регистрация / вход

Тематические праздники как явление современной городской культуры (на примере города Ростова-на–Дону)

Праздник как явление культуры, эмоционально-психологическое содержание феномена. Особенности проведения праздников в современном городе. Ростов-на-Дону: история развития города как фактор формирования событийно-идеологической основы праздничной системы.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

1. Праздник как явление культуры. Общая характеристика

1.1 Эмоционально-психологическое содержание феномена праздника

1.2 Компоненты праздничного комплекса

1.3 Особенности проведения праздников в современном городе

2. Ростов-на-Дону: история развития города как фактор формирования событийно-идеологической основы праздничной системы

2.1 От первых поселений к крепости

2.2 От крепости – к городу. Ростов - русский Чикаго

2.3 Советский и постсоветский периоды истории города

Заключение

Список использованных источников

Приложения

ВВЕДЕНИЕ

Важным элементом современной культуры являются праздники. Культура – это национальная память народа, то, что выделяет данный народ в ряду других, хранит человека от обезличивания, позволяет ему ощутить связь времен и поколений, получить духовную поддержку и жизненную опору. Праздники выполняют консолидирующие и воспитательные функции. Это относится и к городским праздникам.

Появление города, как центра промышленности и торговли, средоточие учреждений культуры и образования повлекло за собой формирование новых реалий: особого городского быта, менталитета населения; а также – особой праздничной культуры, проявления которой нередко вступали в противоречие с традиционной сельской праздничностью.

Город как совокупность разнородных элементов (разные социальные группы, национальности, формы деятельности) со временем формирует палитру городских праздников которые постепенно складываются в особую систему, составляющую праздничный календарь города. Сложившийся праздничный календарь становится своеобразной народной памятью и праздничной летописью города. Причем здесь важную роль играют местные тематические или «специфические» (по О.Р. Будиной, Э.О. Келлер) праздники, основывающиеся на событиях истории именно данного города и отражающие именно его специфику.

Актуальность темы определяется тем что:

Во-первых, тем, что в условиях размывания традиций очень важно поддерживать у населения чувство национального самосознания, понимание принадлежности к малой Родине.

Во-вторых, необходимостью консолидации на основе общих праздничных традиций разнородного в социальном и национальном отношениях городского населения. Сказанное имеет особое значение для Ростова-на-Дону, в котором рост численности на разных этапах его истории в основном осуществлялся за счет внешнего притока.

В-третьих, тематика, связанная с праздничной культурой, соотносится с проблемами повышения туристской привлекательности региона. Городские праздники, как и праздничная культура вообще являются частью туристских ресурсов. Хорошо организованные, зрелищные городские праздники могут привлекать туристов, стимулируя развитие событийного въездного туризма.

Практическая значимость темы определяется ее недостаточной изученностью, а также тем, что:

а) результаты исследований могут быть использованы в учебном процессе при подготовке специалистов (при разработке лекций, практических занятий, определении тематики научных конференций);

б) при организации и проведении массовых зрелищных мероприятий;

в) при разработке и прогнозировании тенденций развития праздничного календаря;

г) в музейно-экспозиционной практике, а также при организации воспитательных мероприятий в образовательных учреждениях и учреждениях культуры (библиотеки, музеи).

Объектом изучения является праздничная культура современного постиндустриального общества.

Предметом изучения – праздничная культура современной городской агломерации, которая рассматривается в контексте социокультурного сервиса.

Цель работы. На примере городской культуры г. Ростова-на-Дону охарактеризовать местные тематические праздники, показав их формирование, специфику и перспективы развития.

Задачи.

1. Раскрыть содержание понятия «праздники», показав их функции и структуру.

2. Охарактеризовать особенности городских праздников, выделив признаки, отличающие их от традиционной праздничной культуры.

3. Проанализировать формирование местных тематических праздников, показав их значение.

4. На примере истории Ростова-на-Дону показать формирование событийной основы городских праздников.

5. Рассмотреть развитие праздничных традиций в г. Ростове-на-Дону, показав особенности их формирования и выделяя местные тематические праздники.

6. Подготовить практическую разработку.

При подготовке глав работы использовались следующие методы:

1. Сравнительно-исторический, при котором явления рассматриваются в развитии и при сопоставлении друг с другом;

2. Описательный, при котором предполагается описание выявленных явлений;

3. Аналитический, при котором описание явлений должно сопровождаться их анализом для выявления причинно-следственных связей и подготовке выводов;

4. Обобщения;

5. Индукции, при котором умозаключение выстраивается от частных случаев к общим и дедукции, при котором умозаключение выстраивается от общего к частному.

Изученность проблемы. Если говорить о проблемах изучения праздников, то в целом по ним имеется обширная литература. При этом праздники рассматривались с двух позиций: а) первобытные праздники, связанные с мифологическим сознанием; б) светские праздники, утратившие прежний религиозно-мистический характер. В 1990-2000-е гг. появилось немало работ, посвященных православным праздникам и их месту в системе традиционных календарных праздников. Появились также исследования, связанные с изучением городских праздников. Поэтому общие проблемы, связанные с изучением праздников и праздничной культуры активно разрабатываются в литературе. Однако, праздничная проблематика практически не рассматривается в контексте социокультурного сервиса и туризма; не раскрывается проблема связи праздников и анимации. Сказанное открывает перспективы для дальнейших исследований.

Что касается непосредственно темы дипломной работы, то она не изучена. Описания праздничных действий содержатся в краеведческих публикациях, хотя преимущественно речь идет о традициях казачества. Работ, в которых бы специально рассматривалась и анализировалась праздничная культура Ростова-на-Дону нет.

При подготовке работы использовалась следующая литература.

1. Справочная и учебная литература по этнологии и культурологи. Эти работы позволили уточнить тематику и определить понятийный аппарат.

2. Специальные исследования по социологии и культурологи праздников, которые позволили раскрыть сущность праздников, показать их структуру и функции.

3. Исследования по истории Ростова-на-Дону, а также – краеведческие публикации, в которых содержится информация о праздничных традициях на Дону.

4. Преимущественно электронные ресурсы, в которых содержится информация о практике проведения праздничных мероприятий в Ростове-на-Дону, в том числе – о праздновании 260-летия города.

Работа состоит из трех глав, введения и заключения. В первой главе рассматривается праздник как явление культуры. В разделах приводятся основные определения понятия, рассматривается структура праздничной культуры, функции праздников, их уровни: торжественно-официальный, массово-развлекательный, семейный. Отдельно рассматриваются городские праздники, определяется их особенность. Во второй главе внимание уделяется основным этапам развития Ростова, динамике численности населения. Материалы рассматриваются в контексте формирования событийно-идеологической основы праздничной культуры Ростова-на-Дону. В третьей рассматриваются традиции празднования в Ростове, выделяются местные тематические праздники. В главе обобщается опыт их проведения в городе, намечаются перспективы оптимизации. Выводы и рекомендации содержатся в заключительной части работы. К основному тексту составлены приложения и презентация. Также имеется практическая разработка.


1. ПРАЗДНИК КАК ЯВЛЕНИЕ КУЛЬТУРЫ. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

1.1 Эмоционально-психологическое содержание феномена праздника

Термин «праздник» и его эквиваленты в других языках принадлежит к словарному фонду повседневной речи и употребляется часто. Для примера можно сослаться на то, что французский эквивалент этого термина - слово «fete» принадлежит к тысяче наиболее часто употребляемых французских слов, таким же по частоте употребления является и слово «fiesta», обозначающие праздник на испанском языке. Современный польский словарь определяет праздник («swieto») как «день, обычно свободный от работы, торжественно отмечаемый вследствие культовых или государственных соображений». Словарь Линде объясняет праздник как «день, который торжественно отмечается, празднуется, особенно в память какого- либо святого».

Происхождение слова в польском языке А. Брюкнер объясняет следующим образом: святой, праздничный, пустой, порожний. Церковное значение «sunctus» - «слово» получило, по- видимому, лишь благодаря христианству; в языческих именах Святополк, Святослав, Святовит - верховное божество г. Аркона на острове Рюген в XII в., которые были самыми распространенными в то время, оно означает то же, что «крепкий, сильный». Большое число праздников, особенно связанных с давней традицией, имеет собственное название. Это относится прежде всего к религиозным праздникам, таким, например, как христианская Пасха, турецкий Байрам или еврейский день искупления - Иом-киппур; с подобными названиями, с собственными именами праздников мы неоднократно будем связываться в ходе наших рассуждений. Некоторые из них, благодаря широкой распространенности праздника весьма популярны и общеприняты, другие названия, обозначающие местные праздники, отмечаемые немногочисленными группами, или праздники забытые, известны только специалисты, они фигурируют в словарях говоров и наречий. Примером такого названия в польском языке может служить термин «wyrzeczysko», он означает: «местный, сельский праздник, установленный в память какого- либо бедствия, пожара, градобития, с тем, чтобы отвратить от себя божий гнев...» (1. С. 231).

Из латыни от слова «fiesta», являющегося сокращением термина «festadies». В современном французском языке это слово имеет несколько значений:

а) особый день, посвященный культу религиозных церемоний, которые в этот день совершаются;

б) публичные развлечения, устраиваемые по какому-либо чрезвычайному поводу, вовсе не имеющие религиозного характера, например национальные праздники;

в) а также - удовольствия, житейские радости, счастье (1. С. 232).

В русском языке термин «праздник» происходит от прилагательного «праздный», означающего «не занятый», «праздное время»- период, когда не нужно работать, когда можно быть праздным (если речь идет о времени). Это слово родственно польскому слову «prozdny». B новом издании «Большой советской энциклопедии» смысл слова «праздник» раскрывается в статье - «праздничные дни » следующим образом: «Дни, посвященные выдающимся событиями или традиционным датам (2. С. 324).

Итак, существует ряд определений понятия «праздник». Поэтому остановимся на обобщенной характеристике, подразумевающей два подхода к определению феномена праздника:

1. Праздник рассматривается с сакральных (мистических) позиций как особое время, в течение которого нарушаются границы между миром живых и мертвых, между временем историческим и – временем «оным», мифическим .

2. Праздник рассматривается как временной отрезок, который выделяет, маркирует наиболее значимые события в жизни государства, народа, социальной группы (3. С. 31).

Таким образом, выявлено два основных подхода к определению термина «праздник», конечно же, их существует гораздо больше, однако для нас наибольшую важность представляют вышеперечисленные. В нашей работе, оговоримся, будет использоваться рабочее определение «праздника» - установленного во временном пространстве события, с общественными функциями и регулируемой структурой. Мы, употребляя в работе термин «праздник» основываемся на втором, светском или этикетном значении этого понятия.

Даже краткий анализ происхождения и смысла термина «праздника» в нескольких языках, занимающих видное место в истории европейской культуры, выявляет в ней элементы, важные для исследователя. Праздник семантически связан и со свободным временем, с определенным ритуалом, временем праздности, танцем, приемом, весельем и пиршеством. Он связан с религиозным культом и с важными датами истории народа и государства, с трудовым правом и организацией производства, с традициями социальных движений, с их стремлениями, лозунгами, торжествами и демонстрациями в определенные дни.

Как происхождение терминов, так и толкование их значения, которые дают нам современные словари и энциклопедии, вполне определенно указывают на то, что имеем дело со сложным, тысячелетия существующим в различных формах явлением культуры, характерным и для жизни обществ, известных нам лишь по страницам истории и жизни современных обществ (3. С. 87).

Повсеместность и стабильность праздника побуждают, прежде всего, поставить вопрос о его происхождении, динамики развития и шире - об источниках его постоянного возрождения, что в очередной раз подчеркивает актуальность выбранной нами темы дипломного проекта. Мы постараемся остановиться на светских праздниках. Происхождение тех или иных светских праздников, чем-либо интересных православным христианам, их история, отношение к ним Русской Православной Церкви, особенности богослужения в эти дни, если таковые имеются, народные традиции, обычаи и суеверия, связанные с их подготовкой и проведением.

По мнению протоиерея Димитрия Смирнова (РПЦ МП): «Светский праздник - это день памяти святого, отмечаемый на государственном уровне». Из-за множества реформ, которые провела советская власть за годы своего существования, в том числе и из-за языковой реформы, в нашем сознании исказилось значение слова "светский". На самом-то деле, "светский" - это не антиклерикальный, не противопоставленный Церкви, а просто "не церковный" (4. С. 68-69). Вот, к примеру, когда говорят про светские праздники, то под ними можно понимать не только Новый год или там Международный женский день, но и отмечание, допустим, дней памяти кого-то из святых или одного из церковных праздников на государственном уровне. Это необходимо уточнить, так как церковные, календарные праздники могут приобретать государственный статус (например, Пасха и Рождество в современной России). Для нас важно изначально отделить праздники календарные, религиозные, и светские, государственно- общественные. Мы отделяем в своей теме светские праздники умышленно, так как о них не только мало материала, что представляет большой научный интерес, но и в схеме государственных, светских праздников, на наш взгляд, можно с большей вероятностью отследить специфику современной городской культуры. Праздник как таковой требовал в разные времена разного, но общим остаётся несколько параметров: уважения к самому празднику («праздник свят - все дела спят»-в праздничные дни нельзя было работать), преображения всего вокруг - требовались необычные наряды улиц, жителей; уважения друг к другу- праздник был миротворным моментом, тем более светский: в праздничные дни часто миловали, выдавали амнистии преступникам и так далее (4. С. 69).

Для современной западной мысли весьма типичны взгляды, провозглашающие необходимости преодоления кризиса культуры и указывающего на необходимость синтеза праздника и повседневности. Примечательно, что эти взгляды не опровергают потребность в празднике, но демонстрируют желание обновить его, преодолеть его сущность как особой, отличительной фазы жизни, придать празднику черты повседневности, а повседневности- черты праздника. Но все останется, на наш взгляд, абстракцией. Отсутствие различия между праздником и повседневностью характерно лишь для немногих современных городских творческих личностей, занимающихся индивидуальными поисками в сфере деятельности, которой они сами приписывают определяющую ценность. Но таких людей мало, в большинстве различия остаются огромными.

Праздник позволяет людям глубже понять смысл жизни, поэтому идет речь не о ценностях праздника - они всегда вторичны, преходящи, - а о ценностях, пронизывающих всю жизнь, которое в обычное время по необходимости как бы скрыты от большинства людей и которые в особое время, в период праздника, всегда проявляются, подтверждаются и актуализируются. Весь прошедший опыт истории человеческой культуры подтверждает, что потребность в празднике в жизни общества всеобщей и постоянной, при всей изменчивости форм празднования. Для того, чтобы проникнуть в суть зрелищного искусства, необходимо не только проанализировать, их как явление сегодняшней действительности, но и знать этапы становления и развития различных типов зрелища (3. С. 88).

1.2 Компоненты праздничного комплекса

Изучение праздничных традиций показало, что праздник как явление сложное обладает определенным составом, или комплексом, выявление которого раскрывает характер и степень бытования праздника. Под составом праздника, или праздничным комплексом, подразумеваются различные представленные в нем компоненты, несущие определенную смысловую нагрузку и функционирующие на уровне бытования. Рассмотрение праздничного комплекса, в конечном счете, выявляет степень его традиционности.

Выделение компонентов праздника отнюдь не означает механического его расчленения. Все его части тесно связаны между собой и являются взаимопроникаемыми. Состав того или иного праздника, его праздничный комплекс может быть более или менее полным, что связано прежде всего с особенностями его формирования. В целом же совокупность компонентов, составляющих праздничный комплекс, характеризует праздник как культурно-бытовое явление.

В разных праздниках, бытующих в наши дни, мы считаем возможным вслед за Э.А. Келлер выделять три основных компонента: торжественно-официальный и массово-развлекательный, относящиеся к общественной жизни, и домашне-бытовой, присущий домашней сфере (5. С. 60-61).

В современных общественных праздниках, которым посвящена данная глава, торжественный компонент прямо выражает идейные основы праздника и служит их укреплению. Ареной его всегда являются общественные места (дворцы культуры, клубы, театры, парки, стадионы и пр.). Формы проявления - специфические и вполне устоявшиеся. Для советских праздников, например, характерны собрания, митинги, демонстрации. По своему происхождению они связаны с международным рабочим движением и означают определенный уровень формирования революционных празднеств.

Формы массово-развлекательного компонента очень разнообразны и имеют различное происхождение. Эта праздничная часть, пожалуй, наиболее подвижна, так как подвержена постоянному как стихийному, так и целенаправленному поиску форм, что вызвано стремлением сделать праздничный досуг наиболее интересным и соответствующим духу времени. Подобно торжественной части, и здесь действие происходит в общественных местах (6. С. 82).

Домашне-бытовая часть праздника, в отличие от первых двух, протекает в сфере семейного быта, и ее ареной являются соответственно дом, семья. Формы этой составной части праздника по сравнению с другими складывались в течение длительного времени. Они устойчивы и в наибольшей мере обладают этнической спецификой, которая проявляется в таких элементах материальной и духовной культуры, как праздничная пища, застолье, гостевание и др. Несмотря на определенную консервативность домашне-бытового компонента, он также подвержен изменениям (6. С. 83).

Общественные праздники образуют отдельную специфическую сферу праздничного быта. Ее особенности связаны, прежде всего, с природой общественных праздников как идеологического явления. Идейная направленность, лежащая в основе этой группы праздников, является вместе с тем и движущей силой их развития.

Формирование культурных явлений в этой области непосредственно связано с социальными завоеваниями и устремлениями общества, которое они представляют (3. С. 96).

Вместе с тем наряду с новыми обычаями и обрядами, зачастую имеющими интернациональный характер, в отдельных частях праздничного комплекса продолжают сохраняться и развиваться черты, традиционные для русской праздничной культуры. Это, прежде всего старые домашне-бытовые обычаи подготовки к празднику и семейно-родственного гостеваний. Они прочно укоренились в главных народных праздниках — государственных.

Обрядовые и игровые элементы старых календарных праздников выступают в традиционном или трансформированном виде в новых сезонных праздниках, специально созданных, сконструированных силами главным образом специалистов-профессионалов на традиционной основе. Связь с архаической и более поздней праздничной традицией и формы связи бывают весьма неодинаковыми. Это объясняется во многом особенностями формирования подобных современных торжеств, нацеленных на сохранение национального колорита.

Давая оценку традиционности рассмотренной сферы бытовой культуры, нужно сказать, что она отличается бытованием, прежде всего новых праздничных форм. Одни из них к настоящему времени прочно вошли в народный быт и могут рассматриваться в качестве новой типовой модели, другие лишь имеют такую перспективу. Явления большой временной глубины обнаруживаются здесь в меньшей мере и преимущественно фрагментарно, в виде элементов народной традиции, вплетенной в канву современного праздника. Подобная реализация традиций обнаруживает их широкие вариативные возможности и часто приводит к созданию обобщенных символически-национальных, или этнически маркированных, современных явлений праздничной культуры.

Праздничное пространство как явление праздничной культуры представляет особый для нас интерес. Это многофакторная и многомерная система, специфическое явление праздничной культуры, определяющей особую форму общественного поведения. Праздничное пространство - преображенное пространство, оно обусловлено смыслом праздника и узнаваемо участниками праздничных действий (3. С. 87).

Характерными особенностями праздничного пространства можно назвать четкие временные рамки. Оно временно по отношению к повседневному, будничному пространству; его искусственность чревата игрой, декоративностью, иногда даже наигранной эстетичностью.

Петербургский теоретик культуры С.Н. Иконников, определяя культурное пространство, утверждает, что оно «является жизненной и социокультурной сферой общества, «вместилищем» и внутренним объемом культурных процессов. Оно имеет определенную территориальную протяженность и включает в себя ареалы распространения национально-этнических языков общения и духовных ценностей, традиционных форм бытового уклада и образа жизни, семиотику и семантику архитектурных и религиозных памятников, региональных центров народного и профессионального искусства, заповедных ландшафтов. В нем очерчены контуры столицы и периферии, городов-музеев и университетских комплексов, памятных мест и исторических событий» (7. С. 55). Одной их составляющих культурного пространства является праздничное пространство.

Праздничное пространство — это многофакторная и многомерная система, специфическое явление праздничной городской культуры, определяющее особую форму общественного поведения. Архетип праздничного пространства связан с некими константами, которые преображают его и наделяют праздничным смыслом. Этими константами являются: композиционный центр, язык, темпо-ритм, цвет, звук, тип движения.

Характерными особенностями праздничного пространства являются временные рамки, рассчитанные на праздничное время.

Это пространство временно по отношению к повседневному, будничному пространству; его отличает искусственность по отношению к будничному пространству, оно «сочиняется», создается, стилизуется, специально украшается, наряжается, стремится к «красивости».

Наконец, праздничное пространство связано с игрой. Культуролог Э.А. Келлер пишет: «Подобно тому, как формально отсутствует всякое различие между игрой и священнодействием, иначе говоря, священнодействие совершается в тех же формах, что и сама игра, так и освященное место формально не отличается от игрового пространства.

Арена цирка, игральный стол, волшебный круг, храм, сцена, экран синематографа, судное место - все они по форме и функции суть игровые пространства, то есть отчужденная земля, обособленные, выгороженные, освященные территории, на которых имеют силу особенные, собственные правила. Это как бы временные миры внутри обычного, созданные для выполнения замкнутого в себе действия» (5. С. 38). Эти «освещенные» праздничные территории осуществляют переход из жизни будничной в жизнь праздничную.

Праздничное пространство наделяется определенным смыслом, декоративностью и эстетической функцией. Вся палитра праздничного пространства (праздничные украшения, специальные временные постройки, символические атрибуты и пр.) «работает» на праздничную атмосферу и соответствует типу праздника. Каждый тип праздника имеет свои особенные правила, свою структуру, эстетику, сопряженные с пространством.

В технологическом смысле функциональность праздничного пространства обуславливается местом действия, определяет ролевые функции участников праздника, находится в зависимости от стилевых особенностей повседневного пространства (5. С. 39).

С феноменом праздников связаны игры, игровая практика. Происхождение игр связывалось с магико-культовыми потребностями или врождёнными биологическими потребностями организма; выводилось из трудовых процессов (8. С. 97). Связь игр с тренировкой и отдыхом одновременно обусловлена её способностью моделировать конфликты, решение которых в практической сфере деятельности или затруднено или невозможно. Поэтому игра является не только физической тренировкой, но и средством психологической подготовки к будущим жизненным ситуациям. В качестве абстрактной модели конфликта игра легко превращается в форму выражения социальных противоречий (превращение в средневековой Византии «болельщиков» на ипподроме в политические партии, детские игры как модели социальных конфликтов «взрослого» мира) ( 8. С. 98).

И игра, и искусство, преследуя цели овладения миром, обладают общим свойством - решение предлагается не в практической, а в условной, знаковой сфере, которая в дальнейшем может быть использована в качестве модели практического поведения.

Однако между игрой и искусством имеется существенное отличие: игра представляет собой овладение умением, тренировку, моделирование деятельности, отличительным свойством игры является наличие системы правил поведения (9. С. 346).Соотношение игр и ритуалов (обычаев и обрядов) позволяет разграничивать два основных подхода к пониманию сущности праздников, а также – различие между профессиональной анимационной практикой и традиционными механизмами воспроизводства культуры.

Если рассматривать праздники в сакрально-религиозном смысле, как это наблюдается в традиционных (народных) культурах, то им присущи следующие признаки:

1) Представление, что это особенное, сакральное время, когда возможны контакты с миром предков или устанавливается сакральная связь с миром божественным. При этом веселье не является обязательным и единственным атрибутом праздника.

2). Праздничное время – это период когда наиболее активно совершаются обрядовые действия, в то же время игровые действия, несмотря на их активизацию в этот период, все-таки по сравнению с обрядами второстепенны ( 10.С. 10).

Что касается праздников в несакральном, светском понимании, которое присуще современным культурам, то они характеризуются не только торжественностью, особым эмоциональным подъемом, но и тем, что это время активного проведения досуга, развлечений, веселья. Обрядовая составляющая сведена к минимуму и подчинена массовым зрелищеым мероприятиям, гуляниям и играм ( 11. С. 49).

И, в завершение, если рассматривать праздничную культуру, как совокупность «…коммуникаций, разворачивающихся в праздничном пространстве и времени», то, по мнению польского исследователя К. Жигульского, можно выделить следующие компоненты (12. С. 112).

1. Пространственно-временной, включающий праздничное пространство и время.

2. Структурно-содержательный компонент, включающий – декорации, действия (анимационные мероприятия), костюмы участников, праздничное питание, систему подарков.

3. Идеологический компонент: в основе праздника должна лежать определенная идеологема, событие. Оно должно быть связано с реальными (пусть даже искаженными в сознании потомков) или сакральными, имеющими религиозно-мифологическое происхождение событиями. При этом событие должно само восприниматься как значимый и позитивный символ (12. С. 112).

Близкую, хотя и более развернутую характеристику праздничных действий предлагает культуролог И.И. Шангина (13. С. 111), выделяющая следующие компоненты: а) праздничное время, б) праздничное пространство, в) субъектно-личностный (участники действия), г) ритуальный, д) идеологический (Приложение А). Классификация И. Шангиной в принципе не противоречит классификации К. Жигульского: здесь у нее более «развернуты» компоненты 1и 2.

1.3 Особенности проведения праздников в современном городе

Городские и сельские традиции даже в пределах одной страны и применительно к одному народу отличаются между собой. В этнографической литературе одной из форм классификации народной культуры является условное объединение ее элементов в две группы: городскую и сельскую субкультуры. Поэтому, прежде чем обозначить особенности проведения праздников в городской среде, необходимо раскрыть само понимание праздника в традиционной (народной) культуре, которая по своему происхождению является сельской. Термин «праздник» принадлежит к словарному фонду повседневной речи и часто употребляется. Понимание значения слова «праздник» в народной культуре достаточно широко, однако можно выделить несколько смысловых полей, с единой доминантой в каждом из них.

Во-первых, одна из особенностей и признаков праздника определяется самой этимологией слова «праздник» (от слова праздный, то есть «незанятый»). Словарь Даля толкует термин «праздник» от прилагательного «праздный», означающего «незанятый», «пустой», «порожний» (если речь идет о месте). Интересен также ряд значений слова праздновать: очень часто оно употребляется не только в значении «отмечать праздник», «не работать по случаю праздника», но и в более широком смысле как «отдыхать». Так Даль указывает, что праздновать значит «быть праздным, или не делать, не работать». Очевидно, что одной из доминант праздника является праздность, отказ от работы (14. С. 87).

Во-вторых, смысловое поле праздника связано с идеей обязательного застолья. У В.И. Даля праздновать что-то или чему-то - «совершать празднество, отправлять праздник». Достаточно прочно понятие праздника увязывается в народном сознании с идеей гостевания. Также следует отметить семантическую связь понятия праздник с обильным употреблением алкогольных напитков. Последние явно считаются едва ли не обязательными атрибутами настоящего праздника, что особенно ярко отразилось в пословицах («Без вина не праздник», «Кто празднику рад, тот до свету пьян», «Праздник любить, так и пивцо варить» и т.д.). Характерно, и существование несколько выражений, устойчиво связывающих празднование с пьянством (допраздновать до утра, пропраздновать всю ночь) (14. С. 88).

Итак, очевидно, что основными составляющими праздника являются ритуальное застолье с гостеванием и обильной выпивкой, безделье, отказ от работы. Однако не любое безделье с застольем может считаться праздником.

В-третьих, празднуют всегда «что-то или чему-то», то есть в народной культуре не возможен праздник без повода. Это третий обязательный компонент праздника. Так как народный календарь был тесно связан с православным церковным календарем, то большинство народных праздников приурочено как раз к праздникам церковным. При этом следует учитывать, что носители традиции крайне редко определяют праздник как церковное мероприятие (14. С. 88).

Таким образом, традиционный, народный праздник семантически связан и со свободным временем, временем праздности, отдыха, и с радостью, весельем, с определенным ритуалом, танцем, приемом, пиршеством, потреблением, растратами. Уместно отметить, что праздничные традиции, их состав, идейная направленность, характер бытования, способы проведения в целом отражают уровень развития материальной и духовной культуры народа и в то же время содержат богатый и разнообразный исторический опыт, накопленный за многие века их существования.

Праздник является необходимым условием социального бытия, существует во всех обществах с глубокой древности, «празднество (всякое) - это важная первичная форма человеческой культуры».

Город как совокупность разнородных элементов повлек за собой разнообразную палитру городских праздников, которые постепенно оформились в особую систему, составляющую праздничный календарь города. Он стал своеобразной народной памятью, праздничной летописью города. Городской праздничный календарь базируется на традиционном календаре, основу которого составляют народные и религиозные праздники. Традиционный праздничный календарь является результатом длительного культурного процесса, его структура и форма непрерывно развиваются и совершенствуются.

Многолюдные гулянья и праздники всегда входили в городской быт, но на протяжении долгого времени они полностью копировали крестьянскую традицию: устраивались в те же календарные сроки и в тех же формах (ряженые на святках, катание на лошадях и с ледяных гор на масленицу, качели на пасху, завивание венков и хороводы «на природе» на троицу и т. п.). Сами гулянья назывались в народе «под горами» или «под качелями».

С XVIII века заметно различается быт городов и деревень. Перемещение традиционных земледельческих празднеств в новые, городские условия не могло не сказаться на их характере. В атмосфере промышленного города нарушаются такие существенные черты крестьянского праздника, как его строгая регламентация и обрядность, перестает ощущаться магическая сторона действий и слов, уходят из памяти исконные мотивировки и языческая предназначенность празднества. Резко меняется также состав участников гуляний и ярмарок, здесь сталкивается огромное число людей, представителей всех сословий, многих местностей и национальностей. Гулянье становится открытой системой и легко впитывает в себя элементы и формы различных традиций, сфер быта, культуры, искусства (15. С. 79 ).

Историк В.О. Ключевский отмечал, что еще с середины XVII века русское общество «стала действовать иноземная культура, богатая опытами и знаниями», причем это западное влияние неравномерно проникало в разные слои населения, коснувшись прежде всего его верхних кругов. Произошло и социальное расслоение в сфере потребления искусства: в то время как крестьянское население по-прежнему хранило традиционную культуру, высшее сословие ориентировалось на Запад, перенимало обычаи, подражало модам европейской знати, городские же низы, непривилегированная часть жителей крупных городов ощущали необходимость в создании своего искусства - так начал формироваться городской фольклор.

Слишком решительные и смелые реформы нередко встречали непонимание и отпор в различных кругах патриархальной России, поэтому Петр «настойчиво искал новые формы и методы проведения пропагандистской кампании в поддержку своих начинаний» (15. С. 79).

По отношению к большим городам (напр. Ростову) актуально разграничение понятий народный праздник и народное гуляние. Народный праздник своим происхождением уходит вглубь веков и теснейшим образом связан с деревенской аграрной культурой и фольклорным типом мышления. Он строится на строгой повторяемости и локальной традиции, на включенности людей в обрядовую сущность календарного праздника.

Городская культура (имеются в виду большие города) превратила народный праздник в народное гуляние, в котором поменялся смысл главных элементов: вместо обряда - игра, вместо локальной традиции - массовая усредненная культура, а фольклорное осмысление праздника заменяется потребностью всеобщего веселья, праздничной объединенностью и переключения из будней в праздники. Поэтому народное гуляние близко к площадному ярмарочному гулянию - порождению города (16. С. 97).

В Ростове-на-Дону уже в XIX в. состав населения представлял собой разносословные и разноэтнические группы, их пестрота и несоединимость становились главной характеристикой праздника, его стилистическим ключом. Гуляние по своей сути не может дать единого праздничного коллектива с одинаковыми традициями и установками, который наличествует в классическом народном празднике.

Народный праздник не предполагает сторонних наблюдателей, зрителей, здесь каждый участник является творцом праздника, знающим и активно реализующим народные традиции. Гуляние же закономерно включает посторонних наблюдателей и людей, которые впервые попали в такую атмосферу. Всех этих людей гуляние как бы втягивает, вбирает в себя и не подчеркивает их чуждость (16. С. 98).

Народный праздник не режиссируется, в роли режиссера выступает традиция. В гулянии существуют определенные способы увеселения, поэтому обязательными его элементами являются аттракционы, показ всяких диковинных вещей и другие зрелища.

Гуляние предполагает сценариста и режиссера, то есть специальных людей, которые обеспечивают действо. В сельском празднике, как и в городе, были люди, которые, например, строили ледяные горы, но они были обязательными участниками праздника; в селе не было тех, кто финансировал праздник, специально давал деньги (казна, купцы и др.). Для устройства в городе балаганов и ярмарочных площадных строений существовали специальные артели плотников, маляров и др., работали специальные профессиональные увеселители, за соблюдением порядка следили профессиональные полицейские, отдельные люди обеспечивали питейные и съестные заведения и многое другое (16. С. 99).

Сказанное составляет специфику организации и проведения праздничных мероприятий в современных городах. Места и время проведения праздничных действий регламентируются нормативными документами, а сама подготовка и проведение мероприятий осуществляется профессионально подготовленными специалистами.

Обобщая сказанное, можно отметить, что в рамках традиционной народной (этнической) культуры любого народа сложились традиции проведения досуга и праздников. Отражая специфику исторического развития того или иного народа, они образовывали сложные системы, включавшие обычаи и обряды, игры и состязания, гадания, разные формы фольклора и т.д. Чаще всего, говоря о традиционных истоках анимации, следует признать, что речь идет о реалиях духовной культуры. Все типы анимационной деятельности, о которых речь пойдет ниже, связаны с традиционной культурой, реалии которой используются в современной практике организации досуга.

Исходя из сказанного, также можно сделать вывод, что профессиональная празднично-досуговая практика и создание анимационного продукта, связанного с нею востребованы именно во второй ситуации, в условиях несакрального праздника, когда на первый план выдвигаются задачи рекреации, развлечений, восстановления физического и психического здоровья.

2. РОСТОВ–НА–ДОНУ: ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ГОРОДА КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ СОБЫТИЙНО–ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ ОСНОВЫ ПРАЗДНИЧНОЙ СИСТЕМЫ

2.1 От первых поселений к крепости

Ростов–на–Дону – областной центр, еще с советских времен – региональный центр (Северо-Кавказский военный округ, Северо-Кавказский экономический район), с 2000 – центр Южного Федерального округа. Ростов называют портом трех морей. Он связывает торговые пути Центральной России с Черным, Средиземным и Каспийским морями. В наши дни Ростов-на-Дону известен не только торговлей, но и своей промышленностью. На слуху заводы-гиганты «Ростсельмаш» и «Роствертол». Город является столицей Южного Федерального Округа, получил звание «Город воинской славы». Население города составляет на 2002 г. 1 млн. 052 тыс. человек. Это один из крупнейших городов современной РФ, центр научной и культурной жизни.

Возникновение города Ростова-на-Дону и начальный период его истории связаны со строительством Темерницкой таможни и крепости Святого Димитрия Ростовского. Во время Азовских походов Петра I в1695-96 гг. казаки обратили внимание царя на крутые склоны Дона и источник, который он назвал Богатым колодцем, или Богатым источником. Близ источника решили заложить крепость, но сделать это Петру I не пришлось. Хотя, по данным дореволюционного историка Ильина «здесь начали селиться разнго звания люди», но после неудачного Прутского похода 1711 г. Россия была вынуждена отдать туркам Азов, гирла Дона, срыть укрепления в Таганроге и других крепостях, построенных на юге страны. В XVIII в. был введен таможенный контроль за ввозимыми и вывозимыми с Дона товарами. Пограничным укреплением на рубеже с Турцией стала Транжементная крепость – небольшое земляное укрепление, располагавшееся на месте бывшего казачьего Монастырского городка. В настоящее время это территория Старочеркасского музея-заповедника, отмеченная памятными обелисками (17. С. 89).

В 1730 г. по указанию Анны Иоанновны на Васильевских буграх недалеко от Старочеркасска на месте монастырского ретрашемента, возведенного по распоряжению Петра I, по проекту и под руководством инженера Деколонга, возвели крепость, названную именем Св. Анны. Размещенная в крепости таможня не могла выполнять свои функции. На речных переправах возникли казачьи заставы. Попытка царских чиновников ограничить торговые обороты донских атаманов и старшин вызвала у них недовольство, и в Петербург полетели многочисленные жалобы, поэтому 15 декабря 1749 г. был издан указ Императрицы Елизаветы Петровны о сооружении таможни "...на Дону, у устья Темерника, против урочища, называемого Богатый колодец, где и донские казаки могут вести свою торговлю с приезжими греками, турками и армянами...". Таможня была названа Темерницкой по имени реки ( 18. С. 55).

К середине XVIII века Темерницкая таможня и порт, вскоре возникший около нее, стали играть важную роль в экономической жизни Юго-востока России. Это был единственный пункт, через который Россия могла вести торговлю с портами Азовского, Черного и Средиземного морей. Поселение таможни было небольшим: число его жителей не превышало за период с 1749 по 1761 г. тысячи человек, в основном это были семейства солдат крепости Св. Анны. Их жилые дома и казенные пакгаузы для склада товаров стали своего рода первой планировкой будущего Ростова. Постепенно застраивались территории вокруг Темерницкого форпоста. Возникает Доломановский форштадт (из числа слободских казачьих полков крепости Св. Анны, городовых казаков, или доломанов, отсюда и название) (19. С. 121).

В 1740-х гг. русские военные инженеры усиленно ищут место, где можно было создать более мощное укрепление. Проект крепости предложил в 1745 г. инженер Сипягин, но он не был утвержден точно так же, как и еще шесть проектов, составленных в 1748 г. Высшее государственное учреждение России - Правительствующий Сенат - специально занимался рассмотрением проектов новой крепости, так как все предполагалось построить по последнему слову военной техники. Через десять лет группа инженеров (М. Деденев, Д. Дебоскет, М. Мартынов, Л. Голенищев-Кутузов, С. Козьмин, М. Мордвинов и др.) составила два проекта. Первый предусматривал строительство крепости из камня (стоимость 674,4 тыс. руб.), согласно второму (стоимость 438,8 тыс. руб.) укрепления должны были быть земляными, но "в одинаковых линиях, дабы в последствии удобно переделать". Проекты получили одобрение, и 20 декабря 1760 г. гарнизон Аннинской крепости был переведен к Богатому источнику (19. С. 122).

6 апреля 1761 г. Указом Императрицы Елизаветы новая крепость получила наименование "крепости Св. Димитрия Ростовского". 23 сентября 1761 г. произошла ее торжественная закладка. Осенью 1761 г. развернулись большие строительные работы, которые шли тяжело. Район будущей крепости пересекали перпендикулярно к Дону глубокие балки, для засыпки которых потребовались десятки тысяч возов земли. Строителям не хватало продовольствия и денег. Так, в одном из документов от 15.06.1762 г. говорится: "С вступлением в работу прошлого 1761 г. декабря 17-го числа в силу указа, заработные деньги поныне ниоткуда не получали и будучи в той работе платьем и прочим весьма оборвались, что уж в работу ходить в одежде в такой мороз не могут…».

Сооружение земляной крепости проводилось под руководством опытного военного инженера А.И. Ригельмана. По его указанию для строительства крепости и домов в ней в 1761 г. на Кизитеринской балке был сооружен кирпичный завод. Камень для строительства ломали у Богатого источника, лес привозили из Леонтьевских и Глухих буераков - район рек Миус и Калмиус. В то время берега этих рек были покрыты дремучими лесами, в которых росли бук, граб, дуб. Лес рубили, сплавляли плотами по Миусу почти до Миусского лимана, оттуда на лошадях и волах везли в крепость. Уже в 1761 г. было насыпано семь редутов с напольной стороны. Из-за овражистой местности береговая часть крепостной ограды получила иное решение, чем проектировалось. Возведение земляных укреплений и основных зданий внутри крепости закончилось в 1763 г. (19. С. 125)

Ростовская крепость имела большое военно-стратегическое значение. В связи с этим она стала самой мощной и крупной среди южных крепостей. Ее окружность превышала 3,5 км, а площадь была около 70 десятин. Система ее укреплений явилась новым словом в фортификационном искусстве. Крепость имела в плане оригинальную звездообразную форму. С напольной стороны выступали девять редутов, соединенных восемью равелинами, образуя, таким образом, восемь фронтов. Редуты, начиная с юго-западного по окружности до северо-восточного, имели следующие названия: Троицкий, Аннинский, Андрея Первозванного, Екатерининский, Елизаветинский, Петровский, Павловский, Александра Невского, Донской.

Редуты окружались по периметру глубоким рвом с укрепленным контрэскарпом. Прибрежное плато, занятое крепостью, возвышалось на 30 сажень (64 м) над уровнем Дона. На террасах обрыва со стороны реки была создана система укреплений. К крайним редутам примыкали Троицкий и Донской реданы, между которыми находился бастион Димитрия Ростовского с кронверком. Под реданами располагались Темерницкий и Аксайский редуты, еще ниже три батареи. На нижней террасе был редан Богатый, по сторонам от которого размещались полубастионы Азовский и Черкасский. Кроме того, в редутах были возведены пороховые погреба в виде обширных подземных сооружений, перекрытых балками с накатом.

Крепость имела многочисленный гарнизон, была вооружена 238 орудиями и на протяжении полувека являлась тыловой базой русских войск (18. С. 98).

В крепостной стене было двое ворот. С запада в крепость вели Архангельские ворота, с востока - Георгиевские. Внутри наметили сетку прямоугольных кварталов, разделенных улицами 10 и 5-ти саженной ширины, причем широкие улицы направлялись перпендикулярно к реке, с севера на юг. Центральная улица крепости проходила в сторону Богатого источника и получила название Богатяновского переулка (ныне проспект Кирова). Крепость занимала пространство, ныне ограниченное улицами М. Горького и Станиславского, переулками Нахичеванским и Чехова (18. С. 99).

В застройке крепости доминировал расположенный на центральной площади Покровский собор, увенчанный восьмигранным барабаном и куполом. С запада к нему примыкала трехъярусная колокольня, а с юга - еще одна небольшая церковь. Фасады главных административных зданий военного ведомства (дом для коменданта, гарнизонная школа - в ней числилось 216 учеников, острог) были обращены на эту площадь. В центре крепости размещались 28 солдатских казарм, 7 провиантских и 4 артиллерийских склада, военные госпитали. Кварталы также застраивались офицерскими домами, жилыми домами для купцов и ремесленников, лавками и питейными домами. К концу 18 в. здесь было пять церквей: Соборная Покровская, Казанская, Николаевская, Рождество-Богородичная (в то время называлась Купеческой) и Всех Святых.

Стабильность и защищенность Приазовья от турецких набегов привели к тому, что резко увеличились торговые обороты Темерницкой таможни. В 1758 г. ее оборот составлял 86989 руб., а в 1762г. - 240220 руб. По утверждению историка Российской коммерции М. Чулкова, Темерницкий порт в 1762 г. посетило 26 судов, на которых греческие, болгарские и турецкие купцы привезли не только товары, но даже и своих родственников. Многие из них поселились у Темерницкого порта. В 1768 г. население крепости составляло свыше пяти тысяч человек ( 20. С. 87-88).

В 1768 г. в связи со строительством верфи (в районе нынешнего Буденновского проспекта) сюда приезжал адмирал О.Н. Сенявин. В крепости начинал службу прославленный русский флотоводец Федор Ушаков: он служил на праме (небольшое судно с одним парусом) № 5, охранявшем в составе Азовской флотилии устье Дона, потом был произведен в лейтенанты и командовал четырьмя транспортными судами. Формируя гарнизоны для оборонительных укреплений между Доном и Кубанью, в 1778 г. крепость посетил А.В. Суворов. Затем он бывал здесь довольно часто в 1782-1784 годах (18. С. 99). По имеющимся статистическим данным основное ядро населения составляли первоначально служилые люди – солдаты и офицеры гарнизона, казаки Доломановского полка, чиновники таможенного ведомства Около сотни человек – мелкие купцы и промышленники, организовывавшие обработку рыбы для продажи в центральные уезды. И большая, но трудно поддающаяся учету группа людей «разного звания», временно приходившая на заработки.

2.2 От крепости – к городу. Ростов - русский Чикаго

Строительство крепости Св. Димитрия Ростовского, имевшее целью защиту Темерницкой таможни, стало важным этапом в истории города. С устройством крепости имя Темерницкой таможни исчезает из официальных бумаг и заменяется названиями "Доломановский форштадт". Таким образом, первое поселение требует себе для защиты укрепления, а потом, когда укрепление устроено, поселение превращается в первый форштадт крепости. Так возникают форштадты: в 1750 г. - Доломановский или Казачий, в 1763 г. - Полуденный; в 1765 г. - Солдатский или Купеческий (21. С. 45).

Застройка форштадтов имела регулярную планировку вдоль берега Дона, характерную для российских военных поселений XVIII века. Со временем планировка форштадтов превращается в систему городских улиц и кварталов, их территория увеличивается, приближаясь к границам крепости. Разнообразнее становятся здания, обеспечивающие жизнь населения, в основном занимающегося торговлей - ратуша, таможня со складами, биржа с 52 магазинами и складами. В пределах современного Ростова-на-Дону Солдатский форштадт ограничивался с восточной стороны проспектом Ворошиловским, с запада - Буденновским, с юга - улицей Шаумяна. Доломановский форштадт был меньше Солдатского. Он тянулся от Буденновского проспекта до Доломановского переулка, а со стороны Дона ограничивался Тургеневской улицей, к северу от улицы Шаумяна тянулась пустынная степь, прорезанная широкой Генеральской балкой, по дну которой струился Шапов ручей, впадавший в речку Темерник.

Берега Дона у форштадтов занимали строения - Инженерный двор со складами и деловой двор Артиллерийского ведомства. Портовая деятельность была сосредоточена у Богатого источника, где была построена деревянная пристань (21. С. 46-47).

В 1779 г., по воле Екатерины Великой, на Дон было организовано переселение армянской общины из Крыма. Переселенцам предлагалось основать город с названием Нахичевань в Полуденном форштадте крепости Св. Димитрия Ростовского. Полуденных жителей переселили в связи с этим в Солдатский форштадт, который переименовывается в Купеческий. Наступает новый период в истории Ростова, период существования еще одного города, Нахичевани, на территории, прилегающей к крепости Св. Димитрия Ростовского. В 1785 г. для всего поселения учреждается «Городовая грамота", и крепость получает городское управление.

После окончания русско-турецкой войны 1768-74 гг. крепость Димитрия Ростовского теряет значение пограничного укрепления. Вместе с тем возрастает роль ее форштадтов, которые 17 августа 1806 г. указом Александра I впервые названы городом Ростовом, а впоследствии - Ростовом-на-Дону, в отличие от Ростова Ярославского (18. С. 100).

В 1811 г. из бывших форштадтов крепости был окончательно образован уездный город Ростов-на-Дону Екатеринославской губернии.К этому времени крепость сильно обветшала, земляные сооружения постепенно разрушались. В 1835 г. гарнизон крепости Димитрия Ростовского, оружие, боеприпасы, амуниция были отправлены в Анапскую крепость. Территория крепости стала постепенно застраиваться, земляные валы были срыты (18. С. 100).

В конце XVIII столетия город Ростов был весьма незначительным поселком, строений каменных в нем не было, все постройки были из дерева и камыша. «Каменный Ростов настоящего времени… совершенно позабыл уже о том камышовом Ростове, который занимал небольшое местечко вдали от крепости Св. Дмитрия, - так писал в 1900 году журналист из «Приазовского края» И. Романченко. Всего-то жителей в нем до назначения его уездным городом было лишь 1787 душ (22. С. 34).

Но рос этот поселок с поразительною быстротою. «О том как быстро заселялась эта местность, лучшим свидетельством может служить число церквей, бывших в крепости Св. Дмитрия в конце 18 столетия. Не прошло и 30 лет со времени устройства крепости (с 1761), как здесь существовало 5 церквей. Из указа Новороссийской духовной консистории за 1800 год видно, что в конце 18 столетия были следующие церкви: Соборная, Покровская, Казанская, Николаевская, Рождество - Богородичная и Всесвятская. Нельзя допустить мысли, чтобы устройство этих церквей было вызвано без особенной нужды, ибо здесь селился народ простой, не денежный, для которого каждая копейка была дорога», - писал уже в 1911 году краевед А.М. Ильин (22. С. 34).

Менялась и городская территория. В начале XIX столетия город занимал незначительную береговую полосу и был придвинут к крутому обрывистому берегу Дона. По плану местности Ростова, снятому в 1798 году (21. С. 45), видно, что на северной стороне города лежала огромная балка (Генеральная Балка), достигавшая своими разветвлениями крепости Св. Дмитрия, ее пересекала дорога в город Таганрог; с восточной стороны была большая пустошь между городом и Дмитриевской крепостью (строения доходили только до Большого проспекта), а с западной стороны город примыкал к речке Темернику через которою был перекинут мост в станицу Гниловскую. На месте нынешнего Темерницкого поселения никаких строений не было, поэтому на плане они не показаны. Большой улицы и других улиц, следующих за ней к югу, не существовало.

В 1811г. под городские кварталы отводилась незначительная площадь- всего 224 десятин. По плану того же года в этой городской черте было расположено 11 продольных (параллельно реке Дон) и 7 поперечных улиц (21. С. 48). В центре отводилось место для площади. Наиболее оживленной частью города была пристань на берегу Дона, где в летнее время кипела работа при погрузке судов. Людной, оживленной становилась Таганрогская улица (ныне Буденновский). Из продольных улиц обращала на себя внимание Почтовая, теперь улица Станиславского.

С течением времени постройки города занимают все большую и большую площадь. Город сливается с окружающими его слободами и достигает своими строениями пределов Дмитриевской крепости.

Так, в 1824 г. город увеличился слиянием в одно целое с Доломановской слободой. Затем соединяется с форштадтами крепости и, наконец, со всех сторон окружает крепость, а с упразднением ее прорезывает ее своими улицами вдоль и поперек. Таким образом, Ростов является по существу слиянием целого ряда самостоятельно существовавших поселений: Солдатского форштадта, Доломановской слободки, поселка при Богатом Колодезе и, наконец крепости Св. Дмитрия Ростовского. К 1845 году город имел территорию 470 десятин. А к 1857 году в Ростове насчитывалось уже свыше трех тысяч построек в числе которых: 2830 - жилых построек, магазинов и лавок - 283, церквей - 8, «питейных» домов - 42, гостиниц и постоялых дворов – 37 (23.С. 69).

С начала XIX в. население Ростова с двух тысяч возросло до 17574 жителей к 1860 году. Его численность продолжала увеличиваться не столько за счет естественного прироста, сколько за счет пришлого люда. Основными приезжими были купцы, разнопрофильные специалисты, промышленники, военные. Сюда шла попытать счастья бессословная Россия - крестьяне центральных губерний, рабочие крупных городов, находившиеся под наблюдением полиции и охранки, грамотные, но неустроенные инженеры, техники, учителя, бухгалтеры и врачи, быстро разорявшиеся жители многонационального Кавказа, уверенные в себе, но далеко не всегда компетентные в чем бы то ни было европейцы. В.И. Ленин указывал, что в 90-х гг. в Ростове ежегодно перебывало до 150 тыс. рабочих (23. С. 40).

Разумеется, что постоянными жителями города становились немногие из них. Официальные данные о постоянном населении Ростова далеко не полностью отражают фактическое положение. Реально уже в середине XIX века в летние месяцы в городе насчитывалось ежегодно до 40-50 тысяч жителей.

Рассмотрим динамику численности населения, а также его религиозный и социальный состав. Самые первые статистические сведения относятся к 1782 году. В «Описании Азовской губернии» (1782 г.) цифра жителей мужского пола в Ростове за 1782 год показана 774 человека, следовательно, всего с женщинами и детьми население было до 1200 человек. Дальнейший рост населения выражается таблицей в Приложении Б.

Из сопоставления этих данных видно, что до середины настоящего столетия население Ростова увеличивалось, правда, сильнее, чем это обусловливалось естественным приростом, но всё же, значительно медленнее, чем в последующую половину столетия.

С 1809 по 1850 год, то есть за 40 лет, население в городе утроилось, тогда как за последние 43 года, с 1850 по 1893 год, цифра населения возросла с 10 960 до 100 000 человек (24. С.77-79); другими словами, население увеличилось за это время более, чем в девять раз! Увеличение населения идёт по нарастанию с конца шестидесятых и начала семидесятых годов, что объясняется усилением торговой деятельности, вызванным пересечением Ростова тремя линиями железных дорог.

Таким образом, население увеличивалось, главным образом, за счёт мещан и крестьян. Ростов издавна служил пунктом скопления рабочего люда, приходившего на Дон на заработки из внутренних губерний. Часть этого пришлого люда ежегодно оставалась в Ростове и на родину более не возвращалась, а селилась в новом отечестве, обыкновенно, прибегая при этом к освящённому ростовскими традициями способу колонизации, т. е. захватывая самовольно себе кусок городской земли, без всякого о том спроса у городского управления. Таким путём и возникла впоследствии Нахаловка (24.С. 80-81). Из статистики того времени видна также характерная черта состава населения Ростова - превышение числа мужчин над числом женщин, что опять-таки объясняется тем обстоятельством, что масса этого населения образовалась из иногородних, пришедших издалека на заработки и, главным образом, конечно, мужчин. Это ненормальное отношение между полами, разумеется, не могло не отразиться на нравственности населения, и проституция свила в Ростове прочное гнездо.

В конфессиональном (религиозном) отношении население Ростова, главным образом, конечно, состояло из православных, затем следовали евреи, армяне, католики, мусульмане и другие, что видно из нижеследующейтаблицы вПриложении В. (24. С. 81).

Обращаясь к статистике того времени (до 1895 г.), мы видим, что ядро населения Ростова составлял рабочий люд, занятый работой на набережной, фабриках и заводах. Следующую, видную группу составляли рантьеры (т.е. живущие рентой), которых еще в 1850- х гг. было мало. Почти равную им группу составляли торговцы и занимающиеся промыслами. Во всех группах населения число мужчин превышает число женщин. Это объясняется тем, что кадры прислуги вербовались большей частью из девушек и женщин, пришедших в Ростов на заработки и оставивших свои семьи на родине. «Весь этот пришлый люд, питающий Ростов. Идет из великорусских губерний, преимущественно из Орловской и Курской губерний и частью из Воронежской и Тамбовской» (Приложение Г).

Разумеется, культурный уровень большинства ростовцев оставлял еще желать лучшего, что проявлялось, например, в купеческих кутежах; бытовой неряшливости. Но изменения к лучшему со 2-й пол. XIX в. происходили довольно быстро.

Еще в конце XIX в., во время быстрого экономического роста, Ростов при своём огромном количестве построек и довольно внушительной цифре населения занимал сравнительно небольшую площадь, а именно 3923 десятин - 716 кв. саженей. Казённых зданий в городе было свыше 15, общественных приблизительно 500, церковных 58 и частных домов свыше 20 тысяч (25. С. 89_). Но к началу XX столетия город превратился в один из самых красивых на юге России.

Однако, город не сразу стал таким, Ростов 1870-х гг., по описаниям современников, был «грязным, неустроенным городишкой» с зачатками кое-где разбросанных мостовых, почти без школ, «с пародией на большую, примитивной архитектурой частных построек». Для улучшения благосостояния города в 1880-е гг. был введен сбор по полкопейки с пуда вывозимых товаров за границу (23.С. 36).

Особенно неблагоустроенными были окраины города. Самовольно застроенные и заселенные кварталы назывались пренебрежительно, вроде Нахаловка, Окаянка и т. п. Здесь существовали настоящие трущобы, где на улицах, в грязи копошились дети рабочих, предоставленные сами себе. Улицы были не мощеными, отсутствовал водопровод. Водовоз еле добирался по грязи, и ведро воды стоило 4-5 копеек.

В 1890-е гг. городская дума обсуждала вопрос о мощении улиц Ростова. Значительная часть гласных высказалась против мощения, поскольку дело не давало дохода городской казне, а условия жизни народа мало интересовали правителей города.

Писатель А.И. Свирский в местной газете рассказал о состоянии городских улиц. О Скобелевской (ныне Красноармейской) улице он писал:

«Надо быть таким же отчаянным храбрецом, каким был покойный Скобелев, чтобы решиться не только жить, но даже пройти по ней в осеннее время... даже сама грязь, в которой она утопает в продолжение более полугода, какая-то особенная, специфическая, ей только одной свойственная... это не грязь, а настоящее болото... она до того липка, вязка и глубока, что, попав в нее ногою, вы подвергаетесь опасности лечь в ней навсегда костьми... Вы думаете, летом она лучше? Ничуть не бывало... невыносимая пыль царит летом там» (26. С. 69).

То же самое писатель видел на Тургеневской и Пушкинской, да и на других улицах города. Хотя Пушкинская и являлась второй улицей после Большой Садовой, она выглядела не лучше отдаленных окраин. На ней, по словам очевидцев, утопали в грязи не только люди, но и животные. Домишки были маленькими, с накренившимися набок оконцами. Осенью горожанам не просто было добраться до своего жилья на Пушкинской улице, надо искать обходные пути, где «доска лежит» (26. С. 70). Центральные улицы города освещались керосиновыми фонарями, а на окраинах и их не было. Не случайно в 1857 году среди учреждений общепита названы только питейные дома.

Другой отличительной чертой было то, что обилием растительности город Ростов-на-Дону похвастаться не мог. Садов для общественного пользования было только два: Городской и Новопоселенковский. Скверов и Бульваров в городе тоже было мало: бульвары по Московской, Пушкинской и Бульварной улицам, сквер у городского дома и сквер вокруг Александро-Невского храма.

Однако, экономический рост, появление постоянного зажиточного населения, деятельность городских властей приносили результаты. Несмотря на поразительные контрасты, сохранявшиеся до событий 1917 г. (и неизжитые поныне), город изменялся в лучшую сторону. Настоящий строительный бум Ростов переживает в период с 1900 по 1913 гг. С внешней стороны город был красив и производил приятное впечатление. Главной улицей, красою города, являлась Большая Садовая; это, так сказать, был ростовский Невский проспект. На ней размещались банки, гостиницы, магазины, две церкви, городской сад, клубы купцов и интеллигенции и т.д. Здесь же к концу XIX века был построен Городской дом, куда перевели городскую Думу и городскую Управу (ныне - здание городской Думы г. Ростова–на–Дону). Уже вначале 80-х гг. XIX века городские власти начали мостить и благоустраивать Большую Садовую улицу. С ней по оживлению конкурировали Таганрогский (Буденновкий) проспект, Московская улица, Соборный и Николаевский (Семашко) переулки и Большой (Ворошиловский) проспект. Другие улицы были также не менее оживлены. Всюду роскошные магазины, многочисленные конторы, трёх-, четырёх- и даже пятиэтажные дома, и всюду постоянное, оживленное движение большого торгового города. Появляется городской транспорт (конка, а позже – трамвай), водопровод, электрическое освещение и др.

Несмолкаемый шум экипажей, звонки трамваев, многочисленные разносчики, газетчики, посыльные и говор многотысячной уличной толпы сразу показывал, что город жил кипучею деловой жизнью. «Город-купец», «Русский Чикаго» - такие характеристики закрепились за Ростовом. И на этом фоне, естественно, развивалась система услуг, в том числе таких взаимосвязанных как средства размещения (гостиницы, доходные дома) и общественное питание (рестораны, трактиры и др.).

В конце XIX – начале XX вв. в торгово-промышленном отношении Ростов представлял собой довольно крупный центр на юго-востоке России. Главным предметом торговых оборотов Ростова был хлеб. Общий оборот ростовской торговли достигал громадной суммы, а именно, более 400000000 рублей в год (20. С. 79 ).

Фабрично-заводская деятельность города также достигла весьма больших размеров. Ростовские табачные фабрики известны всей России и за границей. Обороты их превышали 15 миллионов рублей в год.

К концу XIX века в городе насчитывалось 16 иностранных консульств, что ставило Ростов в ранг столичных городов. Все это также являлось причиной формирования в Ростове гостиничного и ресторанного хозяйства соответствующего уровня.

К началу XX в. в Ростове появились театр, библиотеки, образовательные учреждения, соответствующие в современной номенклатуре средним специальным (колледжи) и высшим учебным заведениям. Из последних наибольшее значение будет играть Императорcкий Варшавский университет, переехавший в город в 1915 г.

Итак, Ростов не только изменился внешне, но при сохранении значительной прослойки временного, маргинального населения, в городе сложилась группа старожилого, потомственного населения. Появился тип потомственного ростовца, которые связывали свою судьбу с городом, думали о его благоустройстве и процветании. Не случайно именно в 1906 г. при городской Думе была создана комиссия, занимавшаяся определением даты, с какого времени можно говорить о возникновения города. В 1910 г. появился городской музей, Ростовское общество любителей истории и древностей. Предпринимается попытка сформировать свою городскую праздничную традицию – регулярное празднование Дня древонасаждения. Но события развивались более драматично.

2.3 Советский и постсоветский периоды истории города

Во время Гражданской войны 1918-1920 Ростов сыграл заметную роль как один из центров Белого движения. В первое формирование Добровольческой армии входил Ростовский добровольческий полк - из учащейся молодёжи Ростова-на-Дону. Город трижды переходил из рук в руки. С занятием города 1-й Конной армией под командованием С.М. Будённого, 10 января 1920, начался советский период истории Ростова ( 26. С. 154).

В конце 1920-х в Ростове началось активное строительство. В 1926 году был заложен гигант отечественного сельхозмашиностроения завод «Ростсельмаш». 29 ноября 1935 года открыт крупнейший в стране драматический театр им. М. Горького со зрительным залом на 2200 мест и с уникальной архитектурой здания (в виде трактора), где работали известный режиссёр Ю.А. Завадский, актёры В.П. Марецкая и Р.Я. Плятт.

28 декабря 1928 вышло Постановление комиссии ВЦИК СССР «Об объединении городов Ростова и Нахичевани-на-Дону в один город Ростов-на-Дону», после чего город Нахичевань-на-Дону стал Пролетарским районом города Ростова-на-Дону. В сентябре 1937 года после выделения из существовавшего ранее Азово-Черноморского края новой — Ростовской области, Ростов-на-Дону становится её административным центром. Численность населения выросла с 231,4 тыс. человек в 1923 г. до 502, 9 тыс. чел. в 1939 г (27. С. 213).

В годы войны в Ростове был сформирован 440-й тяжелый артиллерийский полк РГК, отличившийся в битве за Москву и ставший 1-м гвардейским, 339-я стрелковая дивизия, несколько зенитно-артиллерийских полков и инженерно-саперных частей.

Из добровольцев, не подлежащих призыву в армию, в Ростове в июле-октябре сформировано два полка народного ополчения, которые 10 ноября были слиты в Ростовский стрелковый полк народного ополчения ( 28. С. 197).

Десятки тысяч ростовчан строили оборонительные сооружения и укрепления вокруг города, вынув 10 млн. кубометров грунта. Протяженность этих укреплений составила 115 километров. Они стали главным рубежом обороны для войск 56-й Отдельной армии генерал-лейтенанта Ф.Н. Ремезова.

Армия была создана на базе штаба и войсковых соединений, частей Северо-Кавказского военного округа 16 октября 1941 года специально для защиты города. Бои с отборной 1-й танковой армией генерала фон Клейста длились около месяца - с 20 октября по 21 ноября 1941 года. Жертвенный подвиг совершили кавалеристы 66-й дивизии полковника В.И. Григоровича, атаковавшие в конном строю 17 октября танковые колонны немцев.

Целью отчаянной атаки был коридор у станции Кошкино, пробив который конники дали шанс выйти из окружения бойцам и командирам 31-й Сталинградской дивизии и курсантам Ростовского пехотного училища (28. С. 198).

Немецкие войска занимали Ростов дважды: осенью 1941 года и летом 1942 года. В первый раз немецкие войска подошли к городу 17 ноября 1941 года. Наступление вел 3-й танковый корпус 1-й танковой армии под командованием Э. фон Маккензена в составе 13-й и 14-й танковых дивизий, 60-й моторизованной пехотной дивизии и 1-й дивизии СС. Защищали город части 56-й армии РККА, под командованием генерала Ф.Н. Ремезова, в состав которой наряду с другими частями входили 339-я Ростовская стрелковая дивизия и Ростовский стрелковый полк народного ополчения, сформированные из местных жителей.

17 ноября фашисты начали новое наступление на город, нанося танковый удар с севера. Советские воины проявили массовый героизм. У кургана Бербер-Оба отличилась батарея 606-го стрелкового полка лейтенанта С. Оганова и политрука С. Вавилова. Шестнадцать артиллеристов ценой жизни отразили атаку пятидесяти танков, двенадцать из которых сожгли, а восемнадцать подбили. Отважные артиллеристы посмертно были награждены орденами и медалями, а Оганов и Вавилов удостоены звания Героев Советского Союза. Их именами названы улицы Ростова-на-Дону, а на месте гибели установлен величественный мемориал

20 ноября войска вермахта вошли в город. 1-й батальон дивизии СС прорвался к железнодорожному мосту и захватил его невредимым ( 29. С. 134) .

Немецким войскам временный захват Ростова обошелся очень недешево. Они потеряли до 3500 солдат и офицеров убитыми, около 5000 ранеными, массу вооружения и боевой техники. Наступательная мощь 13-й и 14-й танковых, 60-й и 1-й СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» дивизий, штурмовавших донскую столицу, была настолько подорвана, что вести дальнейшее наступление на Кавказ они оказались не в состоянии.

Через неделю, 28 ноября, советские войска под командованием маршала С.К. Тимошенко предприняли контрнаступление и отбили город. Освобождение Ростова стало первой значительной победой Красной Армии в начальный период войны (29. С. 135) .

Ростов оставался советским до июля 1942 года, когда, после провала наступления Красной Армии под Харьковом, немецкое командование начало наступление на Кубань и Кавказ. Летом 1942 года фронт вновь подошел к Ростову. Прикрывая отход войск Южного фронта на левый берег Дона, 56-я армия генерал-майора А. И. Рыжова заняла оборону по рубежу Ростовского оборонительного района силами 4-х дивизий и 4-х стрелковых бригад с артиллерией усиления. Четверо суток - с 21 по 24 июля на подступах к Ростову и на его улицах не утихали ожесточенные бои с превосходящими силами противника.

Восемнадцать отборных дивизий, в их числе элитные «Викинг», «Великая Германия», «Эдельвейс», вооруженные сотнями танков, тысячами орудий и минометов, армады бомбардировщиков и истребителей штурмовали донскую столицу. 22 июля немецко-фашистские войска прорвали оборону наших соединений западнее Ростова, охватили его полукольцом и продвигались к переправам через Дон восточнее города. Пятьдесят часов на улицах и площадях Ростова не утихали ожесточенные схватки. Лишь уничтожив его защитников, гитлеровские войска к исходу 24 июля захватили город. Из 120 тысяч бойцов и командиров 56-й армии, оборонявших город, удалось собрать 26 июля южнее Батайска около 18 тысяч. Воины до конца исполнили свой долг (28. С. 199).

24 июля 1942 после тяжелых боев в Ростов вошла 17-я армия вермахта. Местом массового уничтожения советских людей стала Змиевская балка на окраине города, где гитлеровцами было убито 27 тысяч человек. Всего нацистами было уничтожено более 40 тысяч человек, 53 тысячи ростовчан было угнано в Германию на принудительные работы.

Война нанесла городу большой ущерб: Ростов-на-Дону вошёл в число десяти наиболее пострадавших от войны городов России. В городе в ходе боевых действий было уничтожено около 12 тыс. домов. Вторая оккупация Ростова длилась 205 суток. За эти семь месяцев было угнано на принудительные работы 53 тысячи ростовчан, расстреляны около 40 тысяч мирных жителей и военнопленных. Южный город-красавец был фактически полностью разрушен. В руины превратились 85 процентов административных и жилых зданий, из 286 заводов и фабрик было сожжено и взорвано 280. Не было водоснабжения, электричества, канализации, не работало радио и городской пассажирский транспорт (29. С. 140) .

Во время оккупации патриоты-подпольщики и партизаны не прекращали борьбы: уничтожали живую силу и технику врага, выводили из строя линии и средства связи, спасали военнопленных из нацистских концлагерей, передавали через линию фронта ценную разведывательную информацию, взрывали мосты и эшелоны. Немецким оккупантам и их приспешникам не удалось покорить ростовчан, борьба с врагом продолжалась вплоть до освобождения донской столицы.

14 февраля 1943 года после победы под Сталинградом в ходе общего наступления Красной Армии, Ростов-на-Дону был окончательно освобожден от немецких войск. Страшные разрушения увидели воины нашей армии в освобожденном от врага городе. Из 567 тысяч жителей, проживавших здесь накануне гитлеровской оккупации, воинов-освободителей смогли встретить лишь около 170 тысяч. Специальная государственная комиссия, расследовавшая все злодеяния немецких захватчиков и их пособников, отнесла Ростов-на-Дону к пятнадцати городам СССР, наиболее пострадавшим от оккупации в годы Великой Отечественной войны (29. С. 140) .

285 уроженцев Дона стали Героями Советского Союза, пять человек удостоены этого звания дважды. Пятьдесят семь выходцев из Ростова-на-Дону стали полными кавалерами ордена Славы. На фронтах Великой Отечественной войны пали смертью храбрых 46734 жителя Ростова.

За заслуги в годы войны и большой вклад в Победу 25 февраля 1982 года Ростов-на-Дону был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени. А 5 мая 2008 г. городу было присвоено звание Города воинской славы (30.).

Исторический путь, пройденный городом влияет на его праздничную культуру. По мнению культуролога М.Б. Рабиновича, во-первых, значимые события создают ту основу, из которой впоследствии формируется система памятных для города дат и городских праздников, составляющих политическую мифологию города; во-вторых, исторический путь формирует городское сообщество и сам менталитет горожан, являющихся субъектами праздничных действий (31. С. 112). Иначе говоря, если обратиться к структуре праздничной культуры (по О. Будиной) или – праздничного пространства (по К Жигульскому), то историческое развитие влияет на формирование идеологического компонента (события и их оценка) и личностного, субъектного компонента (самих горожан).

Исходя из сказанного, можно отметить, что Ростов, будучи «молодым» городом, по сравнению с рядом городов России (Москва, Новгород, Воронеж и др.) прошел интересный исторический путь развития. И для его развития характерна высокая динамика. Город непрерывно расширялся территориально и также быстро, в основном благодаря переселениям росла численность его населения. Динамика численности отражена в таблицах, содержащихся в Приложениях Д, Ж, З (32. С. 209, 217-218, 222). При этом прослойка потомственных горожан («старых ростовцев-ростовчан») росла медленно. Более того, политические потрясения в 1-й пол. XX в. Гражданская и Великая Отечественная войны) нарушали формирование традиций, изменяли быт, меняли состав населения. Поэтому в литературе встречается мнение о неустойчивом, маргинальном характере населения современного Ростова. По данным В.П. Сущего среди жителей нашего города около 57% составляют ростовчане в первом поколении, 27% во втором, 13% в третьем и около 3% - ростовчане в 4-5 поколениях (32. С. 225). Этим объясняется медленное формирование в городской системе праздников тех тематических, которые отражают специфику именно данного города.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Праздники как культурное явление зарождаются в первобытном обществе и связаны с мифологическим сознанием. И в дальнейшем, утрачивая сакрально-мистический характер, праздники остаются важным компонентом культуры общества. Феномен городских праздников связан с развитием городов и, как следствие – с формированием городского варианта в культуре народа, с появлением особого городского образа жизни и менталитета населения. Городская культура на только формирует свои специфические праздники (например – День города), но и – видоизменяет сложившиеся праздничные традиции, восходящие к архаическому сельскому быту и образу жизни. В городской праздничной системе можно выделить особенности:

а) во-первых, утрачиваются прежние сакральные мотивы, и ослабевает этикетный характер праздников, на первое место выдвигаются веселье и эмоционально-развлекательные функции;

б) во-вторых, городское праздничное пространство более регламентировано, в нем большую роль играет торжественно-официальная часть, распоряжения властей и т.д.;

в) в-третьих, при организации и проведении действий в городе определяющее значение имеет анимация, организация и проведение праздника осуществляется профессиональными специалистами.

Следует еще раз подчеркнуть, что праздники играют важную роль в жизни современного общества. Значение праздников определяется не только их рекреационной функцией (организация свободного времени, восстановление сил, эмоционально-психологическая разрядка и др.), но и тем, что они имеют консолидирующее значение, формируют мировоззрение людей.

Сказанное относится и к праздничной культуре крупнейшего экономического и культурного центра на Юге России – г. Ростова-на-Дону. Тем более что она не являлась объектом специального изучения. Одной из актуальных социокультурных проблем является создание современного праздничного календаря города, точный отбор праздников, предвидение их динамики в соответствии с традициями города и ориентиром на будущее. Изучение материала позволяет сделать следующие выводы.

1. Исходя из сказанного, можно отметить, что Ростов, будучи «молодым» городом, по сравнению с рядом других городов России (Москва, Новгород, Воронеж и др.) прошел интересный исторический путь развития, для его развития характерна высокая динамика. Это создает событийную основу для развития праздничной культуры.

2. Прослойка потомственных горожан («старых ростовцев-ростовчан») росла медленно, политические потрясения в 1-й пол. XX в. (Гражданская и Великая Отечественная войны) нарушали формирование традиций, изменяли быт и состав населения. Быстрый демографический рост обеспечивался в основном благодаря миграциям.

3. Заслуживает внимания встречающееся в литературе мнение о неустойчивом, переходном характере населения современного Ростова, в котором более половины – ростовчане в первом поколении.

4. Как следствие можно говорить о незавершенном характере праздничной культуры города, в структуре которой еще не сложился комплекс местных тематических праздников, отражающих специфику именно Ростова. Исключением является День города, празднование которого проводится с 1989 г.

5. Усложняет формирование «местной» праздничной традиции размывание идеологических ценностей в сознании людей, внедрение новых иноэтнических праздников (День Св. Валентина, Хеллоуин), появление новых молодежных субкультур (Готы, Эмо и др.). Эти реалии следует учитывать при проведении культурной политики.

6. Развитие праздничной культуры Ростова и, особенно – праздников, отражающих специфику его развития имеет большое воспитательное значение для формирования городского сообщества ростовчан.

В качестве рекомендаций можно предложить следующее.

I. В образовательном и просветительском плане следует:

1. разработать ученые курсы по этнологии, с акцентом на вопросы межэтнических коммуникаций, изучение ритуалов (обычаев и обрядов) и праздников.

2. Большая популяризация местных тематических праздников в средствах массовой информации (публикация материалов по истории, символике, особенностям проведения тех или иных праздников).

3. Отражение опыта праздничной деятельности с использованием музейных средств. Например, в Ростовском областном музее краеведения не было ни одной тематической выставки, посвященной городским праздникам.

Эти рекомендации могут быть рассчитаны на подготовку специалистов по организации культурно-массовых мероприятий, а также – на просвещение общественности. При их реализации большую роль могут сыграть высшие учебные заведения, в первую очередь – РТИТС.

II. В научном плане следует:

1. Организовать комплексное историко-культурологическое и социологическое изучение праздников на Юге России и на Дону: их происхождение, особенности бытования, восприятие различными группами населения.

2. Изучение и анализ опыта проведения местных тематических праздников в других регионах России и за рубежом.

Здесь также большая роль принадлежит высшим учебным заведениям.

III. В практическом плане следует:

1. Разработка новых анимационных программ для празднования Дня города.

2. Необходима разработка анимационных программ для внедрения в городскую культуру Праздника древонасаждения.

3. Необходимо принять меры по формированию тематического цикла праздников, связанных с событиями Великой Отечественной войны в Ростове-на-Дону.

Здесь должна быть координация действий городской Администрации, учреждений культуры, общественных организаций и – профессиональных аниматоров.

В заключение следует сказать, что дальнейший событийный ряд в жизни города жизни Ростова будет откладывать определенный отпечаток на ростовские праздники. В обществе идет процесс естественного отбора праздников. Впервые удачно организованный праздник может больше никогда не повториться, поскольку должна сформироваться устойчивая привычка, привычным должен стать сам праздник и способ празднования. Должна сложиться традиция, а на это требуется время.


Библиография

1. Энциклопедия ритуальной жизни. Обряды, обычаи, праздники. (Пер. с польского). М.: Просвещение, 1989.

2. Кац И.М. Праздники //Большая советская энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1976. Т. 13.

3. Жирмунтский С.С. Социология праздников. (Пер. с польского). М.: Наука, 1993.

4. Бондаревская О.М. Праздники церковные и светские. Исторические очерки. Ростов- на- Дону.: Феникс, 1998.

5. Келлер Э.А. Праздничная культура Петербурга. Спб.: Невские огни, 2003.

6. Мазаев А.И. Праздник как социально-художественное явление. М.: Наука, 1988.

7. Иконников С.Н. Культурное пространство в контексте изучения социокультурных процессов //Вопросы истории, 1998. № 4.

8. Даунис Д.М. Игра // Культурология. Век XX. Спб.: Просвещение. 2003.

9. Лотман Ю.М. Игра //Большая советская энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1976. Т. 10.

10. Шангина И.П. Вводная статья //Русские праздники. Энциклопедический справочник. СПб.: Искусство, 2005.

11. Лавриненко Е.В. Тенденции развития праздников в современном российском городе //Рубикон, 1999. № 1.

12. Жигульский К. Праздник и культутра. М.: Прогресс, 1995

13. Шангина И.И. Праздник //Свод этнографических понятий и терминов для составления справочника «Духовная культура народов Европейской части РФ». М.: Наука, 2004.

14. Бенифанд А.В. Праздник. Сущность, история, современность. СПб.: Изд. СПбГУ, 1996.

15. Некрылова А.Ф. Русские народные городские праздники, увеселения и зрелища. Л.: Изд. ЛГУ, 1989.

16. Будина О.Р. Город и народные традиции русских. М.: Наука, 1989.

17. Астапенко М.П. «Останется вечно монументом». Очерки истории Старого Черкасска. Ростов–на–Дону.: Ростовское книжное издательство, 2000.

18. Козлов А.И. Ростов–на–Дону. Очерки истории. Ростов–на–Дону.: Ростиздат, 1989.

19. Бойко А.Л. Результаты археологических исследования российских крепостей XVIII в. на Нижнем Дону. Ростов-на-Дону.: Изд. РГУ, 2004.

20. Бусленко Ю.П.. Ростовское купечество. Ростов–на–Дону.: ГинГо, 2005. С. 87-88

21. Есаулов Г.В. Архитектурная летопись Ростова–на–Дону. Ростов–на–Дону.: Ростовское книжное издательство, 1999.

22. Ильин А.М. История города Ростова–на-Дону. Ростов–на–Дону.: Ростовское книжное издательство, 1991.

23. Захарьянц Г.Н., Иноземцев Г.А., Семерин П.В. Ростов–на–Дону.: Ростиздат, 1987.

24. Кузнецов И.А. Прошлое Ростова. Очерки по истории города Ростова–на–Дону.: Изд. «ГинГо», 2002.

25. Кукушин В.С. История архитектуры нижнего Дона и Приазовья. Ростов–на–Дону.: ГинГО, 1996.

26. Венков А.В. Гражданская война на Дону. Ростов-на-Дону.: Изд. РГУ, 2004 .

27. Перехов Я.А. Очерки истории Ростова и Ростовской области. Ростов-на-Дону, 1989.

28. Чернопицкий П.Г. Тихий Дон сражается. Ростов-на-Дону.: Ростиздат, 1990.

29. Афанасенко В.И. Ростов в годы Великой Отечественной войны. Ростов-на-Дону.: Изд. РГУ, 2005.

30. Ростов-на-Дону – город воинской славы http://www.nprus.ru/ufo/22.html

31. Рабинович М.Б. Метафизика Петербурга. СПб.: Невские огни, 2005.

32. Сущий В.П. Динамика численности населения ЮФО. Этнодемографический дискурс. Ростов-на-Дону.: Изд. ЮНЦ РАН, 2008.


Приложение А

Структура праздничных действий[1]

Наименование компонентов Содержание
1 Праздничное время Хронологические рамки проведения праздничных действий
2 Праздничное пространство Территория (локусы пространства), на которых разворачиваются праздничные действия
3 Субъекты действий (субъектный, личностный компонент) Широкий круг участников, различающихся степенью активности и статусом
4 Ритуальный компонент Система сопутствующих празднику обычаев и обрядов
5 Идеологический компонент Идеологическая основа праздника: мифологические события, религиозная, каноническая история, политическая история

Приложение Б

Динамика численности населения Ростова-на-Дону (1782-1893)[2]

Год Количество человек Год Кол-во человек
1782 1200 1856 13 200
1809 3 000 1860 17 574
1823 6 594 1866 39 992
1833 8138 1873 47 033
1841 9 050 1884 до 80 000
1850 10 960 1893 до 100 000

Приложение В

Основные конфессиональные группы в Ростове-на-Дону (1846-1893)[3]

Наименование конфессии 1846 г. 1866 г. 1895 г.
Православные 9 435 35 985 79 811
Единоверцы и раскольники - 383 1008
Армяно-григорианцы 102 4 275
Католики 450 114 1964
Протестанты 3 66 818
Евреи 289 2 342 12 570
Молокане, штундисты и другие сектанты - 550
Магометане 1611

Приложение Г

Социальный состав населения Ростова-на-Дону (1850-1895)[4]

Социальная группа 1850 г. 1895 г.
Муж. Жен. Муж. Жен.
Чернорабочие 5 507 9 991 14101 13 611
Прислуга 6 330 10 010
Служащие на заводах, фабриках, железной дороге, пароходах и в конторах 475 8 438 7 604
Живущие с доходов 46 22 6 780 6 439
Торговцы и промышленники 964 592 6177 4 044
Ремесленники 621 108 5 936 2 844
Занимающие общественные и частные должности 198 80 3 404 1974
Без определённых занятий 1716 2150
Сельские хозяева 57 45 23 8

Приложение Д

Динамика численности населения Ростова-на-Дону (1811-1923 гг.)[5]

Годы Численность населения
1 1811 4 тыс.
2 1840 12,6 тыс.
3 1863 29,3 тыс.
4 1897 119,5 тыс.
5 1914 172,3 тыс.
6 1923 231,4 тыс.

Приложение Е

Динамика численности населения в довоенном Ростове-на-Дону (1923-1939 гг.)[6]

Год Численность населения
1 1923 231,4 тыс.
2 1926 327,7 тыс.
3 1931 425, 1 тыс.
4 1939 502,9

Приложение Ж

Динамика численности населения Ростова-на-Дону (1956-1990 гг.)[7]

Год Численность населения
1. 1956 552,0 тыс.
2. 1959 599,5 тыс.
3. 1962 661 тыс.
4. 1967 757 тыс.
5. 1970 788 тыс.
6. 1975 898 тыс.
7. 1982 966 тыс.
8. 1989 1007,8 тыс.
9. 1990 1013,3 тыс.

Приложение З

Динамика численности населения Ростова-на-Дону (1990-2008 гг.)[8]

Год Численность населения
1 1990 1013,3 тыс.
2 1991 1016,1 тыс.
3 1993 1025,0 тыс.
4 1995 1026.0 тыс.
5 1998 1020,0 тыс.
6 1999 1017 тыс.
7 2000 1012,7 тыс.
8 2002 1049,0 тыс.
9 2008 1068,3 тыс.

Приложение И

Этнонациональный состав населения Ростова-на-Дону по материалам ВПН 2002 г[9]

Наименование народа (этноса) Численность
1 Русские 895184
2 Украинцы 38043
3 Армяне 31499
4 Евреи 8339
5 Белорусы 7204
6 Греки 7091
7 Грузины 3370
8 Корейцы 2193
9 Цыгане 1593
10 Молдаване 1561
11 Немцы 1047
12 Татары 935
13 Мордва 783
14 Удмурты 376
15 Остальные национальности 16903

[1] Иконников С.А. Культурное пространство в контексте изучения социокультурных процессов //Вопросы истории, 1998. № 4. С. 57-58;

Шангина И.И. Праздник //Свод этнографических понятий и терминов для составления справочника «Духовная культура народов Европейской части РФ». М.: Наука, 2004. С. 111

[2] Кузнецов И.А. Прошлое Ростова. Очерки по истории города Ростова–на–Дону.: Изд. «ГинГо», 2002. С.77-79

[3] Кузнецов И.А. Прошлое Ростова. Очерки по истории города Ростова – на – Дону.: Изд. «ГинГо», 2002. С. 81

[4] Кузнецов И.А. Прошлое Ростова. Очерки по истории города Ростова – на – Дону.: Изд. «ГинГо», 2002. С. 81

[5] Сущий В.П. Динамика численности населения ЮФО. Этнодемографический дискурс. Ростов-на-Дону.: Изд. ЮНЦ РАН, 2009. С. 209.

[6] Сущий В.П. Динамика численности населения ЮФО. Этнодемографический дискурс. Ростов-на-Дону.: Изд. ЮНЦ РАН, 2009. С. 213.

[7] Сущий В.П. Динамика численности населения ЮФО. Этнодемографический дискурс. Ростов-на-Дону.: Изд. ЮНЦ РАН. С. 216-217.

[8] Сущий В.П. Динамика численности населения ЮФО. Этнодемографический дискурс. Ростов-на-Дону.: Изд. ЮНЦ РАН, 2008. С. 221-222;

[9] Ростовская область - 70 лет. Документы и материалы. Ростов-на-Дону.: Изд. ЮНЦ РАН, 2008. С. 312.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий