регистрация / вход

Ансамбль древнего Казанского Кремля

Архитектурный ансамбль древнего Кремля. Кремль. Спасская башня. Тайницкая башня. Башня Сююмбеки. Благовещенский собор. Влияние на архитектуру Казани русской и татарской культур.

ПЛАН.

Введение.................................................................................................... 3

1. Архитектурный ансамбль древнего Кремля.................. 5

1.1. Кремль................................................................................................... 5

1.2. Спасская башня.................................................................................. 6

1.3. Тайницкая башня................................................................................ 8

1.4. Башня Сююмбеки................................................................................ 9

1.5. Благовещенский собор..................................................................... 18

2. Влияние на архитектуру Казани русской и татарской культур..................................................................................................... 19

Заключение........................................................................................... 22

Литература............................................................................................. 23

Введение

Удивительную власть имеют над человеком архитектурные памятники прошлого. Уже самим фактом существования на том месте, где были созданы, они утверждают убедитель­ность и достоверность исторических событий, связывают воедино века прошедшие с сегод­няшним днем. Безмолвные свидетели прошло­го, они — яркие письмена каменной летописи нашей Родины.

Не потому ли так много говорят сердцу сооружения Казанского кремля? Не потому ли идет о них слава, как об одном из замеча­тельных архитектурных ансамблей Поволжья?

Живописно, широко и раздольно раски­нулся Казанский кремль на высоком холме, с двух сторон окруженном водой. Издалека видны его белые стены, башни, церкви. Ве­щественным символом Казани вонзается в небо краснокирпичная башня Сююмбеки.

История архитектуры Тата­рии до настоящего времени ос­тается одной из мало исследо­ванных областей науки. Осо­бенно, это касается памятников рядовой городской застройки XVIII - начала XX b.

В результате многочисленных войн были разрушены практически все архитектурные соору­жения Булгарии и Казанского ханства. До нас дошли лишь самые скудные сведения о монументальных средневековых постройках и немногочисленные руины, которые и до настояще­го времени не изучены в доста­точной степени специалистами. Все это не позволяло исследо­вателям зодчества уверенно су­дить о чертах культовой архи­тектуры средневекового По­волжья и связно представить себе этапы развития на протяжении последних пяти веков.

Целью данной работы является анализ архитектуры древнего кремля города Казани.

Перед нами ставятся следующие задачи:

- дать краткое описание казанскому кремлю;

- дать описание башням кремля: Спасской, Тайницкой, Башне Сююмбеки;

- дать описание Благовещенскому собору;

- выявить влияние различных культур на архитектуру Казани.

В данной работе мы использовали литературу по данной тематике. Интересна книга Бобченко Т. Казань. Здесь дается краткое описание не только Кремля, но и всех основных достопримечательностей Казани: мечети, университет, пощади Казани, а также подробно изложена Казань литературная.

В книге Халитова Н. Х. Памятники архитектуры Казани XVIII- начала XIX в. рассказано о традициях татарской и русской архитектуры и их взаимосвязи. Проанализированы архитектурно-планировочные особенности культовых зданий города. Рассмотрено влияние бытового уклада, социальных процессов и исторических событий на формирование архитектуры Казани. Выявлены национальные и интернациональные особенности.

В книге Ханзафарова Н. Г. Символы Татарстана (мифы и реальность) подробно автор остановился на башне Сююмбеки. Здесь описывается история возникновения башни, автор предлагает несколько вариантов раскопок.

1. Архитектурный ансамбль древнего Кремля

1.1. Кремль

Побывав в кремле, мы несомненно испы­таем эстетическое воздействие его величе­ственной и строгой архитектуры. Кремлевский холм — колыбель Казани. От­сюда начинался ее рост, отсюда она шагнула далеко вширь1 .

В начале XVI века кремль был пример­но вдвое меньше современного и лежал в северной части холма. Стены до девяти мет­ров толщиной опоясывали крепость, а в 1530 года и примыкающий к ней посад. Рубились они из цельных дубовых бревен, с заполнением из утрамбованной глины и камня. “Град же Казань тверд бяше паче меры, подобен ка­менной горе, стена дубовая рубленая и в целых древесах, а в городне сыпан ил да хрящ”,— говорится в “Казанской истории” — сочинении XVI века. Въездные башни — их было четыре — также были дубовыми, рублеными.

Внутри кремля возвышался богатый хан­ский дворец, пять каменных мечетей гробницы-усыпальницы. Главная мечеть Кул-Шериф была украшена 8 высокими и многоярусными минаретами. Здесь же — деревянные дома татарской знати, караульные помещения, службы. Сохранилось описание ханской Ка­зани, сделанное князем Курбским: “А от тое реки (от Казанки), около места ров копан, зело глубокий, аж до озера Поганого, еже лежит подле самую Казань реку; а от Казань реки гора так высока, иже оком возрити прикро; на ней же град стоит и палаты царские и мечети зело высокие, мурованные (каменные), иде же их умершие цари клались чис­лом памятимися пять их”.

Четырехугольные в плане мечети, пере­крытые куполами, минареты, орнаментиро­ванные сложной вязью узоров,— все эти со­оружения украшали кремль.

Деревянные стены и башни старого крем­ля в значительной степени были разрушены при штурме города в 1552 году. Иван Гроз­ный, отлично понимая выгодность располо­жения Казани и ее значение для охраны Восточных границ Руси, решил заново от­строить кремль, сделать его неприступной крепостью.

"Строили казанскую каменную крепость знаменитые псковские мастера — лучшие зодчие и строители того времени. Имя Постника Яковлева, выдающегося архитектора XVI века, прославлено постройкой знаменитого собора Василия Блаженного на Красной площади в Москве, Успенского собора в Свияжске, Благовещенского собора в Казан­ском кремле1 .

Весной 1556 года началось строительство. Территория кремля была увеличена на 120 метров в длину, общая же планировка не из­менилась. Строительный материал был неда­леко —"белый известняк выламывался на противоположном берегу Волги. Первоначаль­но из прочного волжского камня соорудили только часть стен — южный участок со Спас­ской башней в центре и северный, примы­кающий к Тайницким воротам. Остальные стены долгое время оставались деревянными, дубовыми, и только в XVII веке были заменены кирпичными.

Стены кремля представляют собой до­вольно сложное военно-инженерное сооружение. В сочетании с башнями и рвами они надежно служили целям защиты. Толщина их местами равна шести метрам. В нижней части стен, с внутренней стороны раньше были устроены ниши-стрельницы с бойницами для пушек и специальные камеры, в которых хранились пopox, ядра, бочки со смолой, песок и груды камней.

1.2. Спасская башня

Важную роль в системе оборонных соору­жений кремля играли башни. В XVII веке их было 13. До наших дней сохранилось 8 ба­шен, 5 из них когда-то имели ворота, ведущие в кремль. В настоящее время есть только две проездные башни — Спасская и Тайницкая. Их архитектурно-художественный облик что костью подчинен функциональному назначе­нию: массивность, монументальность, строгость линий, почти полное отсутствие декорировки более всего отвечают военно-крепостным сооружениям1 .

Наибольший интерес в художественном отношении представляет, несомненно, Спас­ская башня. Первоначально она была двухъ­ярусной постройкой почти кубической формы. Стены ее, возведенные из известняка, были перекрыты деревянной крышей с небольшой дозорной вышкой на ней. Над проездными воротами в специальной нише выставлялась икона с изображением Христа-Спасителя. От­сюда и возникло ее название.

В XVII веке башня была надстроена. Два яруса искусно найденных в пропорциях восьмериков и шатровые покрытия придали ей нарядный ряд. Высота башни. 44 метра. Чтобы затруднить доступ в кремль, башня имела не сквозной, как сейчас, а коленчатый проезд. Двойной ряд крепких дубовых во­рот, окованных железом, дополнялся желез­ной решеткой, опускавшейся сверху в случае опасности. До сих пор сохранились штыри от ворот и пазы в стенах, по которым ходила решетка. Проходившая по верху второго яру­са площадка и два ряда бойниц в стенах позволяли надежно оборонять башню.

Нижние ярусы башни не имеют почти никаких украшении, а верхние, построенные в то время, когда башня уже начала утрачивать свое военно-оборонительное значение, несут обильный декор. Здесь и пилястры, украшаю­щие углы нижнего восьмерика, и четырех угольные впадинки на парапете второго яруса и так называемый поребрик, и, наконец, фронтончики, оформляющие верхний ярус.

В XVIII веке над Спасской башней были остановлены необычные часы: их циферблат вращался вокруг неподвижной стрелки. В настоящее время работают электрические часы. Колокол отбивает время — часовые и полу­часовые удары. Недавно к часам Спасской, башни подключена специальная аппаратура, сконструированная студенческим конструкторским бюро “Прометей”. Ночью, во время боя часов, башня озаряется сполохами малинового цвета.

Южную стену, центром которой является Спасская башня, с двух сторон фланкируют юго-восточная и юго-западная круглые баш­ни. Их первоначальный облик можно легко представить, если мысленно откинуть верхнее шатровое покрытие. Завершались башни ров­ной площадкой, окруженной зубчатым пара­петом.

1.3. Тайницкая башня

От Спасской башни влево по бульвару вдоль стен кремля можно выйти к Тайницкой башне, оформляющей северный въезд в кремль. Свое название она получила от баш­ни, существовавшей в ханской Казани, под которой был потайной ход к источнику питье­вой воды. При осаде Казани башня была взорвана, а построенная на ее месте каменная башня стала называться Тайницкой.

Тайницкая башня представляет собой массивный двухступенчатый четырехуголь­ник, по верху первого яруса которого прохо­дит круговая терраса, окруженная каменным парапетом. Башня более других выражает дух древности. Ее масштабы, сохранившийся коленчатый проезд, темные сумрачные сво­ды — все это живо доносит до нас дыхание XVI века1 .

С крепостной стены у Тайницкой башни открывается великолепная панорама на реку Казанку и заречные районы. Наше внима­ние несомненно привлечет необычный памятник, возвышающийся на островке посреди Казанки. Это памятник воинам, павшим при штурме и взятии Казани войсками Ивана Грозного. Памятник был сооружен в 1823 году по проекту архитектора Н. Ф. Алферова. Массивная пирамида высотой более 20 метров имеет со всех четырех сторон порталы, выполненные в дорическом стиле.

Центральная часть внутреннего помеще­ния занимала церковь, в углах пирамиды — четыре кельи для священника и служителей. Каменная лестница ведет в склеп, расположенный под центральной частью памятника.

Памятник, сложенный из белого известняка, вскоре стал разрушаться. В 1830—1832 го­дах его реконструировал П. Г. Пятницкий. Пирамида была обшита железом, укреплены стены, своды подземелья и переоформлен ин­терьер.

1.4. Башня Сююмбеки

Нa крутом спуске холма возвышается башня Сююмбеки—одно из лучших архитек­турных сооружений XVII века1 .

Башня Сююмбеки — стройное семиярус­ное здание из красного обожженного кир­пича, Ее высота 58 метров, площадь основания 140 квадратных метров. Строилась она на забитых в землю дубовых сваях, часть которых с течением времени опустилась. По­этому башня отклонилась от вертикальной оси примерно на 169 сантиметров. В 1914 году при реставрации башня была по первому яру­су стянута железной полосой, которая значи­тельно ухудшила ее вид.

Первые три яруса башни четырехуголь­ники, верхние—восьмигранники, заканчиваю­щиеся дозорной вышкой с высоким шатровым шпилем. Нижний ярус прорезан высоким арочным проемом.

Четверики имеют по верху обходные, тер­расы, окруженные узорчатым парапетом. За­падная и восточная стены первого яруса украшены четырьмя полуколонками с капителями в виде консолей с вертикальными рядами ступенчатых выступов.

Нижний парапет украшен ширинками, парапет второго яруса — вертикальными впа­динками с валиком внутри, парапет третьего—­очень простыми прямоугольными углубления­ми. Под карнизами всех трех четвериков идет зубчатый поясок. Интересны и сами карнизы, сложенные из рядов кирпичей, на­висающих друг над другом,— такая декора­тивная обработка, имеющаяся еще в булгарских зданиях, встречается и на татарских ме­четях1 .

Интересно, что композиция башни, состоя­щая из четвериков и восьмериков, имеет некоторые аналогии с Черной палатой "в Бул­гарах.

Башня Сююмбеки является своеобразной архитектурной эмблемой Казани. Ее силуэт изображается на значках-сувенирах, украша­ет обложки книг и альбомов, посвященных истории города.

"Башня Сююмбеки" — семиярусная, что означает собой семь сводов небес, олицетворяющих семиступенчатость рая. В стенах — че­тырехугольные ниши. Можно было бы ука­зать и на многие при­знаки, свойственные зиккуратам. Мы ог­раничимся анализом отдельных символов, раскрывающих, культовое значение "Башни Сююмбеки".

Одной из таких деталей, имеющих важное символичес­кое значение, явля­ется железная сетка-украшение, осыпанная звездами. Она до насто­ящего времени никем не исследована.

Железная сетка-украшение на воротах! Она может рассказать о многом. Она и свидетель, и доказательство. Эта сетка-решетка была поставлена одновременно с воз­ведением Башни. Из каких помыслов и для чего?

Сетка-решетка располагается в самом нижнем ярусе башни-зиккурата. Следовательно, она не могла быть сделана позже, даже если предположить, что верхние ярусы были возведены в другое время. Исследование металла сетки с помощью современных приборов дало бы нам новые сведения.

Железная сетка "Башни Сююмбеки" никак не мог­ла быть предназначена для оборонительных и вообще для военных целей хотя бы потому, что сквозь нее могли свободно пройти не только стрелы и пули, но и пушечные ядра. Кроме того, не требовалось особых усилий, чтобы сломать прутья этой решетки, отличав­шейся к тому же солидной величиной — несколько метров по окружности.

Железная решетка украшена звездами, каждая из которых имеет по восемь "крылышек". Концы всех "крылышек" согнуты только в одну сторону, что оз­начает вращение звезд вокруг своей оси. Свод первого яруса башни имеет форму купола, продолжением ко­торого представляется "звездчатая" решетка.

Входим под "звез­дный" купол. Оказавшись за сеткой-решеткой мы всту­паем в "Страну Вечности". Однако над выходом из арки Башни такого оформления нет. Возможно, что через "звездчатые" ворота мы входим в "Страну звезд". Если так, то "звездная вуаль" будет выполнять роль занавеса, за которым открывается "Страна Вечности". Иначе говоря, "Звездчатые ворота" служат границей "Страны негаснущих звезд", переступив которую ока­зываешься на "том свете". Очень важным является то, что "Башня Сююмбеки" с северной и южной стороны имеет боковые двери.

Эта традиция (дверь с северной стороны) прослежи­вается и в других памятниках булгар-татар. Такая зако­номерность сохраняется в мавзолеях (склепах) древнего Булгара1 .

Значит, древние мавзолеи и зиккураты строились с четким соблюдением определенных религиозных ка­нонов и обычаев. Одним из таких канонов, непремен­но, являлось расположение двери со стороны "Страны звезд", с северной стороны.

Входящий в эту дверь тоже как бы ока­зывается в "Стране звезд". В этом смысле символика звезд "Черной палаты" совпадает с символикой звезд "Башни Сююмбеки".

Эти башни и Булгарские мавзолеи имеют квадрат­ные основания, что тоже символично.

"Квадрат, один из распространенных мифологичес­ких символов. Мифопоэтическое использование квад­рата акцентирует его особенности как геометрической фигуры. Из самого широкого круга мифопоэтических источников-церемониалов гадания при выборе места в архаических строительных ритуалах (например, у хеттов, индийцев, римлян), "сонников" и сборников примет (от Древнего Востока и до Мартына Задеки), пифагорейско-орфических текстов, средневековой "семантической" геометрии, в которой свойства гео­метрических фигур соотносились с "добродетелями", геральдики и этикета и т. п., выявляется связь квадра­та с такими отправляющимися от геометрической спе­цифики квадрата идеями, как число четыре, абсолютное, равенство, простота, прямота, единообразие, порядок, правота, истина, справедливость, мудрость, честь, земля. Квадрат или четырехугольник (в более общем вариан­те), как и соотносимый с ними круг, образуют гори­зонтальную плоскость схемы древа мирового, при этом особенно выделяются углы и середины сторон, обо­значающие четыре или восемь основных направлений".

Исходя из этого, мы постигаем еще одну суть "Звез­дного купола". С одной стороны, восьмиконечные звезды означают "Страну звезд", с другой — олицетворяют связь с восемью направлениями (сторонами) мирозда­ния, единство всего и всякого с космосом. Первые три уровня "Башни Сююмбеки" имеют четырехугольную форму, остальные четыре — восьмиугольную. Если пред­положить, что углы Башни показывают направление (сторону), то углы этажей с четвертого по седьмой ори­ентированы на восемь сторон света. Поэтому восьми­конечные звезды, восьмигранные призмы ярусов с восемью окнами (на пятом и седьмом) — не случайное явление, а традиционная особенность таких сооруже­ний.

Казанский зиккурат, возведенный последней татар­ской царицей, занимает особое положение среди дру­гих однотипных сооружений. Обратимся опять-таки к кажущейся простоте "квадратной" символики.

"Четырехугольная (обычно именно квадратная) схе­ма совмещает в себе классификационную систему дво­ичных противопоставлений, описывающих мир (верх-низ, правый-левый и т. п.), или основных эле­ментов мира (ср. четырехчленные системы типа "огонь — вода — земля — воздух") с образом идеально устой­чивой структуры, статической целостности, интегри­рующей в себе основные параметры космоса.

Квадрат служил моделью многих храмовых сооруже­ний (зиккурат, пирамида, пагода, церковь, чум и т. п.), которые, в свою очередь, рассматривались как образ мира. Квадратная структура использовалась для описа­ния не только пространственного состава вселенной (страны света, направления, центр) и основных вре­менных координат (четыре части суток, четыре време­ни года, четыре мировых века, четыре человеческих возраста), но и целого ряда четырехчленных классифи­каций в социальной сфере".

Обратим внимание на еще одну особенность квад­рата-символа. Эта геометрическая фигура может ис­толковываться как "граница", "рубеж". Круг и квадрат, как мифологические знаки, отражают идеи ограниченности внутреннего и внешнего пространства1 .

"Звездчатый калфак" "Башни Сююмбеки" обещает раскрыть еще много неизведанного. Мы ограничимся сказанным. Невольно возникает вопрос: Если, как утверждается в некоторых источниках, Башня была сооружена для наблюдения "за передвиже­ниями татар", зачем строителям нужно было учитывать все перечисленные тонкости религиозно-философско-мифологического характера?

Нет основания утверждать, что "Башню Сююмбеки" с ее широко распространенной в мире культово-архи­тектурной традицией воздвигли зодчие-чужестранцы. Ведь традиция египетских и шумерских зиккуратов могла самостоятельно существовать как в Италии, так и в тяготевшей к Багдаду Булгарии. Чтобы понять это, до­статочно вспомнить "Черную палату" Великих Булгар.

Много тайн можно обнаружить в "Стране негасну­щих звезд". В прошлом эти тайны для науки были закрыты. Разных слухов, версий, голословных утверж­дений о "Башне Сююмбеки" и сегодня много. Люди им верили и верят. То, что долгое время тайна "звез­дного калфака" оставалась без внимания говорит о малоизученности этой проблемы.

Объявление территории Казанского кремля историко-культурным заповедником, принятие решения о широком научном исследовании и восстановлении памятников говорит о возросшем интересе народа к своему культурному наследию, в том числе и к "Башне Сююмбеки". Это значит, что мы можем ожидать новых открытий, новых находок1 .

Археологические раскопки на территории Казанс­кого кремля в 1997 году увенчались интереснейшими находками.

На южной стороне башни, внизу, видны два дверных про­ема, один из которых когда-то был замурован. В настоящее время там имеется одна узкая дверь, ведущая по лестницам вверх, на первый ярус. На­прашивается вопрос: куда вела вторая дверь? корее всего, вторая дверь служила входом в подземную часть "Башни Сююмбеки". Спу­стившись по лестнице вниз, воз­можно, посетитель открывал следующую дверь, через которую входил в помещение, где находилась могила (или сарко­фаг) Сафа-Гирей хана.

Такое предназначение этого сооружения, естественно, требовало соблюдения ряда строительно-технологичес­ких и санитарно-гигиенических норм. В первую оче­редь, в подземной части сооружения необходимо было содержать соответствующий режим воздухообмена. Для этого, можем полагать, в стенах башни были устроены специальные вентиляционные шахты, три окошка ко­торых отчетливо видны в картине Э. Турнерелли. Воз­можно, что они были симметрично устроены и на противоположной стене арки Башни.

Важно и то, что Э.Турнерелли свои картины рисо­вал "с натуры" и в 1839 году издал их в Лондоне. Следовательно, еще в начале XIX века " вторая дверь" и вентиляционные окошки не были замурованы (рис.2).

Известно, что "Башня Сююмбеки" была использо­вана и как проездная башня при въезде в государев (губернаторский) двор.

Рис.2. Арка башни Сююмбеки.

Очень возможно, что основными причина­ми наклонения "Башни Сююмбеки" могли быть, во-первых, мощные взрывы крепостных стен в 1552 году, во-вторых, — постоянное проникновение сточных вод в фундамент через эти двери, которые со временем оказались углубленными в землю в результате накоп­ления вокруг Башни строительного и другого мусора. К тому же, в свое время рядом с Башней был устроен "комму­нальный колодец" для сточных вод1 .

Можно надеяться на то, что при засыпке помеще­ния подземные каменные стены с двух сторон не были разобраны. Их легко можно обнаружить во время ар­хеологических работ путем проведения раскопок уз­кой полосой по центру арочного прохода.

Естественно, данная гипотеза в деталях, может быть, будет иметь некоторые расхождения с реальностью, но в целом она основана на проверенных фактах и обещает серьезные научные открытия. Успешные ито­ги археологических исследований, подтверждающие нашу гипотезу, могут поставить точку в затянувшихся дискуссиях о "Башне Сююмбеки".

"Башня Сююмбеки" в на­родной памяти имеет и дру­гое название — "Мечеть хана" В исторической ли­тературе о происхождении названия достаточно спорно­го материала, противоречи­вых суждений. Не вдаваясь в подробности, можно крат­ко резюмировать: одни ут­верждают, что "Башня Сю­юмбеки" построена в период Казанского ханства, другие, без убедительных аргументов, считают, что она возведена после взятия Казани. При этом остаются не выяснен­ными даже приблизительные годы ее строительства: указы­ваются 17-18 века. Извест­но, что об этой башне и в русских архивах нет никаких строительных и финансовых документов. Нет и сведений об освящении данного соору­жения. Не числится оно и в списках православных куль­товых зданий. Наоборот, в описях 17 века эта Башня от­мечается как "азийское" со­оружение. Ответственные люди 17-18 веков были хоро­шо осведомлены о таких исторических памятниках и даже в мыслях не могли допустить возведения этой Башни после взятия Казани. Несмотря на неопровержимые аргументы, некоторые авторы продолжают повторять голословные утверждения.

Необходимо учесть и то, что "Башня Сююмбеки" в 1549-1551 годах была построена ускоренно (ожидался поход Ивана Грозного). Ее непривычное (с арабским словом) название ("Хан межиде") не успело укрепиться в народных массах, не заняло должного места в доку­ментах. Страшная война 1552 года распорядилась иначе. Оставшиеся в живых и кое-что знающие об этом соору­жении только понаслышке стали называть сооружение "Башней Сююмбеки", "Мечетью хана" ("Хан мечете").

Последующие поколения переняли эти названия "баш­ни", не вдаваясь в их смысловое значение. В такой форме они дошли до нас.

Семиярусная "Башня Сююмбеки" символизирует и семь небесных сфер, и семь раев. Седьмой рай — "Дарас-Салям" — самый высший и желанный. Такого воз­несения и признания благородных деяний желают Сафа-Гирею его близкие и подданные.

"Башня Сююмбеки" построена по таким же зодчес­ким традициям, как "Башня Бабила" ("Вавилонская башня"), и является "родственницей" древних египетс­ких пирамид, и таких древнеиндийских сооружений, как в городище Тити-Кань (в Мексике). "Башня Сю­юмбеки" — это памятник тех времен, когда человек жил мечтой через свои богоугодные деяния вознестись в рай — джаннат.

"Башня Сююмбеки"— это одновременно и модель мира, и компас, и солнечные часы, и "Страна звезд", и памятник, призывающий к верности гуманистическим идеалам, и место обращения к Аллаху, и мавзолей-усыпальница великого государственного мужа. Именно такие архитектурные памятники являются символами некоторых городов и государств.

1.5. Благовещенский собор

К числу наиболее древних построек кремля принадлежит здание Благовещенского кафедрального собора, сооруженное в 1556—_ 1562 годах. Строили собор русские зодчие Постник Яковлев и Иван Ширяй1 .

В первоначальном виде собор был четырехстолпной крестовокупольной постройкой кубической формы, увенчанной пятью цилиндрическими барабанами с шлемовидными глава­ми. Сохранившиеся элементы внешнего декоративного убранства носят ярко выраженный черты, свойственные псковскому зодчеству своеобразная трактовка апсид (алтарных выступов), аркатурный поясок, каемчатые кирпичные орнаменты, оставшиеся еще на средней апсиде и центральном (в настоящее время единственном) купольном барабане.

В течение веков собор неоднократно пере­страивался, расширялся. От первоначального его вида сохранилось немногое. В XIX веке на месте бывшего ханского дворца архитектором К. А. Тоном был по­строен губернаторский дворец.

Крытой галереей здание соединено с дворцовой церковью, сооруженной в XVII ве­ке на фундаменте татарской мечети Нур-Али. Другие здания, расположенные в кремле (бывшие присутственные места — приземис­тое длинное, однообразное и монотонное в своей архитектуре сооружение, бывшее юнкер­ское училище и т. д.), строились в XIX веке и большой художественной ценности не пред­ставляют.

2. Влияние на архитектуру Казани русской и татарской культур

Архитектура Казани, крупней­шего российского города, гу­бернского центра, сложилась к середине XVIII в. на основе двух традиций: русской и та­тарской. Насколько тесно пере­плелись две эти культуры, насколько высока была степень их слияния, пока еще трудно судить, потому что временной границей нашего исследования является первая половина XVIII в., в то время как истоки культурных взаимосвязей среды неволжской и русской культур уходят в домонгольскую эпоху, активно развиваются в золотоордынское время и в период Казанского ханства1 .

K моменту присоединения Среднего Поволжья к Россия в середине XVI в. здесь уже существовала развитая архитекту­ра, базировавшаяся на богатых местных традициях, насчитыва­ющих к тому времени более чем пятисотлетнюю историю. Развиваясь на границах мусульманского мира, своеобразная булгаро-казанская архитектура представляла собой самую север­ную ветвь средневекового вос­точного зодчества. Традиции та­тарской архитектуры воздейст­вовали на сложение своеобраз­ной архитектуры Казани, проя­вившись в ряде градострои­тельных, композиционных и де­коративных особенностей ее русской части. В свою очередь, русское зодчество воздейство­вало на архитектуру феодаль­ной верхушки татарского об­щества, находившейся в тесной связи с русской администрацией. Середина XVIII в. стала пере­ломным моментом, началом ка­чественно нового этапа развития татарской архитектуры. Его характерной чертой было вступ­ление в тесный контакт с рус­ской культурой и, как следст­вие, активное восприятие эле­ментов прогрессивной западно­европейской культуры. Решаю­щую роль в формировании сти­левого и образного решения зданий стали играть русские ар­хитекторы, татарам отводилась роль заказчика, в той или иной мере диктовавшего свои условия и воздействовавшего на творческий процесс проектиро­вания.

Архитектурное окружение, национальная принадлежность за­казчика и сама земля, где воз­никали эти постройки, способст­вовали выявлению их своеобразия в контексте культуры, их породившей.

В определенной степени воз­действовали на сознание зод­чих и заказчиков также и сох­ранившиеся памятники средне­вековой архитектуры, почитав­шиеся местным населением как священные1 . В то же время экономическая и политическая зависимость татар от России, их активное участие в экономи­ческой жизни страны с неиз­бежностью разрушали межна­циональные перегородки, спо­собствовали взаимодействию на­циональных культур.

Произведением национальной архитектуры можно считать зда­ние, специально для данного наро­да предназначенное. Любое талантливое и оригиналь­ное произведение, воздвигнутое на той или иной национальной почве и социально для данного народа предназначенное, со вре­менем непременно станет частью данной национальной культуры, в каких бы взаи­моотношениях с местными тра­дициями оно ни находилось.

Архитектура татарских байских домов и мечетей обрела стилевые характеристики барок­ко и классицизма, сохранив традиционные особенности пла­нировки. В культовой архитек­туре местные традиции прояви­лись в сохранении традиционно­го типа мечети и выражения ее отдельных элементов через формы булгарского зод­чества.

В деталях декора частично применялись мотивы татарского народного искусства. Таким об­разом, присущие русской ар­хитектуре этого периода стиле­вые особенности были восприня­ты и своеобразно трансформиро­ваны архитектурой татарской од­новременно с русской, ступив­шей на путь западноевропейской ориентации. Классицизм был принят татарским обществом в той его части, которая не проти­воречила его эстетическим и ре­лигиозным чувствам, и частично отвергнут. Образцовый проект 1829 г. на татарскую мечеть оказался тупиковым путем раз­вития для монументального зод­чества, не прижились в архитектуре домов портики, колоннады, изображения людей и жи­вотных. Совокупность общих, особенных и единичных признаков содержания и формы элемен­тов городской застроили казан­ских татар второй половины XVIII - первой трети XIX в. можно квалифицировать как со­вокупность признаков своеоб­разной городской архитектуры казанских татар этого периода, своим внешним обликом и внутренней организацией отра­жавшей сильное русское влияние и обладавшей более или менее устойчивыми национальными особенностями в рамках обще­российских архитектурно-ху­дожественных направлений того времени.

Заключение

Широкой публике неизвестны ни стили­стические особенности город­ских зданий казанских татар, ни принципы сочетания нацио­нальных традиций с привнесен­ными элементами европейской культуры. Неизвестны, следова­тельно, и критерии оценки со­хранившихся архитектурных па­мятников в условиях современ­ного города, необходимые при решении, проблем сохранения ха­рактерных участков застройки и отдельных уникальных соору­жений.

В прямой зависимости от правильного решения вопроса о степени национального свое­образия памятников архитекту­ры казанских татар находится судьба многих памятников ста­рины. Решения его ждут архи­текторы и художники, от рабо­ты которых зависит облик со­временной архитектуры Татарстана.

Новые явления, привнесенные извне, со време­нем непременно становятся ча­стью данной национальной куль­туры. История зодче­ства есть также история взаимо­отношений людей — архитекто­ров, заказчиков, строителей с обществом. Эти взаимоотно­шения определяли условия ра­боты зодчего в прошлом. Социальные требования татарского заказчика с неиз­бежностью диктовали архитектурно-планировочные, образные и декоративные решения иные, чем в русской архитектуре, что было обусловлено своеобрази­ем его мировоззрения, в том числе и религиозного.

Историческая обстановка, когда в Среднем Поволжье в XV—XVVI вв. происходили бур­ные исторические катаклизмы и активные военные действия, была крайне неблагоприятной для памятников архитектуры. Период расцвета средневеково­го булгаро-татарского зодчест­ва после разгрома Казанского ханства сменился временным упадком традиций монумен­тального зодчества. Новая та­тарская архитектура формиро­валась на корнях местных тра­диций, вбирая в себя черты культур многих народов По­волжья.

Литература

1. Бобченко Т., Гарзавина А., Синицына К. Казань: Тат. Кн. Изд-во, 1970. – 207с.

2. Гафаров И. А. Перелистывая страницы истории. – Казань: Каз. пед. ун-т, 1996. – 77с.

3. Казань. Времен связующая нить / Л. И. Девятых и др. – Казань: Титул, 2000. – 279с.

4. Памятники древней истории Волго-Камья. – Казань: АН Татарстана, 1994. – 137с.

5. Халитов Н. Х. Памятники архитектуры Казани XVIII-начала XIX в. – М.: Стройиздат, 1991. – 191с.

6. Ханзафаров Н. Г. Символы Татарстана (мифы и реальность). – Казань: ФИКЕР, 2001. – 133с.

7. Ханзафаров Н. Г. Башня Сююмбеки в свете истории и мифологии // Идель. – 1990. - №9. – с. 12-16.


1 Бобченко Т., Гарзавина А., Синицына К. Казань. - Казань: Тат. Кн. Изд-во, 1970. – с.124.

1 Бобченко Т., Гарзавина А., Синицына К. Казань. - Казань: Тат. Кн. Изд-во, 1970. – с.124.

1 Бобченко Т., Гарзавина А., Синицына К. Казань. - Казань: Тат. Кн. Изд-во, 1970. – с.126.

1 Бобченко Т., Гарзавина А., Синицына К. Казань. - Казань: Тат. Кн. Изд-во, 1970. – с.128.

1 Халитов Н. Х. Памятники архитектуры Казани XVIII-начала XIX в. – М.: Стройиздат, 1991. – с.82.

1 Ханзафаров Н. Г. Символы Татарстана (мифы и реальность). – Казань: ФИКЕР, 2001. – с.32.

1 Ханзафаров Н. Г. Символы Татарстана (мифы и реальность). – Казань: ФИКЕР, 2001. – с.39.

1 Ханзафаров Н. Г. Башня Сююмбеки в свете истории и мифологии // Идель. – 1990. - №9. – с. 13

1 Ханзафаров Н. Г. Символы Татарстана (мифы и реальность). – Казань: ФИКЕР, 2001. – с.39.

1 Ханзафаров Н. Г. Башня Сююмбеки в свете истории и мифологии // Идель. – 1990. - №9. – с. 12.

1 Гафаров И. А. Перелистывая страницы истории. – Казань: Каз. пед. ун-т, 1996. – с.41.

1 Казань. Времен связующая нить / Л. И. Девятых и др. – Казань: Титул, 2000. – с.119.

1 Памятники древней истории Волго-Камья. – Казань: АН Татарстана, 1994. – с.55.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий