регистрация / вход

Мотивации до-музейного собирательства: исторический аспект, современность

Понятие коллекции и собирательства. История собирательства. Особенности до-музейного собирательства русских коллекционеров. Анализ мотиваций до-музейного собирательства. Собирательство как эстетическая потребность. Активизация собирательства.

Министерство культуры Российской Федерации

Кафедра культурологии и искусств


Допустить к защите:

Зав. кафедрой___________________

«___»_____________________2003 г.

Мотивации до-музейного собирательства:

1) исторический аспект; 2) современность

Дипломная работа студентки заочной формы обучения

______________курса____________группы

Научный руководитель:_____________________________________

_____________________________________

Консультант:_______________________________________________

Рецензент:_________________________________________________

Санкт-Петербург

2003 г.

С О Д Е Р Ж А Н И Е:

Введение.. 3

Глава 1.Основные культурно-исторические особенности до-музейного собирательства.. 6

1.1.Понятие коллекции и собирательства. 6

1.2.Собирание коллекций в древнем мире. 11

1.3.Собирательство в эпоху средневековья. 13

1.4.Собирательство в период расцвета культур – эпохи Возрождения. 19

1.5.Собирательство в эпоху Нового времени. 24

1.6.Особенности до-музейного собирательства русских коллекционеров. 27

Глава 2. Анализ мотиваций до-музейного собирательства.. 33

2.1.Понятие и сущность потребности, мотива и мотивации. 33

2.2.Мотивации до-музейного собирательства. 39

2.2.1.Сакральная мотивация. 40

2.2.2.Экономическая мотивация. 43

2.2.3.Мотивация социального престижа. 46

2.2.4.Мотивация групповой принадлежности. 48

2.2.6.Мотивация любознательности и исследования. 49

2.2.5.Собирательство как эстетическая потребность. 53

2.3. Анализ мотиваций создания современных частных коллекций. 56

2.4.Пути активизации собирательства. 62

Заключение.. 63

Библиография.. 64

Введение

Актуальность дипломного исследования. Собирание предметов известно на протяжении тысячелетий. Исследователи выявили множество побудительных мотивов собирательства, которые могут быть неизменными, могут меняться и исчезать со сменой религиозной, эстетической и интеллектуальной систем ценностей в конкретные культурно-исторические периоды.

Каталог коллекций фантастических предметов был приведен еще в одной из первых энциклопедий - «Естественной истории» Плиния Старшего. Среди перечисленных предметов был олений рог, которому приписывалась сила отпугивать змей, зуб рыбы и амулет из скелета лягушки (ценились за их лечебные свойства), а также множество камней, которым приписывались магические силы.

На протяжении многих веков, руководствуясь различными мотивами и потребностями, философы, писатели, политики, религиозные деятели, цари, императоры, деятели культуры, предприниматели занимались собирательством предметов, на их взгляд представлявших государственный, эстетический, культовый, экономический или какой-либо еще интерес. Именно до-музейное собирательство и страсть человека к коллекционированию стали фундаментом создания крупнейших музеев мира.

До-музейное собирательство как специфическое социокультурное явление, формирование которого началось уже на ранних этапах цивилизации, у большинства народов характеризуется относительно ровным поступательным движением. Это объясняется стабильной объективной потребностью человечества в сохранении и трансляции культур прошлого. История собирательства красноречиво свидетельствует об ее положительном воздействии на общество. Коллекционная деятельность способствовала развитию науки, образования, искусства, осмыслению ценности природы и исторического наследия, формированию общекультурной среды. Кроме того, являясь продуктом своего времени, коллекции отражали экономические, социальные и политические условия тех обществ, в которых они создавались. Тесная связь собирательства с разными сторонами общественного развития, а также его вклад в духовную жизнь народов ставят изучение истории до-музейного собирательства в один ряд с ключевыми проблемами историографии и культуры.

Изучение исторического развития коллекционирования особенно актуально на постсоветском пространстве в силу возрастающего интереса к истокам национальных культур, переосмысления их содержания и форм. Знание истории становления и развития музейного дела, особенностей каждого из ее этапов имеет и чисто практическое значение, так как формирование политики в сфере музейного дела, прогнозирование его дальнейшего развития возможно лишь в историческом контексте. Всякий реалистический взгляд в будущее требует исторической ретроспективы, использования положительного опыта прошлого и, наконец, осознания допущенных ошибок.

Наш интерес к мотивации до-музейного собирательства обусловлен еще и тем, что сегодня научная концепция комплектования музейных коллекций претерпевает значительные изменения. Большие сложности возникают с разработкой и формулированием основной идеи того или иного музея. Комплектование музейных коллекций порой ведется хаотично, непродуманно, стихийно. В лучшем случае, в музей располагает развернутым планом комплектования музейного собрания. Эти проблемы обсуждаются на научно-практических конференциях. В связи с этим опыт, накопленный собирателями и коллекционерами на протяжении многих веков, приобретает особое значение.

Можно констатировать, что на сегодняшний день музееведение располагает методической литературой в области комплектования, сформирован понятийный аппарат (виды, источники, формы комплектования). Но очевидна слабость теоретической базы. Не достаточно разработок, посвященных проблемам мотивации до-музейного собирательства в различные культурно-исторические эпохи, в том числе мотиваций современного собирательства. Отечественные публикации на эту тему носят не систематический, фрагментарный характер.

Цель дипломной работы - изучить мотивации до-музейного собирательства в культурно-историческом и социально-психологическом контексте.

В задачи работы входит:

1.Показать основные культурно-исторические особенности до-музейного собирательства.

2.Выявить мотивации до-музейного собирательства, показать их культурно-историческую и социально-психологическую обусловленность.

3.Определить тенденции современного собирательства и пути активизации мотивационного процесса в до-музейном собирательстве.

Теоретической и методологической основой исследования послужили труды зарубежных и отечественных философов, писателей, ученых- искусствоведов, занимавшихся исследования культурно-исторических, социальных и психологических особенностей мотивации собирательства и коллекционирования таких, как М.В.Алпатов, Л.Н.Баткин, Б.Р.Виппер, В.П.Грицкевич, А.А.Гужеловский, Е.П.Ильин, О.А.Кривцун, М.Я.Параделов, Н.Полунина, А.Фролов, Ф.И.Шмит, J. Crook, А.Wittlin и др., материалы периодических изданий: журналы «Петербургский коллекционер», «Искусствознание», «Русская галерея» и др.

Глава 1.Основные культурно-исторические особенности
до-музейного собирательства

1.1.Понятие коллекции и собирательства

Прежде всего следует определить термин коллекция. В общем виде коллекция – это комплекс материальных предметов, естественных или созданных человеком (артефактов), которые содержатся временно или постоянно за пределами хозяйственного потребления и представлены для осмотра, окружены особым надсмотром, уходом в закрытом и приспособленном для этого месте.

Коллекции появились задолго до образования музея. Коллекции разного времени несли на себе отпечаток различных культурно-исторических эпох.

Коллекционерами можно называть группы высоко мотивированных людей, испытывающих потребность в собирании материальных предметов различной эстетической, научной, образовательно-просветительной, культурно-исторической или какой-либо еще ценности.

По мнению Ю.Демиденко[1] , современных коллекционеров условно можно разделить на «профессионалов» и «любителей». Профессионалами назовем тех, кто владел значительным объемом знаний, необходимым для произведения атрибуции вещи, практикой коллекционирования. Такое знание (практическое и теоретическое), так же как и образцы коллекционерской практики, обычно передавалось в семье. Поэтому коллекционерами-профессионалами были те, кто имел семейные традиции, в том числе связанные с коллекционированием произведений искусства и антикварных вещей. С другой стороны, профессионалами могут стать те, кто имел или имеет возможность приобретать антикварные вещи, и необходимые знания, образование, - представители так называемой «творческой интеллигенции», занимавшие элитное положение или входящие в государственные элитные организации. К любителям отнесем тех, кто не имеет нужного образования, но имеет вкус к старине или вкус к роскоши.

В понимании современного человека коллекционирование предметов связано прежде всего с антиквариатом. Что мы понимаем под данным термином?

В словарях русского языка (толковых и энциклопедических) слова с корнем «антик» имеют две смысловых коннотации. Первая из них связана с античностью, древнегреческой культурой. Она относится к проблеме происхождения слова и остается за пределами нашего анализа. Вторая связана с современными значениями и поэтому более интересна: антиквариат – старые, редкие художественные произведения или ценные вещи, которые являются объектом торговли и собирательства[2] . Другой текст, кодифицирующий слово «антиквариат» – президентский указ «О реализации предметов антиквариата и создании специально уполномоченного органа государственного контроля по сохранению культурных ценностей», - трактует его следующим образом: «… Под предметами антиквариата понимаются культурные ценности, созданные более 50 лет назад».

Дефиниции антиквариата, данные экспертами: антикварными торговцами, оценщиками, коллекционерами – также могут использоваться для выработки определения. В их суждениях относительно того, что можно считать антиквариатом, встречаются следующие категории: старости – «вещи, выпущенные до революции»; редкости, (уникальности) – «до наших времен дошел один»; несерийности, связанности с исторической эпохой или с историческими событиями – «он представляет эпоху», или с историческими, известными лицами; невозможностью воспроизводства «автор умер или владелец умер, завод, фабрика закрылись или перестали выпускать такие предметы; художественной ценности – «должна быть в антикварных вещах какая-то художественная ценность»; зависимости от спроса – «мы принимаем, все, что берут» и т.п.

Все эти категории являются взаимосвязанными, пересекаются между собой. К антикварным будут относиться и просто старые вещи, производство которых сегодня невозможно, и художественные произведения, и исторические памятники (или предметы, бывшие во владении известной исторической личности), не имеющие художественной ценности. Антикварными вещи делает «историчность». Физическое время также «антикваризует» предметы: новый автомобиль как товар теряет свою ценность или цену, однако со временем автомобили 30-х годов ХХ века перешли в категорию антикварных и ценность их возрастает с каждым годом.

В определении антиквариата также необходимо учесть категории, связанные с редкостью, уникальностью, невозможностью воспроизводства. Антикварная уникальность создается временем физическим и временем историческим (благодаря историческим событиям, людям, мастерам, школам). Редкость также связана с художественной ценностью. Произведение искусства – это то, что всегда уникально и неповторимо; художественная ценность есть объективная характеристика, которая позволяет вещи «отправиться в путешествие по времени». Таким образом, под антикварными можно понимать редкие вещи, которые являются таковыми благодаря времени (физическому или историческому), прошедшему с момента их производства, или художественной ценности и которые являются объектом коллекционирования и торговли.

Выделенные «объективные» характеристики редкости, старости, художественности, товарности и коллекционности актуализируются при определенных условиях. Используя терминологию Копытова[3] , можно говорить о том, что антикварными становятся вещи, имеющие специфическую биографию. Попробуем проследить, как строится биография антикварных вещей. Первый контекст их использования может быть назван утилитарным. Все эти предметы непосредственно «вписываются» в эпоху. Они составляют «стилистическое единство» времени (как мебель, произведения искусства или бытовые предметы), говоря словами Зиммеля, «они тождественны времени»[4] . Это означает, что в утилитарном контексте вещи соответствуют эстетическим воззрениям времени, если мы имеем дело с произведениями искусства; представлениям о комфорте, если это мебель или другие бытовые предметы; являются «последним достижением техники», как радиоприемник, автомобиль или бинокль. Различные культовые предметы, как, например, иконы, используются по назначению. Если вещь антикварная благодаря «истории», то она изначально используется «историческим лицом» или представителями определенной эпохи, как, например, оружие в сражениях.

Антикваризация связана с тем, что происходит трансформация потребительной стоимости: вещи утрачивают утилитарный контекст использования. Заканчивается эпоха, появляются новые художественные течения, проходит мода на мебель или одежду, умирает их знаменитый владелец или автор, появляются новые достижения технического прогресса. Иначе говоря, нарушается стилистическое единство. Поэтому между двумя этапами может быть своего рода «провал» ценности или период девальвации, когда старые вещи превращаются в немодные, нефункциональные, некрасивые и т.п. Чтобы они вновь обрели ценность, должны появиться группы, заинтересованные в том, чтобы использовать их по-новому. В новом употреблении этих же предметов исчезает утилитарная функция (или она становится второстепенной), и на первый план выступает функция демонстрационная, символическая, функция создания истории, поддержания памяти и т.п. Эти вещи могут стать символами высокого социального положения и заимствоваться новыми элитами, использоваться для создания личной истории, новой идентичности. Они также могут превратиться в предметы коллекционирования, как старые замки или флаконы для духов. С появлением спроса вещи попадают на вторичный рынок, становятся объектом торговли. Появляются дилеры, торговцы, которые строят свой бизнес на разнице оценок, связанных с разными видениями этих вещей в разных социальных группах: в одних как «бесполезный хлам», в других как определенное символическое благо.

В нашей стране коллекционирование антикварных вещей имеет свою довольно сложную историю. Например, в советское время государство занимало отдельную позицию в ценностном определении антикварных вещей. Оно стремилось монополизировать владение произведениями искусства, в том числе антикварными вещами. Начало этой политике было положено серией декретов, вышедших в 1918 г. В результате имущество, принадлежавшее бывшим «эксплуататорским классам», перемещается во владение государства, старые символы высокого социального положения переходят к новым владельцам, перенявшим господствующие позиции. В руках государства эти вещи символизируют водворение нового строя, который сделал общенародным достоянием то, что раньше принадлежало избранным. Поэтому концентрация в частных руках старых ценных вещей, равно как и торговля ими, не приветствовались. Частная антикварная торговля рассматривалась как спекуляция. Государство стремилось прекратить ее с помощью репрессивных мер: изъятий частных коллекций, облав на антикварных дельцов, скупки антикварных вещей у населения. Осуществляя торговлю антикварными вещами «за рубеж», государство также стремилось монополизировать частную антикварную торговлю внутри страны. В период с конца 50-х до середины 60-х годов ХХ в. в Ленинграде существовало три государственных антикварных комиссионных магазина, принимавших вещи у частных лиц. Наиболее «интересные» и ценные из них стремились приобрести музеи. Цены в государственных магазинах обычно устанавливались ниже тех, которые были на черном антикварном рынке.

С попаданием антикварных вещей во владение государства некоторые из них (в тех случаях, когда мы говорим о государственных коллекциях) изымались из товарной сферы. Существовал (и существует до сих пор) запрет на любую продажу музейного имущества или каких либо других видов национального достояния. Этот запрет имел вид не только законодательных установок, но и морального осуждения. Это означало, что старые вещи, перестав быть товаром, хотя и имели символическую и демонстрационную функции, тем не менее, переставали быть антикварными.

Такое отношение к коллекционерам и коллекционированию существовало не всегда. Проанализируем культурные особенности собирательства как вида социальной деятельности в различные исторические эпохи.

1.2.Собирание коллекций в древнем мире

Собирательство и хранение материальных объектов уходит своими корнями в раннюю историю человечества. Еще в первобытном обществе люди начали создавать собрания предметов, отличающиеся своей редкостью или необычностью, которые были связаны с местами отправления религиозного культа. Они принадлежали группам людей, имевших общие интересы, но чаще всего отдельным людям. В глубокой древности человек и не думал отделять себя от природы, но это не значит, что он не стремился понять, объяснить мир, в котором жил. Видимо, одним из первых способов подобного объяснения стало перенесение человеком своих собственных свойств и ощущений на весь окружающий мир. Так родилась вера в то, что природа - живая. Камни, деревья, реки, облака - всё это живые существа, только непохожие на человека, как непохожи на него тигр, слон, медведь. И те, которые отличаются от человека слишком сильно, могут обладать и совершенно особыми, непонятными и недоступными людям свойствами. Огонь обжигает, молния убивает, гром гремит так, как не под силу крикнуть ни одному человеку.

Люди наблюдали, как из земли появлялись ростки, крепли, становились деревьями, - значит, кто-то заботился о том, чтобы вырастить для них съедобные плоды, кто-то населил земли, воды и небеса животными, рыбами, птица ми. Кто-то, наконец, произвёл на свет и самого человека. Чуткий, настороженный, внимательный, человек древнейших времён просто не мог не ощутить незримо присутствующую в мире силу, от которой зависели и жизнь и смерть.

В те времена огромную роль в жизни людей играли различные фетиши. Фетишем мог стать любой предмет, почему-либо поразивший воображение человека: камень необычной формы, кусок дерева, части тела животного (зубы, клыки, кусочки шкуры, высушенные лапки, кости и т. д.). Позднее появились изготовленные из камня, кости, дерева, металла фигурки. Нередко фетишем оказывался случайно выбранный предмет, И если его владельцу сопутствовала удача, значит, фетиш обладает магической силой. В противном случае его заменяли другим. У некоторых народов существовал обычай благодарить, а иногда и наказывать фетиши.

До наших дней дошло множество фетишей в форме амулетов-оберегов. Амулетом служит предмет, которому приписываются магические свойства отвращать от человека несчастья и приносить удачу. Амулет-оберег должен был оберегать своего владельца.

Фетишем иногда становилась часть чего-то большого: например, камень с почитаемой горы, кусочек священного дерева или изображение почитаемого животного (фигурка кита, тигра, медведя, птицы, змеи и т. д.). Фетиш мог быть просто рисунком и даже татуировкой на теле.

Особая группа фетишей связана с распространённым у многих народов мира культом предков. Их изображения становятся фетишами, которым поклоняются. Иногда это идолы - человекоподобные фигурки из дерева, камня, глины, а иногда предка изображает специальный знак, как это было принято, например, в Китае.

Ярким примером фетиша, связанного с культом предков, являются алэлы енисейских кетов. Алэл - деревянная кукла с большой головой, с руками, ногами, глазами из бусин или пуговиц, одетая в традиционную кетскую одежду из сукна и оленьих шкур. Обычно куклы изображают старух, которые призваны помогать семье во всех её делах. Они охраняют дом, следят за детьми и скотиной - оленями, собаками. Алэлы переходят от родителей к детям. При перекочёвках их возят в специальном берестяном туеске. По представлениям кетов, человек должен о них заботиться, кормить, одевать, почтительно с ними обращаться. В противном случае членам семьи грозит гибель.

Фетишизм тесно переплетается с другими формами верований, в первую очередь с тотемизмом[5] .

Предметы жертвоприношения, выполненные из дорогого или недорогого материала и имевшие меньшую или большую степень художественной ценности, часто являлись фундаментом собирательства.

Собрания древних людей были, по сути, прототипами музея как социального института. В них стали прослеживаться свойственные музею две основные социальные функции - документирования действительности (она составляла основу коллекционирования) и образовательно-просветительная (получившая развитие значительно позже).

1.3.Собирательство в эпоху средневековья

Средние века - это эпоха, охватывающая примерно тысячелетний период (V- XV вв.), когда в мире господствовал феодальный строй. Уже не рабовладелец и раб, а феодал и крепостной крестьянин представляли основные классы феодальной эпохи. И переход к феодализму, и его развитие, и угасание совершались у разных народов по-разному, неравномерно и сложно. Это разнообразие отразилось на развитии культуры средних веков вообще и истории музейного дела в частности.

В этот период огромную роль в борьбе за власть сыграли собрания экономического характера.

С течением времени экономическая функция, которую выполняли сокровищницы, дополнилась функцией социального престижа, а хранимые предметы стали отождествляться с общенациональными событиями и выдающимися деятелями. Например, предметы императорской сокровищницы династии Габсбургов, находившейся в Венском замке, демонстрировались гостям. Не менее ценными сокровищницами владели саксонские монархи в Дрездене, а также герцоги Бургундские.

Истоки искусства народов Восточной Европы теряются в истории восточного славянского народа «антов», который еще в VI в. образовывал первые большие союзы в Поднепровье и совершал набеги на Византию. Со второй половине XI в. Восточная Европа вступает в период феодальной раздробленности. И так же, как и на Западе, средневековое славянское искусство обрело свое самостоятельное неповторимое лицо уже тогда, когда была нарушена неустойчивая централизация государственной власти. До этого культура Восточной Европы была высокой, но еще не вполне самобытной. Приняв в конце Х в. христианство, киевский князь Владимир принял и византийскую культуру, которая скрестилась с языческими обычаями и художественными традициями славян. Славяне знали литье и чеканку, керамику и вышивку, владели тонким мастерством эмалей. Они производили искусные ювелирные изделия – бронзовые амулеты и украшения: звездчатые подвески, пряжки, колты и гривны (древние серьги и ожерелья), усыпанные «зернью», увитые сканью[6] .

Киевское, Полоцкое, Новгородское княжества быстро выдвинулись в ряд передовых стран средневекового мира. Время княжения Владимира Красное Солнышко, Ярослава Мудрого, Всеслава Брячиславовича осталось как время процветания и славы этих земель. Князь Ярослав был выдающимся государственным деятелем, который «книгам прилепса… и собра писце многы и перекладаше от грек на словеньское письмо, и списана книг многы…». Киев, Полоцк и Новгород, помимо Византии и Скандинавии, сообщались со славянскими странами, с Францией, Германией, Англией, что оказывало влияние на торговые отношения и развитие их культур. В XI в. широко и богато обустраивались города, были заложены храмы Софии, начали составляться летописные своды[7] .

Как на Западе, так и на Востоке церкви богато украшались, были своего рода культурными центрами. Софии Киевская, Полоцкая и Новгородская были украшены мозаиками и фресками работы выдающихся мастеров. Эти мозаики достойны стоять в ряду лучших творений византийского искусства, но в них есть и нечто новое: печать характера молодых мужественных народов, для которых культура Византии была отправной точкой, а не предметом слепого подражания.

Древнее восточнославянское искусство развивалось в общем русле средневековой культуры. Оно, так же, как и современное ему искусство Западной Европы, оставалось преимущественно церковным, преломляло впечатления жизни через призму христианской мифологии и соблюдало установленную иконографию. Оно также было и делом рук ремесленников, делом коллективным, артельным, его художественные принципы складывались как приемы искусного, «хитрого» ремесла, поэтому оно естественно входило в окружение и быт человека и составляло основу будущих собраний восточнославянских князей и царских династий.

Коллекции церквей имели как экономический, так и идеологический характер. В их составе были многие реликвии, которые пользовались уважением верующих и связывались с именами Христа, Матери Божьей, апостолов, святых и мучеников. Большинство реликвий были украшены золотом, серебром и драгоценными камнями. В храмах хранились также рукописи в роскошных обложках, дорогие восточные ткани.

В эпоху Средневековья возможности составления крупных собраний музейного характера даже для богатых людей были ограничены. Кочевой стиль жизни препятствовал накоплению предметов роскоши. Поэтому наиболее удобной вещью для знатных «путешественников» был реликварий – переносной ковчег для реликвий, который рассматривался как наиболее ценное украшение комнат, доспехов рыцаря, парадного зала короля. Реликварий можно было увидеть на крепостном валу во время осады крепости, путешественник держал его над собой во время грозы.

Многие реликвии дублировались в разных церквях Европы. Реликвиям приписывались лечебные свойства, они становились целью паломничества, им приносились жертвы. С обретением церковью экономической мощи сюда нередко стали попадать предметы собраний правящих династий. Основные художественные богатства во времена Карла Великого концентрировались в монастырях и при дворе короля. Главным образом это были иллюстрированные рукописи. Монументальной скульптуры и монументальной живописи, в сущности, почти еще не было. При дворе Карл Великий устроил школу, именуемую «Академией», он поощрял художников, желая восстановить связи с эллинистической культурой. После смерти большинство сокровищ, которые хранились в столице его империи – немецком городе Аахене, он разделил между 24 церквями и монастырями.

Следует отметить, что, являясь формой накопления материальных ценностей и средством идеологического воздействия, светские и церковные средневековые собрания не воспринимались современниками как объект эстетического наслаждения. Стремление к красоте ограничивалось идеологией, которая господствовала в средневековой Европе. Ее основные постулаты формировались богословами.

В феодальную эпоху трудно было провести четкую грань между родовыми и национальными коллекциями. Например, серии изображений монархов уже несли в себе мощную национальную идею. Древние строения свидетельствовали о прошлой славе, вызывавшей чувство гордости у многих поколений итальянцев, которые стремились к национальному единству. Слава Древнего Рима была идеологическим фундаментом, на котором создавались новые патриотические коллекции.

В создании средневековой культуры важная роль принадлежала народам Ближнего и Среднего Востока. Наряду с Византией арабские страны, Иран и Средняя Азия – очаги древних культур, были непосредственными преемниками и хранителями достижений античной культуры. Это определяло и формировало собрания в данных регионах.

В Северной и Центральной Аравии основную массу населения составляли кочевники-скотоводы, стремившиеся к захвату новых земель и торговых путей. Возникновение новых общественных отношений вызвало к жизни новую религию – ислам, провозгласившую культ бога Аллаха. Основателем ее был пророк Мухаммед. Первоначальное место пребывания Мухаммеда и его преемников - халифов (отсюда название государства - Халифат) были аравийские города Медина и Мекка, где в древнем мекканском храме Кааба хранился Черный камень – мусульманская святыня. В VII в. арабы завоевали Палестину, Сирию, Месопотамию, Египет и Иран, присоединив в VIII в. гигантскую территорию, включавшую на западе Пиренейский полуостровов и всю Северную Африку, а на востоке – Закавказье и Среднюю Азию до границ Индии. В руках халифов оказались огромные земли и богатства[8] .

Следует отметить, что собирательство в этих государствах носило почти исключительно религиозный характер. Появляются богатейшие гробницы мусульманских святых и мучеников. Наиболее известна усыпальница Имама Резы (VII в.) в Мешхеде в провинции Хорасан на северо-востоке Ирана, в которой обнаружены многочисленные ценные и высокохудожественные произведения искусства, почитаемые как священные реликвии (сейчас они хранятся в музее, который находится недалеко от усыпальницы).

В то время собирательство составляло экономическую основу влияния мусульманского духовенства на население Востока и благодаря ему в ряде центров мусульманской культуры возникли ценнейшие собрания художественных предметов (многие из них вошли в состав современных музейных коллекций).

Многие собрания складывались преимущественно из захваченных военных трофеев. После свержения династии Омейядов в XIII в. халифы и правящая знать, пришедшая вместе с династией Аббасидов, собирали дорогие ткани, оружие и изделия из стекла как символы своих побед. Художественные предметы демонстрировались вельможами в своих дворцах.

Правители Китая также собирали произведения искусства с целью их демонстрации. При императоре Чен-цзы во дворце под выставку портретов его министров была выделена комната, а император Ву заказывал картины и каллиграфические надписи в императорской академии. Эта традиция поддерживалась в Китае довольно долго.

Для истории культуры средневековой Японии также характерно возникновение собирательства. Его следует искать как в церковных общинах, которые основывались на принципе «служения вере», так и у частных лиц. Возраставшее богатство и влияние монастырей сопровождалось развитием искусств.

Таким образом, анализ исторических фактов свидетельствует о том, что основы музейной деятельности начали формироваться уже в Древнем мире, а корни ее уходят в палеолит. Происходило собирание, хранение и демонстрация публике музейных предметов, в которых наряду с экономическими и эстетическими аспектами видели объекты изучения.

С падением Римской империи цивилизация в Европе утеряла многие античные традиции, в том числе и традиции демонстрации произведений искусства и их осмотра. Идея музея едва поддерживалась в обществе, разделенном на отдельные общины, которые были заняты прежде всего экономическими и социальными проблемами. Члены правящих династий собирали изделия из благородных металлов и драгоценных камней, руководствуясь преимущественно тем, что при необходимости их легко можно было сделать средством платежа. Наиболее ценные изделия концентрировались в первую очередь в сокровищницах и культовых учреждениях.

Анализ литературы показывает, что первые домузейные собрания несли на себе отпечаток общественных отношений, отражали духовные, культурные и идеологические интересы правящей верхушки и нередко служили средством укрепления ее власти.

1.4.Собирательство в период расцвета культур – эпохи Возрождения

Возрождение, или Ренессанс, - период расцвета культур Западной и Центральной Европы в XIV-XVI вв. Это было время больших перемен в экономике, политике, культурной жизни европейских стран. Эти перемены сопровождались обновлением культуры – расцветом точных и естественных наук, литературы на национальных языках и особенно изобразительного искусства. Зародившись в городах Италии – Флоренции, Милане, Венеции (XIV в.), это обновление охватило затем и другие европейские страны (конец XV-XVI вв.).

Культура Возрождения носила светский, антиклерикальный характер. Ей были присущи такие черты, как гуманистическое мировоззрение, обращение к культурному наследию античности, его «возрождению». Творчество деятелей Возрождения было проникнуто верой в безграничные возможности человека, его волю и разум, отрицанием католической схоластики и аскетизма. Гуманистические тенденции определяли направление развития искусства. Ему был присущ пафос утверждения идеала гармонической, раскрепощенной личности, красоты и гармонии действительности, обращение к человеку как к высшему началу бытия и др.

Духовные искания присущие эпохе Возрождения широко освещены в работах таких авторов, как М.В.Алпатов, Б.Р.Виппер, И.Е.Данилова, М.Т.Петров, В.И.Рутенбург[9] и др. Они подчеркивают тот факт, что в период Возрождения изменяется и отношение к искусству. Находившееся ранее на положении ремесла, оно теперь приравнивается к наукам, а произведения рассматриваются как результат духовной творческой деятельности.

В отличие от Средневековья, когда главными заказчиками произведений искусства были церковь и крупные феодалы, теперь их круг расширяется и изменяется социальный состав. Это и цеховые объединения ремесленников, и купеческие гильдии, и городские власти, и частные лица – как знать, так и бюргеры.

Эпоха Возрождения сыграла важнейшую роль и в становлении музея как социального института.

По мнению английского музеолога Дж. Крука[10] , современный музей является производным трех феноменов человеческой цивилизации – гуманизма эпохи Возрождения, просветительства эпохи Просвещения и демократизации общества в XIX в. Музей, близкий к современному пониманию этого слова, возник именно в эпоху Возрождения в Северной и Средней Италии. В эпоху Возрождения наряду с термином «музей» были широко распространены такие понятия, как галерея, кабинет и пинакотека. Если в Древней Греции (Афины) пинакотека обозначала хранилище картин на досках, то в эпоху Ренессанса – собрание живописи в целом. В Мюнхене такое название по сей день носят две известные картинные галереи – Старая и Новая пинакотеки.

Галереей называли длинное высокое помещение, которое служило для расположения картин и скульптур. Например, часть дворца Медичи во Флоренции в XVI в., построенного для Козимо Старшего Медичи и известного как «галерея статуй», представляла собой узкий коридор с большими окнами.

Кабинетами обычно называли прямоугольные помещения, заполненные чучелами зверей, ботаническими коллекциями, предметами декоративно-прикладного искусства, антикварными вещами. Например, при проектировании в Лондоне дворца Уайтхолл (1611) для принца Уэльского Генриха архитектор Иниго Джонс предусмотрел помещение - «кабинет» для хранения коллекций.

В зарубежных источниках и исследованиях встречаются и другие названия коллекций предметов и мест их хранения. Король арагонский Алонсо, правивший в Неаполе, хранил картины фламандских мастеров в отдельной обособленной комнате дворца под названием «пенетралии» (от лат. Пенетрицио – проникновение).

Термин «музей» стал применяться не только к частным коллекциям, но и к книгам, которые содержали полную информацию в области тех или иных научных знаний. Так, в книге «Музей металлов», опубликованной в 1600 г., исследователь природы и коллекционер Улиссе Альдрованди из Болоньи собрал сведения о металлах, а немецкий доктор М.Б. Валентини в книге «Музей музеев» (1704) сделал обзор химических материалов.

Испанский термин «гвадоропа» и итальянский «гардароба» также обозначали хранилище предметов.

Собрания предметов получали и иные названия. Например, рабочий кабинет и помещение для открытого хранения назывались «скритойа». В описи имущества дворца Медичи во Флоренции упоминалась скритойа, находившаяся вблизи Большого зала, в котором хранилась посуда из редких пород камня, рог единорога и другие ценные предметы[11] .

Понятие «роратека» происходило от латинского «рорус» - редкий.

Вполне естественно, что ранним музейным собраниям давались разные названия, поскольку они возникали в разных странах, при разных обстоятельствах и выполняли разные функции. Общее название для них сформировалось значительно позже.

Пробуждение интереса к классическим древностям сочеталось с возникновением нового типа собирательства. Источники рассказывают о богатом жителе города Тревизо (Венецианская республика) Оливьеро Форце, который собирал древние медали, монеты, рукописи и мраморные изделия. Сохранился список предметов, которые коллекционер хотел приобрести в 1335 г., и где он упоминает коллекции, существовавшие в то время в Венеции[12] .

В XV в. коллекции произведений искусства создаются в среде крупных буржуазных семей во Флоренции. Ведущее место среди них занимала коллекция семьи Медичи – известных меценатов, способствовавших развитию культуры Возрождения.

В эпоху Возрождения частные коллекции составлялись светскими и духовными правителями, учеными и др. Дворяне, духовные лица высокого сана, богатые банкиры, купцы приобретали и заказывали картины, скульптуры, чучела редких животных. Врачи (провизоры), специалисты горного дела собирали предметы минерального, растительного и животного мира, которые были необходимы для их практики. Представители средней и мелкой буржуазии, ограниченные в средствах, формировали коллекции раковин, монет, медалей, натуральных и этнографических материалов из экзотических стран. На смену гордому собирателю-аристократу приходил завзятый коллекционер-буржуа.

Коллекции того времени в большинстве своем состояли из разнородных предметов произведений искусства, объектов природы, научных инструментов, рукописей и др. Вместе с тем в ряде случаев наблюдалась их направленность, т. е. Профилизация.

Социальные цели ученых-коллекционеров и собирателей-аристократов различались. Первые создавали овеществленные классификационные схемы и располагали предметы своих собраний в последовательности: человек – животное – растение. Все они использовали предметы своих коллекций в научных и образовательных целях.

Коллекционеров, живших на рубеже Средневековья и Возрождения интересовали магические камни, которые якобы обладали волшебной силой, в том числе силой избавления от болезней. Так, в коллекции Жана Беррийского наряду с предметами, которые наделялись магической силой, хранились научные препараты. Механические инструменты свидетельствовали о рациональности мышления, желании продвинуть вперед человеческие знания, а челюсть змеи или проповедь святого Иоанна, записанная мелкими буквами на клочке пергамента, использовались как заклинание против злых сил.

Описи коллекций XV-XVI вв. являли собой вариант книги римского ученого писателя Плиния Старшего «Естественная история» - своеобразной энциклопедии естественнонаучных знаний античности, содержащей также сведения по истории искусства, истории и быту Рима.

Знатные собиратели XVI в. создавали из своих коллекций так называемое «студиоло» - модель микрокосма, в котором отражались все части большого мира. Целью аристократических коллекций было воссоздать реальный мир в миниатюре, создать то место, где бы монарх либо высокопоставленный аристократ мог символически объявить господство над всей природой и обществом. Наиболее ярко эта идея проявилась в «студиоло» Франческо Медичи.

Таким образом, со всей определенностью можно констатировать, что музей как социальный институт сформировался в XV-XVI вв. в Италии. Этому содействовал духовный переворот, известный под названием Возрождение. Он начался в ходе социально-экономических перемен в Италии и был связан с техническим прогрессом, развитием самостоятельности городов, республиканским строем правления, независимостью сословия предпринимателей от феодалов, повышением интереса к роли личности в традиционных общественных структурах. Освобожденные от жестоких монархических отношений люди эпохи Возрождения проявили широкий интерес к самопознанию, к прошлому и природному миру.

Важная черта нового европейского мышления, проявившаяся в коллекциях XVI в., заключалась в новом осмыслении сущности свободного времени. Итальянский ученый и архитектор раннего Возрождения Леон Баттиста Альберти в своем произведении «Перспективы» писал о свободном времени как о средстве обогащения жизни наукой и искусством. Коллекция предлагала идеальную возможность проведения свободного времени в изучении многих курьезных вещей.

Расцвет изобразительного и прикладного искусства первоначально в Италии, а потом и на севере от Альп, выявление в ходе раскопок произведений античной культуры, находки в монастырских библиотеках произведений древних авторов, малопонятные вещи, привезенные с других континентов, - все это приводило к накоплению предметов музейного значения, и в результате к созданию на их основе первых музейных собраний. Предметы этих собраний систематизировались, описывались и выставлялись для показа отдельным любителям и знатокам искусства, древности, мира природы, что свидетельствовало о преобразовании до-музейных собраний в ранние музеи.

Коллекционеры продумывали классификацию и расположение предметов в экспозициях. В 1565 г. Самуэль фон Кихеберг предложил свой вариант группировки коллекционных предметов, который, безусловно, повлиял на дальнейшие классификационные схемы собраний. Он разделял материалы музеев на исторические, художественные, естественнонаучные и технические.

В собрании императора Рудольфа II в замке Градчаны (Прага) четко выделялись три раздела – природа, искусство и знания[13] .

Все ранние попытки классификации музейных предметов не были лишены своеобразной логики. На их основе разработаны современные системы классификации музейных фондов.

1.5.Собирательство в эпоху Нового времени

В XYII столетии Европа вступает в эпоху Нового времени. Эта стадия культуры ознаменовалась, прежде всего, возникновением общества принципиально нового типа, не скованного жестко традицией и каноном. Художественное сознание послевозрожденческих эпох формирует уже гораздо большее число факторов, чем это было в предыдущие столетия. Интенсивно развивается как само художественное творчество, по-прежнему оказывающее существенное влияние на художественные установки современников, так и публичное обсуждение проблем искусства. Вопросы предназначения искусства, эволюции художественного вкуса, иерархии искусств становятся достоянием художественной критики, разрабатываются и самими мастерами искусства. Постепенно, но неуклонно искусство конституирует себя как самобытная и вполне самостоятельная сфера духовного созидания[14] .

Теперь, чтобы идентифицировать себя с определенными культурными и социальными группами, требуется сделать выбор, т.е. самому избрать круг ценностей, наиболее созвучный собственной индивидуальности.

Новые культурные условия расширяли и возможности индивидуального начала в художественном творчестве, возможности формирования авторских стилей, утверждение собственного художественного видения.

Искусство Нового времени отличается богатством художественных накоплений, традиций; оно настолько утвердилось как достаточно самостоятельная сфера деятельности, что уже впрямую не связано ни с культовыми целями, ни с этическими, ни с политическими.

Движение в природе, открытое наукой XYII века и разрушившее иллюзорно-стройную возрожденческую систему мироздания воцаряется во всех видах искусств.

Например, во Франции первой половины XVIII в. на формирование коллекционерских вкусов большое влияние оказала образованная буржуазия. Тут складывались два направления в собирательстве. Одно из них продолжило традиции формирования комплексных коллекций, другое, поддерживаемое учеными и эрудитами, содействовало формированию специализированных коллекций[15] .

В XVIII в. период политической консолидации и экономического подъема переживала Великобритания. Увлечение собирательством охватило имущие слои этой страны. Ее тогдашние владения приносили немалые прибыли и давали возможность дворянству и разбогатевшей буржуазии строить большие загородные дома, а молодым дворянам чаще, чем раньше, совершать поездки на континент с обязательным включением в их программу посещение Италии.

В сознании британца знание древней средиземноморской культуры ассоциировалось с принадлежностью к высшим слоям общества. Многие загородные особняки в стране строились в стиле известного архитектора эпохи Возрождения А. Палладия. Их владельцы коллекционировали картины, скульптуры, гравюры с целью украшения своего жилья. Величественные загородные резиденции Великобритании того времени сочетали в себе все лучшее из архитектурных и художественных стилей прошлого. В отдельных домах устанавливались древние мраморные статуи.

В 1732 г. в Лондоне было создано «общество дилетантов» (любителей), в которое вступали богатые люди, побывавшие в Италии и рассматривавшие классическую античную культуру как предпосылку их благополучия. Общество сыграло, безусловно, большую роль в исследовании античных памятников Греции и Леванта, которые находились под османской властью и были закрыты для большинства европейских антикваров. Лондон стал центром торговли произведениями искусства, подобно Парижу и Амстердаму. В городе часто устраивались аукционы, публиковались их каталоги, существовало немало антикварных магазинов.

Немецкий искусствовед Иоганн Винкельман утверждал, что «единственный путь для нас стать великими, если это вообще возможно, - усваивать античность». Он изучал античную коллекцию кардинала А. Альбани на вилле Альбани, где в специально построенном для собрания древностей помещении собирались любители искусства[16] .

Перемены, произошедшие в собирательстве и музейном деле Западной Европы, нашли свой отзвук на восточной части континента. В последние десятилетия царствования Петра I Россия выходит на европейскую арену как держава, поддерживающая не только прочные торговые, дипломатические, экономические, но и культурные связи с ведущими странами Европы. Во второй половине XVIII в. с утверждением в стране политики просвещенного абсолютизма эти связи получили дальнейшее развитие.

1.6.Особенности до-музейного собирательства русских коллекционеров

Сведения о до-музейном собирательстве в России мы обнаруживаем в работах А.И.Фролова, Л.В.Чижовой, Е.А.Шиманского и др.[17]

Одним из ярких свидетельств до-музейного собирательства на Руси является Оружейная палата. Во времена Ивана III, когда Кремль был заново построен, на Соборной площади появился Казенный дом, каменное здание, куда поступали самые ценные изделия и драгоценности. Были среди них вещи заморские, привезенные из далеких стран, были и сделанные в Москве, в мастерских, располагавшихся в каменных палатах Кремля. Одна называлась Золотой, другая - Серебряной, самая большая мастерская называлась Оружейной. Оружейники делали сабли, ножи, пики, кольчуги, пистолеты, шлемы, одним словом, оружие и доспехи для царя и его приближенных.

В Золотой и Серебряной палатах делались царские венцы, кольца, серьги и другие украшения, драгоценная посуда.

Оружейная палата, объединенная с другими палатами и Конюшенным приказом, стала хранилищем старого оружия, одежд, посольских даров, конского убранства.

Теперь в ней выставлены те реликвии, которые некогда хранились в палате Ивана Калиты, в сокровищнице Ивана Грозного, Алексея Михайловича. Если богатства Ивана Калиты умещались в сумке, то Ивану Грозному понадобилось 450 саней, чтобы перевезти казну в Новгород.

Здесь собрано оружие, которое бывало в бою, и оружие, служившее парадным украшением князей и царей начиная с XII в. Среди них шлем князя Ярослава, отца Александра Невского, кольчуга Ермака, дарованная ему за покорение Сибири воеводой Петром Ивановичем Шуйским, чаша Юрия Долгорукого, основателя Москвы, выкованная из серебра. Здесь же хранятся рыцарские доспехи, изделия византийских мастеров. Есть здесь и такие образцы оружия, которым более полуторы тысячи лет.

До-музейное собирательство в России во многом связано с таким социальным явлением как меценатство. История меценатства в России имеет давнюю традицию, уходящую в глубь веков. Русские цари, родовитые князья и вельможи покровительствовали строителям храмов и дворцов, иконописцам и составителям летописей и хроник, книгопечатникам, ученым, поэтам. Большой стимул к меценатской деятельности появился у знати после преобразований Петра I, привнесших в страну дух европейского Просвещения.

С середины XVIII в. Санкт-Петербург и его пригороды входят в число ведущих музейных центров Европы. Большую часть художественных коллекций Петр I разместил во дворце Монплезир в Петергофе и в Летнем дворце в Санкт-Петербурге.

По примеру императора его вельможи украшали свои дворцы произведениями искусства. Однако коллекции произведений искусства в России того времени воспринимались как часть украшений дворцов либо «курьезы», поэтому о самостоятельной российской художественно-музейной практике до середины XVIII в. говорить еще рано.

В середине XVIII в. по заказу Елизаветы Петровны дворцовое ведомство заказывает и приобретает произведения искусства, которые все еще носили характер дворцового интерьера, играли орнаментальную роль. Художник Г.Х. Грот приобрел для Екатерининского дворца в Царском Селе 115 картин за границей.

В 40-60-е гг. XVIII в. формируются богатые коллекции фарфора из Китая и Японии в «китайском зале» Царскосельского дворца. А в Ораниенбауме был построен специальный Китайский дворец (архитектор А. Риннальди), украшенный в китайском стиле.

При Екатерине II дворцы продолжают пополняться художественными ценностями, приобретенными за границей, но им придается уже новый смысл. Именно в это время в России наступает период расцвета коллекционирования и собирательства.

Иметь богатейшее в Европе собрание произведений искусства стало целью императрицы. Большую часть собрания Екатерина II разместила в своей основной резиденции – Зимнем дворце. Дворец, построенный в 1754-1762 гг. по проекту Франческо Барталомео Растрелли как императорская парадная резиденция, определил неповторимый архитектурный облик ансамбля на берегу Невы и его ведущее место в панораме города.

В 1785 г. в Эрмитаже уже было 2 658 картин. Кроме того, собрание Екатерины II пополнялось произведениями современных ей художников, выполненными по ее заказам.

Собрание пополнялось также за счет гравюр, медалей и монет. Предметом восхищения придворных являлись резные камни (геммы), особенно античные камеи. В Эрмитаж поступали художественные изделия из драгоценных металлов, фарфора, хрусталя, жемчуга. В «естественнонаучном кабинете» были расположены коллекции минералов, собранных в России П. Палласом, а также редкие рукописи и книги.

Век Екатерины выдвинул одного из известнейших деятелей Российского государства графа, а затем князя Александра Александровича Безбородко статс-секретаря Екатерины, а впоследствии канцлера Российской империи. Он был известен как крупный коллекционер и меценат. Ему принадлежала картинная галерея исключительной ценности, которую, по словам многих, едва ли удавалось собрать частным лицам. Коллекция картин князя послужила впоследствии основой знаменитой Кушелевской галереи Академии художеств. Внук князя, граф Николай Александрович Кушелев-Безбородко (1834-1862) завещал это собрание Академии художеств с условием, чтобы галерея была постоянно открыта для художников.

Известна была своим широким меценатством и благотворительностью фамилия Демидовых. Так, Прокопий Акинфиевич Демидов (1710-1788) жертвовал значительные суммы на строительство коммерческих и народных училищ.

Еще более известными по своему происхождению и по размеру состояния были Строгановы. Граф Александр Сергеевич Строганов (1734-1801) составил галерею картин, написанных известными художниками, собрал дорогие коллекции эстампов и медалей. Особое внимание он обращал на устройство библиотеки, которую по числу в ней редких изданий можно было считать одной из первых в Европе.

Блестящую память о себе оставили графы Румянцевы. Николай Петрович Румянцев (1754-1826) собирал древние отечественные рукописи и издавал их. Но особую известность приобрел устройством огромной библиотеки, которая была доступна для всех. По завещанию он передал ее, а также множество коллекций и разных редкостей, для учреждения музея, оцененного вместе со зданием в миллион рублей, который носит его имя. Позднее музей был переведен из Петербурга в Москву. Фонды Румянцевского музея послужили основой Российской государственной библиотеки.

Одним из богатейших вельмож екатерининского и александровского времени известным своим меценатством был Николай Борисович Юсупов (1751-1831). Он собрал у себя в имении Архангельское галерею древних мраморных статуй, картин, большую библиотеку, которые были одними из лучших в России.

В царствование Николая I все чаще встречаются видные коллекционеры и меценаты из числа крупного чиновничества. Один из них Федор Иванович Прянишников (1793-1867) «министр почт», как его называли современники. Он был одним из первых собирателей русской живописи, его собрание находится сейчас в Третьяковской галерее. Прянишников поддерживал молодых художников и помог юному Репину, внеся по его просьбе плату за поступление в Академию художеств.

В это же время в частной практике собирательства активизировалась деятельность по выявлению книг из общего издательского потока с целью обеспечения особых условий их хранения и использования.

Много и справедливо написано о меценатстве российских купцов, субсидировании ими художественных начинаний, собирании коллекций. Однако переход меценатства от известных дворянских фамилий (Шереметевых, Юсуповых, Мещериных, Белосельских-Белозерских, Тенишевых) к купечеству не был безболезненным. Поначалу сам факт собирательства и вложения денег не на привычные благотворительные цели, - строительство церквей и больниц, - а в «какие-то картинки» вызывал резкое осуждение в самой купеческой среде.

Заметный след в истории русского до-музейного собирательства оставлен Павлом Третьяковым. Современников восхищали его природный ум и требовательный вкус. Он покупал картины нередко вопреки мнению критики, запрету цензуры, давлению признанных авторитетов. Если работа оказывалась у Третьякова, то для художников это было равнозначно общественному признанию. Он пользовался особым доверием живописцев, ему первому они показывали свои новые произведения в мастерских или на выставках, часто накануне вернисажа.

История Третьяковской галереи неразрывно связана Товариществом передвижных художественных выставок, и именно передвижники представлены здесь наиболее полно. Созданное в 1870 году Товарищество объединило художников, тяготевших к реалистическому изображению событий, образов и характеров российской жизни и ее прошлого. Они были убеждены в том, что задачей искусства является служение «серьезным интересам народа», и задумали знакомить со своим творчеством русскую провинцию. Третьяков разделял их убеждения, и в то же время морально и материально поддерживал художников. Во многом благодаря Третьякову передвижники смогли сохранить идейную и творческую самостоятельность. Купец первой гильдии, имеющий льнопрядильную фабрику в Костроме и магазин на Ильинке в Москве, Третьяков самым усердным образом занимался собирательством, отдавая этому занятию много времени и сил.

На I-й выставке Товарищества передвижных художественных выставок, где экспонировалось 47 работ, Третьяков приобрел А.К. Саврасова «Грачи прилетели» (1871), Н.Н. Ге «Петр I допрашивает царевича Алексея в Петергофе» (1870). Полотно И.Н. Крамского «Христос в пустыне» (1872), купленное еще у него в мастерской, было представлено на 2-й передвижной выставке. О ней Третьяков говорил, что «это самая лучшая картина в нашей школе за последнее время»[18] .

Решив еще в 26- летнем возрасте составить завещание, в котором половину своего состояния (150 тысяч рублей) даровал на организацию в Москве «художественного музеума или общедоступной художественной галереи», сопровождал его почти мольбой: «Прошу вникнуть в смысл желания моего, не осмеять его, понять…»[19] .

Образованные слои купечества, не чуждые бескорыстных побуждений, тянулись к жизни интеллектуальной, интересовались созданиями науки, искусства, искали знакомств в среде художественной интеллигенции.

Занятия меценатством не проходили бесследно – известно, сколь точной была художественная интуиция и вкус у Саввы Мамонтова, Сергея Щукина. Природное чутье, непрерывное самообразование привели к созданию С.И. Щукиным уникальной коллекции французской живописи. Все они вместе – театральный музей А.А.Бахрушина, собрания икон С.П.Рябушинского, Щукинский и Морозовский музей современной живописи, галерея русского искусства П.М.Третьякова - позже заложили основы национального художественного достояния России.

Глава 2. Анализ мотиваций до-музейного собирательства

2.1.Понятие и сущность потребности, мотива и мотивации

Приступая к анализу мотиваций до-музейного собирательства, мы не можем обойти вниманием проблему определения мотива и мотивации в научных публикациях. Как самостоятельная научная проблема вопрос о потребностях личности стал обсуждаться в психологии сравнительно недавно, в первой четверти ХХ века. Очевидно, первой работой, специально посвященной потребности, является книга Л.Брентано (1921). Он определил потребность как «всякое отрицательное чувство, соединенное со стремлением устранить его при помощи удаления вызывающей его неудовлетворенности».[20] С тех пор появилось много различных точек зрения на ее сущность – от чисто биологических до социально-экономических и философских. К первым можно отнести представления З.Фрейда и Г.Холла о «драйве». К последним же относятся представления В.С.Магуна[21] о потребностях как отсутствии блага и Д.А.Леонтьева[22] - как отношении между личностью и окружающим миром.

На наш взгляд, наиболее правильным является определение потребности у В.А.Василенко: потребность – это заложенная в нас природой и обществом программа жизнедеятельности.[23]

Заслуживает внимания и точка зрения В.И.Ковалева.[24] Он пишет, что возникновение у человека потребности связано с «присвоением», принятием им нужд общественного развития. Например, потребность в труде возникает вследствие осознания общественной необходимости, важности труда для каждого человека для общества, государства. Требования общества к каждому своему члену выступают в роли мотивационных заданий ; после принятия человеком они становятся долговременными мотивационными установками , которые в определенных ситуациях актуализируются и превращаются в мотивы поведения и деятельности.

Далее обратимся к определению сущности мотива. Существует множество определений мотива. Среди исследователей данной проблемы можно назвать целый ряд известных российских авторов (Е.Н.Баканов, В.А.Иванников, А.Г.Ковалев,К.К.Платонов, С.Л.Рубенштейн, А.Н.Леонтьев, К.А.Абдульханова-Славская, и многие другие[25] ). Большинство ученых определяет мотив как субъективное отношение человека к своему поступку, сознательно поставленная цель, которая направляет и объясняет его поведение. То есть, мотив – это нечто, что находится внутри человека и во внешней среде, которое его побуждает к некоторым действиям или бездействию. Отсюда вытекает, что мотивация – это процесс сознательного выбора личностью того или иного типа поведения. Конечно, у человека могут быть неосознанные мотивы, но линию трудового поведения он выбирает более или менее осознанно.

По мнению Х. Хекхаузена[26] мотив включает в себя такие понятия, как потребность, побуждение, влечение, склонность, стремление и т. д. При всех различиях в оттенках значения этих терминов указывают на «динамический» момент направленности действия на определенные целевые состояния, которые независимо от их специфики всегда содержат в себе ценностный момент и которые субъект стремится достичь, какие бы разнообразные средства и пути к этому ни вели. При таком понимании можно предположить, что мотив задается таким целевым состоянием отношения «индивид-среда», которое само по себе желательнее или удовлетворительнее наличного состояния.

Не только по выбранной проблематике, но и по уровню и дифференцированности теоретических и методических подходов психология мотивации и по сей день представляет довольно пеструю и разнородную картину. Многие исследователи не идут дальше чисто описательного уровня, боясь подвергнуть теоретические конструкты опасности разбиться об эмпирию, поэтому фрагментарность подходов к психологическому исследованию мотивации, скорее, является правилом, чем исключением.

Только в зарубежной психологии существует около 50 теорий мотивации. В отечественной психологии определение мотива тоже довольно разнопланово. Л.И.Божович[27] рассматривает в качестве мотива чувства, переживания, идеи, К.К.Платонов[28] подразумевает под мотивом психические процессы, состояния и свойства личности и т.д.

Анализ литературы показывает, что направления научных исследований мотивации можно сгруппировать следующим образом.

Редукция потребности: гомеостатические теории мотивации . Научному изучению причин активности человека и животных, их детерминации, положили начало еще великие мыслители древности – Аристотель, Гераклит, Демокрит, Лукреций, Платон, Сократ. Демокрит, например, рассматривал потребность как основную движущую силу, которая не только привела в действие эмоциональные переживания, но и сделала ум человека изощренным, позволила приобрести речь, язык и привычку к труду.[29]

Основные положения гомеостатических теорий мотивации сводятся к следующему. Если бы все человеческие потребности были удовлетворены, люди оказались бы в состоянии, подобном летаргическому сну.

Источником мотивации является стремление организма сохранить внутреннюю среду, свободную от разрушительных влечений. Фрейд утверждал, что, если не давать выхода инстинктивным побуждениям, они приведут к болезни. Этолог К.Лоренц[30] добавил к этому, что сильные влечения будут разряжаться в любом случае, если не посредством внешнего стимула, то спонтанно с помощью некоторого внутреннего механизма. Подобное объяснение мотивации называют гидравлической моделью (классическая этологическая модель поведения). Э.Фромм,[31] придав позиции Фрейда гуманистическое направление, утверждал, что цель развития человеческого характера – преодоление противоречия между физиологическими и собственно человеческими потребностями.

Индукция потребности: активационные теории мотивации . Если сторонники теорий редукции потребности считают гомеостаз, или отсутствие влечений, тем идеалом, к которому стремится организм, то защитники активационных теорий рассматривают в качестве предпочтительного состояния средний, а не минимально возможный уровень влечений. Преимущество активационных теорий в том, что они объясняют состояния, при которых активация (повышенная потребность) становится желательной, например, в спортивных соревнованиях. Гомеостатические теории заставляют думать, что каждый индивид стремится вступить на путь наименьшего сопротивления.

Гедонистические теории мотивации рассматривают в качестве первичной мотивации удовольствие. Согласно теории Фрейда, сама природа человека такова, что, сознательно или нет, он стремится к удовольствию и избегает страдания. Фрейд назвал это «принципом удовольствия». Экспериментально показано, что крысы действуют энергичнее ради вкусной пищи независимо от того, насколько она питательна. Некоторые эксперименты позволяют связать гедонистическую мотивацию с возбуждением мозговых центров удовольствия.

Побудительные теории мотивации . Кроме удовольствия, существуют и другие побуждения. Некоторые индивиды стремятся к превосходству, успеху, власти и компетентности. Адлер положил в основу своей психологической теории принцип стремления к превосходству. В качестве базовой мотивации часто упоминается и компетентность; к ней стремятся, потому что неумение и несостоятельность вызывают осуждение. Оба эти стремления – две стороны одной медали, и оба являются мотивирующими стремлениями. Мотивация неуспеха может быть столь сильной, что приводит к самоубийствам, особенно среди студентов.

Типология: теории предопределенной мотивации . Многие психологи считают, что мотивация является врожденной. Разнообразие мотиваций среди людей объясняется их генами, конституциональными признаками и физиологическими особенностями. Соответствующий физический тип определяет особый тип характера. Эта теория была создана Э. Кречмером[32] и детально разработанна У.Шелдоном.[33]

Таким образом, проблема мотива и мотивации остается в науке остродискуссионной и трудно изучаемой экспериментально.

С психологической точки зрения, мотив, а не стимул сам по себе, побуждает и направляет деятельность человека. Стимул, стимуляция, стимулирование есть нечто внешнее по отношению к человеку. Стимул может стать или не стать мотивом. Мотивом он станет тогда, когда встретится с «внутренним» - потребностью, системой потребностей или уже сложившейся системой мотивов.

Знаменитый американский психолог Абрахам Маслоу[34] , предложив иерархическую классификацию потребностей человека (от базисных физиологических до высших духовных), сформулировал психологический закон, согласно которому человека только тогда можно побудить к деятельности, аппелируя к потребностям высшего порядка, когда у него «обеспечены тылы» - удовлетворены потребности более низкого порядка, с чем в целом можно согласиться..

Простейшая модель мотивационного процесса представлена на рис.2.1.


Обратная связь


Рис.2.1.Мотивационный процесс

Мотивация может рассматриваться и как воздействие на поведение человека для достижения личных, групповых и общественных целей. Мотивация может быть внутренней и внешней. Внутренняя мотивация определяется содержанием и значимостью деятельности. Если она интересует человека, позволяет реализовать его природные способности и склонности, то это само по себе является сильнейшим мотивом к активности. Наряду с содержанием существенным внутренним мотивом может быть значимость работы для развития определенных качеств человека и общества, соответствие этой деятельности убеждениям работника, его этической ориентации.

Мотивационная структура характеризует соотношение мотивов, определяющих поведение человека, Это соотношение формируется под влиянием как генетических факторов, так и среды, в которой человек воспитывался и действовал.

В общем плане мотивы деятельности человека можно разделить на эгоистические и альтруистические. Первые направлены на благосостояние индивидуума, вторые – семьи, коллектива и общества в целом.

На наш взгляд, общая структура мотивации до-музейного собирательства в определенном смысле содержит в себе компоненты как эгоистические, так и альтруистические. В разные эпохи и времена разные собиратели и коллекционеры руководствовались как мотивами высшего порядка, так и такими мотивами, которые мы относим к эгоистическим. Тем не менее, каждой эпохи был присущ свой преобладающий тип мотиваций.

2.2.Мотивации до-музейного собирательства

Исследованию альтруистических мотивов значительное внимание уделил один из самых известных социологов ХХ века П.Сорокин. В последние годы своей жизни он организовал Исследовательский центр по созидательному альтруизму при Гарвардском университете. Сорокин провел ряд фундаментальных исследований и выявил ряд факторов и условий формирования альтруистических мотивов. Он выделил три типа альтруистов:

а) «прирожденные»;

б) «потрясенные или благоприобретенные» (поздно проявившиеся) альтруисты, чья жизнь делится на два периода – доальтруистический и альтруистический;

в)промежуточный тип, который несет в себе черты как «прирожденных», так и «благоприобретенных» альтруистов.[35]

Поскольку собрания предметов отражают бытие человека и воздействуют на него, выявление социальных функций собраний открывает перспективу понимания их сущности.

В 1949 г. в Лондоне вышла в свет подготовленная накануне второй мировой войны книга «Музеи. Их задачи в воспитании» А. Уиттлин, эмигрировавшей из нацистской Германии в Англию. В этой книге впервые был рассмотрен процесс эволюции музея как социального института со времен первобытнообщинного строя. Автор предложила свою периодизацию истории собирательства и музейной деятельности, связав ее с социальными переменами в человеческом обществе. Социальные функции согласно концепции, предложенной А. Уиттлин[36] служат критерием классификации до-музейных собраний и ранних музеев. Вычленение социальных функций собраний прошлого помогает определить не только потенциал современных музеев, но и мотивацию их создания.

На первый взгляд, сегодня социальные функции до-музейных собраний вызывают только исторический интерес, однако некоторые из них определяют скрытые движущие силы и мотивацию деятельности современных музеев. Это может касаться и выбора стиля нового здания музея, и выработки экспозиционного проекта, и концепции взаимоотношений музея и общества. А. Уиттлин выделяет следующие виды собраний:

1) экономического характера;

2) социального престижа;

3) магические;

4) как проявление групповой принадлежности;

5) как средство возбуждения научного интереса;

6) как средство эмоционального переживания.

В целом такая классификация отражает основные направления исследований в данной области большинства ученых.

2.2.1.Сакральная мотивация

Сакральная, или согласно концепции А.Уиттлин магическая мотивация, была присуща древнему периоду собирательства и неразрывно связана с предметами культа. Некоторые ученые утверждают что homo sapiens - человек разумный - существует около 80 тыс. лет. Данные археологии указывают на то, что религиозные верования людей возникают несколько позже, чем появляется homo sapiens. Раскопки захоронений древнего человека, датируемые временем 80 – 40 тыс. лет назад, указывают на то, что люди ещё не задумывались о существовании какого-то иного мира, чем видимый ими вокруг (в могилах нет вещей для жизни).

В захоронениях, сделанных 30 - 10 тыс. лет назад, уже появляется оружие, украшения, плоды, что свидетельствует о мыслях человека о возможности жизни и после смерти. Он стал рассматривать смерть, как длительный сон, после которого человек проснётся и ему могут понадобиться предметы повседневного быта. Это представление способствовало и закреплению племени в местах обитания, поскольку соплеменники должны быть рядом и поддержать проснувшихся от долгого сна.

Поскольку предки, похороненные в могилах или сожженные, становились невидимыми, то они переходили в разряд сверхъестественных существ, подобных тем, которые метали молнии и грохотали громом, а следовательно, появляется необходимость отводить тем и другим особые места, где бы можно было с ними общаться. Так появляются специальные места для религиозных действий, которые еще более привязывают человека к месту его обитания (это происходит примерно 10 - 7 тыс. лет назад). Возникают уникальные святилища (например, Стоунхедж в Великобритании, поставленные в круг камни, расположенные с учётом движения Солнца и вращения Земли; или статуи длинноухих гигантов с острова Пасхи).

На протяжении сотен тысячелетий первобытный человек не знал религии. Зачатки религиозных представлений появились не раньше эпохи верхнего палеолита. Религия могла возникнуть только тогда, когда человек сделал первые попытки понять явления природы. Наблюдая смену дня и ночи, времен года, жизнь растений и животных и многое другое, первобытный человек не мог понять эти явления. Непонятные и грозные явления природы, болезни, смерть вселяла в сознание наших далеких предков тревогу и ужас. Постепенно у людей начали зарождаться представления о сверхъестественных силах, якобы способных вызывать эти явления. Это и было началом религиозных представлений и, вероятно началом собирательства культовых предметов.

В поисках объяснения явлений природы и общественной жизни люди древних цивилизаций рассчитывали на поддержку сверхъестественных сил, обращаясь к ним за помощью. Жертвоприношение - ритуальное действие, относящееся к древнейшим культовым формам. При помощи жертвоприношения люди надеялись получить помощь и благословение богов, предотвратить несчастье, искупить вину и очиститься от зла, попросить заступничества перед стихийными силами природы, болезнями, войнами и т. д.

Как отмечают специалисты[37] , в ряде случаев жертвоприношения приобретали особый символический смысл: они выполнялись в виде статуй божеств или исторических личностей. Это было обусловлено усложнением общественной жизни. Магические обряды, погребальные ритуалы древнего человека превращались в торжественные церемониалы. Погребальные холмы заменялись гробницами, ковчеги - храмами, палатки - дворцами, магические наскальные росписи - изобразительными циклами, украшавшими храмы и гробницы. Они рассказывали о жизни людей Древнего мира, хранили застывшие в камне народные легенды, сказания, мифы. Вместо наивных ритуальных статуэток появились монументальные статуи, увековечивавшие образы земных владык и героев. Так, в г. Дельфы, общегреческом религиозном центре с храмом и оракулом Аполлона, были собраны статуи военачальников, прославившихся в битвах, а также побежденных ими мужественных, заслуживающих у древних уважения врагов. Часть собрания составляли щиты и носовые части захваченных в войнах кораблей (ростры). Тут были фигуры быков, символизировавших свободу обрабатывать землю, отвоеванную греками у варваров.

Культ великих предков, который подтверждался материальными свидетельствами, был могучим объединяющим фактором общества. Идентификация людей с предками сверхчеловеческой силы повышала уверенность в себе и возбуждала самолюбие. А собрание, свидетельствовавшее о сверхчеловеческом происхождении, было равнозначно юридическому документу, дававшему привилегии народу. Безусловно, эти свидетельства овладевали чувствами народа, но они не выдерживали проверки научным исследованием.

Создание до-музейных собраний было характерной чертой культуры Древнего Китая. В Китае они служили источниками для изучения исторического прошлого. Исторический опыт использовался для решения древними насущных проблем. На рубеже веков были созданы многочисленные комплексы гробниц знати. Богатых людей и особенно царские семьи хоронили по обычаям древности. Все, что окружало человека при жизни, должно было сопровождать его и после смерти. В китайских погребениях обнаружено множество глиняных раскрашенных моделей домов и башен, сделанных с большим вкусом.

Таким образом, мы можем сказать, что самые первые собиратели при собирании предметов руководствовались скорее культовыми целями. Однако многие вещи представляли, кроме того, определенную художественную ценность.

2.2.2.Экономическая мотивация

Описание первых до-музейных собраний экономического характера мы находим в «Илиаде» Гомера, в частности в одном из наиболее известных и волнующих эпизодов. Это сцена, в которой убитый горем троянский царь Приам осматривает в своей кладовой вещи, которые должен передать ахейцам, осаждающим Илион (Трою), в качестве выкупа за тело своего сына Гектора. Здесь автор перечисляет золото, ковчеги, произведения искусства, покрова, хитоны, ковры, бронзовые треножники. Такого рода сокровищницы, где хранились жертвоприношения греческим богам, были и у других персонажей «Илиады» - Одиссея и царя Менелая.

Владение ценными металлами в древние времена часто определяло судьбы тех или иных народов. Так, серебро античных копей Лавриона давало Афинам преимущество над другими греческими полисами. Серебряные копи Испании позволяли сначала Карфагену, а позже Риму содержать наемные армии для установления господства над средиземноморским миром. В начале V в. до н. э., когда персы угрожали нападением на Элладу, афиняне использовали слитковое серебро из храмовых хранилищ на строительство военных кораблей, которые победили персидский флот в битве под Саламином. В начале Пелопонесской войны (431-404 гг. до н. э.) афинянам опять пришлось пустить на переплавку анатемы[38] .

В Древней Греции особая роль отводилась храмам, которые были не только святилищами, но сокровищницами. В них хранились частные и общественные деньги. Внутри храмов и около них стояли прекрасные статуи. В храмах находились богатые собрания картин. Храм служил и банком, и местом встреч, и музеем. Нередко функция банка становилась ведущей. Когда финансовое положение общины осложнялось, количество храмовых сокровищ уменьшалось.

В Риме общественные собрания экономического характера, хранившиеся в храме, формировались не как постепенное накопление индивидуальных приношений, а как трофеи побед, которые превратили небольшую общину в мировую империю. Марцелл, первый римский полководец, покоривший греческие города, из добычи в Сиракузах лично себе взял только глобус. Все остальное он передал в храм, возведенный перед воротами Рима и повернутый фронтоном в сторону Сицилии. Приток в Рим богатств с побежденных территорий был огромен. Довольно быстро личные коллекции экономического характера становились более богатыми, чем общественные собрания. Военные трофеи из побежденных стран вместе с налогами, взятыми с их жителей, больше не направлялись в общую казну, а оставались в цепких руках полководцев-победителей и их заместителей.

Полководец Муммий из военных походов привозил картины и статуи, другие военачальники - бронзовые изделия и ткани. Качество ценилось так же, как и количество. В частном театре Скавра, пасынка Суллы, было выставлено более трех тысяч статуй[39] .

Ценность римских коллекций, даже если их не переводить в деньги, как это делалось с греческими анатемами на монетных дворах, была огромной. Предметы из золота, серебра, драгоценных камней пользовались в Риме спросом, а цены на них были фантастически высокими. Часто владельцы этих коллекций сменяли друг друга в результате как политических перемен, так и при купле-продаже на регулярно проводимых аукционах и в многочисленных лавках.

Можно сказать, что коллекционирование приобрело широкий размах в Риме, что послужило толчком для развития торговли антикварными предметами и копирования многих греческих шедевров искусства. Император Адриан приказал повторить на своей вилле около Тибура (теперь Тиволи) на площади в 18 кв. км отдельные ландшафты и строения, которые он видел во время путешествия по империи (например, копии афинских Ликея и Академии, египетского Канопуса). В определенном смысле это был прототип музея под открытым небом.

В частных домах для хранения и демонстрации картин создавались также специальные пинакотеки. Согласно рекомендациям римского архитектора Витрувия, они должны были быть расположены так, чтобы свет был рассеянным, т. е. Падал из окон, расположенных на северной стороне.

В римских храмах выставлялись не только произведения искусства, но и разные диковинные вещи, которые привозились из далеких стран путешественниками или воинами. Среди этих редких вещей можно было увидеть предметы быта других этносов[40] .

В Средние века монархи нередко использовали церковное имущество на содержание армии и для финансирование государственных мероприятий. Известно, что французские короли неоднократно конфисковывали церковные ценности и отправляли священные ювелирные предметы на переплавку. Король Филипп IV Красивый разгромил католический духовно-рыцарский орден тамплиеров, обвиняя их в предательстве и ереси, после чего конфисковал их имущество, включая собрания редкостей. Похожие конфискации повторялись во время Столетней войны, а также во время войны Карла IX против гугенотов. Крестовые походы пополняли собрания аристократии шедеврами произведений искусства.

Таким образом, можно констатировать, что товарообменные операции между отдельными географическими зонами стимулировали не только индивидуальное производство и возникновение частной собственности. Они также предоставляли возможность собирания до-музейных коллекций. До-музейные коллекции рассматривались в качестве материальной ценности, то есть фактически как капитал.

2.2.3.Мотивация социального престижа

На протяжении тысячелетий представители правящих династий и рядовые члены общества формировали собрания социального престижа. Уже в примитивных цивилизациях данная мотивация собирательства прослеживается весьма отчётливо. Описывая обычаи туземцев Западной Океании, антрополог Бронислав Малиновский отмечал, что «накопление еды - это не только результат экономической осмотрительности, оно также вызвано стремлением к повышению социального престижа владельца богатством. Пусть еда испортится, но туземцы хотят иметь ее еще больше, ибо она является признаком богатства»[41] .

Захоронения богатых людей отличались гигантскими размерами, которые должны были впечатлять современников и потомков. Примером подобных захоронений являются пирамиды египетских фараонов. Многочисленные роскошные храмы и дворцы Древнего Востока были не только проявлением привилегированного способа жизни правящего класса, его экономического могущества, но и стремлением правителей создать себе после смерти вечные памятники[42] .

Демонстрация была главной целью некоторых римских коллекционеров. Вольноотпущенники часто украшали свои дома колоннами из черепашьих панцирей и серебряными фронтонами, стремясь роскошью стереть из памяти свое рабское прошлое. Примеры похожего искоренения «комплекса раба» мы встречаем на страницах художественного произведения Петрония «Сатирикон».

В Средневековье церковные сокровищницы расценивались как необходимый атрибут власти. Их имели многие восточнославянские князья в своих резиденциях. Здесь проводили собрания, приносили жертвы богам, сюда привозили дань, торговали. Они становились местом хранения княжеских сокровищ, подробные сведения о которых, к сожалению, до нас не дошли.

Если начало собирательства, а точнее, процесс накопления предметов, на киевских, новгородских и полоцких землях прослеживается фрагментарно, то факт существования сокровищницы Великого княжества Литовского в историографии бесспорен. В ней находились архив Великого княжества Литовского, канцелярские книги, важнейшие государственные документы, военные трофеи, дары, другие вещи. Одновременно она выполняла функции главного арсенала.

Мотивация социального престижа у собирателей усматривается и в Новое время, в том числе в России. Как утверждает О.А. Кравцун[43] , в России для новых «хозяев жизни» Х1Х века - купечества, заводчиков, промышленников - приобщение к изобразительному, музыкальному, театральному искусству служило, как правило, целям социального самоутверждения. У «новых русских» второй половины XIX столетия наступает несравненно более выраженное осознание недостатка образования, чем недостатка средств. При всем том, что в руках представителей крупного капитала оказались рычаги создания несметных состояний, все же у третьего сословия в России было сильно сознание социальной неполноценности.

Существенную роль здесь сыграли традиции национального менталитета, во многом сформированные дворянской этикой. В России «большие деньги» далеко не всегда вызывали уважение и давали большую власть. Как ни странно, но деятельность не только купца, но и промышленника не пользовалась большим общественным престижем. В отечественной художественной литературе нельзя найти ни одного примера апологетики капиталистической наживы. Стремительное возвышение купеческого сословия хотя и привнесло в социальную психологию новые обертоны, однако общая тенденция прагматизации сознания оказалась не слишком сильной. В России так и не сложился культ богатых людей, который наблюдается в западных странах. На купеческую деятельность смотрели не только как на источник наживы, но и как на своего рода миссию, возложенную Богом или судьбою. Некоторое сближение дворянского и купеческого сословий происходило, безусловно, под знаком дворянских ценностей.

2.2.4.Мотивация групповой принадлежности

Что мы понимаем под терминами группа и групповая принадлежность ? Группа - ограниченная в размерах общность людей, выделяемая из социального целого на основе определенных признаков (характера выполняемой деятельности, социальной или классовой принадлежности, структуры, композиции, уровня развития и т. д.)[44] . Существует множество различных классификаций групп. Содержание совместной деятельности членов группы опосредствует все процессы внутригрупповой динамики: развитие межличностных отношений, восприятие партнерами друг друга, формирование групповых норм и ценностей, форм сотрудничества и взаимной ответственности.

Какие выгоды несет человеку принадлежность к той или иной группе. Можно выделить несколько таких выгод.

Во-первых, люди вступают в группы потому, что им необходимо объединяться друг с другом, потому что они чувствуют необходимость общественного взаимодействия. Во-вторых, группы могут предоставлять информацию о ком-то конкретном и о внешнем мире вообще. В-третьих, группа служит источником вознаграждения.

В-четвертых, находясь в группе легче достигнуть целей, которые были бы недостижимы в одиночку. Наконец, мы часто вступаем в группы потому, что об этом нас просит или приказывает наш начальник.

Во время периода развития, следующего сразу за образованием группы, ее члены ищут каждый свое место в группе, определяя свое положение по отношению к другим, поведенческие установки и пр. Эта стадия играет ключевую роль в позднейшем функционировании группы по двум главным причинам.

Во-первых, она устанавливает стереотипы поведения для последующей жизнедеятельности группы. Во-вторых, этот процесс делает позднейшее взаимодействие гораздо более легким. После того, как группа сформировалась, необходимо исследовать, как на ее дальнейшее развитие влияют ситуационные факторы.

Например, функцию групповой принадлежности к единому средиземноморскому миру выполняли ценнейшие собрания, которые возникали в эллинистической Греции и императорском Риме. Так, правители Пергама и Александрии собирали греческие рукописи, надписи, статуи, гипсовые слепки и геммы. Римские императоры не только присваивали материальные ценности, захваченные в Греции, но и рассматривали их как свое наследие. Юные римляне учились мышлению у греческих философов, пытаясь вобрать их дух. В римской архитектуре в качестве украшений часто применялись греческие орнаменты.

Римляне подчеркивали преемственность своей культуры, что находило отражение в римских до-музейных собраниях. В их числе были такие реликвии, как цепь, которой был прикован к горе Прометей, кости мифологических чудовищ и др.

2.2.6.Мотивация любознательности и исследования

Музей, библиотека и архив в начале существовали как единое целое, и только с течением времени каждый из этих социальных институтов стал выполнять самостоятельные функции. В функции библиотек и архивов входили собирание, хранение, а также исследование письменных, рукописных и изобразительно-графических источников. Библиотека и архив передают информацию, апеллируя преимущественно к рациональному восприятию человека. При всей схожести музея с библиотекой и архивом его функции несколько иные - собирать, сохранять и изучать вещественные, а также изобразительные и письменные источники. Информацию музей передает, обращаясь в равной мере, как к рациональному, так и к чувственному восприятию человеком окружающего мира. Тем не менее, уже в рассматриваемом периоде можно констатировать существование собраний предметов, которые выполняли, прежде всего функции возбуждения интереса к исследованию.

Наиболее ранние факты использования письменных исторических источников датируются началом 2-го тысячелетия до н. э. (чтение учениками школ месопотамского г. Ларса древних записей). Дух исследования исторических предметов проявляется уже в период Вавилонского царства. В VI в. до н. э. Вавилонские цари Навуходоносор II и Набонид собирали древности и даже раскапывали и обновляли части г.Ур. Дочери Набонида — Бел-Шальти приписывают создание того, что сегодня называют школьным музеем. Во время раскопок Ура английский археолог Л. Вули в мужской школе обнаружил остатки двух соединенных комнат, где хранились клинописные таблички, датированные XVI в. до н. э. Среди других Л. Вули выявил очень необычную табличку, на которой были сделаны копии клинописных надписей более раннего периода из храма царя Омар-Суена (XIX в. до н. э.). Характерно, что писец снял эти копии «для удивления».

Среди документов фараонов Египта Аменхотепа III и Аменхотепа IV было обнаружено письмо от вавилонского царя Бурнобуриаша II, в котором последний просил прислать ему «похожие на живых» (чучела) образцы египетских «животных, которые живут на земле и в реке». Вероятно, речь шла о крокодилах и гиппопотамах.

Во времена Римской империи, имевшей хорошие дороги, были в моде путешествия. В продолжительные периоды мира на римских дорогах все больше стало появляться тех, кого мы теперь называем туристами. Для того чтобы познакомиться с отдаленной местностью, римляне совершали длительные путешествия как по суше, так и по морю.

Главными объектами экскурсионного осмотра в античном мире были храмы, ворота которых обычно держали открытыми. В храмах хранились дары и редкости.

Одной из характерных особенностей древней средиземноморской цивилизации было глубокое проникновение в суть явлений мира. Греческим ученым предметы служили для исследовательских и образовательных целей. Известно, что великий мыслитель Аристотель использовал свою коллекцию образцов природы в преподавании в храме Аполлона Ликейского (Ликей) близ Афин (335 г. до н. э.).

Знаменитая Александрийская библиотека была самой большой и богатой библиотекой древности. К тому времени в ней находилось около 500 тыс. свитков, в том числе бесценные свитки великих греческих драматургов Софокла, Эсхила и Еврипида.

Когда мы сейчас произносим слова «античное искусство», мы прежде всего представляем музейный зал, уставленный статуями и увешанный обломками рельефов. Римляне выставляли скульптуры и картины, отнятые у покоренных народов, на форумах, в общественных садах, храмах, театрах, в термах (общественных банях). Римские полководцы, государственные деятели, богатые патриции часто присваивали произведения искусства с целью украшения ими своих загородных поместий и создания частных коллекций[45] .

Расцвет научно-познавательного собирательства наблюдается в XVI в., только в Италии природоведческих коллекций насчитывалось около 250. Их создание было по карману врачам, аптекарям, юристам.

Одним из первых гербариев, собранных с научными целями, был гербарий итальянского ботаника, профессора Падуанского университета Луки Гини. Среди германских собирателей коллекций известны имена таких ученых-естествоиспытателей, как Парацельс, Агриппа фон Нетесгейм, Георг Агрикола, который работал в Яхимове (Чехия) и Хемнице (земля Саксония). Под влиянием труда Г.Агриколы саксонский курфюрст Август открыл в Дрездене кунсткамеру и натуралиенкамеру, а врач из саксонского города Торгау Иоганн Кентман создал свою минералогическую коллекцию и издал ее каталог, в котором была приведена номенклатура минералов (1565).

Безусловно, коллекции способствовали развитию научных знаний. Значительный вклад в развитие зоологии внес швейцарский естествоиспытатель Конрад Геснер из Цюриха, автор зоологической энциклопедии «История животных», собравший большую природоведческую коллекцию и в 1550 г. открывший один из первых музеев. Его коллекция была присоединена к такой же коллекции другого известного естествоиспытателя Феликса Плятера (часть ее и сегодня находится в природоведческом музее Базеля).

Собрать природоведческую коллекцию, представлющую природу всего мира, - такова была задача Улиссе Альдрованди. Свыше 30 лет он оплачивал работу художника, который готовил иллюстрации к энциклопедии естественной истории. Коллекции Альдрованди были приобретены и преумножены Фердинандом Коспи, любителем-физиком, слывшим в Болонье «благородным механиком».

Вклад в создание и развитие минералогических и геологических коллекций внесли врач Микеле Меркати из Рима и французский художник-керамист и естествоиспытатель Бернар Палисси, творчество которого свидетельствовало о его интересе к природному миру: его декоративные керамические изделия были украшены рельефными изображениями животных и растений и покрыты цветными глазурями.

В составе природоведческих коллекций XVI в. появляется все больше образцов экзотических растений, животных, минералов. В то же время местные минералы, флора и фауна занимали в европейских музеях недостаточное место.

В XVI в. в одном из самых известных университетов - Падуанском - открываются анатомический музей и театр. Этому примеру следуют и другие университеты. До этого анатомирование трупов в учебных целях на медицинских факультетах университетов позволялось церковью раз в год и завершалось церковным отпеванием и захоронением анатомированного.

Один из первых начал изучать человеческий организм путем вскрытия Андреас Везалий из Брюсселя, естествоиспытатель и основопо­ложник анатомии. В своем основном труде «О строении человеческого тела» Визалий дал научное описание строения всех органов и систем. Для изучения строения человеческого тела он вынужден был тайно снимать с виселиц трупы казненных преступников. За препарирование тел «божьих созданий» ученый преследовался церковью. В конце жизни он совершил паломничество в Святую землю, чтобы снять грехи, а на обратном пути трагически погиб при кораблекрушении.

Отношение к анатомированию человеческого тела довольно быстро менялось. Препарирование трупов в анатомических театрах университетов переходит в публичное представление, посещать которое становится хорошим тоном для бюргеров и их семей. Свои анатомические театры открывали цехи хирургов в голландских городах Делфт и Роттердам. Анатомические музеи XVI-XVII вв. становятся лабораториями ученых, которые расширяли анатомические знания.

2.2.5.Собирательство как эстетическая потребность

Как эстетическая потребность собирательство особенно проявляется в эпоху Возрождения, а затем Нового времени.

Одной из важнейших особенностей Возрождения являлось широкое использование античного наследия, традиции которого никогда не умирали. Изучение античности становится одной из главных задач гуманистических исследований. В это время значительно расширяются сведения о культуре Древнего мира. В результате активных поисков в библиотеках старинных монастырей было обнаружено много рукописей не известных до того сочинений древних авторов. Поиски произведений искусства привели к открытию большого числа античных рельефов, статуй, а позднее и фресковых росписей Древнего Рима.

В XVII в. художественные собрания развиваются, в первую очередь при дворах представителей правящих династий. Традиция французского двора - пополнять свои коллекции - была продолжена королевой-вдовой Марией Медичи (после гибели Генриха IV Бурбона, 1589-1610). По ее просьбе в 1622 г. в Париж приехал фламандский живописец Питер Рубенс, чтобы живописать наиболее известные исторические сюжеты на двадцати одном полотне. Завзятыми коллекционерами были два премьер-министра Франции, утверждавшие, что большая коллекция является символом королевского авторитета. Один из них - кардинал Арман Ришелье - не только помогал королю приобретать произведения итальянского и французского искусства, но и построил в Париже Пале Кардиналь (позже Пале Руайяль), где разместил 50 картин, 50 статуй, 100 бюстов, изделия из бронзы, китайского лака, гобелены на исторические темы, расшитые ткани, мебель, 400 предметов китайской керамики, столовое серебро. Кардинал завещал свой дворец и коллекцию королю.

Испанский король Филипп IV также был известен как завзятый коллекционер. Он имел обостренное чутье, помогавшее ему безошибочно определять качество предметов искусства. Однако ни одно из его собраний (а их было несколько) не давало ему полного удовлетворения. Этот монарх имел возможность собирать произведения искусства через своих уполномоченных по всей Испании и Португалии, в испанских Нидерландах (теперь Бельгия), в южной Италии. Для его коллекции были опустошены многие церкви, а обладателей частных коллекций заставляли открывать двери для королевских посыльных, требовавших предметы искусства в качестве «подарков» королю. Чтобы избежать грабежа со стороны королевской власти или наказания за недостаточную преданность королю, вельможи часто прятали оригиналы, вывешивая на стены их копии.

Разновидностью собирателей того времени были искатели выгодных приобретений и торговцы-любители. Их главной целью было личное обогащение. Они следили за переменами в ценах на произведения искусства. В таких торговцах объединялись предприниматель, знаток искусства и часто мошенник.

По примеру Людовика XIV художественные коллекции создавались и при других европейских дворах. Например, курфюрст Максимилиан II Эм-мануэль построил в Шлейсхеме под Мюнхеном дворец, в котором была устроена галерея для картин и зал, обставленный встроенными шкафами для военных трофеев, приобретенных в войнах против турок.

В 1780-1781 гг. курфюрст Карл Теодор построил в Мюнхене галерею, в которой разместил ряд ценных полотен. В XIX в. коллекция баварских курфюрстов легла в основу Старой Пинакотеки в Мюнхене.

Правители другого немецкого государства – Саксонии – приложили немало усилий для преобразования своей столицы Дрездена в один из ведущих центров искусства Европы. Фридрих Август I Веттин, курфюрст саксонский (он же король Речи Посполитой Август II), распорядился устроить в Дрездене «художественный двор», построив для этого резиденцию Цвингер. В Цвингере разместились картинные галереи, залы искусств, салоны гравюр, зал оружия и оранжерея.

В 1721 г. была построена сокровищница Цвингера «Зеленые своды». В ней хранились ценности, одежда, документы курфюрста. В состав собрания Фридриха Августа I входило несколько тысяч предметов из драгоценных металлов и камней, полудрагоценных камней, янтаря, слоновой кости, бронзы, керамики и стекла. Отдельные предметы сокровищницы курфюрста располагались в застекленных шкафах, что облегчало их осмотр.

Быстро росла коллекция картин саксонских монархов. В 1728 г. она уже насчитывала 4 тыс. номеров, а в 1745-1746 гг. для музейных нужд было передано отдельное строение, в котором располагались коллекции курфюрста.

Сын и преемник Фридриха Августа I на тронах Саксонии и Речи По-сполитой Фридрих Август II (последний был известен и как Август III) продолжил меценатскую деятельность отца.

В средней Германии, в Касселе, в это время возникло собрание герцога Фридриха Гессенского, которое называлось Фридерицианумом. Собрание это заключало в себе коллекции минералов, гемм, античных урн, монет, медалей, предметов искусства и промышленности, а также «курьезов» (редкостей), привезенных из разных стран мира. Кроме музея, в Касселе был создан научный кабинет, предназначенный для хранения инструментов и кабинет восковых фигур.

Один из крупнейших коллекционеров своего времени император Ру-дольф II Габсбург разместил свою выдающуюся коллекцию картин и скульптур в замке Градчаны в Праге. Коллекция Рудольфа II определялась не только своим богатством, но и хорошим качеством. В отличие от традиционных собраний произведений искусства той эпохи в ней проявился тонкий вкус и квалифицированный отбор. Император прятал свои картины от посторонних глаз. Он собрал 2500 произведений искусства из бронзы и мрамора, 1300 картин, богатую коллекцию механических инструментов, которые оценивались в 17 тыс. гульденов.

Владельцы собраний, как правило, сами определяли способ экспонирования своих предметов, они же были главными зрителями и исследователями. Немногочисленные посетители, которые допускались к осмотру собраний, как правило, не имели достаточных знаний о выставленных предметах и не были готовы к их восприятию.

2.3. Анализ мотиваций создания современных частных коллекций

Если говорить о современных тенденциях собирательства, то прежде всего следует отметить, что российский рынок предметов искусства сегодня переживает новое рождение - меняется контингент, структура покупателей, их мотивация. Коллекционеры стали более осмысленно относиться к своим «антикварным вложениям». Разношерстные коллекции периода перестройки, приобретенные на шальные деньги, уступают место тщательно подобранным собраниям. В качестве примера специалисты приводят ситуацию со знаменитой коллекцией «Инкомбанка»: ее продажа была сопряжена с определенными трудностями именно по той причине, что тогда, в начале 90-х годов прошлого века, экспонаты для нее подбирались зачастую бессистемно.

Как свидетельствуют антиквары, сегодня люди все больше склоняются именно к инвестиционному коллекционированию. «Собирая картины какого-нибудь художника, знатоки зачастую заботятся не только о полноте собрания, но и о его финансовой привлекательности. Если та или иная картина относится к неудачному периоду в творчестве конкретного автора, то ее чаще всего не покупают. Рынок предметов искусства и антиквариата является весьма привлекательным, почти на сто процентов надежным способом размещения капитала с точки зрения его сохранения, а главное, увеличения.

Наиболее ликвидным остается изобразительное искусство - живописные полотна, иконы, графика. Причем это необязательно должен быть антиквариат в прямом смысле слова (то есть предметы, датированные периодом до 1938 года, - так в настоящий момент определяются старинные вещи): картины 50-х, 60-х и 70-х годов столь же популярны и растут в цене ничуть не меньше более ранних. Живопись легко купить и практически столь же легко продать. С другими предметами антиквариата - мебелью, посудой, старинным оружием и драгоценностями - все гораздо сложнее: выгодно продать их непросто.

Художественные салоны выполняют на рынке антиквариата ту же роль, что и брокеры на фондовой бирже: берут свою комиссию с каждой сделки и иногда помогают в выборе объекта покупки.

Несмотря на растущий интерес к коллекционированию, мы не можем утверждать, что интерес к собирательству в России приобрел устойчивую тенденцию. Сегодня центр коллекционирования русского искусства находится все-таки в США. Именно здесь созданы необходимые условия для формирования нового круга собирателей, сохранивших причастность к российской художественной культуре и в полной мере оценивших сугубо американские возможности реализации своих организационно-художественных замыслов. Это люди, состоявшиеся в новом мире и в новой социальной ситуации. Они отличаются напором, схожим с напоритостью и агрессивностью пионеров американского коллекционирования, но вместе с тем - это люди, вносящие в сам процесс собирательства много частного, личного, человеческого. Этим, собственно, они и интересны. К такому типу коллекционеров «новой волны» и относится, например, Юрий Трайсман. В его коллекции более двух тысяч произведений русской живописи, графики, скульптуры, представляющих все направления русского авангарда преимущественно послевоенного времени. Выставки произведений из коллекции Юрия Трайсмана неизменно пользуются большим успехом. А география выставок говорит сама за себя - Государственный Русский музей (Санкт-Петербург, февраль-апрель 1999г.), Государственная Третьяковская галерея (Москва, май-июнь 1999г.), Музей искусств в штате Огайо (ноябрь-декабрь 1999г.), и др[46] .

Юрию Трайсману удалось решить не только задачи собственно эстетического характера, связанные с отбором и представлением зрителям действительно выдающихся произведений искусства, но и сверхзадачу культурно-исторической значимости - восстановить справедливость по отношению к искусству, в тоталитарный период гонимому государством и ввиду своей «неофициальности» не входившему в дозволенный властями музейно-выставочный и научно признанный оборот.

Неофициальное искусство (в научном, критическом, публицистическом обиходе выступающее под многими именами - «другое искусство», «андерграунд», «нонконформистское искусство», «второй русский авангард», «запрещенное искусство» и т.п.), хронологические рамки которого обозначены хрущевской «оттепелью» и временем горбачевской либерализации, полноценную музейную репрезентацию на родине обрело лишь в самом начале 90-х годов ХХ в., когда в Государственной Третьяковской галерее, а затем и в Государственном Русском музее прошла обобщающая выставка «Другое искусство». Но коллекционирование произведений неофициальных художников началось задолго до этого периода.

Достаточно вспомнить блестящие коллекции Г.Костаки, Е.Нутовича, Л.Талочкина, Н.Благодатова, Л.Кацнельсона и др. Эти собиратели - энтузиасты, подвижники - и сами немногим отличались от типажа художника андерграунда. Они стали неотъемлемой частью развивающегося процесса либерализации в российском искусстве. Тогда же стали формироваться и западные частные коллекции неофициального русского искусства. Многие собрания позже распались, в некоторых присутствие русских художников осталось случайным эпизодом, но для части западных коллекционеров собирание «второго русского авангарда» стало делом жизни.

Первые приобретения Трайсмана в США связаны с работами Эрнста Неизвестного и Михаила Шемякина. В дальнейшем его коллекцию пополнили многочисленные работы русских художников, работавших в период от 50-х до начала 90-х годов прошлого века. Как отмечают ведущие искусствоведы России, в коллекции Трайсмана представлен полный спектр направлений, тенденций, стилей рассматриваемого периода. Это не только одна из самых масштабных, но и «наиболее темпераментная» из существующих ныне авторских коллекций. Актуализируя в конкретных произведениях интересующие его художественые ценности, собиратель создает единое поле, цельность которому придает энергия собственного выбора. В его собрании этот эффект реализуется с концептуальной чистотой.

Основу коллекции Ю.Трайсмана составляют работы общеизвестных и признанных авторов: Вагрича Бахчаняна, Гриши Брускина, Анатолия Брусиловского, Эрика Булатова, Владимира Вейсберга, Риммы и Валерия Герловиных, Дмитрия Жилинского, Анатолия Зверева, Ильи Кабакова, Александра Косолапова, Дмитрия Краснопевцева, Эрнста Неизвестного, Владимира Немухина, Дмитрия Пригова, Леонида Пурыгина, Анатолия Степышева, Семена Файбисовича, Олега Целкова, Михаила Шварцмана, Михаила Шемякина, Владимира Янкилевского и многих других художников и скульпторов.

Многие критики отмечают, что в коллекции чувствуется пристрастие ее создателя к психологическому и эмоционально - экспрессивному измерениям андерграунда. Эта направленность просматривается от карнавальной травестии М.Шемякина к непричесанной бытийности В.Калинина, от сомнабулических ситуаций Т.Назаренко к притчевой крестьянской основательности В.Овчинникова.

Коллекции Юрия Трайсмана свойственна внутренняя динамика. В ней прослеживаются этапы становления художественных вкусов и пристрастий. В последнее время Трайсман заинтересовался документальной фотографией и вообще идеей документации: его коллекция пополнилась произведениями классика фотожурналистики Е.Халдея, приобретены архивные материалы И.Пальмина, В.Сычева и других документалистов.

Современные виды собирательства отличаются огромным разнообразием и приобретают порой причудливые формы, отражая различные потребности, интересы и предпочтения коллекционеров. Приведем лишь некоторые примеры.

- Коллекционирование балалаек. Большая коллекция русских балалаек принадлежит Григорию Титову, проживающему в Вашингтоне (США)[47] .

- Коллекционирование барабанных палочек с автографами[48] .

- Коллекционирование бейсбольных карточек[49] .

- Коллекционирование бисера. Коллекционирование украшений из бисера - мелких бусинок из цветного стекла. Первую попытку в России получить бисер предпринял Михаил Ломоносов в 1748 г., а мировое первенство в изготовлении бисера принадлежит мастерам Древнего Египта. В России бисер стал популярным к середине XIX в. Одна из крупнейших коллекций бисера, которая собиралась на протяжении 40 лет семьёй Миримовых-Васильевых-Юровых, в августе-сентябре 2002 г. выставлена в Музее личных коллекций ГМИИ им. Пушкина[50] .

- Коллекционирование блатных песен. Вячеслав Патлах из Пензы коллекционирует блатные песни в сборниках, записях и концертах[51] .

- Коллекционирование блокадных изданий. Коллекционирование печатной продукции, которая отражает жизнь блокадного Ленинграда[52] .

- Коллекционирование ботфортов. Шведский коллекционер Карл Филгрен из города Бьерна коллекционирует ботфорты - высокие сапоги с раструбами. В его коллекции 42 пары подлинных ботфортов XVIII-XIX вв. из Европы и Северной Америки. Гордостью коллекции считаются сапоги шведского короля Карла XII, сшитые из кожи тюленя[53] .

- Коллекционирование бронзы. Коллекционирование скульптурных фигурок и композиций из бронзы[54] .

- Коллекционирование бубенцов и бубенчиков. Дмитрий Рудольфович Никулин из Ижевска коллекционирует колокольчики, бубенцы и бубенчики только с надписями и орнаментом[55] .

- Коллекционирование бубнов шаманов[56] .

- Коллекционирование бюстов Ленина[57] .

Таким образом, и сегодня мы находим подтверждение тому, что всякое собрание художественных ценностей или материальных предметов исторического, познавательного, культового характера отражает особенности личности самого коллекционера, его вкусы и пристрастия.

2.4.Пути активизации собирательства

Завершить наше исследование хотелось бы некоторыми умозаключениями относительно путей активизации современного до-музейном собирательства.

1.Необходимо отметить, что собирательство (в том числе музейное) на Западе и в России - диаметрально противоположные вещи. В России это основано на поддержке государства со всеми вытекающими отсюда последствиями: комиссии, заседания, обсуждения и т.п. В этих условиях очень трудно собирать качественные коллекции. На Западе создание музеев, их жизнь в большинстве случаев поддерживается частными лицами или частными фондами. Это может быть чистый альтруизм, может быть какой-то расчет, но художественная культура с их помощью развивается гораздо более интенсивно. Поэтому, на наш взгляд, в рыночных условиях, скорее всего новые музейные коллекции будут формироваться как частные организации.

2.Искусственно активизировать процесс собирательства сложно. Прежде всего в стране должны быть созданы социально-культурные и экономические условия, при которых гражданам было бы интересно и выгодно приобретать или собирать коллекции. Из чего следует, что низкий жизненный уровень нашего населения - факт сдерживающий развитие собирательства. Воспитание у подрастающего поколения высокого эстетического вкуса и потребностей – одно из важнейших задач современной системы образования. Без воспитания эстетической потребности в душе человека вряд ли проснется интерес к художественным ценностям.

3.На мой взгляд, во вкусах современных коллекционеров наибольшей степени наблюдается проявление таких мотиваций собирательства, как экономическая, мотивация социального престижа и эстетической потребности. Экономическая мотивация при этом является доминирующей.

Заключение

Анализ мотиваций до-музейного собирательства, который был предпринят в данной дипломной работе, позволяет нам сделать следующие выводы.

1. Коллекции и ранние музеи создавал тот, кто имел материальные возможности и желание создать для предметов музейного значения благоприятную социальную среду. Главной движущей силой развития собирательства в самом начале было желание самоутверждения представителей знати. Вместе с тем стал постепенно формироваться тип действительного знатока и любителя редких вещей - представителя третьего сословия. Он собирал прежде всего интересные для него предметы, чтобы получить удовольствие, а не для вложения капитала или поднятия социального престижа. Надо отметить, что деятельность ранних музеев носила ограниченный характер и не имела среди публики широкого отклика.Первые до-музейные собрания несли на себе отпечаток общественных отношений, отражали духовные, культурные и идеологические интересы правящей верхушки и нередко служили средством укрепления ее власти.

2. Всякое собрание художественных ценностей или материальных предметов исторического, познавательного, культового характера отражает особенности личности самого коллекционера, его вкусы и пристрастия. Эти пристрастия изменялись в различные исторические эпохи.

3. Во вкусах современных коллекционеров наибольшей степени наблюдается проявление таких мотиваций собирательства, как экономическая, мотивация социального престижа и эстетической потребности. Экономическая мотивация при этом является доминирующей.

К сказанному добавим, что благородная деятельность коллекционеров, несомненно, вносит значительный вклад в международное сотрудничество, во взаимопонимание и взаимообогащение народов и государств.

Библиография

1. Абдульханова-Славская К.С. Деятельность и психология личности.- М., 1980.

2. Алпатов М.В. Художественные проблемы итальянского Возрождения. - М., 1976.

3. Античная художественная культура.- СПб., 1993.

4. Баткин Л.Н. Итальянские гуманисты: Стиль жизни, стиль мышления. М., 1978.

5. Баканов Е.Н., Иванников В.А. О природе побуждения //Вопросы психологии.-1983.-№ 4.

6. Божович Л.И. Избранные психологические труды: Проблемы формирования личности /Под ред. Д.И.Фельдштейна.- М.:Межд. Пед академия, 1995.

7. Боткина А.П. П.М. Третьяков в жизни и в искусстве. М.1951.

8. Брентано Л. Опыт теории потребностей.-Казань, 1921.

9. Виппер Б.Р. Итальянский Ренессанс.-М., 1977, Т.1-2.

10. Грицкевич В. П., Гужеловский А. А. Музеи мира. - Минск, 2003.

11. Данилова И.Е. От средних веков к Возрождению. - М., 1975.

12. Демиденко Ю. Коллекционер среди коллекционеров // Наше наследие. 1999. N 42.

13. Еленина Т. Что коллекционируют в Америке // Миниатюра. 1992. Вып. 8.

14. Жуков А. Необычные коллекции // Миниатюра. 1996. Вып. 31.

15. Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. - СПб.: Питер, 2002.

16. История государства и права зарубежных стран. /Под редакцией О.А. Жидкова, Крашенниковой; М., 1998.

17. Книга рекордов Гиннесса. 2002. М., 2002.

18. Ковалев В.И. Мотивы поведения и деятельности.-М., 1988.

19. Ковалев А.Г. Психология личности.- М., 1969.

20. Котыхов В. Игра в бисер. Тиролька у водокачки дорого стоит // Московский комсомолец. 2002. 20 августа.

21. Кречмер Э. Строение тела и характер.-М.: Педагогика-Пресс, 1995.

22. Кривцун О.А. Художественные эпохи в культуре Нового времени: проблема идентификации. // Искусствознание.-2001. - № 1.

23. Кравцун О.А. Художник и меценат: черты самосознания. // Русская галерея. М.1999. № 2.

24. Кривцун О.А. История искусств в свете культурологии. // Современное искусствознание: методологические проблемы. М.1994.

25. Леонтьев Д.А. Жизненный мир человека и проблема потребностей //Психологический журнал.-1992.-№ 2.

26. Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы, эмоции. -М., 1971.

27. Магун В.С. Потребности и психология социальной деятельности личности. -Л., 1983.

28. Маслоу А. Мотивация и личность.- СПб.: Евразия, 1999.

29. Нильс И. Эрмитаж в гостинной // Дело.- 2003.-№ 22.

30. Объявления // Петербургский коллекционер. 2002. №3 (20).

31. Очерки истории музейного дела в России. М., Вып. 2. 1960; Вып. 3. 1961; Вып.5. 1963; Вып. 6. 1968; Вып. 7. 1971.

32. Параделов М.Я. Адресная книга русских библиофилов и собирателей гравюр, литографий, лубков и прочих произведений печати. М., 1904.

33. Пересада А. Мистер балалайка из Вашингтона //Отчизна. 1989. №11.

34. Петров М.Т. Итальянская интеллигенция в эпоху Ренессанса.-Л., 1982.

35. Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. - Ростов-на-Дону: Феникс, 1999.

36. Платонов К.К. Структура и развитие личности.- М., 1986.

37. Подгурский О. Бронзовый век продолжается! // Антик. 2001. №2.

38. Полунина Н., Фролов А. Коллекционеры старой Москвы. Иллюстрированный биографический словарь. М., 1997.

39. Психология. Словарь / Под общ. ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. - 2-е изд. М.,1990.

40. Рубенштейн С.Л. Основы общей психологии.- М., 1946.

41. Рутенбург В.И. Италия и Европа накануне Нового времени. - М., 1985.

42. Садыкова Н.С. Музейное дело в Узбекистане. Ташкент, 1975.

43. Сорокин П. Голод и идеология общества. Квинтэссенция .-М., 1990.

44. Сюкияйнен Л. Р. Шариат: Религия Нравственность. Право. // Государство и право; 1996.-№ 7.

45. Словарь русского языка. М., 1957.

46. Словарь коллекционера. Спб., 1996.

47. Станюкович Т.К. Этнографическая наука и музеи. Л., 1978.

48. Фролов А.И. Основатели российских музеев. М., 1991.

49. Фромм Э. Бегство от свободы.-М., 1998.

50. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. М., 1986.

51. Чижова Л.В. Из истории художественных музеев России. М., 1991.

52. Шиманский Е.А. Справочная книга для русских библиофилов и коллекционеров. Одесса, 1905.

53. Шмит Ф.И. Исторические, этнографические, художественные музеи. Очерк истории музейного дела. Харьков, 1919.

54. Юрова Е. Игра в бисер // Антиквариат. Предметы искусства и коллекционирования. 2002. №1.

55. Я познаю мир. Коллекции и коллекционеры / Сост. С. Истомин. М., 1998.

56. Якобсон П.М. Психологические проблемы мотивации поведения человека.-М., 1969.

57. Boettiger C. A. Der Museum und Antikensammlugen. Leipzig, 1806.

58. Bonaffe E. Les collectionneurs de L'ancienne France. P., 1837.

59. Crook J. The British Museum. L., 1972.

60. Kopytoff Y. The cultural biography of things: Commoditization as process // The social life of things / Ed. by A. Appadurai. Cambridge: Cambridge University Press, 1996.

61. Simmel G. The philosophy of money. London: Routledge, 1995, р.563.

62. Wittlin A. The Museums. Its History and its Tasks in Education. L., 1949.


[1] Демиденко Ю. Коллекционер среди коллекционеров // Наше наследие. 1999. N 42, с. 136.

[2] Словарь русского языка. М., 1957.

[3] Kopytoff Y. The cultural biography of things: Commoditization as process // The social life of things / Ed. by A. Appadurai. Cambridge: Cambridge University Press, 1996.

[4] Simmel G. The philosophy of money. London: Routledge, 1995, р.563.

[5] Тотемизм («от-отем» на языке североамериканских индейцев означает «его род») - система религиозных представлений о родстве между группой людей (обычно родом) и тотемом - мифическим предком, чаще всего каким-либо животным или растением. К тотему относились как к доброму и заботливому предку и покровителю, который оберегает людей - своих родственников - от голода, холода, болезней и смерти. Первоначально тотемом считались только настоящее животное, птица, насекомое или растение. Затем достаточно было их более или менее реалистического изображения, а позже тотем мог обозначаться любым символом, словом или звуком.

[6] Грицкевич В. П., Гужеловский А. А. Музеи мира.-Минск, 2003.

[7] Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. -Ростов-на-Дону: Феникс, 1999.

[8] История государства и права зарубежных стран. /Под редакцией О.А. Жидкова, Крашенниковой; М., 1998; Сюкияйнен Л. Р. Шариат: Религия Нравственность. Право. // Государство и право; 1996.-№ 7.

[9] Алпатов М.В. Художественные проблемы итальянского Возрождения.-М., 1976; Виппер Б.Р. Итальянский Ренессанс.-М., 1977, Т.1-2; Данилова И.Е. От средних веков к Возрождению.-М., 1975; Петров М.Т. Итальянская интеллигенция в эпоху Ренессанса.-Л., 1982; Рутенбург В.И. Италия и Европа накануне Нового времени.-М., 1985.

[10] Crook J. The British Museum. L., 1972.

[11] Грицкевич В. П., Гужеловский А. А. Музеи мира. - Минск, 2003.

[12] Баткин Л.Н. Итальянские гуманисты: Стиль жизни, стиль мышления. М., 1978.

[13] Грицкевич В. П., Гужеловский А. А. Музеи мира. - Минск, 2003.

[14] Кривцун О.А. Художественные эпохи в культуре Нового времени: проблема идентификации. // Искусствознание.-2001. - № 1; Кривцун О.А. История искусств в свете культурологии.// Современное искусствознание: методологические проблемы. М.1994. С.51-77.

[15] Bonaffe E. Les collectionneurs de L'ancienne France. P., 1837.

[16] Boettiger C. A. Der Museum und Antikensammlugen. Leipzig, 1806.

[17] Фролов А.И. Основатели российских музеев. М., 1991; Чижова Л.В. Из истории художественных музеев России. М., 1991; Шиманский Е.А. Справочная книга для русских библиофилов и коллекционеров. Одесса, 1905; Параделов М.Я. Адресная книга русских библиофилов и собирателей гравюр, литографий, лубков и прочих произведений печати. М., 1904; Очерки истории музейного дела в России. М., Вып. 2. 1960; Вып. 3. 1961; Вып.5. 1963; Вып. 6. 1968; Вып. 7. 1971.

[18] Боткина А.П. П.М.Третьяков в жизни и в искусстве. М.1951.

[19] Там же.

[20] Брентано Л. Опыт теории потребностей.-Казань, 1921, с.10.

[21] Магун В.С. Потребности и психология социальной деятельности личности.-Л., 1983.

[22] Леонтьев Д.А. Жизненный мир человека и проблема потребностей //Психологический журнал.-1992.-№ 2.

[23] Ильин Е.П.Мотивация и мотивы.-СПб.:Питер, 2002, с.29.

[24] Ковалев В.И. Мотивы поведения и деятельности.-М., 1988.

[25] Баканов Е.Н., Иванников В.А. О природе побуждения //Вопросы психологии.-1983.-№ 4;Ковалев А.Г. Психология личности.-М., 1969; Платонов К.К. Структура и развитие личности.-М., 1986; Рубенштейн С.Л. Основы общей психологии.-М., 1946; Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы, эмоции.-М., 1971; Абдульханова-Славская К.С. Деятельность и психология личности.-М., 1980.

[26] Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. М., 1986.

[27] Божович Л.И. Избранные психологические труды: Проблемы формирования личности /Под ред. Д.И.Фельдштейна.-М.:Межд. Пед академия, 1995.

[28] Платонов К.К. Структура и развитие личности.-М.:Наука, 1986.

[29] Ильин Е.П.Мотивация и мотивы.- СПб.:Питер, 2002, с.9.

[30] Лоренц К. Агрессия.-М., 1994.

[31] Фромм Э. Бегство от свободы.-М., 1998.

[32] Кречмер Э. Строение тела и характер.-М.: Педагогика-Пресс, 1995.

[33] Якобсон П.М. Психологические проблемы мотивации поведения человека.-М., 1969.

[34] Маслоу А. Мотивация и личность.-СПб.:Евразия,1999.

[35] Сорокин П. Голод и идеология общества. Квинтэссенция .-М., 1990, с.231.

[36] Wittlin A. The Museums. Its History and its Tasks in Education. L., 1949.

[37] Станюкович Т.К. Этнографическая наука и музеи. Л., 1978; Шмит Ф.И. Исторические, этнографические, художественные музеи. Очерк истории музейного дела. Харьков, 1919.

[38] Грицкевич В. П., Гужеловский А. А. Музеи мира. -Минск, 2003.

[39] Там же.

[40] Шмит Ф.И. Исторические, этнографические, художественные музеи. Очерк истории музейного дела. Харьков, 1919.

[41] Там же.

[42] Садыкова Н.С. Музейное дело в Узбекистане. Ташкент, 1975.

[43] Кравцун О.А. Художник и меценат: черты самосознания. // Русская галерея. М.1999. № 2.

[44] Психология. Словарь / Под общ. ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. - 2-е изд. М.,1990.

[45] Античная художественная культура.-СПб., 1993.

[46] Нильс И. Эрмитаж в гостинной // Дело.- 2003.-№ 22.

[47] Пересада А. Мистер балалайка из Вашингтона //Отчизна. 1989. №11.

[48] Книга рекордов Гиннесса. 2002. М., 2002.

[49] Еленина Т. Что коллекционируют в Америке // Миниатюра. 1992. Вып. 8.

[50] Котыхов В. Игра в бисер. Тиролька у водокачки дорого стоит // Московский комсомолец. 2002. 20 августа; Юрова Е. Игра в бисер // Антиквариат. Предметы искусства и коллекционирования. 2002. №1.

[51] Объявления // Петербургский коллекционер. 2002. №3 (20).

[52] Словарь коллекционера. Спб., 1996.

[53] Жуков А. Необычные коллекции // Миниатюра. 1996. Вып. 31.

[54] Подгурский О. Бронзовый век продолжается! // Антик. 2001. №2; Полунина Н., Фролов А. Коллекционеры старой Москвы. Иллюстрированный биографический словарь. М., 1997.

[55] Объявления // Петербургский коллекционер. 2002. №3 (20).

[56] Я познаю мир. Коллекции и коллекционеры / Сост. С. Истомин. М., 1998.

[57] Псковский коллекционер. 2000. №3 (10).

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий