регистрация / вход

Предстоящие в XXI веке стадии развития и реализации азерлийской национальной идеи

Исследования в области оптимальной национальной идеи для тюркского народа Азер - коренного населения Азербайджана. Влияние истории азеров на современную трактовку этнического возрождения азеризма как в республике, так и в других мусульманских странах.

АЗЕР АБДУЛ-АЛИ ОГЛЫ

ГАСАНЛИ (АЗЕРЧИ)

ПРЕДСТОЯЩИЕ В XXI ВЕКЕ СТАДИИ РАЗВИТИЯ И РЕАЛИЗАЦИИ АЗЕРЛИЙСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕИ


В процессах, как начального конституирования, так и последующего развития любой нации огромную созидательную роль призвана играть национальная идея, поскольку именно она во многом определяет основные ориентиры национального развития. И чем удачнее применяемая идея, тем успешнее протекают процессы развития нации. С целью поиска и выбора оптимальной национальной идеи для тюркского народа Азер уместно разработать различные ее научные версии, чтобы было затем из чего выбирать лучшую из них. Именно с этой целью я предпринял разработку предлагаемой ниже версии азерлийской национальной идеи. Для формулирования азерлийской национальной идеи вначале следует определиться с понятием национальной идеи, что, в свою очередь, потребует осуществить краткий анализ содержания понятия нации. С целью подобного анализа уместно вспомнить особенности процесса генезиса такого явления как нация.

Как известно, нация есть закономерное порождение капитализма. Именно капиталистическое развитие страны позволяет радикальным образом преодолеть относительную изолированность в экономической, политической, культурной, духовной и иных сферах отдельных территориальных частей феодальной народности, трансформируя ее в качественно новое образование – буржуазную нацию. В дальнейшем именно капиталистическое развитие обеспечивает последовательную эволюцию нации. В зависимости от стадии капиталистического развития страны нация приобретает определенную структуру этнической организации и соответствующую направленность своей этнической жизнедеятельности, что находит отражение в ведущих этнических целях, установках и интересах этноса. Как правило, эти базовые этнические цели, установки и интересы облекаются в форму национальной идеи. Очевидно, что, если та или иная базовая этническая идея воспринимается подавляющим большинством народа как идея, вокруг которой следует объединиться и которую необходимо реализовать, то эту идею, возможно, определить как национальную. Если нация на практике сплачивается вокруг подобной национальной идеи, то подобное объединительное действо выступает по существу как реакция нации на актуальные национальные проблемы.

Полагаю, национальную идею той или иной страны можно определить как такую идею ее титульной нации, которая в концентрированном виде воплощает в себе базовые национальные воззрения, обусловливающие формирование сходных доминирующих поведенческих установок и преимущественно идентичный тип реакции основной массы титульной нации страны, направленные на решение наличных и научно прогнозируемых на обозримое будущее актуальных общенациональных проблем. Функционирующая национальная идея на практике проявляется в форме такой мобилизации и организации решающей, доминирующей части этнических ресурсов, которая позволяет эффективно направить их на исполнение жизненно важных национальных задач. Этнические ресурсы возможно представить как совокупность наличного и научно прогнозируемого на обозримое будущее потенциалов развития этноса, которые выступают в виде совокупности его духовного и интеллектуального потенциалов, психической энергии, демографических ресурсов, геостратегических возможностей, территориального и экономического потенциалов. В зависимости от степени масштабности и тотальности национальных идей, времени их реализации, размеров национальных ресурсов, необходимых для их воплощения, национальные идеи могут быть стратегическими и тактическими. Поскольку наличный уровень развития этноса, как правило, бывает более ограничен по сравнению с его потенциальными возможностями развития, то этнос реализует лишь эти большие потенциальные возможности развития на протяжении нескольких последовательных этапов. Ту национальную идею, которая будет определять генеральное направление восходящего этнического развития на протяжении всех этих последовательных этапов, возможно, на мой взгляд, определить как стратегическую национальную идею. Те же идеи, которые, проистекая из стратегической национальной идеи, будут направлять восходящее развитие этноса в рамках каждого очередного качественно нового и специфичного этапа этнического развития, можно определить как тактические национальные идеи. Ниже будет сказано о стратегических и тактических национальных идеях азерского этноса в обозримом близком и отдаленном будущем.

Полагаю, в многонациональной стране ее национальная идея должна выступать как идея, которая построена в основном на базовых интересах доминирующей титульной нации. При этом основные интересы иных народов государства должны так представляться в национальной идее страны, чтобы их реализация не генерировала бы межнациональные противоречия, а содействовала снятию этих естественно возникающих в ходе развития противоречий, а также гармоничному развитию всех народов страны. Необходимость акцента в национальной идее страны на базовых интересах титульной нации предопределяется тем, что реализация любой общей для страны идеи в решающей степени зависит от усилий ее титульной нации. Кроме того, если национальные установки титульной нации удачны и обеспечивают ее расцвет, то это образует оптимальные условия для успешного развития также и всех других народов страны. И в то же время, если титульная нация в кризисе, то кризисные проявления неизбежно будут и у малочисленных народов страны, несмотря на все их усилия по дистанцированию от кризиса. Из сказанного следует, что в многонациональном Азербайджане успешной может быть только та национальная идея, которая будет построена главным образом на коренных национальных интересах азерского народа, составляющего подавляющее большинство населения страны.

Располагает ли Азербайджан сегодня, в самом начале ХХI века подобной национальной идеей? Увы, на мой взгляд, не располагает. Более того, думаю, по большому счету мы и в прошлом вообще не располагали вразумительной, четко сформулированной национальной идеей, которая была бы плодом фундаментальных научных исследований. Подобной национальной идеи у нас не было ни в период нашего пребывания в составе Российской империи, когда со второй половины ХЫХ века начался процесс постепенного генезиса азерской нации, ни в краткий, но весьма ценный для становления нации период независимой Азербайджанской Демократической Республики (АДР) 1918-1920 г.г., когда новорожденной нации в качестве национальной идеи предлагалась идея пантюркизма, превращавшая Азербайджан по существу в сателлита Турции, ни тем более в период нашего развития в составе Советского Союза с его доминирующей идеологией космополитичного пролетарского интернационализма, который обычно ориентировался на отрицание и подавление какой-либо специфичной национальной идеи.

Не удалось сформулировать оптимальную национальную идею и после восстановления государственной независимости Азербайджана в 1991 г., когда в течение короткого срока развитие страны направляли национал-демократы. В течении в целом плодотворного и чрезвычайно важного для формирования национального самосознания периода пребывания у власти тюркских национал-демократов в 1992-1993 г.г., они, к сожалению, совершили ряд досадных упущений в деле продуцирования национальной идеи. Увы, они не сумели произвести новую национальную идею, адекватную условиям конца ХХ века. Вместо этого они просто-напросто реанимировали основные национальные воззрения первого поколения национал-демократов, представленной правящей в 1918-1920 г.г. в АДР партией Мусават, и применили эти воззрения, не подвергнув их предварительной творческой переработке с учетом тех огромных изменений, которые претерпела азерская нация за 70 лет развития в составе Советского Союза. Национал-демократы не учли того главного обстоятельства, что состояние нации, уровень ее развития как в целом на уровне этноса, так и на уровне ее отдельных представителей в начале и в конце ХХ века различались коренным образом. Поэтому простая реанимация национальными демократами в 1992-1993 г.г. национальных воззрений мусаватистов, относящихся к 1918-1920 г.г., не могла быть и не стала успешной в плане генезиса национальной идеи хотя бы уже потому, что у мусаватистов начала ХХ века не было зрелой национальной идеи. Дело в том, что в деле генезиса национальной идеи в начале ХХ века ранние мусаватисты шли тем же путем, по которому полвека до этого в ХЫХ веке стали продвигаться буржуазные патриоты нарождающейся в Османской империи буржуазной турецкой нации – это был путь от доминирующего клерикального исламского самосознания к нарождающимся пантюркистским воззрениям. В начале ХХ века этническое самосознание представителей тюркского населения (кстати, и иных этносов, относящихся к исламской общине) в Азербайджане было еще нечетким, расплывчатым и находилось под прессом религиозного сознания – на вопрос о национальной принадлежности простые люди отвечали, что они мусульмане. Вместе с тем, эти люди вполне осознавали свою этническую родственность с тюрками Ирана и Турции. И это сознание этнической общности покрывалось содержанием термина «Тюрк» («Türk»). Поэтому не случайно, что в ходе формирования национального самосознания азеров в начале ХХ века происходит активация использования термина «Тюрк» с последующим закреплением его в качестве национального наименования азеров. На официальном уровне подобное закрепление состоялось в 1918-1920 г.г. в период правления мусаватистов в АДР, когда употребление термина «Тюрк» было резко востребовано, прежде всего, в среде нарождающегося слоя интеллигенции в качестве этнического самоназвания азеров. Подобное явление стимулировалось также воздействием активизировавшихся в то время процессов формирования общетюркского сознания среди тюркских народов бывшей Российской империи в связи с обретением ими самостоятельности после краха империи в конце 1917 г. в результате прихода к власти большевиков. Кроме того, активация использования термина «Тюрк» была обусловлена тяжелой ситуацией в Азербайджане, сложившейся в связи с начавшейся в 1918 году агрессией дашнакской Армении против едва возникшей независимой Азербайджанской Демократической Республики. Эта агрессия резко активизировала азербайджано-турецкие отношения, особенно в сфере военного сотрудничества, что также значительно стимулировало применение азерами термина «Тюрк» в качестве национального идентификатора. В результате в АДР сложились условия, которые в значительной степени ограничивали саму возможность активации термина «Азер» в качестве самоназвания азеров несмотря на то, что среди востоковедов Европы и Турции того времени в специальной литературе применялось название «Азери» в качестве этнического наименования тюркского населения Азербайджана и Ирана [1, с.21-22]. В отмеченных условиях произошла также резкая активизация идеи пантюркизма, которая стала оказывать огромное воздействие на процесс формирования национальных воззрений и установок правящей мусаватской партии, что, в частности, проявилось в фиксации в АДР на официальном уровне термина «Тюрк» в качестве названия азеров.

Парадоксально, но факт, что отмеченный выше сценарий исторических событий во многом опять повторился в конце ХХ века после восстановления государственной независимости Азербайджана – мы вновь наблюдаем очередную армянскую агрессию в Карабахе против новорожденного независимого азербайджанского государства. В связи с этой агрессией Азербайджан вновь остро нуждается в помощи братской Турции. В результате мы снова наблюдали резкую активизацию азербайджано-турецких отношений, огромный рост турецкого влияния в Азербайджане и как одно из следствий этого – активизацию попыток введения властвующими в 1992-1993г.г. национал-демократами термина «Тюрк» в качестве нашего официального этнического названия. Вновь процесс формирования национального самосознания у значительной части населения стал идти с ощутимым пантюркистским уклоном. И, тем не менее, в конце ХХ века подобный сценарий формирования азерлийского национального самосознания в целом уже не срабатывал и начинал давать сбои. Это было обусловлено, прежде всего, тем, что в отличие от начала ХХ века к концу этого же столетия мы уже имели в основном сформировавшуюся нацию с четко выраженным азербайджанским национальным самосознанием. Поэтому попытка национал-демократов заменить название нации с «азербайджанцы» на «тюрк» («türk») стала восприниматься многими азерами тюркского происхождения как деяние, которое имело негативный оттенок, поскольку, по их мнению, принижало их национальное достоинство и самолюбие. Другим негативом данной попытки стало осложнение межнациональных отношений в стране в связи с недовольством той части азербайджанцев, которые, будучи не тюркских корней, не успели еще пройти полный цикл естественной азерской ассимиляции и потому воспринимали смену названия народа как ущемление своего специфичного этнического самосознания.

Будучи азером тюркского происхождения, я также негативно отнесся к попытке национал-демократов заменить устоявшиеся названия нашего народа и языка. Поэтому еще в период власти национал-демократов я выступил с большой аналитической, критической статьей [2]. В статье приводились различные доводы по поводу неприемлемости наименования «тюрк» в качестве национального названия азеров. При этом главным аргументом был тот, что термин «тюрк» в соответствие со своей основной смысловой нагрузкой предназначен для наименования всей совокупности тюркоязычных народов, а не какого то одного из них. Поэтому никто из этих народов не может иметь права на присвоение этого общего названия в качестве своего специфичного национального наименования. В связи с этим попытка применения названия «тюрк» в качестве национального для азеров расценивалась в статье как очевидная смысловая ошибка наших национал-демократов. Кстати, я исхожу из того, что и анатолийские тюрки не имеют права «приватизировать» общетюркское наименование «тюрк» в качестве своего национального наименования. Справедливости ради следует отметить, что в Турции в различные периоды предлагалось несколько вариантов для иного наименования турецкой нации. В Турции тюркское население страны было сформировано из племен, относящихся к разным языковым подгруппам тюркской группы языков, имевших специфичные наименования. В связи с развернувшимися во второй половине ХЫХ века процессами складывания турецкой буржуазной нации возникла потребность в едином наименовании, новорожденной турецкой нации. Поскольку в качестве подобного интегрированного названия естественно выступил общий для различных тюркских племен термин «тюрк», то именно он и закрепился в Турции в качестве официального наименования.

В отличие от турок Турции азеры Азербайджана в вопросе выбора оптимального национального наименования находятся в более выгодном положении. Дело в том, что нам нет нужды придумывать какие-то названия для наименования нашей нации, поскольку мы располагаем исконным историческим наименованием «Азер» нашего народа и нам надо просто его восстановить, используя это наименование вместо довольно искусственного наименования «азербайджанцы». В связи с чрезвычайной важностью подобного вопроса унификации названий нашего народа и языка уместно привести следующие соображения.

На мой взгляд, унификация названий народа и языка будет оптимальной, если построить ее на основе ключевого для этнической истории нашего народа названия «Азер». Правда, вначале придется освободить это исконно тюркское название от преобладавшей ранее ираноязычной трактовки, согласно которой «Азер» означает огонь. Следует отметить, что современное освещение различных базовых вопросов древнего периода истории азеров, в том числе и в вопросе трактовки названия «Азер», пока не может считаться удовлетворительным. Дело в том, что современная историческая наука Азербайджана все еще находится в стадии переосмысления нашей древней истории в свете открывающихся новых исторических фактов, а также в ходе постепенного отхода от советской традиции идеологизированного, политизированного подхода к трактовке нашей древней истории. Как известно, в советский период молодой и неокрепшей исторической науке Азербайджана навязывался принцип искусственной иранизации древнего периода этнической истории нашего народа, лишая тем самым наш тюркский народ его генетических связей с древним тюркским шумерским этносом, внесшим огромный вклад в становлении основ древней цивилизации человечества. Таким образом, пытались лишить азеров естественной гордости за свою древнюю истории, нанося тем самым дополнительный удар по морали и свободолюбию патриотов, которые еще в конце 50-ых начале 60-ых годов прошлого века начали движение национального пробуждения и освобождения от оков советской тоталитарной системы. К сожалению, подобная антитюркская идеологическая подоплека советской исторической школы проявилась в Азербайджане также и в раскрытии семантики ключевого для нашего этноса термина «Азер» («Azяр»), который в советский период длительное время представлялся исключительно как фарсидский термин, означающий огонь. Следует отметить, что раскрытие подлинной семантики термина «Азер» довольно не простое дело. Это было обусловлено не только отмеченной идеологической направленностью трактовок исторических событий советской исторической школы, но и недостатком исторического материала и общей слабостью новорожденной исторической школы Азербайджана. В результате мы имели в советский период неполноценное и зачастую ошибочное освещение многих аспектов древней истории страны, в том числе и в вопросе верного установления этноязыковой идентичности населявших ее племен и народностей. Например, в первом томе академического труда «История Азербайджана», изданного в 1958 г., указывается, что название «Азербайджан» происходит от имени правителя страны Атропата, жившего в ЫВ веке до н.э. [3,с.44]. Однако последующие исторические изыскания наших ученых выявили ошибочность подобной трактовки. Так, установлено, что создатель «Авесты», священной книги зороастризма, Зардушт, живший в ВЫ веке до н.э., утверждал: «…мои мюриды – хранители огня, носители огня – азербаны, распространившись повсюду, вернулись в нашу страну Азербаган» [4]. Как видно, название Азербаган намного древнее названия Атропатена и уже поэтому название страны не может быть производно от имени правителя Атропата. Нетрудно заметить, что в названии Азербаган, или Аз-ер-ба-ган имеются все составные части более позднего названия Аз-ер-бай-джан.

Бурный период развития национального самосознания народа Азер и национальной исторической науки в Азербайджанской ССР в 60-ых годах ХХ века позволил выявить новые подходы в трактовке различных проблемных сторон нашей истории. Это дало возможность более эффективно и обоснованно вести борьбу с серьезными искажениями нашей истории. В освещении нашей истории сегодня можно выделить наличие двух противоположных подходов двух лагерей наших историков: один лагерь пытается иранизировать генезис народа Азер, а другой лагерь довольно успешно вскрывает новые факты и доказательства доминирующих тюркских корней автохтонного азерского народа страны. Подобная борьба идет, в частности, и вокруг трактовки названий «Азер» и «Азербайджан». Я разделяю убедительность позиций тех исследователей, которые дают тюркскую трактовку этих названий. А именно, согласно тюркской трактовке, название «Азер» («Azяr») состоит из компонентов «Аз» и «ер» («Az» и «яr»). «Аз» (фонетические варианты Аз/Ас) является названием тюркского народа «ас», широко расселенного в древности на просторах Азии. «Ер» (Ar/ Яr) по-тюркски означает человек, мужчина, в дальнейшем же этот компонент в сложных словах принял значение суффикса, означающего множество, народ. Таким образом, Аз-ер (Az-яr) означает по-тюркски «народ Аз». Одно из значений древнетюркской компоненты «бай» («bayat», «bay») в названии «Азербайджан» это бог, на тюркском же наречии компонента «кан»-«ган»-«джан» имеет значение места, благодатного места. Таким образом, значение названия Азербайджан раскрывается по-тюркски как благодатное место, где находится божество народа Азер, или благодатное место, которому народ Азер поклоняется и где он живет [5]. Полагаю, на верность подобной трактовки может указывать и сущность возникшего в Азербайджане учения зороастризма. Зороастризм, построенный на основе культа огня, обоготворял Азербайджан как страну, которая характеризуется выходящими на поверхность земли священными огнями. Наши ученые на основе фактов все более склоняются к мнению, что родной язык зороастрийцев-магов и их патриарха Зардушта был тюркским [6, с.246-256]. Это также указывает на то, что язык древних азеров был тюркским.

Переселившиеся на территорию нынешнего Ирана в начале I тысячелетия до н.э. ираноязычные племена в дальнейшем перенимают от зороастрийцев их религию огнепоклонства. Полагаю, активная приверженность древних азеров культу огня могла оказать на иранские племена столь сильное воздействие, что они ассоциировали название народа Азер с огнем. Следствием этого, думается, стало употребление названия Азер в иранских языках в значении слова «огонь». Подобный ассоциативный перенос понятий является обычным явлением в практике жизни. Таким образом, например, зачастую образуются псевдонимы, прозвища. При этом некоторые ираноязычные племена приняли название «Азер» как самоназвание, но в чуть иранизированном стиле «Азери» добавив фонему «и», именуя, кстати, этим же термином и свой язык. Таким образом, тюркское слово «Азер» привилось и у части пришлого ираноязычного населения. Кстати, некоторые попытки представления зороастризма как учения ираноязычных племен, основываясь на тексты «Авесты», неуместны, поскольку оригиналы «Авесты» были уничтожены ранее по приказу завоевателя Александра Македонского, из-за чего «Авеста» на языке оригинала не сохранилась. Заслуга фарсов заключалась лишь в том, что они частично восстановили текст «Авесты», но уже на своем иранском пехлевийском наречии.

Итак, пожалуй, главное для нашего этноса наименование «Азер» является исконно тюркским. Лаконичность, звучность этого термина делает его весьма удобным для формирования на его основе диверсифицированных названий национальности и языка. Полагаю, прибавляя к этой основе соответствующие грамматические формы, можно достичь оптимального уровня дифференциации между наименованиями нашей нации, национальности и языка, что позволит обеспечить более высокую языковую стилистику в этой сфере.

Представляется, что идущее из глубокой древности исконное тюркское название «Азер» нашего этноса возможно и сегодня использовать в качестве наименования этноса, народа, нации, соответственно – «Azяr qövmi» («Этнос Азер»), «Azяr xalqı» («Народ Азер»), «Azяr millяti» («Нация Азер»).

Для обозначения национальности представителей мужского пола предлагаю термин «Azяrli» («Азерлиец»), а женского пола – «Azяrlя» («Азерлийка»). Как видно, для идентификации национальной принадлежности мужчин к термину «Azяr» прибавляется суффикс «- li», а для обозначения женщин в суффиксе «-li» конечная фонема «-i»» сменяется на фонему «я». Подобный подход в деле терминологической дифференциации в номинативном обозначении людей в соответствии с признаком их половой принадлежности был предложен мной еще в 1993 г. для дифференциации национальных фамилий по признаку пола. В то время я предлагал, чтобы национальные фамилии, оканчивающиеся на суффикс «-li» и его производные, на суффикс «-çi» и его производные, использовались для обозначения мужских фамилий, а для обозначения женских фамилий я предлагал в отмеченных суффиксах сменить фонему «-i» на фонему «- я». Таким образом, фамилии вида, например, Hяsяnli или Dяmirчi – мужские, а вида Hяsяnlя или Dяmirчя – женские[7].

Далее, термин «Azяri», который ныне периодически используется для наименования и народа, и языка более оптимально, на мой взгляд, применять лишь для наименования языка – «Azяri dili» («Язык Азери»), поскольку исторически первоначально он использовался для обозначения языка.

Правильность подхода полновесной реанимации древнего названия «Азер» нашего народа для целей оптимизации современных названий титульной тюркской нации, национальности и государственного языка Азербайджана находит подтверждение с несколько неожиданной для нас стороны. А именно, посетивший несколько раз Азербайджан после восстановления государственной независимости всемирно известный норвежский путешественник и исследователь древних цивилизаций Тур Хейердал представил версию о возможно общих корнях азеров и норвежцев. Он проводил исследование наскальных надписей в Гобустанском наскальном заповеднике Азербайджана и установил идентичность изображения лодок на скалах Гобустана и на скалах Норвегии. Т. Хейердал отмечал, что согласно норвежской мифологии в начальные века нашей эры верховное божество норвежцев Один прибыл в Скандинавию из земли азеров, расположенной на западном побережье Каспия и территориально совпадающей с Азербайджаном. Один представляется как глава рода асов из страны Асахейм, который построил в Скандинавии военное укрепление Асгард. Как видно, в этих названиях делается акцент на слоге «ас», имеющий этнотопонимическое содержание. Поскольку Один прибыл в Скандинавию из места Асер, то его самого называли Асер-Один. В названии Асер произошла транслитерация буквы «з» в «с», т.е. в действительности это название звучит как Азер. Кстати, первоначально внимание норвежца к Азербайджану привлекло то, что титульный народ страны имел также самоназвание Азери. На основании отмеченных соображений Т. Хейердал пришел к выводу об общих предках азеров и норвежцев [8]. Итак, заново открывшиеся следы народа «аз» в древней истории Скандинавии с совершенно неожиданной для нас стороны подкрепляют приведенные аргументы в пользу полномасштабной реабилитации древнего названия «Азер» нашего народа в качестве современного названия не только титульного тюркского этноса независимого Азербайджана, но и всех частей нашего огромного этноса в различных регионах мира.

Итак, в ходе краткосрочного пребывания у власти независимого Азербайджана национал-демократов они своей необоснованной активацией в качестве названия титульного народа термина «тюрк», на мой взгляд, упустили шанс восстановления в качестве истинного названия нации нашего исконного термина «Азер».

В 1993 г. в Азербайджане национал-демократов у власти сменила бывшая коммунистическая номенклатура, которая исправила их ошибку, отказавшись от названия «тюрк» в качестве национального. Эта номенклатура вновь ввела в оборот в качестве национальных названий термины «азербайджанец», «азербайджанский язык», не активировав, к сожалению, для этих целей термины «азер» и «азери».

Вернувшим власть бывшим коммунистам, а точнее, коммуналистам, как я их называю, исходя из сущности строя коммунализма (а не социализма), который они пытались внедрить в Советском Союзе (анализ сущности коммуналистического строя представлен ниже), увы, также не удалось выработать оптимальную национальную идею. К подобному выводу приходишь в результате анализа идеи «азербайджанства» («azяrbaycanчыlыq»), используемой ими в качестве национальной идеи. Коммуналистическая трактовка этой идеи наполнила ее не столько национальным, сколько космополитическим содержанием, в соответствии с которым в этой идее делается акцент не на национальных интересах титульной азерлийской нации, а на гражданских интересах обезличенного в национальном плане населения страны. Согласно этой идее азербайджанцами называются не исключительно азеры тюркского происхождения как было раньше, а все жители страны, независимо от их этнической принадлежности. Иначе говоря, основа этой идеи не национальная, а космополитическая. В результате азербайджанство предстает в качестве обезличенной в национальном плане идеи, что является основным недостатком ее коммуналистической трактовки. Для внесения национальной определенности и конкретики в эту идею необходимо было построить ее, на мой взгляд, главным образом на базе национальных интересов титульного азерского этноса, к интересам которого следовало гармонично привязать интересы различных малочисленных народов страны. Этот подход был бы верным и по существу, и методологически, поскольку именно подобное соотношение в содержании национальной идеи интересов различных этносов страны может выступать как справедливое, и потому способствующее гармонизации межнациональных отношений в Азербайджанской Республике, сплачиванию малочисленных этносов вокруг титульной нации, наполняя понятие географического пространства страны содержанием той высокой духовности и святости, которая превращает простое географическое пространство в возвышенное понятие единой и неделимой Родины, которую любишь и которую готов защищать всеми доступными средствами. К сожалению, в трактовке коммуналистов азербайджанство рассматривается как идея в основном чисто территориальная, согласно которой представителям различных этносов предлагается объединяться с азерами лишь потому, что все они имеют удовольствие проживать на территории Азербайджана и быть его гражданами. В результате азербайджанство выступает в качестве не национальной, а космополитической идеи, приобретшей смысл синонима гражданства. В связи с этим для обозначения членов подобного сообщества граждан идеологи азербайджанства предлагают нам использовать предварительно ими же национально обезличенный термин «азербайджанец», называя азербайджанцами не только тюрок азеров, но также талышских, курдских, русских, лезгинских, аварских и иных жителей страны. В этой новой трактовке термин «азербайджанец» по существу лишился своей прежней национальной конкретики, которую он имел в советский период, идентифицируя лишь тюркское население Азербайджана. Итак, термин «азербайджанец» в официальной трактовке сегодня приобрел значение денационализированного понятия «гражданин Азербайджана». Тем самым, идея азербайджанства по существу выступает как денационализированная идея, лишенная естественной опорной базы в виде приоритетных национальных интересов титульной нации Азер. Кстати, отмеченная денационализированность идеи азербайджанства создает благоприятный идеологический фон для проявления сепаратистских настроений, поскольку в этой неоднозначной в национальном плане ситуации, с одной стороны, азерская нация во многом лишается своего титульного статуса, а также роли объединяющего страну начала, а с другой стороны, в условия подобного искусственно образованного ролевого вакуума у малых этносов страны появляется соблазн к гипертрофированной трактовке своих специфичных этнических интересов, особенно если им удается овладеть частью важных государственных рычагов. Иначе говоря, в отмеченной трактовке идея азербайджанства как бы выбивает из под фундаментальной идеи нашего государственного устройства – идеи унитарности – ее базовую основу в виде национальных интересов государствообразующего народа Азер.

Полагаю, подобная космополитическая трактовка коммуналистами идеи азербайджанства не случайна. Воспитанные на традициях советского космополитического пролетарского интернационализма коммуналисты придают фактору национальных интересов в многонациональной стране негативный оттенок, относясь к нему как к конфликтогенному фактору, несущему якобы потенциальную угрозу разъединения народов. Коммуналисты хорошо помнят, что именно национальный фактор сыграл немалую роль в крахе СССР (хотя, в действительности крах СССР был результатом формационной недееспосбности коммунализма, одним из внешних проявлений которой и стали национальные противоречия). Итак, в трактовке коммуналистов идея азербайджанства выступает на деле как денационализированная, космополитизированная противоположность истинно национальной идеи. На практике подобный деструктивный подход коммуналистов проявился, например, в изъятии ими из удостоверений личности, играющих роль внутригосударственных паспортов Азербайджана, которые, кстати, называются национальными, самой важной для национальной идентификации личности графы – графы «национальность». Очевидно, что подобная сократительная операция в национальных паспортах означает нарушение прав граждан на документальную фиксацию своей национальной принадлежности, чем, кстати, наносит серьезный ущерб процессу развития и закрепления национального самосознания представителей различных этносов Азербайджана. Причем, самый большой вред при этом наносится, на мой взгляд, именно азерской нации. Дело в том, что основные контингенты нашего народа на территории Ирана, Турции, Ирака до сих пор не имеют возможности реализовать естественное право на документальную фиксацию своей национальной принадлежности. Это выступает в качестве серьезной помехи в деле формирования и закрепления их азерлийского национального самосознания, а также является одной из причин иноэтничной ассимиляции азеров в этих странах. Кроме того, из-за отсутствия возможности документальной фиксации национальной принадлежности азеров в этих странах сегодня невозможно установить точную численность азеров в мире. Поэтому нашим общеазерлийским национальным интересам отвечало бы введение в этих странах порядка документальной фиксации в национальных паспортах национальной принадлежности живущих в них азеров. В этом смысле восстановление графы национальность в паспортах азеров независимого Азербайджана может стать стимулирующим примером для азеров сопредельных стран в деле инициации их требования относительно аналогичной документальной фиксации своей национальной принадлежности в странах проживания. К сожалению, в независимом Азербайджане пока, что демонстрируют прямо противоположный общеазерлийским национальным интересам негативный пример в виде устранения из наших паспортов графы национальности. Поэтому считаю, что одним из первоочередных дел будущей патриотической власти должно стать восстановление в наших паспортах графы «национальность». Это есть наш долг перед самими собой, своими детьми и перед всем общеазерлийским сообществом. При этом для обозначения национальности азеров, думается, более оптимально использование лишь названия «Азерли» («Azяrli»). Из вышеприведенной аргументации, полагаю, однозначно следует вывод о неприемлемости для целей нашей национальной идентификации вариантов «Тюрк» (Türk») или «Азербайджанец» («Azяrbaycanlы»). Тем не менее, учитывая актуальность проблемы национальной идентификации уместно привести дополнительные соображения о неприемлемости названия «Азербайджанец» в качестве нашего национального наименования.

Как видно, термин «Азербайджанец» производен от названия страны «Азербайджан». Вообще-то известны примеры образования названия народа от названия страны, что часто бывает результатом случая или следствием отсутствия устоявшегося общепринятого этнического названия для тех племенных образований, которые образуют этнос. Однако, это не может относиться к нам, поскольку у нас название «Азер» («Azяr»), как название народа, существует еще с седой древности и, более того, именно на основе этого названия в древности было образовано название страны Азербайджан. Как видно, название нашей страны вторично по отношению к исторически первичному названию Азер нашего народа. Вот почему нынешнее придумывание уже от названия страны нового названия нашего народа в виде «Азербайджанский народ» выглядит как искусственное и неудачное деяние. Поэтому куда естественнее и разумнее было бы не придумывание нового названия нашему народу, а восстановление в полных правах исконного этнонима «Азер» в качестве естественного полноценного названия нашего народа, нации, этноса. Для обозначения же национальности представителей нашей нации, повторяю, уместен предлагаемый мной новый термин «Азерли» («Azярli»), который и следует фиксировать в графе национальность, которая, надеюсь, в скором будущем будет восстановлена в наших паспортах.

Итак, в самом конце ХХ века азерлийская национальная идея нового независимого Азербайджана подвергалась отрицанию со стороны обоих основных противоположных политических полюсов – и национал-демократов, и коммуналистов. Оба эти лагеря, каждый по-своему, занимали объективно деструктивные позиции в отношении нашей национальной идеи. Если правящие в 1992-1993 г.г. национал-демократы, фактически денационализируя нас, отрицали специфичную азерлийскую национальную идею с позиций пантюркизма, превращающего Азербайджан в придаток Турции, то коммуналисты, властвующие с лета 1993 г., отрицали азерлийскую национальную идею с позиций космополитизма, в котором так узнаются черты столь милого их бывшим советским сердцам пролетарского интернационализма. В результате всего этого мы так и не выработали до настоящего времени продуктивную национальную идею. Подобное положение весьма негативно отражается на национальном развитии азерского этноса, поскольку он в результате не может обрести верные долгосрочные стратегические ориентиры своего этнического развития, что, в свою очередь, мешает установлению таких верных тактических ориентиров развития, которые могли бы обозначить выигрышные направления этнической эволюции на отдельных последовательных этапах развития нации.

В представляемой здесь разработке раскрывается сущность новой азерлийской национальной концептуальной идеи, которая, полагаю, позволит установить высокоэффективные стратегические и тактические ориентиры развития всех основных частей азерского этноса в Передней Азии – в Азербайджанской Республике, Иране, Турции, Ираке. По своей сущности азерлийская национальная идея выступает как концепция соединения колоссального эволюционного потенциала предлагаемой мной будущей посткапиталистической танмаядарной системы с огромными людскими, геополитическими, природно-хозяйственными, духовными и иными ресурсами азерского этноса Передней Азии. Подобное соединение нашло отражение и в названии предлагаемой ниже общеазерлийской национальной концепции, которая в соответствии с прогнозируемыми мной ее тремя последовательными стадиями развития будет иметь соответствующие им три следующих названия – «Танмаядарный азеризм» («Tяnmayadarлы azяrчilik»), «Танмаядарный паназеризм» («Tяnmayadarлы панazяrчilik») и «Танмаядарный азерицентризм» («Tяnmayadarлы azяrмяркязчilik»).

Вначале представлю свой прогнозный анализ процессов национального развития на первой стадии действия общеазерлийской национальной концепции, т.е. на стадии танмаядарного азеризма.

Полагаю, что специфичные проявления идеи танмаядарного азеризма в тех странах Передней Азии, где проживают крупные компактные автохтонные группы азеров, будут объективно определяться значительными различиями в уровнях этнического, социально-экономического, политического развития азеров этих стран. Следовательно, общеазерлийская национальная идея будет проявляться в этих странах в виде своих разновидностей. Для более полного раскрытия особенностей этих разновидностей азерлийской национальной идеи в отмеченных странах необходимо предварительно раскрыть общеазерлийский смысл национальной идеи, а затем от этих общих позиций перейти к рассмотрению частных проявлений данной идеи в отмеченных странах.

Общеазерлийское содержание национальной идеи определяется, на мой взгляд, теми основными эволюционными задачами и проблемами, которые проистекают из тех коренных этнических интересов, которые являются общими всех азерских этносов в странах Передней Азии, и для своего оптимального разрешения объективно требуют координацию совместных усилий азеров этих стран. Эти общеэтнические интересы, содержание которых будет раскрыто ниже, образуют объективную тенденцию интеграции азериязычных этносов Ближнего Востока в единый азерский суперэтнос. Поскольку наиболее оптимальное разрешение задач и проблем стратегического развития азерского суперэтноса я увязываю, с одной стороны, с решительным и опережающим в сравнении с иными этносами начальным использованием формационных преимуществ танмаядарного строя, а с другой стороны, с преференциями, вытекающими из совокупной этнической мощи азерского суперэтноса, выраженной в суммарности геополитического, материального, духовного, языкового, демографического потенциалов всех азерских этносов, то общеазерлийская национальная идея логично представляется мне в виде соединения огромного эволюционного потенциала посткапиталистического танмаядарного строя с совокупной этнической мощью всех азерских этносов.

Анализ содержания общеазерлийской национальной концепции танмаядарного азеризма уместно начать с раскрытия того содержания, который в контексте этой национальной концепции имеют танмаядарная формационная идея и этническая идея азеризма.

Вначале кратко представлю сущность танмаядарной формации. Должен отметить, что более подробно концепция нового танмаядарного устройства изложена в цикле моих статей в №№ 8,9,10 журнала «Ганун» («Qanun», Баку) за 2003 год. Начинается этот цикл с аналитической статьи природы общественного строя в бывшем Советском Союзе. Мной выдвинута версия о коммуналистической сущности этого строя, представляющего собой, согласно моему анализу, коммуну в масштабах государства. Поскольку, на мой взгляд, в СССР был построен не социализм, а коммунализм, то правильнее будет советских коммунистов называть коммуналистами. Крах советской системы явился закономерным следствием формационной недееспособности искусственной, не естественноисторической системы коммунализма, поскольку в его содержании отсутствовало основное условие жизнеспособности любой общественно-экономической формации – механизм материальных интересов и рыночных отношений [9]. К сожалению, коммуналистический системный кризис из почившего в 1991 году Советского Союза перешел и в восстановившую государственную независимость Азербайджанскую Республику. Это произошло из-за того, что в постсоветском Азербайджане, как, кстати, и в других бывших советских республиках, кроме республик Прибалтики, продолжали сохраняться некоторые существенные системообразующие признаки коммунализма. Сегодня мы стоим перед необходимостью решительных шагов по скорейшему переходу от системы властвующего симбиоза коммунализма с порождаемым им диким капитализмом к системе власти современного цивильного капитализма. Полагаю, эта задача будет решена в близком будущем. А что же дальше? Для людей, вышедших из советской системы, капитализм даже цивильный как система малопривлекателен и в него не очень-то и хочется входить. Ведь капитализму как системе свойственны такие моральные ценности, которые плохо стыкуются с чувством собственного достоинства человека, поскольку, отражая присущую капитализму болезненную страсть к наживе любым способом, в том числе и аморальными методами, ориентируют нас на оценку людей преимущественно по величине их капитала, а не их человеческим достоинствам. Плохо и то, что капитализму свойственны неизбежные разрушительные циклические кризисы перепроизводства, отбрасывающие каждый раз общество назад. Наконец, даже цивильный капитализм в стратегическом плане также недостаточно приемлем для нас, поскольку мы столь значительно отстаем от цивильных стран, что только цивильный капитализм будет недостаточен предоставить нам в краткие сроки решающие преимущества в конкуренции со значительно более развитыми капиталистическими странами. Поэтому если Азербайджан хочет в короткие исторические сроки догнать развитые страны, то ему необходима совершенно новая стратегия высокоэффективного развития. В качестве такой стратегии я предлагаю концепцию перманентной (непрерывной) революции, состоящей из последовательных революций – вначале мной предлагается осуществление революции цивильного капитализма, с целью быстрого внедрения его базовых основ, прежде всего, демократии, верховенства закона, независимости и взаимной регуляции законодательной, судебной и исполнительной ветвей власти, а также освоения специфичного инструментария развития цивильного капитализма, после чего, не замыкаясь на процессе его дальнейшего построения, тут же приступить к подготовке мирной танмаядарной революции, чтобы путем ее реализации подключить к нашему развитию огромный эволюционный потенциал танмаядарной формации и таким образом получить то ускорение, которое позволит еще при жизни и активном участии нынешнего среднего поколения реально догнать развитые страны и в полной степени насладиться жизненными благами весьма высокого уровня жизни будущей танмаядарной системы. Концептуальные основы танмаядарной общественной системы были разработаны мной в виде оригинальной версии посткапиталистического общества [10].

Танмаядарлыг является сложным словом, составные части которого на азерийском языке образуют название формации, исходя из определяющего ее признака – равнодолевого типа собственности. В соответствии с этим в новом термине «танмаядарлыг» часть «тан» («tяn») означает равность, «мая» («maya») по своей семантике имеет смысл капитала, на владельца которого будет указывать суффикс «дар» («dar»), а суффикс «лыг» («lıq») имеет значение суффикса «изм» как, например, в слове капитализм.

Сравнивая, отметим, что в отличие от разнодолевой капитальной собственности формации капитализма формация танмаядарлыга основана на типе базовой равнодолевой собственности. Основная производственная ячейка танмаядарного общества – танмаядарное предприятие, собственность которого распределена среди работников-танмаядаров таким образом, чтобы каждый работник владел лишь одним паем (долей) собственности, причем величина этого пая у всех работников равная. Танмаядарное предприятие является предприятием закрытого типа, поскольку лишь работники предприятия обладают танмаядарным паем, который они не имеют права продать за пределы своего предприятия. При увольнении танмаядары будут оставлять свой пай на предприятии, получая вместо него компенсацию.

Танмаядарлыг следует считать полноценной формацией, поскольку он будет базироваться на новой разновидности собственности – танмаядарной собственности и адекватной ей новом типе отношений собственности. Танмаядарлыг будет посткапиталистической формацией, потому что капитал, как базовое явление экономической системы капитализма, подвергается в танмаядарлыге решающим качественным трансформициям. А именно, ввиду равности величин персональных танмаядарных паев работников отдельного танмаядарного предприятия эти паи не смогут участвовать в процессе деления прибыли предприятия между работниками. Дело в том, что работники, скорее всего, не согласятся на принцип равного деления прибыли, который логически вытекает из принципа равности индивидуальных танмаядарных паев. Подобная позиция танмаядаров будет исходить из того, что они обладая различной индивидуальной производительностью будут вносить различный трудовой вклад в образование прибыли предприятия и потому естественно будут ориентированы на деление всего дохода предприятия в соответствии с индивидуальными трудовыми вкладами танмаядаров. Поэтому, считаю, что прибыль танмаядарного предприятия будет распределяться исключительно по персональному трудовому вкладу каждого работника. Следовательно, внутри танмаядарного трудового коллектива материальные отношения будут осуществляться в соответствии с трудовыми вкладами работников, а не по их капитальным паям, что будет означать как - бы исчезновение капитала в производственных и собственнических отношениях внутри коллектива предприятия. Поэтому в качестве капитала танмаядарные доли собственности танмаядаров данного предприятия будут проявлять себя, полагаю, лишь на уровне собственнических отношений с другими предприятиями. Итак, если на капиталистическом предприятии материальные отношения строятся по капиталу и труду, то в отличии от этого на танмаядарном предприятии материальные отношения будут строиться лишь по труду. Поэтому по сравнению с капиталистическим предприятием на танмаядарном предприятии будет режим повышенной трудовой стимуляции, поскольку величина дохода танмаядаров будет определяться лишь их трудовой отдачей. Подобная специфика танмаядарных производственных отношений, несомненно, обусловит такой высокий уровень востребованности в эффективной трудовой отдаче работников, который в массовом масштабе не может быть достигнут на капиталистическом производстве. В результате в танмаядарной экономике будут достигнуты значительно более высокие показатели общественной производительности труда, чем в капиталистической экономике. Именно подобное системное превосходство танмаядарлыга обеспечит неизбежную историческую победу танмаядарного строя над капиталистическим устройством.

С целью форсированного построения танмаядарного общества мной была предложена версия нового типа приватизации – танмаядарной приватизации [11].

Предварение настоящей теоретической разработки изложением смысла некоторых базовых понятий коммунализма и танмаядарлыга необходимо в связи с широким использованием этих понятий в настоящем исследовании.

А теперь приступим к раскрытию содержания другой части национальной концепции, которая заключается в этнической идее азеризма. Для этого вначале необходимо уточнить ту этническую среду и то оперативное пространство, на которой может развернуться действие рассматриваемой ниже национальной идеи. Это, в свою очередь, потребует от нас предпринять краткий экскурс в древнюю историю азериязычных этнических групп нашего региона.

Успехи исторической и археологической науки в бывшем СССР в последней четверти ХХ в. позволили внести серьезные коррективы в трактовку древней истории этносов степей Евро-Азии, имеющих отношение и к истории Азербайджана. Если до середины прошлого столетия большинство ученых однозначно относило основное население этих степей, например, скифов и саков, к ираноязычным племенам, то в последующем все больше аргументов стало появляться в пользу мнения, что часть племен скифов и саков были тюркоязычны [12, с.26]. В ВЫЫ в. до н.э. в нынешней Гяндже-Газахской зоне поселились тюркоязычные скифы и саки, имя которых отразилось в топониме Шеки (Шяki) этой зоны. В ВЫ в. до н.э. под давлением мидян большинство скифов ушло на Северный Кавказ, а оставшиеся слились с местным населением. На тюркоязычность населения основной территории страны в Куро-Араксинской низменности указывает то обстоятельство, что на этой территории имеются сплошь тюркские топонимы, но нет древних следов ираноязычных или дагестаноязычных топонимов[13, с.19, 95]. Исходя из того, что часть скифов и саков была тюркоязычной, исследователи разделяют территорию тюркоязычных и ираноязычных племен в Казахстане и Средней Азии, размещая первых севернее Арала, а вторых – южнее [14, с.40]. Однако новые данные дают основания полагать, что тюрки жили и южнее Арала. Так, например, в 1970 г. рядом с г. Алма-Ата в Иссыкском кургане была найдена гробница молодого знатного воина, отнесенная к В в. до н.э. В гробнице найдена серебряная чаша, на которой была надпись на тюркском языке [15]. Эта сенсационная находка указывает на то, что в В в. до н.э. тюрки проживали также и на той территории, которую раньше относили к территории ираноязычных племен. В связи с вопросом размещения в древности тюркских и иранских племен у меня складывается впечатление, что это размещение в древности в основном сохраняется и в современном расположении тюркских и ираноязычных этносов. Подобное же можно сказать и в отношении этносов Азербайджана, порядок размещения на территории которого тюркского, ираноязычного и дагестаноязычного населения в древности и сегодня различается ненамного, на что, в частности, указывает отмеченный выше факт отсутствия в топонимике срединных районов страны дагестаноязычных и ираноязычных топонимов. Причем, представляется, что в древности различные автохтонные тюркоязычные племена, в том числе, и племя асов, составляли превалирующую часть населения Азербайджана, что, несомненно, явилось одним из факторов, обеспечивших тюркоязычность основной территории страны. Следует отметить, что в древности асы мигрировали на просторах Центральной, Средней и Передней Азии, частично размещаясь и в Азербайджане. Это, в частности, относится и к племени «кас» от которого затем образовались племена каспиев и касситов. Исследователи отмечают, что племя кас пришло в Азербайджан из Центральной Азии во ЫЫ тысячелетии до н.э.[16]. Информация о касах представляется в письменных источниках античных авторов. К сожалению, античные авторы допускают несколько неверную передачу наименования племени кас. В связи с этим интересны доводы азербайджанского ученого Джафара Джафарова, который сообщает, что ряд письменно зафиксированных этнонимов, которые тюрки при произношении употребляли с добавлением начальной фонемы «а», античные авторы давали без этого «а». Дж. Джафаров, устраняя эту ошибку и добавляя начальную фонему «а», реставрировал целый ряд древних этнонимов, в том числе и истинное название этнонима «кас» в виде «акас», который можно разложить на составные части «ак-ас» («ak-as»), что по-тюркски означает «белые асы». Аналогично название племени «сак» в действительности есть «асак» - «ас-ак» («as-ak»), или по-тюркски также «асы белые» [17]. Итак, и касы, и саки – это тюркские племена «белых асов/азов». От касов произошли тюркоязычные каспии, занимавшие в древности территорию от Каспийского моря на востоке до города Каспи в Грузии на западе, с севера от города Дербента и далее на юг вдоль Каспийского моря, охватывая южное и восточное побережье Каспия до Мангышлака [18, с.13]. К востоку от каспиев до Аму-Дарьи жили родственные им племена тюркоязычных саков (вообще-то, в древности степень языковой близости даже генетически несколько отдаленных друг от друга тюркских племен была значительно выше, чем сегодня). Итак, тюркоязычные асы, имя которых дало начало названиям Азер и Азербайджан, охватывали в древности полукругом Каспийское море с востока, юга и запада, населяя территории современного Азербайджана, северного Ирана и западного Туркменистана. Поскольку общее название этой территории асов-азов-азеров отсутствует, то это создает определенные неудобства для изложения представляемой ниже национальной идеи, которая опирается также и на общность территории древнего расселения этнических групп асов к востоку, югу и западу от Каспия. Поэтому предлагаю всю указанную территорию вокруг Каспия, на которой в глубокой древности расселился этнос «аз/ас», названный затем «азер», обозначить условным наименованием «Азерия» («Azяriyя»). Подкрепить подобное предложение можно следующими вполне объективными основаниями. Во-первых, с древнего периода и вплоть до ХВЫ века язык тюрок на указанной территории, как на западе, так и на востоке от Каспия был фактически одним и тем же азерийским языком. Во-вторых, с древних времен и до сих пор сохраняется антропологическое единство наследников азов, то есть тюркского населения Азербайджана и Туркменистана, которое относится к одному и тому же каспийскому антропологическому типу [19, с.161].

К сожалению, не сумела сохранить свой тюркский язык та часть каспиев, которая жила на южном побережье Каспия. Эти каспии подверглись ассимиляции со стороны ираноязычных племен и у них к середине первого тысячелетия до н.э. было уже иное наименованиеие – «тапуры» (сегодня население этой территории именуется мазендаранцами, которых можно считать потомками тапуров, а значит и каспиев) [20, с.18].В результате сплошная этноязыковая среда тюрок-каспиев была прервана с юга, что разделило историческую Азерию на две части – восточную часть, которую можно назвать Туранской Азерией, и западную часть, которую уместно наименовать Кавказо-Иранской Азерией, получившей затем название Азербайджан. Несмотря на подобное разделение, этноязыковое единство азеров обеих частей Азерии особенно не пострадало, ибо, во-первых, между ними сохранялось морское сообщение, а во-вторых, общение между ними приняло характер постоянных контактов в связи с тем, что с ЫЫЫ века до н.э. вступил в действие Великий Шелковый путь [21], проходящий через территорию этих частей Азерии. Это этноязыковое единство обеих частей Азерии еще более укрепилось после появления в ВЫЫЫ в. н.э. крупных огузских масс в Туране и Азербайджане, что могло стать возможным лишь в случае идентичности тюркского языка этих огузов языку азеров. Именно подобная идентичность может объяснить, например, то обстоятельство, что огузы-сельджуки не оказали какого-либо заметного корректирующего языкового воздействия на язык азеров обеих частей Азерии. Основное корректирующее воздействие огузского фактора выразилось в нашем регионе, пожалуй, в активизации процесса распространения ислама и значительном усилении здесь тюркской компоненты. Думаю, именно под их воздействием азеры Турана, частично смешавшись с ними, приняли ислам и после этого стали именоваться туркменами. При сельджуках Великий шелковый путь продолжал оказывать нивелирующее воздействие на ментальные и языковые особенности как азеров обеих частей Азерии, так и других тюркских народов, расположенных на этом пути. Полагаю, именно благодаря подобному нивелирующему воздействию и изначальной близости тюркских языков представители территориально весьма отдаленных народов, например, азеры и уйгуры, способны и ныне без переводчика изъясняться друг с другом на своих языках. В связи с ликвидацией в ХЫЫЫ веке Великого Шелкового пути в результате катастрофического монгольского нашествия возникли определенные проблемы в межтюркском общении, в том числе и в общении между азерами Туранской и Кавказо-Иранской частей Азерии. Эти проблемы во многом были обусловлены резким уменьшением численности азеров Турана.. Во-первых, на общее уменьшение численности азеров к востоку от Каспийского моря повлияло также перемещение части их на запад в Иран и Анатолию в ходе сельджукских походов. Во-вторых, губительные последствия для туркмен имело монгольское завоевание в начале ХЫЫЫ века: «Если учесть, что монгольские полчища перебили взрослое мужское население всех городов и населенных пунктов, еще добавить увезенных в плен женщин и детей, то получается внушительная цифра, т.е. территория Туркменистана была почти опустошена» [22, с.6]. В ходе монгольского нашествия ХЫЫЫ века была истреблена основная часть азериязычного населения Туранской Азерии, что значительно ослабило азеров в этом регионе. В ХВЫЫ веке возникли новые и серьезные проблемы в деле непосредственного общения между азерами к западу и к востоку от Каспия, поскольку между ними вклинилась та часть туркменских племен, которая говорила на кыпчакизированном диалекте и раньше проживала на севере Турана в районе Мангышлака и реки Узбой. Эта кыпчакизированная часть туркмен в связи с засухой и высыханием Узбоя в массовом порядке в ХВЫЫ веке переселилась на юг и вытеснила оттуда азериязычных туркмен, которые частично переместились на восток к Амударье и к Хорезму, а частью были ассимилированы [23,с.13]. В результате этого прервался непосредственный контакт между азерами, живущими по обе стороны от Каспия. К сожалению, этот контакт не восстановлен до сих пор. А ведь в Туркмении и сейчас имеется немалый азериязычный этнический пласт. Современных туркмен исследователи делят на две группы, называемые условно огузской и алано-кыпчакской. В этногенезе огузской группы туркмен решающую роль сыграли огузы, а этногенез алано-кыпчакской группы туркмен протекал при непосредственном участии кыпчаков, живших севернее огузов на Мангышлаке и прилегающих к нему северных территориях [24]. Отмеченные территориальные перемещения кыпчакской группы туркмен обусловили существенную трансформацию языковых характеристик основной массы туркмен. А именно, язык основной части туркмен современного Туркменистана, хоть в целом и продолжает относиться к огузской подгруппе тюркских языков, однако приобрел значительно кыпчакизированные черты. В результате, если до ХВЫЫ века не было никаких лингвистических проблем в языковом общении между азерами и туркменами, говоривших, в сущности, на одном и том же азерийском языке (посетив Туркменистан в 1992 г. я был приятно удивлен тем, что в Чарджоу и ряде других мест часть туркмен говорила на диалекте, который вполне можно было принять за диалект азерийского языка), то, начиная с ХВЫЫ века, возможности непосредственного языкового общения между кыпчакизированными туркменами основной части территории Туркменистана и азерами Азербайджана в существенной степени затруднились. Тем не менее, туранские азеры и после ХВЫ века сохранили часть своей этнической территории, которая приблизительно соответствовала территории возникшего в дальнейшем Хивинского ханства. Можно сказать, что и сегодня в языковом плане туранские азеры представлены туркменами и узбеками, живущими в Хорезме, Чарджоу, вдоль реки Амударьи, т.е. на территории бывшего Хивинского ханства. Поэтому, кстати, не случайно, что к каспийскому антропологическому типу азеров наряду с туркменами Туркменистана антропологически весьма близки и узбеки Хорезма [25, с.166].

Повторюсь, первичная причина указанного серьезного сужения территории туранских азеров проистекает, прежде всего, из того, что, начиная с ХЫ века, большинство их вместе с сельджуками мигрирует в Иран и далее в Анатолию, образуя там огромную Сельджукскую державу, но ослабляя при этом свои позиции в Туране. Вместе с туранскими азерами в Анатолию мигрирует и часть кавказо-иранских азеров. В результате, несмотря на серьезное сужение в последующем этнической территории туранских азеров, азерам Турана и кавказо-иранским азерам удалось образовать в Малой Азии свою новую этническую территорию, которую я предлагаю именовать Анатолийской Азерией. Эта новая азерская территория в ХЫ веке охватывала восток и центр Анатолии, гранича на западе с Византией.

Напомню, предпринятый выше краткий экскурс в историю был необходим мне для того, чтобы уточнить ту этническую среду и ту оперативную территорию, на которой может развернуться действие рассматриваемой ниже национальной идеи. Как следует из вышесказанного, объектом предлагаемой национальной идеи будет в основном азерская этническая среда, а опорным оперативным пространством национальной идеи явятся Кавказо-Иранская, Анатолийская и Туранская Азерии. Проживающие на отмеченном оперативном пространстве все автохтонные части азериязычного населения вместе с частями азерлийской диаспоры в различных странах мира я объединяю под единым названием – Большой азерский этнос (Бюйцк Азяр гювми).

Позиции Большого азерского этноса в современном мире следует оценивать как весьма слабые. Обусловлено это главным образом огромным отставанием в уровне развития всех частей Большого азерского этноса Передней Азии по сравнению с уровнем развития высокоразвитых стран планеты. Для ускоренного преодоления этого отставания нам необходимо использовать высокоэффективные, экстраординарные средства развития. Именно таким, чрезвычайно эффективным средством для осуществления кардинального революционного скачка в развитии всех частей Большого азерского этноса и может стать, на мой взгляд, танмаядарный способ производства. Обусловлено это тем, что танмаядарные производственные отношения значительно более прогрессивны по сравнению с капиталистическими, поэтому считаю, что опираясь на танмаядарный способ производства мы сумеем даже с относительно слабыми стартовыми производительными силами обрести за короткий срок столь высокие темпы развития, что это позволит Большому азерскому этносу совершить мощный эволюционный скачок и стать одним из высокоразвитых этносов мира. Таким образом, танмаядарлыг нам необходим для наилучшей реализации стратегии и тактики азеризма. Вот почему наша стратегическая, глобальная общеазерлийская национальная идея азеризма должна выступать в тандеме с танмаядарной идеей в виде обобщенной национальной идеи танмаядарного азеризма.

Азеризм в первую очередь будет опираться на стратегические ресурсы Большого азерского этноса. Эти ресурсы следует на протяжении нескольких предстоящих эволюционных этапов разворачивать и наращивать до образования той критической массы, которая окажется достаточной для реализации нашей стратегической цели – образования супердержавы «Азеристан», в которой, на мой взгляд, в обозримом будущем могут объединиться Азербайджанская Республика, Иран и Турция. Достижение этой цели станет возможным лишь при условии реализации огромного эволюционного потенциала азерского этноса, который порождается, на мой взгляд, прежде всего следующими определяющими объективными преимуществами азерского этноса:

1. азерский этнос обладает чрезвычайно выгодным геостратегическим расположением на стыке трех континентов – Европы, Азии и Африки, что позволяет ему контролировать важные мировые транспортные магистрали и через это оказывать значимое воздействие на мировую экономику и международные отношения;

2. азерский этнос является самым крупным среди тюркских народов, а азерский язык является языком либо родным, либо доступным для свободного понимания основной массы (около 80%) тюркоязычного населения мира;

3. азерский этнос обладает в Передней Азии огромной территорией, располагающей крупными людскими и очень большими природными ресурсами, что в потенциале позволяет ему играть значимую роль в мировых делах.

В свете вышесказанного мне представляется уместной следующее определение азеризма. Под азеризмом в масштабе всех азериязычных этнических образований в мире следует понимать совокупность таких целенаправленных действий, усилий, позиций государственных учреждений, структур гражданского общества, отдельных лиц, которые будут направлены на ускоренное преодоление существующего в начале ХХЫ века серьезного отставания в уровнях этнического, экономического, социального, политического, культурологического развития составных частей Большого азерского этноса в Азербайджанской Республике, Иране, Турции, Туркменистане и ряде других стран; на решительную ориентацию национального развития различных составных частей Большого азерского этноса в направлении формирования единой Великой азерской нации путем существенного повышения имеющегося в начале ХХЫ века весьма низкого уровня общеазерской интеграции и консолидации; на образование в обозримом будущем федеративной супердержавы Азеристан, в которой объединятся Азербайджанская Республика, Иран и Турция; на развитие того комплекса экономических, социальных, политических, культурологических, лингвистических и иных предпосылок, которые необходимы для подготовки единой Великой азерской нации к исполнению миссии одного из будущих мировых лидеров; на такое ускоренное и всестороннее функциональное развитие азерийского языка вначале в масштабах Большого азерского этноса, а затем и всего тюркского мира, которое подготовит базу для скачкообразного перехода азерийского языка на уровень высоких стандартов ведущих международных языков.

Представляется, что по мере того, как станет развертываться процесс реализации идеи азеризма, эта идея будет обретать все большее число своих последователей и сторонников – «азеристов» («Azяrчilяr») не только среди самих азерлийцев и представителей тюркоязычных народов, но и представителей иных народов планеты.

Итак, Большой азерский этнос располагает, на мой взгляд, достаточным потенциалом для исполнения в будущем миссии одного из мировых лидеров. Однако, повторюсь, эта миссия может исполниться лишь в том случае, если азеры сумеют реализовать свой колоссальный этнический потенциал. Целям долгосрочной стратегической общеазерлийской задачи реализации потенциала Большого азерского этноса в конкретных условиях тех или иных стран, в которых проживают крупные компактные азерлийские массы, будут служить специфичные для каждой из этих стран тактические установки азеризма.

Приступим к более подробному рассмотрению тактических особенностей внедрения идеи танмаядарного азеризма в условиях каждой значимой компактной части Большого азерского этноса в регионе Передней Азии, имеющей судьбоносное значение для исполнения этим этносом его миссии решающего центра будущей мировой танмаядарной системы. В качестве основных исторических акторов, на которых самой историей непосредственно возлагается миссия полномасштабной реализации идеи танмаядарного азеризма, полагаю, возможно рассматривать компактные азерлийские массы в Азербайджанской Республике, Иране, Турции, Ираке, Грузии.

Вначале проанализируем возможную специфику процесса внедрения танмаядарного азеризма в условиях Азербайджанской Республики. Несмотря на относительно небольшую численность населения и малость территории Азербайджанской Республики, именно азерам независимого Азербайджана предстоит сыграть особо важную роль в формировании более благоприятных стартовых условий для последующего развертывания идеи танмаядарного азеризма в общеазерском масштабе, прежде всего в сопредельных странах компактного проживания азеров. Обусловлено это тем, что, на мой взгляд, по объективным причинам, которые будут отмечены ниже, азеры Азербайджана раньше азеров других стран способны приступить к системной реализации идеи танмаядарного азеризма в государственном масштабе, осуществляя тем самым, образно говоря, первичную крупномасштабную апробацию практических аспектов этой идеи. Возможность исполнения азерами независимого Азербайджана подобной роли общеазерского авангарда предопределяется тем, что достигнутая ими степень национального конституирования и уровень интеллектуальной подготовки являются в настоящее время не только самыми высокими по сравнению с другими частями Большого азерского этноса, но и достаточными для того, чтобы раньше них приступить к системной реализации идеи танмаядарного азеризма. Тем не менее, азеры Азербайджана пока также не готовы к тому, чтобы уже сегодня в начале ХХЫ века дать старт процессу практического воплощения идеи танмаядарного азеризма в полном масштабе. Дело в том, что в настоящее время на пути реализации этой идеи в нашей стране имеются серьезные формационные препятствия, обусловленные спецификой режима власти в Азербайджане в начале ХХЫ века. Эта власть представляет собой своеобразный симбиоз системных пережитков строя бывшего советского коммунализма с генерируемым им устройством дикого капитализма. Сегодня наше общество предпринимает пока еще не совсем внятные и частичные усилия по переходу от этого властвующего симбиоза к строю цивильного капитализма. К сожалению, пока этот переход никак не удается реализовать. В результате, полагаю, что в современном Азербайджане пока отсутствует тот комплекс объективных общественных условий и предпосылок, который необходим для начала полномасштабного внедрения идеи танмаядарного азеризма. Полагаю, в условиях Азербайджанской Республики в качестве того минимума условий и предпосылок, который может быть достаточным для старта процесса внедрения танмаядарной системы, а также в целом концепции танмаядарного азеризма, могут стать те условия, которыми располагают реальная цивильнокапиталистическая демократия и адекватная ей социально-экономическая и политическая система строя цивильного капитализма. Именно цивильный капитализм способен образовать ту критическую эволюционную массу, которая необходима для начала развернутого внедрения всей идеи танмаядарного азеризма. Для образования подобной критической эволюционной массы азерам Азербайджанской Республики следует осуществить решительный революционный скачок из строя дикого капитализма в строй цивильного капитализма. Подобный скачок является нашей первоочередной задачей.

Для раскрытия путей реализации этой судьбоносной задачи уместно предпринять короткий анализ современной политической ситуации в Азербайджане. В 2008 году во властной элите страны можно выделить три группировки, которые условно можно наименовать коммуналистической, дикокапиталистической и цивильнокапиталистической. Коммуналистическая группировка находится в союзнических отношениях с порождаемой и курируемой ею дикокапиталистической группировкой. Объективно интересы этих союзников антагонистичны интересам цивильнокапиталистической группировки, которая составляет естественную внутривластную оппозицию. В политическом спектре страны коммуналисты занимают, на мой взгляд, крайние позиции на левом фланге вместе с их предшественниками коммунистами. Главное для наших коммуналистов это сбор дани, которую они наложили на предпринимателей, а также всяческие финансовые махинации, чтобы как можно больше средств урвать из государственного кармана и из кармана потребителей. Опыт развитых стран показывает, что эффективно воспрепятствовать подобной ненормальной общественной позиции управленческой коммуналистической прослойки может лишь полноценная цивильная национальная буржуазия, базовую основу которой составляет промышленное предпринимательство. Коммуналисты смотрят на подобную буржуазию как на силу, которая способна отобрать у них власть, лишить их нелегитимных, незаконных привилегий и образовать взамен нормальный бюрократический аппарат, работающий в цивильных рамках. Поэтому коммуналисты опасаются подобной буржуазии и не дают ей стать на ноги. Да, коммуналисты для того, чтобы пустить в оборот краденные у народа средства, порождают дикокапиталистическую прослойку. Но, во-первых, эта прослойка обычно функционирует не на цивильных началах, а во-вторых, эта буржуазная прослойка в основном торговая, причем зачастую компрадорской направленности. В отличие от дикокапиталистической буржуазии базовая цивильнокапиталистическая буржуазия обычно бывает национальной, патриотической ориентации и свои основные устои имеет в сфере производства. Увы, именно подобную базовую производственную национальную буржуазию коммуналисты опасаются и подвергают дискриминации. Именно поэтому производственная буржуазия в Азербайджане слаба и представлена в основном иностранным капиталом. Более того, коммуналистская верхушка, разделившая страну на сферы влияния, строго следит за тем, чтобы не появились не подконтрольные им свободные предприниматели. Поэтому, кстати, чинятся препоны на пути тех азеров, которые, живя в других странах, хотят вложить капитал в Азербайджан, но на условиях такой деятельности, которая будет максимально свободна от криминальных устремлений чиновничьей прослойки. Несомненно, коммуналистическое чиновничество в первую очередь заинтересовано в бесконечном сохранении строя коммунализма, поскольку это позволяет сохранять ситуацию бесконтрольного, теневого перераспределения в свою пользу основной части национального дохода страны. Итак, коммуналисты в вопросе становления и свободного развития цивильной национальной буржуазии, ее базового производственного слоя занимают в целом негативные позиции, в связи с чем я и разместил коммуналистов на крайних позициях левого фланга.

Цивильнокапиталистическая группировка занимает позиции на правом фланге, поскольку свои доходы она зарабатывает благодаря собственной предпринимательской деятельности, пытаясь осуществлять это даже в нынешних неадекватных условиях страны в основном в рамках цивильного предпринимательства. Полагаю, в общественно-политической сфере носителем цивильнокапиталистической идеологии являются те общественные движения и политические организации, прежде всего партии блока «Азадлыг», которые имеют более ли менее последовательные оппозиционные позиции и располагаются частью в центре, частью на правом фланге. Таким образом, можно говорить о наличии в современном Азербайджане внутривластной и вневластной цивильнокапиталистических сил, между которыми объективно должны существовать союзнические отношения. В реальности же эти отношения пока не получили формального воплощения из-за угрозы репрессий в отношении слабоватой внутривластной цивильнокапиталистической группировки со стороны более сильного властного симбиоза коммуналистической и дикокапиталистической группировок.

Со стороны может показаться, что общественно-политическая жизнь в современном Азербайджане благодаря огромному потоку нефтедолларов находится как бы в состоянии инертности, способствующей консервации наличного строя. И, тем не менее, на мой взгляд, Азербайджан находится на пороге решающих перемен в политической системе страны. Обусловлено это во многом со все более сильными вызовами цивильного капитализма из-за пределов страны, с которыми Азербайджан все более сталкивается ввиду своей открытости внешнему миру и в связи с нарастающей интеграцией в него. Поскольку в условиях господства дикого капитализма в стране ответить адекватно на эти вызовы невозможно, то подобная конкуренция становится одной из основных причин, разрушающих систему коммуналистическо-дикокапиталистического властного симбиоза. Дело в том, что отмеченная конкуренция из-за недееспособности системы коммуналистическо-дикокапиталистической правления объективно вызывает в стране кризис. Причсем, этот кризис особенно негативно воздействует прежде всего на тех предпринимателей, которые функционируют в стиле дикого капитализма, в то время как те предприниматели, которые действуют в рамках цивильнокапиталистического предпринимательства, оказываются в более выгодной ситуации, поскольку цивильнокапиталистический характер их предпринимательства позволяет им адекватно отвечать на вызовы внешней цивильнокапиталистической конкуренции и более успешно выдерживать ее давление. Поэтому по мере нарастания реальной угрозы банкротства в ходе усиления кризиса можно прогнозировать переход все большего числа предпринимателей из дикокапиталистического лагеря на цивильнокапиталистические рельсы. В случае массовости подобного перехода позиции внутривластной цивильнокапиталистической оппозиции могут резко усилиться. Нарастание системного кризиса будет также, на мой взгляд, параллельно проявляться в существенном усилении позиций вневластной цивильнокапиталистической оппозиции, поскольку кризис, естественно радикализируя позиции колеблющихся общественных сил и группировок, будет содействовать их переходу на позиции последовательной цивильнокапиталистической оппозиции. Наконец, углубляющийся кризис резко радикализирует негативное отношение народа к системе коммуналистическо-дикокапиталистической правления, обрекающего основную массу населения на серьезнейшие бедствия нищенского существования.

К отмеченным проблемам углубляющийся кризис добавит и серьезные межнациональные проблемы. Дело в том, что правящая элита страны в своем большинстве состоит не из представителей титульной тюркской азерской нации, а из представителей инонациональных этнических групп, которые, умело воспользовавшись государственной неопытностью азеров на первом этапе независимости, смогли перехватить в свои руки властные ресурсы, направив их на удовлетворение своих эгоистических групповых этнических интересов, естественно в ущерб интересам титульной азерской нации. Следствием подобной негативной для азеров ролевой трансформации стал процесс оттеснения азеров от основных рычагов власти. Подсчеты показывают, что в 2006-ом году тюрки азеры, составляющие 88%-ов населения Азербайджана, располагали в парламенте около 50%-ов депутатских мест, в высших же властных структурах представительство азеров было еще меньше – лишь 39%-ов [26]. Уму непостижимо, нас азерлийцев, совершивших неимоверные, титанические усилия, чтобы обрести независимость страны, теперь теснят на нашей же уже независимой территории! Понятно, что подобная дискриминация, вызывая уже сегодня значительное недовольство азерлийцев, в условиях углубляющегося кризиса станет серьезным фактором дестабилизации внутриполитической ситуации.

Итак, в Азербайджане налицо комплекс серьезных проблем, которые делают неизбежным переход от правящего дикого капитализма к режиму цивильного капитализма. Можно привести анализ нескольких версий подобного перехода: дворцовый переворот со стороны усилившейся внутривластной цивильнокапиталистической группировки; управляемое выступление народа, возглавленного со стороны союза вневластной и внутривластной цивильнокапиталистических оппозиций; стихийное народное восстание и т.д. Однако, я воздержусь здесь от анализа этих версий, поскольку, во-первых, это тема иного фундаментального научного исследования, а во-вторых, суть нашей ближайшей истории будет определяться не столько тем, как произойдет этот переход, сколько тем, что этот переход исторически неизбежен. Главное в том, что строй совместной власти коммуналистической и дикокапиталистической группировок исторически обречен и нация жизненно заинтересована, чтобы переход к цивильнокапиталистическому строю произошел как можно быстрее и безболезненно. В цивилизационном смысле удобнее всего, если этот скачкообразный переход осуществится в форме мирной революции, например, путем перехода власти представителям цивильного капитализма в ходе честных выборов. Оптимальным может считаться такое развитие ситуации в Азербайджане, которое позволит в ближайшие несколько лет осуществить подобный мирный переход власти к представителям цивильного капитализма.

Далее в течение трех-четырех лет необходимо обеспечить такое развитие соответствующих экономических, социальных, политических структур цивильного капитализма, которое подготовит их к этапу последующего перехода к танмаядарному обществу. В общественно-политическом плане сущность этапа цивильного капитализма будет заключаться в становлении всего комплекса демократических структур цивильного капитализма и адекватных ему прогрессивных политических отношений и политической культуры; в обеспечении реального режима независимости друг от друга законодательной, судебной и исполнительной ветвей власти на основе эффективной системы «сдержек и противовесов»; в организации основных структур и институтов развитого гражданского общества; в решительной борьбе с коррупцией и взяточничеством. Несмотря на позднее приобщение Азербайджана к капитализму, полагаю, мы располагаем потенциалом форсированной реализации этих реформ начального этапа цивильного капитализма, поскольку можем опереться на унаследованный от советской эпохи довольно высокий интеллектуальный потенциал, вполне отвечающий требованиям развитого капитализма. С целью реализации стратегии такого ускоренного развития Азербайджана, которое позволит нам за короткий срок достичь уровня жизни развитых стран, предлагаю стратегию перманентного (непрерывного) революционного перехода вначале от общества дикого капитализма к цивильному каптализму путем цивильнокапиталистической революции, а затем революционного перехода от начального цивильнокапиталистического общества к танмаядарному обществу. Полагаю, для успешной реализации процесса подобного перманентного перехода необходимо будет после исполнения задач начального цивильного капитализма остановить дальнейшее развитие страны в капиталистическом направлении и тут же приступить к развернутому построению танмаядарного общественно-политического устройства. Смысл подобной стратегии прерванного капиталистического развития заключается в попытке избежать негативных воздействий на общество неизбежных для капитализма периодических кризисов и связанных с ними спадов в темпах экономического развития будущего Азербайджана. Полагаю, приобретенный на этапе начального цивильного капитализма эволюционный потенциал окажется вполне достаточным для обеспечения оптимальных стартовых условий последующего танмаядарного развития страны. Представляется, что стратегия перманентной революции позволит, с одной стороны, избежать негативных последствий капиталистических кризисов перепроизводства путем перехода на танмаядарные рельсы развития, с другой стороны, за счет немедленного подключения мощного танмаядарного эволюционного потенциала добиться последовательного бескризисного наращивания набранной на этапе цивильного капитализма высокой стартовой скорости развития. Таким образом, стратегия перманентной революции будет способна обеспечить последовательное и непрерывное нарастание темпов развития Азербайджана, что и позволит нам форсированно достичь уровня развития высокоразвитых стран.

Для обеспечения плавного перехода от цивильного капитализма к танмаядарному строю необходимо будет уже на начальном этапе построения цивильного капитализма параллельно осуществлять подготовку общества к переходу на танмаядарные рельсы развития. С этой целью государство должно будет осуществить комплекс мероприятий по практической апробации танмаядарной идеи путем образования экспериментальных танмаядарных предприятий, которые в дальнейшем могут составить базу для формирования первичного танмаядарного сектора экономики. Программа создания танмаядарного сектора экономики станет одновременно планом формирования той первичной танмаядарной социальной базы, которая в дальнейшем выступит в качестве танмаядарного класса и образует классовую основу будущей «Партии танмаядарного азерлийского ренессанса» (ПТАР) – «Tяnmayadarazяrliintibahıfirqяsi» (TAİF). Учитывая особую важность деятельности ПТАР в реализации представляемой азерлийской национальной идеи, имеет смысл дать краткий анализ классовой природы танмаядарной партии и специфики ее политической позиции.

В современном политическом спектре капиталистических стран все партии по своей классовой природе являются партиями людей наемного труда, либо партиями собственников капитала. Политические интересы людей наемного труда, прежде всего рабочего класса, обычно представляют партии левого фланга политического спектра, а партии собственников капитала, как правило, располагаются на правом фланге. Кратко рассмотрим сущность связи между интересами этих классов и позициями, представляющих их партий.

В классическом понимании рабочий класс – это класс представителей наемного труда, не обладающих капиталом, а потому не могущих делать жизненную ставку на дивиденды от капитала. В целом подобная ситуация сохраняется и сегодня, поскольку, несмотря на наличие у многих рабочих акций, их пакет не столь велик, чтобы делать жизненную ставку на доход от них. Поэтому жизненная ставка рабочих делается на рост заработной платы. На уровне отдельного капиталистического предприятия это проявляется в борьбе рабочих за увеличение своих доходов путем повышения своей доли в доходах предприятия, тем самым они, по существу, ограничивают долю доходов капиталистических собственников предприятия. На уровне же государственной экономической политики рабочий класс ведет борьбу за увеличение в свою пользу социальных расходов государства, ограничивая тем самым средства, которые государство планирует направлять на производственные инвестиционные цели. Отмеченные интересы людей наемного труда находят отражение в программах и в деятельности различных левых партий, которые после прихода к власти стремятся к реализации этих интересов рабочих, как на уровне отдельного капиталистического предприятия, так и в масштабе национального бюджета.

В классическом понимании класс буржуазии – это класс владельцев капитала, т.е. собственников основных средств производства, приносящих прибавочную собственность. Основным источником своих доходов капиталист будет иметь не тот сравнительно ограниченный доход, который адекватен его личным трудовым затратам, а тот доход, который произвели рабочие его предприятия, но который в неадекватно большом объеме по сравнению с личными трудозатратами капиталиста будет перераспределяться в его пользу по причине владения им средствами производства предприятия. Причем буржуа, как правило, склонны к увеличению своей доли в доходе предприятия, урезывая тем самым долю доходов своих работников. На уровне же национального дохода страны класс буржуазии стремится к уменьшению той части бюджета, которая предназначена для социальных целей, и к увеличению той части бюджета, которая предусматривает расходы на инвестиционные цели в интересах развития капиталистического производства. Отмеченные материальные интересы буржуазии составляют основную суть программных установок и практической деятельности правых партий, как на уровне отдельных предприятий, так и в масштабах государственной инвестиционной политики.

Итак, в политическом спектре капиталистических стран партии наемного труда, прежде всего рабочие партии, формируют устойчивый левый фланг, политического спектра, а партии капитала – устойчивый правый фланг. Позиции всех социальных слоев общества, в том числе и тех, которые заявляют о своих центристских позициях, на мой взгляд, по существу располагаются либо на левом, либо на правом флангах. Полагаю, подобное утверждение верно в отношении периодов стабильного, бескризисного экономического состояния соответствующей страны, когда нет потребности в реальной центристской экономической политике и центр присутствует лишь формально. Ситуация кардинально меняется в ходе разворачивания процессов очередного экономического кризиса. А именно, кризис приводит к практической востребованности идейного арсенала центра, которым начинают пользоваться партии власти. Дело в том, что выход из серьезного кризиса, связанного с деятельностью правящей партии, обычно бывает заключен в реализации программ оппозиционных партий. Если с кризисом связана программа правящей левой партии, то выход из кризиса обычно в программе правой партии, и наоборот. Здесь необходимо отметить, что по большому счету причиной кризиса является не столько программа правящей партии той или иной политической ориентакции, сколько объективные особенности капиталистического способа производства, обусловливающие неизбежность очередного экономического кризиса.

Движение страны на позиции противоположного власти политического фланга происходит не сразу, а поэтапно. Вначале правящая партия пытается выйти из кризиса с помощью центристского идейного арсенала. Происходит востребование и практическое применение центристских экономических, политических, социальных и иных идей, в результате чего реанимируется центр политического спектра. Если кризис слаб, то обычно новообретенный центризм правящей партии оказывается достаточным, чтобы вывести страну из экономического кризиса. После завершения кризиса классовые основы правящей партии проявляют себя таким образом, что она перемещается от центра на свой характерный политический фланг. В результате центр, оставшись без властного представительства, вновь хиреет.

В случае, когда кризис достаточно серьезен и происходит не по второстепенной причине, а по серьезным и объективным системным обстоятельствам, то центристские меры обычно оказываются недостаточными для вывода страны из кризиса. В результате последовательного развития кризиса в соответствии с системными законам капитализма кризис усиливается настолько, что выход из него приходится искать в идейном арсенале партий оппозиционного фланга политического спектра. В таком случае правящая партия оказывается перед необходимостью востребования тех идей и способов выхода из кризиса, которые предлагаются оппозицией. Если правящая партия оказывается неспособной на подобную кардинальную трансформацию своего курса, то тогда в демократической стране к власти обычно приходит партия оппозиционного политического фланга. Очевидно, что в этом случае будет проводиться политика соответствующего политического фланга, центр же вновь переходит в состояние пассивного ожидания будущей востребованности в период очередного кризиса.

Итак, политической жизни капиталистических стран характерно постоянно активированное, устойчивое состояние правого и левого политических флангов, в то время как центр политического спектра обычно пребывает в инертном, политически размытом состоянии, испытывая лишь эпизодические периоды реанимации в результате недолговременной востребованности в ходе развития очередного экономического кризиса. Полагаю, подобное положение обусловлено тем, что фланги располагают собственной устойчивой классовой базой, в то время как центр лишен подобной собственной классовой базы. Появление танмаядарного класса способно, на мой взгляд, внести коренные изменения в характерный для капитализма отмеченный ролевой расклад флангов и центра политического спектра. Остановлюсь на этом чуть подробнее.

Позиции танмаядарного класса к пакетам специфичных идей флангов и центра политического спектра будут определяться главным образом материальными интересами танмаядарного класса, основная специфика которых предопределяется двойственностью социальной природы танмаядара, являющегося одновременно и собственником танмаядарного пая-капитала на своем предприятии, и наемным работником, нанимаемым трудовым коллективом того же предприятия. Танмаядары отдельного предприятия, как совокупные собственники коллективного капитала, заинтересованы в его последовательном увеличении, т.к. это позволит усилить позиции предприятия. Поэтому танмаядары будут санкционировать регулярное выделение из дохода предприятия средства, необходимые для инвестирования развития производства, тем самым, кстати, относительно ограничивая рост средств, направляемых на собственное потребление танмаядаров. С другой стороны, танмаядары отдельного предприятия, будучи владельцами равных по величине индивидуальных паев-капиталов, в условиях невозможности на танмаядарном предприятии процесса концентрации капитала у отдельных работников, основную ставку будут делать на рост зарплаты через повышение индивидуальной производительности труда. Сообразно повышению производительности труда и росту доходности предприятия танмаядары адекватно этому будут санкционировать рост объема средств, направляемых на собственное потребление, относительно ограничивая тем самым рост инвестиций, идущих на расширение производства. Таким образом, танмаядары сознательно будут пресекать неоправданный рост и собственного потребления, и инвестиционного капиталовложения, соблюдая тем самым разумный баланс между производством и потреблением в масштабе отдельного танмаядарного предприятия. Чтобы не допустить возможного нарушения подобного баланса на отдельном предприятии из-за возможного негативного воздействия характерной политики правительств левой или правой ориентации капиталистической страны, не пришедший еще к власти танмаядарный класс и его политический представитель в лице танмаядарной партии будут вести последовательную борьбу против правых или левых перекосов в экономической политике правительства. Нетрудно понять, что в случае прихода танмаядарной партии к власти она будет проводить политику устойчивого разумного баланса между социальной политикой и политикой производственного инвестирования, препятствуя как дрейфу страны влево под давлением работников наемного труда капиталистических предприятий, так и вправо – под давлением буржуазии. Из сказанного ясно, что танмаядарная партия будет занимать устойчивые позиции в центре политического спектра, отражая истинно центристскую сущность материальных интересов танмаядарного класса.

Следует отметить, что в современном политическом спектре капиталистических стран обычно имеются партии, именующие себя центристскими, которые, однако, таковыми являются лишь по форме, а не по существу. Дело в том, что в случае прихода подобных партий к власти они действуют не столько в соответствии с провозглашенными программными установками, сколько в соответствии с конкретными потребностями реальной экономики. Поскольку реальная экономика в зависимости от своего состояния обычно требует либо программу левого фланга с акцентом на социальную защиту, либо программу правого фланга с акцентом на производственное инвестирование, в то время как центристская политика относительного баланса между левой и правой программами востребовывается лишь эпизодически, то пришедшая к власти центристская по программе партия в действительности в зависимости от требований экономического развития в качестве базовой будет реализовывать программу либо левого, либо правого флангов. Хотя, если в момент прихода центристской партии к власти в связи с отмеченными выше особенностями развития очередного кризиса будет существовать объективная потребность в центристской политике, то она будет проводить центристскую политику относительного баланса между потребностями труда и капитала. Поскольку центристская политика обычно бывает востребована лишь в течение короткого промежутка времени, то политика центристского правительства вслед за изменяющейся экономической конъюнктурой в скором времени смещается либо в левом, либо в правом направлениях. Таким образом, в современном капиталистическом обществе партии, объявляющие себя центристскими, после прихода к власти под действием реальных экономических требований проявляют свою сущность либо как левые, либо как правые партии. Поскольку в социальной структуре капиталистического общества, на мой взгляд, нет базового класса, материальные интересы которого порождали бы постоянную потребность в функционировании центристской программы, то в политическом спектре капиталистических стран не может быть партий с центристской политической природой. В этом смысле будущая танмаядарная партия станет в политическом спектре капиталистических стран первой партией, обладающей естественной центристской политической природой.

Дело в том, что отмеченная выше двойственность социальной природы танмаядаров порождает такие материальные интересы, которые будут выступать в виде потребности непрерывного сохранения разумного баланса между затратами танмаядарных предприятий на личное потребление танмаядаров и на производственные нужды. Именно подобная танмаядарная потребность в превращенном виде будет формировать естественную центристскую политическую позицию танмаядарного класса и танмаядарной партии. Таким образом, в лице танмаядарного класса центр политического спектра впервые приобретет собственную адекватную классовую базу, обеспечивающую этому центру функциональную устойчивость. Естественная центристская природа танмаядарного класса определит политическую сущность танмаядарной партии, которая поэтому в условиях капиталистической системы той или иной страны будет стремиться к обеспечению постоянной дееспособности центра политического спектра независимо от сложившейся в стране экономической или политической конъюнктуры. В силу отмеченных причин танмаядарную партию можно будет считать первой партией, которая будет располагать естественной центристской классовой базой, придающей политической природе танмаядарной партии естественный характер. В этом смысле будущую танмаядарную партию возможно охарактеризовать как партию нового типа.

Итак, если рабочий класс и различные социальные слои наемного труда составляют адекватную классовую основу левого фланга, буржуазный класс и примыкающие к нему различные социальные слои образуют адекватную классовую базу правого фланга, то будущий танмаядарный класс и примыкающие к нему социальные слои сформируют адекватную классовую основу центра политического спектра.

Из сказанного выше ясно, что будущая «Партия танмаядарного азерлийского ренессанса» (ПТАР) будет занимать в политическом спектре Азербайджанской Республики центристские позиции. Полагаю, ПТАР быстро превратится в самую мощную и массовую партию страны. Сила партии будет черпаться из следующих основных источников:

а) ПТАР будет обладать набором научно обоснованных экономических, идеологических, политических, этнологических идей, прогрессивность и мощь которых привлекут в партию цвет нации;

б) такие признаки базового для ПТАР танмаядарного класса, как высокая сознательность, хорошая организованность и сплоченность, неплохой уровень интеллектуальной подготовки танмаядаров, превратят ПТАР в несокрушимую организацию. Экономическая же мощь богатого танмаядарного класса превратит его в надежную финансовую опору ПТАР;

в) наконец, на стороне ПТАР окажутся симпатии всего народа, поскольку подавляющее большинство населения будет сильно выигрывать во многих отношениях от внедрения танмаядарного строя, способного обеспечить высокий жизненный уровень народа.

Из сказанного нетрудно понять, что долго ждать прихода ПТАР к власти не придется. Как следует из названия этой партии, ее основной целью будет обеспечение ренессансного расцвета всех сторон жизни азерского этноса на основе внедрения и развития танмаядарного способа производства. Для реализации этой цели ПТАР вместе со своими демократическими, патриотическими союзниками, опираясь на кадровый потенциал и первичный опыт организации и функционирования экспериментальных танмаядарных предприятий, будет осуществлять крупномасштабное внедрение в стране танмаядарного способа производства. Начальный этап подобного внедрения может быть реализован, например, следующими основными путями:

а) образование группы экспериментальных танмаядарных предприятий путем преобразования части государственных предприятий в танмаядарные и последующее расширение этой группы посредством танмаядарной приватизации;

б) финансовое, техническое, моральное и иное стимулирование государством процесса сугубо добровольного объединения частных сельскохозяйственных производителей в коллективные танмаядарные сельские предприятия;

в) аналогичное стимулирование добровольного преобразования части частных промышленных предприятий на танмаядарных началах.

В результате всего этого развернется процесс образования первичного танмаядарного сектора экономики, дальнейший рост которого будет идти как в основном путем расширения этим сектором собственного инвестирования в танмаядарное производство, так и вследствии экономических побед танмаядарных предприятий в честной конкурентной борьбе с капиталистическими и государственными предприятиями. Считаю, что танмаядарные предприятия, опираясь на свои институциональные преимущества, обеспечат более высокую производительность труда по сравнению с частными и государственными предприятиями. Поэтому танмаядарный сектор за корoткий срок сумеет занять ведущие позиции в индустрии и сельском хозяйстве страны и станет производить решающую часть объема валового национального продукта (ВНП), что будет означать осуществление перехода страны из формации капитализма в начальную синкретическую стадию танмаядарной формации. Полагаю, для подобного перехода достаточно будет, чтобы танмаядарный сектор производил около половины ВНП страны.

В будущем танмаядарном государстве позиции капиталистического сектора представляются более стабильными в основном в тех сферах, в которых он в силу своих особенностей будет сохранять эффективность и на синкретической стадии танмаядарлыга. Это, прежде всего, те предпринимательские сферы, в которых имеет особое значение частная предприимчивость и присутствует высокая оборачиваемость капитала, – предприятия сферы торговли, обслуживания, банковской сферы, отдыха, развлечений и т.п. На частный сектор ориентировочно может прийтись 20-25 % ВНП.

Наконец, государственный сектор в силу своей функциональной специфики закрепится в сферах энергетики, нефтяной индустрии, крупнейших индустриальных предприятий. Обусловлено это будет во многом тем, что ввиду медленной оборачиваемости капитала в этих сферах оптимальная производственная деятельностъ в них предполагает дотационную поддержку государства. Этот сектор вполне может занять 25-30 % ВНП.

Понятно, что сегодня прогноз удельного веса указанных трех секторов экономики на синкретической стадии танмаядарлыга условен и ориентировочен.

Полагаю, весь период перманентного перехода Азербайджана от власти симбиоза коммунализма с диким капитализмом к власти цивильного капитализма и далее к первой синкретической стадии танмаядарлыга может занять до 15 лет, в течение которых страна сумеет сделать мощный рывок в развитии и создать стартовые условия для последующего танмаядарного экономического бума, способного обеспечить ошеломляющий, беспрецедентный и в исторических масштабах практически мгновенный переход общества от скромного уровня жизни к процветанию и богатству. Следствием этого будет расцвет не только производственной сферы, но и всех иных сторон жизни общества – культуры, науки, образования, здравоохранения, спорта, сферы отдыха и т.д.

В результате внедрения танмаядарного способа производства азеры Азербайджанской Республики сумеют осуществить апробацию новой и, на мой взгляд, самой эффективной в истории человечества модели общественного развития. Если азерам независимого Азербайджана удастся первыми реализовать высокоэффективную танмаядарную модель развития, то, несомненно, этнический фактор облегчит в дальнейшем переход на танмаядарный путь развития и других частей Большого азерского этноса, прежде всего в странах их компактного проживания – в Иране, Турции, Ираке, обеспечив тем самым надежную экономическую базу предстоящего тотального общеазерлийского ренессанса. Поэтому одной из основных обязанностей будущей Партии танмаядарного азерлийского ренессанса станет способствование процессу распространения танмаядарной системы, прежде всего, в этих странах компактного проживания азеров.

Другим генеральным направлением деятельности ПТАР станет реализация проистекающих из идеи азеризма собственно этнических задач развития. Полагаю, специфика различных этнических задач азеризма в условиях Азербайджанской Республики будет заключаться в обеспечении такого высокоэффективного развития основных сторон духовной жизни нации – языка, образования, науки, культуры, которое позволит за короткое время подготовить Азербайджанскую Республику в качестве основной опорной базы для удовлетворения идейных, образовательных, профессиональных и иных потребностей предстоящей активной фазы процесса полномасштабного возрождения частей азерского этноса в Иране, Ираке, Турции и других регионах. В этом смысле генеральная задача азеризма в современном независимом Азербайджане заключается в форсированной подготовке страны к исполнению функций, образно говоря, всеазерской образовательной и научной академии и кузницы подготовки квалифицированных кадров для всех частей Большого азерского этноса по ведущим направлениям современного научно-технического и общественного прогресса.

Одним из важных последствий подобного прогрессивного этнического развития будет формирование в Азербайджане такой опорной первичной языковой базы, основываясь на которой затем станет возможным уже в общеазерском масштабе достичь скачкообразного перехода азерийского языка на совершенно новый высокий качественный уровень, который характерен для ведущих мировых языков. Образование подобной опорной первичной языковой базы столь важная задача, что в ней я усматриваю сердцевину азеризма в духовной сфере в современном независимом Азербайджане. Поэтому особый акцент в практическом азеризме в духовной сфере в настоящий период, думается, должен делаться на обеспечении опережающего функционального развития азерийского языка с тем, чтобы он оказался способным удовлетворить предстоящий резкий и существенный рост потребностей в высокоразвитом азерийском языке в период прогнозируемого мной в обозримом будущем общеазерского и общетюркского духовного ренессанса, который, полагаю, во многом будет инициировать процесс выдвижения азерийского языка на лидирующие позиции в группе тюркских народов, роль которых в мировых делах может, полагаю, существенно возрасти уже к середине текущего столетия, особенно если тюркские народы внедрят танмаядарную общественную систему.

Относительно будущего тюркских языков, в том числе и азерийского, я располагаю собственной версией, которую уместно кратко изложить, поскольку она во многом позволит прояснить прогнозируемую историческую роль независимого Азербайджана. Эта версия впервые была изложена мной в письме, направленном в ноябре 1973 года в адрес Первого секретаря Центрального Комитета Коммунистической партии Азербайджана Алиева Г.А. Расширенный вариант этого письма через полгода я направил в Союз писателей Азербайджана его председателю Мирзе Ибрагимову. В письме Алиеву Г.А. я отмечал, что процессы развития человечества в близком (до конца ХХ века) и отдаленном (в ХХЫ веке) будущем обусловят не только коренные формационные преобразования в мире, связанные с уходом капитализма с исторической сцены, но также приведут и к упразднению ряда крупных федеративных образований, составленных из народов различных языковых групп. Вышедшие из этих упраздненных федераций народы затем перегруппируются и со временем образуют новые ассоциативные зоны, в формировании которых наряду с экономическими интеграционными процессами, решающую роль будут, скорее всего, играть факторы языковой и генетической близости родственных народов. Конечно, в основе объединения тех или иных народов находятся, прежде всего, факторы экономической интеграции между ними. Однако, поскольку экономическая интеграция дополнительно психологически стимулируется осознанием генетической близости сближающихся родственных народов и облегчается возможностью непосредственной языковой коммуникации между носителями близких языков, то, как правило, именно родственные по происхождению и языку народы образуют более прочные территориальные объединения, ассоциативные зоны. Со временем в этих зонах естественным образом происходит выделение языка-лидера. В этом письме особенный акцент мной был сделан на проблеме будущности народов и языков Советского Союза. Условной ориентировочной временной датой привязки к первым существенным результатам фундаментальных процессов национального развития в СССР в обозримом будущем я принял начало ХХЫ века. Народы СССР, по моему тогдашнему прогнозу, сгруппируются в основном в составе двух новых зон, названных мной Ассоциациями. Тюркские народы образуют Тюркскую Ассоциацию Социалистических народов (ТАСН), а славянские – Славянскую Ассоциацию Социалистических народов (САСН). Причем, в эти крупные Ассоциации могут добровольно входить также и народы иных языковых групп, которые обладают близкой духовностью и ментальностью. Например, в ТАСН могут войти и те сравнительно малые части ираноязычных народов, которые территориально окажутся расположенными в тюркском окружении, либо будут испытывать мощное воздействие активных экономических и человеческих контактов со стороны тюркских народов.

Согласно моей версии занять позиции языка-лидера в Ассоциации родственных народов может язык того народа, условия которого лучше всего будут отвечать требованиям предлагаемых мной следующих пяти принципов этнического лидерства:

1. принцип центрального расположения народа-лидера как на ведущих мировых транспортных магистралях, что особенно важно с точки зрения формирования лидирующих позиций, так и на территории расселения основной массы родственного населения Ассоциации;

2. принцип языковой и культурной достаточности народа-лидера для обеспечения его языку исполнения роли языка-лидера, имея в виду наличие такого уровня развития этих показателей, который необходим для исполнения данной миссии;

3. принцип экономического минимума, подразумевающий наличие у страны-лидера той материальной базы, которая способна обеспечить экономический минимум, вполне достаточный для реализации миссии научно-технического, хозяйственного лидера Ассоциации;

4. принцип территориальной достаточности, означающий наличие у страны-лидера такой значительной по размеру территории, которая обеспечивает охват ведущих мировых магистралей, проходящих по территории Ассоциации родственных народов, а также обеспечивает возможность непосредственного контакта с основной массой населения Ассоциации;

5. принцип достаточной населенности, означающий наличие у страны-лидера такой значительной численности населения, которая способна обеспечить минимально достаточный кадровый потенциал и уровень потребления, необходимые для сохранения этой страной передовых позиций в научно-технической, экономической, культурной и иных важных сферах жизнедеятельности Ассоциации.

В письме я не раскрыл содержания этих принципов, поскольку это чрезмерно удлинило бы его. Вместе с тем, с целью значительного улучшения геостратегического расположения Азербайджана и тюркской группы народов я предложил в письме идею проекта судоходного канала, названного мной «Халглар йолу». Это был проект канала из Черного моря в Каспийское море через Грузию и Азербайджан, а затем через Туркменистан на юг и далее вдоль границы Ирана с Афганистаном и Пакистаном с выходом в Аравийское море. Другая ветвь этого канала направлялась из Туркменистана через Узбекистан, Казахстан (с использованием переброшенных из России водных ресурсов) в Китай до реки Хуанхэ. Кстати, в контексте данного проекта мне было интересно случайно узнать в 1996 г. из радиопередачи о том, что Ираном в середине 70-х годов будировался вопрос о строительстве судоходного водного пути из Аравийского моря в Каспийское море через территорию Ирана.

По моему мнению, выраженному в письме, наиболее вероятным кандидатом на исполнение функций языка-лидера в ТАСН может быть азербайджанский язык, поскольку воссоединенный к тому времени исторический Азербайджан лучше всего будет отвечать отмеченным выше принципам лидерства в Ассоциации. В свою очередь, как я отмечал в письме, это откроет перед азербайджанским языком хорошие перспективы для того, чтобы стать в дальнейшем одним из ведущих международных языков.

Итак, в 1973 г. в письме к тогдашнему руководителю советского Азербайджана Г.А.Алиеву я сделал два глобальных прогноза, имеющих особую значимость для нашего будущего:

1. в завуалированном виде, представленном в форме прогноза процессов национального развития в СССР, делался вывод о возможности упразднения Советского Союза в ХХЫ веке. Национальные процессы, которые способны привести к упраздняющей СССР трансформации, вначале обусловят в последние 30 лет ХХ века эволюцию СССР в направлении выделения внутри него особых славянской и тюркской зон в виде упомянутых выше САСН и ТАСН, после чего САСН и ТАСН, развиваясь в направлении интеграции соответственно с зарубежными славянами и тюрками, преобразуются в новые объединения народов, которые окончательно упразднят СССР уже в ХХЫ веке;

2. давался прогноз о преобразовании ТАСН в ХХЫ веке в новое зональное объединение – Ассоциацию тюркских народов Азии (АТНА), в которой совокупный потенциал Азербайджана, сильно выросший после прогнозируемого воссоединения Северного и Южного Азербайджана, создаст для азербайджанского языка хорошие шансы, чтобы занять в АТНА позиции языка-лидера, что, в свою очередь, образует стартовую базу для его дальнейшего развития до уровня одного из международных языков.

Как видно, мой первый несколько завуалированный прогноз развития СССР реализовался полностью и даже с опережением – СССР распался в 1991 г., а не в прогнозном ХХЫ веке. Второй же прогноз об образовании АТНА и занятии в нем азерийским языком позиций языка-лидера нам еще предстоит реализовать.

Какова была судьба письма, дошло ли письмо до адресата мне не известно, поскольку ответа на него я так и не получил. Что ж, как говорится, и на том спасибо, ибо для меня имелся риск, что письмо подобного содержания в те времена могло быть расценено как антисоветское, пантюркистское с возможными негативными последствиями для столь молодого 22-ух летнего автора.

За прошедший с того времени срок мне удалось значительно расширить свои познания относительно реального потенциала азерского этноса. Оказалось, что, как общая численность азеров в мире, так и общеазерлийский этнический потенциал развития в действительности значительно превышают те данные, которые в начале 70-ых годов прошлого века можно было почерпнуть из советской литературы. С позиций этих более точных данных я с еще большей уверенностью утверждаю о реальной возможности великого будущего азерского этноса Передней Азии. Для реализации этих возможностей и предлагается идея танмаядарного азеризма в качестве общеазерлийской национальной идеи. В дело реализации этой общеазерлийской идеи особый вклад надлежит внести азерам Азербайджанской Республики, поскольку они составляют лучше организованную и более продвинутую в плане национального конституирования часть общеазерского этноса.

Поскольку среди всех частей Большого азерского этноса азерский народ Азербайджанской Республики первым обрел государственную независимость и проистекающие из этого возможности свободного национального развития, то в первую очередь на нем лежит ответственность за решение двух особо важных в общеазерском масштабе задач: задачи первичной апробации и полномасштабной реализации в государственном масштабе танмаядарного способа производства; задачи образования той стартовой базы языкового развития, опираясь на которую в дальнейшем по мере развертывания в ближайшем будущем процессов резкого расширения сферы функционирования азерийского языка, прежде всего, в Иране и Турции, станет возможным приступить к реализации стратегической общеазерлийской языковой программы азеризма. Поскольку о стратегии реализации танмаядарной задачи речь шла выше, то имеет смысл более подробно остановиться здесь на нашей языковой программе.

На азерах независимого Азербайджана лежит задача по образованию стартовой базы для реализации общеазерлийской языковой программы азеризма. Вначале отмечу, что, на мой взгляд, сущность стратегии общеазерлийской языковой программы азеризма заключается в таком функциональном развитии азерийского языка, которое подготовит его к исполнению в обозримом будущем функций одного из ведущих международных языков. Сама постановка вопроса об исторической ответственности азеров независимого Азербайджана в связи с исполнением задачи формирования подобной стартовой языковой базы предопределяется, прежде всего, тем, что в советском Азербайджане был достигнут довольно значимый уровень функционального развития нашего языка, приобретен немалый научный потенциал в сфере лингвистики, организована солидная институциональная лингвистическая образовательная инфраструктура, достаточная для активного языкового развития. Современный статус государственной независимости Азербайджанской Республики объективно резко расширяет возможности подобного языкового развития и образования оптимальных стартовых условий для последующей реализации общеазерлийской языковой программы азеризма.

Исполнение отмеченной языковой миссии потребует от всех азерлийцев независимого Азербайджана, но, прежде всего, от нашей творческой интеллигенции, особой самоотверженности. Дело в том, что для активного производства интеллигенцией научной, духовной продукции на родном языке требуется наличие соответствующего массового спроса на эту продукцию. В настоящее время пока отсутствует тот высокий уровень массового спроса на научно-техническую, познавательную, художественную и иную литературу на азерийском языке, который необходим для эффективного развития языка. Это обусловлено тем, что, с одной стороны, из всей многомиллионной массы Большого азерского этноса сегодня в основном лишь азеры независимого Азербайджана являются потребителями интеллектуальной продукции на азерийском языке, поскольку лишь они получают образование на родном языке, а с другой стороны, серьезные экономические проблемы переходного периода в Азербайджане ощутимо ограничивают потребительский спрос на эту продукцию в самом Азербайджане. Конечно, в связи с предстоящей реализацией программы азеризма в местах компактного проживания азеров, в первую очередь в Иране, Турции, Ираке, возможно прогнозировать в обозримом будущем разворачивание процессов мощного общеазерлийского возрождения и многократное возрастание массовости базы развития нашего языка за счет приобщения к нему многих десятков миллионов азеров этих стран после организации в них полноценной системы образования на азерийском языке. Однако, поскольку пока еще нет этого возрождения, то сегодня объективным требованием, исходящим из стратегии азеризма, является требование самоотверженного участия творческой интеллигенции независимого Азербайджана в деле образования стартовой языковой базы будущего общеазерлийского языкового ренессанса. Сущность этого требования состоит в том, чтобы наша творческая интеллигенция строила сегодня свое отношение к проблематике развития азерийского языка и делу производству продукции на азерийском языке ориентируясь не столько на ограниченный спрос несколько суженной современной языковой базы, сколько на предстоящий в обозреваемом будущем быстро растущий спрос на литературу на родном языке в связи с прогнозируемым мной будущим бурным национальным и языковым ренессансом всех частей Большого азерского этноса.

Историческая реальность сложилась таким образом, что сегодня основной груз исполнения языковой программы азеризма лежит на плечах азеров Азербайджанской Республики. Хотелось бы верить, что азерам независимого Азербайджана хватит самоотверженности и патриотизма для исполнения своей языковой миссии и долга перед Большим азерским этносом. Свидетельством способности нашей интеллигенции исполнить подобную миссию может быть ее достойная роль в сравнительно недавней истории бурного, хотя и краткосрочного национального ренессанса в Азербайджане в 60-ых годах ХХ века. Для осознания возможностей нашей интеллигенции уместно кратко обозреть процессы этого национального ренессанса. Тоталитарные условия советского режима того времени, сложная межнациональная ситуация в Азербайджане того периода не были благоприятны для начала подобного ренессанса. Во многом это было обусловлено чрезмерно высокой ролью русского языка в послевоенный период начала 50-ых годов как в целом в Советском Союзе, так и в частности в Азербайджане, в котором азерийский язык находился в положении второстепенного языка. Эта ситуация серьезно осложнялась высоким удельным весом в отмеченный период численности некоренного, иноэтничного населения в Азербайджане и особенно в его столице, что было следствием вековой экспансионистской политики России. Еще царская Россия с целью организации христианского пояса на Южном Кавказе осуществляла массовое переселение в течении ХЫХ века в Азербайджан христиан, прежде всего, армян и русских. В дальнейшем новая значительная волна русских переселенцев из России уже в конце ХЫХ в. – начале ХХ в. была связана с организацией крупного нефтяного производства в Баку. В результате численность некоренного населения в самом городе Баку в середине ХХ века превышала численность азеров, в связи с чем в столице республики превалировала русскоязычная среда, а во всех основных сферах общественной жизни доминировал русский язык, охватывая и те сферы, в которых должен был бы функционировать азерийский язык, как язык титульной нации республики. Однако, в 60-ых годах прошлого столетия столь ненормальная языковая ситуация стала меняться в направлении резкого расширения сферы функционирования азерийского языка. Обусловлено это было прежде всего процессом массового переезда в этот период азеров из сельских районов в столицу. Дело в том, что в середине 50-ых годов в Советском Союзе был отменен запрет сельчанам на получение прописки в городах. Это привело к массовому переезду в Баку и другие города Азербайджана сельского населения, которое было сплошь азериязычным. Быстрое и значительное увеличение в столице численности носителей азерийского языка и азерлийской национальной ментальности, привело к смене всей национальной ситуации в республике. Во-первых, удалось остановить и даже обернуть вспять процессы русской ассимиляции некоторой части столичных русскоязычных азеров, во-вторых, в среде русскоязычных азеров резко активизировались процессы формирования у них азерлийского национального самосознания, в-третьих, массовый переезд сельчан в столицу в условиях начавшейся в тот период научно-технической революции обусловил резкое расширение в республике в 60-ых годах прошлого столетия системы высшего образования на азерийском языке. В результате этих процессов в республике наблюдалось явление бурного развития азерийского языка и резкого роста потребности в азериязычной научной, технической, общественной и иной литературе. Кстати, симптоматично, что именно в этот период активного национального развития в оборот стал входить термин «Азери» для наименования нашего народа и языка.

В то время наша во многом еще молодая национальная интеллигенция продемонстрировала свою высокую дееспособность в деле языкового строительства. В период бурного, хоть и краткосрочного национального ренессанса 60-х годов прошлого века национальная интеллигенция советского Азербайджана сумела достойно ответить на резко возросшие языковые запросы неожиданно пробудившейся нации. В то время нашей интеллигенции удалось совершить мощный качественный скачок в развитии нашего языка, унифицировав его нормы и образовав терминологию по многим направлениям разворачивающейся в тот период в мире научно-технической революции. И хотя в самом конце 60-х годов советская коммуналистическая система, предприняв активные ограничительные меры против нашего хоть и бурного, но спонтанного национального ренессанса, сумела затормозить бурный процесс резкой активизации национальной жизни, тем не менее, в целом ограничительная реакция советской системы безнадежно запоздала, ибо азерлийский национальный ренессанс 60-ых годов в советском Азербайджане в основном успел состояться. В результате этого идеи национального возрождения успели прочно внедриться в юные в то время умы и души моих ровесников, сформировав целые поколения молодых патриотов. Считаю, что именно азерлийский ренессанс 60-ых годов подготовил в целом ту этническую почву, на которой в последующем в конце 80-ых годов взошли семена нашего национального возрождения, расцветшие в 1991 году прекрасными цветами национального освобождения и восстановления государственной независимости Азербайджана.

Несмотря на восстановление независимости, к сожалению, пока не удалось реализовать в нужной степени те новые возможности развития, которые вытекают из статуса независимости. Во многом обусловлено это тем, что пока не получается переход страны в строй цивильного капитализма. В результате современное экономическое положение большинства населения весьма тяжелое. Одним из последствий подобного тяжелого социального положения большинства наших людей является довольно ограниченный спрос на творческую продукцию на азерийском языке. Это означает, что экономическая ситуация весьма неблагоприятна для продуктивной работы нашей творческой интеллигенции. Вот почему для продолжения продуктивной творческой деятельности и исполнения чрезвычайно важной для общеазерлийских этнических интересов созидательной языковой работы от национальной интеллигенции сегодня требуется проявлять высокую сознательность, самоотверженность и большое чувство патриотизма. Надеюсь, несмотря на тяжелые экономические условия современного периода азерлийская интеллигенция независимой Азербайджанской Республики сумеет достойно исполнить свой национальный долг перед 60-ти миллионным Большим азерским этносом (в этой цифре не учитывается численность многомиллионного азерского субэтноса Анатолии, численность которого еще предстоит определить), осуществив необходимую трудоемкую работу по подготовке норм нашего литературного языка к исполнению в будущем функций одного из будущих международных языков. Для реализации указанной миссии сегодня от всех азеров Азербайджана требуется также овладение высокой языковой культурой, проявление сознательной языковой дисциплины в деле грамотного употребления норм нашего красивого и довольно выразительного литературного языка.

Очевидно, что для осуществления требуемого мощного скачка в языковом развитии нам необходимо активизировать и мобилизовать богатые и во многом еще не задействованные внутренние ресурсы азерийского языка. Естественно, в деле дальнейшего последовательного развития азерийского языка, пополнения его словарного состава, осуществления нового словотворчества необходимо, в первую очередь, активно задействовать как возможности тюркского словарного фонда нашего языка, так и лингвистические ресурсы иных тюркских языков. При этом следует особо отметить, что в развитии нашего языка недопустим путь примитивного пуризма, по которому, например, пошла Турецкая Республика, начиная с 1932 года. В течение долгого времени в Турции осуществлялась, к сожалению, довольно малограмотная и ущербная в профессиональном смысле пуристическая деятельность государственного Турецкого лингвистического общества (ТЛО), которая нанесла огромный ущерб турецкому языку. К позитиву деятельности ТЛО можно отнести освобождение турецкого языка от засилья множества громоздких и витиеватых арабских и фарсидских словосочетаний. Вместе с тем, к негативу деятельности ТЛО следует отнести безосновательные устранения из турецкого языка значительного количества тех арабских и фарсидских терминов, которые благодаря многовековым процессам адаптации к турецкому языку достигли высокой степени унификации в соответствии с нормами турецкого языка и не выходили за пределы его слововыразительных и грамматических норм, иначе говоря, не портили турецкий язык. Поскольку для адекватного замещения этих лингвистически необоснованных теминологических изъятий в турецком языке нередко отсутствовали тюркские синонимы, то для заполнения образовавшегося языкового вакуума члены ТЛО стали выдумывать новые искусственные термины, зачастую довольно неудачные и профессионально неграмотные. В результате этого прежний более высокий стиль слововыражения в турецком языке был сменен на менее выразительный языковый стиль[27, с.240]. Кроме того, потеряв немало слов из общего с другими тюркскими языками фонда арабских и фарсидских терминов, турецкий язык стал отдаляться от современных тюркских языков. Наконец, плохо и то, что турецкий язык засорился придуманной членами ТЛО искусственной, невыразительной терминологией [28]. Полагаю, можно сказать, что такая пуристическая и в целом дилетантская лингвистическая деятельность в Турции понизила уровень развития турецкого языка по сравнению, например, с азерийским.

В Азербайджане хоть и не было подобной масштабной и довольно длительной пуристической деятельности, тем не менее, в 30-ых годах прошлого века также была проведена операция чистки нашего языка от арабских и фарсидских слов, которые под давлением советских властей были заменены на слова и термины из русского языка, а также из различных европейских языков. Следует сказать, что подобная чистка имела определенный смысл, поскольку наш язык был перегружен множеством громоздких словосочетаний, свойственных арабскому и фарсидскому языкам. Однако подобная чистка имела и негативные последствия, обусловленные тем, что, с одной стороны, многие изъятые термины, не имевшие тюркских аналогов, правильнее было оставить ввиду их высокой адаптированности к нормам азерийского языка, а с другой стороны, произошло новое терминологическое засорение нашего языка, но уже русскими и европейскими терминами, сменившими изъятые термины. Негатив подобной смены заключался также в том, что если изъятые арабские и фарсидские термины в нашем словарном фонде были основательно адаптированы к грамматическим и фонетическим нормам азерийского языка, то их европейские и русские дубликаты-термины не обладали подобной адаптацией, оказывая в результате негативное искажающее воздействие на фонетику нашего языка, его грамматические нормы. В интересах развития нашего языка имеет смысл провести в современный период профессионально грамотную ревизию его словарного состава с целью освобождения от подобных европейских и русских терминологических излишеств и восстановления первичных арабских и фарсидских терминов. В дальнейшем же новые европейские термины следует вводить в наш язык не спеша, лишь после исчерпания собственных словообразовательных возможностей азерийского языка. При этом, в развитии нашего языка важно воздерживаться от различных дилетантских пуристических актов наподобие, например, такой пуристической нелепости как недавнее изъятие из нашей грамматики апострофа только по той формальной причине, что тюркским языкам не характерен апостроф. В результате в процессе обучения школьников языку сложилась вызывающая недоумение парадоксальная ситуация – поскольку школьникам начальных классов весьма сложно воспринимать правильное произношение тех слов, из которых изъяли апостроф, то в низших классах обучение этих слов ведется с сохранением апострофа, а уже в старших классах те же слова даются в учебниках без апострофа [29].

Далее, всем нам следует существенно повысить уровень собственной языковой культуры и дисциплины, воздерживаясь в своей языковой практике от применения тех европейских терминов, которые дублируют наши слова. К сожалению, сегодня мы проявляем недостаточный уровень языковой дисциплины, перегружая без особой нужды свою речь европейскими терминами, употребляя, например, вместо термина «firqя» слово «партия», вместо термина «sяfhя», обозначающего периодику того или иного процесса, – термин «фаза», а взамен «cцmhuriyyяt» – «республика» и т.д.

Подытоживая вышесказанное, отмечу, что в свете исполнения требований идеи танмаядарного азеризма азерлийцам Азербайджанской Республики в течение 15 лет следует обеспечить реализацию двух основных задач, имеющих также определяющее значение в масштабах Большого азерского этноса, – задачи апробации и внедрения в государственном масштабе оптимальной модели танмаядарного устройства и задачи такого функционального развития азерийского языка, которое повысит уровень развития выразительных возможностей нашего языка до уровня высоких стандартов тех нескольких избранных языков, которые исполняют в мире функции международных языков.

По сравнению с азерлийцами Азербайджанской Республики азерлийцы других стран, в первую очередь, Ирана, Турции, Ирака, в настоящее время эволюционно более отдалены от стадии реализации концепции танмаядарного азеризма. Обусловлено это главным образом тем, что у них весьма низкий уровень конституирования этнической составляющей этой концепции, иначе говоря, главный действующий актор, т.е. дееспосбный азерский этнос, который должен внедрять национальную концепцию в этих странах, либо еще пребывает в положении народности, находящейся в летаргическом состоянии, как в Турции, либо еще находится на уровне незрелой нации, как в Иране и Ираке. Поэтому для них национальная идея танмаядарного азеризма в настоящее время может быть задействована пока что в усеченном виде – в виде идеи азеризма, сущность которой заключается в такой деятельности азерлийцев этих стран, которая позволит повысить уровень конституирования этнической составляющей национальной идеи до состояния, позволяющего дать старт процессу исполнения национальной идеи танмаядарного азерирзма в полном объеме. Требуемый уровень подготовки этнической составляющей, достаточный для запуска в полном объеме концепции танмаядарного азеризма в отмеченных государствах, будет достигнут тогда, когда части Большого азерского этноса в них будут сформированы в качестве дееспособных и полноценных наций. Реализация азеризма в этих странах непростая задача, поскольку азерийские этносы в них испытывают значительные этнические ограничения и притеснения. Вместе с тем, поскольку положение азерлийцев в каждой этой стране имеет свои характерные особенности, то идея азеризма в этих странах будет выступать в форме специфичных вариантов. Поэтому в соответствие с этими специфичными вариантами уместно рассмотреть задачи азеризма в каждой из этих стран по отдельности.

Вначале рассмотрим специфику азеризма в Иране. Азеры Ирана являются как самой крупной частью Большого азерского этноса, так и наиболее крупным народом Ираном. По данным лидера Движения национального пробуждения Южного Азербайджана Махмуда Чехраганлы, в 70-ти миллионном Иране имеется 35миллионов азерлийских тюрок, кроме них существуют еще несколько специфичных этнических азерских субэтносов – хорасанские тюрки, кашкайцы Шираза и туркманы северо-востока страны – общей численностью в 6 млн. человек. Таким образом, численность азеров Ирана равняется 41млн. чел., или 60 % населения страны [30]. По данным разных деятелей национального движения азеров Ирана, численность фарсов в стране составляет около 16 млн. чел., а 13 млн. чел. представлены курдами, лурами, бахтиарами, белуджами, арабами и др.[31].

Исторические условия страны сложились таким образом, что, несмотря на численное преобладание азерского этноса и формирование тюрками-азерами шахских династий Ирана на протяжении последних 10 веков до 1925 г., все это время при шахском дворе и в системе государственного управления страны действовали традиции формирования управленческого аппарата в основном из представителей фарсидского этноса и использования фарсидского языка в качестве официального. В результате, фарсы, будучи, в сущности, этническим меньшинством, традиционно занимали ведущие позиции в государственном аппарате, а их язык доминировал в стране, в то время как азерийский язык оттеснялся в бытовую сферу. После государственного переворота 1925 г. в Иране и прихода к власти фарсидской династии Пехлеви привилегированный статус фарсидского этноса и фарсидского языка еще больше усилился. Тем не менее, после свержения в 1979г. в Иране шахского режима в стране произошли некоторые позитивные подвижки в развитии национальных процессов. Еще в ходе антишахской революции азеры Ирана стали выдвигать требования национального характера. После же свержения шаха, видя, что новый режим не исполняет своих обещаний в национальной сфере, азеры Ирана стали последовательно усиливать борьбу за реализацию своих национальных прав. Сегодня в Иране наблюдается активная фаза азерлийского национального пробуждения, что позволяет надеяться на завершение в скором времени режима подавления национальных прав азеров.

Полагаю, для того, чтобы процесс азерлийского возрождения проходил продуктивно и оптимально необходимо осуществить научный анализ различных теоретических и практических аспектов подобного возрождения. Поскольку требуемый объем специальных изысканий по данной тематике довольно велик и выходят за рамки настоящей разработки, то здесь я ограничиваюсь лишь кратким изложением общей проблематики азеризма в Иране.

Сегодня в национальном движении азеров Ирана возможно выделить следующие три течения. Приверженцы одного течения исходят из большей предпочтительности федерализации страны с предоставлением азерам национальной автономии, сторонники другого течения ставят целью вывод Южного Азербайджана из Ирана с последующим его объединением с Азербайджанской Республикой, наконец, сторонники третьего направления считают целесообразным сохранение унитарного характера государственного устройства Ирана.

На мой взгляд, путь федерализации Ирана не соответствует нашим стратегическим национальным интересам, поскольку может привести к развалу Ирана, одним из последствий которого может стать угроза вытеснения азеров из разных национальных регионов страны. Дело в том, что представители азерского этноса за последнюю четверть ХХ века в связи с преимущественным развитием промышленности в центральной и южной частях Ирана широко расселились по всей территории страны в поисках работы, что имело следствием некоторое расширение этнической территории азеров. Однако, азерам еще предстоит основательно адаптировать к себе новые территории расселения. Поскольку же процесс федерализации может создать определенные помехи для подобной адаптации, то путь федерализации Ирана нам не выгоден.

Сегодня также невыгоден и вариант выхода Южного Азербайджана из Ирана, ибо в этом случае в урезанном Иране останется лишь половина азеров, вследствие чего основательно ослабеют наши общие позиции в этой стране.

На мой взгляд, наиболее оптимальным для реализации целей азеризма может считаться путь сохранения унитарного устройства Ирана, но при условии кардинальной демократизации общественной жизни страны. Унитарность предпочтительна потому, что способствует сохранению целостности страны, а демократизация выгодна не только расширением возможностей национального и социального развития этносов страны, но и тем, что облегчит мирный переход власти в Иране к численно превалирующим азерам. Полагаю, процесс демократических выборов способен передать власть большинству страны посредством процедуры честных выборов, справедливый характер которых будет способствовать реализации подобного перехода мирным путем, избегая при этом возможного обострения межнациональных отношений. Подытоживая, отмечу, что демократическое развитие Ирана способно, на мой взгляд, обеспечить целостность страны и одновременно образовать благоприятные условия для реализации основных задач азеризма в Иране, в том числе и задачи придания азерийскому языку статуса государственного языка Ирана. Все это будет способствовать оптимизации предстоящих процессов мирной реорганизации Ирана на азерлиийской основе. В случае целенаправленной реализации этой стратегии азеризма в Иране первые существенные позитивные результаты в деле подобной реорганизации возможно будет, полагаю, получить в течение 10 лет, но при условии, что большинство азерлийцев страны сумеет объединиться вокруг унитарно-демократической концепции общественного устройства Ирана. Полагаю, унитарно-демократический путь реорганизации Ирана позволит реализовать задачу мягкой азерлийской реконструкции Ирана таким оптимальным образом, что станет возможным избежать потенциальной угрозы распада страны, которая может возникнуть, если реализовывать стратегию подобной реконструкции более жестким образом.

На мой взгляд, идеи азеризма гармонично совмещаются с многотысячелетней исторической памятью и опытом автохтонного азерского населения Ирана, для которого вся эта страна являлась Родиной задолго до того, как на ее территории появились в начале первого тысячелетия до н.э. ираноязычные племена. Интересно отметить, что фарсы и белуджи, составляющие основную по численности часть среди ираноязычных этносов Ирана, антропологически не чужды азерам, поскольку азеры, фарсы и белуджи Ирана входят в одну и ту же хорасанскую (или каспийскую) антропологическую группу [32]. Подобное единство не случайно и может быть объяснено тем, что фарсы и белуджи, на мой взгляд, в течение нескольких тысячелетий подвергались естественной азерской антропологической ассимиляции. Подобная ассимиляция началась уже в тот период, когда пришедшие на территорию Ирана фарсидские племена вошли в состав объединения мидийских и каспийских племен азеров [33], с которыми фарсы стали вступать в кровнородственные отношения через брачные узы. Кроме того, антропологическая азерская ассимиляция могла происходить также за счет той части азеров, которая, начиная с середины ВЫ в. до н. э., после перехвата государственной власти в Мидии фарсидским этническим элементом стала подвергаться фарсизации и переходить в результате этого в состав фарсидского этноса. Данный процесс начался в 550 г. до н.э., когда Кир из персидского рода Ахемен, зять последнего мидийского царя Астиага, совершил дворцовый переворот и пришел к власти. Кир произвел коренную реформацию системы управления, в результате которой власть перехшла к фарсам и они стали составлять костяк чиновничества, сосредоточивая в руках светское управление. С этого времени фарсидский язык становится государственным [34]. В результате был дан старт многовековой языковой ассимиляции части азеров со стороны фарсидского этноса. Фарсизация части азеров происходила даже в тот период средних веков и нового времени, когда в течение 10 веков вплоть до 1925года у власти в Иране стояли тюркские династии, которые совершили непростительную ошибку сохранив фарсидскому языку традиционный статус государственного языка. Таким образом, азерская антропологическая ассимиляция фарсов происходила как за счет естественных процессов смешения фарсов с более многочисленными азерами, начиная еще с периода союзнических отношений древних азеров с фарсами после их появления на территории Мидии, так и в результате многовековой языковой фарсидской ассимиляции части азеров. На то, что в ходе многовекового азеро-фарсидского этнического общения именно фарсы, а не азеры подверглись антропологической ассимиляции указывает и то обстоятельство, что соседние с фарсами иные ираноязычные племена, например, говорящие с фарсами на идентичном языке таджики, относятся к совершенно иным антропологическим типам. В связи со сказанным, полагаю, вполне уместно принимать современнное фарсидское население Ирана в качестве азеров по своему телесному строению, антропологическому облику, но говорящих на фарсидском языке. Поэтому прогнозируемые мной в будущем Иране широкие процессы азерийской естественной языковой ассимиляции нетюркского населения в отношении фарсов и белуджей будут означать лишь восстановление тюркских корней их далеких азерских предков. Те обстоятельства, что современный Иран есть в основном лишь продолжение Мидии – древней родины азеров, а подавляющее большинство населения современного Ирана является азерским по происхождению и антропологии во многом объясняет почему и в своем танмаядарном будущем Иран нужен азерам целиком и полностью.

А теперь остановимся на задачах танмаядарного азеризма в Турецкой Республике. Прежде всего, отмечу, что поскольку в настоящее время в Турции азерская этническая среда пребывает в довольно аморфном состоянии субэтноса, то в настоящее время концепция танмаядарного азеризма в Турции выступает пока в усеченном варианте – в виде идеи азеризма, имеющей целью полную этническую реанимацию многомиллионной азерлийской массы страны и последующую ее конституцию в виде полноценной азерской нации с дальнейшим превращением ее в определяющую консолидирующую основу страны, способную объединить вокруг себя все остальные этнические группы Турции. Речь идет по существу о коренной этнической реконструкции Турции на базе возрождения ее исторически начальной азерской тюркской основы. Это весьма масштабная и довольно сложная задача, поскольку в настоящее время уровень этнического конституирования азеров в братской Турции довольно низок. Многомиллионная азерская масса Турции сегодня пребывает в состоянии субэтноса, а точнее, народности с прерванным процессом этнического развития. Объяснение подобной ненормальной ситуации можно найти в истории Турции периода средневековья. Как выше отмечалось, азерский этнос в Анатолии появился в результате размещения на ее востоке и в центре в ХЫ веке крупных масс туранских (сельджукских, туркменских) и кавказо-иранских азеров. Они образовали Конийский султанат, занимавший основную часть Анатолии и граничавший на западе с Византией. Это было первое тюркское государство на территории Анатолии. Основным разговорным языком тюркского населения султаната был язык, называемый специалистами анатолийско-тюркским языком [35], который по существу был азерийским языком. Однако, согласно традициям того времени литературным и официальным языком Конийского султаната стал не азерийский язык, а фарсидский язык, в качестве же языка религии и судопроизводства выступил арабский язык. В дальнейшем же уже в Османской империи литературным и официальным письменным яэыком стал так называемый «османский язык» («османлыджа») с преобладающей арабо-персидской лексикой. Этим языком владела лишь образованная верхушка, но он был непонятен широким слоям народа [36, с.153]. Переход на язык османлыджа был вызван переходом власти в стране к османам. Османская этническая среда была составлена из тех тюркских племен (в основном огузских), которые в ЫХ-ХЫ в.в. проникли на территорию Балкан, обогнув Черное море с севера.

По своим этноязыковым признакам племена балканских тюрок значительно отличались от азеров Анатолии. Балканские тюрки принимались византийскими императорами на военную службу. Особенно активно эти племена стали приниматься на пограничную службу после появления в Анатолии в ХI веке сельджукских азеров. Язык этих балканских тюрок был более огузированным по сравнению с азерийским языком сельджукских племен Конийского султаната [37, с.64-73].

В ХIII в. Конийский султанат разрушается монголами, и это значительно осложняет процессы последовательного этнического развития анатолийских азеров. В отличие от этого для бывших византийских огузов на Балканах и западе Анатолии, на территории которых с начала ХЫВ в. формируется Османское государство, сложились более благоприятные условия для этнического развития, поскольку их территория, естественно прикрываясь с востока анатолийскими азерами, была слабо подвержена разрушительным воздействиям монгольских набегов. Тем не менее, изнурительная борьба анатолийских азеров с монголами в ХIV в. одним из своих последствий имела стимулирование процессов этнической консолидации также и в среде азеров Анатолии.

Исследователи отмечают, что в результате указанных этнических процессов в Малой Азии в ХIV в. складываются предпосылки для формирования двух раннефеодальных народностей вокруг двух политических центров – Брусы и Коньи. Народность на Балканах и западе Анатолии с центром в Брусе исследователи называют османо-турецкой (для простоты я буду называть ее османской народностью), а народность в центральной и восточной Анатолии с центром в Конье – карамано-турецкой [38] (полагаю, правильнее называть ее азерской народностью). В ХIV в. условия этнического развития азерской народности оказались весьма неблагоприятными для ее полноценного оформления, поскольку ей пришлось сражаться на два фронта – на востоке с монголами, а на западе с восходящей Османской империей. В отличие от этого весьма благоприятными оказались условия развития для османской народности, имеющей естественное азерийское прикрытие на востоке от монголов. Это позволило османцам завоевать в первой половине ХIV в. значительные территории на Балканах. Укрепившиеся в результате этого османы со второй половины ХIV в. стали захватывать анатолийские бейлики, в основном в центральной Анатолии. Однако подобной экспансии помешало нашествие из Средней Азии полчищ завоевателя Тимура. В решающей битве под Ангорой (Анкарой) в 1402г. османская армия потерпела поражение, а османский султан Баязид попал в плен к Тимуру. Весьма характерно, что в этой битве на стороне Тимура выступила часть анатолийских бейликов. Это, в частности, подтверждает, что анатолийцы находились в довольно активной оппонирующей позиции по отношению к османам, не воспринимая их в качестве консолидирующей страну силы. После ухода Тимура из Анатолии здесь разгораются междоусобные войны, начинаются народные волнения. Однако, к 40-ым годам ХV в. османцы вновь организовались и приступили к широким завоевательным походам. В результате, несмотря на то, что анатолийские азеры располагали численным превосходством, балканские и западноанатолийские тюрки османы, успевшие лучше консолидироваться и организоваться после сокрушительного нашествия Тимура, стали со второй половины ХV в. покорять один за другим разобщенные бейлики анатолийских азеров. Это имело тяжелые последствия для становления и развития в Анатолии азерской народности, серьезно осложнив процессы ее естественной самобытной этнической эволюции. Также серьезно осложнились условия развития в Анатолии азерийского языка. А именно, по мнению известного в ХХ веке политического деятеля и историка Турции Фуада Копрюлю,: «До завоевания Османским государством Ирака и Восточной Анатолии литературным языком этих территорий было азерийское наречие. Однако, взращенные здесь поэты, несмотря на то, что и после установления османского правления их разговорным языком оставались различные азерийские говоры, под воздействием материальных и моральных преференций со стороны политического центра стали в основном пользоваться османским литературным наречием…» [39, с.37-38]. Здесь уместно добавить, что до завоевания Османским государством азерийское наречие было общим для бейликов не только Восточной Анатолии, как отмечает Ф.Копрюлю, но и для бейликов Центральной Анатолии – для этого достаточно посмотреть, например, где располагался Конийский султанат. После османского завоевания Анатолии господствующие позиции в увеличившейся Османской империи начинает занимать чрезвычайно насыщенный арабо-персидской лексикой язык «османлыджа» османской народности, который в начале ХХ в. сменяется стамбульским диалектом этой же османской народности. Вследствие османского завоевания из двух основных тюркских народностей Турции преимущественное этническое развитие получает османская народность, этническое же развитие азерской народности было пресечено ситуацией османского доминирования на государственном уровне. Подобное неравное соотношение в статусах османов и азеров в целом сохраняется до сих пор: прежняя османская народность оформилась как нация, располагающая национальной структурой и организацией, что позволяет османам пока что определяющее влиять на процессы формирования современной турецкой нации; этническое развитие азерской народности прервано и она пребывает в состоянии аморфной, летаргирующей народности, подвергающейся ассимиляционному языковому воздействию со стороны османов. Причем, даже несмотря на перенос в 1923 г. столицы страны из Стамбула в Анкару, расположенную в регионе анатолийских азеров, османы продолжали сохранять превалирующие позиции в структурах власти. Стамбульский диалект составляет ныне основу турецкого литературного языка, в то время как азерийский язык оказался оттесненным в сферу разговорного, бытового языка. Эту ситуацию отмечает и Фуад Копрюлю. В изданной в Баку в 1926 г. брошюре, посвященной анализу развития средневековой азериязычной литературы, Ф. Копрюлю отмечал, что в современный ему период 20-ых годов ХХ века азерийский язык в Иране, Ираке, Восточной Анатолии пребывает в состоянии разговорного языка [40, с.12].

И, тем не менее, в связи со стимулирующим воздействием в скором будущем на этническое развитие азеров Анатолии прогнозируемого мной общеазерлийского возрождения возможно также предвидеть активные процессы возрождения азерского этноса в Турции. Поэтому считаю, что нашим исследователям пора уже сегодня приступить к разработке идеологических основ этого грядущего возрождения с тем, чтобы оно протекало как можно оптимальнее. Прежде всего, следует определиться с современной численностью азерского субэтноса Анатолии. Сегодня по этому вопросу можно высказываться лишь приблизительно, оперируя косвенными данными, поскольку до сих пор не было специальных исследований в этом контексте. Известный исследователь в области этногенеза турок Еремеев Д.Е. приводит оценочную численность в 12-13 млн. чел. населения Турции в ее современных границах на период 30-ых годов ХIХ в. При этом турки составляли 7 млн. чел., что равнялось 55% населения, остальные 45% населения составляли армяне, курды, греки, арабы и др. общим числом в 5-6 млн. чел. Учитывая, что основную массу тюркского населения страны в сельджукский период составляли азеры, не будет преувеличением утверждение о преобладании азеров в общей массе тюрок Турции также и в первой трети ХIХ в. На основании этого можно полагать, что и в наши дни в тюркском населении Турции превалируют тюрки азерского происхождения. В обосновании подобного мнения можно привести такие выкладки. В 30-х годах ХIХ в. треть тюркского населения страны составляли кочевые племена туркмен и юрюков [41, с.164], говоривших на азерийском языке. Только эти кочевые азеры с учетом естественного прироста могли возрасти к началу ХХI в. до 15 млн. чел. Кроме того, несомненно, что среди оседлой части тюрок Турции в ХIХ в. азеры, как минимум, не уступали по численности османам. Полагаю, не ошибусь во мнении, что в современной Турции у азерского субэтноса может иметься крупный потенциал в несколько десятков миллионов человек.

Очевидно, что для запуска в настоящий период процессов национального конституирования азеров в Турции необходимо вначале осуществить комплекс мероприятий по полной остановке процессов османской языковой ассимиляции азеров. Одновременно с этим необходимо проведение мероприятий по реанимации специфичного общего самосознания представителей различных племенных подразделений азерского субэтноса Анатолии, прежде всего на основе воссоздания исторической памяти об их общеазерских корнях. В целом же в качестве генеральной задачи азеризма в Турции, полагаю, можно принять задачу преобразования в короткий срок ныне аморфного азерского субэтноса в анатолийскую азерскую нацию. Процесс перехода летаргирующего ныне азерского субэтноса Турции в состояние дееспособного этноса во многом осложняется из-за наличия проблемы аморфности, неоформленности этнического самосознания азеров Анатолии ввиду того, что это самосознание не успело четко конституироваться в свое время в связи с поражением азерской народности в борьбе с османской народностью в период средневековья. Тем не менее, дух соперничества, который имелся в тот период между этими двумя народностями, продолжает проявляться и в наши дни, хотя и в несколько завуалированной форме. Например, и сегодня турки на уровне массового самосознания дифференцируют друг друга по линии анатолиец – не анатолиец.

Интеграции азеров Анатолии в полноценный самостоятельный этнос мешает также сохраняющаяся сегодня память о дифференциации их в историческом прошлом на различные племенные объединения. Обусловлено это, прежде всего тем, что процесс взаимной этнической интеграции различных азерских племенных объединений был искусственно прерван османами еще на этапе формирования средневековой азерской народности. В результате у азеров Турции до сих пор сохраняется значительный пласт племенного сознания в виде памяти о принадлежности к различным сельджукским, туркменским, кавказо-иранским племенным объединениям азеров. Поскольку подобная ситуация мешает складыванию единого азерского этнического сознания, то процесс этнического возрождения азеров Анатолии потребует реализации комплекса мер по запуску процесса замещения племенного сознания общеазерским национальным сознанием. В формировании подобного общеазерского сознания у анатолийских азеров и заключается, на мой взгляд, сущность идеи азеризма в Турции в настоящий период.

Несомненно, большую роль в решающей активизации азерлийского фактора Турции должны сыграть современные процессы национального возрождения азеров соседних стран, прежде всего азеров независимого Азербайджана. Полагаю, летаргирующий азерский субэтнос Турции, получая от азеров Азербайджана, Ирана и Ирака все нарастающие импульсы разворачивающегося процесса общеазерлийского национального возрождения, может начать в скором времени проявлять признаки этнической реанимации. Подобное, кстати, может означать начало возрождения Анатолийской Азерии с ее многомиллионным азерским этносом. Все это может стимулировать начальные процессы кардинальной трансформации хода этнических процессов в современной Турции, которые начнут выступать в виде разворачивающихся процессов реорганизации всей турецкой нации на азерлийской основе. Несомненно, все эти процессы создадут острую потребность в их адекватном идеологическом оформлении, прежде всего, в виде новой национальной идеи страны. Думаю, подобной новой опорной национальной идеей Турции может стать идея азеризма как идея возрождения азерского этноса, располагающегося в Турции в основном в широкой полосе вдоль оси Карс-Эрзерум-Сивас-Конья, с последующей реконструкцией на этой основе всей современной турецкой нации. Причем, процессы реализации подобной национальной идеи должны осуществляться целенаправленно в соответствии с научно разработанной программой азеризма, учитывающей специфичные условия Турции. Исполнение этой программы должно обеспечить как форсированные темпы возрождения и становления азерской нации Турции, так и параллельный процесс коренной реконструкции на этой азерской основе современной турецкой нации, которую после этого правильнее будет называть азерской нацией. Несомненно, подобное развитие приведет к утверждению возрожденного азерийского языка в качестве официального языка Турции. Полагаю, если сегодня разработать программу азерлийского возрождения в Турции, довести ее до сознания широких масс азерского субэтноса страны, и, самое главное, приступить к ее последовательной, непрерывной реализации, то в течение 10 лет можно будет воочию наблюдать резкую активизацию процессов национального конституирования азеров Турции.. В связи с этим одновременно следует также разработать комплекс мероприятий по блокированию возможных угроз целостности Турции со стороны деструктивных, антигосударственных сепаратистских сил, которые могут попытаться использовать в своих грязных целях естественные сложности и проблемы, которые могут сопровождать непростые процессы предстоящего азерлийского ренессанса в Турции. Грядущий азерлийский ренессанс следует осуществить таким эффективным образом, чтобы наследница Анатолийской Азерии – современная Турецкая Республика была подготовлена к вхождению целиком и полностью в состав будущей супердержавы Азеристан, как одна из ее основных составных частей.

А теперь кратко остановимся на национальной идее для азеров Ирака. Уровень национального конституирования иракских азеров, или, иначе, туркманских азеров, в настоящее время еще весьма недостаточен для внедрения в полном объеме идеи танмаядарного азеризма. Поэтому сегодня для иракских азеров более актуальной является усеченная форма танмаядарного азеризма в виде идеи азеризма, суть которой заключается в максимальном использовании более благоприятных по сравнению с условиями бывшего саддамовского диктаторского режима Ирака нынешних условий для ускоренного национального развития азеров страны. Полагаю, сегодня необходимо срочно проработать вопросы оптимальной стратегии и тактики поведения азеров Ирака с тем, чтобы добиться всемерного ускорения процесса трансформации слабой, едва возникшей азерской нации в полноценную нацию. Несомненно, программа азерского возрождения в Ираке должна быть направлена на усиление степени организованности и единства иракских азеров, налаживание полноценной системы обучения на азерийском языке, начиная от ступени начального образования и до завершающей ступени высшего образования, организацию дееспособной системы институтов национальной культуры, налаживание системы национального самоуправления. Крайне важно обеспечить самое активное участие в этом созидательном процессе азеров Азербайджанской Республики, которые должны предоставить достаточное количество квалифицированных специалистов с целью эффективной помощи азерам Ирака в деле национального строительства в различных областях экономики, культуры, образования. В первую очередь следует срочно исправить неприемлемую для нас ситуацию, при которой дети туркманских азеров вынуждены обучаться на основе несколько проблемной для их родного азерийского языка грамматики турецкого языка[42]. Важной задачей азеризма в Ираке является задача формирования полноценного национального самосознания у той части азеров, по отношению к которым бывшим саддамовским режимом особенно активно проводилась политика арабской ассимиляции. Многие из этих азеров с целью ассимиляции были высланы из мест своего компактного расселения в районы с преобладанием арабов. Немало и тех туркман, предки которых веками жили в столице страны. Эта часть азеров, которым свойственно несколько размытое национальное самосознание, довольно значительна, что, кстати, осложняет установление точной общей численности азеров Ирака. Поэтому у туркманских авторов можно встретить весьма различающиеся данные о численности азеров – от 3 млн. чел. до 5 млн. чел., 2 миллиона которых они помещают в Багдад [43]. Мне представляется, что более правильно будет исходить из цифры в 3 млн. азеров, которые сохранили четкое национальное самосознание, но при этом иметь в виду, что кроме них может иметься еще крупная масса этнических азеров с размытым национальным самосознанием. Полагаю, в деле устранения негативных последствий ассимиляторской политики прежнего реакционного саддамовского режима необходимо обратить особое внимание на необходимость специфичных мер по этнической реанимации азерской части населения Багдада. В случае успеха это усилит общие позиции азерского этноса в стране, а также облегчит установление истинной, более высокой численности азерлийцев в Ираке.

Следующая основная задача азеров в Ираке заключается в реализации комплекса мер по прочному закреплению за собой своей этнической территории по линии Мосул-Эрбиль-Киркук. Поскольку в реалиях современной неустойчивой демократии Ирака весьма актуальной может стать задача защиты данной территории от необоснованных и агрессивных претензий арабов и особенно курдов, то туркманам следует ускоренно организовать эффективную систему самообороны вдоль отмеченной линии своего расселения.

В целом, полагаю, для развития различных этносов Иракского государства оптимальным вариантом было бы сохранение целостности страны, но с предоставлением этим этносам территориальных автономий. Полагаю, национальная автономия азеров Ирака может установиться вдоль традиционной линии их проживания, а именно вдоль линии Мосул-Эрбиль-Киркук. Если в постсаддамовском Ираке в связи с экспансионистскими намерениями курдов в отношении этой этнической территории азеров задачу закрепления за азерами этой территории и ее защиты следует решать немедленно, то задачи культурно-языкового строительства азерской нации Ирака, реанимации ее ранее подверженных арабской ассимиляции частей являются несколько более долгосрочными с получением первых весомых позитивных результатов в течение 5-10 лет.

Кратко рассмотрим задачи национального развития относительно малочисленных компактных групп азерлийцев на Кипре, в Грузии и в остаточной части исторической Туранской Азерии.

Вначале о задачах азеризма на Кипре. Как известно, кипрские тюрки являются в основном переселенцами ХVI в. из прибрежных азерских районов Анатолии, расположенных напротив острова Кипр. Поэтому можно говорить об азерском происхождении кипрских турок, что, кстати, проявило себя в специфике их современного языка, который по своим характеристикам является скорее диалектом азерийского языка, чем официального османского наречия Турции. В свою очередь подобную специфику языка турок киприотов можно расценивать как наглядное подтверждение азерского происхождения коренного тюркского населения Восточной и Центральной Анатолии. Идею танмаядарного азеризма на Кипре рано еще применять в полном объеме, так как сегодня более актуальны те задачи азеризма, которые имеют целью формирование полноценной азерской нации в молодой Турецкой (а по сути Азерской) республике Северного Кипра. В этом смысле Северный Кипр может стать для нас своеобразной лабораторией по апробации методов реанимации азерского этноса в самой Турецкой Республике. Подобная этническая реанимация подразумевает в качестве одного из решающих условий ее реализации активное участие азеров Азербайджанской Республики в процессах национального конституирования азеров Кипра. Здесь в первую очередь подразумевается участие азеров Азербайджана в деле полномасштабной реконструкции на азерийской яэыковой основе образовательных, культурных и иных программ развития кипрских азеров.

В современной Грузии имеется довольно многочисленное и компактное азерлийское население – до 600 тыс. чел. Несмотря на достаточную для этнического развития численность азеров в Грузии, им пока не удается реализовать свой этнический потенциал развития по причине серьезной обструкции со стороны грузинских властей. В связи с подобной ситуацией идея танмаядарного азеризма в Грузии сегодня пока не может реализовываться в полном масштабе и потому сводится к идее азеризма. Азеризм в Грузии, на мой взгляд, может иметь три основных направления:

а) борьба за самоопределение азеров путем образования Азерлийской Борчалинской автономной республики (АБАР);

б) борьба за возвращение турок-ахыска на свою исконную этническую территорию в Грузии;

в) борьба за сохранение территориальной целостности Грузии, поскольку эта страна располагает важным для Азербайджана выходом в Черное море, и мы заинтересованы в целостности и безопасности этого коридора.

Оценивая возможности влияния азеров на общественную жизнь Грузии следует также иметь в виду их конфессиональный потенциал: азеры вместе с другими мусульманами Грузии (аджарцами, абхазами) составляют около миллиона человек, что близко к одной четверти современного населения Грузии. Мне представляется, что, учитывая в обозримом будущем существенное увеличение в Грузии демографического потенциала мусульманского и азерлийского населения, а также процессы неизбежной и тесной всесторонней интеграции Грузии и Азербайджана между собой, можно дать прогноз о реальной возможности в обозримом будущем их конфедеративного объединения в той или иной форме. В обоснование целесообразности подобного сближения уместно также напомнить, что значительная часть грузинского населения в Кахетии и в целом на востоке Грузии происходит от огрузинившихся албан и каспиев [44, с.28], поэтому подобная азерлийско-грузинская консолидация будет также сближением генетически не чуждых друг другу этносов.

Касаясь задач азеризма в Закавказье, следует также кратко остановиться на наших отношениях с армянами. Несомненно, эти отношения в ближайшем будущем будут исходить из двух основных посылок:

а) достойного восстановления полного суверенитета Азербайджана в Карабахе с возвращением в него азерлийских беженцев, осуществляя эти процессы, скорее всего, силовым путем, учитывая нежелание армян решить проблему мирным путем;

б) возвращения азерлийских беженцев на исконно азерскую территорию Зангезура для восстановления его азерлийского облика. Правильнее будет вернуть Зангезур Азербайджану, восстанавливая тем самым историческую справедливость. Однако, если для налаживания нормальных отношений с Арменией нами будет принят вариант оставления Зангезура в составе Армении, то с целью компенсации негативных для нас аспектов подобного решения надо будет образовать Азерлийскую Зангезурскую автономную республику (АЗАР).

После разрешения отмеченных проблем развернется всемерная экономическая, политическая и духовная интеграция Армении с Турцией и Азербайджаном, что в обозримом будущем неизбежно завершится широкомасштабной тюркской (а точнее, азерлийской) ассимиляцией армян Закавказья. Кстати, указанные процессы будут содействовать решению еще одной задачи азеризма в Армении – задачи восстановления сплошного азерлийского этнического массива между Азербайджаном и Анатолией, существовавшего до завоевания Иреванского ханства царской Россией в первой трети ХIХ в. (уместно напомнить, что до оккупации царской Россией Иреванского ханства азеры составляли до 85% населения современной территории Армении. Кстати, то, что сегодня называют Арменией в действительности является исторической территорией Западного Азербайджана, который Россия после его оккупации буквально подарила армянскому этносу, переселив армян в массовом порядке в ХIХ в. из Османской империи и Ирана при одновременном вытеснении азеров с этой территории)[45].

Рассмотрим задачи азеризма в остаточной части древней Туранской Азерии. Эта часть охватывает ныне территорию тех узбеков на западе Узбекистана, огузский диалект которых на уровне разговорного языка вполне можно принять за диалект азерийского языка, и тех туркмен на востоке Туркменистана, которые сумели до сегодняшнего дня сохранить свой азерийский язык. Эти узбеки и туркмены проживают сегодня в Хорезме и вдоль реки Амударьи. Причем, они имеют с азерами Азербайджана и Ирана не только языковое, но и антропологическое единство, относясь к каспийскому антропологическому типу. Задача азеризма в этом регионе заключается в реанимации азерского самосознания этого населения, сохранении и развитии их, в сущности, азерийского языка, прежде всего путем вывода его из разговорной сферы в сферу языка образования и культуры. Для этого очень важно развивать тесные человеческие контакты и широкие экономические и культурные связи азериязычного населения этого региона, как с Азербайджаном, так и со всеми частями Большого азерского этноса. К сожалению, наши подобные контакты с данным регионом до сих пор были весьма ограниченными, хотя в средневековье у нас были тесные торговые и иные отношения.

Наконец, коротко остановлюсь на специфике азеризма в отношении многочисленной азерлийской диаспоры в разных странах мира, и, в первую очередь в странах Европы и в США. Специфика стратегии азеризма в отношении диаспоры в обозримый период заключается, на мой взгляд, прежде всего в серьезном качественном росте низкого современного уровня самоорганизации диаспоры. Целью подобного роста является предотвращение иноэтничной ассимиляции азерлийцев диаспоры, особенно ее молодого поколения. Необходимо добиться столь высокого уровня национальной самоорганизации диаспоры, чтобы стало возможным достижение такого уровня обучения молодых азерлийцев диаспоры азерийскому языку, овладения ими культурного наследия, ментальности азерского народа, который позволил бы им без особых проблем адаптироваться к условиям Азербайджана в случае возвращения на историческую Родину. При таком уровне организации диаспоры она перестанет быть той «черной дырой», в которой из-за иноэтничной ассимиляции безвозвратно пропадают ее молодые поколения, и превратится в ценную кузницу подготовки национальных кадров по различным отраслям науки, техники, экономики, культуры. Если удастся реализовать задачи азеризма в диаспорской среде, то тогда ее представители составят ценный кадровый потенциал для нашего народа. В обозримом будущем в связи с раскручиванием в будущем маховика предстоящего танмаядарного развития азеров Азербайджана, Ирана, Турции, Ирака и иных регионов может сильно возрасти потребность в кадровом потенциале диаспоры к развитию самых современных областей науки и производства Большого азерского этноса.

Подытоживая вышесказанное, повторюсь, что в настоящее время ни одна часть Большого азерского этноса не готова еще к внедрению идеи танмаядарного азеризма в полном объеме. Сегодня эта идея пока может исполняться лишь в усеченном виде, т.е. в виде идеи азеризма. Обусловлено подобное положение несколькими причинами.

Первая причина обусловлена недостаточным уровнем теоретической разработанности формационной составляющей национальной концепции, а точнее тем, что танмаядарная теория в настоящее время находится пока в начальной стадии разработки общих основ. После достижения достаточного уровня разработанности этих основ можно будет перейти к стадии практической апробации танмаядарного способа производства на группе экспериментальных предприятий с последующим формированием на их базе весомого, самодостаточного танмаядарного сектора экономики. Лишь после этого можно будет поставить в практической плоскости вопрос о внедрении идеи танмаядарного азеризма в полном объеме. Пока же перед нами стоит очень важная задача разработки общих основ танмаядарной теории, что позволит избежать возможные значимые просчеты как стратегического, так и тактического характера, способные серьезно осложнить реализацию в полном объеме национальной идеи в тех или иных конкретных условиях. О соотношении между общими и частными вопросами в крупномасштабных процессах хорошо сказал В.И Ленин: «Кто берется за частные вопросы без предварительного решения общих, тот неминуемо будет на каждом шагу бессознательно для себя «натыкаться» на эти общие вопросы. А натыкаться слепо на них в каждом частном случае значит обрекать свою политику на худшие шатания и беспринципность»[46, .368].

Полагаю, разработку общих вопросов танмаядарной теории до уровня, который окажется достаточным для перехода к масштабному практическому танмаядарному экспериментированию, можно будет при должном финансировании осуществить за 1,5 года. Вообще-то, эту задачу я рассматриваю, прежде всего, как свою. После соответствующей проработки общих теоретических основ танмаядарной концепции следует образовать небольшую компактную группу высококвалифицированных специалистов в различных областях прикладной экономики и юриспруденции для подготовки практической экспериментальной модели танмаядарного предприятия. Затем можно будет приступить к этапу экспериментальной апробации отобранной группы первых танмаядарных предприятий. Этот этап может продлиться до трех лет. Итак, представляется, что при должном финансировании через 5 лет можно будет получить первые значимые результаты этапа начальной апробации танмаядарного способа производства. Скорее всего, эти результаты будут довольно позитивны, что даст возможность перейти к этапу полномасштабного внедрения в экономику Азербайджана танмаядарного способа производства, чтобы за последующие пять лет осуществить революционные преобразования во всей экономической системе страны с превращением танмаядарного сектора в ведущий сектор экономики. Тем самым можно будет образовать материальную основу для перехода в Азербайджанской Республике от исполнения задач азеризма к реализации задач танмаядарного азеризма, т.е. к исполнению национальной концепции в полном масштабе. В отличие от этого в других азерлийских регионах Передней Азии в этот период будут идти, скорее всего, лишь нарастающие процессы внедрения идеи азеризма.

Вторая причина невозможности немедленного полномасштабного внедрения концепции танмаядарного азеризма заключается в недостаточной зрелости в азерлийских регионах необходимой для этого общественно-политической инфраструктуры. В Иране, Ираке, Турции имеется инфраструктура слабо- или средне развитых капиталистических стран, которая еще недостаточно созрела для внедрения танмаядарного азеризма в полном объеме. Проблемы же Азербайджанской Республики в современный период по поводу образования социальной инфраструктуры, приемлемой для полномасштабного внедрения танмаядарного азеризма во многом обусловлены тем, что власть еще не перешла от симбиоза коммунализма с диким капитализмом к сторонникам цивильного капитализма. Дело в том, что, на мой взгляд, именно представители цивильного капитализма могут составить тот руководящий социальный слой, который будет обладать тем достаточным уровнем модернизма и организованности, той специфичной цивильной ментальностью и таким высоким уровнем патриотизма, которые будут оптимальны и достаточны для реализации стратегии перманентного перехода от дикого капитализма к строю цивильного капитализма и далее в течение короткого срока к строю танмаядарлыга.

Наконец, третья причина состоит в том, что уровень национального конституирования азеров в странах Ближнего Востока еще слишком невысок, чтобы в полном объеме внедрить идею танмаядарного азеризма.

Итак, в течение первых десяти лет для азеров Передней Азии первоочередными являются задачи национального возрождения, т.е. задачи азеризма. Если в течение 10 лет внедрение идеи азеризма в Иране, Турции и Ираке приведет к полномасштабному этническому возрождению азеров в этих странах, то после этого они, опираясь на танмаядарный опыт и техническую помощь Азербайджанской Республики, сумеют форсированно пройти этап экспериментальной танмаядарной апробации и приступить к этапу полномасштабного внедрения танмаядарного способа производства, что также позволит приступить к этапу внедрения в этих странах концепции танмаядарного азеризма в полном объеме. В результате в этих странах может начаться качественно новый этап национального развития азеров, связанный с формационными особенностями танмаядарного строя. Ввиду особой важности этих особенностей для дела реализации национальной идеи коротко остановлюсь на них.

В танмаядарной общественной системе будут наблюдаться значительно более устойчивые и более высокие по сравнению с капиталистической экономикой темпы развития. При этом развитие танмаядарной экономики не будет знать тех периодических кризисов перепроизводства, которые неизбежны в условиях капиталистической системы. Подобные естественные формационные преимущества танмаядарлыга будут проистекать из самой сущности этого строя, а точнее из его специфичных собственнических отношений. Напомню, в танмаядарной общественной системе в качестве основных хозяйствующих субъектов будут выступать танмаядарные коллективы, являющиеся коллективными собственниками своих предприятий. Поскольку собственность отдельного танмаядарного предприятия в виде одинаковых паев-капиталов будет распределена среди всех работников, то по причине своей равности паи-капиталы просто-напросто не будут участвовать в деле распределения чистой прибыли среди работников. Дело в том, что в случае попытки разделения чистой прибыли предприятия на основе признака равности паев эту прибыль пришлось бы делить на равные доли, что невозможно допустить по причине несправедливости подобного дележа, поскольку в образование этой прибыли работники вкладывают не равные, а дифференцированные индивидуальные трудозатраты. Следовательно, справедливым может быть лишь такое распределение чистой прибыли, которое исходит из различности индивидуальных трудозатрат танмаядаров. Поэтому чистая прибыль танмаядарного предприятия должна распределяться аналогично распределению зарплаты, т.е. не по капиталу, а исключительно в соответствии с количеством и качеством труда каждого танмаядара. Таким образом, в целом доход танмаядарного предприятия будет распределяться главным образом в соответствии с трудовой отдачей работников, а не по их индивидуальным паям-капиталам.

Далее, во всем танмаядарном секторе экономики страны будет наблюдаться довольно соразмерное обогащение всех работников, т.е. в этом секторе не будет тех огромных разрывов в личных доходах, которые характерны капиталистической экономики. Обусловлено подобное обстоятельство будет тем, что на различных танмаядарных предприятиях доходы отдельных танмаядаров будут вполне соразмерны, поскольку идентичность условий танмаядарных производственных отношений на различных танмаядарных предприятиях будет обеспечивать сходный высокий уровень трудовой стимуляции в них. Поэтому величины личных танмаядарных доходов собственников индивидуальных танмаядарных паев на различных танмаядарных предприятиях будут вполне соразмерны и не будут иметь тех астрономических разбросов в доходах работников и крупных собственников капиталистических предприятий, которые образуются по причине концентрации капитальной собственности этих предприятий, а значит и большой части их доходов в руках малочисленной группы крупных собственников.

В капиталистическом обществе именно из-за подобной концентрации основной части капитала в руках собственников крупного капитала эти собственники играют решающую роль в дележе доходов на капиталистических предприятиях, в связи с чем распределение этих доходов происходит не столько по труду, сколько по капиталу. В масштабах капиталистического общества распределение капитала и национального дохода страны среди ее граждан также будет характеризоваться крайней неравномерностью, поскольку основная часть капитала и дохода страны находится в распоряжении малочисленного слоя буржуазии, которая в развитых капиталистических странах составляет небольшую часть населения – не более 3-х процентов. Результатом подобной крайней неравномерности в распределении доходов среди населения капиталистических стран становится удержание потребительского спроса населения на более низком уровне по сравнению с тем высоким уровнем, который мог бы быть в случае распределения доходов предприятий исключительно по трудовому вкладу работников. Подобное сдерживание роста потребительского спроса населения капиталистических стран, в свою очередь, ограничивает рост емкости внутренних рынков этих стран, что, кстати, зачастую становится непосредственной причиной периодических кризисов перепроизводства в капиталистических странах.

В отличие от этого принцип распределения доходов на танмаядарных предприятиях по труду обеспечит относительную равномерность подобного распределения в масштабах всего танмаядарной экономики, что будет иметь следствием в государственных масштабах существенно более высокие показатели как в уровнях потребительского спроса населения, так и в емкости внутренних рынков танмаядарных стран по сравнению с аналогичными показателями развитых капиталистических стран. Следствием этого будет возможность достижения танмаядарным обществом таких высоких темпов бескризисного развития экономики, которые будут значительно превышать те темпы развития капиталистического общества, при которых в них возможно сдерживание кризисных явлений. Дело в том, что по сравнению с танмаядарным рынком более узкий внутренний рынок при капитализме не даст возможность капиталистической экономике достичь тех высоких темпов роста, которые будут присущи танмаядарной экономике, поскольку из-за крайне неравномерного распределения национального дохода в капиталистических странах и более низкого из-за этого платежеспособного спроса населения кризис капиталистического перепроизводства будет объективно наступать при значительно более низких по сравнению с танмаядарными показателями темпах роста капиталистической экономики. Иначе говоря, капиталистический способ производства по объективным формационным причинам будет не способен, образно говоря, поднять более тяжелую танмаядарную штангу развития. Вот почему для форсированного преодоления значительного экономического отставания в настоящий период будущим азерлийским странам Передней Азии после внедрения азеризма и перехода к цивильному капитализму следует не задерживаться на стадии цивильного капитализма и быстрее осуществить переход в танмаядарную формацию.

Решающие формационные преимущества танмаядарного строя позволят группе будущих воссозданных азерских стран Передней Азии ускоренно образовать такую высокоразвитую материальную базу, которая будет способна обеспечить необходимыми ресурсами неизбежный в танмаядарных условиях мощный скачок в развитии всех сторон духовной жизни этих стран – языка, образования, науки, культуры. Кроме того, переход азерских стран к единой танмаядарной общественной системе значительно облегчит и усилит естественные процессы предстоящей крупномасштабной интеграции между ними. Полагаю, подобная интеграция в свою очередь будет естественно порождать, и развивать потребность к переводу взаимных межгосударственных отношений азерских стран на качественно новый, более высокий уровень конфедеративных отношений. Конечно, понадобится определенное время, чтобы подобное объединительное движение развилось до такого уровня, который даст возможность перевести идею конфедеративного объединения в плоскость практического исполнения. Однако несомненно, что реальное объединение этих стран в конфедерацию может произойти не раньше, чем будет достигнут необходимый для этого адекватный уровень экономической интеграции между ними. Дело в том, что только полномасштабная и развитая экономическая интеграция между азерскими странами может образовать в них то массовое, общенародное объединительное движение, которое способно превратить в историческую неизбежность процесс образования будущей общеазерской конфедерации. Именно общеазерская крупномасштабная экономическая интеграция способна придать людскому общению между этими странами характер массовых и постоянных контактов, что будет иметь решающее значение для выработки у различных азерских народов единого азерлийского менталитета, общеазерлийского национального самосознания. Полагаю, подобная интеграция приведет к объединению этих стран в конфедерацию «Азеристан», которую предлагаю наименовать так ввиду того, что большинство ее населения будут составлять этнические азеры. Уместно отметить, что уже сегодня этнические азеры могли бы составить до двух третей населения той территории, на которой в будущем возможно возникновение Азеристана, хотя в действительности численность азериязычного населения в будущем Азеристане будет ощутимо превышать численность этнических азеров благодаря широкому распространению азерийского языка среди населяющих эту будущую конфедерацию иноязычных этносов.

Полагаю, что общеазерлийская объединительная тенденция естественно возникнет уже на этапе внедрения политики азеризма в странах исторического расселения азеров, но особенно усилится подобная тенденция, которую правильно наименовать паназерлийской, на этапе построения в этих странах танмаядарных обществ, т.е. на этапе реализации идеи танмаядарного азеризма в полном объеме. Полагаю, после построения в азерских странах начального синкретического танмаядарного общества тенденция паназеризма обретет ту экономическую и духовную базу, ту массовость, которые окажутся достаточными для объединения этих стран в конфедерацию «Танмаядарный Азеристан». На первой объединительной фазе в Азеристан войдут, скорее всего, Азербайджанская Республика, Иран и Турция. Представляется, что условия для образования конфедерации могут возникнуть в ходе 20-25-ти летнего танмаядарного развития этих стран.

Образование общеазерлийской конфедерации облегчит объединение глобальных азерлийских ресурсов – экономических, интеллектуальных, духовных, демографических. Это создаст более благоприятные условия для исполнения следующих задач стадии танмаядарного паназеризма – дальнейшего фомирования Азеристана в качестве центра мирового танмаядарного движения и центра общетюркской интеграции; подтягивания уровней танмаядарного развития различных стран конфедерации до уровня самой развитой среди них страны; достижения такого качественно нового уровня общеазерлийской консолидации, которая подготовит почву для перехода к более тесным типам объединения. В ходе решения этих задач танмаядарного паназеризма будут активно нарастать процессы интеграции между азерскими нациями стран Азеристана, что обусловит естественную эволюцию Большого азерского этноса в единую Великую азерскую нацию (Улу Азяр милляти). Подобные всеазерские интеграционные процессы, несомненно, обусловят последовательные процессы трансформации Азеристана из конфедерации в федерацию и далее в унитарное государство. Полагаю, если образование устойчивого союза азерских стран в виде конфедерации Азеристан будет отражать начало переходного процесса от стадии танмаядарного азеризма к следующей стадии танмаядарного паназеризма, то переход от конфедеративного к федеративному типу объединения стран Азеристана будет означать завершение стадии танмаядарного азеризма и начало стадии танмаядарного паназеризма («tяnmayadarlы panazяrчilik»).

Образование конфедерации Азеристан будет содействовать столь значительному усилению позиций азерийского языка в тюркском мире и международном танмаядарном движении, расширению его коммуникативных функций, что естественно станет вопрос о придаче азерийскому языку статуса одного из международных языков. Полагаю, в случае развития событий по описанному выше сценарию, обретение азерийским языком международного статуса станет неизбежным. Предлагаемая концепция национальной идеи, на мой взгляд, содержит тот комплекс социально-экономических, политических предпосылок, реализация которых способна в обозримом будущем подвести азерийский язык к исполнению функций международного языка. Учитывая особую важность для нас подобной перспективы, остановимся на ней чуть подробнее.

По мнению исследователей, мировой исторический опыт показывает, что «… решающую роль в судьбе языков, в их экспансии или вымирании, играют не их чисто структурные преимущества или недостатки, не богатство или скудость культуры, с которой они связаны. Судьбы языков решает по большей части практика и требования, диктуемые экономическими и политическими обстоятельствами. … Языки наднациональной или международной коммуникации возникали преимущественно как языки подвижных, удачливых в военном, экономическом и организационном смысле этнических групп…» [47]. История возвышения языкового статуса, например, английского языка от начального локального до международного статуса четко демонстрирует определяющую роль в этом процессе социально-экономических, политических факторов. Небольшая островная страна с малочисленным населением Англия в средние века играла весьма скромную роль в европейских делах. Однако, начиная с середины ХВЫЫ в. роль Англии стала быстро нарастать не только в европейском, но и мировом масштабе. Англия образовала собственную огромную колониальную империю, в которой английский язык имел функции международного языка. Подобный головокружительный взлет Англии имел свои истоки, прежде всего, в ее предшествуемом социально-экономическом развитии, состоящем в глубоком разложении феодального строя и относительно раннем образовании предпосылок капиталистического развития еще в ХV в., что позволило Англии превратиться в ХVI в. в крупного мануфактурного производителя. Именно благодаря подобному предшествующему прогрессивному общественному развитию Англия сумела максимально выиграть от перемещения в северный регион Европы мировых торговых магистралей в результате Великих географических открытий ХVI в. Тем не менее, с середины прошлого века в возрастании международной значимости английского языка ведущую роль играет уже не значительно ослабевшая Великобритания, растерявшая свои колонии, а экономическая, политическая, духовная мощь новой мировой сверхдержавы – Соединенные Штаты Америки. Таким образом, последовательное и непрерывное возрастание значимости английского языка от начального состояния локального островного языка в ХVI в. до его современного великолепного состояния, при котором считается, что «Английский является первым языком в мировой истории, который стал называться всемирным…» [48], имеет в своей основе главным образом социально-экономические, политические факторы, к которым в ХVI – ХЫХ веках добавлялся фактор удобного геостратегического расположения Великобритании на мировых торговых магистралях.

Мне представляется, в случае полномасштабного внедрения концепции предлагаемой национальной идеи азерийский язык имеет в обозримом будущем более чем реальную возможность стать вторым языком, который назовут всемирным. Для обретения в будущем азерийским языком подобного статуса мы обладаем, либо будем обладать следующими предпосылками. Во-первых, в глобалистском смысле значимость Большого азерского этноса во-многом будет предопределяться его чрезвычайно выгодным геостратегическим расположением на стыке трех континентов, причем наша геостратегическая значимость будет непрерывно возрастать, учитывая не только предстоящее экономическое развитие этих континентов, но и, как минимум, относительное выравнивание демографического потенциала частей эйкумены к востоку и западу от Азеристана к середине ХХI века, имея в виду крупный прирост населения Африки и Ближнего Востока, с одной стороны, и серьезный спад в приросте населения в Китае, на Индостанском полуострове, с другой стороны, что предотвратит превращение Южного и Восточного субрегионов Азии в самодовлеющие части эйкумены и повысит торговую значимость нашего геостратегического расположения. Другой нашей, образно говоря, козырной картой может стать опережающее по сравнению с современными развитыми капиталистическими странами полномасштабное внедрение Большим азерским этносом танмаядарных производственных отношений, что может предоставить нам огромные преимущества социально-экономического, политического, духовного характера. Возможность осуществления нами подобного опережающего развития я усматриваю в следующем. На мой взгляд, даже после осуществления на Большим азерским этносом основе танмаядарного строя решающего прорыва в преодолении нынешней отсталости и доказательства, таким образом, на практике очевидных формационных преимуществ этого строя по сравнению с капиталистическим, современные развитые капиталистические страны осуществят переход к танмаядарному строю не сразу, а еще в течение десятков лет после этого, поскольку подобному переходу будут мешать интересы класса капиталистических собственников. Полагаю, именно эти несколько десятков лет и создадут Азеристану шанс заполнить сверхдержавный политический вакуум, который образуется в результате будущего ослабления мировой капиталистической системы. Этот вакуум Азеристан сумеет заполнить благодаря превращению в основной управляющий центр быстро усиливающихся мировой танмаядарной системы, тюркского и мусульманского сообществ планеты. Очевидно, что подобное развитие в колоссальной степени увеличит мировую значимость азерийского языка, обеспечивая последовательное возрастание его статуса вплоть до обретения статуса всемирного языка.

Возвращаясь к характеристике процессов предстоящего всеазерского интеграционного процесса между частями Большого азерского этноса, эволюционирующего в единую Великую Азерскую нацию, предлагаю для обозначения этого процесса термин «Паназеризм» («Panazяrчilik»). Напомню, «пан» в сложных словах используется для обозначения всеобщности.

С учетом вышесказанного уместно дать определение понятия паназеризма. Паназеризм я понимаю как совокупность таких целенаправленных действий, усилий, позиций государственных учреждений, структур гражданского общества, отдельных лиц, которые будут направлены: на перевод в практическую плоскость процессов формирования из составных частей Большого азерского этноса единой Великой азерской нации; на исполнение тех процессов развития в Азербайджанской Республике, Иране, Турции, которые способны обеспечить практический переход Азеристана из конфедеративного объединения в федеративный союз и последующую эволюцию федерации Азеристан в унитарную супердержаву; на обретение азерийским языком статуса международного языка.

Отмеченные выше прогнозируемые процессы будущего паназерского развития в свою очередь будут усиливать лидирующие позиции азерского этноса как в будущем мировом танмаядарном движении, так и во всей группе тюркских народов. Поскольку эти два направления международной деятельности будущей федерации Азеристан будут ведущими во внешней политике федерации, то имеет смысл коротко рассмотреть их суть.

Вначале рассмотрим возможную роль Азеристана в будущем международном танмаядарном движении. Несомненно, это движение первоначально зародится на основе естественного интереса представителей различных стран к танмаядарной идее, особенно, после того, как она будет впервые реализована в масштабах отдельной страны, в качестве которой, надеюсь, выступит Азербайджанская Республика. Высокая эффективность танмаядарного способа производства, несомненно, привлечет внимание общественности многих стран к этому способу производства, но, прежде всего, тех государств, которые серьезно отстают и потому нуждаются в эффективной технологии ускоренного общественного развития. Поэтому можно ожидать, что еще на стадии начального внедрения в Азербайджанской Республике танмаядарного способа производства общественность различных стран мира проявит большой интерес к этому способу, что может также иметь следствием появление в них многочисленных сторонников танмаядарной идеи, которые будут стремиться к ее внедрению в своих странах. Эти люди станут образовывать в своих странах разного рода танмаядарные предприятия и танмаядарные общественные организации, неизбежная межстрановая интеграция между которыми приведет к зарождению международного танмаядарного движения. Представляется, что роль координирующего центра этого движения будет исполнять Азербайджан, как страна рождения танмаядарной идеи и, надеюсь, ее первого практического внедрения, а также как страна, предрасположенная к обеспечению высокого уровня коммуникабельности в общении представителей различных стран мира, поскольку весьма удобно расположена в центре мировой коммуникационной сети. Несомненно, последующий переход других азерских стран к танмаядарлыгу на этапе танмаядарного азеризма и особенно предстоящее образование конфедерации Азеристан в решающей степени укрепят лидирующие позиции общеазерского этноса в международном танмаядарном движении, которое в свою очередь быстро превратится во влиятельную силу в мире.

Образование Азеристана будет также способствовать кардинальному усилению во всей группе тюркских народов объединяющей роли азерского этноса, что конституирует Азеристан в качестве общетюркского лидера и естественно подведет азерийский язык к исполнению функций межтюркского языка. В свою очередь это облегчит и ускорит процессы межтюркской интеграции, которые будут иметь своим логическим результатом соответствующее организационное оформление, например, в виде «Ассоциации тюркских народов Азии» (АТНА) – «Asiyatürkxalqları Assosiasiyası» (ATXA). Полагаю, признанным лидером АТНА будет Азеристан.

Итак, на этапе танмаядарного паназеризма произойдет эволюция конфедерации «Танмаядарный Азеристан» в федерацию и далее, скорее всего, в унитарное государство, которое укрепит свой статус лидера широкого международного танмаядарного движения, а также статус общетюркского лидера с азерийским яэыком в качестве официального языка общетюркской ассоциации АТНА. В результате всего этого Азеристан станет формироваться как новая мировая супердержава.

Эти процессы длительного танмаядарного ренессанса азерского этноса столь кардинально укрепят его международные позиции, что в результате произойдут основательные изменения в отношениях азерского этноса с его соседними этносами. Учитывая, что среди этих соседей особую значимость будут иметь наши отношения с Россией, коротко остановлюсь на прогнозе этих отношений.

Если сегодня в начале ХХI в. эти отношения представляют собой отношения небольшой, еще неокрепшей новорожденной независимой Азербайджанской Республики с огромной и сильной Россией, то к середине ХХЫ в. ситуация изменится коренным образом. К этому времени население России согласно прогнозам из-за низкой рождаемости сократится до 120 млн. чел. [49]. При этом значительную часть населения России составит тюрко-мусульманское население. В отличие от этого азерский этнос может быть представлен мощной, динамично развивающейся супердержавой Танмаядарный Азеристан с населением, приближающимся к 300 млн. чел. Кроме того, Азеристан будет стоять во главе сотен миллионов тюрок стран АТНА. Понятно, что в подобных условиях как азерлийско-российские, так и в целом тюрко-российские отношения будут иметь качественно иной характер по сравнению с этими отношениями во всей предшествующей истории.

Уместно напомнить, что начало широкомасштабным тюрко-русским отношениям было положено еще в раннем средневековье. Как известно, еще в первые века н.э. основная часть нынешней территории России была населена тюркоязычными этносами. В раннем средневековье в западную часть этой территории массово переселяются славянские племена, которые размещаются севернее территории тюркских племен. Между тюрками и славянами устанавливаются обычные межэтнические отношения, которые особо не влияли на статус этих этносов. Неожиданно происходит форсированная славянизация тюркских племен. Основную причину подобной славянизации я усматриваю в принятии в IХ в. христианства на Руси. Поскольку распространяющееся на Руси из Византии православие, было представлено святыми писаниями, написанными на церковнославянском древнеболгарском языке, то распространение православия в среде тюркского населения половецкой степи привело к одновременному распространению церковнославянского языка в этой тюркской среде, обусловив ее ускоренную славянизацию. Подобная быстрота ассимиляции, полагаю, во многом была обусловлена тем, что тюрки степи были язычниками, а язычество, как известно, слабо противостоит распространению монотеистической религии, в качестве которой в данной ситуации выступило православие. Если бы половцы, подобно иным тюркам, успели бы до этого принять монотеистический ислам, то вряд ли состоялся их переход в православие с последующей языковой славянской ассимиляцией. Об этом свидетельствует, например, история татар, башкир и других мусульманских тюркских народов России, исламскую веру и тюркские языки которых не удалось устранить, несмотря на все усилия властей Российского государства. Процесс славянизации половцев был аналогичен процессу той славянизации, которая приблизительно в этот же исторический период постигла тюрок-булгар на Балканах. Интересно, что принятие христианства на Руси привело также и к смене языка самих русских язычников, исконно русский славянский язык, которых был вытеснен церковнославянским языком. С учетом отмеченной не столько этнической, сколько религиозной подоплеки ассимиляции тюркского населения на Руси в период раннего средневековья можно полагать, что современные русские в немалой степени являются генетическими наследниками тех тюрок половцев. Известный исследователь прошлой истории тюркских народов Мурад Аджи вообще утверждает, что генетически современные русские больше тюрки, чем славяне [50]. Потому, полагаю, уместно считать, что, образно говоря, душа русского народа имеет в своей основе не только славянский субстрат, но и мощный тюркский субстрат. Иначе говоря, уместно вести речь по существу о дуалистичной тюрко-славянской душе русского народа. Ряд определяющих ментальных евразийских установок и черт характера русских указывают на наличие подобной дуалистичности, хотя восприятие современными русскими своей дуалистичности не столько осознанно, сколько интуитивно. Представляется, что сегодня православие является одним из факторов, который продолжает оказывать подавляющее воздействие на тюркский субстрат в русском самосознании, удерживая его в сфере подсознания. Уместно напомнить, что активная политика православной христианизации и последующей этнической ассимиляции тех или иных частей тюркского населения на территории России осуществлялась в разные периоды ее истории. Так, например, еще на этапе формирования Российской империи одновременно осуществлялась государственная политика христианизации чувашей, которых насильственно перевели из не успевшей укрепиться исламской веры в православие. Хотя при крещении тюрок чувашей использовали и нагайку, и рубль, однако процесс крещения шел довольно трудно – были не только повторные, но даже троекратные массовые крещения чувашей [51,с.91]. Тем не менее, многие из ославянившихся тюрок продолжают в индивидуальном порядке сохранять генеалогическую память о своих тюркских родовых корнях. Полагаю, многие из них могут проявить склонность к восстановлению своей тюркскости, если этнические процессы в России пойдут в направлении реанимации тюркской составляющей отмеченной русской дуалистичности. Мне представляется, что предстоящая в обозримом будущем широкомасштабная интеграция России с Азеристаном и всем тюркским миром может оказать мощное реанимирующее воздействие на тюркский субстрат в русском самосознании, способствуя тем самым восстановлению исконного тюркского характера земли Российской. Из сказанного следует, что на современных тюркских народах лежит также прямая ответственность за будущее этой, по существу, тюрко-славянской страны. В этом смысле тюрок не могут не беспокоить весьма тревожные этнические тенденции в современной России, которые выражаются, с одной стороны, в процессе депопуляции русского народа из-за весьма неблагоприятной демографической ситуации в стране, а с другой стороны, в опасном для сохранения тюрко-славянской этнической идентичности России процессе внедрения в страну крупных контингентов иноэтничных групп, прежде всего, китайцев. Опасность подобной иноэтничной экспансии заключается в возможности кардинальной смены этнического состава в первую очередь восточных территорий России, которые могут со временем китаизироваться. Подобная демографическая немощь России может привести к утрате, в сущности, исконно тюркских земель Сибири и Дальнего Востока. Полагаю, для предотвращения этой потенциальной опасности тюркский мир должен в близком будущем оказать разностороннюю помощь России, прежде всего путем разработки и реализации проекта воссоздания на исторически тюркской территории Южной Сибири и Дальнего Востока мощного тюркского пояса численностью в несколько десятков миллионов человек. К развернутой реализации этого проекта, думается, можно будет приступить через несколько ближайших десятилетий, после того как вновь образованные на постсоветском пространстве независимые тюркские государства обретут необходимый для этого демографический потенциал. А до этого русским следует всеми силами уберегать страну от иноэтничной экспансии. В первую очередь необходимо активно пресекать нелегальную иноэтничную миграцию в Россию, и, прежде всего, наиболее опасную в этом смысле китайскую миграцию.

Объективно тюрки заинтересованы в защите территориальной целостности России, поскольку Россия генетически и исторически в основном тюркская страна, тюркские корни которой в обозримом будущем еще предстоит восстановить. Кроме того, полагаю, что к середине ХХI века Россия, скорее всего, станет полноправным членом будущей евразийской тюркской ассоциации. Поэтому будущему огромному тюркскому миру Россия нужна целиком и полностью.

Обобщая вышесказанное, можно предположить, что к середине ХХI века Танмаядарный Азеристан войдет в число ведущих сверхдержав мира. Непосредственно это может быть обусловлено следующими причинами.

Во-первых, к середине ХХI века огромное влияние в мире может приобрести новая международная танмаядарная система, которая будет активно увеличиваться, прежде всего, за счет группы относительно менее развитых стран, стремящихся к спасительной для них форсированной модернизации, достигаемой путем реализации формационных преимуществ танмаядарного строя. Поскольку лидером международного танмаядарного движения будет Азеристан, то на его долю выпадет исполнение миссии основного координационного и управляющего центра этого движения, что является одним из признаков сверхдержавности.

Во-вторых, мощь Азеристана будет подпитываться силой возглавляемой им будущей огромной и влиятельной Ассоциации тюркских народов Азии, иначе говоря, Азеристан сможет опираться на экономический, природный, научный, образовательный, территориальный, демографический и иной потенциал огромного тюркского мира, располагая, таким образом, специфичной широкой этнической базой сверхдержавности.

В-третьих, мощь Азеристана во многом будет предопределяться преимуществами, которые проистекают из его чрезвычайно выгодного геостратегического положения. С учетом процессов демографического развития планеты и особенностей размещения мирового производства можно предполагать, что к середине ХХI века основные товарные потоки в мире будут осуществляться между Южной и Юго-Восточной Азией, с одной стороны, и Европой, Африкой, с другой стороны. Нетрудно понять, что наземная часть этих товарных потоков в основном будет проходить через транзитную территорию Азеристана, который располагается, по существу, на стыке трех континентов. Подобная чрезвычайно выгодная геостратегия предоставит Азеристану огромные экономические, политические, культурные и иные преимущества планетарного масштаба. В частности, возрастающую международную значимость будет приобретать коммуникативная функция азерийского языка, что будет серьезно укреплять его позиции в деле дальнейшего усиления и развития статуса официального международного языка.

Полагаю, отмеченные возможности и процессы будущего развития будут содействовать эволюции Азеристана из состояния супердержавы в состояние новой сверхдержавы мирового ранга, что, в свою очередь, будет существенно расширять возможности Азеристана по распространению в мире танмаядарной идеи и способа производства.

Размышляя о мировой танмаядарной миссии Азеристана, не можешь избавиться от ощущения, что словно сама судьба избрала азерский этнос специально для исполнения этой планетарной миссии, породив танмаядарную идею в голове азерлийца, одарив азерский этнос чрезвычайно выгодным геостратегическим расположением, которое очень удобно для прокладывания основных мировых транспортных коммуникаций, размещения ведущих международных организаций, а также для распространения в мире танмаядарной идеи, наделив азерийский язык легкостью усвоения, красотой звучания, богатым содержанием, как бы образуя тем самым эффективное языковое обеспечение будущей мировой танмаядарной миссии азерского этноса.

Однако, что в глобальном масштабе даст для азерского этноса исполнение этой миссии? Если будущая супердержава Азеристан сумеет стать главной опорной базой для распространения в мире прогрессивного танмаядарного способа производства и становления мировой танмаядарной системы, то, несомненно, Азеристан станет также исполнять роль ведущего международного центра по продуцированию всего комплекса научных, экономических, технических, культурных и иных идей, необходимых для становления и развития всех сторон перспективного танмаядарного общественного строя. Это превратит Азеристан в один из трех-четырех доминирующих в мире интеллектуальных, технологических центров, которые, обычно, оказывают решающее воздействие во всех основных сферах жизнедеятельности человечества. Обретение Азеристаном подобного статуса планетарного цивилизационного центра, будет означать становление нового мирового явления глобального масштаба – явления танмаядарного азерицентризма («Tяnmayadarlыazяrmяrkяzчilik»). Поскольку процессы, генерирующие это явление, примут, на мой взгляд, устойчивый характер к середине ХХЫ века, то, следовательно, в это время и произойдет эволюционный переход азерлийской национальной идеи от стадии танмаядарного паназеризма к стадии танмаядарного азерицентризма. Коротко рассмотрим сущность этого стадии.

Сущность эволюционных процессов на стадии танмаядарного азерицентризма я усматриваю в следующем. Полагаю, что танмаядарный способ производства, который по сравнению с капиталистическим способом производства обусловливает значительно более высокую трудовую стимуляцию и производительность труда, способен серьезно интенсифицировать общественный прогресс в мире и породить тенденцию к установлению нового миропорядка на основе доминирования танмаядарной мировой системы. Мне представляется, что если предложенный выше сценарий процессов национального и формационного развития в рамках Большого азерского этноса успешно реализуется, то будущее танмаядарное устройство как в Азеристане, так и в целом в мире будет способно вероятно к середине ХХЫ века достичь столь высокого уровня развития, что станет возможной практическая постановка качественно новой глобальной мировой эволюционной задачи – перехода к непосредственной реализации задачи достижения мировой танмаядарной системой решающей победы в экономическом соревновании с мировой капиталистической системой. В свете постановки подобной судьбоносной планетарной задачи составные части концепции танмаядарного азерицентризма будут нести следующую смысловую нагрузку: танмаядарность в этой концепции будет указывать, что колоссальная экономическая и политическая мощь Азеристана будут приобретены главным образом благодаря формационным преимуществам танмаядарного строя, а азерицентризм будет означать, что нормы и стандарты уровня жизни Великой азерской нации благодаря соединению колоссального танмаядарного потенциала развития с мощным общеазерским этническим потенциалом получат столь высокое развитие, что станут образцовыми для стран мира, возрастающее число которых будет активно приобщаться к новой танмаядарной цивилизации. Полагаю, в результате соединения танмаядарного формационного и этнического потенциалов развития Великая азерская нация может во второй половине ХХЫ века совершить столь мощный скачок в развитии, что цивилизационная значимость для судеб народов мира супердержавы Азеристан может достичь качественно нового уровня, который обеспечит трансформацию Азеристана из состояния супердержавы в состояние новой мировой сверхдержавы. Логично ожидать, что именно на сверхдержаву Азеристан выпадет миссия исполнения роли того организационного центра, вокруг которого сконцентрируется мировой танмаядарный потенциал, достаточный для начала решающей стадии в будущем мирном соревновании мировой танмаядарной системы с мировой капиталистической системой. Сегодня сложно установить какие-либо более ли менее точные временные рамки продолжительности подобного межформационного соревнования планетарного масштаба. Однако, полагаю, очевидно, что конечным естественноисторическим результатом подобной соревновательной борьбы может быть лишь исторически неизбежная победа мировой танмаядарной системы по причине ее значительно большей формационной эффективности по сравнению с мировой капиталистической системой. Подобному исходу борьбы между двумя системами будет, прежде всего, содействовать прогрессивное воздействие мировой танмаядарной системы на развитие человечества, что выразится в значительном ускорении процессов общемирового развития.

Несомненно, в подобных условиях капитализм не будет способен выдержать эволюционную гонку танмаядарлыгом, поскольку, на мой взгляд, эта гонка приведет не только к быстрому иссяканию эволюционного потенциала капиталистической формации, но и вызовет мощное обострение внутрисистемных противоречий в капиталистических странах. В подобных сложных условиях для разрешения собственных внутрисистемных противоречий капиталистические страны будут вынуждены все более активно использовать танмаядарный инструментарий развития. В результате в экономике этих стран по причине экономической выгоды совершенно естественно станет складываться танмаядарный сектор экономики. Полагаю, в первую очередь это будет происходить путем танмаядарной трансформации, так называемых, народных, коллективных предприятий, которые с эволюционной точки зрения ближе всего подошли к подобному качественному формационному скачку. Несомненно, после образования и последующего своего укрепления танмаядарный сектор экономики в капиталистических странах станет все активнее перестраивать в танмаядарном направлении формационные основы капиталистических стран, содействуя их мирной танмаядарной трансформации.

Следует отметить, что способности капитализма конкурировать со стабильной и быстро развивающейся экономикой танмаядарных стран будут дополнительно ограничиваться органически присущими капиталистической системе периодическими кризисами перепроизводства.

Мне представляется, что если в первой половине ХХI века удастся реализовать отмеченный выше сценарий вначале азерлийского, а затем общемирового танмаядарного развития, то уже с середины этого столетия основы мировой капиталистической система будут испытывать все более мощные разрушающие сотрясения, порождаемыми как внутрисистемными противоречиями капитализма, так и его межформационными противоречиями с танмаядарной системой. В результате этого система капитализма станет с ускорением терять свои позиции в мире. Скорее всего, решающая победа мировой танмаядарной системы над системой капитализма произойдет еще до конца ХХI столетия. Следовательно, можно прогнозировать, что задачи танмаядарного азерицентризма будут сохранять свою значимость в мировых делах вплоть до конца текущего столетия, поскольку будут сохранять свою актуальность задачи перестройки на танмаядарных началах мировой капиталистической системы хозяйствования, а также распространения на планете танмаядарной системы.

Последовательное усиление мирового танмаядарного движения и лидирующей роли в нем супердержавы Азеристан будет иметь одним из своих последствий рост влияния Азеристана в среде мусульманских стран, современные несколько консервативные общественные устои которых будут стимулировать интерес передовой части общественности этих стран к возможности быстрой прогрессивной реконструкции мусульманского мира на основе танмаядарного способа производства. Сегодня исламские страны выступают, к сожалению, в основном в роли сырьевого поставщика для развитых стран, занимают весьма скромные позиции в производстве мировой интеллектуальной продукции, а также в сфере высокотехнологического производства, на конечных стадиях мирового промышленного производства.

Вероятнее всего, исламские страны, относящиеся в основном к группе отстающих в развитии стран, с целью преодоления своего эволюционного отставания активно станут внедрять у себя танмаядарную общественную систему. Естественно, за помощью в этом деле эти страны прежде всего будут обращаться к Азеристану, как мусульманской державе и развитой танмаядарной стране. В свою очередь, это откроет перед Азеристаном огромный фронт работы в среде мусульманских стран. Актуальность подобной работы во многом будет предопределяться большой ролью мусульманских стран в будущем мироустройстве. А именно, исламские страны располагают огромными природными ресурсами, имеющими жизненно важное значение для всего мира, кроме того, из-за высокого прироста населения мусульманских стран, распространения ислама в новых нетрадиционных для него районах планеты удельный вес мусульманского населения будет составлять к середине текущего столетия не менее трети населения мира, наконец, наличие довольно большого числа мусульманских стран обусловливает их немалый политический вес в мировых политических процессах.

Полагаю, переход исламских стран в обозримом будущем на прогрессивные танмаядарные рельсы развития позволит им осуществить столь мощный скачок развития, что нынешний огромный эволюционный разрыв между ними и развитыми странами уменьшится до минимума. Причем, последствия подобного прогрессивного развития мусульманских стран могут оказаться столь значимыми, что исламский мир вполне сумеет обрести самодостаточность в планетарном масштабе. Очевидно, что если наряду с укреплением своих лидирующих позиций в стане тюркских стран, а также в мировом танмаядарном движении Азеристан сумеет в будущем обрести и укрепить лидирующие позиции и в исламском мире, то, уверен, будущая азерская супердержава однозначно обретет статус сверхдержавы планеты.

Исторический опыт тюркских народов показывает, что взаимодейсвие тюркского мира и исламского движения в историческом прошлом было в основном взаимовыгодным, поскольку, с одной стороны, принятие ислама тюркскими этносами способствовало как усилению их позиций в странах, куда они мигрировали в ходе великого переселения народов в начальные века Ы тысячелетия, а также в период средневековья, так и сохранению языков и культур тех тюркских народов, территории которых были оккупированы иноземными захватчиками, а с другой стороны, тюрки активно принимали ислам сами, а также содействовали распространению ислама в создаваемых ими огромных империях. Полагаю, выгодность подобного взаимодействия проявит себя и в период нашего общего танмаядарного будущего, способствуя распространению общетюркского, в том числе, азерского влияния в мире в целом, но особенно в среде мусульманских народов. Дело в том, что и сегодня, и в будущем наше общение с исламскими странами значительно облегчается наличием в национальных культурах мусульманских народов общего исламского пласта, существованием сходной во многом ментальности мусульманских народов, наличием значительного общего словарного пласта, достигающего зачастую 40 %-в словарного фонда языков различных мусульманских народов.

Здесь важно добавить, что в будущем высокоинтеллектуальном танмаядарном обществе ислам, на мой взгляд, будет значительно модернизирован путем естественного очищения от пласта суеверия, кроме того, полагаю, в своем будущем развитии мусульманские народы будут все более акцентироваться на совершенствовании той части общих для них духовных ценностей, которая находится за пределами религиозных рамок. Подобное мое предположение органично соотносится и с моим мировоззрением, в соответствии с которым я отношусь к духовным установкам ислама с позиций мусульманина-атеиста. Я атеист, поскольку мой анализ показывает невозможность существования феномена бога по различным существенным причинам, в том числе и гносеологического характера. Я мусульманин, поскольку национальная культура моего народа во многом зиждется на исламских культурологических ценностях, отраженных в образе жизни и ментальности моего народа, в том числе также и в моей ментальности. Исламские культурологические ценности, в которых зафиксированы, прежде всего, потребности организации нормальных межличностных отношений, в своеобразной форме отражают в себе вечные истины, относящиеся к вопросам взаимоотношений между полами, старшими и младшими в семье, в обществе, между соседями и т.д. Несомненно, все культурологически ценное и прогрессивное, что имеется в исламской культуре, в адаптированной форме естественно перейдет и в будущую танмаядарную азерлийскую культуру. Уверен, такая исламская культура станет одним из источников формирования высокоразвитой танмаядарной культуры будущей Великой азерской нации.

А теперь в свете вышесказанного уместно предложить определение понятия «азерицентризм». Азерицентризмом можно назвать совокупность таких целенаправленных действий, усилий, позиций государственных учреждений, структур гражданского общества, отдельных лиц, которые направлены: на обретение Азеристаном роли решающего центра в мировой экономике, политике, науке, культуре, здравоохранении, спорте и других сферах жизни мирового сообщества; на утверждение азерийского языка в качестве языка-лидера среди ведущих мировых языков; на формирование норм и стандартов образцового танмаядарного жизнеустройства высокоразвитой Великой азерской нации в качестве базовых норм и стандартов будущей мировой танмаядарной цивилизации; на такое развитие супердержавы Азеристан, которое придаст ей функции основного управляющего центра мирового танмаядарного движения, мировой танмаядарной системы, тюркского мира и исламского мирового сообщества, обеспечив тем самым трансформацию супердержавы Азеристан в новую мировую сверхдержаву.

Итак, уважаемый читатель, на этом завершается представление новой концепции о трех последовательных стадиях развития и реализации азерлийской национальной концептуальной идеи. Возможно, читатель, знающий незавидное современное состояние азерских этносов в Азербайджане, Иране, Турции, Ираке, посчитает предложенную авторскую версию великого будущего общеазерского этноса как несбыточную утопию. Что ж и такой подход читателя имеет право быть, хотя бы уже потому, что сегодня в начале ХХI века непосредственные исторические акторы-исполнители этой концепции в отмеченных странах еще даже не конституированы в виде полноценных азерских наций, отсутствует также и необходимая для реализации общеазерлийской национальной концепции основная материальная база в виде полноценной танмаядарной экономики. И, тем не менее, полагаю, что танмаядарный азеризм является реальной идеей, и я предвижу начало ее реализации в скором будущем. Сегодня я предсказываю это с еще большей уверенностью по сравнению с прогнозом предстоящей исторической трансформации советской федерации и последующего распада Советского Союза, данного в 1973 году в упомянутом выше моем письме Г.А.Алиеву. В 1973 г. подобный прогноз мог показаться очень многим людям несбыточной фантазией, хотя бы уже потому, что в тот период СССР был одной из двух мировых сверхдержав. Но ведь осуществилась же эта «фантазия» на практике, развалился же Советский Союз в 1991г., тем самым, кстати, досрочно реализовав мой прогноз (я ориентировался на период после завершения ХХ века).

Повторяю, в реальности моего нынешнего прогноза относительно блестящих танмаядарных перспектив будущей Великой азерской нации я уверен в еще большей степени по сравнению с прогнозом распада СССР. Несомненно, современный статус государственной независимости Азербайджанской Республики в серьезной степени облегчает реализацию, полагаю, самой сложной стадии построения танмаядарного общества – стартовой стадии. Для того, чтобы приступить к подобной стартовой стадии азерлийские патриоты, организовавшись вокруг идеи форсированного прогресса страны, должны вначале убрать с пути нации советский «подарочек» в виде прогнившего властвующего симбиоза коммунализма с диким капитализмом, а затем осуществить быстрый, революционный перманентный переход от этого дикого номенклатурного капитализма к строю цивильного капитализма и далее в танмаядарную систему. Полагаю, именно на азерах Азербайджанской Республики лежит историческая миссия запуска представленной в данной разработке всей той логической цепи событий, которые обусловят быстрое возрождение всех азерских этносов, складывание их в полноценные нации, а также последующее объединение в Великую азерскую нацию нового танмаядарного типа.

В многовековой истории азерского этноса имеется немало славных страниц. Наши предки сотворили древнюю кладезь мудрости – зороастрийскую «Авесту», образовывали огромные державы – Мидийскую, Сельджукскую, Сефевидскую, и вообще сделали много такого, что могло бы составить предмет гордости любого этноса планеты. Однако, увы, предки проявляли и халатность – создавали в историческом прошлом огромные державы, а управление ими поручали иноэтничному чиновничьему персоналу, состоящему чаще всего из фарсов. В итоге азерский этнос оттеснялся от власти и оказывался в проигрыше, получая очередные удары судьбы, испорченной нашими же руками. Подобные исторические просчеты, в конце концов, привели к выключению общеазерского этноса из активного исторического процесса и ввергли его в длительную летаргическую спячку. Сегодня на карте Передней Азии можно вообразить следующий виртуальный образ все еще в целом летаргирующего общеазерского этноса: голова этноса расположилась на Кавказе, туловище распласталось в Иране и ноги касаются кромки Персидского залива, одна рука опирается на Анатолийскую Азерию, а другая рука – на Туранскую Азерию… На фоне динамичного, активного развития других крупных народов мира создается впечатление о фатальной предначертанности печального исхода подобной общеазерской полусонной инертности – уходе азерского этноса в историческое небытие. Однако так кажется лишь со стороны. Внутри же общеазерского этноса начинают разворачиваться процессы цепной реакции решающего исторического пробуждения. Сегодня от головы Большого азерского этноса – независимой Азербайджанской Республики – по всему его телу пошли импульсы общеазерского возрождения.

Считаю, азеризм – это и есть основной шифр общеазерлийского возрождения. Считаю, что даже умеренные усилия азерлийских патриотов по начальному внедрению идеологии азеризма в основных азерлийских регионах Передней Азии смогут уже в скором времени запустить цепную реакцию общеазерского возрождения, потому что есть признаки того, что азерлийцы этих регионов в целом уже созрели для восприятия идей национального возрождения. Уверен, внедрившись в сознание и души азерлийцев, возвышенные идеи азеризма осуществят в них сублимацию своей светлой духовной энергетики в энергию мощной пассионарной силы, способной побудить азерлийцев к активным целенаправленным действиям по ускоренному национальному возрождению и последующему бурному прогрессу на основе танмаядарного способа производства всех составных частей Большого азерского этноса. Поэтому мне представляется, что еще нынешние средние поколения азерлийцев могут успеть не только насладиться высоким уровнем жизни богатого танмаядарного общества, но и увидеть как общеазерский этнос Передней Азии подымится, наконец-то, с поникшего состояния, встанет во весь свой исполинский рост и с успехом включится в мировую эволюционную гонку за этническое выживание и последующее процветание.

Танмаядарлыг – вот основной код нашего успеха в этой эволюционной гонке конкурирующих этносов.

Полномасштабное внедрение танмаядарного азеризма, его последующая эволюционная трансформация в танмаядарный паназеризм, – такова формула обретения модернизированным и консолидированным в будущем Азеристане Большим азерским этносом решающих позиций в Передней Азии, являющейся судьбоносным для планеты регионом.

Последовательный переход от танмаядарного паназеризма к танмаядарному азерицентризму, последующая полномасштабная реализация идей, целей и установок танмаядарного азерицентризма – такова программа централизации в Азеристане – будущей мировой сверхдержаве – колоссальной совокупной мощи будущего планетарного танмаядарного движения и мировой танмаядарной системы, тюркского сообщества и мусульманской умы планеты, что позволит будущей Великой азерской нации исполнить историческую миссию основного организующего и направляющего центра процесса установления в мире прогрессивной танмаядарной общественной системы и тотальной замены ею мировой капиталистической системы.

Танмаядарный азеризм, переходящий в танмаядарный паназеризм, который в свою очередь будет эволюционировать в танмаядарный азерицентризм – такова эволюционная цепь грядущего общеазерского ренессанса ХХI века и становления Азеристана в качестве будущей сверхдержавы планеты Земля.

Первичный вариант разработки составлен в ноябре 2003 г.,

существенно переработанный и дополненный

вторичный вариант исполнен в мае-июне 2008г.


ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. Кюпрцлц М.Ф. Азяри. Бакы: Елм, 2000, 115 с.

2. Гасанов А. Язык азери, азербайджанский, тюркский... Какой из этих вариантов более приемлем для названия государственного языка Азербайджана? Газ. «Вышка», Баку, 1993 г., 23, 30 марта

3. История Азербайджана. В 3-х т. / Под редакцией И.А.Гусейнова, А.С. Сумбат-заде, А.Н. Гулиева, Е.А. Токаржевского. Т.1, Баку: Издательство Академии Наук Азербайджанской ССР, 1958, 424 с.

4. Sabir Rцstяmxanlы. Ömür kitabı // Azяrbaycan, 1986, № 8, с. 150-179

5.Там же

6. Гейбуллаев Г.А. К этногенезу азербайджанцев (историко-этнографическое исследование). Т.1, Баку: Элм, 1991, 549 с.

7. Гасанов А. Наши фамилии: какой вариант оптимальный? Газ. «Вышка», Баку, 1993, 06 мая

8.Мамедов Ю. Куда плывут пироги Гобустана. Газ. «Бакинский Рабочий», Баку, 2000 г., 12 сентября

9. Гасанли А. Большевики не построили и объективно не могли построить социализм. Они построили коммунализм // Ганун, 2003, №08 (112), с.45-53

10. Гасанли А. Танмаядарный манифест, или танмаядарлыг – строй после капитализма и до социализма // Ганун, 2003, №09 (113), с.52-61

11. Гасанли А. Концепция танмаядарной приватизации – приватизации нового типа // Ганун, 2003, №10 (114), с.77-91

12. Гейбуллаев Г.А. Топонимия Азербайджана (историко-этнографическое исследование). Баку: Элм, 1986, 192 с.

13. Там же, с.19, 95

14. История Казахской ССР. Том 1. Алма-Ата: Издательство Академии Наук Казахской ССР, 1957, 609 с.

15. Ялибяйзадя Е. Орхон-йенисей йазысынын мяншяйи // Елм вя щяйат, 1984, №1, с.26-28

16. QeybullayevQ.A. Kaspilяr. «Xalq qяzeti» qяz., Bakı, 1993, 20 август

17. Cяfяrov C. Arsak sözününetimoloqiyası / «Qarabağdцnяn, bugün vя sabah». 1-ci Ümumrespublikaelmi-яmяlikonfransınıntezislяr toplusu. Bakы: «Шуша» няшриййаты, 2002, s.38-41

18. Велиев С. Древний, древний Азербайджан. Историко-географические очерки. Баку: Гянджлик, 1987, 148 с.

19. Народы Средней Азии и Казахстана / Под общ. ред. С.П. Толстова. Том 1, М.: Издательство Академии Наук СССР, 1962, 768 с.

20. Велиев С. Древний, древний Азербайджан. Историко-географические очерки. Баку, 1987, Гянджлик, 148 с.

21. Ашурбейли С. «Великий шелковый путь» и его значение в истории экономических и культурных связей Азербайджана с Китаем в средние века // Azяrbaycan reklamının tarixi, 1998, № 7, s.63-64

22. Бабаков О. Средневековое население Туркменистана (по материалам антропологии) / Отв. Ред. В.П. Алексеев, Г.В. Рыкушина. Академия Наук Туркменской ССР, Ашхабад: Ылым, 1988, 416 с.

23. Народы Средней Азии и Казахстана / Под общ. ред. С.П. Толстова. Том 2, М.: Издательство Академии Наук СССР, 1963, 779 с.

24. Васильева Г.П. Этнические компоненты в составе туркмен по данным этнографии. / В сб. Проблемы этногенеза туркменского народа. Ашхабад: «Ылым», 1977, с. 95-108

25. Народы Средней Азии и Казахстана. / Под общ. ред. С.П. Толстова. Том 1, М.: Издательство Академии Наук СССР, 1962, 768 с.

26. Нурийев Ъ. Индийя гядяр сусдум, амма сусмаг да бир шей вермир. «Сабащ Неwс» гяз., Бакы, 2006, 20 -27 октйабр

27. Еремеев Д.Е. Этногенез турок (Происхождение и основные этапы этнической истории). М.: Наука, 1971, 272 с.

28. Узина М.С. Пуризм как проявление национализма в словотворческой

деятельности в Иране и Турции (20-70-е годы) // Народы Азии и Африки, 1980, №4, с.136-139

29. Щясянгалалы Ш. Мцяллим нийя «4» йазды? «Теле-щяфтя» гяз., Бакы, 2002,

5 октйабр

30.İranda olacaqlara Azяrbaycanhazırdeyil. «Azadlıq» qяz., Bakı, 2003, 10 ийул

31. Газ. «Зеркало», Баку, 2003, 28 июня

32. Народы Передней Азии / Под ред. Н.А. Кислякова, А.И. Першина. М.: Издательство Академии Наук СССР, 1957, 615 с.

33. Там же, с.48

34. Озан И. История Азербайджана на страницах Библии. Газ. «Зеркало», Баку, 2004, 2 октября.

35. Жуков К.А. Об этническом самосознании турок в ХЫЫЫ-ХВ в.в. / В сборнике: Османская империя: Государственная власть и социально-политическая структура. М.: Наука, 1990, с.132-148

36. Еремеев Д.Е. Этногенез турок (Происхождение и основные этапы этнической истории). М.: Наука, 1971, 272 с.

37. Там же, с.64-73

38.Жуков К.А. Об этническом самосознании турок в ХЫЫЫ-ХВ в.в. / В сборнике: Османская империя: Государственная власть и социально-политическая структура. М.: Наука, 1990, с.132-148

39. Кюпрцлц М.Ф. Азяри. Бакы: Елм, 2000, 115 с.

40. Кюпрцлцзадя М.Ф. Азяри ядябиййатына аид тядгигляр.Бакы: 1996, 58 с.

41. Еремеев Д.Е. Этногенез турок (Происхождение и основные этапы этнической истории). М.: Наука, 1971, 272 с.

42. Мирзоев Э. Иракские азербайджанцы пережили свой Ходжалы. Газ. «Зеркало», Баку, № 154, 2003, 16 августа

43. Сабироглу Дж. Туркмены не хотят расчленения Ирака. Газ. «Зеркало», Баку, 2003, 16 января. Умудлу И. Иракские туркмены: меж двух огней. Газ. «Зеркало», Баку, 2003, 08 марта

44. Велиев С. Древний, древний Азербайджан. Историко-географические очерки. Баку: Гянджлик, 1987, 148 с.

45.Умаев А. Армяне в Северном Азербайджане в первой трети ХЫХ века. Газ. «Бакинский Рабочий», Баку, 2003, 05 апреля

46. Ленин В.И. Полн. Собр. Соч., Т. 15

47. Крупа В. Идеальный всемирный язык? / Глобализация – этнизация: этнокультурные и этноязыковые процессы. В 2 кн. [отв.ред. Г.П.Нещименко]. Кн.1., М.: Наука, 2006, с.208-219

48. Там же

49. Газ. «Эхо», Баку, 2004, 24 июля

50. Газ. «Эхо», Баку, 2001, 26 мая

51. Никонов В.А. Имя и общество. М., Наука, 1974, 278 с.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий