Третьяковы. История семьи

Введение Величие человека - в познании, в стремлении к неизвестному, непознанному. У большинства из нас есть книги, чтение которых во многом определило нашу судьбу. Книга становилась другом, советником и опорой в трудные минуты жизни.

Введение

Величие человека - в познании, в стремлении к неизвестному, непознанному.

У большинства из нас есть книги, чтение которых во многом определило нашу судьбу. Книга становилась другом, советником и опорой в трудные минуты жизни.

Множество магазинов с массой предложений красочно - оформленных книг, не могут сравниться по своему содержанию с кладезем ценнейшей и редчайшей литературы библиотек.

Что же для нашего современного человека включает в себя понятие - библиотека? Это скучное серое здание? Или место постижения таинства знаний? Или неиссякаемый источник мудрости? Каждый определяет для себя сам.

Музеи и архивы так же как и библиотеки несут неоценимую ценность. Придя в музей или в архив, мы можем с лёгкостью опуститься в мир прошлого, а может побывать, в и чьей- то жизни.

Крупнейшим музеем современности, является «Третьяковская галерея». Здесь хранятся величайшие творения мастеров со всего мира. Ежегодно галерею посещает более

Глава 1.История семьи Третьяковых
(1774 – 1898)

Павел Михайлович Третьяков происходил из древнего, но небогатого купеческого рода, который жил в Малоярославце. Можно было бы составить подробную родословную знаменитого собирателя, если бы при отступлении Наполеоновской армии в 1812 году не сгорели архивы города.

В Москве предки Павла Третьякова обосновались в 1774 году.
Михаил Захарович, отец собирателя, проявлял в торговле большую энергию и способности. В 1831 году Михаил Захарович женился на Александре Даниловне Борисовой, дочери крупного коммерсанта по экспорту сала в Англию. Поначалу отец считал брак дочери неравным, но время показало, что зять Данилы Борисова оказался весьма деловым и удачливым. В 1832 у молодых родился первенец – Павел Михайлович Третьяков.

Ещё подростком Павел сделался помощником отца, вместе с младшим братом Сергеем исполнял обязанности "мальчика при лавке". Они помогали приказчикам, бегали по поручениям, выносили помои.

Михаил Захарович был человеком слабого здоровья и умер в 1850 году в возрасте сорока девяти лет. Жене Александре Даниловне следовало по завещанию ведать всеми делами до достижения 25-летия младшего из сыновей – Сергея, "дочерей держать при себе и по исполнении возраста выдать их замуж по своему усмотрению, а сыновей Павла и Сергея до совершеннолетия воспитывать, не отстранять от торговли и от своего сословия [...] и прилично образовывать".

В 1852 году, ввиду приближающейся свадьбы сестры Елизаветы Михайловны и старшего приказчика Владимира Дмитриевича Коншина, братья решили приобрести жилье – дом с большим двором и садом в приходе Николая Чудотворца, что в Толмачах. Молодые поселились внизу в двух комнатах с окнами в сад. Рядом с ними устроились братья. Сестра Софья с матерью заняли две комнаты в бельэтаже, а маленькая сестренка Надежда с гувернанткой жили в антресолях.

После смерти мужа Александра Даниловна считалась "временно" купчихой второй гильдии и сдала дело сыновьям в 1859 году. Они взяли себе в компаньоны мужа сестры Елизаветы, и в 1860 году появился "Магазин полотняных, бумажных, шерстяных товаров, русских и заграничных Торгового дома П. и С. братьев Третьяковых и В. Коншина в Москве, на Ильинке, против Биржи, д[ом] Иосифского монастыря".

К концу жизни купец первой гильдии Павел Третьяков владел не только этим магазином на Ильинке, но и имел льнопрядильную фабрику в Костроме, которая отличалась весьма высоким уровнем технического оснащения.

В 1865 году Павел Михайлович женился на Вере Николаевне, урожденной Мамонтовой. Она приходилась двоюродной сестрой хлебосольному хозяину подмосковного Абрамцева Савве Ивановичу Мамонтову и двоюродной тетушкой Вере Мамонтовой, ставшей моделью для картины В.А. Серова "Девочка с персиками" (1887).
Отношения в семье складывались счастливо, все дети дружили между собой. Старшие Вера и Саша были погодками, потом шли Люба и Миша, позднее, через четыре года после Миши, родилась Маша, а за ней последний – Ванечка, всеобщий любимец. Увы, Миша родился больным и не был дееспособным. Большое горе обрушилось на семью в 1887 году, когда за три дня от скарлатины, осложненной менингитом, умер восьмилетний Ваня.

Родители предпочли дать дочерям домашнее образование. Отец был для девочек примером трудолюбия, развивал вкус к хорошей живописи, а Вера Николаевна наградила дочерей своей музыкальной одаренностью. В зале стояли два концертных рояля фирмы "Бехштейн". Вера, Саша, Люба и Маша постоянно занимались музыкой, но особенно способной была Вера. Друг семьи Петр Ильич Чайковский даже советовал Вере поступать в консерваторию, но отец, будучи сторонником строгого воспитания, не позволил этого сделать.

В доме Третьяковых бывали И.С. Тургенев, композиторы Н.Г. Рубинштейн и П.И. Чайковский, художники И.Е. Репин, В.И. Суриков, В.Д. Поленов, В.М. Васнецов, В.Г. Перов, И.Н. Крамской. С некоторыми из них семья была в родстве: брат П.И. Чайковского Анатолий был женат на племяннице Павла Михайловича; жена художника В.Д. Поленова, Н.В. Якунчикова, приходилась племянницей Вере Николаевне.

В октябре 1867 года Вера Николаевна приняла от Городской думы попечительство над Пятницкой городской начальной женской школой. Из пятнадцати подобных школ Пятницкая стала лучшей.
Павел Михайлович был одним из попечителей Арнольдовского училища для глухонемых. В ответ на разговоры о своем богатстве он писал В.В. Стасову в 1879 году: "Я не располагаю такими средствами, какие некоторым могут казаться. Я не концессионер, не подрядчик, имею на своем попечении школу глухонемых [...]". В течение нескольких десятилетий он проявлял к училищу действенное внимание. Третьяковы, посещая эти учебные заведения, в воспитательных целях брали с собой дочерей, а всех учащихся знали по именам.

Павел Михайлович, сам купец в четвертом поколении, желал, чтобы его дочери вышли замуж только за купцов. Вере, полюбившей талантливого пианиста Александра Зилоти, двоюродного брата композитора С.В. Рахманинова, пришлось многое пережить, прежде чем отец дал разрешение на их брак, который состоялся в феврале 1887 года. Мужем Александры стал врач и коллекционер Сергей Боткин. Его брат Александр, доктор, затем гидрограф, исследователь Севера, женился на Маше. В мае 1894 года Люба вышла замуж за художника Николая Гриценко. Овдовев в 1900 году, вторым браком Любовь Павловна была замужем за знаменитым Львом Бакстом, живописцем и графиком, создателем костюмов и декораций к дягилевским спектаклям в Париже. Павлу Михайловичу достало широты взглядов, чтобы оценить по достоинству всех этих молодых людей.

Может создаться впечатление о жизни легкой, счастливой, беззаботной. Свободно ли дома распоряжались деньгами и были ли миллионершами выросшие дочери? В 1893 году Павел Михайлович пишет очень большое серьезное письмо дочери Александре, в котором объясняет свое представление о родительском долге: "Нехорошая вещь деньги, вызывающая ненормальные отношения. Для родителей обязательно дать детям воспитание и образование и вовсе не обязательно обеспечение". В том же письме были и такие слова: "Моя идея была с самых юных лет наживать для того, чтобы нажитое от общества вернулось также обществу (народу) в каких-либо полезных учреждениях; мысль эта не покидала меня всю жизнь".

В декабре 1898 Павел Михайлович умер. И хотя Вера Николаевна была на 13 лет моложе мужа, она пережила его только на 3 месяца.

Глава 2.Страсть к собирательству

2.1 Купец, коллекционер, меценат

Первые покупки художественных произведений, сделанные Павлом Третьяковым, относятся к середине 1850-х годов. На Сухаревке, где он покупал книги, 24-летний купец приобрел 11 графических листов. Через год у него появились картины, написанные маслом, в основном голландских мастеров. Позднее Третьяков отдал предпочтение русским художникам.

Еще в 1853 году появилось "Описание картинной галереи тайного советника Федора Ивановича Прянишникова". Личное знакомство с этой коллекцией в 1856 году, посещение Эрмитажа в Петербурге и побудило Павла Михайловича к собирательству. На первых порах он покупал работы своих еще мало известных современников. Картина В.Г. Худякова "Стычка с финляндскими контрабандистами" (1853) одной из первых появилась у Третьякова в 1856 году. Это год и считается временем рождения Третьяковской галереи.

В 1860 году, впервые отправившись за границу по делам своего Торгового дома и для самообразования, Павел Михайлович Третьяков составил завещательное письмо. В нем были примечательные строки: "Капитал же сто пятьдесят тысяч р. серебром я завещаю на устройство в Москве художественного музеума или общественной картинной галереи [...]". Подчиняясь именно этому желанию, он продолжал свою собирательскую деятельность. Один из старейших сотрудников основателя музея вспоминал, что Третьяков "определенно говорил: "Картины будут принадлежать всему народу". И нам, служащим галереи, постоянно внушал, что мы охраняем и заботимся о народном достоянии".

Павел Третьяков желал "собрать русскую школу, как она есть, в последовательном своем ходе". "Я беру… только то, что нахожу нужным для полной картины нашей живописи", – писал он в одном из писем Л.Н.Толстому.

Во время первого путешествия по Италии он знакомится с архитектором А.С. Каминским, который впоследствии стал мужем сестры Третьякова Софьи. Зная о произведениях К.П. Брюллова, находящихся в Италии, Третьяков просит приобрести у наследников археолога М. Ланчи его портрет. Так в 1860 году в коллекции появилась первая работа "великого Карла" "Портрет археолога М. Ланчи" (1851).

Со многими художниками Третьякова связывала искренняя дружба. Подчас покупка произведения определяла дальнейшую творческую судьбу мастера. Антиклерикальный настрой картины В.Г. Перова "Сельский крестный ход на Пасхе" (1861) не всем пришелся по вкусу. "Слухи носятся, – писал Третьякову художник В.Г. Худяков, – будто бы Вам от Священного Синода скоро сделают запрос: на каком основании Вы покупаете такие безнравственные картины и выставляете публично?" Павел Михайлович вынужден был дать властям подписку, что картина не будет выставляться на всеобщее обозрение. Но немало работ Перова позднее пополнили коллекцию.
Реалистическое направление живописи второй половины XIX века поднимало "больные вопросы" общества, которые волновали и Третьякова. Не случайно в собрании появились "Неравный брак" (1862) В.В. Пукирева, "Воспитанница" (1867) Н.В. Неврева, "Искушение" (1857) Н.Г.Шильдера, "Княжна Тараканова" (1864) К.Д. Флавицкого. Третьяков писал в своем завещании 1860 года:
"[…] капитал /8186 р./ и что вновь приобретется в торговле … прошу употребить на выдачу в замужество бедных невест, но за добропорядочных людей".

2.2 "Третьяковская школа"

Современников восхищали природный ум и требовательный вкус Третьякова. Он покупал картины нередко вопреки мнению критики, запрету цензуры, давлению признанных авторитетов. Если работа оказывалась у Третьякова, то для художников это было равнозначно общественному признанию. Он пользовался особым доверием живописцев, ему первому они показывали свои новые произведения в мастерских или на выставках, часто накануне вернисажа.

История Третьяковской галереи неразрывно связана Товариществом передвижных художественных выставок, и именно передвижники представлены здесь наиболее полно. Созданное в 1870 году Товарищество объединило художников, тяготевших к реалистическому изображению событий, образов и характеров российской жизни и ее прошлого. Они были убеждены в том, что задачей искусства является служение "серьезным интересам народа", и задумали знакомить со своим творчеством русскую провинцию. Третьяков разделял их убеждения, и в то же время морально и материально поддерживал художников. Во многом благодаря Третьякову передвижники смогли сохранить идейную и творческую самостоятельность. Один из западных критиков даже назвал эту "независимую группу художников", "живописцев национального быта и нравов" – "Третьяковскою школой".
Купец первой гильдии, имеющий льнопрядильную фабрику в Костроме и магазин на Ильинке в Москве, Третьяков самым усердным образом занимался собирательством, отдавая этому занятию много времени и сил.

На I-й выставке Товарищества передвижных художественных выставок, где экспонировалось 47 работ, Третьяков приобрел А.К. Саврасова "Грачи прилетели" (1871), Н.Н. Ге "Петр I допрашивает царевича Алексея в Петергофе" (1870). Полотно И.Н. Крамского "Христос в пустыне" (1872), купленное еще у него в мастерской, было представлено на 2-й передвижной выставке. О ней Третьяков говорил, что "это самая лучшая картина в нашей школе за последнее время".

2.3 Национальная портретная галерея.

К концу 1860-х Третьяков задумал создать портретную галерею российских "писателей, композиторов и вообще деятелей по художественной части". Она должна была стать музеем в музее – национальная портретная галерея в "общественном, всем доступном хранилище изящных искусств". По всей видимости, Третьяков находился во власти "модной" просветительской идеи XIX века о важной роли личности в истории, получившей распространение после открытия в Лондоне Национальной портретной галереи в 1856 году. Собиратель сам заказывал художникам портреты, горячо интересовался их работой, тем самым помогая развитию этого жанра. Многие портреты Перова, Крамского, Репина, Ярошенко исполнялись если и не по прямому заказу Третьякова, то с заведомой ориентацией на его музей в музее. Таким образом сам основатель стоял у истоков уникального портретного собрания Галереи.

В 1872 году к П.М. Третьякову поступила целая серия написанных В.Г. Перовым портретов знаменитых писателей: А.Н. Островского (1871), Ф.М. Достоевского (1872), А.Н. Майкова (1872), М.П. Погодина (1872), В.И. Даля (1872), И.С. Тургенева. Они демонстрировались на выставках Товарищества в 1872–1873 годах.
В течение почти четырех лет Павлу Михайловичу пришлось добиваться того, чтобы Лев Толстой согласился позировать Крамскому. Наконец в 1973 году писатель уступил, но при условии, что художником будет написан и второй его портрет, который останется в семье. Крамской выполнил эту просьбу. Оба полотна вполне устроили заказчиков.

По просьбе Павла Михайловича Крамским был написан и погрудный портрет поэта Н.А. Некрасова, который в то время тяжело болел.
Через десять лет после женитьбы, в 1875 году, Павел Михайлович пожелал иметь портрет своей жены. Как всегда, предварительно велась длительная переписка с И.Н. Крамским. В результате история оставила нам два портрета Веры Николаевны Третьяковой работы Крамского 1876 и 1879 годов.

Но сам Павел Михайлович всегда категорически отказывался позировать художникам. Как-то он приболел и вынужден был оставаться дома. Тогда-то И.Н. Крамскому и удалось написать его портрет (1876). Второй портрет основателя Галереи создал И.Е. Репин в 1883 году. По словам дочери Александры, Третьяков "не хотел его и не заказывал. Репин делал его для себя. Павел Михайлович дал уговорить себя тем охотнее, что любил Илью Ефимовича [...], и с удовольствием приезжал позировать по воскресеньям. Было это в зиму 1881/82 [...]".

2.4 Домашний музей

Семья Третьяковых переехала в Лаврушинский переулок в начале 1850-х и очень любила свой дом в Толмачах. Там жил до женитьбы Павел Михайлович с матерью, сестрами, семьей брата Сергея. Туда молодой женой пришла Вера Николаевна, там выросли все их дети, оттуда девочки вышли замуж.

Первоначально именно в доме размещалась коллекция П.М. Третьякова, но картин становилось все больше и больше. К 1972 году их насчитывалось более полутора сотен, и места в гостиной уже не хватало. Весной 1874 года для собрания было построено двухэтажное здание по проекту архитектора Александра Каминского (мужа сестры Третьякова). Оно примыкало к южной стене дома и располагалось в сторону соседней с их участком ограды церкви Святого Николая в Толмачах, захватив часть сада вокруг дома. Два зала соединялись внутренним переходом с жилой частью, но имели отдельный вход с улицы.

На первом этаже на перегородках были помещены работы старых мастеров, на стенах против окон – пейзажи С.Ф. Щедрина, Ф.М. Матвеева, М.И. Лебедева, М.Н. Воробьева. На втором этаже в высоком просторном зале находились работы современников – В.Г. Перова, В.И. Якоби, В.В. Пукирева, К.Д. Флавицкого и других.

2.5 Война и мир глазами художников

Самым крупным приобретением Третьякова (92000 рублей) была серия работ В.В. Верещагина. В 1872 году в мюнхенской мастерской художника Павел Михайлович увидел его Туркестанскую серию. Она произвела на собирателя огромное впечатление. Два года спустя Верещагин решил показать в Петербурге все полотна, созданные по материалам Туркестанского похода. Третьякову захотелось купить эту серию картин и подарить ее Московскому училищу живописи, ваяния и зодчества. Однако совет училища не принял дара из-за отсутствия необходимого помещения и за неимением средств для его постройки.

Тогда Павел Михайлович передал коллекцию Московскому обществу любителей художеств, но с условием, чтобы оно в течение трех ближайших лет нашло возможность для ее открытого показа. Общество не выполнило условия. Третьяков вернул в 1881 году этот свой первый дар городу Москве к себе в Галерею. К этому времени в собрании уже было 78 этюдов В.В. Верещагина, исполненных в Индии и приобретенных в 1880 году.

Нашли свое место в коллекции Павла Михайловича и нескольких картин Балканской серии В.В. Верещагина ("Шипка-Шейново. Скобелев под Шипкой" 1878–1879). 12 апреля 1877 года, в день объявления русско-турецкой войны, Вера Николаевна "молилась за столь дорогое начатое дело – освобождение славян от угнетения турок". Третьяковы внимательно наблюдали за театром военных действий. Они восхищались В.В. Верещагиным и В.Д Поленовым, работавшими военными корреспондентами. После возвращения Поленова в Россию, когда тот поселился в Москве, Третьяков стал пристально следить за его творчеством и приобрел написанный в 1878 году "Московский дворик".

2.6 …без различия рода и звания

Тягостные и печальные события 1881 года – смерть Ф.М. Достоевского, Н.Г. Рубинштейна, М.П. Мусоргского – сменились для Третьякова радостью, когда на 9-й передвижной выставке появилась картина В.И. Сурикова "Утро стрелецкой казни" (1881). Мощный талант 33-летнего художника привлекал Третьякова. В том же году Павел Михайлович решил открыть галерею для свободного посещения: "национально-художественная" и "историческая" галерея стала "публичною". Собранию был придан статус настоящего музея. Юридически галерея оставалась частной, но любой человек, "без различия рода и звания", мог бесплатно прийти сюда почти во все дни недели.

В 1882 году галерея снова расширилась, как и в первый раз за счет территории сада, окружавшего дом. Появились три новых зала наверху и столько же внизу – под углом к старому корпусу параллельно Малому Толмачевскому переулку. В нижних этажах были размещены Туркестанская серия и этюды из путешествия по Индии В.В. Верещагина. Картине "Утро стрелецкой казни" нашлось место в первом зале второго этажа новой пристройки. Там же оказались полотна А.К. Саврасова и других художников 1860–1870-х годов. Следующий зал посвятили произведениям И.Н. Крамского и Ф.А. Васильева. До конца жизни Третьякова экспозиция этого зала, так же как и развеска работ Верещагина в нижних, оставались неизменными.

В 1880-е годы к собранию прибавились выдающиеся произведения, составляющие и сегодня славу коллекции: "Портрет М.И. Лопухиной" (1797) кисти В.Л. Боровиковского, "Портрет Н.В. Кукольника" (1836) К.П. Брюллова, картины И.Е. Репина "Крестный ход в Курской губернии" (1880–1883) и "Царь Иван Васильевич Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года" (1885).

Еще три зала в верхнем этаже и пять в нижнем были пристроены в 1885 году. Это позволило несколько упорядочить экспозицию. В первый зал второго этажа новой пристройки были перенесены работы Н.А. Ярошенко, Н.Н. Ге. Далее – зал В.И. Сурикова с полотнами "Утро стрелецкой казни" (1881), "Меншиков в Березове" (1883), "Боярыня Морозова" (1887). Там же был расположен зал И.Е. Репина. На перегородках залов были выставлены пейзажи и среди них – работы И.И. Левитана. На первом этаже было выделено место для этюдов и эскизов А.А. Иванова (всего в коллекции насчитывалось более 70 его произведений). Благодаря своей прозорливости, Павел Михайлович еще в 1858 году приобрел "Портрет молодой женщины в повороте головы Иоанна Крестителя" и этюд "Лесная чаща при солнечном освещении" А.А. Иванова.

Дар открывать таланты

Требовалось недюжинное здоровье, чтобы ежегодно четыре раза ездить в Кострому на свою фабрику, не пропускать международные выставки в Европе, попадать вовремя на российские академические и передвижные выставки. Третьяков очень переживал, что "Бурлаки на Волге" (1870–1873, Государственный Русский музей) И.Е. Репина достались великому князю Владимиру, поэтому полотно "Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года" (1885) собиратель оставил за собой, еще не видя его на выставке. Эта картина тоже была запрещена властями к показу в собрании Третьякова, как когда-то "Сельский крестный ход на Пасхе" Перова, но спустя несколько месяцев запрет был отменен.

Для Третьякова вопрос, всегда ли удачными бывают его покупки, был болезненным. И.Е. Репин в письмах к собирателю подчас не одобрял его выбора. Можно только восхититься безошибочным "чутьем" Павла Михайловича, который вопреки мнению Репина, приобрел с ученической выставки картину еще никому неизвестного 18-летнего И.И. Левитана "Осенний день. Сокольники" (1879).

Непредвзятость, способность принять новые веяния в искусстве отличали его от современников, признававших только передвижников. Он сумел оценить 23-летнего В.А. Серова и его "Девушку, освещенную солнцем" (1888), хотя некоторые художники отзывались об этой картине чрезвычайно резко.

Подобное повторилось и при покупке работ М.В. Нестерова "Пустынник" (1888–1889) и "Видение отроку Варфоломею" (1889–1890). И именно вопреки мнению некоторых "ценителей" появилась в Галерее картина И.И. Левитана "После дождя. Плес" (1889).

В 1892 году в верхнем этаже прибавились два больших и один маленький залы, а внизу три небольших. В них экспонировались в основном произведения конца 1880-х годов и работы 1890-х по мере их поступления: картины С.А. и К.А. Коровиных, "Девушка, освещенная солнцем" (1888) В.А. Серова. Здесь были сосредоточены наиболее значительные работы И.И. Левитана – "Владимирка" (1892, подарок автора), два монументальных пейзажа "У омута" (1892), "Над вечным покоем" (1894) и эскиз к этой картине (самое последнее приобретение Третьякова). Над лестницей, ведущей вниз, во всю длину был помещен фриз В.М. Васнецова "Радость праведных о Господе. Преддверие рая" (1885–1896).
Рост собрания постоянно превосходил экспозиционные возможности галереи. Поэтому работы Ф.А Малявина "подвешивались" в зал И.И. Шишкина, И.К. Айвазовского и А.И. Куинджи. При этом значительным достижением следует считать организацию монографических залов. Они были предоставлены картинам особенно любимых мастеров – И.Н. Крамского, В.Д. Поленова, В.В. Верещагина, И.Е. Репина.

2.7 "Третьяковка" без Третьякова
(1899 - 1918)

В июне 1899 года Московской городской думой был создан попечительский Совет – коллегиальный орган по управлению Галереей. Кроме городского головы князя В.М. Голицына (председателя Совета), в него вошли В.А. Серов – от российских художников, И.С. Остроухов и И.Е. Цветков – от московских коллекционеров. Семью основателя представляла вторая дочь Третьякова Александра Павловна Боткина.

Совет начал свою деятельность с того, что дом Третьяковых был полностью приспособлен для нужд коллекции. В 1904 году возведен новый фасад, созданный по проекту В.М. Васнецова в "русском стиле". До сих пор он остается эмблемой Третьяковской галереи. Неудобства, связанные со строительством, не мешали все более растущему потоку посетителей: за 1903 год в Галерее побывало 130 548 человек.

Члены Совета главной своей целью видели пополнение коллекции. Пристальное внимание они уделяли приобретению картин современных художников; их интересовало творчество молодых петербуржцев, создавших в 1898 году объединение "Мир искусства", москвичей из Союза русских художников, экспонентов выставки "Голубая роза". За первые три года существования Совета в собрании прибавилось около семидесяти произведений. Во времена попечительства И.С. Остроухова в Галерее существенно расширился раздел, посвященный портретам кисти живописцев XVIII века.

В 1899 году наследники Павла Михайловича передали Совету завещанные Галерее 62 иконы, которые были тщательно изучены известным византологом и специалистом по древнерусскому искусству Н.П. Лихачевым. На основе проведенной им атрибуции в 1904 году была создана экспозиция икон. В ее устройстве принимали участие профессор Н.П. Кондаков, художник В.М. Васнецов, члены Совета галереи И.Е. Цветков и И.С. Остроухов. Позже, в 1913 –1915 годах, при кардинальном изменении всей экспозиции, предпринятой И.Э. Грабарем, развеска икон была сохранена.

Начатое Третьяковым еще в 1893 году ежегодное издание каталогов продолжалось его преемниками. Несколько выпусков было издано на французском (1897, 1899) и английском (1911, 1912) языках. Они стоили дешево и выполняли роль путеводителя по залам Галереи.
К 1911 году стало ясно, что экспозиции необходима коренная перестройка. Московская городская дума в 1913 году избрала попечителем Третьяковской галереи Игоря Эммануиловича Грабаря, художника, архитектора и историка искусства (в 1917–1925 – директор Третьяковской галереи). В Совет вошли Р.И. Клейн и А.П. Ланговой, от семьи основателя - старшая дочь Вера Павловна Зилоти, а из прежнего состава остался князь Сергей Александрович Щербатов, живописец и коллекционер.

И.Э. Грабарь был полон решимости провести в Галерее реформы, чтобы превратить ее в "музей европейского типа". В 1913–1915 годах он полностью изменил экспозицию. Экспозиционный маршрут начинался с древнерусского искусства и в соответствии с хронологической последовательностью важнейших этапов развития русской живописи шел по кольцу залов вплоть до произведений художников 1900-х годов. Грабарь впервые в отечественной практике использовал историко-монографический принцип, который и в настоящее время остается главным в построении музейных экспозиций художественных музеев России.

В залах нижнего этажа размещались рисунки, акварели, пастели, работы иностранных мастеров, картины живописцев, не представленных в Галерее при жизни Павла Михайловича. В залах зарубежных художников появились полотна из собрания М. А. Морозова, которые он завещал в дар Галере в 1910 году. Здесь были и К. Моне, и Э.Мане, и О. Ренуар, и В. Гог, и П. Гоген. Ныне они составляют гордость Эрмитажа и ГМИИ им. А.С. Пушкина.
В процессе реорганизации шла работа по инвентаризации и атрибуции произведений, их реставрации и фотографированию. Все негативы, хранившиеся в издательстве Кнебеля, погибли в 1915 году в погроме, связанном с событиями Первой мировой войны. В 1916 году Грабарь возобновил работу по фотографированию.

Основные итоги перестройки и комплектования музея получили отражение в каталоге Галереи. В нем не только фиксировался состав собрания вплоть до 1917 года. Это был еще и путеводитель по новой экспозиции. Здесь впервые появились очерки о Павле и Сергее Третьяковых и истории Галереи. Каталог включал новый план расположения экспозиции и залов, давал четкую схему развития русского искусства.

Революционные события февраля 1917 года подтолкнули И.Э. Грабаря к созданию Московского союза деятелей музеев и частных хранилищ. Первым его председателем Союза стал сам Грабарь. Тогда-то в Галерею стали поступать на временное хранение работы из многих коллекций, в частности из собрания М.С. и Х.С. Барышниковых, Е.В. Борисовой-Мусатовой и М.П. Рябушинского, В.О. Гиршмана, Е.П. Носовой.

Но временное хранение волею истории оказалось постоянным. К 1918 году Галерея стала выдающимся собранием произведений национального искусства.