регистрация /  вход

Христианство и русская культура (стр. 3 из 5)

В житиях русских святых выразились три основных нацио­нальных идеала человеческого поведения: добровольный крот­кий и страдающий мученик—страстотерпец во имя идеи, не противящийся угнетению и смерти (Борис и Глеб); суровый аскет, живущий в уединении и обнаруживающий о при этом великую силу духа и разума (Антоний, Иосиф Волоцкий); кроткий радетель человеческого счастья, устроитель и заступ­ник (Феодосии Печерский, Сергий Радонежский).

Жития «святых любили читать многие русские писатели XIX в. — Н.В. Гоголь, А.И. Герцен, Н.С. Лесков, Л.Н. Толстой. Следы воздействия житийного жанра мы можем обнаружить во многих их произведениях — в «Шинели» и «Выбранных местах из переписки с друзьями» Н.С. Гоголя, в «Житии одной бабы» Н.В. Лескова, в «Народных рассказах» и «Отце Сергии» Л.Н. Толстого, в «Братьях Карамазовых» Ф.М. Достоевского, в рассказах А.П. Чехова.

Жанровые каноны жития оказались в русской культуре на­столько сильны и продуктивны, что продолжали существовать даже в советскую эпоху. Форму жития мы можем увидеть и в канонизированных биографиях В. Ульянова (Ленина), и в жизнеописании пионера-героя Павлика Морозова, и в романе о Павле Корчагине.

Выдающиеся деятели православия и русская культура

Русская Православная Церковь жила единой жизнью, еди­ными заботами со своим народом. Служение Отечеству ее вы­дающихся подвижников деятельно способствовало становлению патриотизма как ценнейшей традиции русской культуры.

В начале сентября 1380 г. князь Дмитрий Донской отпра­вился в поход против полчищ Мамая. Достигнув Дона, Дмит­рий заколебался: идти ли ему за реку навстречу Орде или ждать здесь. И в это время князь получил грамоту: «Без всякого со­мнения, господине, с дерзновением пойди противу свирепства их...». Эти слова принадлежали Сергию Радонежскому, основа­телю Троице-Сергиевой лавры, ближайшему советнику и еди­номышленнику Дмитрия Донского. О делах, творимых препо­добным Сергием, мы узнаем из его «Жития», принадлежащего перу его ученика и сподвижника, выдающегося писателя конца XIV—начала XV в. Епифания, прозванного Премудрым. Из­вестно, что, перед тем как выступить в поход, князь Дмитрий заезжал в монастырь к преподобному Сергию, который, благо-славив его, предсказал успех в сражении и отпустил с войском двух иноков — Пересвета и Ослябю.

Победа на Куликовом поле была не просто воинским под­вигом. Она являлась торжеством этнического самосознания. Куликовская битва стала символическим завершением духовного освобождения русского человека. Поколение Сергия Радонеж­ского было поколением людей, впервые после долгих десятиле­тий ига почувствовавших себя свободными. Среди друзей и единомышленников Сергия мы можем назвать и князя Дмит­рия, и крестителя зырянской земли Стефана Пермского, и ве­личайшего древнерусского художника Андрея Рублева, и писа­теля Епифания Премудрого.

Преподобный Сергий Радонежский, великий святой Пра­вославной Церкви, был человеком широкого кругозора и боль­шой государственной прозорливости. Он энергично способст­вовал объединительной политике московских князей, внес вклад в развитие культуры своего времени и народной нравст­венности. Дело, которому служил Сергий, продолжили пред­ставители нескольких последующих поколений русских людей, а его имя вышло за границы того времени, в которое он жил.

Деятельность Сергия по духовному собиранию и нравст­венному воспитанию русского народа оказала огромное воздей­ствие на сознание русских людей. Сергий реформировал неко­торые церковные обряды и литургически переосмыслил празд­ник Святой Троицы (в честь которой он и назвал свою оби­тель), превратив его из ветхозаветной Пятидесятницы в Троицу Живоначальную, содержащую в себе тайну предвечного света, праздника «для избранных» в праздник для «всех званых». Троица Живоначальная была для Сергия и символом единения русских людей (что побеждает «ненавистную рознь мира сего»), символом взаимной любви Бога и человека. В этом он видел основу миропорядка, структуру мира и его гармонию как ос­новное начало. Троица раскрывает тесную связь больших и малью фактов бытия. Как писал, воспроизводя мысль Сергия, его биограф Епифаний Премудрый, «тричисленное число паче инех прочих чисел болши есть зело чтомо, везде бо троечисленное число всему добру начало». » Сергий был крупнейшим строителем и организатором русской культуры. Любимыми его авторами были святитель. Григорий Богослов, синайский отшельник Иоанн Лествичяик — автор знаменитого руководства к монашеской жизни «Лествицы», «учителя Церкви» Василий Великий и Иоанн Златоуст. В основанном Сергием монастыре была собрана обширная библиотека. Начало ей положил сам Сергий, ко­торый пришел на место будущего монастыря, в дремучий лес, «в пустынь», имея при себе две книги: Псалтырь и Евангелие. Позднее монастырь стал крупнейшим культур­ным центром, местом производства рукописных икон и книг. Игумен Сергий одобрял занятия монахов чтением, заботился о создании библиотеки, которая продолжала попол­няться и при его преемниках.

С именем Сергия связано и еще одно крупнейшее событие русской культуры. Именно по заказу Сергия Андрей Рублев сотворил свою гениальную икону «Троица», выразив в ней ду­ховный идеал древнерусского человека — красоту гармонич­ной, «соборной» жизни.

Отец Павел Флоренский, размышляя о рублевской «Троице», писал: «Из всех философских доказательств бытия Божия наи­более убедительно звучит именно то, о котором даже не упо­минается в учебниках... «Есть «Троица» Рублева, следовательно, есть Бог».

Русское искусство и православная вера

Русское искусство и православная вера на протяжении многих веках шли рука об руку. Почти семь столетий (а это две трети исторического пути Русского государства!) искусство раз­вивалось в рамках, устанавливаемых религией. Тесно связаны с религиозным каноном были первые светские романы и повес­ти, возникшие в XVII в. (назовем хотя бы «Житие протопопа Аввакума», ставшее, по сути, первым русским романом), пер­вые драмы («Комедия притчи о Блудном Сыне» С. Полоцкого) и стихотворения (его же «Вертоград Многоцветный»), первые портретные изображения царей («парсуны») и первые лубки.

В целом начиная с конца XVII в. в русской культуре, как и в культуре других европейских народов, начинается процесс секуляризации. На русской почве он осуществлялся небезбо­лезненно, сопровождался сложными коллизиями.

Разделение искусства и религии, происшедшее в начале XVIII в. вследствие проведенных Петром I реформ, стало крупнейшей трагедией русской культуры. Оно имело печальные последствия как для Православной Церкви (они отдалилась от значительной части русской интеллигенции), так и для искусст­ва — литературы, живописи и музыки (которые утратили часть позитивных ценностей, выраженных в религиозных идеалах).

В XIX в. в русской культуре достаточно четко обозначились два идейных течения. Одно было связано с традиционными духовными ценностями, воплощенными в православной вере; другое — с либеральными ценностями западной культуры. Пер­вое течение ориентировало общество на медленное, постепен­ное развитие, основанное на соблюдении национальных тради­ций; второе — на быструю модернизацию, реформы, которые должны были сблизить Россию с Западной Европой.

В принципе, в нормальных условиях обе тенденции долж­ны были бы дополнять друг друга, однако в России они вызва­ли противостояние в обществе, привели к трагическим кон­фликтам, основанным на взаимном непонимании. В жизни В.Г. Белинского, например, были периоды веры и воинствую­щего безверия. В обществе предпринимались попытки религиозного синтеза, принципов православия с католицизмом или протестантизмом (религиозные поиски В.С. Соловьева). Тра­гичность этого конфликта хорошо выразил П.Я. Чаадаев в сво­их «Философических письмах».

Противостояние двух идейных течений было более заметно в русской публицистике и критике. Эта полемика между славя­нофилами, или почвенниками с одной стороны, и «западниками», революционерами-демократами или народни­ками (а позднее и марксистами) — с другой.

Менее заметным было противостояние в самом искусстве: конфликты между писателями, художниками и композиторами зачастую определялись личными взаимоотношениями, а уже затем приобретали идеологическую окраску. Различие между ними в большей степени проявлялось в преобладании отри­цающего или утверждающего пафоса произведений Последний чаще бывал связан с религиозными ценностями. И все же, как правило, русские деятели культуры стремились в своем творче­стве сочетать оба типа ценностей.

Несмотря на внешний отрыв искусства от христианства в его церковнобытовом обличий, именно христианство нужно признать одним из самых важных источников характерного для русского искусства нравственного идеала. Из этого источника черпали вдохновение и силы писатели и художники, компози­торы и мыслители. Следуя этой тенденции, русская культура, на наш взгляд, не порывала со своими христианскими истока­ми, а, наоборот, питаясь от них, несла обществу огромные нравственные силы, пленяя умы и сердца тех, кто оставался глух к церковной проповеди.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]
перед публикацией все комментарии рассматриваются модератором сайта - спам опубликован не будет

Ваше имя:

Комментарий

Хотите опубликовать свою статью или создать цикл из статей и лекций?
Это очень просто – нужна только регистрация на сайте.