регистрация / вход

Проблема "Возрождения" в культурологи

Исследование проблематичных вопросов Ренессанса, главное противоречие эпохи Возрождения - столкновение необъятного нового с еще крепким, хорошо устоявшимся и привычным старым. Истоки и основания культуры Ренессанса. Сущность гуманизма эпохи Возрождения.

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

КИЕВСКИЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

им. ДРАГОМАНОВА

РЕФЕРАТ

ПО КУЛЬТУРОЛОГИИ

НА ТЕМУ:Проблема Возрождения в культурологи. Истоки и основания культуры Ренессанса. Сущность гуманизма эпохи Возрождения

Выполнила студентка 33 группы

Жолобецкая Нина

Киев 2009


Проблема «Возрождения» вкультурологии

Для каждой культуры или эпохи характерны значительные личности, а их имена выступают как ее знак или символ. Так, для Рима это были консулы, императоры и полководцы. Для эпохи Возрождения, или Ренессанса,— это титаны и гении духовной культуры. Что же возрождала эпоха Возрождения? Что делает ее такой значимой в культуре мира? Что принесла она в мир культуры?

В Ренессансе проблематично многое: определение времени его возникновения и существования, пространственные границы, особенности протекания в различных странах, классификация периодов и так далее. Когда речь шла о Средневековье, то все-таки была отправная точка, позволяющая датировать окончание периода античности и начало средневековья. Для Ренессанса такой отправной точки нет, поскольку одни процессы, вылившиеся в торжество духа и мысли, красоты и гармонии, начинались гораздо раньше него, другие заканчивались гораздо позже. Так, Данте и Джотто начали свою деятельность в XIII веке, который определяется, скорее, как Предвозрождение, а Шекспир создавал свой великий театр в конце XVI—начале XVII века.


Кроме того, Возрождение связано с традициями и ценностями античности, а античная культура существовала лишь на территории Греции и Рима, именно поэтому Ренессанс начался и проявился наиболее ярко в Италии. Культура других европейских стран испытала сильное влияние идей, форм жизнедеятельности, духовных ценностей итальянского Возрождения, но ей не присущи столь сильно выраженные черты этой эпохи: в то время, когда разворачивалась античная культура, они переживали период варварства, так что им нечего было возрождать. Поэтому речь пойдет преимущественно об Италии.

Существуют стойкие представления о Ренессансе как об идеально прекрасном мире, где жили титаны духа, а человек был гармоничным и свободным. Нет, Ренессанс, как и другие эпохи, насыщен кровавыми столкновениями и разорительными войнами, монархи, тщеславные и жадные, преследовали тех, кем сейчас восхищается мир. Это же время ознаменовалось кровопролитной борьбой протестантов и католиков, расколом христианской церкви в Европе, жестоким искоренением свободомыслия. Недаром во многих исследованиях Ренессанса официальной датой, завершающей эту эпоху, считается 1600 год — год сожжения на костре Джордано Бруно за проявленное им инакомыслие по отношению к официальным церковным установлениям.

Главное противоречие эпохи Возрождения — столкновение необъятного нового с еще крепким, хорошо устоявшимся и привычным старым. Только теперь, с вершины прошедших веков мы видим, как зарождались, формировались и осуществлялись новые тенденции буквально во всех сторонах действительности, что послужило причинами их появления и какие они имели последствия. Но в то время для истово верующих людей совершенно непонятны были столкновения папского Рима со светской властью или требования реформаторов церкви. Это было воистину время открытия мира, вдруг стремительно раздвинувшего свои границы и так широко, как не могли себе представить и крестоносцы: новые континенты и народы, новые сведения и знания потрясают ограниченного обывателя и обостряют его представления о дьявольских искушениях, еретиках, колдунах и ведьмах. Лучше всего о противоречиях этой эпохи сказал французский поэт XX века Поль Валери (1871—1945): в Италии происходило “...кипение жизни и идей, в котором проявились всемогущество и анархия, богатство и благочестие, ощущение вечности и чувственность, утонченность и насилие, наибольшее простодушие и наибольшее дерзание интеллекта — в сущности, все крайности жизненной и умственной энергии в их единстве” [351, с. 266].

Тем не менее, при всей пестроте противоречий, при всей жестокости и грубости нравов эпоха Возрождения подняла общество на качественной новый уровень осознания себя, своей деятельности и ее целей. Выделим основные особенности этого времени.

1. Сам термин “Возрождение” означает стремление общества понять и переосмыслить свое прошлое, возродить его былую славу и отмести его ошибки. Одна из главных идей Возрождения — связь времен, возобновление всего, что не успела завершить античность. Величие Рима-города и Рима-государства, его характеры, действия сильных и значительных людей, художественные традиции — все это как бы вдруг открылось уму и взгляду пытливых искателей. Л. М. Баткин высказывает мысль о том, что Ренессанс из идеи “подражания” древним, ориентации на прошлое, преклонения и любви к античности вынес совершенно новые принципы жизни и деятельности, буквально изобрел “новый стиль” в каждом своем деянии. Сущность этого шага в новое состояние обозначил Франческа Петрарка (1304—1374) в письме к Боккаччо: “...тот, кто подражает, должен постараться написать похоже, но не то же самое, и этому сходству надлежит быть не таким, какое бывает между портретом и человеком, изображенным на портрете..., а таким, как между сыном и отцом” [24, с. 33].

2. Возрождение “открыло” миру индивидуальность человека и показало путь к личностному состоянию. До этого времени отдельного человека воспринимали как биологическую особь, отделенную от других на том основании, что человечество состоит из людей [там же, с. 4]. Термина “индивидуальность” в его современном значении [49] тогда практически не было, поскольку понятие individual , individuum обозначает человеческую биологическую единицу, проявляющую себя лишь как часть коллективного целого. И только Ренессанс увидел человека в его неповторимости и способности к творческой деятельности, только Ренессанс сделал значимыми его эмоциональный мир, страсти и аффекты, своеобразие отношения к действительности, и только в эпоху Ренессанса главным героем своего времени становится человек действующий. Он раскрывает для себя меру своей разумности и ответственности перед миром, меру воли, свободы и личного достоинства. Ренессанс пришел к мысли о богоподобии человека и вывел из этого идею о беспредельности его возможностей, которая реализовалась в деятельности титанов Возрождения. Она же составляет одну из основных черт Возрождения — гуманизм (лат. " humanus " “человеческий”, “человечный”. Гуманизм — признание ценности человека как личности, его права на свободное развитие, утверждение блага человека как критерия оценки общественных отношений).


3. Гуманизм Возрождения рождает “ясное стремление к бунту”, для этого периода культуры характерна “программа разрыва со старым миром с целью утвердить иные формы воспитания и общения, иное общество и иные взаимоотношения между человеком и природой” [69, с. 34]. Стремление к бунту не порывает с религией и церковью, но создает светскую культуру, отходящую от религиозного влияния. “Возрожденцы удивительным образом умели сочетать самые возвышенные, самые духовные ... идеи с таким жизнерадостным, жизнеутверждающим, веселым и игривым настроением, которое иначе и назвать нельзя, как светским и даже земным” [180, с. 50].

4. В качестве общего для всего Возрождения в его временном и пространственном отношениях следует считать и особое ощущение того, что эта эпоха — “золотой век” в жизни человечества. “Наш век — век воистину золотой. Он возродил свободные искусства, которые уже погибли,— грамматику, поэзию, ораторское искусство, живопись, скульптуру, архитектуру, музыку и древние напевы орфеевой арфы”, — писал один из гуманистов этого времени Марсилио Фичино (1433—1499) [81, с. 17].

Итак, Возрождение — переходный этап истории человечества, культуры, политической и экономической жизни. В его истории выделяются три периода: раннее Возрождение — Треченто (XIV век), высокое Возрождение, период его расцвета — Кватроченто (XV век) и позднее Возрождение — Чинквеченто (XVI век).

В период Треченто в Италии появляются первые мануфактуры и связанные с ними новые формы эксплуатации, вспыхивают бурные столкновения зарождающегося рабочего класса с молодой буржуазией. Процветали свободные города-государства, города-коммуны (такие, как Флоренция), где не было крепостной зависимости, и главную роль в них играли не аристократы, а торговцы и ремесленники. В искусстве — это эпоха Франческо Петрарки и Джованни Боккаччо, создавших новую литературу, “центральной фигурой которой становится человек во всех его проявлениях с его сложной внутренней жизнью” [290, с. 16].

В эпоху Кватроченто разгорается жестокая война между сторонниками римского папства (гвельфами) и императорской власти (гиббелинами), в городах-коммунах к власти приходят олигархи, жестоко подавляя выступления “тощего люда”. Но в это же время расцветает живопись, давшая мощный толчок следующему периоду — высокому Возрождению. В XV веке начинает работать Леонардо да Винчи, его продолжателями станут Рафаэль и Микеланджело. Вспыхивает интерес к гуманитарному знанию ( studio gumanitatis ), даже в церквях в праздничные дни вместо проповеди читались стихи Данте и лекции по античной литературе и философии. Именно в это время Иоганном Гутенбергом изобретено книгопечатание.

Самым трагическим был период Чинквеченто: невиданный расцвет искусства наряду с самыми страшными потрясениями экономического, социального и религиозного характера.

Всем трем этапам предшествовал краткий период кануна Возрождения, предвозрождение (вторая половина XIII века) — Дученто, когда только складывались антифеодальные настроения и появлялись свободные города, а в искусстве работали Данте и Джотто.

Истоки и основания культуры Ренессанса

Впервые (1550) термин “Возрождение” употребил итальянский историк искусств Джорджа Вазари (1511 — 1574), оставивший жизнеописания великих художников этого времени. Мы уже отмечали, что истоки Возрождения можно найти в греческой и римской античности, но уже в культуре средних веков столкнулись христианские и языческие, античные тенденции. Их взаимодействие, продолжавшееся почти тысячелетие, разрешилось возвращением к античности в новом качестве.

Основа ренессансного переворота — переход от религиозного сознания к сознанию эмпирическому и рациональному, связанному с земными, а не “небесными” интересами людей. Стремительное развитие материального производства потребовало для своего осуществления человека активного, располагающего личной свободой, гармонически развитого и стремящегося к интеллектуальному совершенствованию. Уже в средние века наметился прогресс естественнонаучного знания, тогда же появились университеты. Все это пробило брешь в теологическом мышлении и возродило интерес к античности, ее идеям, идеалам, исканиям и искусству. Но на мировую арену вышли не только гуманисты, а совершенно противоположные им по духу и морали персонажи действительности, такие, как жестокие завоеватели Мексики или хищники-ростовщики, или те, “у которых необузданный индивидуализм перерастает в неслыханное злодейство” [121, т. 3, с. 21], их легендарные или реальные образы запечатлели Данте в начале периода и Шекспир — на излете эпохи. В это же время обострилось восприятие противостояния гения и злодея, начались поиски смысла бытия человека, живущего не в созданном фантазией художника мире, а в реальной действительности. Выбор личности понимался совершенно конкретно: либо стремление к гармонии и богоподобию, либо злодейство. Серьезное значение приобрел вопрос о смысле жизни, личной ответственности, свободе. “На этом пути формируется человек, всеми своими достижениями обязанный только самому себе. Критерием же того, что он правильно распорядился своими внутренними ресурсами ... оказывается успех внешней деятельности” [157, с. 13].

Среди истоков и предпосылок становления Ренессанса нужно отметить и постепенное освобождение общества от власти феодалов, независимо от того, каким путем оно происходило: либо монарх, объединившись с городским населением, изгонял феодалов и устанавливал свою власть, либо восставшее крестьянство, объединившись с тем же городским населением, устанавливало республику, как, например, во Флоренции. Это освобождение сопровождалось усилением городской культуры, ибо именно в ней концентрировались торгово-купеческие капиталы.

“Речь идет не о внезапном появлении неких готовых буржуазных отношений, за которыми механически должно следовать Возрождение и новая, раннебуржуазная идеология — гуманизм. Истоки его — в наиболее раннем процессе ослабления феодальной экономики и феодальной идеологии, обусловленной всей предыдущей историей страны. Возрождение — это сложное взаимодействие всех факторов периода раннего капитализма — экономических, политических, культурно-идеологических” [290, с. 16].


Если главным основанием культуры Возрождения можно считать гуманизм, то все ее другие стороны строятся именно вокруг него. С гуманизмом связаны новые политические идеи, например, проблемы государственности, экономики (появляется первый труд по бухгалтерии и бухгалтерскому учету математика и геометра Луки Пачоли). В политической культуре огромное значение придается личности правителя, этому вопросу посвятил свою работу “Государь” Никколо Макиавелли (1469—1527). Богатство проявлений человека и государя реализуется не только в позитивном, созидательном начале, оно обнаруживает себя и в тех отрицательных примерах, которыми богата политическая жизнь общества. Величию титанов Ренессанса прямо противостоят его не менее яркие и могущественные злодеи. “Падение политического веса феодальной аристократии ... освободило государя от ее опеки и от пагубного влияния враждующих придворных клик. Его личность смогла проявляться беспрепятственно. Не случайно почти все правители в XVI веке ...обладали сильными характерами с ярко выраженными индивидуальными чертами” [290, с. 14]. Это привело к поляризации морали и аморальности. Политические цели правителя утратили религиозные ограничения и поэтому с присущим эпохе размахом, яркостью и остротой проявились худшие черты власть имущих. “Политический расчет и связанные с ним вероломство и измена открыто заняли главное место. ... Воплощением политической и моральной беззастенчивости были не только Цезарь Борджиа, но и Генрих VIII, Елизавета, Франциск I, Екатерина Медичи и другие. Пышность и блеск придворной жизни, меценатство, увлечение античной мифологией приобрели небывалый размах и действительно резко отделили “ренессансный” двор от века предшествовавшего, в котором лишь богатейшие бургундские герцоги могли позволить себе нечто подобное” [там же, с. 14—15].

И все же гуманизм Возрождения с особой силой реализуется именно в интеллектуальной, духовной сфере и особенно в искусстве.


Сущность гуманизма эпохи Возрождения

Для того, чтобы лучше понять, что такое гуманизм Ренессанса, отступим на несколько шагов назад, оглянемся еще раз на средневековье. Мы видели, что центральной в этот период была идея Бога — Бога-создателя, Бога-судьи, Бога-носителя справедливости, и все, чем было заполнено сознание и обывателя, и ученого, было в различной форме связано с религиозным началом. Любовь толковалась лишь как любовь к Богу и его — всеобъемлющая и всепрощающая — к людям. Любовь земная выглядела не иначе как греховным помыслом. Познанию представало только Священное писание, а ученостью считалось точное воспроизведение и толкование священных текстов и умение постигать величие Бога в общих понятиях. Человек для средневекового менталитета — лишь тварь, то есть сотворенное, вторичное, а также раб, должный почитать Всевышнего. Но, как ни странно это покажется, именно в средневековье вызревали элементы нового понимания мира и особенно нового отношения к человеку.

В первой главе уже упоминалось имя Франциска Ассизского, сделавшего основанием религии и веры любовь. И хотя для него это слишком абстрактное чувство, обращенное, как упоминалось, к божественному началу, одухотворенное и возвышенное, хотя оно не несет в себе никаких страстей, но идея уже сформулирована, слово прозвучало.

Другой мыслитель средневековья Фома Аквинский (1225/26—1274), рассуждая о путях и способах познания мира, замечает, что человек может познавать неповторимость вещей реального мира чувственным образом. И, хотя другие его размышления все же уводят познание общего в мире к божественной воле, начало поиску роли и значимости человека и его чувственности было положено.

Конечно, это еще далекие предвестники ренессансного взгляда на человека, и только в эпоху Возрождения они обретут свою полноту и определенность.

Кроме религиозных философов, свою роль в становлении гуманизма сыграло и появление куртуазии, придавшей чувственности (а значит, и внутреннему миру) всеобъемлющую значимость в жизни человека. Й. Хёйзинга пишет: “Именно из чувственной любви проистекало благородное служение даме, не притязающее на осуществление своих желаний... Элемент духовности приобретает все большее значение в лирике; в конечном счете следствие любви — состояние священного знания и благочестия, la vita nuova[1] [306, с. 113].

Не последнее место в возникновении нового взгляда на человека имело возникновение университетов, постепенное движение к экспериментальной науке, которая уже более твердо стоит на земле, не столь пристрастно обращена к небу; науке, которой мало словесных построений, поскольку нужна чувственная предметность реального мира. В этой науке человек может быть кем угодно, но он уже не раб, более того, в период высокого Возрождения он оказывается подобен Богу в своей творческой способности делать то, чего до него не было в мире. Поскольку же человек Ренессанса — это, как уже было сказано, человек, активно действующий в мире, то особое место занимает этика, рассматривающая вопросы земного предназначения человека, обосновывающая новое понимание его индивидуальной и социальной ценности.

Это была новая этика, освобожденная от церковной зависимости. В ее центре, по мысли современников, должна находиться поэзия, в которой “раскрывается ... богатство человеческой практики. Через познание “человеческого” к познанию мира — этот принцип, выдвинутый Петраркой, знаменовал начало новой, гуманистической культуры.” [290, с. 28]. Для Петрарки, поэта и мыслителя, одной из главных добродетелей человека стало знание, образованность. Его современник Салютами (1331—1404) говорил: “Ничего нет для тебя почетней, ничего прекрасней, ничего похвальней, чем посредством ... учености подняться на ступень над другими и столь почтенными трудами возвыситься над самим собой” [157, с. 23]. Как и знание, поэзия должна указывать людям путь к счастью. Этика и литература нового времени должны были решать практические проблемы жизнедеятельности человека, и тот идеал, который они предлагали, не имел ничего общего с задачами средневековой литературы.

Наиболее значимыми для совершенствования земного человека считались в XIV—XV веках гуманитарные науки, в которых воплотился весь опыт человеческой культуры. Они изучались в разных городах, особенно во Флоренции, — в кружках ( studio humanitatis ), призванных формировать нового человека, обладающего высоким свойством гуманизма, сочетающим добродетель, ученость и практический опыт [290, с. 29].

В пору средневековья человек был элементом семьи, христианской общины и государства, и его положение в мире понималось как предопределенное божественной волей. Главные авторитеты — Священное писание и духовные отцы отказывали человеку в самостоятельности в любом деле. Он должен был иметь в качестве образца для подражания поступки Христа и его апостолов: не поддаваться искушениям и следовать заветам Бога-отца. Гуманисты же в центр мира поставили человека — не богоподобного, но свободного в своем выборе и деяниях.

Одним из самых главных проявлений свободы называли любовь, полагая ее высшей формой осуществления человеческих возможностей. Появляется множество трактатов о любви, любовь для человека этой эпохи — не только чувство, страсть, Эрос, но и красота, на которой зиждется искусство. В любви объединяются эстетическое и нравственное. Рассуждая о красоте, итальянский мыслитель, прозванный “вторым Платоном”, Марсилио Фичино писал: “Когда мы говорим о любви, ее надо понимать как желание красоты... Красота же является некоей гармонией, которая рождается по большей части от сочетания как можно большего количества частей. По природе своей она трояка.Ведь гармония в душах возникает от сочетания многих добродетелей; в телах гармония рождается из согласия красок и линий; величайшая же гармония в звуках — из согласия множества голосов”. И далее: “Мы восхвалим красоту тела, мы оценим красоту души и будем стремиться всегда сохранить ее, чтобы любовь была столь же сильной, сколь велика красота. Там же, где тело прекрасно, душа же — нет, мы будем любить красоту лишь немного, как тень и зыбкий образ красоты. Где же прекрасна душа, мы страстно возлюбим неизменную красоту духа. Но с еще с большей силой восхитимся мы соединением и той, и другой красоты” [222, с. 53, 55].

Таким образом, величайшим открытием Возрождения был сам человек: его внешний облик, его внутренний мир, его разум, его деяния. Петрарка говорил, что люди удивляются многим природным явлениям, однако ничему не следует удивляться более, чем человеческой душе, с которой ничто более не может сравниться, поскольку главную роль и в счастье, и в несчастье человека играет его собственная воля. После автобиографических и философских трудов Петрарки в мировоззрении мыслителей Ренессанса в качестве главного объекта рассмотрения и познания надолго утвердился человек.


Архитектор и теоретик Леон Баттиста Альберти (1404—1472) рассматривал человека как результат его собственной деятельности, направленной на самосозидание. Он говорил о том, что высшее блаженство человека заключается в достижении всего собственными силами и добродетелью. Человек должен не только сам творить добро, но и побуждать других к этому. Поэтому высшая гармония человека — не только гармония внешнего, телесного и внутреннего, духовного, но и гармония личного и общественного. Альберти был убежден, что человек сам должен выстоять в борьбе с судьбой, Фортуной: “Фортуна одерживает верх только над тем, кто ей покоряется”.

Так утверждалась идея активности человека, способного весь этот опыт вобрать в себя и реализовать в деятельности. Гуманисты считали, что свою земную жизнь каждый человек должен построить сам, изучая природу и весь предшествующий человеческий опыт через философию и искусство, преодолевая все случайности и превратности мира в процессе самосовершенствования. В отличие от восточных теорий самосовершенствования, предполагавших пассивное, созерцательное медитирование, человек Ренессанса должен строить себя сам. Любое найденное им в активной деятельности знание должно стать руководством к действию.

Еще одно, сложившееся в период Кватроченто, направление гуманизма изложил Лоренцо Валла (1405 или 1407—1457). Опираясь на учение Эпикура, он отождествил наслаждение с полезностью, поскольку это соответствует гармонии человека и природы, индивида и общества. “Полезность — естественная цель действий человека, всей его жизни и в то же время — важнейший критерий его поступков. Жить добродетельно — значит жить с пользой для себя. Но это не исключает взаимной любви людей, ибо и она — источник наслаждения. По мысли Валлы, люди, если они не злодеи и не глубоко несчастны, не могут не радоваться благу другого” [290, с. 31]. Эти отношения должны определять и всю систему государственности, считает Балла.

Ренессансчый человек, согласно взглядам гуманистов, связывает себя с окружающим миром. Он видит себя и частью природы, и частью общества, обращая свои достоинства на благо мира. Джордано Бруно (1548—1600) представлял человека титаном, энтузиастом, вечно стремящимся к высоким целям, к осуществлению своих способностей. Его цель не может быть оправдана средствами, поскольку он сознательно и ответственно совершает моральный выбор. Вершину раскрытия лучших качеств человека Бруно видит в героической любви, которая может преодолеть убогость повседневности, отдаваясь “более высоким деяниям” [46, с. 106.]

В начале XVI века перед гуманистами встает вопрос о познании мира. Географические открытия, новые системы в астрономии, развитие инженерного дела и другие моменты движения общества к появлению нового в практической деятельности людей потребовали от личности, чтобы ее гармоничность заключалась не только в этике, но и в интеллектуальности. Для ренессансного человека знание — добродетель, стремление человека к счастью — это его стремление к знаниям. Знания нужно добывать в окружающем мире, как полагал Томас Мюнцер, доверяя не авторитетам, а лишь собственному разуму. Вырабатывается новый способ мышления, в центре которого стоит человек, и равной ему видится природа. Только человек может употребить все свои силы и на выявление особенностей бытия природы, и на конструирование нового, что является уделом только человека. В своей созидательной деятельности он выступает как бог, творец, создатель. И этим определяется его особенное отношение к художникам и мыслителям.

Многие гуманисты владели по большей части умозрительным знанием, против чего выступил Леонардо да Винчи. “Он подчеркнул решающее значение практики и опыта в познании мира. Он считал лишенной ценности мысль, ограниченную возможностями чистого созерцания, не соединенную с действием и не подтверждаемую критерием практики (опыт — лучший учитель, его не заменят никакие книги). Однако практика, по его убеждению, в свою очередь, “должна быть основана на хорошей теории”. Опыт открывает путь к проникновению в законы природы, но в конечном итоге они познаются разумом, ибо сама природа устроена разумно, полагал Леонардо, веря в неизменность “принципов”, лежащих в основе вещей и явлений” [290, с. 36]. Именно ему принадлежит мысль о том, что “там, где природа кончает производить свои виды,— там человек начинает из природных вещей создавать с помощью той же самой природы бесчисленные виды новых вещей” [112, с. 328].

В этих своих проявлениях гуманизм эпохи Возрождения выступал как свободомыслие. Он возвеличил человека в единстве его природного и духовного, в богатстве его мышления и чувственности, величия разума и кипении страстей.

Использованная литература

1. Мир культуры (Основы культурологии). Учебное пособие. 2-е Б95 издание, исправленное и дополненное.— М.: Издательство Фёдора Конюхова; Новосибирск: ООО “Издательство ЮКЭА”, 2002. — 712 с.


[1] Vita nuova новая жизнь — название раннего произведения Данте Алигьери и новый культурный феномен, воспетый им позднее в “Божественной комедии”: любовь, являющаяся космической силой, любовь преобразующая, перерождающая человека [306, с. 394].

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий