Церковное зодчество Пскова

По общепринятому мнению, псковское искусство весьма немногим отличается от новгородского и в большей своей части является лишь сколком с последнего.

Грабарь И. Э.

По общепринятому мнению, псковское искусство весьма немногим отличается от новгородского и в большей своей части является лишь сколком с последнего. В подтверждение такому взгляду обыкновенно ссылаются на знаменитое положение веча: "На чем старшие задумают, на том и пригороды станут". Этими словами определяется будто бы "главная черта новгородской общинной жизни, в силу которой искусство, а, следовательно, и все памятники зодчества Псковской области могут идти подсказом о характеристике целого стиля новгородско-псковской архитектуры"1. Однако чем больше углубляешься в изучение псковского искусства, тем больше проникаешься убеждением, что оно, при всем своем родстве с новгородским, обнаруживает совершенно определенные, одному ему присущие особенности, и если Псков немало получил от Новгорода, то и в свою очередь псковитяне многому поучили новгородцев.

Не надо забывать, что приведенное выше положение исходило от новгородского веча, и в Пскове не слишком обнаруживали склонность подчиняться указке Новгорода. Известно, какую глухую борьбу вели псковичи с новгородскими ставленниками, причем дело доходило до открытого разрыва, как в 1337 году, когда они отказали в суде самому новгородскому владыке, не стали платить ему обычных при его "подъездах" пошлин и выгнали его наместника2. Борьба окончилась торжественным признанием со стороны новгородцев бывшего пригорода – Пскова – меньшим братом, столь же самостоятельным, как и старший (1347 год). Уже эта небольшая историческая справка показывает, что не все, исходившее из Новгорода, принималось с безусловной покорностью псковичами, и очень правдоподобно предположить, что и в псковском искусстве не могло быть так уж много покорности и тем более раболепства, как это иным кажется.

И действительно, сравнивая даже древнейшие из сохранившихся памятников Пскова с новгородскими, мы уже ясно различаем некоторые особенности, ставшие позже типичными для псковского зодчества. Первые воздвигнутые здесь храмы были, как и в Новгороде, несомненно, деревянными3, самым же ранним из уцелевших до нас каменных является Спасо-Преображенский собор в Мирожском монастыре на Завеличье. Построенный в 1156 году, он сохранил почти неприкосновенным свой облик внутри, где поновлены только фрески, тогда как снаружи остались только его гладкие простые стены. Первоначального его покрытия, как и древней главы, не сохранилось, так же как, несомненно, позже пристроена к нему и звонница, которой нет еще на изображениях Мирожского монастыря, находящихся на иконах "Печерской Божией Матери" и "Покрова Богородицы", относящихся к 1581 году. На одной из них вместо звонницы стоит какая-то башня, быть может, еще старинная полатная. На Печерской иконе видно, что в это время он был еще покрыт либо по аркам, либо имел с каждого фасада по три фронтончика. Икона "Владычнего креста" не оставляет уже никакого сомнения в том, что покрытие было фронтонного характера. Само собою, разумеется, что это не решает вопроса о первоначальном покрытии, которое, вероятнее всего, было посводным и поарочным и только в XV и XVI веках стало фронтонным.

Храм этот является первым памятником Новгородско-Псковской области, в котором заметны очень значительные отступления от полученного из Киева византийского типа. Прежде всего, бросается в глаза очевидное стремление строителей ограничиться по возможности более тесным пространством. Тесниться заставили зимние стужи и сложность конструкции, неизбежная при громадных сооружениях. Эта теснота является с тех пор типичной особенностью псковских храмов. "Псковичи мало заботились о поместительности своих храмов, - замечает один из исследователей, - 4 столба занимали почти половину места; но зато множество церквей искупало этот недостаток"4. И самый недостаток благодаря тонкому художественному чутью псковичей очень скоро был настолько скрашен, что превратился только в новый мотив для их творческой изобретательности. Теснота вызвала новые пропорции и породила характерную для Пскова приземистость.

Вместо величественных и торжественных новгородских храмов здесь создан был тип прелестной каменной церковки, пускай, небольшой и тесной, но ведь их так много, - на каждом перекрестке по одной. Широкому размаху новгородцев, державших в страхе весь Север, тягавшихся с Москвой и падких до большой политики, подобали их могучие храмы. Псковичи не пускались в далекие приключения, и с них было довольно забот по защите своей земли от теснивших их немцев. Всему их складу отвечали и их уютные, славные церкви. Боковые восточные полукружия, как занимающие непроизводительно большое место, они в Мирожском соборк понизили настолько, что высота их далеко не доходит и до половины среднего. В Новгороде понижение боковых абсид мы видим только около ста лет спустя. Кроме того арки, несущие купол, или так называемые "подпружные", опираются здесь не прямо на стены, а на особые вросшие в них консоли.

Но наиболее существенной его особенностью является сжатие всей алтарной части, вызванное все тем же стремлением уместиться в тесных рамках. Сравнивая план Спасо-Мирожского собора с другими современными ему храмами Новгорода, прежде всего, замечаешь разницу в восточной части его плана, сжатой и как бы сдавленной. Эта сдавленность с востока привела к уничтожению на его северном и южном фасадах ближайшего к алтарю деления, и таких делений получилось вместо трех только два. Получился тот странный кривобокий фасад, асимметричный вид которого заставил несколько позже новгородцев вернуться к прежнему трехчастному делению, введя снова его восточную долю, хотя и значительно суженную, как мы видели в Благовещении на Мячине и в Георгии в Старой Ладоге.

Впрочем, в своем первоначальном виде Мирожский собор был, несомненно, гораздо симметричнее. Построенный в виде равноконечного креста, он сохранил до сих пор облик этого креста, и все четыре конца последнего можно проследить доверху. Пространство, занимаемое крестом, имело уже с самого начала два этажа, тогда как все четыре угла храма, как бы дополняющие крест плана до формы четырехугольника, - обе боковых абсиды и углы северо-западный и юго-западный – были низкими, одноэтажными. Крайние абсиды такими и остались, а над западными углами были позже возведены хоры, сделавшие всю западную часть двухэтажной и давшие храму его нынешнюю кривобокость.

Такого же приблизительно типа и церковь Рождества Богородицы в Снетогорском монастыре, построенная по летописи в 1310 году5, но справедливо признаваемая В.В.Сусловым значительно более ранней, так как по своим наружным формам и системе сводов она совершенно тождественна с Мирожским собором6. Она, по всей вероятности, сооружена вместе с основанием монастыря, которое относится к XIII столетию7.

В следующем по древности псковском памятнике, церкви Иоанна Предтечи в находящемся на Завеличье Иоанновском женском монастыре, мы встречаем новые особенности, опять чисто псковского характера, которые с этого времени становятся в высшей степени типичными для зодчества Пскова. Построенная вместе с основанием монастыря около 1240 года8, церковь эта снаружи напоминает своими простыми формами и приземистыми пропорциями церкви Мирожскую и Снетогорскую, только в фасаде ее видно уже стремление к симметрии. Фасады эти неодинаковы, и в то же время как восточная и западная стороны имеют трехдольное деление, северная и южная имеют четырехдольное, причем над крайним к западу делением последнего фасада возведена небольшая звонничка. Двухуступчатые ниши, образуемые лопатками, завершаются наверху дугами, выведенными очень грубо и примитивно. Местами в этих нишах сохранились декоративные небольшие нишки в виде окон. Покрытие было некогда, очевидно, поарочным.

Различие этого памятника от предыдущих заметно главным образом внутри церкви, где мы впервые встречаемся уже не с обычными для Новгорода четырехгранными столбами, а с круглыми. Правда, два из них еще остаются четырехгранными, но они спрятаны в алтаре за иконостасом, так что в самом храме видны четыре западных столба, которые все закруглены. На эти столбы насажены еще короткие четырехгранники, вышиной несколько больше одной трети круглых столбов, и уже на них возведены арки и своды.

Кроме главного купола, опирающегося на два четырехугольных и два ближайших к ним круглых столба, церковь имеет еще два полых барабана с главками. В.В.Суслов дает очень остроумное объяснение их происхождение, предполагая, что они были исключительно световыми и служили для того, чтобы освещать хоры, совершенно лишенные света, между тем как на них пели монахини и читались священные книги. Это предположение тем более правдоподобно, что благодаря присутствию двух глав в западной части храма получается нечто вроде такой же симуляции симметрии, какую мы видели в Благовещении на Мячине. Как и там, зодчий здесь играл на впечатление, и не будь этих западных глав, храм со своим куполом, сдвинутым к востоку, получил бы неизбежно кривобокий вид, так как, ставши посередине его южного фасада, имеешь слева два деления, тогда как справа только одно9. Введя эти главки, зодчий как бы передвинул для глаз центр, выраженный в куполе, с востока ближе к западу, ибо создал вместо него новую купольную концепцию, неожиданно прекрасную и с некоторых точек прямо пленительную. Особенно приятны маленькие главки, сочные и необыкновенно вкусно нарисованные.

Если в церкви Иоанновского монастыря были еще два четырехгранных столба, то позже в малых четырехстолпных церквах столбы делаются почти всегда закругленными. Таково устройство церкви Петра и Павла в главном городе [так называемая церковь Петра и Павла с Буя или "из Среднего города"], построенной в 1373 году10 и сохранившей древнее покрытие своей главы при помощи железных узорчатых листов, дающих впечатление переливающей разными красками, сверкающей на солнце чешуи11.

В церкви Василия Великого "с Горки" мы видим дальнейшие изменения внутренних форм храма под влиянием различных практических соображений. Построенная в 1413 году, она чрезвычайно живописна со стороны своих низких алтарных полукружий, опоясанных вверху широкой узорной лентой из каемки треугольных впадинок и двух полосок заостренных кирпичей. К этим полукружиям с северной стороны присоединяется еще одно, принадлежащее приделу, и вместе с прекрасно обработанным барабаном и небольшой придельной главкой все это соединяется в красивую композицию, цельность которой нарушается только поздним четырехскатным покрытием церкви и такой же поздней главой. Внутри уже снова столбы не все круглые, а, как видно на его плане, круглыми остались только западные, стоящие в самом храме, тогда как восточные скруглены только к востоку, в своей алтарной части, а с западной оставлены плоскими. Это как нельзя более логично, ибо к их плоским сторонам гораздо легче прикрепить иконостас, который с этого времени уже всегда к ним прислоняют, между тем как в алтаре несравненно удобнее двигаться около закругленных поверхностей, нежели около углов, особенно мешающих при тесноте помещения. Для этой же цели округлены и западные столбы.

Такова же в общих чертах и церковь Николая Чудотворца "со Усохи", построенная в 1371 году и перестроенная в 1536-м, когда у нее, вероятно, появился северный придел с красивой главкой12. Большая глава – позднего происхождения, но оба барабана ее опоясаны прелестной узорной каймой, чрезвычайно типичной для Пскова. Под самой главой всех псковских церквей XIV и XV веков идет обыкновенно этот арочный пояс с уступчатыми впадинами под его дугами; за ним следует ряд из впадинок, образуемых заостренными кирпичами, потом ряд треугольных впадинок, и под ним снова повторяются заостренные кирпичики. Надоконные "бровки", очень излюбленные в Пскове, имеют здесь не полукруглую форму, как в Новгороде, а очень изящно поднимаются углом над самым оконцем. Крайне интересна конструкция сводов в приделе церкви Николы "со Усохи". Благодаря особой системе ступенчатых арок, при помощи которых перекрыто ее квадратное пространство, помещение кажется выше и просторнее.

Но едва не самой изящной церковью Пскова является церковь св. Сергия "с Залужья". Впервые о ней упоминается только в 1561 году13, но она, несомненно, должна быть отнесена еще к XIV веку, так как все четыре ее столба еще квадратные, между тем трудно допустить, чтобы зодчий ее не воспользовался преимуществами бывших уже в ходу круглых столбов14. Как видно из обработки ее фасадов, она была когда-то четырехфронтонной, и только позже были надложены ее углы и отрезана трехлопастная верхушка ее среднего деления, мешавшая устройству четырехскатной крыши. Ее три алтарных полукружия очень низки, причем боковые ниже среднего, и как они, так и барабан, опоясаны теми же узорами, что и у Николы "со Усохи", и такие же бровки имеют ее окна. Покрыта глава зелеными изразцами, превосходно сохранившимися до сих пор и придающими церкви в высшей степени нарядный вид. Она является единственным образчиком, по которому можно судить о былых верхах псковских церквей в эпоху расцвета псковского искусства. Над средним делением северной стены возведена небольшая звонничка, служившая некогда изысканным и очень остроумно найденным завершением северного фронтона.

Приблизительно в таком же роде, как описанные церкви, есть в Пскове еще несколько, более или менее сохранившихся, каковы Анастасьинская [в Кузнецах] (1377 год)15, Козьмодемианская "с Гремячей горы" (1383 год)16, Михайло-Архангельская [на Городце] (1389 год)17 Богоявленская [с Запсковья] (1444 год)18, Успенско-Пароменская (1444 год)19, Козьмодемианская "с Примостья" (1462 год)20, Старовознесенская [с Полонища ] (1467 год)21, Георгиевская [со Взвоза] (1494), Варлаамовская [на Званице] (1495 год), Воскресенская [на Званице] (около того же времени) и Иоакимо-Анновская [в Окольном городе] (тоже22 около 1500 года)23.

В некоторых из них наблюдается дальнейшая эволюция круглых внутренних столбов. Тогда как первые "кругляки" были еще довольно высоки, начиная с XV века заднее закругление восточных столбов, спереди плоских, становится значительно ниже, и вслед затем понижается до роста человека и закругление западных столбов. И если прежде церковный столб производил такое впечатление, точно на его основной стержень была наложена четырехгранная подушка, на которую упирались своды, то теперь получаешь обратное впечатление: кажется, что на коротких и массивных круглых тумбах насажены четырехгранные столбы, из которых непосредственно вырастают своды. Переход от круглой части столба к четырехугольной обработан при помощи особых консолей, выглядывающих из круглого тела колонны в ее верхней части и как бы помогающих ей нести тяжесть четырехгранника и лежащих на нем сводов. Очень красиво вылился этот прием в столбах Дмитриевского собора в Гдовском кремле.

Вообще надо сказать, что церквей псковского типа немало еще сохранилось по берегам Чудского озера и по реке Нарове. Их зодчие, видимо, применяли все практические нововведения псковичей и кое в чем пошли еще дальше. Так, они не ограничиваются закруглением восточной стороны алтарных столбов, но округляют и выступы среднего полукружия, занимающие много лишнего места как раз за самым престолом. Таким образом скруглены эти задние выступы в церквах Кобыльего Городища, - в ней, впрочем, только слегка и то один северный, в Доможирке, в Ольгином Кресте и в гдовском Дмитриевском соборе.

В XV веке появляются, наконец, и такие церкви, которые совершенно лишены столбов. К ним относятся только совсем маленькие, примером которых может служить церковь Николы Чудотворца в Пскове, Спаса Преображения Надолбина монастыря и в особенности исследованная П.П.Покрышкиным и относимая им к 1431 году24 в высшей степени изящная Успенская церковь в Гдове25. Покрытие ее совершено при помощи оригинальной системы "взаимно перпендикулярных арок, восходящих кверху в виде ступеней и поддерживающих световой грациозный куполок"26.

Нельзя еще не упомянуть о чудесной небольшой церкви Климента папы Римского, находящейся не самом берегу реки Великой на Завеличье. Нельзя определить точно года ее постройки; известно только, что она была церковью Драчилова [Климентовского] монастыря, разоренного шведами в 1615 году. Само собою, разумеется, что она построена значительно раньше, вероятнее всего, еще в XV столетии27.

Одной из особенностей псковских церквей являются их паперти. Последние существовали и в Новгороде, притом уже в очень глубокой древности, ибо летописные сведения о них восходят до первой половины XII века. Естественно предположить, что идея папертей была перенесена из Византии, где они назывались нартексами и экзонартексами, но в то время как там они могли быть открытыми, на Севере это было немыслимо. Между тем потребность в них существовала, и особенно она давала себя знать в Пскове с его маленькими, непоместительными церквами. Иногда такие паперти или притворы пристраивались только с западной стороны, иногда же и с северной и южной, и тогда церковка производила впечатление облепленной со всех сторон низкими клетушками.

Что касается стенных украшений, то в Пскове они были проще и менее затейливы, нежели в Новгороде. Они сводились исключительно к тому типу, который мы видели в церквах Николы "со Усохи" и Сергия Чудотворца, и обыкновенно ими ограничивались барабан и алтарные полукружия, которых в Пскове всегда бывало по три, и только малые церкви, лишенные столбов, имели одну абсиду. Только изредка встречается повторение того же мотива на фасаде церкви, как, например, в Варлаамовской на Запсковье (1495 год), где он повторен над средним трехлопастным делением по обеим сторонам его верхнего закругления. К концу XV века псковские зодчие пользовались такой славой, что их вызывали далеко за пределы их земли, и мы знаем, что великий князь Иван Васильевич III вызывал их в 1472 году в Москву, где они много работали, между прочим, в Троице-Сергиевой лавре. Не может быть никакого сомнения в том, что именно их рука видна в одном из самых изумительных памятников лучшей поры московского зодчества, в церкви Спаса Преображения в подмосковном селе Острове. Барабаны и главки северного и южного приделов этой церкви кажутся целиком перенесенными на Москву-реку с реки Великой, - те же арочки под главкой с уступчатыми впадинами под ними, те же каемки из заостренных кирпичиков и треугольных впадинок и та же острым углом поднимающаяся над оконцем бровка. Та же узорная лента протянута по верху всех трех восточных полукружий.

В более поздних псковских церквах в этой излюбленной псковичами узорной ленте появляется еще одна черточка, лишающая их, быть может, былой строгости и придающая им легкий налет жеманности, но все же очаровательная и дорогая какой-то особой интимностью, свойственной всякой самодельной вещице и вносящей в нее теплоту и уют. Такую новую черточку мы видим в алтарных узорах церкви Иоакима и Анны. Кирпичи, которыми нарисован здесь узор, были слегка стесаны к наружным концам своих ребер, благодаря чему треугольные впадинки сходятся в глубине конусом, а к наружной стороне расширяются. Это дает неописуемое очарование всему узору, получающему еще более легкий, воздушный характер.

Список литературы

1. В.Суслов. Материалы к истории древней новгородско-псковской архитектуры. СПб., 1888, стр. 7.

2. В.Смиречанский. Исторический очерк о Псковской епархии. – В кн. "Сборник Псковского губернского статистического комитета за 1877 год". Псков, 1878, стр. 29. В этом обширном и содержательном труде есть много сведений, раскрывающих взаимные отношения обоих городов, и есть немало указаний, ценных и для истории псковского церковного зодчества.

3. Существуют указания, что уже св. Ольга построила около 963 года первую деревянную церковь св. Троицы, на месте которой в 1138 году был заложен каменный храм. Кроме того, в 970 году будто бы была построена еще одна церковь во имя св. Власия на том месте, где сейчас стоит Власьевская часовня (А.Князев. Указатель достопамятностей города Пскова. М., 1858, стр. 2 и 16; В.Смиречанский. Исторический очерк о Псковской епархии, стр. 139).

4. В.Смиречанский. Указ.соч., стр. 141.

5. В настоящее время исследователи несколько расходятся в определении точной даты постройки Рождественского собора Снетогорского монастыря. Одни ученые по-прежнему придерживаются 1310 года (см. "История русской архитектуры". М., 1956, стр.74; Ю.П.Спегальский. Псков. Л. – М., 1963, стр. 274), другие ее увеличивают до 1311 и даже до 1311 – 1313 годов (см. Н.Н.Воронин. Зодчество Пскова.. – В кн. "История русского искусства", т. II. М., Изд–во АН СССР, 1954, стр. 316; И.Ларионов. По Пскову и области. [Псков], 1955, стр.67).

6. В.В.Суслов. Материалы к истории древней новгородско-псковской архитектуры, стр. 8.

7. В.Смиречанский. Исторический очерк о Псковской епархии, стр. 139.

8. Там же, стр.139; А.Князев. Указатель достопамятностей города Пскова. М., 1858, стр. 32 – 33. Монастырь основан супругою псковского князя Ярослава Владимировича, княгинею Ефросиньей, в монашестве Евпраксией, убитой в мае 1243 года. Из этого можно заключить, что монастырь не мог быть основан, как это некоторыми принималось, в этом же году, и дата постройки его храма может быть определена только с приблизительностью.

9. В.В.Суслов. Материалы к истории древней новгородско-псковской архитектуры, стр. 12.

10. "Полное собрание русских летописей", т. IV. СПб., 1848, стр. 193.

11. По сообщению Ю.П.Спегальского, существующая ныне церковь Петра и Павла с Буя была построена заново в 1540 году на месте обветшавшей церкви 1373 года. Но и эта церковь в свою очередь в начале XVII века (в 1610 году) была капитально отремонтирована; на ней была также установлена новая глава с сохранившимся до нашего времени рельефным железным покрытием. В 1810 году церковь снова подверглась большим переделкам: были сломаны два придела и старая звонница, к западному притвору было пристроено крыльцо. Не избежала церковь Петра и Павла переделок и в наше время: в 1962 году на ней было сделано шестнадцатискатное покрытие, которого ранее этот храм "никогда не имел" (Ю.П.Спегальский. Указ. соч., стр. 165 – 171).

12. И.Н.Ларионов считает временем перестройки церкви Николая на Усохе 1537 год (см. И.Ларионов. Указ. соч. стр. 25), Ю.П.Спегальский – 1535 год (Реконструкция церкви Николы на Усохе в Пскове. В кн. "Памятники культуры", вып. 3. м., 1961, стр. 90; Псков, стр. 151).

13. А.Князев. Указатель достопамятностей города Пскова, стр. 6.

14. В настоящее время церковь Сергия с Залужья датируется серединой XVI века (см. Н.Н.Воронин. Зодчество Пскова. – В кн. "История русского искусства", т. II. М., Изд-во АН СССР, 1954, стр. 327).

15. Анастасьинская церковь в Кузнецах, по новым исследованиям, была построена не раньше конца XV века. И.Н.Ларионов считает, что она была возведена в 1488 году и, видимо, полагает, что после пожара 1539 года она была восстановлена в первоначальном виде, так как ни слова не говорит о ее перестройке в это время. В сводном указателе памятников Пскова он датирует Анастасьинскую церковь только 1488 годом (см. И.Ларионов. Указ. соч., стр. 46 и 92). Н.Н.Воронин более осторожно датирует эту церковь 1488 – 1539 годами (см. "История русского искусства", т. II, стр. 324). Ю.П.Спегальский, основываясь, очевидно, на том же летописном сведении, что и Ларионов, разъясняет, что в 1488 году сначала построили деревянную церковь – "однодневку" (иными словами, ее соорудили в один день), но через некоторое время на ее месте воздвигли каменную. Последняя в 1539 году сгорела, и существующее здание церкви, по мнению Спегальского, построено в XVI веке.

16. В настоящее время церковь Козьмы и Демьяна с Гремячей горы датируется 1540 годом.

17. Приведенная И.Э.Грабарем дата постройки церкви Михаила и Архангела на Городце – 1389 год – явная описка. В книге А.Князева, на которую ссылается ученый, приведена иная дата – 1339 год, принятая и в настоящее время. От первоначального вида церкви сохранились лишь отдельные фрагменты. Ее южный придел был пристроен в конце XIV - начале XV века. Значительным переделкам церковь подверглась во время ремонтов в 1613 и 1694 – 1695 годах, а также в XVIII и XIX веках.

18. В датировке церкви Богоявления в Запсковье имеются некоторые разночтения. Так, в данном случае при первом ее упоминании в "Истории русского искусства" (т.I. М., Кнебель, [1910], стр. 250) церковь Богоявления датируется годом начала ее постройки или перестройки (так же датировал ее и А.Князев, на которого ссылается Грабарь). При втором ее упоминании (в том же издании, стр. 164) Грабарь на основании летописных сведений указывает дату постройки церкви в соответствии с годом ее завершения и более близкую к получившим признание в настоящее время.

19. И.Н.Ларионов датирует церковь Успения у Парома (или в Пароменье) 1444 – 1521 годами, Н.Н.Воронин и Ю.П.Спегальский – 1521 годом.

20. Ныне церковь Козьмы и Демиана с Примостья датируется примерно тем же временем. В начале XVI века церковь была значительно переделана при ее восстановлении после взрыва пороха в юго-западном приделе, произошедшем в 1507 году. Большие изменения церковь претерпела также в XVII и особенно в XVIII веке, когда звонницу заменили колокольней, водруженной на том же основании.

21. По сведениям Ю.П.Спегальского, Старовознесенская Церковь первоначально была построена в 1467 году, но в XVI была сломана и возведена заново.

22. В настоящее время церковь Воскресения со Званицы (или со Стадища) датируется 1532 годом. Иоакимо-Анновскую Ю.П.Спегальский относит к XVI веку, с последующей перестройкой в XVII веке галерей в приделы и пристройкой крыльца и звонницы.

23. А.Князев. Указатель достопамятностей города Пскова, стр. 5 – 7, 23 и 31.

24. Упомянутая уже выше подобная система сводов в церкви Николы "со Усохи", несомненно, относится к более позднему времени, и Гдовская церковь является самым ранним примером такого покрытия. Кровля Успенской церкви была некогда обыкновенной восьмискатной, но и теперешняя, более поздняя, не лишена известной живописности, несмотря на надложенные углы.

25. Церковь Успения в Гдове взорвана в годы Великой Отечественной войны фашистскими захватчиками.

26. П.П.Покрышкин. Церкви псковского типа.., стр. 10.

27. Дата сооружения церкви Климента на Завеличье не уточнена и в настоящее время. И.Н.Ларионов по-прежнему относит ее к XV веку; Ю.П.Спегальский считает, что она была возведена позднее – в XVI веке.