регистрация / вход

Пещерные города Крыма

Мангуп, средневековый город-крепость в Бахчисарайском районе Крыма, столица православного княжества Феодоро. Городище Бакла, расположенное на живописном северо-восточном конце Внутренней гряды. Качи-Кальон, Эски-Кермен, церковь святой Софии, Челтер.

Пещерные города Крыма


Пещерные города

Удобство изучения геологических объектов, простота извлечения окаменелостей древних животных и сбора коллекций привлекают сюда специалистов со всего мира. Ну а ювелиры работают с крымскими самоцветами из группы кварца: сердолик, яшма, агат, халцедон, горный хрусталь. Их не сложно найти и среди обычной пляжной гальки. А среди торговцев сувенирами можно встретить знатока, который расскажет о свойствах этих камней, а может и познакомит с ювелирами или коллекционерами.

Геологические процессы подобны цирковому иллюзиону: драматично, наглядно, но до конца необъяснимо. Священные источники, противоречащие законам гидрологии и гравитации; подземные лабиринты в десятки километров; вулканические жерла, опрокинутые набок; скальные массивы без оснований, возникшие невесть откуда; морские раковины на километровой высоте; вечные льды и ледниковые валуны; песчаные косы, меняющие свои границы, как заблагорассудится… Все эти каменные хаосы, истуканы, каньоны, пещеры, водопады не просто красивы, а божественно красивы и хранят в себе жертвенную кровь, нередко и человеческую.

Мангуп

Дори, Феодоро, Мангуп-Кале- все это старинные названия одного и того же города, причем последнее наименование появилось во времена протектората Османской империи на Крымском полуострове. Во второй половине пятнадцатого века Готия, столицей которой и являлся Мангуп-Кале (в те времена еще называвшийся Феодоро), попала под влияние турецких султанов и династия гото-греческих князей прекратила существование. В настоящий момент сложно сказать, в какой период времени появилась эта династия, предположительно, во времена господствования Трапезундской империи (начало тринадцатого века). Однако город, носивший имя Феодоро, благоденствовал и раньше (шестой век) и благодаря защите императора Юстиниана Великого, появились крепости Алустон и Гурзувиты- как щит от вторжения гуннских племен.

Нет точных сведений о том, когда в Тавриду пришли первые готы. Вполне возможно, что они вынужденно пришли сюда, будучи притесняемыми гуннами. В одном ряду с такими крепостями, как Неаполись, Палакион, Хава, место, ставшее впоследствии Мангупом, было очень удобным для обороны от врагов, причем необходимо заметить, что и до прихода готов там существовали поселения людей (приблизительно второй- первый века до нашей эры). С большой степенью уверенности можно предположить, что место это населяли тавры- аборигены прибрежных областей. При наличествующих условиях- ключи с великолепной водой, большое количество лесов вокруг поселения, населенных и зверями и птицами, достаточно высокая степень защищенности от вторжений извне, а также возможность создания жилья в пещерах вблизи Мангупа - немудрено, что Мангуп скорее всего был прибежищем для первых людей. С достаточной большой степенью вероятности можно утверждать, что Мангуп издавна был пристанищем людей.

Предполагаемые исследования были бы целесообразны не только на территории Мангупа, но и в имеющихся горных ущельях. В последнем десятилетии шестнадцатого века в городе случился сильный пожар, после которого Мангуп уже не поднялся из руин. Однако крепость была пристанищем для правителей в то время, пока страну лихорадило. Как отмечал П. Паллас, побывавший в Мангупе в девяностых годах восемнадцатого столетия, город был практически необитаем, последними ушли кожевники-евреи.

Единственное, что еще хоть как-то привлекало людей- наличие растений с дубильными свойствами, да еще и воды, которая также способствовала для данной работы. Именно поэтому в летние месяцы сюда приезжали евреи- сыромятники, выходцы из Чуфут-Кале. (по книге Pallas. "Reise..."). Во второй половине шестнадцатого века в город нанес визит М. Броневский. Его записи являются наиболее старыми и ценными. Последующие века также не прошли стороной мимо Мангупа- остались работы об исследовании города, которые велись П. Кеппеном, Дюбуа-де-Монпере и прочими исследователями. В восемнадцатом веке Мангупом вплотную занимался Ф.А.Браун (профессор Санкт-Петербургского университета), однако, к сожалению, по ряду причин он не смог закончить работу. В начале двадцатого века раскопками в Мангупе занимался Р.Х. Лепер, член Императорского Археологического Общества (работы также не были доведены до результата).

Если измерить верстами, то город Мангуп располагался на расстоянии шестнадцати верст от Бахчисарая и четырнадцати- от станции Бельбек, на территории Симферопольского края, взмывая вверх со крутой скалы высотой почти две тысячи футов. Внешне скала напоминает руку человека, растопырившего пальцы. Четыре коротких мыса словно четыре пальца на этой руке. В работе использован план из работ Дюбуа- де –Монпере. Несмотря на то, что план некоторым образом не отражает действительное положение вещей, он хорош тем, что на нем отмечены археологические ценности, существовавшие еще в первой половине девятнадцатого века. Каждая такая археологическая ценность, включая ущелья, располагающиеся там же, носит свое имя. На западе расположен мыс Чамнук-бурун, чуть севернее –мыс Чуфут-бурун, в северо-восточной части- мыс Гелли-бурун (или эллинский), на востоке расположен мыс Ташкли-бурун (от татарского слова «ТАШ», что означает «камень» или «крепостной мыс»), другое название этого места- Ташкин-бурун.Табана- дере- название ущелья, находящегося между Чамнук-буруном и Чуфут-буруном, другое ущелье, расположенное меж Чуфут-буруном и Гелли-буруном носит название Гаман -дере (иногда его называют еще и Хамам, и Аман).Капу-дере- «ворота», с одной стороны- Гелли –бурун, с другой- Ташкли-бурун. Пробраться на мангуп не так-то и просто, в свое время это было возможно лишь используя экипаж, объезжавший гору с юга и востока (там, где мыс Ташкли- бурун) по ущелью Капу-дере. Пешком же можно было пройти по тропкам, тянувшимся от Коджа-Сала (небольшое поселение, расположенное в северной части скалы) вдоль ущелий Хамам-дере и Табана-дере.

На территории горы валялся в большом количестве строительный мусор, уже оккупированный ближайшими кустами, однако в ряде мест (в том числе и у края обрывов) сохранились остатки былой роскоши в виде фрагментов стен с башнями разнообразной формы (круглая, четырехугольная, многогранная, зубчатая). Ташкли –бурун когда-то был отделен от общей композиции стеной, впечатляющей своим размахом, и находящегося внутри нее строения. Это было самое защищенное место Мангупа, его сердце, охраняемое обрывами, внушавшими ужас и окружившими постройку с юга, севера и востока, и лишь с одной стороны (запад) щитом служили та самая стена, что упомянута выше. Сама стена находилась в отличном состоянии, ширина ее равнялась почти четырем аршинам. Здание же, которое так тщательно охранялось, было весьма высоким и насчитывало два этажа. По мнению исследователей, данная постройка есть жилище властителей Готии, тех самых гото-греческих князей, что правили в Мангуле. Во времена, предшествовавшие османскому владычеству, дворец представлял собой замечательное зрелище, подтверждением чему служат сохранившиеся декоративные элементы на окнах. Однако при более тщательном исследовании становится ясно, что частью этот декор был изъят из иных сооружений (скорее всего, старинных культовых сооружений), поскольку можно проследить общие тенденции при изучении архитектуры последних.

Во времена господствования Османской империи замок сменил свое основное предназначение на иное, более скорбное- он был своеобразной тюрьмой. Как свидетельствовал Мартин Броневский, зачастую крымские ханы, не найдя консенсуса с послами других государств, помещали последних именно туда.

Лишнее доказательство смены функционального предназначения строения- наличие лишь части окон, большая площадь которых закрыта камнями. Изыскания Р.Х. Лепера (имеется в виду Ташкли-бурун, а конкретнее- его восточная часть) привели к обнаружению церкви, расположенной в горе. Данное сооружение имеет четырехугольную форму и увенчано алтарной абсидой, имеющей форму усеченной сферы. Лестница, ведущая к ней, расположена в западной части. Вполне возможно, что потолочные конструкции были сделаны из дерева. В угловой части мыса расположена пещера в два этажа, называющаяся «Барабан-Коба». Верхняя и нижние части пещеры соединены лестницей. Наверху находятся два достаточно просторных помещения, было бы точнее сказать- камеры, ибо в первом уже помещении высечено чуть менее десяти отдельных камер маленьких размеров. Предположительно, они также выполняли функцию места заточения, где узники были прикованы каждый в своей камере. Здесь же имели место быть захоронения, частью исследованные.Однако более глубокие исследования должны рассказать, кто был там похоронен.

Одни лишь руины остались от некогда могучих стен, окружавших замок- поскольку это было менее защищенное место. Кстати, надо отметить, что пересекая Табан-дере стены становились двойными. Утопающие в зелени, бесподобно прекрасные, они невольно притягивают взор странников, и заставляются задуматься, ибо неухоженность их и разрушенность вызывают грустные чувства. Вид их возбуждает противоречивые чувства- с одной стороны, возникает желание вырвать с корнем всю растительность, что живой стеной окружила заброшенный город, и тут же- невозможно не растрогаться от той нежности, с которой зелень покрывает остатки былого могущества людей. Стены города испытали в полной мере власть времени- частично они разрушены до основания. Более всего повезло Чамнук-буруну, стены, спускающиеся с него к Капу-дере самые целые, там когда-то располагались Главные ворота, ведущие в крепость. Структура стен неоднородна, максимального размеры стен находятся на Ташкли- буруне, частично остались и стенные башни разнообразной формы. Внимательно изучив исходные материалы для постройки стен, можно прийти к выводу, что были использованы останки гораздо более ранних сооружений, а именно христианских культовых сооружений самого раннего периода. Отсюда же следует вывод, что стены были возведены в поздний период гото-греческого владычества, и частично даже османского. Необходимо отметить также и маленький щит, небольшую стену, охраняющую южную часть дворца, откуда шла тропинка вниз к храму, расположенному в горе (речь о нем дальше). Как уже было отмечено, замок и окружающая его стена некоторым образом отделен от собственно города, который жил своей жизнью, встречая дни в храмах, на улицах, площадях. Как отмечал Мартин Броневский, уже в то время в городе целыми были лишь две церкви- святого Константина и святого Георгия, не производящие никакого впечатления. Единственное, что как-то привлекало внимание- наличие генеалогического древа властителей Мангупа.

Возможно, что те храмы, которые нашел Лепер во время своей экспедиции, и есть те самые церкви, что описаны Броневским задолго до того.Кроме Лепера, эти же храмы были изучены (хотя конечные результаты были так и не найдены) профессором Брауном в конце девятнадцатого века. Предположительно церковью святого Геория можно назвать храм весьма небольших размеров в форме четырехугольника, расположенный на Гелли-буруне. Этот храм имел одну абсиду в восточной части и возвышался над склепом. Вход в храм находится в западной части. При строительстве был использован камень (местные породы), достаточно мягкий, уложенный с особым тщанием. Уцелела нижняя часть алтаря, а также престол, который базируется на более ранней постройке. Случившийся много лет назад пожар нанес невосполнимый урон храму, в настоящее время найдены лишь маленькие фрагменты декоративных украшений храма, а также бусы, кольца, серебряная монета. Как свидетельствуют источники, у входа в храм находились останки барельефа значительных размеров, изображавшего святого Георгия верхом на коне, поражавшего змея. Все, что осталось от барельефа- гигантский камень с нижней частью изображения святого покровителя церкви. Недалеко от храма находится кладбище, где в числе прочих находятся могилы, обычно относимые к еврейской традиции захоронения- то, что порой называется «двурогие могилы». Церковью же святого Константина предположительно является тот храм, исследование которого было начато Брауном, а продолжено –Лепером.

Храм имеет три абсиды и три нефа, построен в виде базилики. Как показали раскопки, проводимые в начале двадцатого века, храм «прожил» две жизни - в качестве огромного строения и в более скромном масштабе. Конечно же, случившийся пожар и здесь нанес колоссальный ущерб. Первоначально церковь создавала впечатление базилики с пятью нефами- благодаря имевшимся пристройкам (в южной и северной частях), также выполненных как нефы, которые разделяла стена. С большой долей вероятности можно предположить, что храм был огромен. Размеры церкви весьма внушающие - так, один лишь храм (исключив абсиду) насчитывал 35 аршин в длину и 38- в ширину. Размеры нефов, пристроек, нарфика также впечатляющи. Надо заметить, что неф, расположенный в центре выделен колоннами, имеющими форму восьмигранника, и выточенными из того же материала, который пошел на остальные конструкции. Также выточенные из камня, пьедесталы имеют форму куба, а размер каждой грани- почти двенадцать вершков. Западная часть служила вратами в храм, там же уцелели византийские кресты (расположенные внутри круга). О дате постройки церкви, соответствующей эпохе правления Юстиниана Великого, защитника готов, свидетельствует то, что в основном столбе, который располагается меж нефами (южный и центральный) заключена соответствующая надпись. Да, та эпоха вполне могла породить подобный храм.

В более позднее время церкви была отведена роль центрального культового сооружения, а то, что было пристроено по бокам, так и не было восстановлено. Пережившая возрождение, новая церковь святого Константина была построена в гораздо более позднее время, когда останки былого уже практически стерлись. И хотя во многом второй вариант храма соответствовал предшественнику, все же они не стали близнецами. К сожалению, лишь незначительные, чудом уцелевшие, части декоративного покрытия позволяют судить о том, насколько был храм красив.

Церковь окружает достаточно большое количество могил с памятниками. Так, у абсиды, расположенной в восточной части, их насчитывается более тридцати. Многие из них украшены декором в виде заплетенных лент либо же листьями и ветвями, вплетенными в шнуры. Как правило, могилы –христианские, лишнее подтверждение тому- уцелевшая на одном из них надпись об упокоении чтеца Стефана с семейством в середине пятнадцатого века. Подобного рода коллективное захоронение не было единичным, при расследовании церкви было найдено значительное число подобного рода могил. Здание, найденное по направлению на юго-восток от церкви, до сих пор представляет собой загадку. Предположительно (судя по качеству возведенной постройки) здание играло какую-то незаурядную роль в свое время. Данная постройка имеет вытянутую форму, в центре расположены колонны в два ряда. К юге обнаружены следы большого количества пристроек, а к северу- строение в форме башни. Интерес представляет часть большой надписи, сохранившаяся в виде двух кусков на греческом языке и с изображением орла с двумя головами в качестве герба.

По мнению Кеппена и других исследователей на территории города когда-то находилась синагога. Предположительно- в западной части. О том же говорил и Паллас, описывая евреев- кожевников.

В двух местах на территории Мангупа расположены церкви, сделанные в пещерах. Больший интерес представляет храм на юге Мангупа, в обрыве- так как уцелели тамошние фрески. Можно сказать, что сам храм находится в верхней части скалы, а нижняя же, которая соединена с верхом лестницей, расположена под храмом.

Вид церкви несколько напоминает прямоугольник с одной абсидой сферической формы. Внутри абсиды есть синтрон (то место, где сидят обычно священнослужители), ниша для святых даров, а также место для престола. Внутри храма покоятся три могилы (в центре и ближе к северо-западу). Сохранившиеся фрески, как правило, представляют собой убогое зрелище, однако некоторая часть уцелела. По ним можно предположить, что при написание фресок шло по сырой штукатурке, не используя резец, только лишь кистью. Изображение Спасителя по пояс, заключенное в овал, практически не уцелело. В верхней части нарисован крест шестиконечной формы, нижняя часть которого представляет собой как бы корни аканфа, ветви которого оплетают крест и всю нишу в целом. Различимы надписи, сделанные поверх основной перекладиной креста- слева и справа написаны буквы «I C» и «X C», а снизу по тому же принципу- «H I» «K A». Также лишь несвязные буквы остались от сделанной некогда надписи, написанной по рамке, что окантовывала нишу. Рамка, к сожалению, находится в удручающем состоянии. Как Царь Царствующих, восседает на троне Иисус Христос- в той позе, что традиционна для византийских царей - изображение это находится на абсиде. По правую руку от Спасителя была нарисована Дева Мария, по левую же, в противоположность Богоматери, находился Иоанн Предтеча. Основной цвет полусвода абсиды- темно-синий. Кроме Спасителя, Богоматери и Предтечи вокруг были изображены херувимы с шестью крылами, которые закрывали лица.

Ниже, под ликами Иисуса, Пречистой Девы и Иоанна Крестителя с херувимами были изображены полностью святители. Из уцелевших надписей можно лишь установить, что среди прочих были написаны Златоуст (или Хризостомос), а также святитель Григорий. Также присутствует изображение Спаса Нерукотворного- в середине триумфальной арки (ближе к церкви). Воином написан Архистратиг Михаил, изображенный справа от Спаса Нерукотворного. Рядом с Архистратигом Михаилом был написан Архангел Гавриил. К сожалению, да наших времен дожила лишь надпись об этом, само же изображение было смыто временем. По левую руку от Спаса Нерукотворного были написаны трое святых, изображение которых также в настоящий момент неразличимо практически. Еще левее- и можно увидеть картину Благовещения, весьма больших размеров.

Уцелела часть декоративного оформления в виде фресок, расположенная внутри свода, рядом с триумфальной аркой. По середине, заключенное в круг- лик Пречистой Девы по пояс, в этом же месте было сделано окно небольших размеров.

Заслуживают отдельного рассказа еще и разнообразные захоронения в скалах, найденные у древних ворот крепости (когда идешь к Капу-дере), а Табан-дере представляет собой кладбище еврейское с огромным числом погребений. Практически все они имеют памятники самых разнообразных форм- встречаются и упомянутыя выше «двурогие», и «однорогие», и в виде узкой трапеции, и широкой квадратной формы. Живыми зелеными охранниками- кустарниками окружены многие сотни таких вот памятников, разбросанные между двумя оборонительными стенами в Табан-дере.

Заканчивая повествование, нельзя не попробовать классифицировать проживавшие в Мангуле народы периода Османской империи (или даже и в более ранние времени). Ключом будут названия, данные тому или иному месту. Предположительно, татары и евреи селились ближе к западу Мангупа, у Табан-дере (там, где находится Чамнук -Чуфут-бурун), готы и греки жили у Гелли (эллинский)- буруна и на площади рядом с дворцом, в замке же (территория Ташкли-буруна) первоначально проживали гото-греки, а затем, после оккупации Османской империи - турки.

Бакла

Городище Бакла расположилось на живописном северо-восточном конце Внутренней гряды. Было ли удачно выбрано местоположение Баклинского укрепления? Ведь крепость просматривается со всех сторон, и свободно обстреливалась. Удачен ли выбор ее размещения при расположении на терассе, с обеих сторон которой крепость окружена высоким скалистым гребнем?

Исходя из этого, предположим, что вряд ли крепость служила как военное сооружение. А, рассматривая ее как убежище, можно согласиться с тем, что выбранная позиция очень удачно вписывается в окружающий ландшафт. Ведь горный массив, окружающий цитадель очень надежно скрывает ее от непрошенных гостей. Причем, приближаясь с севера, Вы не сможете обнаружить ее сразу, а только вплотную подойдя к ней.

Стены крепости настолько мощные, что легко выдержат любой натиск, конечно кроме осадных орудий, которыми в древности располагали только гунны.

Археологические находки подтвердили, что стены крепости покоятся на более раннем слое жизнедеятельности, относящемся к III-IV вв..В то время здесь кипела бурная хозяйственная деятельность, в основном процветало виноделие. Это подтверждают многочисленные находки тарапанов и пифосов.

Д.Л. Талис предположил, что первые стены цитадели были возведены в V в. византийскими строителями при совместных усилиях объединившегося местного населения для постройки надежного убежища от частых набегов кочевников.

Сейчас глядя на окрестности с самой высокой точки от находящегося здесь топографического знака с верхнего обрыва горного гребня, невозможно не восхищаться мастерством древних строителей и их выбором столь удачного расположения крепости.

Раскинувшиеся в долине поля находятся у подножия гребня, в туманной дымке просматривается великолепный горный пик Чатыр-дага, чуть правее мы видим Тепе-кермен, чей силуэт невозможно спутать с другими рядом расположенными горными вершинами. И, конечно же, обязательно посетите плато Чуфут-Кале. С него открывается великолепный вид окружающей Вас горной страны, окутанной утренним туманом, сквозь который проглядывают горные вершины. И, кажется, мы вот-вот услышим будничные звуки жизни Баклинского городища!

Качи-Кальон

Если ехать к Югу от Бахчисарая, не сворачивая с дороги вы попадете на раздольный правый берег реки Кача. В ее пойме распахнулась Качинская долина, на этом месте и остались разрушенный стены монастыря Качи-Кальон. Еще со средних веков хранятся обломки истории на этом месте.

Со старых времен этот ветхий город находится на 500 метров выше уровня моря, спрятался он с внутренней части гряды, прямо на отроге.

История Качи-Кольона покрыта пеленой неизвестности, потому, что не сохранилось ни одного письмена. Однако в народе говорят, что было там когда-то языческое капище «с истуканом того же имени». Известный исследователь Крымской истории Кондараки В.Х. считает, что это достоверные сведения.

Высокие скалы в том месте имеют пять природных гротов, в нескольких из них нет рукотворных пещер, но в остальных руками людей было выдолблено более пятидесяти помещений, которые между собой соединяются террасами и коридорчиками, во многих метах сохранились даже ступеньки, по которым много столетий назад ходили средневековые люди. Особенно много пещер между двумя гротами, там вся скала, будто муравейник испещрена следами человеческого бытия, которые ни как не сотрут с лица земли в течение сотен лет нескончаемые потоки ветра и дождя.

В одном из гротов есть полуразрушенные стены, которые явно предназначались для церкви. Стены украшены крестами, которые люди вырубали прямо в камнях, или рисовали краской. А в следующем гроте сохранилось больше тридцати пещер, каждая из которых хранит в себе тайну веков. Есть там еще широкий выступ, выдающийся из скалы, на нем когда-то установили оборонительные укрепления. Со стороны северо- запада это поселение прикрывает стена, метровую толщину которой, кажется невозможно было пробить, чуть дальше есть ворота двух метровой ширины, от них в поселение вел каменный коридор, от которого сегодня остались только крупные камни, служившие когда-то основанием. Есть еще там защитная башня, которая появилось где-то с десятого века, однако это строение представляет не меньший интерес для туристов и археологов.

Эски-Кермен

Руины города Эски-Кермен, что в переводе «Старая крепость», расположены на огражденном неприступными скалами тянущемся с севера на юг плато Столовой горы, вблизи села Залесного. Город, основанный в ранее средневековье, в начале VI века, был своего рода хорошо укрепленной крепостью, которая могла противостоять любому вооруженному противнику.

Скалистые обрывы были неприступны, в расщелинах возвышались боевые стены. Ворота и вылазные калитки были прекрасно защищены, в скалах были вырублены казематы – специальные помещения с бойницами и амбразурами. В Эски-Кермене, во время наступления неприятеля, кроме горожан могли укрыться до нескольких тысяч жителей окрестных деревень с личным имуществом и скотом.

Для того, чтобы добраться до Эски-Кермен, одного из самых крупных «пещерных городов» необходимо пересечь Каралезскую долину, проехав на автобусе от станции Сирень через село Танковое и Красный мак по севастопольскому шоссе. Туристы, за причудливые фигуры, созданные ветром в этой долине, называют эту местность Долиной сфинксов или Долиной химер. Наибольший интерес традиционно вызывает фантастический Змей, пьющий воду из реки Бельбек.

Выйдя из автобуса у села Залесного, поверните налево и, пройдя пешком, по лесной дороге около 5 км, вы увидите отвесные скалы Столовой горы. На ее плато и расположен основанный в начале VI века средневековый город Эски-Кермен, превращенный людьми и временем в руины.

По уровню укрепления, эски-керменская крепость была первоклассной. Подходы к городу для любого неприятеля были практически невозможны. Острые скалы, пещерные казематы, прекрасно защищенные ворота и вылазные калитки, боевые башни в расщелинах: все это укрывало горожан и жителей деревень в случае нападения неприятеля.

Прекрасно укрепленный, Эски-Кермен был сосредоточием ремесленных мастерских и центром торговых отношений. Город, по свидетельству археологов, был застроен по плану. При раскопках были найдены развалины зданий, храмы, расположенные под землей и на поверхности, хозяйственные пещеры.

В основе жизни города лежало сельское хозяйство. Плодородные равнины плато были благодатной почвой для развития виноградных плантаций, садов и огородов. При исследовании местности были обнаружены давно одичавшие виноградные лозы на трассированных участках. Ученые Крымского сельскохозяйственного института стремятся восстановить виноградные сорта, ряд проживших сотни лет виноградных лоз уже сейчас может быть использован как селекционный материал для выведения новых устойчивых сортов.

Восточнее Эски-Кермена, в балке Кафка, были обнаружены остатки оросительных сооружений.

Эски-Кермен, благодаря удачному местоположению, развитой экономике, близостью к Херсонесу – главному выходу из степных просторов, до конца VIII века оставался основным политическим и административным центром юго-западного Крыма. В конце VIII века произошло событие, которое изменило ход истории Эски-Кермена.

По мнению исследователей, судьбу Эске-Кермена изменило произошедшее в 787 году крупное восстание. Подавив восстание, хазарами была полностью разрушена система обороны города. Но и после этого город не исчез, а еще долго существовал после этого как неукрепленное поселение. Казематы были приспособлены жителями для хозяйственных нужд: в них разместились кладовые, стойла. Часть помещений были переделаны под усыпальницы, часовни и храмы.

По свидетельству археологов, почти все жители города были уничтожены в 1299 году после набега многочисленных орд темника Ногая. Эске-Кермен был разгромлен и выжжен, после чего уже не восстанавливался. От когда-то процветавшего города остались руины, заросшие дикими кустарниками и травой.

Польский дипломат Мартин Броневский, побывав на руинах города в 1578 году, сказал, что название Эски-Кермена как нельзя лучше подходит этому городу, ведь в переводе оно означает «старая крепость», а эти развалины «так древни, что ни турки, ни татары, ни сами греки не знают названия их».

Осматривать достопримечательности города лучше всего с его южной части, где когда-то находились главные ворота города. Добраться дотуда можно по огибающей плато с запада балке Джурла, но, лучше - обойдя с восточной стороны, тогда вы сможете осмотреть храм Трех всадников.

Храм Трех всадников был высечен в отдельной скалистой глыбе и, по оценкам экспертов, относится к XII веку. Между каменными столбами в восточной части когда-то был расположен деревянный иконостас. В северной части храма, над вырубленной в скале могилой на стене находится сильно пострадавшая от времени и разрушений фреска, изображающая трех всадников, за одним из которых видна фигура мальчика. Два всадника держат копья вертикально, остриями вверх, а тот, что расположен посередине, поражает копьем змея. Под изображением – надпись, выполненная на греческом языке. Фреска и надпись, предположительно, относятся ко времени основания храма: к XII или XIII веку.

В соседней скале, ориентировочно в это же время, были высечены ризница (кладовая) и две гробницы. Скалы, с высеченным в них храмом, ризницей и кладовой расположены на территории эски-керменского некрополя.

От храма недолго идти и до южных ворот. Когда-то к ним можно было пройти по дороге, которая выходила на площадку перед главными воротами. Ранее, у третьего марша дороги огибала выступ скалы и уходила на северо–восток передовая стена (протейхизма). Здесь, между стеной и скальным обрывом, находились еще двое последовательно расположенных передовых ворот. Противнику, для атаки главного входа в город, потребовалось бы овладеть ими или разрушить передовую стену.

Прямо над воротами находилась башня, с выступавшими по бокам боевыми площадками с парапетами. От нее, огибая плато, шла основная крепостная стена - к западному и восточному казематам. Казематы составляли фланги южного участка обороны города.

Даже пройдя передовые ворота и попав, наконец, к главным воротам, противник неизменно оказывался под перекрестным обстрелом с главной стены и боевых постов: надвратной башни и боевых площадок.

И вот, от всех этих первоклассных укреплений остались лишь вырубленные в скале «постели» - горизонтальные площадки - основы для городских стен, и следы на месте ворот и вылазных калиток. Высеченные в скалах помещения: небольшие церкви, улыпальницы и могилы были созданы уже позднее, после разрушения оборонительных сооружений города.

После осмотра южной части города, проходите через главные ворота. Когда-то ворота эти, стоявшие в начале вырубленного в скале коридора, были двустворчатыми и открывались внутрь. По бокам внизу еще сохранились углубления для столбов, к которым крепились массивные ворота, обитые кованым железом. Сводчатое перекрытие над воротами было разрушено, с точки зрения истории, совсем недавно. В начале XIX века, Павел Сумароков, писатель-академик побывал в Эски-Кермене, о чем написал в своем произведении «Досуги крымского судьи, или второе путешествие в Тавриду»: «При входе к нему просеченное в горе отверстие делает ворота, над ними виден складенный из камней свод...».

На месте боевых площадок по бокам ворот над основаниями, вырубленными в скале, были надстроены две небольшие часовни.

За воротами начинается главная улица – с коридора, высеченного в скале. По обеим сторонам каменного коридора расположены пещеры различного назначения: сторожка слева от ворот, пещера, служившая проходом в надвратную башню, «судилище»: комплекс смежных пещер. Все это вместе входило в состав огромного храма.

Судя по находящейся напротив входа ступенчатой скамьи (ситрона) апсиды с епископским креслом, в Эски-Кермене когда-то располагался центр епархии. Справа от апсиды располагались скамьи для паствы, слева – купель, потолок поддерживали четыре массивные колонны. Это - самая древняя часть храма, которая была сооружена одновременно с крепостью.

В более позднее время храм был расширен к северу: жители прорубили новый выход на главную улицу, в полу устроили могилы и усыпальницу. В то время, когда город находился без укреплений, храм расширили на восток: были вырублены два придела вправо от апсиды. Ко второму добавочному алтарю прорубили во внешней стене дверь. От этой двери деревянная лестница вела вниз, к могильнику.

Направляясь по плато на запад, вы попадете к первому пещерному каземату, который расположен в висящей скале. Скала нависает над дорогой, которая ведет в крепость.

В стенах казематов до сих пор сохранились специальные отверстия, шесть штук. Воины, находившиеся в каземате, защищали проход, располагавшийся в расщелине скалы. Возможно, через сохранившиеся в стенах каземата отверстия защитники города сбрасывали на противников камни, а через бойницы осыпали градом стрел.

В каземате находились два дополнительных прорубленных помещения: в первой пещере располагалась кладовая, в полу остались отверстия, предназначенные для установки сосудов. Вторая пещера, скорее всего, служила местом отдыха воинов.

К каземату сквозь расщелину можно было добраться по лесенке и перекидному мостику. На поверхности примыкающего к каземату мыска располагались зерновые ямы, в которых окрестными жителями делались запасы на случай долговременной обороны. В оборонительных мероприятиях традиционно участвовали все. Позднее, после разрушения городской стены, над казематом была построена наземная церковь.

На краю обрыва, между вторым и третьим казематами, находился небольшой пещерный храм, в который можно было добраться по высеченной в скале лесенке. В конце, предположительно XIII века, храм был украшен фреской с изображением успения Божьей Матери, отчего церковь носит название Успенского храма.

Изначально на этом месте была расположена цистерна для воды, входившая в систему обороны и созданная в одно время с крепостной стеной. Когда стена была разрушена, цистерну расширили, сделали сбоку проход, заложив горловину плитой. На месте цистерны сделали давильню винограда с резервуаром для сбора сока. В глубокой яме, по всей вероятности, находились пифосы (во время археологических исследований были обнаружены осколки). После того, как на месте цистерны устроили храм, яма была засыпана.

Исследования укреплений много говорят о военной обороне города, но о мирной жизни горожан известно куда меньше. Археологами было найдено всего два жилых дома, построенные на месте более древних оснований. Они относятся ко времени пребывания Эски-Кермен в качестве открытого поселения. Оба дома были двухэтажные, и, по словам, экспертов, погибли от огня.

Еще в городе были обнаружены давильня винограда, пифосы, когда-то содержавшие запасы проса. Рядом с домами располагались высеченные в скалах кладовые, которые закрывались настилами из досок. В кладовых и повалах видны ямы для установки пифосов.

Пройдя от места расположения жилых домов на запад по заросшей кустарником тропе, можно увидеть развалины большого христианского храма, который имеет форму базилики. Храм был построен в VI веке, вместе с крепостными стенами города, но впоследствии перестраивался. В записях М.Броневского мы находим упоминание о нем: «О былом значении и о славе Эски-Кермена свидетельствует храм, украшенный мраморными и серпентиновыми колоннами, хотя он повержен на землю и разрушен».

Прямоугольный храм имеет три полукруглые внутри и пятигранные снаружи апсиды, выступающие на восток. Исследователями установлено, что, разделенная колоннами на три нефа, базилика была разрушена в VIII или XIX веке, предположительно при набеге хазар. По всей видимости, горожане намеревались отстроить храм, для чего привезли к базилике мраморные колонны и капители. Но вместо восстановленного храма появилась неприглядная часовня, а остальная территория превратилась в кладбище.

Для решения важного в случае сражения или осады вопроса снабжения водой, в Эски-Кермене было устроен так называемый, «осадный колодец». Вернувшись от базилики к территории жилых кварталов, нужно выйти на тропу, ведущую вдоль склона на север. Пройдя около сотни шагов, среди кустарника можно увидеть четырехугольное отверстие. Это люк входа в коридор, ведущий вниз, в колодец. Вниз на шесть пролетов идет высеченная в скале крутая лестница. На каждом лестничном марше устроены вырубленные в скале предназначенные для освещения коридора небольшие окна. Внизу лестница заканчивалась десятиметровой каптажной галереей, в которую с потолка просачивалась вода.

Вероятно, из пещеры вода вытекала источником, который был перехвачен местными жителями в толще камня, до выхода из пещеры. По всей видимости, воды, которой по подсчетам в более раннее время постоянно находилось около 70 кубометров, вполне хватало для того, чтобы выдержать длительную осаду.

Вдоль западного обрыва, сейчас уже густо засыпанного землей и заросшего бурным кустарником, когда-то шла крепостная стена со всеми боевыми сооружениями.

Северная часть территории плато Эски-Кермена завершается небольшими, отдельно стоящими скалами, на которых остались вырубки, свидетельствующие о некогда висевших здесь деревянных мостиках.

Дойдя до северной части города, завершается экскурсия по руинам грозной крепости Эски-Кермена.

Церковь святой Софии

Еще в византийскую эпоху, предположительно в VIII-IX веках, была возведена скальная церковь св. Софии, ставшая главной святыней городища. Она просуществовала, как и почти все церкви этого региона, до 1778 г. – исхода греков-христиан из Крыма.

Как и большинство пещер крымских поселений, эта пещера тоже рукотворная. Помещение чуть больше пяти метров в длину, двух с половиной метров в ширину и свыше двух метров в высоту, овальной формы, было высечено в громадном обломке скалы. Высота помещения позволяет перемещаться по помещению, не пригибаясь. Подковообразная алтарная ниша отделялась от помещения с молящимися (наоса) алтарной преградой небольшой высоты. Углубление для престола – в полу алтарной части, ниши для икон – высечены в южной и северной стенах, и остатки древних могил внутри церкви.

В XIX веке храм был восстановлен местным помещиком Г.Хвицким и наречен именем святой Анастасии. Рядом с церковью расположен скальный обломок, в котором вырубили усыпальницу и высекли не стене крест в круге, символизирующие вечность. Вокруг усыпальницы – древнее кладбище с двускатными каменными надгробиями, которые украшены резьбой.

Рассказывают, что некоторое время назад все приходящие в Качи-Кальон встречали юношу, одетого в белый подрясник, который подметал в монастырских пещерах, ставил иконы в нишах и свечи у икон, молился в древних храмах и мечтал о духовной семинарии и монашестве. Этот юноша по имени Виталий Евтушенко – установил крест на вершине церкви. Подрясник он получил от монахов из Успенского монастыря, которые и стали его духовными наставниками.

Сейчас его там не встречают – возможно, его мечта сбылась, и он учится в одной из духовных школ.

Трудно предсказать, как сложится дальнейшая судьба крымских пещерных монастырей. Но будем надеяться, что жизнь монашеская здесь не угаснет. На это указывает то, что каждый раз на Мангуп-Кале или в Качи-Кальоне можно застать иноков, которые что-то делают в пещерах, хотя жизнь в них не легкая. И кто знает, может, в следующем году мы застанем здесь будничную монастырскую службу?

Главное, чтобы не ушли больше монахи с обжитого места.

Монастырь Челтер

Наконец показалось село Терновка, а за ним, уже можно разглядеть и стены Шулданского монастыря. А за стенами монастыря в отвесной скале различимы "черные глазницы". "Черные глазницы" - пещеры. Всего их насчитывается более пятидесяти, они расположены в четыре уровня. Все вместе они образуют монастырь Челтер.

Одно помещение полностью отличается от других, не только размерами, но и своим назначением. Оно чем - то напоминает место языческих обрядов. Свод этого помещения поддерживают пять колонн. Чуть ли не половину этого зала занимает "помост". По предположениям некоторых исследователей и археологов - это гигантская виноградодавильня - тарпан. Как и обычно в таких строениях восточная сторона отведена под храм. Храм - христианский. Совсем рядом с залом, в котором расположена виноградодавильня, обнаружены несколько внушительных по своим размерам ям, которые по всей видимости использовались для хранения зерна.

Историки и исследователи Крыма предполагают, что оба монастыря существовали во времена Крымского ханства. Именно эти монастыри были очагами христианства среди мусульманского населения Крыма. Монастыри Шулдан и Челтер, как впрочем и другие святые обители получали ежегодное содержание от государства Московского. Такое положение способствовало вытеснению из Крыма православной культуры греков.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий