регистрация / вход

Крамской И.Н.

Художник-живописец, рисовальщик, мастер картины на исторический, сказочный сюжет. Теоретик искусства, художественный критик, педагог. Представитель критического реализма.

Крамской Иван Николаевич (1837-1887)

Художник-живописец, рисовальщик, мастер картины на исторический, сказочный сюжет. Теоретик искусства, художественный критик, педагог. Представитель критического реализма.

Родившийся в провинции, в семье писаря, И. Н. Крамской пробивался к искусству с редким упорством. Пятнадцати лет он поступил учеником к иконописцу, год спустя - ретушером к фотографу. В 1857 г., оказавшись в Петербурге, рискнул без подготовки держать экзамены в АХ и был принят.

Рано повзрослевший, мыслящий и начитанный, он быстро приобрел авторитет среди товарищей и, естественно, стал одним из вожаков "бунта четырнадцати" в 1863 г., когда группа выпускников отказалась писать дипломные картины на заданный мифологический сюжет. После ухода бунтарей из АХ именно Крамской возглавил созданную по его инициативе Артель художников - своеобразную коммуну. В эти годы он много занимался портретами, главным образом заказными, для заработка, исполняя их в технике "мокрого соуса", позволявшей имитировать фотографию. Из его ранних работ особенно выделяются портрет В. М. Максимова (1866) и автопортрет(1867).

Крамской покинул Артель, увлеченный новой идеей - созданием ТПХВ. Он принял участие в разработке устава Товарищества и сразу сделался не только одним из самых деятельных и авторитетных членов правления, но и идеологом Товарищества, защищавшим и обосновывавшим основные позиции. От других предводителей Товарищества его выгодно отличала самостоятельность мировоззрения, редкая широта взглядов, чуткость ко всему новому в художественном процессе и нетерпимость ко всякому догматизму.

Наследие Крамского очень неравноценно. Замыслы его картин были значительны и оригинальны, однако их осуществление сплошь и рядом наталкивалось на ограниченность его возможностей как художника, которую он сам хорошо сознавал и пытался преодолеть настойчивым трудом, но не всегда успешно.

В картине "Христос в пустыне" (1872), ему удалось убедительно высказаться об очень важной для русской интеллигенции проблеме нравственного выбора, которая встает перед каждым, понимающим свою ответственность за судьбы мира, и эта довольно скромная по живописи картина достойно вошла в историю отечественного искусства.

Сам Крамской так объяснял это произведение: "Я вижу ясно, что есть один момент в жизни каждого человека, мало-мальски созданного по образу и подобию Божию, когда на него находит раздумье... И вот у меня появляется страшная потребность рассказать другим то, что я думаю. Но как рассказать... И вот однажды, когда особенно был этим занят... увидел вдруг фигуру, сидящую в глубоком раздумье. Его дума была так серьезна и глубока, что я заставал его постоянно в одном положении".

Почти на пересечении диагоналей композиции сидит фигура, замкнутая по силуэту, со сцепленными руками. Диагональ из левого нижнего угла в верхний правый разделяет бесцветную, безжизненно серую почву под его ногами и розовый сумеречный пейзаж утра ли, вечера. В цветовом настрое картины, не имеющей ярких контрастов ни тона, ни цвета, все передает ожидание.

В небольшой композиции "Осмотр старого барского дома" (1873-80) Крамской нашел необычное по лаконизму решение, успешно преодолев стереотипы, распространенные в жанровой живописи того времени.

Незаурядным произведением оказалась его "Неизвестная" (1883), до сих пор манящая зрителей своей неразгаданностью.

Попытка воплотить фантастический мир в картине "Русалки" (1871) обернулась слащавостью. Поражением закончилась работа над оригинально задуманной большой картиной "Хохот ("Радуйся, царю иудейский!")" (1877-82), изображающей издевательство толпы над Иисусом Христом. Художник самоотверженно трудился над нею по десять-двенадцать часов в сутки, но так и не закончил, сам трезво оценив свое бессилие.

Наибольших успехов Крамскому удалось добиться в портретном творчестве. Он запечатлел многих деятелей русской культуры: Л. Н. Толстого (1873), И. И. Шишкина (1873), И. А. Гончарова (1874), Я. П. Полонского (1875), П. П. Третьякова, Д. В. Григоровича, М. М. Антокольского (все 1876), Н. А. Некрасова (1877-78), М. Е. Салтыкова-Щедрина (1879) и др.; часть этих портретов была написана специально по заказу П. П. Третьякова для его картинной галереи.

Крупным явлением искусства стали изображения русских крестьян: "Полесовщик" (1874), "Созерцатель" (1876), "Мина Моисеев" (1882), "Крестьянин с уздечкой" (1883). Со временем Крамской-портретист стал очень популярен, у него появилось множество заказчиков, вплоть до членов императорской фамилии. Это позволяло ему в последние годы жизни существовать безбедно. Далеко не все из этих добротных портретов были одинаково интересны.

Все же именно в 1880-х гг. он поднялся на новую ступень - добился более глубокого психологизма, позволявшего порой обнажить сокровенную суть человека. Таким он проявил себя в портретах И. И. Шишкина (1880), В. Г. Перова (1881), А. С. Суворина (1881), С. С. Боткина (1882), С. И. Крамской, дочери художника (1882), В. С. Соловьева (1885). Напряженная жизнь подорвала здоровье художника, не дожившего до пятидесяти лет.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий