Творчество Шекспира

Вильям Шекспир - гениально одаренный человек из народа, ставший крупнейшей литературной и театральной величиной. "Шекспировский вопрос". Биография В. Шекспира. Три этапа творческого пути. "Ромео и Джульетта", "Юлий Цезарь", "Гамлет", "Генрих YIII".

СОДЕРЖАНИЕ:

Введение…………………………………………………………….….4

I. «Шекспировский вопрос»……………………………………..….5

II. Жизнь и творчество В.Шекспира………………………….….….9

III.Основные этапы творчества………………………………….…..12

Заключение………………………………………………………...…21

Список используемой литературы……………………………..…..22


ВВЕДЕНИЕ

Национальное единение, духовный подъем, на­сыщенность культурной жизни — такова была обстановка, в которой на рубеже XVI—XVII вв. развернулось творчество Вильяма Шекспира (1564—1616) . Этой насыщенностью в значитель­ной мере объясняется выдвижение гениально одаренного человека из народа, который, види­мо так и не окончив провинциальной приход­ской школы, пришел в столицу и спустя всего несколько лет стал крупнейшей литературно-театральной величиной.

Дарование Шекспира было отмечено с пер­вых его сочинений. Он нашел поддержку в творческой среде, возглавил как автор и ру­ководитель самую популярную театральную труппу той поры, по достоверному свиде­тельству современника, восторженное покло­нение окружало его. Хотя следующая эпоха английской литера­туры в лице ее крупнейшего представителя, поэта-республиканца Джона Мильтона приня­ла и развила эту высокую оценку, все же с началом Английской буржуазной революции XVII в. драматургия Шекспира лишилась до­ступа к широкой общенародной аудитории, когда были закрыты театры. Возрождение Шек­спира, совершившееся на переходе из XVII в XVIII в., несло на себе признаки сущест­венных, в том числе необратимых, утрат.


I . «Шекспировский вопрос».

Практически разрыв с непосредственно шек­спировской традицией выразился в потере ру­кописей, рассеянии биографических сведений, что. позднее оказалось благодатной почвой для возникновения вопроса о принадлежности Шек­спиру шекспировских сочинений.

Многие легенды о Шекспире, начиная с рас­сказов о его браконьерстве, содержат, по мнению авторитетных шекспироведов, крупицы истины.

Но в то же время от биографии к биогра­фии наблюдаются колебания между «богемным» и «бюргерским» Шекспиром.

Хотя сомнений в авторстве Шекспира нет, и сам по себе «шекспировский вопрос» является искусственным, все же это далеко не случайное историко-литературное недоразумение. С пред­ставлениями о Шекспире он переплелся до­вольно прочно, и это имело разнохарактерные последствия.

Первым среди английских писателей Шекспир стал достоянием комментаторов, подобно тому как прежде было с античными классиками или— из авторов Нового времени —-с Данте. Эта ра­бота началась фактически еще в шекспиров­ские времена, вскоре после смерти Шекспира. Собрание его пьес, «первое фолио» 1623 г., выпущенное актерами его труппы в сотрудни­честве с Беном Джонсоном, было достойным ему памятником. Это «фолио» выдержало на протяжении XVII в. несколько переизданий, а со второй половины столетия, когда шекспи­ровская эпоха отодвинулась в прошлое, начи­нается сбор сведений о Шекспире любителями старины, которые составили самые ранние его жизнеописания (Фуллер, 1662; Обри, 1681). Джон Драйден , крупнейший из английских драматургов того времени, рассматривает Шек­спира уже как национальное наследие, отечест­венную классику («Опыт о драматической по­эзии», 1668 ). С началом XVIII в. формируется шекспироведение , результатами трудов кото­рого оказываются первая, по возможности выве­ренная биография Шекспира (Николас Роу, 1709 ) и ряд комментированных изданий, вы­полненных видными текстологами (Теобальд, Стивене, Кольер ).

На русском языке первое жизнеописание Шекспира, переведенное с французского, появ­ляется в конце XVIII в.

Однако шекспировское время ушло, эпоха была другая и вместе с дельными уточнениями шекспировский текст покрывается слоем истол­кований, сделанных в духе просветительства, классицизма. Энтузиасты видели свою задачу в том, чтобы стереть из представлений о Шекспи­ре все, казавшееся им слишком грубым, проти­воречивым, «варварским».

В спектаклях по шекспировским пьесам XVIII век видел великанов английской сцены, в первую очередь Дэвида Гаррика , который, однако, играл Шекспира сокращенного, пере­писанного и дописанного. Так что «шекспиров­ский вопрос», возбужденный на рубеже XVIII —

XIX вв., был одной из попыток рассмотреть в Шекспире то, что было не понято, не объяснено, а всего лишь сглажено. Поиски ответа на разно­образные вопросы, догадки, домыслы, выдви­гаемые в антишекспировских версиях, слу­жили своего рода стимулом активизации шек­спироведения.

В нашем веке была показана беспочвенность основных доводов ниспровергателей шекспиров­ского канона, но сила некогда распространив­шихся сомнений порой еще действует, и по инерции имя Шекспира наряду с ореолом славы по-прежнему окружено «загадкой». Многие во­просы жизни и творчества Шекспира, несмотря на усилия изыскателей, не решены или решены предположительно. Преувеличивать противоре­чия и трудности, сложившиеся вокруг Шекспи­ра, не следует.

Другое дело основные вопросы шекспиров­ского творчества. Даже в пределах одного и того же замысла, одного произведения у Шекспира наблюда­ются изменения в ходе мысли. До нас дошли разные авторизованные варианты его пьес. Прижизненные шекспировские издания, назы­ваемые «кварто» (по формату в четверть листа), составляют две категории — «добротных» и «порченых». Последние выпущены без участия автора, «пиратским» способом, но первые — авторизованы.

Как свидетельствуют редакторы первого «фо­лио» (в лист), издание тоже готовилось по авторским рукописям. А все-таки между «доб­ротными кварто» и «фолио» немало разночтений. Еще большие разночтения вносит в шекспиров­ский текст сама история, «редактируя» вмес­те с текстом проблемы, Шекспиром поставлен­ные.

От века к веку восприятие Шекспира меня­лось, но существует в то же время и преемст­венность, определяемая цельностью шекспиров­ских созданий. Мы по-своему понимаем гам­летовскую смятенность, но само состояние смятенности, как и потрясение, пережитое Лиром, и есть создания Шекспира.

Нужно учитывать и перестройку всей шкалы проблем в шекспировских пьесах. «Что проис­ходит в «Гамлете»?» — этот вопрос видный шекспировед Довер Уилсон поставил в загла­вие своей книги (1934), постаравшись рассмот­реть шекспировскую трагедию глазами шек­спировского современника. Другой авторитет, шекспировед и режиссер Гарлей Гранвиль-Баркер , признавший многие доводы Уилсона основательными, со своей стороны подчеркнул, что из старого материала многое можно «сделать понятным», но это еще не значит заставить старый материал жить в восприятии зрителя другой эпохи. Трудности такого рода под силу разрешить только самому театру, где индивидуальность актера соединя­ет оттенки шекспировского образа, распадаю­щиеся в восприятии читателя.

Понимание Шекспира как фигуры мирового масштаба складывалось из сочетания многих межнациональных усилий, предпринимаемых в разных странах. Магистральную линию в ис­толковании Шекспира определяли выдающиеся мыслители, творцы, поднимавшиеся на уровень Шекспира. Это не значит, что гиганты — Гете. Гегель, Стендаль, Пушкин — не перетолковы­вали Шекспира по-своему, но именно через них осуществлялась глубинная, историческая и собственно творческая преемственность, иду­щая в литературе от Шекспира. Особую роль в истолковании Шекспира сыграла немецкая фи­лософская и эстетическая мысль на рубеже XVIII—XIX вв. от Гердера, Гете, через А. В. и Фр. Шлегелей к Гегелю. Диалектический подход позволил немецким философам снять противоречия в оценке Шекспира, которые сложились в XVIII в. у английских и француз­ских почитателей и ниспровергателей великого драматурга. Со временем в каждой стране, принявшей Шекспира на свою почву (своим чередом — в России), складывается традиция национального шекспироведения. Совершенно исключительное явление представляет собой Шекспир на советской сцене, в советских пере­водах и исследованиях.

II .Жизнь и творчество В. Шекспира

Шекспир был коренным жителем графства Варвик .Предки его обживали Варвикшир с давних пор. По всему краю прослеживаются их фамильные связи и среди простых землепашцев, и среди ремесленников, и в дворянских семействах. Дед Шекспира по отцу был арендатором у деда с материнской стороны,— семья переживала подъем, зная и полосы неудач. Ко времени появления на свет Вильяма Шекспира в апреле 1564 г. его отец занимал как ремесленник и торговец видное положение в Стрэтфорде-на-Эвоне. По материнской линии предками были мелкие сельские дворяне, воль­ные землепашцы и воины, йомены В людях своей среды Шекспир видел опору нации, о чем говорят немногочисленные, од­нако многозначительные характеристики йоме­нов как олицетворения надежности, стойкости и мужества

Однако Шекспир шел в ногу с эпохой откры­вавшихся горизонтов. Укрепление националь­ного единства и мирового влияния англичан, формирование Великобритании, первые владе­ния в Новом Свете — все это отражалось в творчестве Шекспира. Мировые масштабы поли­тики и хозяйствования делали для незаурядных людей тесным по-своему устроенный и поэтич­ный, но провинциальный Стрэтфорд. На поиски удачи стрэтфордская молодежь уходила в Лондон. На дорогу, протоптанную земляками, молодой Шекспир встал вместе со своим млад­шим братом Эдмундом, который также стал ак­тером, но рано умер (от чумы) и был похоронен в Лондоне. На фоне многих стрэтфордских судеб, выясненных исследователями, предприятие братьев Вильяма и Эдмунда Шекспиров выглядит типичным.

О жизни Шекспира во второй половине 1580-х годов, когда он только обосновался в столице, сохранились лишь предания. Документальные данные представляют Шекспира уже сложившейся литературной фигурой, заме­ченной благожелателями и завистниками. Но если учесть, что первыми издателями поэм и постановщиками пьес Шекспира в Лондоне бы­ли его земляки-стрэтфордцы, то этим до извест­ной степени можно объяснить быстрый подъем одаренного молодого человека.

Гениальное дарование развила и оформила вся атмосфера, насыщенная новшествами и густо населенная талантами. Если в местной грамматической школе он получил основы знаний по латыни, литературе, истории, то лондонская культурная жизнь давала ему готовые результаты плодотворной и энергичной духовной деятельности блистательного поколе­ния поэтов, драматургов, мыслителей.

Шекспир вышел из народа, выражая мощь целой нации. Основное свойство его творче­ства, его мировоззрения — масштабность. На фоне литературы его времени, очень богатой, охватившей противоречивость и пестроту бур­ной эпохи, отразившей конфликты между самыми разными социальными, культурными и клерикальными силами, позиция Шекспира вы­глядит достойным соответствием символу его театра — Геркулес с земным шаром на пле­чах. Смелость мысли, широта дерзаний — это так­же в духе времени.

Своих персонажей Шекспир поселил соот­ветственно в своем лесу, названном по имени матери — Мэри Арден, имя, которое было унаследовано от тех мест, где жили шекспировские деды. Подобных локальных реалий у Шекспи­ра множество — имена, названия, местные ре­чения, со стороны непонятные и не известные, но важные для него.

Какими бы величественными ни выглядели центральные герои Шекспира, они меньше по масштабу взгляда, их оценивающего, шекспи­ровского.

Особая шкала оценок — этим определяется собственно шекспировский взгляд. Высота этого взгляда достигается не принижением персонажа, а обилием оттенков в его поведении и психологии, таким обилием, что оно намного превышает самооценку героя, даже если он и занят углубленной интроспекцией. Точно так же Шекспир не только наследовал, но и пере­работал свободу, подвижность народного те­атра.

Шекспир поднялся до положения признан­ного драматурга и хозяина театра. Около десяти лет (1590—1599) он провел в труппе своего земляка Джеймса Бербеджа, антрепренера, а затем вместе с сыном его, выдающимся траги­ком Ричардом Бербеджем , построил и возгла­вил театр «Глобус», с которым у Шекспира оказалось связанным наиболее напряженное время деятельности (1599—1613).

Напряжение было многосторонним, опреде­лялось оно причинами личными и общественны­ми. Сменилось государственное правление и вместе с этим — обстановка в стране. Наряду с творческими достижениями и практическими приобретениями (театр, титул, дом, земля) Шекспир нес груз тяжелых утрат — смерть сына (1596), отца, матери, братьев. Завер­шение творческой деятельности Шекспира бы­ло озарено заревом пожара — во время пред­ставления шекспировской пьесы загорелся и погиб «Глобус». После пожара «Глобус» был вскоре восстановлен. Кроме того, еще прежде шекспировская труппа приобрела дополнитель­ное театральное здание «Блэкфрайерс», своего рода филиал для спектаклей в зимнее время. После этого Шекспир вернулся в Стрэтфорд, хотя продолжал поддерживать связи с Лондо­ном, с театральными друзьями.

На пятьдесят третьем году жизни, по преда­нию, от «лихорадки» гота «горячки» Шек­спир скончался почти что в день своего рожде­ния (дата смерти точна — 23 апреля) и похоро­нен там, где когда-то был крещен, в церкви Троицы. Бербедж не на много пережил друга и соратника, но Геминдж и Конделл при сотруд­ничестве Бена Джонсона , а также еще ряда лиц, выпустили Собрание шекспировских пьес с указанием на титуле «по авторским рукопи­сям» (1623 ). В том же году скончалась жена Шекспира, похороненная рядом с ним, и тогда же возле гробницы Шекспира, в нише церков­ной стены, воздвигли деревянный бюст.

III .Основные этапы творчества.

Творческий путь Шекспира разграничивается на три этапа . От первых хроник, ранних коме­дий и поэм к «Ромео и Джульетте» и «Юлию Цезарю» (1590—1599); затем от «Гамлета» к «Тимону Афинскому» (1600—1608) — трагиче­ская пора, охватывающая вершины шекспиров­ской драматургии, и, наконец, поздний пери­од — перед уходом (1609—1613), сказочные или романтические драмы, среди них напутствие — «Буря», и последняя, несколько оди­ноко стоящая хроника «Генрих YIII », написанная, как полагают некоторые исследователи, не одним Шекспиром. Существуют и более дробные деления. Они улавливают дополнитель­ные оттенки, не меняя общей линии шекспи­ровского творчества.

В первых сценических опытах Шекспир об­ратился к прошлому Англии, сравнительно для тех времен недавнему. Сначала Шекспир шел следом за историей, затем, однако, он дви­нулся вспять, обратился ко временам более ранним, представляющим смуты Столетней войны.

Если нарушить порядок появления шекспи­ровских хроник и расположить их в соответствии с исторической последовательностью: «Ко­роль Иоанн» (1596), «Ричард II » (1595), «Ген­рих IV » (ч. 1-И, 1597-1598), «Генрих V » (1598), «Генрих VI » (ч. Г— III , 1590-1592), «Ричард III » (1592), «Генрих VIII » (1613), то со времен короля Иоанна Безземельного до правления Генриха VIII — отца королевы Ели­заветы, иначе говоря, вплотную к шекспиров­ской эпохе, развернется картина подъема Анг­лии, роста ее государственной монолитности и величия.

Феодальные распри, вражда Алой и Белой Розы, прославленная битва при Азинкуре, войны во Франции, восстание Джека Кеда, битва при Босворте — важные вехи отечественной истории и, конечно, крупнейшие деятели — ко­роли, вельможи, полководцы, народные герои: Жанна д'Арк или Джек Кед — все это в живом движении запечатлено шекспировскими хро­никами.

Шекспир обращался с историческими фак­тами свободно. В основу пьес брал не столько факты, сколько сложив­шееся представление об этих фактах, об исто­рических событиях и деятелях. Шекспир был верен истории в том. Он точен, когда речь идет о тенденциях времени, о том, куда и как двигалась в ту пору английская история. Особенной правды и выразительности Шекспир достигает в типах прошлого, в изображении характеров прежнего времени. Это не реставра­ция, а в самом деле — типы прошлого, сохра­нившиеся, однако, от ушедших веков до шек­спировской эпохи. В русле эпохи, движимой идеей исторического времени, когда возрожден был старый мир и на фоне его осознано Новое время, равно как за океаном открыт Новый Свет, Шекспир воплотил в исторических сю­жетах и ситуациях, и особенно в характерах, природу ушедших времен. Это художественный историзм. Время у Шекс­пира слу­жит ответом на основные исторические и социальные вопросы. В шекспировских хро­никах феодалам-оппозиционерам так и гово­рят, что упраздняет их не воля короля, а вре­мя. И сами они, сопротивляясь централизую­щей власти, сознают, что пытаются остановить историю.

Шекспир охватил всю страну, целую на­цию, народ в историческом движении. Взгляд Шекспира обладал огромной протяженностью в пространстве и во времени. Тысячелетние итоги подводил Шекспир в своих хрониках, наб­людая и показывая становление английской государственности. Шекспировская сила про­является в способности передать и «время» как эпоху, формирующую «современников», и масштаб исторических времен.

В самом начале хроники «Генрих IV » гово­рится, что англичанам надлежит исполнить долг, который тяготеет над ними уже четырнад­цать веков. Затем король сообщает, что «две­надцать месяцев прошло», как им решено исполнить этот долг. И наконец, он переходит к постановлениям государственного совета, при­нятым «вчера». Так, в живой и непосредствен­ной связи, как нечто близкое и ощутимое, постигается история. Персонажи, а вместе с ними Шекспир и его зрители чувствовали себя участниками процесса, растянувшегося чуть ли не на полторы тысячи лет: века пережива­ются так же реально, как и то, что было «вчера».

В самой первой хронике Шекспира образ патриархальной жизни, мирного и непритя­зательного существования противостоит «прид­ворной суете», возникает как манящее, желан­ное прибежище от разыгравшейся стихии кро­вавых честолюбий, прибежище желанное, но недостижимое. Чувство исторического хода вре­мени обнаруживается в поворотах собы­тий и личных судеб, обнаруживается в самом начале творческого пути драматурга. И тут же в живой форме проявляется потребность рав­новесия, и можно уловить ее социальный про­образ и реальную почву.

С циклом хроник в творчестве Шекспира перемежается серия комедий — все десять шекспировских «веселых комедий» были созда­ны в первый период его драматургической деятельности. Контраст в социальной, нравст­венной и эмоциональной атмосфере этих групп произведений очевиден: «дни кровавые» в хро­никах и «дни веселые» в комедиях — «Комедия ошибок» (1592), «Сон в летнюю ночь» (1595), «Много шума из ничего» (1598), «Как вам это понравится» (1599).

Шекспировские хроники и комедии — само­стоятельные сферы драматургического твор­чества, учитывающие разные задачи театрального зрелища и особенность жанров, однако не изолированные, а связанные между собой. «Веселые комедии» соотносятся с насыщенными драматизмом хрониками, но не потому, что способны служить комической разрядкой дра­матического напряжения и не в функции ком­ментария, возбуждающего доброе состояние Духа.

Ранние трагедии содержат мотивы, предсказывающие трагизм «Гамлета» и «Короля Лира». Деятельное участие брата Лоренцо в судьбе Ромео и Джульетты, побуждаемое и ос­вященное ренессансным гуманизмом, заверша­ется не торжеством его гуманного замысла, а гибелью героев. Обстоятельства оказываются сильнее вдохновенных усилий и благих наме­рений. Стечение событий, помешавшее их ис­полнению, не смягчает трагизма ситуации, не освобождает деятельного гуманиста от чувства личной вины и указывает на трагическое несоот­ветствие идеальных представлений гуманистов своевольной действительности.

Среди пьес Шекспира особую группу состав­ляют четыре «античные» драмы — «Юлий Це­зарь» (1599), «Антоний и Клеопатра» (1606), «Кориолан» (1607), «Тимон Афинский» (1608).

«Юлий Цезарь» — пьеса «рубежа веков», пе­реходное явление в творчестве Шекспира. Она следует за девятью хрониками из английской истории, за незавершенным циклом националь­ных хроник, расширяя исторический горизонт шекспировской драматургии. Она предшествует великим трагедиям и представляет собой «тра­гедию-хронику», смешанный и переходный жанр. Она концентрирует внимание на политической истории переломной эпохи и трагической судьбе ее великих деятелей, обнажая объективную основу движения исторического времени, не­преклонность исторического процесса и реаль­ные следствия субъективных устремлений и воли.

Как и в других своих пьесах, развертывая действие в чужих странах и в иные времена, Шекспир изображает и современную ему Анг­лию. Однако Древний Рим в «Юлии Цезаре» — не псевдоним Лондона, он сохраняет и нацио­нальные, и исторические черты. в «Юлии Цезаре» очевидны политический и гражданский климат и характеры политических деятелей Древнего Рима. В «Юлии Цезаре» действие связано с городом, с городскими проблемами, и драма эта является собственно «городской», с бархатистых лужаек под «деревом зеленым» действие раз и навсегда переносится на городской камень. Та же город­ская атмосфера в «Кориолане», а в собственно британской трагедии «Король Лир» в душевном состоянии персонажей проявляется та же «ка­менная» жестокость.

Шекспир передает специфическое и парадок­сальное состояние: когда всесторонний про­гресс, расширение горизонтов сокращают в представлении человека Вселенную, мир ста­новится узок и мал. Городская толпа в «Юлии Цезаре» выступает как грозная сила, такая сила исторического движения, какой не было в хрониках из истории Англии. Шекспир глубоко сочувствует городской бедноте, осо­бенно если она оказывается во власти ловких демагогов, как в трагедии «Кориолан», он отда­ет справедливость требованиям городской мас­сы, готов понять ее крайнее отчаяние и озлоб­ление, когда она исполняется решимости идти на бунт.

И вне античных драм шекспировский тра­гизм, как все, Шекспиру присущее, отличается масштабностью. Современный подход на основе историзма видит в шекспировских пьесах тра­гизм в развитии больших процессов, раскры­вающихся через характеры и их борьбу.Ход большого времени или даже разных времен, друг на друга наслаивающихся и стал­кивающихся между собой,— такова ведущая линия шекспировских трагедий.

На решающем этапе своего творчества Шекспир поднялся до трагизма, который сопутствовал Возрождению.

Каждая из шекспировских трагедий — траге­дия «своего времени», произошедшая из про­тиворечий магистрального хода истории в эпоху Возрождения. Открытие Нового Света и — утрата иллюзий о каких-то землях обетованных

Важно указание шекспировского современника на то, что Гам­летов сделалось «полным-полно» лет за десять до появления шекспировской трагедии: форми­ровался тип, увековеченный Шекспиром. Иск­лючительность, «одиночество» Гамлета, стало быть, условны. Гамлет сам не вполне понимает то, что «помнится» в нем. Отсюда — «загадоч­ность» его состояния, его реплик, парадоксов.

Новые убеждения в сознании Гам­лета и всех других трагических героев Шекспи­ра существуют не в «чистом виде», а в разных связях и сплетениях с убеждениями традицион­ными. Героические характеры в шекспировских трагедиях представляют собой сложный сплав, созданный влиянием разных сил — полупат­риархальной среды и ее крушением, переход­ного времени с его бурным брожением, вызы­вающим духовный взлет, и буржуазного раз­вития, служившего и основой перемен, и причи­ной кризиса.

В «Короле Лире» (1605) материал трагедии представляет собой клубок исторических на­пластований. Люди в ней боятся ведьм — и ровно ничего на свете не боятся, они еще верят звездам — и ничему вообще не верят. Человек чувствует себя и двуногим животным, и власте­лином собственной судьбы. Время вызрело, конфликты определились». И это не только конфликт между двумя поколениями, это распад многовековых эпох. Масштаб происходящего: история не в смысле— далекое прошлое, похожее на современность, а история сама по себе как процесс: уходит одно, наступает другое.

Спор с дочерью из-за свиты — король хочет оставить за собой свиту как оболочку, где сохра­нился бы его мир, уменьшившийся, но все же тот самый мир. Мир доблести Лира — это мир грубой доблести, зверского молодечества.

Шекспир показывает, и как цепко держатся люди за «свое время», и как их уносит вместе с ним. Время овеществлено в людях Ключевые слова этой трагедии — корень,кровь, семя, род и особенно природа. Словами этими, в которых сплетены время и место — история, насыщен шекспировский текст. За словами — понятия, за понятиями — взгляд на вещи, уклад жизни, тот самый, что обветшал и трещит по швам под напором перемен.

Разграничение людей в трагедии происходит по тому, как они понимают природу, в чем ищут ее — в себе или над собой. Как ни велико самомнение Лира, он все же считает себя лишь частичкой природы, между тем Эдмунд куда более дерзок в своей гордыне, но и он в себе видит средоточие природы.

Шекспир, который живописал старину, пат­риархальность настолько заинтересованно, что его подозревали даже в «аристократическом» пристрастии к прошлому, в «Короле Лире» этого пристрастия почти не обнаруживает. Скорее, напротив, резкими штрихами дает понять, что прежнее время вполне состарилось и свое отжило. Прошлое уходит. Шекспир показывает это опре­деленно и лаконично. А вот за наступлением новых времен он следит подробно и с разных сторон.Шекспир создает предельное трагическое на­пряжение или даже трагическое равновесие сил.

Нельзя выводить из Шекспира некую однолинейную «идею», но у Шекспира есть своя особая муд­рость. Он высказывает ее в «Короле Лире» кратко, в сущности одной фразой: «Зрелость — это все».

Шекспир занят анализом и человека, и об­щества — в отдельности, в опосредованных и прямых связях. Он анализирует чувственную и духовную природу человека, взаимодействие и борение чувств, душевные состояния в их дви­жении и переходах, развитие аффектов, их мо­билизующую и разрушительную силу. Он со­средоточивает анализ на переломных состоя­ниях сознания, на причинах духовного кризиса, причинах внешних и внутренних, субъективных и объективных, поверхностных и глубинных. Он выявляет стимулы и логику поведения чело­века в его непосредственных и опосредованных связях с обществом. Такие всеохватность, пси­хологическая и социальная проницательность, точность и содержательность анализа свойст­венны в английской литературе Возрождения только Шекспиру, его трагедиям — вершине не одной лишь английской, но и всей европейской ренессансной литературы.

В «Отелло» (1604) не обнажена, напротив, как бы подчеркнуто отстранена зависимость трагического сознания героя и его гибели от социальной среды. Отелло своими усилиями возвысился, но и своими же руками губит свою доблесть, славу, любовь и жизнь, губит не одного себя, но и Дездемону — воплощение ренессансного идеала женственности, возвы­шенной, одухотворенной и реально-земной. В этом особенность характера главного героя и сюжета трагедии . До поры устремления Отелло и Яго не стал­кивались, но наступил момент — и столкнове­ние стало неизбежным. Это не столкновение нового со старым,— оба, и Отелло, и Яго, не­сут в себе, конечно в разной пропорции и в разных формах, и черты старого, оба подняты Возрождением, но каждый на свой лад: один — выражает его идеи и отчасти прилагает их к широкой жизненной практике, другой — ис­пользует ренессансные нормы с энергией и амо­рализмом, развязанным в ходе наступления нового на трансцендентальную этику Средневековья.

Яго освободился не только от предрассудков он преодолел всяческие внутренние препоны, Поразительная гибкость характера достигается в нем полным пренебрежением к общественным нормам. Это не та свобода ума, когда человек, понимая относительность нравственных уста­новлений, сознает их исторический смысл, и если берет на себя ответственность быть судьей своих поступков, то опирается на разум, не злоупотребляя им. Для Яго свобода — это свобода произвола, преследующая личную вы­году.

Цельность, непосредственность и благород­ство характера — принципиальная черта Отел­ло, она выделена Шекспиром как отличительная для человека, отвечающая гуманистическому идеалу. Вопрос о значении сверхъестественных сил в шекспировской драме, в развитии ее сюжетов и характеров, в концепции трагического про­должает занимать шекспироведов, особенно в связи с проблемой реализма творчества Шек­спира.

В последней трагедии Шекспира, в «Тимоне Афинском» (1608) , напротив, подчеркнута связь трагедии героя с нравственным состояни­ем общественной среды, а нравственного кри­зиса с влиянием материальных общественных сил. Если переход от первого ко второму периоду представляется резким, но объяснимо законо­мерным, то Шекспир последнего периода выгля­дит неузнаваемым. Переход здесь не является даже столь контрастным, как различие между оптимизмом хроник, комедий, с одной стороны, и мрачностью трагедий — с другой. На пос­леднем этапе Шекспир становится как бы вообще другим драматургом, хотя продолжает развивать те же темы. Развитие тех же мотивов, однако в совершенно ином ключе подчеркивает принципиальность перемен. Общее впечатление от последних пьес Шек­спира, разделяемое многими критиками, тако­во, что это шекспировские ситуации, изобра­женные вроде бы не Шекспиром, а драматургом другой школы, хотя никаких сомнений в шек­спировском авторстве нет: пьесы вошли в шекспировский «канон», а «Буря», заключившая шекспировский путь, открывает собрание 1623 г. Сам Шекспир значительно переменился и не только в границах своей собственной эволюции, но и на фоне уже совершенно другой литера­турной эпохи.

Это Шекспир — старший современник Донна и Вебстера, молодого и принципиально нового поколения в литературе. Поколение, которое признавало свой долг перед шекспировским временем, перед Шекспиром и которое вместе с тем определенно относило Шекспира к прош­лому. Шекспир со своей стороны делает попытку двигаться в ногу с новым этапом Характерной особенностью поздних произве­дений Шекспира было все усугубляющееся «анатомирование» человеческой психики, чело­веческих отношений. В пьесах Шекспира чис­ло упоминаний о России и русских растет пропорционально учащению взаимоотношений между Англией и Русью, взаимоотношений, по­ставленных на государственную основу именно в шекспировские времена.

«Буря» как бы возвращает в более традицион­ную шекспировскую обстановку, в круг типич­но шекспировских персонажей и в то же время содержит отчетливый мотив «прощания». По сюжету пьеса явилась непосредственным откли­ком на событие, составившее злобу дня, когда крупная английская экспедиция потерпела кру­шение у берегов Америки, близ Бермудских островов, которые Шекспир и сделал местом действия «Бури».


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Первостепенный по значению и силе среди гигантов, выдвинутых Возрождением, Шекспир по сравнению с ними обладает рядом особенно­стей. Шек­спир не отличался внешней разносторонностью, столь характерной для деятелей Ренессанса, в том числе для поэтов, близких к нему. На пути Шекспира не было существенных отклоне­ний от литературно-театральной деятельности, в пределах которой Шекспир также держался одного русла, прежде всего и главным образом драматургии.

С Шекспиром связан новый этап во всесто­роннем познании действительности и ее идейно-эстетической оценке, беспощадной оценке скла­дывавшегося буржуазного общества и абсо­лютистского произвола, а также трезвого суж­дения о гуманизме Возрождения, о его величии и трагедии. Именно в этом выразился реализм Шекспира как взгляд, проникнутый историз­мом, подчас стихийным, а подчас глубоко осознанным.

Шекспир — наивысшее выражение англий­ской ренессансной литературы, более того, всей английской литературы: равного ему по творческому величию, значительности и жиз­неспособности его наследия нет в литературной истории Англии. Национальный гений, Шекс­пир принадлежит к гениям европейской и миро­вой литературы, к небольшому числу писателей, которые оказывали и оказывают интенсивное воздействие на развитие многих национальных литератур и на всю духовную культуру мира.

Шекспировский взгляд на вещи необычай­но реален. Им все ухвачено, всему дана действи­тельная цена. В этом чувстве, в этой реально­сти и трезвости восприятия и передачи действи­тельности суть и основа его реализма.


СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ :

1. Драч Г.В. Культурология : Учеб. пособие для студентов вузов.- Ростов н/Д: Феникс,2005.- 608 с.

2. Драч Г.В. Конспект лекций.- Ростов н/Д: Феникс,2003.-87 с.

3. Маркова А.Н. Культурология: Учеб. пособие для вузов.- М.: ЮНИТИ-ДАНА,2005.- 319 с.

4. Гуревич П.С. Культурология: Учеб. пособие.- М.:Гардарики,2002 -288 с.

5. Багдасарьян Н.Г. Культурология.Учебник для студентов технических вузов.М.: Высш. Школа,2003.-680 с.