регистрация / вход

Особенности культуры древней Месопотамии

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Калининградский центр дистанционного обучения Р Е Ф Е Р А Т ПО КУЛЬТУРОЛОГИИ

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Калининградский центр дистанционного обучения

Р Е Ф Е Р А Т

ПО КУЛЬТУРОЛОГИИ

Тема:

“ОСОБЕННОСТИ КУЛЬТУРЫ ДРЕВНЕЙ МЕСОПОТАМИИ”

Выполнил:

Ашуров Ю. Э.

1 курс, К8Ю-14

“Юриспруденция”

Проверил:

__________________

г. Калининград

1998 год

ПЛАН РЕФЕРАТА

Введение ................................................................................... Стр. 3

I. Древнейшие периоды искусства Двуречья

Культура Двуречья 4 - 3-го тыс. до н. э................................. Cтр. 8

II. Вавилонская культура как наследница

Шумеро - Аккадской культуры.......................................... Cтр. 16

Заключение .............................................................................. Стр. 21

Список литературы ................................................................. Стр. 22

ВВЕДЕНИЕ

Вплоть до середины XIX в. культурная жизнь народов, некогда населявших эту обширную часть земного шара, оставалась почти совсем неизвестной человечеству. Сведения, почерпнутые из легендарных библейских сказаний, равно как и описания древних городов, сделанные греческим историком 5-го века до н. э. Геродотом, были, по существу, единственным источником знания. Причиной подобного неведения было полное отсутствие каких-либо зримых памятников древней архитектуры и искусства. Истребленные войнами, пожарами и наводнениями они просто исчезли с лица земли. Сырцовый кирпич, из которого, при отсутствии леса и камня, строили большинство зданий Двуречья, был материалом весьма непрочным и потому сама природа быстро довершала те разрушения, которые производили люди. Заброшенные и опустевшие, после кровавых битв и падения той или иной государственной власти, города быстро приходили в ветхость и зарастали землей. На их месте, правда, могли возникнуть новые, но и их ожидала та же участь.

Древнегреческие храмы и пирамиды, сложенные из гигантских каменных блоков, вопреки разрушительным усилиям времени, людей и природных стихий, продолжали и продолжают поныне горделиво выситься над земной поверхностью. А не менее громадные дворцы, храмы и башни городов Двуречья оказались сокрытыми под толщей земляных холмов, которые как бы похоронили и поглотили их останки.

И все же настойчивые усилия археологов отвоевали у природы то, что сохранилось от богатой и пышной цивилизации древности. XIX век потряс мир грандиозностью своих археологических открытий, произведенных в долине Тигра и Евфрата, и близлежащих к ней районов.

Расшифровка учеными клинописных знаков была не менее важной вехой в истории. Она дала возможность не только понять законы жизни государств Передней Азии, но и проникнуть в волшебный мир древней поэзии, мифических сказаний о богах - владыках над стихиями и покровителях плодородных равнин, о героях - победителях зла в облике чудовищ.

Впервые люди с изумлением осознали насколько богатой и разнообразной была духовная культура разных этапов (от 4-го до 1-го тысячелетия до н. э.) и разных народов древней Передней Азии. С середины XX века археологи проникли еще дальше в глубь веков, открыв доисторическую культуру Древнего Востока, восходящую к 8 - 5-му тыс. до н. э. Так перед человечеством постепенно, хотя далеко не полностью, вырисовывалась картина жизни великих древних народов, чьи опыт и мудрость положили начало многим нашим современным познаниям. научным и художественным представлениям, которые, естественно, не могли не отразиться на научных работах, что подтверждает работа Льва Любимова “Искусство древнего мира”, где автор в живой и увлекательной форме рассказывает об истории первобытного искусства и искусства древнего мира (Египет, Ассиро-Вавилония, Греция, Рим) во все многообразии различных художественных памятников, созданных зодчими, скульпторами, живописцами, резчиками по камню, ювелирами. В тонких анализах произведений искусства раскрывается непреходящая художественная ценность культурного наследия далеких эпох.

Передняя Азия не случайно именуется колыбелью человеческой цивилизации. Действительно, многое из того, что окружает нас сейчас и чем мы пользуемся в повседневной жизни существовало уже более трех и четырех тысячелетий тому назад. В государствах Древнего Двуречья зародились основы математических знаний, сложилась десятичная система счета, установилось деление часового циферблата на 12 частей. Изучение небесных светил превратилось там в точную науку. Вавилонские жрецы, например, умели вычислять с большой точностью движ%ние пла-ет, время обращения Луны вокруг Земли. Шумерские и Вавилонские зодчие научились возводить высочайшие башни, строить не только плоские перекрытия, но и арочные конструкции, впоследствии перенятые древними римлянами.

Передняя Азия с ее разноплеменным населением занимала в древности обширные пространства земли от Персидского залива между Средиземным, Черным и Каспийским морями. Она разделялась по диагоналям реками Евфратом и Тигром, текущими с северо-запада на юго-восток и впадающими в Персидский залив. Область между Тигром и Евфратом получила название Двуречья или Месопотамии. В плодородной долине южной части Двуречья сложились такие ранние государства. как Шумер, Аккад и Вавилон. В северной части сформировалась Ассирия, расположенная по среднему течению Тигра. На восточном побережье Средиземного моря существовали Финикия и Палестина. В Малой Азии и Северной Сирии располагалась горная страна Хеттов и хурритское государство Митанни. В горных районах к северо-востоку от Тигра Находились Урарту и Иракское государство. Эти земли ныне принадлежат разным странам: северная часть Двуречья - Сирии, остальная ее часть - Ираку, а области Закавказья входили в бывший СССР.

Шумеры, как и их преемники вавилоняне, не знали, в противоположность древним египтянам, того развитого заупокойного культа, который побуждал снабжать умерших всем, что было им дорого при жизни, в том числе и излюбленными литературными произведениями. Поэтому дошедшие до нас литературные памятники Шумера и Вавилонии ограничиваются глиняными табличками, которые хранились в библиотеках храмов и царей - “наместников богов на земле”. Поскольку эти библиотеки содержали космологические и богословские трактаты, гимны богам, псалмы, собрания заклинаний и предсказаний, эпические поэмы, которые жрецы также относили к религиозной литературе, то многие ассириологи считали, что все сочинения древнего южного Междуречья имеют лишь богословский характер.

Однако, крупнейший исследователь в области шумерской литературы и письменности американский профессор Крамер не придерживается этой точки зрения, о чем ясно говорит его занимательный труд “История начинается в Шумере”. Он находит в изучаемой литературе так же и темы земные. Этот подход к литературному наследию Шумера в значительной степени увеличивает ценность книги Крамера. Следует обратить внимание на то, что автор очень удачно сопоставляет отдельные элементы творчества шумеров с современной культурой. У автора можно увидеть интереснейшие наблюдения о поразительном сходстве индоевропейских сказаний. Он приходит к весьма интересному выводу: “Поскольку самые древние героические сказания появились в Шумере, можно предположить, что родиной эпической поэзии было Двуречье”. [ 4. Стр. 223]. Этот труд знакомит нас со многими жанрами шумерской письменности и литературы, кроме лирики, т. к. лирические произведения шумеров пока еще не известны.

Разноплеменная культура Передней Азии, конечно, не могла быть однородной. Сменявшие друг друга народы, стремившиеся к захвату плодородных земель, несли с собой новые веяния и новые порядки, Зачастую они безжалостно уничтожали все то, что было создано из предшественниками. И тем не менее, в своем собственном поступательном развитии они неизбежно опирались на опыт прошлого и порой оказывались у него в плену. В труде И. Дьяконова “Шумер. Общественный и государственный строй древнего Двуречья” автор отмечает, что в государствах Двуречья не менее видное место, чем в Египте занимали скульптура, мелкая пластика, ювелирное дело. Как и в Египте создавались яркие росписи. украшавшие стены дворьцов. Но многие черты, в то же время, отличают искусство Передней Азии от египетского. Прежде всего, совершенно иные природные условия давали строителям иные материалы. Отсутствие леса и камня привело к использованию жителями Двуречья сырцового кирпича. Вследствие этого сложились не только особенности архитектурного стиля с его простыми кубическими формами, но и иные приемы украшения зданий. Зодчие изобрели способ прорезать стены вертикальными выступами и нишами, окрашивать их в звучные насыщенные тона, что нарушало однообразие дробной кирпичной кладки и оживляло глухую и скучную поверхность плоской стены.

Заупокойный культ не получил в Двуречье такого значительного развития как в Египте, не сложилось и представлений о том, что душа умершего человека должна вернуться в изваянное подобие живого тела. Поэтому портретная пластика не смогла достичь таких вершин, каких она достигла в Древнем Египте. Но статуи божеств и правителей, созданные в странах Передней Азии, разнообразны, мастерски проработаны, отмечены печатью значительности и внутренней cилы. В рельефах Двуречья важное место отводилось победоносным войнам, деяниям правителя. Каждый такой рельеф становился своего рода исторической вехой, как бы отмечающей новый отсчет времени. Большое распространение наряду с рельефом получила и глиптика - резные цилиндрические печати-амулеты. Покрытые тончайшей резьбой, выполненной подчас по твердой и гладкой поверхности камня, они изображали обряды и сцены из народных басен с участием животных, сцены из мифических сказаний. В этом виде искусства, как и в мастерстве ювелирного дела народы Передней Азии достигли высочайшего совершенства.

Долгую историю Древнего Двуречья принято условно расчленять на отрезки по наименованиям городищ и мест первых находок, типичных для каждого периода. Самые ранние среди них, восходящие к эпохе неолита, - это период Халаф, относимый к концу 6-5 тыс. до н. э., и период Убайд (4-3 тыс. до. н. э.). Время распада первобытнообщинного строя приходится на период Урук (3500-3000 г.г. до н. э.) и Джемдет-Наср (3000 - 2850 г.г. до н. э.).

Последующую историю ранних рабовладельческих городов-государств, их расцвет и упадок можно классифицировать как предлагает А. Оппенхейм в труде “Древняя Месопотамия”. В 3 тыс. до н. э. поочередно возвышаются шумерские города-государства Южного Двуречья Ур, Урук, Лагаш (2850-2400 г.г. до н. э.), затем (24-22 вв. до н. э.) власть переходит к семитскому городу северной части Древнего Двуречья Аккаду, после чего происходит новое усиление шумерских городов Лагаша и Ура (2200-1997 г.г. до н. э.). Еще позднее (20-17 вв. до н. э.) большая часть Месопотамии объединяется под властью Вавилона. В 16-15 вв. до н. э. наивысшего расцвета достигло государство Митанни, образовавшееся в 17 в. до н. э. в Северном Двуречье. В свою очередь оно было разрушено в 1400 г. до н. э. Хеттской армией. Государство хеттов просуществовало 17 по 12 вв. до н. э. К 14 в. до н. э. усиливается мощь Ассирии, которая одержав верх над Вавилоном, постепенно превратилось в крупную военную державу. После гибели Ассирии, в конце 7 в. до н. э., под натиском вавилонских войск, происходит новое возвышение Вавилона и образуется Нововавилонское или Халдейское царство. Однако в конце 6 в. до н. э. и оно попадает под власть Ахеменидского Ирана, который превратился в обширнейшее государство, включившее в себя, помимо самого Ирана, всю Переднюю Азию.

В заключение уместно сказать несколько слов о задачах и целях данной работы. Основная задача и цель данной работы заключается в исследовании культуры древней Месопотамии, как прародительницы западной культуры. Непосредственной целью является стремление к пополнению знаний в области истории культуры, постараться как можно ближе познакомиться с забытым миром, которому мы так многим обязаны.

Глава I

ДРЕВНЕЙШИЕ ПЕРИОДЫ ИСКУССТВА ДВУРЕЧЬЯ.

КУЛЬТУРА ДВУРЕЧЬЯ 4 - 3-го тыс. до н. э.

Памятники нового каменного века, сохранившиеся на территории Передней Азии, весьма многочисленны и разнообразны. Это культовые статуэтки божеств, культовые маски, сосуды. Неолитическая культура, сложившаяся на территории Двуречья в 6-4 тыс. до н. э., во многом предшествовала последующей культуре раннего классового общества. Видимо, северная часть Передней Азии занимала важное положение среди других стран уже в период родового строя, о чем говорят остатки монументальных храмов и, сохранившиеся (в поселениях Хассуна, Самарра, Телль-Халаф, Телль-Арпагия, в соседнем с Двуречьем Эламе) керамические изделия, употреблявшиеся при погребальных церемониях [3. Стр.90]. Тонкостенные, яравильнюй формы, нарядные и стройные сосуды Элама были покрыты четкими коричневато-черными мотивами геометризированной росписи по светлому желтоватому и розоватому фону. Такой узор, нанесенный уверенной рукой мастера, отличался безошибочным чувством декоративности, знанием законов ритмической гармонии. Он всегда располагался в строгом соответствии с формой. Треугольники, полоски, ромбы, мешочки стилизованных пальмовых ветвей подчеркивали вытянутое или округлое строение сосуда в котором красочной полосой особо выделялись дно и горловина [3. Стр.90]. Порой комбинации узора, украшавшего кубок, повествовали о важнейших, для человека того времени, действиях и событиях - охоте, жатве, скотоводстве. В фигурных узорах из Суз (Элам) без труда можно узнать очертания стремительно несущихся по кругу гончих псов, горделиво стоящих козлов, увенчанных огромными крутыми рогами. И хотя пристальное внимание, проявляемое художником к передаче движений животных, напоминает первобытные росписи, ритмическая организованность узора, его подчинение строению сосуда говорят о новой, более сложной стадии художественного мышления [ 6. Стр.90].

Во в.п. 4-го тыс. до н. э. в плодородных равнинах Южного Двуречья возникли первые города-государства, которые к 3-му тыс. до н. э. заполнили всю долину Тигра и Евфрата. Главными из них стали города Шумера. В них выросли первые памятники монументального зодчества, расцвели, связанные с ним, виды искусства - скульптура, рельеф, мозаика, различного рода декоративные ремесла.

Культурному общению разных племен активно содействовало изобретение шумерийцами письменности, сперва пиктографии (основой которой служило картинное письмо), а затем и клинописи [4. Стр.100]. Шумерийцы придумали способ увековечивать свои записи. Они писали острыми палочками на сырых глиняных табличках, которые потом обжигались на огне [ 4. Стр.100]. Письменность широко распространила законодательства, знания, мифы и верования. Записанные на табличках мифы донесли до нас имена божеств покровителей разных племен, связанных с культом плодоносящих сил природы и стихий [ 5. Стр.56].

Каждый город чтил своих богов. Ур чтил бога Луны Нанну, Урук - богиню плодородия Инанну (Иннин) - олицетворение планеты Венеры, а так же ее отца бога Ана, владыку небосвода, и ее брата - солнечного бога Уту [ 5. Стр.56]. Жители Ниппура почитали отца бога Луны - бога воздуха Энлиля - создателя всех растений и животных. Город Лагаш поклонялся богу войны Нингирсу. Каждому из божеств посвящался свой храм, который становился центром города-государства [ 5. Стр.56]. В Шумере окончательно утвердились и основные черты храмового зодчества.

В стране бурных рек и заболоченных равнин необходимо было поднимать храм на высокую насыпную платформу-подножие. Поэтому важной частью архитектурного ансамбля стали длинные, подчас проложенные в обход холма, лестницы и пандусы по которым жители города поднимались к святилищу. Медленное восхождение давало возможность увидеть храм с разных точек зрения. Первыми мощными сооружениями Шумера конца 4 тыс. до н. э. были, так называемые, “Белый храм” и “Красное здание” в Уруке [3. Стр.92]. Даже по сохранившимся развалинам видно, что это были строгие и величественные здания. Прямоугольные в плане, лишенные окон, со стенами, расчлененными в Белом храме вертикальными узкими нишами, а в Красном здании - мощными полуколоннами, простые по своим кубическим объемам, сооружения эти четко вырисовывались на вершине насыпной горы. Они имели открытый внутренний двор, святилище, в глубине которого помещалась статуя почитаемого божества. Каждое из этих сооружений было выделено из окружающих строений не только подъемом ввысь, но и окраской. Белый храм получил свое название за побелку стен, Красное здание (оно, видимо, служило местом народных собраний) было украшено разнообразным геометрическим орнаментом из глиняных обожженных конусообразных гвоздиков “зигатти”, шляпки которых окрашены в красный, белый и черный цвета. Этот пестрый и дробный орнамент, напоминавший вблизи ковровое плетение, издали сливаясь приобретал единый мягкий красноватый оттенок, что и дало повод для его современного наименования.

В 3-м тыс. до н. э. в шумерских центрах Уре, Уруке, Лагаше, Адабе, Умме, Эреду, Эшнуне и Кише возникли более разнообразные и разработанные типы зодчества. Города, беспрерывно воюющие друг с другом, ограждали себя оборонительными сооружениями. До сих пор видны остатки этих мощных и суровых крепостных стен с башнями и укрепленными воротами. Значительное место в ансамбле каждого города занимали дворцы и храмы. Хотя здания возводились из сырцового кирпича, в их декоративном оформлении проявилось большое разнообразие. Из-за влажного климата плохо сохранялись настенные росписи. Поэтому особую роль стали играть мозаика, а так же инкрустация из самоцветов, перламутра и раковин, широко применявшиеся в украшении стен, колонн, статуй [ 1. Стр.130]. В употребление вошла также отделка колонн листовой медью, включение рельефных композиций. Окраска стен, в свою очередь, имела немаловажное значение. Все эти детали оживляли строгие и простые формы храмов, придавали им большую зрелищность, соответствующую красочности самих обрядов [ 5. Стр. 70]. Храм богини “матери всех богов” и “богини лесистых гор” Нин Хурсаг, воздвигнутый в Убайде близ города Ура в середине 3-го тыс. до н. э., отмечен целым рядом подобных нововведений.

Культ плодородия, столь значительный для древних сельскохозяйственных племен, определил и тематическую направленность и символику убранства храмов. Над прямоугольным входом в храм располагался навес, опирающийся на тонкие деревянные столбы (символы финиковых пальм), обитые медью и украшенные вкладками из перламутра, самоцветов, асфальта. Стены храма, помимо вертикальных ниш, были расчленены и по горизонтали лентами мозаичных фризов, вдавленных в асфальтовую обмазку [ 1. Стр.131]. Их сюжеты повествовали о повседневных с\х занятиях, которые приобрели значение ритуала, - дойке коров, сбивании масла. Плоские, вырезанные из желтоватой известняковой плиты фигуры, сочетающиеся с фоном из черных шиферных пластин, сами по себе были грубоваты и приземисты, но каждое их движение, метко схваченное и точно найденное, было исполнено большой значительности и показывало, что все изображение фиксирует не случайное событие, а имеет важный смысл [1. Стр.131]. Карниз храма был украшен узором из керамических гвоздиков, шляпки которых, выполненные в форме цветов с красно-белыми лепестками, служили символами богини плодородия. Верхний фриз также включал мозаичные изображения белых голубей, выполненные по шиферному фону, нижний фриз состоял из медных фигур бычков, движущихся ко входу в торжественном ритме. Сам вход был обрамлен двумя деревянными фигурами львов-охранителей. Они были покрыты медными листами, а глаза и языки инкрустированы цветными камнями, что дополняло их живость и яркость. Над входной дверью помещена медная прямоугольная пластинка на которой изображались рельефные фигуры львиноголового орла Имдугуда, прочно держащего лапами двух оленей - своеобразный символ власти божества над всеми обитателями лесистых гор и долин [1. Стр.132].

Видимо, подобием гор с которых людям явились боги, были и древнейшие ступенчатые башни - зиккураты, возникшие в Шумере в 3-м тыс. до н. э. Они состояли из нескольких площадок. Верхняя площадка увенчивалась небольшим святилищем - “жилищем бога”. Строившиеся обычно при храме почитаемого божества, эти башни впоследствии на многие тысячелетия сами превратились в главные храмы, центры науки, своеобразные обсерватории, где жрецы наблюдали за небесными светилами и жизнью Вселенной [4 . Стр.95]. От древнейших времен до нас дошли в руинах лишь несколько древних башен. Лучше всего сохранились зиккураты Элама (в Чога-Замбиле, 2 тыс. до н. э.) и Борсины (близ Вавилона, середина 1-го тыс. до н. э.). Ныне частично отреставрировали один из самых древнейших зиккуратов царя Ур-Намму в Уре конца 3-го тыс. до н. э. Теперь видна лишь одна его нижняя терраса. Но и она производит ошеломляющее впечатление грандиозностью своих размеров. Площадь огромной усеченной трапеции занимает 65 х 43 метра, а высота основания башни насчитывает 20 метров, т. е. равняется современному семиэтажно,у дому ы1. Стр.138].

Столь же величественными как и культовые постройки были и дворцы правителей, начавшие строиться с середины 3 тыс. до н. э. Примером их может служить дворец в городе Кише, один из самых древних в Передней Азии. Подобно другим дворцам он воспроизводил в своем плане тип светского жилого дома с рядом глухих, лишенных окон, помещений. Стены его колонного зала были инкрустированы композициями из перламутра, воспроизводившими сцены битв.

На протяжении многих веков постепенно сложились и разнообразные виды и формы скульптуры. Скульптура в виде статуй и рельефов с древнейших времен составляла неотъемлемую принадлежность храмов. Скульптурными формами были украшены каменные сосуды и музыкальные инструменты. В металле и камне были выполнены первые монументальные портретные статуи всевластных правителей государств Двуречья, а в рельефах каменных стел были запечатлены их деяния и победы. При проведении параллели с развитием скульптуры Египта, несомненно, можно увидеть сочетание наивности приемов с уверенным мастерством, грубоватости с утонченностью. Но тем не менее, мастера Шумера и Аккада стремились к совершенству. Они отбирали, подобно египтянам, из фасного и профильного положений самые выразительные и отчетливые аспекты, соединяя их воедино и составляя из плоскости многофигурные повествовательные композиции [6 . Стр. 99].

Повествовательный рельеф зародился очень рано в культуре Двуречья. Темы рельефов во втор. пол. 3-го тыс. до н. э. воскрешают перед нами круг основных забот древних обитателей долины Тигра и Евфрата, связанных с урожаем. Это, по большей части, обряды поклонения богине плодородия Инанне, показ тучных стад домашних животных, налитых соками созревших колосьев. Подобная процессия жертвователей, идущих с дарами к богине Инанне, запечатлена в рельефах, заполняющих поверхность монументального алебастрового сосуда из Урука начала 3 тыс. до н. э. (ныне хранится в музее в Багдаде). Форма кубка расчленена на ряд поясов, что позволило мастерам развернуть свое повествование по этапам. На внешнем фризе обозначены мотивы речного сельского пейзажа, деревья, растущие у воды. Следующий показывает вереницу мерно двигающихся по берегу реки баранов. Выше расположено столь же мерное шествие людей, несущих блюда с яствами и фруктами. Верхний посвящен церемонии поклонения богине и приношения ей даров. Фризообразное распределение фигур на плоскости, развернутое поясом, расположение нескольких поясов друг над другом, подобно строчкам текста стали принципом построения рельефных композиций, утвердившимся в искусстве Передней Азии на многие века [1. Стр.139]. Этот же принцип был использован и резчиками цилиндрических печатей-амулетов, знаков личной собственности. Самые ранние печати воспроизводили то, что более всего занимало воображение людей того времени - сцены охоты, стада животных, лесных зверей. Миф, эпос, басня, сказка находят многообразное отражение в печатях. [ 3. Стр.102]. Фантастика в изображении людей и животных сочеталась с точным знанием облика, умением передать естественную красоту движений.

Вместе с укреплением рабовладельческих деспотий искусство стало служить и задачам аллегорического прославления власти правителя, божества. Уже ранний медный рельеф сер. 3-го тыс. до н. э., помещенный над входом храма в Убайде, центральная фигура которого - львиноголовый орел, держащий лапами двух оленей, приобрел характер своеобразного герба-эмблемы силы и могущества. Строго симметричный по своей композиции, выделяющий центральную фигуру. как важнейшую, рельеф храма в Убайде открыл собой целый ряд скульптурных геральдических композиций, повторяющихся в печатях, посвятительных рельефах, подобных палетке жреца Дуду из Лагаша, и во многих других памятниках Передней Азии [ 3. Стр. 103].

Повествовательное изображение проявилось и на стеле, названной исследователями “Стелой Коршунов” (ок. 2500 г. до н. э., хранится в Лувре). Небольшая по размерам (75 см) каменная плита, посвященная победе правителя города Лагаша Эанатума над соседним городом, как-бы заложила основы нового вида повествования - исторического рельефа. На одной из сторон изображена огромная фигура верховного бога города Лагаша - Нингирсу, который заносит палицу над сетью с барахтающимися в ней врагами. На другой стороне, в четырех размещенных друг над другом регистров, показаны Эанатум и его войско, сцена оплакивания погибших, сцена терзания коршунами трупов поверженных врагов [ 1. стр. 142]. В самом рассказе нет ни пафоса, ни страсти, ни упоения победой. Собственно, изображаются не лица, а лишь одно лицо, воспроизведенное множество раз. Это нерасчлененность людской массы, выявленная в нем грубая сила и производят на зрителя устрашающее впечатление готовностью снести все живое на своем пути, абсолютностью своего повиновения власти вождя [ 1. стр. 142].

Говоря об искусстве древнего Шумера, необходимо отметить, что уже в п.п. 3 тыс. до н.э. искусство уже имело разные художественные направления, следовательно, и задачи. Фигуры Северного Двуречья обладали вытянутыми пропорциями, удлиненными лицами. Фигуры Южного Двуречья были большеголовыми и приземистыми [ 3. стр. 104 ]. В то же время и те и другие, как бы родственны между собою. Все в них: поза, возведенные к небу глаза, сложенные на груди ладони, - направлены на выявление внутреннего состояния просветленности. Таковы базальтовая фигура начальника житниц города Урука Курлиля, алебастровая статуя сановника Эбих - Иля ( из г. Мари) и каменная статуя бога Аб-У из г. Эшнуна [ 3. стр. 104 ]. Наивные и несложные образы, воплощенные в этих небольших раскрашенных статуях, отмечены единой печатью духовного подъема, незамутненной веры, светлого чистого порыва,

Еще в большей мере полны духовной значительности выполненные для храмов в технике высокого рельефа головы высших божеств. Хотя сохранилась лишь единственная, восходящая к началу 3 тыс. до н.э., скульптурная голова богини Инанны, высокое мастерство обработки ее мраморной поверхности, красота и совершенство образа, свидетельствует о том, что это явление не было случайным в художественной жизни. Плоско срезанная сзади, это выполненная почти в натуральную величину голова, прикреплялась к стене и, видимо, являлась частью рельефной и живописной композиции Лицо богини с огромными, ранее инкрустированными глазами, поражает мягкостью своих объемов, значительностью строгого и спокойного выражения [ 1. стр.145].

Особую внутреннюю силу скульптурные образы Двуречья обрели во в.п. 3 тыс. до н.э., когда в результате борьбы за власть между городами - государствами победу одержал Аккад. Его правитель Саргон 1 ( Шаррукин - “ Истинный царь”), названный учеными Древним, объединил почти весь север и юг, слив их в единое Аккадское государство. Его преемник Наран - Суэн продолжил борьбу за объединение Двуречья. Будучи не царского рода, Саргон, волевой и энергичный деятель, после подавления шумерийской аристократии окружил себя столь же активными людьми неаристократического происхождения. Это дало свои результаты. В литературу и искусство Аккада проникли новые веяния, новые образы и темы. Именно в это время сложился облик мужественного героя - полубога Гильгамеша. “ Сказание о Гильгамеше” является первым литературным заимствованием. Согласно утверждениям древних писцов этот цикл состоял из 12 сказаний или песен, около 300 строк каждая. В библиотеке Ашшурбанипала каждое сказание было начертано на отдельной табличке [ 4. стр. 216 ]. Проблемы и устремления, о которых идет речь в эпосе, близки народам всех времен. Это потребность в дружбе, восхваление верности, жажда личной славы, страсть к подвигам и приключениям, неистребимый страх перед неизбежной смертью и всепоглащающее стремление к бессмертию [4. стр. 216]. При сравнении вавилонского эпоса и шумерских текстов можно выделить шесть эпизодов:

1. “Гильгамеш и страна живых”

2. “Гильгамеш и небесный бык”

3. “Потоп”

4. “Смерть Гильгамеша”

5. “Гильгамеш и Агга из Киша”

6. “Гильгамеш, Энкиду и подземное царство” [ 4. стр. 216].

Многие эпизоды вавилонского эпоса бесспорно восходят к шумерским поэмам о Гильгамеше. Даже в тех случаях, когда у нас нет прямых аналогий, можно отыскать примерные темы и мотивы, заимствованные из шумерских мифологических и эпических источников. Но вавилонские поэты никогда не копируют шумерский текст. Что же касается линии сюжета - неудержимого рокового хода событий, которые приводят мятущегося, дерзающего героя к неизбежному горестному прозрению, - то здесь вся заслуга,несомненно, принадлежит не шумерам,а вавилонянам.

Гильгамеш не был единственным героем Шумера. Его предшественники, Эннеркар и Лугальбанда, пользовались у шумерских поэтов не меньшей популярностью. Можно сказать, что у шумеров была целая эпоха героев [ 4. стр.232]. На этом стоит остановиться подробнее. Все историки вынуждены считаться, главным образам благодаря трудам английского ученого М. Чадвина, с тем, что “ героические эпохи”,относящиеся у разных народов к разным периодам, вовсе не являются литературным вымыслом, а представляют для истории цивилизации этап общественного развития.

Есть все основания полагать, что древние эпические сказания Шумера были впервые записаны на глиняных табличках только через 5 -6 столетий после окончания “героического века” и, разумеется, после значительной переработки, проделанной жильцами и писцами. И поскольку самые древние героические сказания появились в Шумере, можно предположить, что родиной эпической поэмы было Двуречье. Разумеется, между эпосом шумеров, греков, индийцев и германцев существует ряд немаловажных различий. Например, шумерские героические сказания, независимо от их величины, повествуют о каком-нибудь одном подвиге, одном эпизоде и совсем не связаны друг с другом. Впервые объединили сравнительно короткие и отрывочные поэмы в довольно сложный, длинный, но единый эпос вавилонские поэты.Однако, в этих поэмах не найдешь пластичности и динамизма, которыми славятся, например, гомеровские “Илиада” и “Одиссея”. В отличие от индоевропейского героического эпоса в шумерских эпических поэмах женщины,во всяком случае смертные, не играют почти никакой роли. И ,наконец, чисто формальное отличие: шумерские поэты добивались ритмического рисунка прежде всего путем повторов с небольшими вариациями. Они не пользовались строками определенного размера.

Общий обзор литературы и искусства позволяет сделать вывод о грандиозном значении этих памятников древнейшей цивилизации, анализ которых выявляет непосредственное воздействие шумерской литературы и искусства на вавилонскую и воздействие ее через посредствующие звенья на литературу и культуру греков, евреев и даже народов Западной Европы.

Глава II

ВАВИЛОНСКАЯ КУЛЬТУРА, КАК НАСЛЕДНИЦА ШУМЕРО-АККАДСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Искусство древних народов юга Месопотамии обычно обозначается как вавилонское искусство; это название распространяется на искусство самого Вавилона ( начало 2 тыс. до н.э.) но и некогда самостоятельных шумеро-аккадских государств ( 4-3 тыс. до н.э.), объединенных затем Вавилоном. Вавилонскую культуру можно считать прямой наследницей шумеро-аккадской культуры.

Как и в Египте, религия в Двуречье была опорой рабовладельческой верхушки. Но в отличие от Египта, сама эта верхушка не была устойчива, ибо главенство постоянно переходило от одного города-государства к другому. Жестокая борьба без пощады для побежденных определяла мировоззрение тамошних владык.

В Вавилонском искусстве мы совсем не встречаем погребальных сцен. Все помыслы, все устремления вавилонянина - в той действительности, которую открывает ему жизнь. Эта жизнь вечно тревожная, исполненная загадок, основанная на борьбе, жизнь, зависящаяся от воли каких-то высших сил, добрых духов и злых демонов, тоже ведущих между собой беспощадную войну.

Были развиты различные культы. Культ воды - с одной стороны, как доброй силы, источника благоденствия, плодородия, а с другой - как силы злой, беспощадной, очевидно, не раз опустошавшей эти края, ибо, как и в древних еврейских сказаниях, грозная легенда о потопе приводится с поразительным совпадением подробностей и в сказаниях Шумера. Культ небесных светил - как проявление божественной воли, с их правильным, чудесно - неизменным движением по раз и навсегда указанному пути. [ 5. стр. 115 ].

В математике, необходимой для оживленной торговли городов Двуречья, для сооружения плотин и передела полей, были достигнуты замечательные успехи. Вавилонская шестидесятиричная система счисления жива по сей день. Значительно опередив египтян, вавилонские астрономы преуспели в наблюдении небесных светил. Они вычислили законы обращения Солнца, Луны и повторяемости затмений. Но все их научные знания в целом были связаны с магией и гаданиями.

Таинственные знаки на глиняных табличках были расшифрованы в прошлом веке. Это знаменитая шумерская клинопись, положившая начало всей письменности, как египетские иероглифы, очень декоративная и тоже ведущая свое происхождение от рисунков. В Эрмитаже хранится шумерская табличка - древнейший в мире письменный памятник ( около 3 300 лет до н.э.). Богатое эрмитажное собрание таких табличек дает наглядное представление о быте шумеро - аккадских городов и самого Вавилона. Среди них - документы знаменитого храмового архива города Лагаша, показывающие, что шумерские храмы владели огромными угодьями и служили средоточием всей политической, экономической и культурной жизни городов - государств. А всей внутренней и внешней политикой городов Двуречья руководили жрецы - правители, опиравшиеся в решениях, якобы, на волю богов, только им известную. Текст одной из табличек более позднего периода (2 тыс до н.э.) показывает в каком духе были составлены Вавилонские законы и к чему они подчас приводили: некий вавилонянин, уличенный в тяжком преступлении - кража раба, зная, что за это ему полагается смертная казнь, между тем, как убийство раба карается только штрафом, поспешил задушить бесправную жертву своей корысти. В древнейшие времена, как подтверждают раскопки, совершались человеческие жертвоприношения, устраивались настоящие бойни, очевидно, по повелению жрецов, дабы умилостивить богов. И , однако, в этом, столь далеком от нас мире, дикий фанатизм , изуверство сочетались нередко с очень трезвым взглядом на жизнь, порой с поразительным скептицизмом, а то и с подлинной мудростью. Многие шумерские поговорки свидетельствуют о склонности этого народа, казалось бы всецело воспринимавшего жреческую “мудрость” с ее непререкаемыми положениями, к критике, к сомнению, к рассмотрению многих вопросов с противоположных точек зрения.

“ Все равно умрем - давай все растратим!

А жить - то еще долго - давай копить”.

Шумеры ясно понимали и бессмысленность войн :

“ Ты идешь, завоевываешь земли врага.

Враг приходит, завоевывает твою землю”.

Среди почти двух тысяч вавилонских клинописных табличек, хранящихся в музее изобразительных искусств в Москве, американский ученый С. Крамер обнаружил текст двух элегий. Это, по его мнению, - одна из первых попыток передать в политической форме переживания, вызванные кончиной близкого человека.

Например:

“ Пусть зачатые тобой дети будут внесены в число вождей,

Пусть все твои дочери выйдут замуж,

Пусть твоя жена будет здорова, пусть множится твой род,

Пусть благополучие и здоровье сопутствует каждый день,

В твоем доме пусть пиво, вино и всякое добро не иссякнут”[ 4.]

Скажем еще несколько слов о достижениях шумеров, родоначальников всей вавилонской культуры. Кроме первых элегий и первой поэмы о золотом веке, их глиняные таблички содержат первые зачатки исторических повествований, древнейшие в мире медицинские рецепты, первый “календарь землевладельца”, первые сведения о защитных насаждениях, идею первого рыбного заповедника, первый библиотечный каталог... Как и египетские пирамиды, вавилонские зиккураты служили монументальным увенчанием всему окружающему архитектурному ансамблю и пейзажу. Как известно, в Египте только первая пирамида ( фараона Джосера ) представляла собой как бы лестницу к небу. Этот принцип был отвергнут последующими фараонами, как слишком робкий и недостойный божественного величия их власти. Но такой “лестницей” остались навсегда зиккураты: постепенное, мерное восхождение, а не прорыв в небесную высь, как у пирамид Гиза [ 1. стр.108 ]. И это чередование часто еще подчеркивалось раскраской : так , за уступом, окрашенным в черный цвет, следовал другой, кирпичного цвета, а за ним - побеленный. И так, не каменная громада, а грандиозная храмовая постройка, созданная не для покойника, а для таинственного, общающегося только со жрецами, никогда не умирающего божества.

Как уже отмечалось, что как и религия египтян, вавилонская религия утверждала непререкаемость власти рабовладельческой правящей верхушки. Но дух этой религии был иной. Египетский жрец проповедовал, что смерть не означает конца, что жизнь, прекрасная жизнь, протекающая под божественной властью фараона, достойна быть продленной навечно со всем своим укладом. Вавилонский жрец не обещал благ и радостей в царстве мертвых, но в случае послушания обещал их при жизни... Принцип незыблемости не определял верований жителей Двуречья, где главенство переходило то к одному городу, то к другому. Таким образом, религия и история Вавилона более динамична, чем религия и история Египта. Более динамично и Вавилонское искусство.

Арка. Свод. Некоторые исследователи приписывают вавилонским зодчим изобретение этих архитектурных форм, легших в основу всего строительного искусства древнего Рима и средневековой Европы. В самом деле, покрытие из клиновидных кирпичей, приложенных один к другому по кривой линии и удерживаемых таким образом в равновесии, широко применялось в Вавилонии, как видно по остаткам дворьцов, каналов и мостов, обнаруженных в Месопотамии [3.cтр.116]

Сооружение сводчатого стока воды в Ниппуре, центре древнейшего шумерского племенного союза, следует отнести к 3 тыс. до н.э. А сводчатые потолки в царских гробницах Ура, древнейшем месте культа шумерского бога Луны, еще на 4 - 5 веков старше.

По-видимому, не в долине Нила, а в долине Тигра и Евфрата, следует искать прообразы европейской архитектуры нашей эры.

Исключительный интерес представляет пластинка с перламутровой инкрустацией по черной эмали, украшавшая арфу, найденную в царских гробницах Ура ( 2600 лет до н.э. Филадельфия, музей университета). Великолепна могучая голова быка из золота и лазурита с глазами из белой раковины, тоже украшавшая арфу, которая в реконструированном виде представляет собой подлинной чудо прикладного искусства [2.стр.113].

Представляет интерес группа мраморных статуэток из Тель-Асмара (п.п. 3 тыс. до н.э. Багдад, Иракский музей). Высота самой большой 30 см. Это изображение богов, жрецов и молящихся. Тела их и длинные облачения поданы схематично, но на них не обращаешь внимание, которое целиком сосредотачивается на лицах, точнее масках - таких нереальных, фантастичных и островыразительных. Ясно одно, каждая фигурка геометрично построена так, чтобы зрителя сразу же поражал взгляд ее огромных глаз из цветных камней [2.стр.113].

В XXIV веке до н.э. симетический город Аккад, которым правил прославленный своими победами царь Саргон Древний, подчинил себе значительную часть Двуречья. В зодчестве влияние Аккада сказалось в окончательном утверждении арки и свода, в ваянии, в тонкой проработке деталей, в меньшей условность изображений, в подлинной и часто весьма выразительной портретности. Замечательна в этом отношении голова из меди, быть может, портрет самого Саргона. Особенно изумляет лицо - маска, но с чертами конкретной личности, суровой и властной; нрав выявлен с не меньшей силой в этой “ царской голове”, чем бычья мощь в бычьей голове из Ура.

Победная стела Нарам Сипа (преемника Саргона) - замечательное произведение аккадского искусства (Париж, Лувр). Эпическая поэма, запечатленная в камне. Постепенное восхождение царских воинов в гору исполнено победного ритма, композиция ясна и геометрична, и это уже не построчное повествование, а как бы единый полнозвучный аккорд, в котором звучит гордость торжества победы над врагом. Сам Нарам Сип гигантского роста по сравнению со своими войсками, возвышается над побежденными как триумфатор.

В Шумере жрец Гудеа, полновластный правитель города Лагаша, развивает в XXII в. до н. э. бурную строительную деятельность. Увы, почти ничего не сохранилось от воздвигнутых при нем архитектурных памятников. Но хорошо известны и лицо самого Гудеа, и скульптура его времени: около 20 его статуй (большинство находится в Лувре) было обнаружено при раскопках. Некоторые исполнены с большим мастерством и тщательной проработкой деталей. Явно портретные черты правителя в жреческом облачении сочетаются в них со все той же, столь типичной для шумерских скульптур, загадочной пристальностью взгляда, внутренней сосредоточенностью всего образа, будь то в созерцании или молитве. Как и в современных им статуях фараонов, камень подлинно оживает в этих статуях Гудеа [ 6. стр.117].

При царе Хаммурапи (1792-1750 г.г. до н. э.) город Вавилон объединяет под своим главенство все области Шумера и Аккада. Слава Вавилона и его царя гремит во всем окружающем мире. Хаммурапи написал знаменитый свод законов, известный нам по клинописному тексту на почти 2-х метровом каменном столбе, украшенном очень высоким рельефом. В отличие от стелы Нарам Сипа, напоминающей живописную композицию, фигуры рельефа выделяются монументально словно круглые скульптуры вертикально рассеченные пополам. Бородаты и величавый бог Солнца Шамаш, сидя на троне-храмике, вручает символы власти - жезл и магическое кольцо, - стоящему перед ним в исполненной покорности и благоговения позе, царю Хаммурапи. Оба смотрят пристально друг другу в глаза, и это усиливает единство композиции.

При всех своих несомненных художественных достоинствах этот прославленный рельеф являет уже некоторые признаки грядущего упадка вавилонского искусства. Фигуры сугубо статичны, в композиции не чувствуется внутреннего нерва, былого вдохновенного темперамента.

Мощь и политическое значение Вавилона ослабли в последующие века. Между тем новая держава рвалась к власти в Двуречье: в буре сражений Ассирии суждено было утвердить свое главенство в краях где расцвела одна из самых древних и великих культур человечества.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Мы порой не отдаем себе отчета, насколько важные следы оставила в истории культура народов Передней Азии. А ведь с нее, по существу, начинается “биография” искусства многих стран. К этому истоку восходит эллинская античность, в нем черпают силу западная и восточная средневековые культуры. Ведь впервые в истории и в искусстве классовых обществ Древнего Востока установилась прочная художественная преемственность, сформировался единый для разных видов искусства стиль.

Древневосточную культуру от первобытной отличает многое. Но в первую очередь, это богатая мифология, сложно развитый мир чувств и художественных идей , разнообразие форм их выражения. Мифы и сказания, архитектурные образы, образы скульптуры и декоративного искусства, созданные мастерами Древнего Востока, никогда не утратят своей красоты и живой привлекательности. Человечество не перестает восхищаться ими и в наши дни.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Афанасьева В., Луконин В., Померанцева Н. Искусство древнего

Востока (Малая история искусств). М., 1976.

2. Вулли Л. Ур халдеев. М.,1961

3. Дмитриева Н. А. Виноградова Н. А. Искусство Древнего мира.

М., 1986.

4. Крамер С. Н. История начинается в Шумере. М., 1965.

5. Редер Д. Г. Мифы и легенды древнего Двуречья. М., 1980.

6. Чабб М. Город в песках. М., 1965

7. Дьяконов И. Шумер. Общественный и государственный строй

древнего Двуречья. М., 1959

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 2.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий