регистрация / вход

О жизни Миямото Мусаси

Автором книги Пяти колец является Миямото Мусаси, настоящее имя которого звучит как Синмен Мусаси-но-Ками Фудзивара-но-Генсин. Родился в деревне Миямото в провинции Миасака в 1584 году, «Мусаси» – это название местности к юго-западу от Токио.

Автором книги Пяти колец является Миямото Мусаси, настоящее имя которого звучит как Синмен Мусаси-но-Ками Фудзивара-но-Генсин. Родился в деревне Миямото в провинции Миасака в 1584 году, «Мусаси» – это название местности к юго-западу от Токио, а обращение «но-Ками» отмечает благородное происхождение носителя имени. «Фудзивара» же – одна из самых знатных фамилий Японии, имеющая более чем тысячелетнюю историю.

Предками Мусаси были члены ветви сильного клана Харима на Кюсю, южном японском острове. Хирада Секан, его дед, служил у Синмен Ига-но-Ками Судешиги, владельца замка Такеяма. Князь высоко ценил Хираду и выдал за него свою дочь. Довольно рано Мусаси остался без родителей и его воспитанием занялся дядя по матери, который был монахом. Очень скоро Бен-но-Суке (так звали Мусаси в детстве) превратился в задиристого и грубого подростка, его первый смертельный бой состоялся, когда ему было 13 лет. Его противником оказался настоящий умелый самурай Арима Кихей, которого Мусаси добил обычной палкой. Следующий бой состоялся в 16 лет, на этот раз Мусаси нанес поражение прославленному Тадасима Акиме. В это же время молодой человек покидает дом и отправляется в «воинские скитания», совершая «паломничество самурая», т.е. фактически становится ронином, каковых в то время бродило по Японии великое множество. Кто-то путешествовал в одиночку, кто-то – с большой свитой.

Тем временем молодой Мусаси вступает в ряды армии Асикага, чтобы сражаться против грозного Иэясу. Он переживает ужасные дни поражения, когда в кровавой бойне гибнет около семидесяти тысяч человек, и счастливо избегает смерти от руки преследователей. В столицу Японии, Киото, Мусаси является, когда ему исполняется двадцать один год. Здесь разворачивается его борьба против семьи Йошиоки. Несколько поколений фамилии Йошиоки были наставниками фехтования при доме Асикага. Позже, когда Токугава запретил им преподавать кендо, члены этой семьи стали красильщиками и занимаются этим ремеслом по сей день. Некогда Мунисай, отец Мусаси, был приглашен в Киото сегуном Асикага Йошиоки. Мунисай был умелым фехтовальщиком и специалистом по «джитте», стальной дубинке с крюком для захвата лезвия меча. История повествует, что Мунисай сразился с тремя Йошиока, но выиграл только в двух схватках, что, возможно, и стало причиной ненависти Мусаси к этой семье. По очереди Мусаси разбил на дуэли трех братьев Йошиока (Сейдзиро, Денсичиро и Хансичиро), не гнушаясь при этом никакими средствами – от хитрости до отсутствия жалости к побеждённым. После этого жуткого эпизода Мусаси долго путешествовал по всей Японии, став легендой еще при жизни. Мы находим упоминание его имени и рассказы о его подвигах в хрониках, дневниках, в надписях на монументах и в народной памяти от Токио до Кюсю. Он провел более шестидесяти схваток еще до того, как ему исполнилось двадцать девять лет, и во всех вышел победителем. Самые ранние описания этих поединков содержатся в «Нитен Ки», «Хрониках Двух Небес», которые составлены его учениками поколение спустя после его смерти. В 1605 году Мусаси посетил храм Ходзоин на юге столицы. Здесь у него состоялась схватка с Оку Ходзоин, учеником дзенского монаха Хоин Иней секты Нитирен. Мусаси остался в храме на некоторое время, изучая новую для него технику фехтования и наслаждаясь беседами с монахами. До сегодняшнего дня сохранились наставления для упражнений с копьем, практикуемые монахами Ходзоина. Интересно, что в древности слово «осе» («ошо»), означающее сейчас «священник» («монах»), понималось как «учитель фехтования копьем».

Когда Мусаси путешествовал по провинции Ига, он встретился в поединке с искусным бойцом, владевшим серпом на цепи по имени Сисидо Байкин. Сисидо взмахнул цепью, Мусаси выхватил кинжал и пронзил его грудь. Наблюдавшие за схваткой ученики кинулись было на Мусаси, но он разогнал их прочь. В Эдо боец по имени Мусо Гоносуке навестил Мусаси, предлагая дуэль. Мусаси строгал деревяшку для лука и в ответ на просьбу Гоносуке встал, объявив, что использует заготовку в качестве меча. Гоносуке провел яростную атаку, но Мусаси, отмахнувшись, пошел прямо на него и нанес ему удар по голове. Гоносуке упал. В провинции Идзумо Мусаси навестил князя Мацудайра, попросив разрешения схватиться с самым сильным его фехтовальщиком. В Идзумо было много искусных бойцов. Против мастера выставили человека, дравшегося восьмигранным деревянным шестом. Схватка состоялась в саду библиотеки. Ударами деревянных мечей Мусаси загнал самурая на ступени веранды и молниеносно атаковал его в лицо, а когда противник отшатнулся, раздробил ему обе кисти. К удивлению собравшихся, князь попросил Мусаси сразиться с ним. Мусаси оттеснил князя на террасу и, когда тот ринулся в ответную атаку, Мусаси ударом «огня и камня» сломал его меч. Князь поклонился в знак поражения, и Мусаси на некоторое время остался у него в качестве учителя боя. Самый известный поединок Мусаси состоялся в 17-й год эры Кейте, в 1612 году, когда он находился в Огуре, городке провинции Бунзен. Его противником был Сасаки Кодзиро, молодой человек, разработавший изумительную технику фехтования, известную как «Цубаме-гаеси», или «пируэт ласточки», вдохновленный движением хвоста ласточки в полете. Кодзиро содержал князь провинции, Хосокава Тадаоки. Мусаси обратился к Тадаоки за разрешением сразиться с Кодзиро через одного из самураев Хосокавы, некоего Нагаока Сато Окинага, бывшего некогда учеником отца Мусаси. Разрешение было дано. Поединок назначили на восемь часов следующего утра. Местом его проведения должен был стать остров в нескольких милях от Огуры. В ту же ночь Мусаси покинул свое жилище и отправился пировать в дом Кобаяси Таро Дзаэмона. Это не прошло незамеченным. Пронесся слух, что в страхе перед филигранной техникой Кодзиро Мусаси бежал. Действительно, на следующее утро Мусаси не явился на место схватки к назначенному часу. В дом Кобаяси отправили гонца. Мусаси с трудом добудились. Он встал, выпил воду из тазика для умывания и взгромоздился в лодку. Пока Сато Окинага греб к месту дуэли, Мусаси подвязал бумажными лентами рукава кимоно и выстрогал подобие меча из запасного весла. Проделав это, он прилег отдохнуть. Лодка причалила к берегу. Кодзиро и его секунданты были поражены видом Мусаси. С растрепанными волосами, кое-как перехваченными полотенцем, он выскочил из лодки и, размахивая обрубком весла, бросился к противнику. Кодзиро обнажил меч – изумительный клинок работы Нагамицу из Бидзена – и отбросил ножны. «Тебе они больше не понадобятся», – кивнул Мусаси, устремляясь вперед. Кодзиро сделал выпад, Мусаси рванулся в сторону и опустил весло на голову врага. Когда Кодзиро падал, его меч задел полотенце на голове Мусаси и рассек пояс его широких штанов. Поняв, что с противником покончено, Мусаси поклонился онемевшим секундантам и, сверкая задницей, направился к лодке. Некоторые источники утверждают, что, убив Кодзиро, Мусаси отбросил весло, сделал несколько резвых прыжков, выхватил боевые мечи и с криком замахал ими над поверженным противником. Примерно в это время Мусаси совершенно перестал использовать в поединках настоящие клинки. Он сделался непобедимым и с этого момента посвятил себя поискам совершенного понимания Пути Кендо. В 1614 и 1615 годах мастер воспользовался случаем снова испытать себя в боевых условиях. Иэясу осадил замок Осака, где собрались поднявшие мятеж сторонники семьи Асикага. Мусаси присоединился к войскам Токугавы в зимнюю и летнюю кампанию, сражаясь теперь против тех, за кого бился в молодости при Сэкигахара. Согласно его собственным писаниям, Мусаси пришел к пониманию стратегии боя, когда ему было пятьдесят или пятьдесят один, в 1634 году. Он вместе со своим приемным сыном Иори, беспризорником, подобранным во время путешествия в провинции Дэва, осел в Огуре. С тех пор Мусаси больше не покидал остров Кюсю. В те времена замком Кумамото, центром провинции Хиго, владела семья Хосокава. Князем провинции Бунзен был Огасавара. Иори пошел на службу к Огасавара Тададзане и в качестве капитана армии Тададзане сражался с христианами во время восстания Симавары в 1638 году, когда Мусаси было около пятидесяти пяти. Князья южных провинций всегда стояли против власти Токугава и выступали зачинщиками интриг с иностранцами и японцами – христианами. Мусаси находился в составе военного совета при Симавары, где была учинена бойня над христианами. После этого Иэясу закрыл японские порты для иноземцев, и это положение просуществовало более двух веков. После шести лет жизни в Огуре Мусаси был приглашен к Тюри, владельцу замка Кумамото, родственнику Хокасавы. Он провел у князя несколько лет, занимаясь живописью и обучением самураев влиятельного феодала. В 1643 году мастер меча стал отшельником, удалившись в пещеру под названием «Рейгендо». Там он написал книгу «Го Рин Но Се», посвященную любимому ученику Тэруо Нобуюки. Через несколько дней после окончания труда 19 мая 1645 года Мусаси умер. Мусаси известен в Японии как «Кенсей», то есть «Святой Меча». «Го Рин Но Се» стоит в начале любой библиографии по кендо, являясь уникальной книгой, освещающей как вопросы стратегии военных действий, так и методы одиночного поединка. Она не является диссертацией по военному делу, она, по словам самого Мусаси, всего лишь «руководство для мужчин, которые хотят научиться искусству стратегии», но ее содержание всегда находится за пределами понимания ученика. Чем больше читаешь эту книгу, тем больше находишь на ее страницах. Это завещание Мусаси, ключ к пути, по которому он шел. Ему еще не было тридцати, когда он стал непобедимым бойцом, но не осел и не основал школу, переполненный сознанием успеха, а с удвоенным усердием погрузился в дальнейший поиск. Даже к концу своих дней мастер презирал роскошную жизнь и два года прожил в горной пещере, погруженный в глубокое самосозерцание. Поведение этого бесстрашного и упрямого человека было несомненно скромным и искренним. Мусаси писал: «Когда обретаешь Путь Стратегии, нет ничего, чего ты не смог бы понять», и еще: «Ты будешь видеть Путь во всем». Действительно, сам он стал мастером во всем. Он создал замечательные работы живописи тушью, быть может, более ценимые японцами, чем любые другие произведения этого жанра. В его картинах – бакланы, цапли, синтоистский бог Хотей, драконы, цветы и птицы, птица на высохшем дереве, Дарума (Бодхидхарма) и многое другое. Мусаси стал искусным каллиграфом, свидетельство чему – его произведение «Сэнки» («воинственный дух»). В одной из частных коллекций находится маленькая деревянная статуэтка, изображающая буддийского святого Фудо Миоо, руки мастера боя. Недавно утеряна его скульптура Каннон. Мусаси создал ряд произведений из металла и основал школу изготовителей гард для мечей. Считается, что он являлся автором бесчисленных поэм и песен. Ни одна из них, к сожалению, не сохранилась. Рассказывают также, что сегун Иемицу специально заказывал Мусаси писать восход солнца над замком Эдо. На его картинах часто стоит печать «Мусаси» или псевдоним, «Нитэн». «Нитэн» означает «Два неба», что порой связывается со стойкой воина, воздевшего два меча над головой. Мусаси является основателем школы фехтования, известной как «Нитэн рю», или «Энмей рю» («чистый круг»). Мусаси писал: «Изучи Пути всех профессий». Сам он именно так и поступал. Он перенимал жизненный опыт не только знаменитых мастеров меча, но и монахов, стратегов, художников и ремесленников, стараясь расширить свои познания. Мусаси писал о различных аспектах кендо так, что новичок мог изучать его текст на основе своего багажа, а мастер кендо находил в тех же самых словах более высокий уровень знаний. Текст труда применим не только к военной стратегии, но к любой ситуации, где требуется тактика. Японские бизнесмены и сейчас используют «Го Рин Но Се» как руководство по деловой практике, проводя кампании сбыта как военные операции, используя те же энергичные методы. Точно так же, как Мусаси казался безмерно жестоким человеком, преследуя на деле высокий идеал, большинству людей успешный бизнес непременно кажется бессовестным, Так что учение Мусаси актуально в XX веке так же, как на средневековом поле битвы, и применимо не только к японцам, но ко всем расам и народам. Дух этого учения можно выразить двумя словами: скромность и упорный труд.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий