Каменный век Кавказа

Каменный век - наиболее продолжительный этап в истории человечества. Палеолит (древний каменный век), мезолит (средний каменный век) и неолит (новый каменный век). Массовое заселение территории Северо-Западного Кавказа.

Каменный век - наиболее продолжительный этап в истории человечества. Более 99% исторического времени прошло от зарождения человеческой" культуры (около 2,9 миллионов лет назад изготовлены первые каменные орудия) до появления изделий из металла в эпоху энеолита (около 7 тысяч лет, назад). Почти три миллиона лет потребовались для коренных изменений в облике самих людей, для закладывания основ культуры, уводящей человечество все дальше от его животных предков.

История каменного века разделяется на три периода: палеолит (древний каменный век), мезолит (средний каменный век) и неолит (новый каменный век). Переходную эпоху между каменным и бронзовым веками называют энеолитом (медно-каменным веком).

До недавнего времени древнейшими местонахождениями эпохи палеолита на Северном Кавказе считались Игнатенков Кут на р. Псекупе у станицы Саратовской и р. Псыкош (Фортепьянка) в Майкопе. Но в последнем десятилетии на р. Уруп близ станицы Преградной была открыта и исследована более древняя пещерная стоянка Треугольная. Она углубила время появления человека на северных склонах Кавказа до полумиллиона лет.

Массовое заселение территории Северо-Западного Кавказа происходит в промежуток времени 150—80 тысяч лет тому назад. К тому времени относятся памятники конца раннего каменного века Абадзехская, Среднехаджохская стоянки и Абинское местонахождение открытого типа. Все три памятника открыты главным специалистом по древнекаменному веку Северного Кавказа адыгским археологом П. У. Аутлевым.

По его определению «Ашельцы Кубанского Кавказа (т. е. Западной Черкесии), как и в других заселенных в то время регионах, жили в условиях раннего первобытнообщинного строя, основным экономическим законом которого, как и на развитом и позднем этапах первобытнообщинной социально-экономической формации, было присвоение жизненно необходимых средств для существования первобытных человеческих коллективов при помощи каменных орудий на основе коллективного труда».

Основной формой коллективного труда была кооперация на охоте. Она опиралась на общую собственность условий и орудий производства, т. е. на простое сотрудничество. Для нашего региона П. У. Аутлев предлагает вариант коллективной «охоты скрадом». Это значит, что наши палеолитические земляки-охотники не размахивали палками, не шумным улюлюканьем загонной охоты гнали стадо бизонов, лошадей или козлов к обрыву, с которого они должны были сорваться и превратиться в мясо для насыщения людям. Напротив, они, распределившись на определенной территории леса или горных алышков, незаметным тихим ожиданием, выслеживанием и постепенным окружением подвигали и сосредотачивали стадо или отдельных зверей к тупиковому месту. Но и этот вариант охоты П. У. Аутлев не считал основным. По его мнению, охота скрадом имела объектом, в основном, одиночного крупного зверя, например, трогонтериевого слона, подкарауленного, выслеженного или пойманного на тропе, на водопое, на выпасах, лежбищах и т. д.

Обработка дичи - ошкуривание, разделка туши, отделение костей, дробление последних - а также обработка шкур и кож производилась кремневыми, песчаниковыми и сланцевыми орудиями. Из кремневых желваков и галек изготавливали рубила, скребла, остроконечники. Ножами служили пластины и отщепы с острой стороной. Вначале здесь была распространена ударная техника производства орудий. В позднее время распространилась с юга техника расщепления. Это повысило эффективность старательной деятельности. По наблюдению П. У. Аут лева, производительность труда позднекаменных мастеров камня по сравнению с предыдущим уровнем возросла в четыре с половиной раза. Если ранее из килограмма сырья получали 10 см. рабочего края, то в поздний период результат достиг 45см.

В эпоху раннего камня пищу, материал для одежды (шкуры) и жилья мужчины добывали на охоте. Женщины занимались собиранием съедобных кореньев, личинок насекомых в дуплах деревьев, дикорастущих злаков, ракушек и т. д., а также изготовлением одежды, благоустройством пещеры или жилища типа полуземлянки и шалаша.

Необходимо отметить, что на территории Адыгеи и всего Северного Кавказа пока не обнаружено ни одной пещерной стоянки раннекаменного времени, но зато одна Среднехаджохская стоянка открытого типа и десятки местонахождений, сигнализирующие именно об этом типе поселения. «Треугольная» пещера в Карачаево-Черкесии расположена на высоте 1510 м. над уровнем моря в то время, как западно-черкесские стоянки не поднимаются выше 500 м. Она является самым ранним и единственным памятником такого типа.

Очевидно, в то время полости в береговых толщах были слишком низки для заселения человеком, а высокогорные пещеры во время оледенения были слишком холодными.

Северо-западнокавказский человек той эпохи, которого антропологи относят к типу питекантропов, пользовался огнем, но добывать его искусственным путем еще не умел.

Социальная организация наших земляков — питекантропов представляется уже не стадом, а кровнородственной общиной. В этой общине стадные порядки уступили место первичной форме группового брака. П. У. Аутлев предполагает форму отношений между соседними двумя общинами - Абадзехской и Среднехаджохской стоянками — в виде кроскузенного брака. Это значит, что парни из одного поселения любили своих двоюродных сестер из другой стоянки.

Духовная культура, по предположению ученых, ограничивалась зачаточной религией в виде фетишизма, выражающегося в культе зверя. Но можно предположить и фольклор, например, миф о Прометее, возникший в процессе освоения огня.

Если древние кавказцы обладали членораздельной речью с подлежащими и сказуемыми, о чем существует гипотеза, то такое возможно. Но устная их речь, по мнению языковедов, из-за более высокого положения глотки по сравнению с «homosapiens» (человек мыслящий) была медленной и неуклюжей.

Процесс становления и развития человека и общества проходил и на территории Осетии. Сотни тысячелетий тому назад - в эпоху раннего палеолита - земля Осетии выгледела совершенно иначе, чем в наше время. Казбек и другие вулканы извергали потоки лавы и миллионы тонн пепла, покрывавшего горы и равнины. В страшных землетрясениях вздымались новые громады гор и исчезали древние рельефы. Оледенения сковывали горы, непреодолимо разделяя территорию нынешней Осетии на две части. По каньонам рек спускались ледники. Растительность и животный мир субтропического (очень теплого и влажного) климата межледниковий сменялись в эпохи великих оледенений скудной фауной и флорой приполярной тундры. Все природные изменения происходили на глазах людей, кочевавших в поисках пищи по горам и предгорьям, селившихся на равнине, а также в горных пещерах и гротах, где можно было укрыться от непогоды. Палеолитический человек выжил, пройдя через тяжелейшие испытания. Земля Осетии сохранила множество свидетельств о заре истории человечества, начиная с эпохи ашеля (около 700-600 тысяч лет назад). Выдающиеся многослойные пещерные памятникипоселения Кударо и Цон в Южной Осетии и «жемчужина» каменного века Кавказа пещера Мыстулагты-лагат в Северной Осетии входят в сокровищницу мировой истории культуры. Десятки тысяч каменных изделий извлечены в этих пещерах из непотревоженных культурных слоев. Они подробно документируют развитие первобытной культуры, Приспособление человека к изменениям окружающей среды, рост его интеллекта. В привходовой части пещеры Мыстулагты-лагат прекрасно сохранившиеся культурные слои залегают до глубины более 20 метров. Вместе с культурными отложениями подземных залов они позволяют в деталях восстановить картину жизни и «домашнего быта» неандертальцев.

В эпоху мустье (120-36 тысяч лет назад) люди активно осваивали горы и равнины нынешней Осетии. Вслед за стадами животных они покидали северные склоны Кавказа лишь во время максимумов оледенения и вновь возвращались в периоды потепления. Около 40 тысяч лет назад в эпоху верхнего палеолита человек приобрел современный облик.

Этот период считается эпохой неандердальского человека; он протекал в Западной Черкесии в условиях резких климатических перепадов, которые были вызваны оледенением после межледниковья. Результаты ботанических и зоологических исследований показывают снижение летних температур по сравнению с современными на 5, а зимних - на 9 градусов. Эти резкие колебания заставили искать или строить более надежное жилище и кроить теплую одежду. Суровый климат в ту эпоху осушения, остепнения и похолодания подвинул человека к революционному шагу — искусственному добыванию огня способом трения.

Это дало возможность кавказцу подняться выше в горы вслед за дичью и заселить среднегорные и даже высокогорные пещеры.

В связи с открытием искусственного получения огня, которое в мифологии расценивается как похищение его у природы — Прометей похищает огонь у Зевса - П. У. Аутлев предполагал возникновение одного из самых ранних сказаний нартского эпоса народов Кавказа. Так, в цикле о Патэрэзе адыгского эпоса «Нартхэр» предводитель нартов Насрен бородатый отправился к злому Пако — богоборцу-великану, объявившему себя богом и развеявшему все костры и очаги в селениях, чтобы вернуть огонь людям. Но Пако приковал Насрена к скале на Ошхомахо (Эльбрусе) в наказание людей, не поклоняющихся ему. Только могучий славный нарт Патэрэз один не побоялся злого Пако. Он отправился к Ошхомахо, одолел гигантского ястреба, людоеда, Псахеха - горного ангела, загнал Пако в глубокое ущелье, освободил Насрена и вернул огонь людям.

В другом цикле главный герой эпоса Саусрыко также возвращает огонь людям из гор. Его отняли у людей горные великаны «иныжъы», а Саусрыко вначале пытается похитить огонь у божеского хранителя - «иныжъа». Возможно, таким образом в эпосе отразилась огненная революция. Когда с гор спустился ледник и наступило похолодание, были погашены костры, разведенные от природного огня и закрыты леса, загоравшиеся от молнии, тщетные и долгие попытки людей надежно обеспечить себя огнем не приносили успеха. Вот эти попытки, в конце концов окончившиеся открытием способа искусственного зажигания, отражены в образах древнегреческого Прометея, адыгского Насрен-жаче, грузинского Амирани, абхазского Абрскила. В образах Саусрыко и Патэрэза отражается счастливый результат экспериментов по искусственному добыванию огня. Но поскольку этот акт совершается против веления божьего (природы), в мифологии он представлен похищением.

На территории Западной Черкесии археологами выявлены десятки памятников среднего периода, но все они концентрируются вокруг трех центров: восточный - в пещерах р. Губса Мостовского района; центральный - вокруг Ильской стоянки открытого типа; западный - в Причерноморской Шапсугии вокруг и в долине р. Хосты. Лучше исследованными считаются стоянки в Баракаевской и Монашеской пещерах на Гупсе, Ильская стоянка в одноименном поселке Северского района Краснодарского края, стоянки на р. Хосте во главе с Воронцовской пещерой. Классически кавказской считается Губсская культура. Хостинская культура Причерноморья связана с югом, т. е. с Закавказьем и Передней Азией, и отличается зубчато заостренными кремневыми орудиями. Ильская сравнивается с культурой Западной Европы.

Как видно, для Кавказского палеолита среднего периода характерны пещерные стоянки.

Социальная организация продолжается в виде кровно-родственной общины, живущей по закону группового брака.

Облик западнокавказских неандертальцев восстанавливается антропологами по окаменевшей нижней челюсти с десятью зубами двух-трехлетнего ребенка из Баракаевской пещеры. Он отличается от современного человека отсутствием подбородочного выступа, массивностью самой челюсти, скошенным лбом, рельефными скулами и надбровными дугами.

Но человек хостинской культуры отличается от кубанского неандертальца более высокой развитостью и близостью к человеку мыслящему позднего периода.

Хозяйственная деятельность западночеркесского неандертальца активизировалась в сторону охоты, потому что теперь необходимо было теплее одеваться, покрывать жилища типа шалашей и утеплять стены пещер шкурами зверей. В низкогорье и среднегорье Закубанья охотились на зубра, дикую лошадь, кабана, волка, лисицу, тигра, льва, альпийскую галку. Ильские жители питались еще мясом мамонта, а причерноморские — охотились, в основном, на пещерного медведя.

Неандертальцы были вооружены метательным оружием с каменными наконечниками, деревянными рогатинами и кольями. Женщины собирали «чинарики» (буковые орехи), желуди, лебеду и другие виды растений. На базе охоты развивалась обработка кожи, кости, а также дерева. В связи с этим совершенствовались орудия производства на базе кремневой обработки. Они стали меньших размеров и тщательнее обработанными. По подсчету П. У. Аутлева, неандертальцы Губского ущелья с одного килограмма сырья получали более 200 см. рабочего края т. е. производительность по сравнению с предыдущим периодом возросла более чем в 4 раза. Но темпы роста производительности труда оставались такими же, как в раннюю эпоху. По этому признаку можно судить и о темпах роста кубанско-черноморских неандертальцев в мыслительной сфере жизни.

Верхний (поздний) древнекаменный век. Последний период древнекаменного века французские археологи делят еще на три подпериода — ранний, когда появляются первые памятники графического искусства; средний, в который можно поместить развитие скульптурно-графического искусства; поздний, охватывающий предпоследний десяток тысячелетий до новой эры, когда ярко расцвело искусство живописцев.

В период позднего палеолита человеческое общество совершило резкий, пока необъяснимый скачок в своем развитии. Результат таков, что неандерталец превращается в нового человека. Антропологи назвали его «homosapiens» — человеком мыслящим в переводе с латинского. Внешне он имел вид вполне современного человека без скошенного лба, увеличенных скул и надбровий, нормальную нижнюю челюсть, ясно обозначенный подбородочный выступ.

Люди той эпохи, жившие на территории Западной Черкесии, усовершенствовали обработку камня, освоили пластинчатую технику отжимной ретуши (равномерно выщербленное лезвие) и скалывания и подняли производительность труда в 12 раз по сравнению со средним периодом, в 50 раз по сравнению с ранним. Среди набора орудий труда и оружия заметный процент показывают костяные изделия.

Ассортимент инструментов, приспособлений и орудий пополнился лощилами, шильями, наконечниками дротиков и копий, отжимниками, наковаленками, инструментами для зачистки и шлифовки, зернотерками, резцами, гарпунами. Древние «слесари» владели даже такой сложной операцией, как сверление кости. Наблюдается стремление к уменьшению размеров орудий и приближения их к миниатюрным резцам геометрических форм.

По целому ряду признаков исследователи находят в позднекаменных культурах Северного Кавказа тяготение к Передней Азии. Это позволяет рассматривать Западную Черкесию, Абхазию, всю Колхиду и Малоазийскую часть передней Азии в то время как единую культурную зону.

Западный фланг Северного Кавказа, судя по густоте памятников, заселялся гораздо интенсивнее центрального и восточного из-за более благоприятных природно-климатических условий. Но обживались, в основном предгорья и низкогорья, а освоению среднегорья препятствовало значительное оледенение Большого Кавказа.

Свыше трех десятков памятников Западной Черкесии позднекаменного периода в большинстве своем относятся к концу древнекаменного века. Эта эпоха характеризуется ярким расцветом изобразительного искусства. Но таких цветных росписей, как в пещерах Испании, Франции и Каповой пещеры на Урале у нас нет. Наши земляки отличались своеобразием эстетического восприятия природы. Правда, в навесе № 3 Губского ущелья обнаружены два отпечатка « пятерни », оставленные красной краской на стене грота. Но в основном, изобразительная деятельность была направлена на выявление зооморфных скульптурных произведений природы с небольшой доработкой, а чаще символическим обозначением. Яркими примерами такого искусства служат два «музея-святилища» под открытым небом: Чернореченское урочище в междуречьи pp. Уруштена и Малой Лабы на территории восточного лесничества Северокавказского биосферного заповедника, расположенного в начале Шахгиреевского ущелья, и Среднехаджохское урочище между двумя истоками ручья Отметочного над станицей Севастопольской Майкопского района. На Уруштене рассмотрено около шести десятков крупных камней напоминающих фигуры медведя, тура, дикого кабана, зубра, лошади, черепахи, сома, бегемота, рога оленя, т. е. животный мир, отмеченный по археологическим материалам Губского куста пещер, гротов, навесов, но с включением представителей южной экзотической фауны.

Поразительно, но факт, что на «спине» самого крупного камня-бизона или медведя исполнена композиция из высверленных лунок и желобков-перьев в виде круга с 12 радиальными лучами. Возможно, это первое изображение двенадцатимесячного солнечного календаря. Среди среднехаджохских природных изваяний фигурируют насекомые и человекоподобные скульптуры. В частности, на вершине одного из холмов был установлен торс (туловище без головы и ног) «Венеры», слегка подправленный древним ваятелем с помощью кремневого резца.

Очень важен факт находки в пещере Сатанай на Гупсе захоронения девушки, костяк которой был посыпан красной охрой. В этой же пещере найдена подвеска из зуба дикой лошади, скульптурно обработанная в виде копыта и насквозь просверленная, видимо для ношения амулета на шее. Здесь же найдена целая серия наконечников дротиков из лошадиных ребер и полированная пластинка, окрашенная красной охрой.

Все эти предметы настолько тщательно обработаны, что заслуживают звания произведений прикладного искусства.

В итоге, даже не имея четкого представления о социальной организации общества Западной Черкесии, по степени и характеру развитости духовной культуры можно судить об уровне его развития. Судя по тому, что имеются свидетельства о скульптурно-графическом и сигналы о живописном искусстве, возможен фольклор (имеется ввиду зарождение образа и мифа о славной героине нартского эпоса Сатанай), религиозные культы — симпатическая магия, фетишизм и тотемизм, культ плодородия матери-богини, загробный культ и даже зачатки астрологии — северокавказец был вполне сложившимся « homosapiens », не уступавший в интеллектуальном смысле западноевропейскому человеку. Более того, на основании археологических и искусствоведческих данных в какой-то степени удается решить главный вопрос философии и экологии. Художники Западной Черкесии поздней эпохи древнекаменного века безгранично верили в эстетические возможности природы. Поэтому они не создавали искусственных произведений, а отыскивали их в природе и лишь иногда в немногих деталях дополняли их, больше обозначали, поклонялись им и охраняли их. В этом сказывается истинно материалистическое воспитание, божественно-возвышенное отношение к своему творцу.

Такое эстетическое восприятие окружающего мира сформировалось, оказывается, еще в финальной стадии древнекаменного века у древнеадыгских общин, а в последующие эпохи вплоть до средневековья, включительно, укреплялось и развивалось.

Мезолит, начавшийся после окончания ледникового периода (около 12 тысяч лет назад), представлен на территории Осетии большим количеством стоянок. Малочисленные коллективы охотников и рыболовов жили по берегам рек и озер в предгорьях и в глубине горных каньонов вплоть до начала эпохи неолита. Для охоты они использовали луки и стрелы, а для сбора диких злаков составные вкладышевые серпы, изготовлявшиеся из мелких кремневых и обсидиановых пластинок, вставленных в костяную или деревянную основу.

В неолите (начался около 8 тысяч лет назад) люди изобрели керамическую посуду, способы шлифовки и сверления каменных изделий, научились обрабатывать землю и выращивать злаки, приручили и одомашнили животных.

В эпоху энеолита (медно-каменного века) скотоводы и земледельцы освоили основы металлургии, научившись разрабатывать месторождения меди. Шире стали торговые и хозяйственные связи с населением других частей Северного Кавказа и Закавказья. Усложнилась социальная организация общества. К этому времени относятся самые древние на территории Осетии подкурганные захоронения с разнообразным инвентарем, изготовленным из камня, кости и керамики. Развивая свое хозяйство и культуру, люди заселяют горы и равнины Осетии, чтобы уже никогда их не покидать.

Мезолит не оставил значительных памятников на Дону и Северном Кавказе. Кратковременные стоянки мезолитических охотников почти не оставляли следов. Большинство археологических находок, датируемых временем мезолита, встречаются на берегах рек и в некоторых пещерах на побережье Черного моря. На Дону - это стоянки в Волгодонском районе, у хутора Красный Маныч и близ города Гуково, а на Северном Кавказе - памятники Чох, Мекеги и др.

Именно в эту эпоху произошли значительные изменения в образе жизни людей и их материальной культуре. Переориентация охотничьего промысла на мелких и средних животных привела к развитию индивидуальной охоты, которой занимались небольшие социально-производственные коллективы. Индивидуальной охоте способствовало изобретение и распространение нового оружия - лука и стрел. Увеличился удельный вес населения, занимавшегося рыболовством и собирательством, что создало предпосылки для возникновения производящего хозяйства. На одной из мезолитических стоянок Кабардино-Балкарии найден жатвенный нож.

В эпоху мезолита появилась новая микролитическая техника производства орудий, т.е. изготовление орудий из небольших обработанных камней и кремня, которые служили вкладышами и легко заменялись. Орудиями с кремневыми вкладышами продолжали пользоваться и в бронзовом веке. Наряду с микролитами, в эпоху мезолита появились и массивные орудия - макролиты, такие, как топоры.

В эпоху неолита произошел переход от присваивающего хозяйства (охота, рыболовство, собирательство) к производящему (земледелие и скотоводство), обусловленный качественными изменениями в производственной деятельности человека. Этот переход еще называют "неолитической революцией". Начало неолита исчисляют со времени изобретения глиняной посуды или с возникновением земледелия, а конец - с открытием бронзовой металлургии.

Основными орудиями труда оставались кремневые, каменные и костяные. В некоторых случаях неолитические племена контактировали с более развитыми соседями, которые уже использовали металлические изделия, но металл - редкое явление в неолите. Техника обработки кремня, обсидиана и камня достигла высокого уровня. Неолитические кремневые изделия - ножи, наконечники стрел и др. - отличаются от орудий предыдущих эпох правильностью огранки и тщательностью обработки поверхности (полировка, шлифование, пиление, сверление). Широко распространяются макролитические орудия, прежде всего каменный топор. С помощью каменных долот человек мог делать разнообразные изделия из дерева - от мелкой бытовой утвари до челнов, выдолбленных из стволов деревьев.

Основными орудиями труда оставались кремневые, каменные и костяные. В некоторых случаях неолитические племена контактировали с более развитыми соседями, которые уже использовали металлические изделия, но металл - редкое явление в неолите. Техника обработки кремня, обсидиана и камня достигла высокого уровня. Неолитические кремневые изделия - ножи, наконечники стрел и др. - отличаются от орудий предыдущих эпох правильностью огранки и тщательностью обработки поверхности (полировка, шлифование, пиление, сверление). Широко распространяются макролитические орудия, прежде всего каменный топор. С помощью каменных долот человек мог делать разнообразные изделия из дерева - от мелкой бытовой утвари до челнов, выдолбленных из стволов деревьев.

В эпоху неолита человек стал изготавливать материал, природе неизвестный, - керамику. Посуда производилась вручную из глины (со значительными примесями песка или толченой ракушки) и обжигались в кострах. Изготовление керамики сыграло огромную роль в развитии производящего хозяйства и способствовало укреплению оседлости.

Свидетельством существования примитивного подсечно-огневого земледелия являются находки каменных мотыг, зернотерок и жатвенных ножей, с помощью которых можно было возделывать некоторые сорта пшеницы и ячменя. Обилие животных, служивших объектами охоты - горных баранов и козлов, кабанов, считающихся предками соответствующих видов домашних животных, позволяют сделать вывод о первых шагах в области приручения животных. Эту гипотезу подтверждают находки в Каменномостовской пещере (Адыгея) костей одомашненных животных - собаки, быка, козы (овцы) и свиньи.

Занятие неолитических людей земледелием и скотоводством свидетельствует об оседлом образе жизни большей части населения. Поселения этой эпохи чаще всего представляю собой неукрепленные селища на берегах озер и рек (Улугбековское поселение в Дагестане, Ракушечный яр и Матвеев Курган на Дону). Неолитические жилища представляли собой легкие каркасные конструкции, изнутри и снаружи обмазанные глиной; нередко в них сооружались внутренние перегородки. В горах Северного Кавказа зарождается и каменное строительство.

Значительные изменения произошли и в духовной жизни человека. Переход к производящему хозяйству наложил заметный отпечаток на верования и культы людей. Памятники искусства неолитической эпохи свидетельствуют о распространении среди земледельческих племен культа богини-матери, символа плодородия. Настенные рисунки с изображением богини плодородия найдены в Дагестане (в гроте Харитани-I).

Неолитические племена Северного Кавказа поддерживали оживленные торговые связи с определенными территориями - Закавказьем, Передней Азией, степными племенами Северного Причерноморья. Эти связи имели характер постоянного товарообмена сырьем для производства орудий (на Кавказе имелись месторождения кремня и обсидиана) и готовыми изделиями.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ