенную молочную пищу - сагаан далга: тарелки, на которые слоями уложены ломти хлеба, куски сливочного масла, пенки-урмэ, фабричное печенье, конфеты, затем бутылки с молоком и забеленным чаем. Ставят водку. Около посуды с разными частями сваренного мяса бросают охапку березовых ветвей - сидение для Гутайн-баабая. Обрядом призывания и жертвоприношения руководит шаман. Когда шаман объявит, что Гутайн-баабай явился по зову, сел на березовое сиденье и начал угощаться, каждый из участников берет свою тарелку с сагаан далга, хозяин жертвенной овцы - мяхан далга, шаман - бутылку водки и, делая круговые движения по ходу солнца, совершают обряд призывания счастья и благополучия, затем хозяин жертвенной овцы делит разрезанное на мелкие куски мясо и раздает участникам молебствия, но мясо и водка должны быть съедены и выпиты на культовом месте, домой уносили только остатки сагаан далга.

У бурят к календарным обрядам природно-хозяйственного цикла относятся только новогодние, весенние, летние и осенние жертвоприношения "хозяевам" земли, той местности, где жили родовые и территориально-общинные коллективы, причем у западных (иркутских) шаманистов зимних новогодних обрядов не было.

Цель молитв, обращенных к "хозяевам" местности, - обеспечение нормальной погоды без засухи, инея, заморозков, снега, своевременного тепла без сухих горячих ветров, полезных дождей, без града и бурных ливней. Благоприятная погода - это хороший урожай трав и хлебов, следовательно, обилие пищи для людей и домашнего скота. "Хозяев" местности просят защитить людей и домашних животных от болезней, бесплодия, преждевременной смерти, от всех враждебных сил, естественных и сверхъестественных, начиная от хищных зверей, грабителей до вредоносной магии всяких колдунов. Просят о мирной, спокойной жизни без раздоров, ссор и вражды. Люди верили, что хозяйственное, общественное и семейное благополучие зависит от воли божеств и духов земли, воды, неба, времени, поэтому жертвоприношение им считалось важной общественной обязанностью всех, кто населяет "подведомственную" территорию "хозяев" земли, в роли которых выступают реальные человеческие предки, мифические покровители, шаманистские и ламаистские божества.

В ритуале на ламаистских обо сохранился шаманистский обряд "онголхо" - посвящение "хозяину" местности быка, яка, жеребца, барана, овцы, козла. Предполагалось, что "хозяин" будет охранять стадо, в котором находятся посвященные ему животные. Они украшались цветными лоскутками - Нэтэр и отпускались в стадо, на них нельзя было ездить, убивать их. Трупы этих животных, умерших от старости и болезней, убирали с особым почетом. В улусе Торы Тункинского района была большая сосна, на ветви которой вешали останки посвященных животных.

Позднее, не дожидаясь естественной кончины, дряхлых и больных животных заменяли молодыми и здоровыми. В улусе Куорка Кижингинского района "хозяину" скалы Улаан Хада однажды посвятили некачественного жеребца, который породил плохое потомство и тем самым "испортил" местные табуны лошадей. С тех пор жители этого улуса стали проводить обряд онгоолхо с большим игрушечным конем "из магазина". Хозяину баргузинского барагханского обо по тексту обрядника словесно посвящают стада быстроходных лошадей, сильных и добротных вьючных верблюдов, плодовитых хороших коров, сарлыка, овцу и козла, просят принять этот дар и содействовать размножению стада тех, кто совершает молебен. Очевидно, со временем реальное посвящение животных стали заменять условным, словесным.

"Хозяевам" обо приносят в дар "земельный надел" со всеми его богатствами. В обряднике барагханского обо перечислены находящиеся на территории земельного дара святые места - барисаны, тахилганы, обо, солнечные и тенистые склоны высоких гор, по которым движутся стада диких оленей; леса, в которых раздается кукование кукушки; лесные родники, холмистые и равнинные пастбища диких коз, куланов, антилоп; песчаные пустыни с дюнами и низинами, поросшими кустарником, со спокойно движущимися стадами диких верблюдов; светлые, прохладные прозрачные летние озера, в которых плещутся дикие гуси, утки, лебеди; равнины, скалы; месторождения золота, серебра и других драгоценностей; хорошие богатые местности с различными травами. Просят все это принять, сохранить неизменно все эти блага и обеспечить радость и довольство людей.

Условное дарение земли раскрывает еще одну грань культа "хозяев" территорий расселения и обитания этнических групп бурят: это не только воспитание преданности своей родине, бережного сохранения природных богатств священной земли предков, но и благоговение перед ее красотой. В обрядниках жертвоприношений на обо есть раздел покаяния в грехах, когда приходится рубить деревья, добывать камень, мутить воду в источниках, истоке рек, в озерах, копать землю, разрушать скалы, убивать диких зверей - любимцев "хозяев" земли.

Славословие в честь священной горы Бархан Ундэр хорошо передает ту особую атмосферу горной высоты, ощущения величавой красоты природы, которым и проникаются участники обряда на обо.

"Вершина горы устремлена в сияющие сферы неба, ее основание покоится на сверкающей тверди драгоценной земли, сверху над ней - балдахин плотных облаков в ожерельях золотых вспышек молний, раскаты грома разносят ее славу на сто сторон. В средней части горы - тихо моросит благостный дождь; подножие окружено деревьями с нектар-ными плодами; реками, вода которых обладает восемью качествами совершенства. Ее недра таят сокровища всевозможных драгоценностей, растительных и минеральных лекарств. Ее поверхность, обильная стадами красивых горных коз всех видов, оглашаемая эхом клекота медленно парящих птиц, облачена прекрасными разноцветными покровами цветов, опоясана шарфом чарующей радостной радуги, украшена красотой, преисполненной всех признаков совершенства, сияющая волшебным блеском, пленяющим душу - таков внешний вид горы. Внутри горы - огромный дворец царства драгоценностей, сияющий мириадами лучей как солнечный день, это обширное пространство охраняют могущественный царь тэнгриев, царица, принцы, окруженные свитой сановников, все тэнгрии, лусы, заны, дуд, шибдаки данной местности, скалистых гор, лесистых холмов, скал, горной тайги, горных ущельев, перевалов, медленно текущих рек, ручьев, родников, озер, травянистых склонов и долин, пастбищ для скота и священных мест".

Сезонные обряды на обо у современных бурят в основном приходятся на весну и лето, в разных местностях были свои сроки обрядов, но в целом у забайкальских бурят установилось майское жертвоприношение "хозяевам" местности перед откочевкой на летник, второе молебствие на обо совершалось после летнего солнцестояния (21-22 июня), когда продолжительность дня начинала убывать.

У кочевых народов Центральной Азии издавна установилась традиция весенних, летних и осенних жертвоприношений "небу, земле, предкам и духам". Хунну совершали этот обряд в пятую луну, то есть в мае; уйгуры делали жертвоприношения духу земли весной и осенью, отмечали также день зимнего солнцестояния. По сведениям Рубрука, монголы ежегодно "в девятый день мая собирают всех белых кобылиц стада и освящают их, выливают новый кумыс на землю и устраивают в тот день большой праздник, так как считают, что они тогда впервые пьют новый кумыс. Мунхэ-хан устраивал в июне праздники и "великие попойки" 7, 24 и 29 числа. Марко Поло сообщает о том, что Хубилай праздновал новый год в конце зимы (т.е. в начале весны) и, кроме того, выезжал из столичного дворца в степь на ежегодный обряд 28 августа - "есть у него порода белых коней и белых кобылиц... молоко этих кобылиц никто не смеет пить, только те, кто императорского рода... должен он каждый год 28 августа разливать то молоко по земле и по воздуху - духам пить, и духи станут охранять его добро, мужчин и женщин, зверей и птиц, хлеб и все другое".

В сроках сезонных годовых обрядов у всех народов мира прослеживается установка вести отсчет от дат зимнего солнцестояния (21-22 декабря), когда ночь бывает самой долгой, а день - самым коротким; (21-22 июня), когда ночь - самая короткая, а день самый долгий; весеннего равноденствия (20-21 марта) и осеннего равноденствия (22-23 сентября), когда ночь и день равны по продолжительности. Наиболее активные обряды магического характера совершаются как бы в помощь природе: осенью, когда дни убывают, время движется к зиме; зимой, когда ночь занимает большую часть суток, а затем в период зимнего солнцеворота 21-22 декабря, солнце поворачивает на север, светлая часть суток и тепло медленно, но неуклонно берут верх. 21-22 июня время летнего солнцеворота, солнце меняет курс, поворачивает на юг, дни убывают, начинается поворот к осенне-зимнему сезону. Таким образом, шкала отсчета времени определяется ритмами космоса, движением солнца, которое творит годовые сезоны света и тьмы, тепла и холода, умирания и воскрешения растительности, появления детенышей у всех живых существ в природе. От ритмов сезонных циклов природы зависит и хозяйственная деятельность людей - земледелие и животноводство.

У кочевников-скотоводов календарных обрядов было меньше, чем у земледельцев, и относились они в основном к заботам о достатке кормов, подножных и тех, которые приходилось заготавливать на зиму. В степных, малоснежных районах Забайкалья лошади, овцы, верблюды могли круглый год тебеневать, т.е. питаться сухой травой, которую они могут добывать копытами из-под снега. В Западной Бурятии, где выпадало, много снега и не было, больших площадей степных пастбищ, не только крупный рогатый скот, но и овцы I лошади зимой содержались на стойловом корме. Календарные животноводческие обряды у бурят ограничивались ритуальными действиями весной и летом на обо и в новый год. Весенне-летние животноводческие обряды в известной мере были связаны с перегоном скота на пастбища. В зависимости от географических условий в различных районах Бурятии существовал свой режим и свои маршруты выпаса. Пастухи "брызгали" местным "хозяевам" на обо или «походным» способом, не отлучаясь от стада.В Тункинском районе весной скот отгоняли на плато Ургэдэй -горное пастбище между Закамной и Тункой. Это событие отмечали жертвоприношением Буха-нойону. Утром в день отгона снова делали сэржэм водкой, дорогу устилали ветками пихты, затем повторяли сэржэм "хозяевам" той местности, по которой следовали на Ургэдэй. В первый день Сагаалгана окуривали скот "арсой", кропили аршаном - освященной водой, трижды с курильницей обходили загон для скота снаружи и внутри, окуривали стайки внутри, если они имелись в хозяйстве. На весенних и летних обо совершали кэтэр "хозяину" местности, посвящая ему реально или словесно лучших представителей 5 видов скота, чтобы "хозяин" охранял стадо всех домохозяйств селения. Кроме того, в обрядовом тексте молитвы излагалась просьба о защите жизни, здоровья, плодовитости и продуктивности домашнего скота. Существовали магические обереги для скота, в том числе от волков и грабителей, воров.

В другие времена года не было установленных сроков специальных животноводческих ритуалов, но во время эпидемических заболеваний скота проводились общественные магические обряды, лечебная магия для домохозяев в отдельных случаях. Сроки новогодних обрядов зависели от того, какое время года считалось его началом. Традиционно у монгольских народов не было зимнего нового года, только с принятием буддийской веры новый год стал отмечаться зимой - в январе или феврале, в зависимости от показаний лунного календаря. У всех народов мира вариации сроков нового года были однотипными: зима, весна, осень. В России до 1348 г. новый год исчислялся с 1 марта, с 1348 - с 1 сентября, а в 1699 г. Петр I учредил I ату нового года с 1 января. В Риме по лунному календарю год начинался с 1 марта, а с 153 г. до н.э. в связи с переходом на солнечный календарь возникла новая дата - начало года с 1 января. В быту совмещались даты весеннего и осеннего и зимнего празднования нового года. У калмыков декабрьский новый год отмечался как начало употребления сушеного творога и масла. 22 декабря (день зимнего солнцестояния) прибавлялся год к возрасту мужчин, а к возрасту женщин и скота год прибавлялся в конце ноября или начале декабря. Вместе с тем праздник Белого месяца отмечался в конце зимы как встреча весны в феврале или начале марта. Цаган сар (Белый месяц - Сагаалган), который Д. Банзаров назвал "творожным месяцем" у монголов, традиционно приходился на сентябрь и праздновался как начало нового года. У западных бурят шаманистов не было зимнего нового года, они отмечают новый год в сентябре и сейчас. Большинство бурят ламаистского вероисповедания отмечает новый год в январе или феврале.

Новогодний календарный обряд отличался тем, что поминовение предков, жертвоприношения божествам и молитвы о защите благополучия дополнялись защитной магией, обрядами символического уничтожения старых бед и несчастий и предотвращения новых. Наиболее ярко этот мотив представлен в ламаистском обряде "дугжуба", который совершался в дацане ночью в канун первого дня нового года. Главный обряд конца старого года представлял собой торжественное жертвоприношение всем "большим" чойчжонам - небуддийским гневным божествам, хранителям буддийской религии и житейского благополучия буддистов, снаряжение их на общую войну с нечистой силой. Центральный мотив обряда "дугжуба" - ловля злых духов, которые причиняют 64 вида преждевременной смерти, заточение их в магическом конусе и сжигание в костре за стенами дацана. При этом на помощь призывают различных "хозяев" и духов земли, чтобы они не дали ускользнуть демонам несчастий и смерти. Первую половину первого месяца нового года совершаются обряды в память 15 чудес будды Шакьямуни или его победы над еретиками, лжеучителями, искажающими истину буддийской веры.

В бытовой традиции новогоднего праздника не имеют широкого распространения шаманские обряды магического уничтожения нечистой силы. Кое-где сохранилось новогоднее посещение родовых обо. В улусе Алан на местном обо, учрежденном на похоронном месте Бумбохан хатун - жены хоринского тайши, в новый год зажигали костер и делали жертвоприношение ее духу. В ламаистских обычаях новогодние жертвоприношения семейным и родовым предкам заменяются щедрыми приношениями дацанам на помин покойных родственников, чтобы их души приобрели лучшее перерождение.

В новогодних обрядах любого толка - шаманистского или ламаистского - есть общая древняя народная основа. Во-первых, обрядовые действия нацелены на обеспечение благополучия, чтобы в жизни людей все было хорошо - в хозяйстве, в семье в целом и у каждого человека в отдельности. Достаток, здоровье, сила, удача, счастье в детях, мирная жизнь - во имя этих целей совершались религиозные обряды в установленные сроки календарных обычаев.

Во-вторых, люди были непосредственно связаны с природой, благополучие их жизни зависело от "порядка" в космосе, от своевременного и нормального количества тепла, влаги, от отсутствия таких катаклизмов, как засуха, наводнение, град, снег летом, землетрясение и т.п. Календарные обряды направлены на обеспечение нормального, благоприятного порядка в космосе и на земле.

В-третьих, каким способом достичь желаемого? Это определялось тем, как люди древности понимали и объясняли законы жизни всего живого, как представляли силы, управляющие этими законами. Ответы на эти вопросы давала религия, вера в то, что порядком в природе и жизни людей управляют божества и духи неба, земли, небесных светил, а также божества человеческого происхождения - предки или духи умерших родовых старейшин, родоначальников, племенных предводителей, шаманов. Эти представления определяли, кого и для чего нужно было угощать, умилостивлять, чествовать, просить помочь людям в их житейских делах.

В-четвертых, особенности календарных обычаев, и праздников определялись их общественной функцией - обрядовым закреплением родового единства, подтверждением истинности законов общинного образа жизни. Календарные обычаи - это общественный религиозный быт; в обрядах должны были участвовать все полноправные члены родовой и территориальной общины, молебствия совершались для блага всего населения улуса или группы поселений родственных коллективов, но также и для семьи, поскольку представители семей присутствовали на обо и получали семейный пай из общественного далганского мяса.

Во время Сагаалгана устанавливалась особая ритуальная атмосфера доброжелательности, братского согласия и равенства, широкого гостеприимства. Действовала традиция общиннородового коллективизма. Социальная функция календарных обычаев проявлялась как религиозное подтверждение кровнородственной, племенной, позднее и территориальной общности "своих" и "чужих" этнических объединений.

В прошлом до перехода на относительную оседлость и образования поселений типа русских деревень кочующие раздельно группы родовичей не имели возможности для повседневного общения. Молебствие на обо собирало их вместе на коллективное священнодействие. Молебствие завершал найр - праздничные развлечения, соревнования в скачках на лошадях и в национальных видах силовой борьбы, песни, танцы, игры. Молодежь веселилась до утра.

Во время найра стрельба из лука не проводилась. Лучное соревнование

- сурхарбан - имело свои собственные сроки. Разновидность сурхарбана

- байхарбан обнаруживает магические истоки этого вида спортивных игр. В древности существовал обряд, когда в степи пускали стрелы из лука в разные стороны для поражения нечистых духов. В некоторых районах Бурятии, чаще у бурят монгольского происхождения, бездетные семьи или те, в которых рождались одни девочки, устраивали общественный байхарбан. Хозяин несчастливой семьи колол барана и заготавливал все, что было нужно для угощения стрелков и всех присутствующих. После десяти стрельб устраивалось торжественное угощение. Почетные гости - старики произносили благопожелания хозяину, сулили ему рождение ребенка и даже выбирали ему имя.

У монголов еще бытуют сезонные игры, которые имеют символический смысл магического благопожелания, некоторые игры были ограничены строгими сезонными рамками, в другое время в них нельзя было играть. К сезону начала года относились новогодние игры для обеспечения будущего благополучия и счастья - "шагай харвах" (стрелять альчиками), "шагай шуурэл" (ловля альчиков), "гуу саах" (дойка кобылицы), "моръ урилдуулах" (скачки лошадей), "хурдан моръ" (быстрый скакун) и т.д. Значение этих игр понимается так: "надо играть, чтобы год был удачным", "не повторилось плохое", "умножился скот", "для счастья и плодородия". Победа в игре обещает в новом году перемену жизни к лучшему, изгнание болезни и несчастья.

В летнее время проводились подвижные игры в степи (вне юрты) -"цаган мод хаях' (бросать белое дерево), "и,аган тэмээцэх" (белый верблюд) и "чоно тарвагацах" (волк и тарбаганы). Сама игра расцениваетсякак подарок земле, матери-земле, нашей планете, хозяину земли, обо, дереву, природе в целом. Отдарком должны стать хорошая жизнь, сочная трава пастбищ, здоровье, плодовитость людей и животных. Древние обряды культа природных сил до нашего времени дошли только в виде игр. В традиционных религиозных обычаях первое место принадлежало человеку, его биологической жизненности и социальной судьбе, обществу со всеми этажами его организации и управления, но и природная среда не потеряла своего значения, хотя ее божества играют уже подчиненную роль. На обо поклоняются не самой горе как таковой, но ее "хозяину", чаще всего божеству человеческого происхождения - реальному родовому предку или мифическому предку - символу родоплеменного единства. Потому основные бытовые традиционные народные обряды - это уже социальные обычаи, а не культ природы в чистом виде.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий