регистрация / вход

Освоение Кубани Россией. (Казачество. Кавказская война.)

Формирования кубанского казачества и кубанского войска. Становление и развитие системы управления казачества юга России. Кавказская война XVIII-XIX вв. Ермоловский период (1816—1827). Шамиль. Завершение войны капитуляцией абхазов в урочище Кбаада.

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СОЧИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ТУРИЗМА И КУРОРТНОГО ДЕЛА

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

Дисциплина: «Краеведение».

Тема: Освоение Кубани Россией. (Казачество. Кавказская война.).

Работу выполнил:

студент 1 курса

спец. _________

группа _______

Козлов А.Ю.

Проверил преподаватель:

Туапсе

2007

План:

Введение

1. Казачество

2. Кавказская война

2.4 Завершение войны

Заключение

Список литературы

Введение.

Карта народов Кавказа всегда была очень пёстрой. К началу XIX века здесь проживало более пятидесяти народов - представителей самых различных языковых семей: армяне, осетины, курды, таты, грузины, абхазы, кабардинцы, черкесы, адыгейцы, чеченцы, лакцы, ингуши и др. Они говорили на разных языках и исповедовали разные религии.

Горские племена в большинстве своём занимались скотоводством, а также подсобными промыслами - охотой и рыбной ловлей. У большинства из них господствовали родоплеменные отношения.

Интересны мнения историков, отвечающих на вопрос: "Насколько термин "Кавказская война" отражает сущность происходивших событий. Одни считают, что больше всего подходит термин: "Народно-освободительное движение", другие предлагают назвать это явление: "революцией, для вольных обществ Северо-восточного Кавказа и для, так называемых, "демократических" племён Северо-западного Кавказа ".

Историк МГУ М. Блиев считает, что: "Название Кавказская война не очень искажает события, оно как бы объединяет, хотя и упрощая, разноплановые факты и процессы: здесь и переходная экономика, связанная с формированием феодальной собственности и образования государственности, и формирование новой идеологии, и столкновение интересов России и горцев Большого Кавказа, а также внешнеполитических интересов Великобритании, Турции, Персии. А всё это всегда происходит через насилие, через военные действия, а не через демократию и демонстрации.

«Оформление правового статуса кубанского казачества» анализируются факторы, определяющие правовой статус кубанского казачества. Его особенности определялись как способом включения в состав Российской империи, так и характером государственной политики на Кавказе в конце XVIII в. Основной принцип формирования кубанского казачества не совпадал с принципами формирования других казачьих войск юга России. Кубанское войско своим образованием всецело обязано государству. Составными частями созданного правительственным решением Кубанского казачьего войска стали Черноморское и Кавказское линейное казачьи войска со своими традициями, особенностями организации и несения государственной службы. Поэтому на формирование правового статуса кубанского казачества значительное влияние оказало происхождение этих войск и их правовой статус. Важнейшим фактором специфики кубанского казачества стало его образование в результате организованной государством миграции. В истории кубанского казачества на территории его расселения в изучаемый период отсутствовал этап «общинной вольности» и полной автономии от Российского государства. Для кубанского казачества не были характерны такие этапы становления правового статуса, как суверенное военно-политическое образование и ограниченная автономия.


1. Казачество.

Переселенное на Кубань в конце XVIII в. в результате решения центральной власти и предназначенное для охраны военно-пограничной линии и экономического освоения края, Черноморское казачье войско представляло собой не общину вольных казаков, как донское и терское казачество в первые годы своего существования, а государственную военную структуру. Поэтому отношения между центральным правительством и Черноморским войском сразу после его образования регулировались, наряду с обычным правом, также российским законодательством. Вместе с тем, в первые годы вмешательство во внутреннюю жизнь войска со стороны российского правительства было минимальным. К правам черноморского казачества относились: право собственности на земли, дарованные Екатериной II при переселении, право на использовании в пределах войсковой территории земельных, водных и лесных ресурсов, право на получение царского жалования, право заниматься внутренней торговлей. К основным обязанностям черноморских казаков относились: охрана границ присоединенных земель, соблюдение российского законодательства, участие в военных компаниях российского государства.

Линейное казачество, образованное из донских, екатеринославских, хоперских казаков, практически не имело традиционных институтов казачьего самоуправления. В Кавказском линейном казачьем войске, в состав которого вошли казачьи полки, размещенные на Кавказской линии, сразу сложилась полковая система управления, основными чертами которой были централизация и единоначалие. Выборное начало в войске фактически отсутствовало. Подобное различие в существовавших одновременно Черноморском и Кавказском войсках можно объяснить, среди прочих факторов, отличиями в уровне интегрированности в общеимперскую правовую систему. Являясь хотя и нерегулярной, но составной частью вооруженных сил, Кавказское линейное войско, как организационная структура сразу же оказалась под юрисдикцией Военного ведомства. Практически все функциональные обязанности казачества регламентировались общегосударственными военными уставами и инструкциями. Общественная и хозяйственная жизнь казаков выступала в качестве производного элемента, подчиненного осуществлению военной доктрины государства.

Как показало сравнительно-правовое исследование, для периода формирования правового статуса кубанского казачества характерно его существенное отличие от донского и терского. История кубанского казачества определила меньшее значение норм традиционного права в его правовой системе, и большее значение общеимперских правовых актов. Относительно краткий период соседства с горскими этносами Северного Кавказа на этапе, когда еще были возможны заимствования норм традиционного права, определили незначительность влияния обычного права горцев (главным образом адыгов) на систему обычного права кубанского казачества, что существенно отличало его от терского казачества. В результате унификации двух составных элементов правового статуса Кубанского казачьего войска – правовых норм, регламентирующих функционирование Черноморского и Линейного войск, центральная власть несколько приблизила правовой статус Кубанского войска к некоему общеимперскому стандарту, в качестве которого выступал правовой статус Донского войска.

Во второй главе «Становление и развитие системы управления казачества юга России» показаны организационные и правовые изменения в системе управления казачьих войск.

В первом параграфе «Развитие системы управления казачества в XVIII – первой половине XIX в.» дана характеристика процесса развития системы управления казачества, которая определялась в этот период особенностями развития государства.

Основной тенденцией развития системы управления кубанского (черноморского) казачества являлось усиление регламентации со стороны имперских органов власти.

Преобразования управления донского, терского и кубанского казачества до середины XIX в. затрагивали только структуры высшего войскового управления, не касаясь станичного, которое по-прежнему регламентировалось главным образом нормами обычного права.

Одним из самых важных фактов в истории развития административного управления казачьих войск юга России в первой половине XIX в. было принятие Положения об управлении Войском Донским 1835 г. Этот нормативный акт существенно изменил порядок управления войском и послужил образцом при составлении положений для других казачьих войск

Принципы организации управления казачьими войсками юга страны менялись под воздействием политики российского государства. От полного невмешательства в структуру управления центральная власть перешла в XVIII в. к контролю за деятельностью войсковых органов управления, постоянная реорганизация которых свидетельствует о поиске правительством эффективной системы управления.

«Правовой режим казачьего землепользования» исследуется правовое регулирование земельных отношений в казачьих войсках юга России, раскрывается степень их нормативной общности и специфичности в данной сфере. В первом параграфе «Общая характеристика прав казачества на землю до реформ Александра II» дана сравнительная характеристика прав донского, терского и кубанского казачества на землю до реформ середины XIX в.

Система правовых представлений казачества о владении и пользовании землей основывалась на сочетании регулирования коллективно используемых земель с индивидуальным. Формы казачьего землепользования складывались в процессе колонизации земель при необходимости их совместного освоения. Поэтому первоначальным основанием земельных прав казачества являлось занятие пустующих земель. Полноправным хозяином земельного фонда считалась казачья община.

Земельные отношения казачества юга России в каждом казачьем войске имели свою специфику. Существенное отличие прослеживалось в нормах обычного права, определявших земельное владение различных территориальных групп казачества. Его особенности у терских казаков были определены относительным малоземельем по сравнению с другими казачьими войсками и сложным предгорным рельефом местности. Данный фактор привел к доминированию уравнительных тенденций в землевладении и на протяжении всей истории терского казачества учитывался при регулировании земельных отношений. Землевладение казачества Дона и Кубани складывалось в условиях относительного земельного простора, и все виды владений здесь возникали на основе свободных захватов угодий. Впоследствии это привело к ускорению процесса формирования частной собственности на войсковых землях.

Необходимость экономического освоения территорий, занимаемых казачьими войсками, требовала расширения прав и возможностей иногородних, численность которых значительно возросла в пореформенный период. В соответствии с положением «О дозволении лицам невойскового сословия приобретать недвижимую собственность в казачьих землях» 1868 г. иногородним разрешалось селиться и покупать земли, не спрашивая согласия ни войскового начальства, ни городского или станичного общества., Осознавая последствия принятия этого нормативного акта и стремясь согласовать интересы невойскового населения с интересами казачества, центральное правительство пересмотрело казачье землеустройство. Все казачьи земли были разделены на три различных формы казачьей собственности: войсковую, общинную и частную. Войсковая земля, существовавшая в виде общей земельной территории, распределялась между общинами, на долю которых пришлось наибольшее количество земли. Пожизненные офицерские наделы в таких общинах были затем обращены в частные, потомственные владения, а оставшиеся за разделом войсковые земли и угодья должны были быть в общем нераздельном пользовании всего войска. Но, так как остатки войсковых земель с течением времени получили иное назначение, то важнейшими формами землевладения казачьих войск нужно считать, следовательно, общинные земли или юрты и частные владения.

Все вышесказанное свидетельствует, что путем разнообразных правительственных мер и законоположений часть войсковых земель была обращена в частную собственность, а другая в форме общинных земель осталась во владении казачества, которому она была пожалована как коллективному юридическому лицу. Раздел общинных земель на паи проходил в станицах казачьих войск неодинаково и зависел от многих факто­ров, связанных как с особенностями хозяйственной деятельности, так и с качеством земли и ее размеров. Разработка единых мероприятий по улучшению землепользования была затруднена из-за разнообразия местности, качества почвы, величины паевого надела. Ни одно из аграрных мероприятий к революции 1917 г. не было завершено и осуществлено на практике.

На протяжении второй половины XIX – начала ХХ вв. органы центральной власти проводили многочисленные реорганизации порядка несения военной службы казачеством юга России. Эти реформы определялись в первую очередь потребностью российского государства сохранить социально-политическую стабильность на относительно недавно присоединенных территориях.

В программе преобразований казачьих войск в указанный период отчетливо прослеживалась двуединая задача: «сохранить структуру сословной организации и приспособить ее к новым условиям». Для выполнения этой задачи первоначально основные усилия центральной власти были направлены на отказ от принципа обязательности военной службы казаков, изменение порядка и сокращение продолжительности службы. Государство стремилось модернизировать и унифицировать правовые нормы, регламентирующие прохождение военной службы, действуя методом, который может быть назван социально-правовым экспериментом. Этот метод предполагает введение в экспериментальном порядке новых норм в конкретном казачьем войске и выявление преимуществ и недостатков установленного на их основе порядка прохождения службы, с целью определения возможности применения их в других казачьих войсках. Если нововведения ослабляли боевой потенциал казачества, эти правовые нормы отменялись. Так было, например, с жеребьевым порядком прохождения службы, который введен в Кубанском и Терском казачьих войсках в 1870 г. Однако, практика показала, что жеребьевый порядок не лишен недостатков и неудобен для использования в казачьих войсках. Поэтому, с 1874 г. правительство приступило к очередному реформированию порядка прохождения воинской службы казачьих формирований, выразившемуся в возврате к всеобщей воинской повинности.

2. Кавказская война.

2.1. Предыстория.

КАВКАЗСКАЯ ВОЙНА - войны XVIII - XIX вв. связанные с завоеванием Кавказа русским царизмом. Понятие Кавказские войны охватывает подавление царизмом ряда антифеодальных движений кавказских народов, вооружённое вмешательство России в феодальные междоусобицы на Кавказе, войны России с претендовавшими на Кавказ Ираном и Турцией … и, наконец, собственно Кавказскую войну в 1817 - 1864 годах - колониальную войну царизма против горцев Северного Кавказа, завершившуюся окончательным присоединением Кавказа к России. Систематические военные действия в Кавказской войне развернулись после окончания наполеоновских войн 1799- 1815 годов. Назначенный в 1816 г. главнокомандующим на Кавказе генерал А.П.Ермолов перешёл от отдельных карательных экспедиций к планомерному продвижению вглубь Чечни и Горного Дагестана. В 1817 - 1818 годах левый фланг кавказских креплёных линий был перенесён с Терека на реку Сунжа, в среднем течении которой в октябре 1817 года заложено укрепление Преградный Стан. Это событие явилось первым шагом на пути дальнейшего продвижения русских войск на Кавказ и фактически положило начало Кавказской войне. Эта война длилась более сорока пяти лет. Она казалась уже привычной составной частью русской жизни во времена Лермонтова.

Наиболее понятны географические причины войны: три могучих империи - Россия, Турция и Персия - претендовали на владычество над Кавказом, бывшем издревле воротами из Азии в Европу. В начале XIX века Россия отстояла свои права на Грузию, Армению и Азербайджан в двух войнах с Персией и двух с Турцией. Восточная Грузия приняла русский протекторат ещё в XVIII веке, а в XIX добровольно присоединилась к России. Как освободителей приветствовали русских и в восточной Армении. Народы Северо-Западного Кавказа как бы «автоматически» «отошли» к России. Как только начались попытки царской администрации навязать вольным обществам горцев российские законы и обычаи, на Северном Кавказе стало быстро расти недовольство. Больше всего горцы были возмущены запретами совершать набеги, которые для большинства из них были средством к существованию. Кроме того население выступало против мобилизации на строительство многочисленных крепостей, мостов, дорог. Всё новые и новые налоги истощали и без того небогатое население. В 1818 году на реке Сунже, на расстоянии одного перехода вглубь Чечни от казачьей станицы Червлёная, возникла новая крепость - Грозная. С неё началось планомерное продвижение русских от старой пограничной линии по Тереку к самому подножию гор. Одна за другой стали вырастать крепости с характерными названиями: Внезапная, Бурная … До этого названия были другие : Прочный Окоп, Преградный Стан.

С конца 20-х годов Кавказская война расширяется по своим масштабам из-за возникшего в Чечне и Дагестане движения горцев под знаменем мюридизма, составной частью которого был газават - "священная война" против "неверных" (т.е. русских).

2.2. Ермоловский период (1816—1827)

Алексей Петрович Ермолов (Джордж Доу) - Новый (с 1816 г.) начальник всех войск в Грузии А. П. Ермолов, убедил, однако, государя в необходимости смирять горцев исключительно силою оружия. Решено было вести покорение горских народов постепенно, но настоятельно, занимая лишь те места, которые можно было удержать за собой и не идя далее, пока не укреплено приобретенное. В 1820 г. черноморское казачье войско было причислено к составу отдельного грузинского корпуса, переименованного в отдельный кавказский. В 1821 г. построена крепость Бурная, при чем разбиты были скопища аварского хана Ахмета, пытавшегося мешать нашим работам. На правом фланге линии закубанские черкесы, подстрекаемые турками, сильнее прежнего стали тревожить наши границы; но огромная шайка их, вторгнувшаяся в октябре в землю Черноморского войска, потерпела жестокое поражение. В Абхазии кн. Горчаков разбил мятежные толпы около мыса Кодор и ввел во владение страною кн. Дмитрия Шервашидзе. В 1822 г., для полного усмирения кабардинцев, устроен ряд укреплений у подошвы Черных гор, от Владикавказа до верховьев Кубани. В 1823 и 1824 гг. действия наши направлены были против закубанских горцев, которые не прекращали своих набегов. В 1824 г. вынуждены были покориться абхазцы, восставшие против преемника кн. Дмитрия Шервашидзе, кн. Михаила. Прибережья Кубани с самого начала 1825 г. стали опять подвергаться набегам крупных партий шапсугов и абадзехов; заволновались также кабардинцы.

2.3. Шамиль

Шамиль родился в селении Гимрах около 1797 г., а по другим сведениям около 1799 г., от аварского узденя Денгау Мохаммеда. Одаренный блестящими природными способностями, он слушал лучших в Дагестане преподавателей грамматики, логики и риторики арабского языка и скоро стал считаться выдающимся ученым. Проповеди Кази-муллы (вернее Гази-Мохаммеда), первого проповедника газавата - священной войны против русских, увлекли Шамиля, который сделался сначала его учеником, а потом другом и ярым сторонником. Новый имам, одаренный выдающимися административными и военными способностями, вскоре оказался крайне опасным для нас противником, сплотив под своей деспотической властью все дотоле разрозненные племена В. Кавказа.

В 1837 г. ген. Фези занял Хунзах, взял аул Ашильты и укрепление Старое Ахульго и обложил аул Тилитль, куда укрылся Шамиль. Когда, 3 июля, мы завладели частью этого аула, Шамиль вступил в переговоры и обещал покорность. Пришлось принять его предложение, так как в отряде нашем, понесшем большие потери, оказался сильный недостаток продовольствия и, кроме того, получено было известие о восстании в Кубе. Летом 1837 г. отряд ген. Вельяминова проник к устьям p. Пшада и Вулана и заложил там укрепления Новотроицкое и Михайловское.

В сентябре того же 1837 г. император Николай I впервые посетил Кавказ и остался недоволен тем, что, несмотря на многолетние усилия и крупные жертвы, мы были еще далеки от прочных результатов в деле умиротворения края. На место бар. Розена назначен ген. Головин. В 1838 г. на черноморском прибрежье были выстроены укрепления Навагинское, Вельяминовское и Тенгинское и начата постройкой крепость Новороссийская, с военною гаванью. В 1839 г. действия велись, в различных районах, тремя отрядами. Первый, десантный отряд ген. Раевского возвел на черноморском прибрежье новые укрепления (форты Головинский, Лазарев, Раевский). Второй, дагестанский отряд, под начальством самого корпусного командира, овладел, 31 мая, весьма сильною позицией горцев на Аджиахурских высотах, а 3 июня занял с. Ахты, у которого возведено было укрепление. Третий отряд, чеченский, под начальством ген. Граббе, двинулся против главных сил Шамиля, укрепившихся у с. Аргуани, на спуске к Андийскому Койсу.

7 февраля 1840 г. горцы овладели фортом Лазарев и истребили всех его защитников; 29 февраля та же участь постигла укрепление Вельяминовское; 23 марта, после ожесточенного боя, неприятель проник в укрепление Михайловское, остаток гарнизона которого взорвался на воздух, вместе с вражескими толпами. Кроме того, горцы овладели (2 апреля) Николаевским фортом; но предприятия их против форта Навагинского и укрепления Абинского были безуспешны. На левом фланге преждевременная попытка обезоружить чеченцев вызвала среди них крайнее озлобление, воспользовавшись которым, Шамиль поднял против нас ичкеринцев, ауховцев и другие чеченские общества. Наши войска, под командой ген. Галафеева, ограничивались поисками в леса Чечни, стоившими много людей. Особенно кровопролитно было дело на р. Валерик (11 июля). Пока ген. Галафеев ходил по М. Чечне, Шамиль подчинил своей власти Салатавию и в начале августа вторгнулся в Аварию, где покорил несколько аулов. С присоединением к нему старшины горских обществ на Андийском Койсу, известного Кибит-Магомы, силы и предприимчивость его чрезвычайно возросли. К осени вся Чечня уже была на стороне Шамиля, и для успешной борьбы с ним средства К. линии оказались недостаточными. Чеченцы распространили свои набеги до Терека и едва не овладели Моздоком. На правом фланге, к осени, новая линия по Лабе была обеспечена фортами Зассовским, Махошевским и Темиргоевским. На черноморской береговой линии были возобновлены укрепления Вельяминовское и Лазаревское. В 1841 г. в Аварии вспыхнули беспорядки, возбужденные Хаджи-Муратом (см.). Посланный для усмирения их батальон с 2 горными орудиями, под начальством ген. Бакунина, потерпел неудачу при ауле Цельмес, и полковнику Пассеку, принявшему команду после смертельно раненого Бакунина, лишь с трудом удалось отвести остатки отряда в Хунзах. Чеченцы произвели набег на Военно-Грузинскую дорогу и разграбили военное поселение Александровское, а сам Шамиль приблизился к Назрану и атаковал расположенный там отряд полковника Нестерова, но не имел успеха и укрылся в лесах Чечни. 15 мая генералы Головин и Граббе атаковали и взяли позицию имама близ аула Чиркей, после чего занят был самый аул и около него заложено укрепление Евгеньевское. Тем не менее Шамиль успел распространить свою власть на горские общества правого побережья р. Аварского-Койсу и вновь появился в Чечне; мюриды снова овладели аулом Гергебиль, заграждавшим вход в мехтулинские владения; наши сообщения с Аварией были временно прерваны. Весною 1842 г. экспедиция ген. Фези поправила наши дела в Аварии и Койсубу. Шамиль пытался было взволновать южный Дагестан, но безуспешно. Генерал Граббе двинулся через дремучие леса Ичкерии, с целью овладеть резиденцией Шамиля, аулом Дарго. Однако, уже на 4-й день движения отряд наш должен был остановиться, а затем начать отступление (всегда самая трудная часть действий на Кавказе), во время которого потерял 60 офицеров, около 1700 нижних чинов, одно орудие и почти весь обоз. Несчастный исход этой экспедиции сильно возвысил дух неприятеля, и Шамиль стал набирать новые скопища, намереваясь вторгнуться в Аварию. Хотя Граббе, узнав об этом, двинулся туда с новым, сильным отрядом и овладел с боя аулом Игали, но затем удалился из Аварии, где в одном лишь Хунзахе оставался наш гарнизон. Общий результат действий 1842 г. был далеко неудовлетворителен, в уже в октябре на место Головина назначен был ген.-адъютант Нейдгардт. Неудачи нашего оружия распространили в высших правительственных сферах убеждение в бесплодности и даже вреде наступательных действий. Против этого рода действий особенно восстал тогдашний военный министр кн. Чернышев, в предшествовавшее лето посетивший Кавказ и бывший свидетелем возвращения отряда Граббе из ичкеринских лесов. Под впечатлением этой катастрофы, он исходатайствовал Высочайшее повеление, которым воспрещались на 1843 г. всякие экспедиции и предписывалось ограничиваться обороной. Это вынужденное бездействие ободрило противников, и набеги на линию снова участились. 31 августа 1843 г: скопища Шамиля овладели фортом при с. Унцукуль, истребив отряд, шедший на выручку осажденных. В следующие затем дни пало еще несколько укреплений, а 11 сент. взять Гоцатль, чем прервано было сообщение с Темир-хан-Шурой. С 28 августа по 21 сентября мы потеряли 55 офицеров, более 1500 нижних чинов, 12 орудий и значительные склады: пропали плоды многолетних усилий, оторваны были от нашей власти давно покорные горские общества и потрясено наше нравственное обаяние. 28 октября Шамиль окружил Гергебильское укрепление, которое взять ему удалось лишь 8 ноября, когда из защитников осталось всего 50 чел. Шайки горцев, рассыпавшись по всем направлениям, прервали почти всякое сообщение с Дербентом, Кизляром и лев. флангом линии; наши войска в Темир-хан-Шуре выдержали блокаду, продолжавшуюся с 8 ноября по 24 декабря. Укрепление Низовое, обороняемое всего 400 чел., выдерживало в течение 10 дней атаки многотысячной толпы горцев, пока не было выручено отрядом ген. Фрейтага. В середине апреля 1844 г. скопища Шамиля, предводимые Хаджи-Муратом и наибом Кибит-Магома, приблизились к Кумыху, но 22 числа были совершенно разбиты кн. Аргутинским, близ с. Марги. Около этого времени потерпел поражение сам Шамиль, у дер. Андреевой, где встретил его отряд полк. Козловского, а у с. Гилли горцы были разбиты отрядом Пассека. На Лезгинской линии возмутился бывший до тех пор нам верным элисуйский хан Даниель-бек (см.). Против него направлен был отряд ген. Шварца, который рассеял мятежников и овладел аулом Элису, но самому хану удалось бежать. Действия наших главных сил шли довольно успешно и закончились приведением в покорность Даргелийского округа (Акуша и Цулахар); затем приступлено было к устройству передовой чеченской линии, первым звеном которого явилось укрепление Воздвиженское (см.), на р. Аргуни. На правом фланге блистательно был отбит штурм горцев на укрепление Головинское, в ночь на 16 июля. В конце 1844 г. назначен был на Кавказ новый главнокомандующий, граф М. С. Воронцов (см.). Он прибыл ранней весною 1845 г., а в июне двинулся с большим отрядом в Андию и затем к резиденции Шамиля — Дарго (см.). Экспедиция эта кончилась истреблением названного аула и доставила Воронцову княжеский титул, но стоила нам огромных потерь. На черноморской береговой линии, летом 1845 г., горцы покушались овладеть фортами Раевским (24 мая) и Головинским (1 июля), но были отбиты. С 1846 г. на лев. фланге приступлено к упрочению нашей власти в занятых уже землях, возведением новых укреплений и казачьих станиц, и к подготовке дальнейшего движения вглубь чеченских лесов, посредством вырубки широких просек. Победа кн. Бебутова, вырвавшего из рук Шамиля только что занятый им, трудно доступный аул Кутиши (в средн. Дагестане), имела результатом совершенное успокоение Кумыкской плоскости и предгорий. На черноморской береговой линии убыхи (до 6 тыс. чел.) предприняли, 28 ноября, новое отчаянное нападение на Головинский форт, но были отражены с большим уроном. — В 1847 г. кн. Воронцов осадил Гергебиль (см.), но, вследствие распространения в войсках холеры, должен был отступить. В конце июля он предпринял осаду укрепленного аула Салты, который, несмотря на значительность наших осадных средств, продержался до 14 сентября, когда он был очищен горцами (см. Салты). Оба эти предприятия стоили нам около 150 офицеров и более 2 1/2 т. нижних чинов, выбывших из строя. В Джаро-Белоканский округ вторглись скопища Даниель-бека, но 13 мая были совершенно разбиты при ауле Чардахлы. В половине ноября толпы дагестанских горцев вторглись в Казикумых и успели овладеть, но ненадолго, несколькими аулами. — В 1848 г. выдающимся событием является взятие Гергебиля (7 июля) кн. Аргутинским. Вообще давно уже не было на Кавказе такого спокойствия, как в этом году; только на Лезгинской линии повторялись частые тревоги. В сент. Шамиль попытался было овладеть укреплением Ахты, на Саиуре, но это ему не удалось (см. Ахты). В 1849 г. осада аула Чоха, предпринятая кн. Аргутинским, стоила нам больших потерь, но не имела успеха. Со стороны Лезгинской линии совершена была ген. Чиляевым удачная экспедиция в горы, завершившаяся поражением неприятеля под аулом Хупро. — В 1850 г. систематическая вырубка лесов в Чечне продолжалась с прежнею настойчивостью и сопровождалась более или менее жаркими делами. Этот образ действий, ставя враждебные нам общества в безвыходное положение, принудил многие из них заявить безусловную покорность. Той же системы решено было придерживаться и в 1851 г. На правом фланге предпринято наступление к р. Белой, с целью перенести туда нашу передовую линию и отнять у враждебных абадзехов плодородные земли между этой рекой и Лабой; кроме того, наступление в эту сторону вызывалось появлением на зап. Кавказе агента Шамиля, Магомет-Эминя, который собирал крупные партии для набегов на наши прилабинские поселения, но был разбит 14 мая. — 1852 г. ознаменовался блестящими действиями в Чечне, под руководством начальника лев. фланга, кн. Барятинского, проникшего в недоступные дотоле лесные убежища и истребившего множество враждебных аулов. Успехи эти омрачены были лишь неудачною экспедицией полк. Бакланова к аулу Гурдали. В 1853 г. слухи о предстоящем разрыве с Турцией возбудили в горцах новые надежды. Шамиль и Магомет-Эминь, собрав горских старшин, объявили им о полученных от султана фирманах, повелевающих всем мусульманам восстать против общего врага; говорили о скором прибытии турецких войск в Грузию и Кабарду и о необходимости решительно действовать против русских, будто бы ослабленных отправкою большей части военных сил на турецкие границы. Однако, в массе горцев дух уже настолько упал, вследствие ряда неудач и крайнего обнищания, что подчинять их своей воле Шамиль мог лишь посредством жестоких наказаний. Задуманный им набег на Лезгинскую линию кончился полною неудачей, а Магомет-Эминь, со скопищем закубанских горцев, был разбит отрядом генерала Козловского. Когда последовал окончательный разрыв с Турцией, то на всех пунктах Кавказа решено было держаться с нашей стороны преимущественно оборонительного образа действий; однако, расчистка лесов и истребление у противника средств продовольствия продолжались, хотя и в более ограниченных размерах. В 1854 г. начальник турецкой анатолийской армии вступил в сношение с Шамилем, приглашая его двинуться на соединение с ним со стороны Дагестана. В конце июня Шамиль вторгнулся в Кахетию; горцы успели разорить богатое селение Цинондаль, захватить в плен семейство его владетеля и разграбить несколько церквей, но, узнав о приближении русских отрядов, обратились в бегство. Покушение Шамиля овладеть мирным аулом Истису (см.) не имело успела. На правом фланге пространство между Анапой, Новороссийском и устьями Кубани было нами оставлено; гарнизоны Черноморской береговой линии еще в начале года были увезены в Крым, а форты и др. постройки взорваны (см. Восточная война 1853—56). Кн. Воронцов еще в марте 1854 г. оставил Кавказ, передав управление ген. Реаду, а в начале 1855 г. главнокомандующим на Кавказе назначен был ген. Н. И. Муравьев. Высадка турок в Абхазию, не смотря на измену владетеля ее, кн. Шервашидзе, не имела вредных для нас последствий. По заключении Парижского мира, весною 1856 г., решено было воспользоваться действовавшими в Аз. Турции войсками и, усилив ими К. корпус, приступить к окончательному завоеванию Кавказа.

Новый главнокомандующий, кн. Барятинский, главное внимание обратил на Чечню, покорение которой возложено им было на начальника левого крыла линии, ген. Евдокимова — старого и опытного кавказца; но и в других частях Кавказа войска не оставались бездеятельными. В 1856 и 1857 гг. мы достигли следующих результатов: на правом крыле линии занята Адагумская долина и устроено укрепление Майкоп. На лев. крыле так называемая "русская дорога", от Владикавказа, параллельно хребту Черных гор, до укрепления Куринского на Кумыкской плоскости, вполне довершена и упрочена вновь устроенными укреплениями; по всем направлениям прорублены широкие просеки; масса враждебного населения Чечни доведена до необходимости покориться и выселиться на открытые места, под наш надзор; округ Аух занят и в центре его возведено укрепление. В Дагестане окончательно занята Салатавия. По Лабе, Урупу и Сунже устроено несколько новых казачьих станиц. Войска везде приближены к передовым линиям; тыл наш обеспечен; огромные пространства лучших земель отрезаны от враждебного нам населения и, таким образом, значительная доля ресурсов для борьбы вырвана из рук Шамиля.

На Лезгинской линии, вследствие вырубки лесов, хищнические набеги сменились мелким воровством. На берегу Черного моря, вторичное занятие Гагр положило начало обеспечению Абхазии от вторжений черкесских племен и от враждебной нам пропаганды. Действия 1858 г. в Чечне начались занятием считавшегося неприступным ущелья р. Аргуна, где Евдокимов приказал заложить сильное укрепление, названное Аргунским. Поднимаясь вверх по реке, он достиг, в конце июля, аулов Шатоевского общества; в верховьях Аргуна заложено им было новое укрепление — Евдокимовское. Шамиль попытался отвлечь наше внимание диверсией к Назрану, но был разбит отрядом ген. Мищенко и едва успел убежать в незанятую еще нами часть Аргунского ущелья. Убедившись, что власть его там окончательно подорвана, он удалился в Ведень — свою новую резиденцию. С 17 марта 1859 г. приступлено было к бомбардированию этого укрепленного аула, а 1 апреля он взят штурмом

Шамиль, видя грозящую отовсюду опасность, бежал в свое последнее убежище на горе Гуниб, имея при себе всего 332 чел. самых фанатических мюридов со всего Дагестана. 25 августа Гуниб был взят штурмом, а сам Шамиль захвачен в плен кн. Барятинским.

2.4. Завершение войны.

Взятие Гуниба и пленение Шамиля могли считаться последним актом войны на вост. Кавказе; но оставалась еще западная часть края, населенная воинственными и враждебными нам племенами. Действия в Закубанском крае решено было вести согласно с усвоенною в последние годы системой. Туземные племена должны были покоряться и переходить на указываемые им места на плоскость; в противном случае их оттесняли далее в бесплодные горы, а оставленные ими земли заселялись казачьими станицами; наконец, по оттеснении туземцев с гор к морскому берегу, им оставалось или перейти на плоскость, под наш ближайший надзор, или переселиться в Турцию, в чем предполагалось оказывать им возможное содействие. Чтобы скорее осуществить этот план, кн. Барятинский решил, в начале 1860 г., усилить войска правого крыла весьма крупными подкреплениями; но восстание, вспыхнувшее в только что успокоенной Чечне и частью в Дагестане, заставило временно отказаться от этого. Действия против тамошних мелких шаек, предводимых упорными фанатиками, затянулись до конца 1861 г., когда все попытки к возмущению были окончательно подавлены. Тогда только можно было приступить к решительным операциям на правом крыле, руководство которыми поручено было покорителю Чечни, Евдокимову. Войска его были разделены на 2 отряда: один, Адагумский, действовал в земле Шапсугов, другой — со стороны Лабы и Белой; особый отряд направлен для действий в низовьях р. Пшиш. Осенью и зимой устроены казачьи станицы в Натухайском округе. Войска, действовавшие со стороны Лабы, закончили устройство станиц между Лабой и Белой и прорезали просеками все предгорное пространство между этими реками, что понудило тамошние общества частью переселиться на плоскость, частью уйти за перевал Главного хребта. В конце февраля 1862 г., отряд Евдокимова двинулся к р. Пшех, до которой, несмотря на упорное сопротивление абадзехов, прорублена была просека и проложена удобная дорога. Всем обывателям, жившим между реками Ходзь и Белой, велено было немедленно переселиться на Кубань или Лабу, и в течение 20 дней (с 8 по 29 марта) переселено было до 90 аулов. В конце апреля, Евдокимов, перейдя Черные горы, спустился в Даховскую долину по дороге, которую горцы считали для нас недоступной, и устроил там новую казачью станицу, замыкавшую Белореченскую линию. Движение наше в глубь Закубанья встречено было повсюду отчаянным сопротивлением абадзехов, подкрепляемых убыхами и другими племенами; но попытки неприятеля нигде не могли увенчаться серьезным успехом. Результатом летних и осенних действий 1862 г., со стороны Белой, было прочное утверждение наше на пространстве, ограниченном с запада pp. Пшиш, Пшеха и Курджипс. В начале 1863 г. противниками русского владычества, на всем протяжении Кавказского края, оставались одни лишь горские общества на сев. склоне Главного хребта, от Адагума до Белой, и племена приморских шапсугов, убыхов и др., жившие на узком пространстве между морским берегом, южным скатом Главного хребта, долиной Адерби и Абхазией. Окончательное покорение страны выпало на долю великого князя Михаила Николаевича, назначенного наместником Кавказским. В 1863 г. действия войск Кубанской обл. должны были состоять в распространении русской колонизации края одновременно с двух сторон, опираясь на Белореченскую и Адагумскую линии. Действия эти пошли настолько успешно, что поставили горцев сев.-зап. Кавказа в безвыходное положение.

Уже с половины лета 1863 г. многие из них стали выселяться в Турцию или на южный склон хребта; большая их часть покорилась, так что к концу лета число выходцев, водворенных на плоскости, по Кубани и Лабе, дошло до 30 т. человек. В начале октября абадзехские старшины явились к Евдокимову и подписали договор, по которому все одноплеменники их, желавшие принять русское подданство, обязывались не позже 1 февраля 1864 г. начать переселяться на указанные им места; остальным давался 2 1/2- месячный срок для выселения в Турцию. — Покорение северного склона хребта было закончено. Оставалось перейти на юго-зап. склон, чтобы, спускаясь к морю, очистить прибрежную полосу и приготовить ее к заселению. 10 октября войска наши поднялись на самый перевал и в том же месяце заняли ущелье р. Пшада и устье р. Джубы. Начало 1864 г. ознаменовалось волнениями в Чечне, возбужденными последователями новой мусульманской секты Зикр.; но волнения эти вскоре были усмирены. На зап. Кавказе остатки горцев сев. склона продолжали выселяться в Турцию или на Кубанскую плоскость; с конца февраля приступлено было к действиям на южн. склоне, которые завершились в мае покорением округа Ахчипсхоу, в верховьях р. Мзымты. Массы туземных обывателей оттеснены были к морскому берегу и прибывшими турецкими судами отвозились в Турцию. С занятием Ахчипсхоу, на всем Кавказе уже не оставалось ни одного племени, нам непокорного. 21 мая 1864 г. в лагере соединившихся русских колонн, в присутствии великого князя главнокомандующего, отслужен был благодарственный молебен по случаю окончания долговременной борьбы, стоившей России неисчислимых жертв. С этих пор если и происходили по временам мятежные вспышки в разных пунктах Кавказа, то усмирение их не требовало ни много времени, ни особенных усилий.

Капитуляция абхазов в урочище Кбаада считается официальной датой окончания Кавказской войны.

Началось массовое переселение горцев, не желавших подчиняться русскому царю. И не имевших уже сил сопротивляться ему. Побережье заметно опустело. Однако отдельные очаги сопротивления русским властям сохранялись до 1884 года. Войну признали оконченной, но она никак не хотела кончаться.


Заключение.

Кавказская война рассматривалась историками то как широкое освободительное национально-освободительное и антифеодальное движение, имевшее прогрессивный характер, то как реакционное движение воинствующего ислама.

Шамиль, вождь горских народов, прошёл в историографии путь от национального героя до турецкого или британского ставленника или даже шпиона.

"В мемуаристике периода Кавказской войны – в воспоминаниях лиц, не принимавших непосредственного участия в боевых действиях и не бывавших на Кавказе, эта тема возникает достаточно редко. Война в Афганистане и война в Чечне волновали и волнуют наших современников гораздо острее, чем война на Северном Кавказе беспокоила общество первой половины прошлого века. И это само по себе подлежит осмыслению.
В литературе художественной кавказские сюжеты – если учесть длительность войны – сравнительно немногочисленны.

"В основе взгляда Пушкина и Лермонтова на кавказскую драму лежала уверенность в неизбежности включения Кавказа в общероссийский мир. У Пушкина есть замечательное по своей простоте и фундаментальности выражение – “сила вещей”. Не сомневаясь, что “силой вещей” Кавказ обречен стать частью империи, оба великих поэта старались вникнуть в сознание горца и объяснить особенности этого сознания русскому обществу, чтобы смягчить, гуманизировать тяжкий для обеих сторон, но неотвратимый процесс…"

"Пушкина и Лермонтова, осознавших неумолимую “силу вещей”, волновала прежде всего не степень вины того или другого народа. Они стремились не проклясть и обличить, но отыскать возможность совмещения двух глубоко чуждых миров, видя в этом единственный выход из трагических коллизий…"

Список использованной литературы :

1. Е. Гильбо "Предыстория Кавказской войны" М., 1998

2. Большая Историческая Энциклопедия (БИЭ) т.10. М., 1972

3. Журнал "Родина" № 3-4, 1994

4. Журнал "Преподавание истории в школе №6, 1999

5. Журнал "Дружба народов" №5, М., 1994

6. Журнал "1 сентября" №64, 1997

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий