Явление Христа народу

Картина написана на евангельский сюжет, но еще в процессе работы над полотном Иванов специально предупреждал, что пишет картину не религиозную, а историческую.

Картина написана на евангельский сюжет, но еще в процессе работы над полотном Иванов специально предупреждал, что пишет картину не религиозную, а историческую.

Для религиозного сознания Христос - богочеловек, проповедовавший на земле свои идеи. Явление его в мир - это, согласно христианскому вероучению, не что иное, как чудо. Соответственно реакция людей, встречающих Христа-бога, также должна быть сверхъестественно-чудесной. Но художник понимал, что пишет свою картину в век, когда, по его собственному выражению, «религия стала трупом». Значит, в большинстве случаев ни современники Иванова, ни будущие зрители не станут руководствоваться при восприятии произведения внушениями религиозной веры. Поэтому надо было поставить содержание картины вне веры в сверхъестественную силу.

О «Явлении Христа народу» сам Иванов говорил: «В моей картине все должно быть тихо и выразительно».

Обратим внимание, как настойчиво внушает нам художник состояние тишины и сосредоточенности. Всякое движение в картине как бы останавливается. Вот раб бросился, чтобы подать одежды господину, но его руки замерли, не коснувшись их. Златокудрый юноша слева опустил руку жестом, призывающим к молчанию.

Единственный громкий «глас» в картине - это фигура человека с крестом, с ораторски воздетыми вверх руками. Он указывает на приближающуюся к толпе одинокую фигуру. Даже не зная, что это Иоанн Креститель, а идущий вдали - Христос, мы можем догадаться, что вдохновенный человек с гордой осанкой обладает властью над умами собравшихся людей, которые чутко внимают его словам. Понятно, речь идет о приближающемся неизвестном, и, судя по тому, как произнесенное заставляет людей напряженно всматриваться в него, - это личность исключительная, которую долго ждали.

Раб с веревкой на шее, скорчившись на земле, вскинул голову - и его страдальческое лицо преображается улыбкой. Он может радоваться только одному - обещанию свободы. Для него появление человека, о котором возвещает пророк, означает надежду.

Справа с холма спускается толпа, впереди которой два старика в чалмах - один в профиль, другой анфас. Кажется, что именно к ним направлен грозный взор аскета с крестом. Обратив лицо к старцам, он жестом указывает на Христа так, как будто его появление - исполнение той гневной угрозы, какую можно прочитать в глазах пророка. «Вот ваш судья, перед которым вам придется держать ответ», - словно говорит Креститель. Из картины мы не узнаем, чем виноваты старики в его глазах, но совершенно ясно, что они так же фанатично привержены своей вере, как их судья своей, и между вступившими в поединок силами не может быть примирения.

Движение толпы направлено вниз, и все повернуты к Христу спинами. Единственное исключение - фигура юноши в сером плаще с волосами, уложенными на затылке. Он резко обернулся назад. Заметим, что вообще все молодые персонажи в картине устремлены к идущему Христу, тогда как старики повернуты лицами к пророку. Старость слушает и размышляет, мысленно вороша прошлое, юность жаждет действия и обращена к грядущему, которое символизирует Христос: не случайно юношеские фигуры изображены как бы в легком шаге ему навстречу.

В картине «Явление Христа народу» настойчиво повторяются группы фигур, где сопоставлены юность и старость.

Другим важнейшим мотивом в картине является обнаженное тело. Приглядимся к поставленным рядом фигурам рыжеловосого юноши, смотрящего вдаль, и дрожащего. Как спокойно, сбодно и естественно держит себя в своей наготе юноша! В нем словно воскресает идеал языческой античности, воплощенный в естественной красоте тела, которого древние не стыдились, а, напротив, обожествляли...

Известная пословица гласит: «Посеешь характер - пожнешь судьбу». Герои ивановской картины отдаются переживанию происходящего с такой самозабвенной серьезностью, как будто в эту минуту решается их судьба. Они словно проходят испытание на способность слышать, видеть и понимать. Характер, ставший судьбой, - это и есть положенный каждому человеку предел его способности к осознанию самого себя, своего места в мире. Для одного таким стержнем характера оказывается сомнение, для приверженца старого - слепой фанатизм, для раба - страстная надежда на освобождение, для дрожащего - постоянный душевный трепет и неуверенность в себе. В этом смысле картина Иванова - это как бы представленная в живописной форме книга человеческих судеб.

Обозревая первый план картины, где господствуют человеческие фигуры, мы словно путешествуем среди противоположностей, встречаем лица, отмеченные мучительной работой сознания, которые свидетельствуют о зреющих в недрах общества разладах и конфликтах. Но вот наш взгляд устремляется в ту часть картины, где все полно величавой и безмятежной тишины - ясная лазурь неба, протяженные линии горной гряды, город в зеленеющей долине у подножия хребта. Фигура появившегося на холме Христа соотнесена именно с этой величественной пейзажной панорамой. Он выступает как бы в ореоле строгого, торжественного спокойствия природы. Именно поэтому в картине фигура обладает такой значительностью. Он будто несет с собой в мир гармонию, согласие и спокойствие, олицетворением которых в картине выступает природа.

Итак, о чем же картина Александра Иванова? Теперь можно ответить на этот вопрос. Человек в меняющемся мире - вот ее ведущая тема. Полотно говорит о том, что происходит с укладом жизни, когда ход событий вдруг сдвигается с привычной колеи, на смену старым учителям приходят новые. Тогда перед умственным взором людей открываются неизведанные горизонты, что побуждает их заглянуть в прошлое перед лицом загадочного будущего и совершить трудный выбор своего пути в обновляющемся мире. В такие минуты в душе возникают сложные конфликты, с неподражаемым психологическим мастерством и проницательностью воссозданные Ивановым на холсте.

Подобные духовные перевороты возникали и будут неоднократно возникать в эпохи исторических переломов. В силу этого их художественное воплощение имеет историческое значение. Именно поэтому Иванов и называл свою картину «исторической».