Особенности сюжета в романе Антуана де Сент-Экзюпери “Южный почтовый”

Летная романтика в романе Сент-Экзюпери "Южный почтовый" проникнута глубоким гуманистическим содержанием и тем, что писатель умел увидеть и воспеть в профессии пилота человеческий труд. Исследование сюжета романа и идеи всего творчества Сент-Экзюпери.

Annotation

Le problème essentiel du présent travail de recherches est consacré à l'étude de l’originalité du sujet dans le roman d’Antoine de Saint-Exupéry « Courrier Sud ».

Le but principal du travail de recherche est d'envisager les particularités du sujet et d’analyser le thème, l’idée, la composition, la structure des personnages, le style du roman.

Le travail de recherches se compose de l’analyze de la critique, l’analyze du texte et conclusion. L’aperçu, l’annotation, la liste de la literature utilisée sont joints au travail de recherches.

Le choix du thème s'explique par l'importance de l'étude de l’originalité du sujet dans le roman d’Antoine de Saint-Exupéry « Courrier Sud ».

I .

В 1929 году Сент-Экзюпери приезжает во Францию на курсы пилотов гидросамолетов и привозит с собой рукопись своей новой книги – романа “Южный почтовый” (на русском языке имеется несколько переводов названия этого произведения — “Почта — на Юг” (у Горация Велле), “Южная почта” (у В. Смирновой и Т. Хмельницкой)). К концу года книга выходит в крупном парижском издательстве Галлимар.

Эта книга, безусловно, автобиогрфична: Сент-Экзюпери сам служил в почтовой авиации. Осваивал новые машины и новые маршруты. Сначала работал на юге Франции, потом в Северной Африке - в городке Кап-Джуби; он служил здесь начальником аэродрома. Сам водил самолеты, вел огромную организаторскую и административную работу, изобретал и совершенствовал навигационные приборы, знакомился с жизнью местного арабского населения. Здесь Сент-Экзюпери явственнее ощутил свою связь с планетой.

Критик Александр Исбах пишет, что романтика, окрашивающая трудное будничное дело, пронизывает всю книгу Сент-Экзюпери. Автор “Южного почтового” поэтизирует труд, творчество, мысли, переживания своих героев. Его философия — это философия мужества и самопожертвования, гуманистическая философия высокого долга перед человечеством.

Писатель говорит о богатстве внутреннего мира Человека, о свете гуманизма, озаряющем землю. Поднимая во всем своем творчестве прекрасную тему борьбы за счастье людей, Антуан де Сент-Экзюпери противопоставляет социальным темам, проблемы нравственного порядка, морали.

По мнению А. Исбаха, герои Антуана де Сент-Экзюпери – суровые, молчаливые люди, влюбленные в свой труд, в своих товарищей, всегда сохраняющие чувство локтя. Они борются и трудятся не во имя позы или авантюристской любви к любым опасностям. Они любят жизнь, любят людей, хотят помочь им. Только действительность полная опасностей, только жизнь во имя счастья человечества дает героям Сент-Экзюпери полное удовлетворение.

В произведениях Сент-Экзюпери надежда никогда не покидает человека. Она помогает ему жить бороться совершать подвиги. Человек всегда видит вдали, в будущем, сияющий свет. Сент-Эзюпери всегда искал и в своей профессии летчика, и в своем литературном творчестве возможности помочь человеку.

В своей книге Александр Исбах ссылается на Ричарда Олдингтона, который писал, что мы должны считать Сент-Эзюпери одним из лучших писателей не только потому, что он правдиво отразил в книгах собственный опыт, а и потому, что он всегда ставил перед собой высокие моральные и интеллектуальные цели.

Морис Ваксмахер полагает, что уже в этой ранней вещи виден незаурядный художник с собственной манерой письма. Пустыня, небо, пески, красота планеты, когда глядишь на нее с высоты (для людей нашего времени, давно привыкших к воздушному транспорту, этот взгляд писателя - летчика на планету можно сравнить по новизне и необычности разве лишь с теми поразительными видами, которые открываются в наши дни перед космонавтами из кабин космических кораблей...); внутренняя красота людей, покоряющих пустыни и небеса, - вот чем населен мир книг Сент-Экзюпери. Любой поворот мысли, любая увиденная деталь мира приводит писателя к прославлению высоких моральных ценностей, добавляет еще одну ноту к нескончаемому гимну людям, их щедрости и уму.

Все творчество писателя — гимн хрупким, но прочным связям, узам братства, объединяющим людей, настойчивое, нередко мучительное стремление обнаружить эти связи и сказать о них так, чтобы человек отбросил все лишнее и досадное, мешающее им проявиться. Человек для Сент-Экзюпери — мерило всех ценностей, узел связей, и если узы рвутся, если улыбка гаснет, значит, что-то испортилось в мире, значит, надо понять, в чем же причина, и попытаться убрать с пути все, что мешает человеку быть Человеком.

Книги Антуана де Сент-Экзюпери, поэта, мыслителя и пилота, написаны с неповторимой интонацией раздумья, улыбки, горечи, мудрости и мечты, с безмерной любовью к жизни, с упорным стремлением понять свое время, с чувством великой ответственности перед людьми.

В романе “Южный почтовый” стиль, по мнению М. Вксмахера, пока еще в становлении, где-то видны стыки настоящей красоты с красивостью, где-то неэкономно потрачены словесные краски, но это дерзкая проба сил, за которой придет в свое время и взвешенность подлинного мастерства, и безупречное чувство меры. Однако ошибиться уже нельзя: это Сент-Экзюпери.

Критик М. Вксмахер пишет, что «Южный почтовый» и «Ночной полет», как и вся проза Антуана де Сент-Экзюпери, насыщены какой-то особой формой литературной энергии, страстностью интеллектуальной, эмоциональной, художнической. Но, в отличие от последующих произведений писателя, эти две повести более традиционны: они сюжетны. Энергия, конденсированная в них, находит разрешение в более или менее последовательном рассказе о событиях.

Конфликтом дерзания и серости называет М. Вксмахер «Южный почтовый».

Антуан де Сент-Экзюпери не устает удивляться красоте рабочих рук, испачканных мазутом, красоте розового песка пустынь, красоте времени. Каждый день для него — первый день творения; его изумляет и радует порядок, заведенный от века во вселенной.

Вера Смирнова считает, что в книге писателя-пилота Сент-Экзюпери мы видим человека с высоким интеллектуальным уровнем, широкими общественными интересами, моральным обликом гуманиста. Нет вопроса, который волнует современного человека, какого не затрагивал бы Сент-Экзюпери в своих размышлениях!

Но всего дороже в произведении Сент-Экзюпери, полагает Вера Смирнова, то, что человек ХХ века предстает перед нами как существо очень тонкой душевной формации, лишенное тех примесей нечистой, болезненной, рафинированной опустошенности, какие характерны для героев многих современных книг. Это здоровое, чистое начало книг Экзюпери, несомненно, лежит в личности самого писателя.

Как писатель Сент-Экзюпери дал нам то, что удается не многим в литературе: нового героя и новую точку зрения на мир. Этот герой — современный европеец в тяжелом обмундировании пилота, летающего над землей на высоте десяти тысяч метров. А его точка зрения находится на таком высоком рубеже культуры, знания и таланта, что можно только удивляться ему.

Анна Буковская пишет, что в этом произведении критика тридцатых годов — хотя она и отнеслась к нему благосклонно — не увидела почти ничего, кроме летной экзотики и любовной истории. Она ссылается на Мишеля Кеснеля. Он был первым среди французских критиков, который в томе статей «Сент-Экзюпери, или Правда поэзии» отдал должное этой превосходной книге, подметив общечеловеческий масштаб тревог ее героев и удачно сопоставив первое произведение писателя с книгой, венчающей его творческий путь,— с «Цитаделью». Ибо Кеснель подметил, что, подобно тому, как герой «Южного почтового», Бернис, бежит в детство от жестокого сознания зрелого, современного человека, и сам Сент-Экзюпери, писатель и мыслитель, стремится оградить своих современников, взывая к детству человечества, картиной которого и должна была стать «Цитадель».

По мнению Анны Буковской, «Южный почтовый» — самая ницшеанская книга Сент-Экзюпери. Здесь отчетливее всего выражены разрушительная философия Ницше и ее столкновение с созидательным мироощущением Сент-Экзюпери. Все, что в этой книге несет заряд бунта, восходит к Ницше: ее антибуржуазная направленность, разрыв с традицией и отрицание уз, связывающих человека с его естественной средой, одиночество индивидуума, его неопределенная тоска по высшему призванию, а также навязчивая идея смерти и катастрофизм, культ мужского начала и характерное противопоставление мужского мира женскому, наконец, эта атмосфера болезни, разложения. Некритическое отношение автора к Ницше порождает и внутреннюю противоречивость книги.

Анна Буковская считает, что «Южный почтовый» и «Маленький принц» — две самые личные, самые интимные книги Сент-Экзюпери. Хотя он всегда так демонстративно присутствовал в своих произведениях, был так неразрывно с ними связан, в этих двух книгах Сент-Экзюпери, однако, больше всего сказал о себе для себя самого — побуждаемый потребностью увековечить пережитое им самим. «Маленький принц» — это возвращение в детство, «Южный почтовый» — в первую молодость, которая кончается, умирает вместе с Бернисом. На это указывает сюжет книги, в которой пилот с базы Кап-Джуби рассказывает о своем товарище, летчике из Тулузы,— а значит, Сент-Экзюпери старший и уже возмужавший ведет диалог с юным Сент-Экзюпери прошлых лет. Трудно не увидеть сходства между биографией писателя и случившимся с Бернисом. Его бегство из Парижа, разрыв со средой, в которой он вращался до сих пор, ненависть к буржуазной модели жизни и показным ценностям — все это непосредственная переработка собственного опыта Сент-Экзюпери и его парижских разочарований. Роман Берниса с Женевьевой тоже несет на себе явный отпечаток истории любви писателя к Луизе де Вильморен, с которой он был обручен. Свадьба расстроилась по вине родителей невесты, воспротивившихся браку дочери с человеком без твердого положения в обществе и материального достатка. Решение пойти в авиацию было последней каплей, переполнившей чашу. Молодой летчик глубоко переживал разрыв и еще долгие годы не мог излечиться от своей несчастливой любви. «Южный почтовый», таким образом, представляет собой и явный расчет со всей прежней жизнью — с ее романтикой, разочарованиями и ностальгией.

Критик Леонид Андреев полагает, что полеты Сент-Экзюпери приобрели символическую функцию возвышения над низменным миром буржуазной практики. Каждый летчик представал в его произведениях настоящим человеком. Жизнь в авиации - это жизнь на пределе возможностей, мобилизация всех духовных и физических сил человека.

Сент-Экзюпери часто писал о вещах. Они были для него точным обозначением бездуховности, неспособности понять смысл человеческого существования. Сент-Экзюпери отвергал с негодованием и презрением жизнь, которая низводится к производству вещей и их потреблению. По убеждению Сент-Экзюпери, человеком становятся отдавая, а не приобретая, человек измеряется тем, что отдано другим людям, обществу, а не тем, что приобретено, что потреблено.

Ремесло пилота - битва, постоянное сражение с титанами, со стихиями: ураганом, грозой, мраком, холодом. В этом постоянном противоборстве происходило рождение человека, воспитание личности. Именно этот процесс, по мнению Леонида Андреева, и привлекал писателя больше всего. И хотя он писал, что полет - познание, что через стекло в пространство смотришь, как в микроскоп, влекло его, прежде всего то, что происходило в кабине, в человеке у штурвала самолета, влекло и вдохновляло, поскольку там рождалась человечность, формировался “взгляд на мир”, новое миропонимание, новая философия.

Исходя из убеждения в том, что “истина - это жизнь”, Сент-Экзюпери попытался напомнить об основах бытия, о фундаментальных принципах человеческого общежития. Будучи летчиком, он обнаружил, что мы - обитатели в общем небольшой и очень уязвимой планеты и что наше существование зависит от того, поймем мы или нет, что пробным камнем является уважение к человеку. Понять же это можно лишь при условии возрождения человека - человека как носителя высокого духовного начала. В этом, как пишет Леонид Андреев, конечная цель творчества Сент-Экзюпери, всей его деятельности, до последнего дня, до последнего полета.

В своей книге Стейси Шифф пишет, что первым критиком, обратившим внимание на «Южный почтовый», был знаменитый Эдмон Жалу из «Ле Нувель Литерер». Он заметил, что герои прописаны плохо, но тут же поправился, написав, что молодой писатель является явным исключением из правил. Роман тронул маститого критика, хотя, конечно, куда сильнее в нем оказалась линия, связанная с авиацией, чем любовная история Женевьевы и Берниса. Стейси Шифф также пишет, что Жан Прево, друг писателя, высоко отозвался о способности Сент-Экзюпери передавать действие, прерывистость сюжета, по его мнению, как нельзя лучше соответствовала характеру описываемых событий. Добрый друг и искренний критик, Прево был вынужден признать, что любовная линия выписана в романе неважно. Особенно поразила Прево строчка Сент-Экзюпери, которую процитировал в своем предисловии Беклер: «Я любил жизнь, которую не очень-то понимал, может быть, не совсем верную жизнь. Я и сам не знаю толком, что мне было нужно, какая - то странная неудовлетворенность...»

По мнению Т. Хмельницкой Экзюпери в этом произведении поэтически претворил свой профессиональный опыт, открыл новый, очень насыщенный ритм повествования, искусство схватывать впечатления в буквальном смысле слова на лету и сочетать их со сложным течением мысли героя. Здесь намечается подлинный Экзюпери. О чувстве творца, тысячью нитей связанного со всеми людьми, работающими и живущими на земле, говорит писатель в «Южном почтовом».

Эта книга Экзюпери — непринужденное описание множества эпизодов его летной жизни, наплывы и воспоминания о детстве, доме, милых ему людях и встречах, свободное течение ассоциаций, раздумье вслух.

Для Экзюпери очень важно, что в труде летчика он видит не романтику исключительности, не отрыв от земли, не поиски необыкновенных приключений и героизма, а именно творческий труд, подобный любому человеческому ремеслу. Полет — не одинокое и гордое парение над землей; это участие в общей жизни для людей и во имя их. И смысл полета — это не только преодоление пространства, стихий и высоты, это поэзия человеческой солидарности в общем и трудном деле жизни. Полет в буквальном смысле слова сочетается у Экзюпери с полетом мысли, с умением передать всю полноту и многогранность его отношения к людям, жизни, современности.

С высоты неба он мысленно связан с каждым далеким огоньком в домах, полных таинственной, неведомой жизни. И каждый огонек — символ бытия, связывающего людей друг с другом, с природой, со всем, что происходит в мире. Дело художника — раскрыть закономерность этих жизненных связей, уловить непрерывность движения всего сущего. Его задача — передать многообразие жизни в свободных переходах от темы к теме, от образа к образу, от одной ассоциации к другой. В этой многогранности раскрывается единство бытия.

Всякое творчество для Экзюпери неотделимо от реальной деятельности человека, от его труда. И слово для Экзюпери становится искусством только тогда, когда оно опирается на конкретный опыт; Это делает слово весомым, точным, подлинным.

В своей статье Т. Хмельницкая отмечает, что самолет для авиатора такое же орудие познания мира, как плуг для крестьянина, лопата и ножницы для садовника, рубанок для плотника, наковальня для кузнеца. Экзюпери не раз настаивает на этом сравнении оснащенной новейшей техникой профессии летчика с древними, как мир, ремеслами и трудом на земле. Это тоже существенный элемент его жизненной философии.

Экзюпери видит в авиации новый источник мудрого проникновения в природу, новые возможности овладения тайнами и дарами земли. Экзюпери, как подлинный гуманист, воодушевлен идеей всестороннего и гармонического развития человека. Для него техника не только не отрывает человека от природы, а становится более совершенным способом познания ее.

Критик Т. Хмельницкая считает, что своеобразие Экзюпери редкостное сочетание профессионального видения летчика с глубоким лиризмом, с философским проникновением в суть жизни. Он любит и умеет описывать предельное напряжение физических сил человека в единоборстве его со стихиями. Экзюпери мастер драматических эпизодов мужественной битвы за жизнь.

Волошина Л.Б. пишет, что писатель романтически противопоставляет мир труженика-пилота тусклой жизни мещанской среды. В «Южном почтовом» идея служения общечеловеческому делу воплощается в образе главного героя, естественно переплетаясь с его душевными переживаниями.

Создавая в своем произведении романтическую атмосферу первых времен авиации, Сент-Экзюпери передает всю необычность и своего рода фантастичность деяний пилотов для привычного взгляда на мир, сложившегося на протяжении столетий. Пилот, осваивающий воздушное пространство, сталкивается с ранее неведомыми человеку явлениями. Таинственная неизвестность вечно подвижной стихии, окружающей пилота, обусловила появление сказочных мотивов в изображении драматических перипетий летного ремесла. Сказочные образы не становятся чем-то искусственным, они всегда глубоко органичны и взаимосвязаны со всей образной тканью текста. В сказочном плане написаны и воспоминания писателя о его далеком детстве, самые лирические страницы всех его произведений. В элементах сказочного, фантастического в творчестве Сент-Экзюпери нет отхода от реальной действительности, наоборот, силой своей необычной эмоциональности, они помогают глубже проникнуть в сущность изображаемых явлений, которые открываются человеку, сумевшему познать новые, неизведанные качества и красоту обычной действительности.

Летная романтика у Сент-Экзюпери проникнута глубоким гуманистическим содержанием. Пафос ее в том, что писатель умел увидеть и воспеть в профессии пилота человеческий труд.

Сент-Экзюпери придавал большое значение действию, как неотъемлемому качеству человеческой природы, без которого невозможно никакое поступательное движение. Действие у писателя основной источник, средство познания действительности. Внутреннее действие произведений Сент-Экзюпери, по мнению Волошиной Л.Б., — это осознание смысла жизни, человеческих ценностей. У Сент-Экзюпери мир, окружающий человека, полон света, запечатлен во всем многообразии, в непрерывном движении. Концепция человека у Сент-Экзюпери сочетает духовное и эмоциональное богатство, активное отношение к жизни.

Творчество Сент-Экзюпери, полагает Волошина Л.Б., далеко от бытописательства, подробной детализации в изображении предметного мира и человеческих характеров. Тщательно анализируя виденное в жизни, писатель ищет в конкретном факте проявление общечеловеческого философского смысла. Жизненный материал интересен для Сент-Экзюпери как источник обобщенных образов, это обусловлено тем необычным видением мира, которое дал писателю самолет. Паря в вышине, писатель-пилот впервые увидел и привык видеть землю, воду, леса, облака по-новому, как их не видели люди предыдущего поколения. Целый лес, целый город, далеко убегающую реку, облака не снизу, а сверху, все это в обобщенных контурах, лишенное естественных подробностей.

Сент-Экзюпери запечатлевает мир в движении, человека в действии, в созидательном труде, обновляющем землю, раскрывающем тайны природы. В книгах Сент-Экзюпери человек лишен социальных полюсов, всеобщ по своей сущности, но он — не пассивный созерцатель, он — труженик, участник, ощущающий неразрывную связь с людьми своей страны и ответственность за их судьбы.

II .

В книгах Сент-Экзюпери тема летчика, гармонично сливаясь с элементами автобиографичности, отражает индивидуальность писателя, становится душой произведения. Этой теме почти всегда подчинен сюжет как величина второстепенная.

Сюжет (от франц. sujet — предмет, содержание) — система событий, составляющая содержание действия литературного произведения. Сюжет представляет собой целостное, завершенное событие, имеющее начало, середину и конец. Сюжеты социально обусловлены. Каждая эпоха и каждый писатель имеют свои сюжеты. Сюжет в своем развитии определяется и характером жанра он сравнительно прост, однолинеен в рассказе, сложен, многолинеен в романе и тем более в эпопее.

Многое из того, что ощущал и переживал летчик Сент-Экзюпери во время полетов, ощущали и переживали многие тысячи летчиков. Но писатель Сент-Экзюпери смог еще по-новому рассказать о пережитом, сделать его интересным и важным для всех.

Первое большое произведение Сент-Экзюпери “Южный почтовый” было просто углублением и расширением - на новом этапе - того же материала, что образовал канву “Летчика”, первого опубликованного рассказа. Дело не только в имени героя (в окончательном варианте “Летчик” должен был называться “Бегство Жака Берниса”), но и в самом решении проблемы: бегство героя от действительности большого города, которая ему чужда, бегство в пустыню, бегство от чужих людей.

Внешне построение "Южного почтового” очень не сложно, что подчеркивает подчиненную роль сюжета. Кроме сюжетного плана, в романе есть еще план рассказчика, план личного “я”. И несколько других планов, которые, незаметно переходя один в другой, придают речи рассказчика необходимую объемность и глубину. Без этого смещения события передавались бы просто в хронологической последовательности, и это, безусловно, обеднило бы произведение.

Каждый план повествования имеет свое, присущее только ему, раскрытие темы, что придает воспоминаниям героев характер объективности. И в то же время личность рассказчика, его душевный настрой связывают все планы в одно целое, обеспечивая ему единство эмоционального восприятия.

Совершенно особо выделяет автор план документа. Так, суховатые строки телеграммы сообщают о передвижении самолетов, о погоде, о надеждах на спасение и о смерти. Они могли бы явиться началом или концом глав, ибо повторяемость телеграмм делает их своеобразным припевом. Например:

«Par radio. 6 h I0. De Toulouse pour escales. Courrier France-Amérique du Sud quitte Tou- louse 5 h 45 stop.» (14, стр.7)

(Радиограмма. 6.10. Тулуза. Всем аэродромам: почтовый Франция — Южная Америка вылетает Тулузы 5.45. Точка.)

«Courrier France-Amérique parti de Toulouse 5 h 45 stop. Passé Alicante 11 h I0.» (14, стр.9)

(Почтовый Франция — Америка вылетел Тулузы 5.45. Точка. Прошел Аликанте 11.10.)

«Courrier atterrira Agadir 2I heures repartira pour Cabo Juby 2I h 30, s'y posera avec bombe Michelin stop. Cabo Juby préparera feux habituels stop. Ordre rester en contact avec Agadir. Signé: Toulouse.» (14, стр.10)

(Почтовый приземлится Агадире 21.00. Вылетит Кап-Джуби 21.80. Подсветка ракетой Мишлена. Точка. Кап-Джуби приготовить обычные сигнальные огни. Точка. Держать связь Агадиром. Подпись: Тулуза.)

«De Dakar pour Port-Etienne, Cisneros, Juby : communiquer urgence nouvelles courrier.» (14, стр.10)

(Из Дакара Порт-Этьену, Сиснеросу, Джуби: срочно сообщите сведения почтовом.)

«De Juby pour Cisneros, Port-Etienne, Dakar: pas de nouvelles depuis passage II h IO Alicante.» (14, стр.10)

(Из Джуби Сиснеросу, Порт-Этьену, Дакару: никаких сведений после прохождения Аликанте.11. 10.)

В эту книгу-воспоминание Сент-Экзюпери хотел “втиснуть слишком много вещей” - намерение, общее для многих начинающих авторов. Здесь и любовь Жака, и сила мужской дружбы, и возмужание человека, и красота природы, и многое другое. Все эти темы по-разному раскрываются в романе. Нельзя не отметить, что темы Женевьевы, ее мужа и даже Жака как бы выключаются из общего, очень насыщенного плана книги.

Жак Бернис был в полной мере сыном своего времени. Ему близки метафизические тревоги, вечные поиски чего-то едва предчувствуемого, но непонятного. Ему близко ощущение пустоты, одиночества и безнадежности, в котором человеку так болезненно нужен другой человек, хотя он и понимает, что при каждой попытке сближения чуждость, пока еще только предчувствуемая, станет чем-то еще более ранящим, чем-то столь же осязаемым, как стена. Бернис убедится в этом и в ту недолгую ночь, которую он проведет с какой-то случайной знакомой, и во время путешествия в никуда с Женевьевой. Эта отчужденность распространяется также и на тех, с кем Бернис так или иначе близок, она не облегчает, но, напротив, драматизирует отношения между людьми. Она бросает тень на всю ту среду, с которой у Берниса были естественные связи. Молодой летчик, приезжающий в отпуск в Париж, осознает, что чувствует себя здесь, словно паломник, который прибывает в Иерусалим минутой позже, чем нужно. Ему хочется уехать! Но изменился не мир — иным стал Бернис, и он не хочет отречься от этого отличия, не хочет возвращения к жизни, которая не дает никакой надежды, не хочет, чтобы его принимали за кого-то, кем он давно уже перестал быть. Он демонстрирует свою отстраненность угловатостью движений, выдающей человека, который познал истинную цену жизни и смерти, отказался принимать участие в светской игре, где расплачиваются фальшивой монетой, раскрыл крапленые карты шулеров, подделывающих ценности. В жизненной позиции Берниса нетрудно узнать позицию самого автора "Южного почтового".

Был у антибуржуазного бунта Берниса - Сент-Экзюпери и еще один аспект. Автор "Южного почтового", даже будучи еще молоденьким студентом, с жаром окунувшимся в интеллектуальную атмосферу Парижа, не поддался очарованию ее внешнего блеска. Он терпеть не мог салонного умствования и биржи снобизма. Ему претили модные писатели, потакающие вкусам элиты, и несерьезное отношение к серьезным проблемам. Его коробили пустословие, поверхностные и пошлые разглагольствования, оторванные от действительности. И именно это во многом побудило его и Берниса бежать из Парижа и сделать тот выбор, какой оба они сделали.

Романтический герой "Южного почтового", полагает Анна Буковская, мечен смертью. Все, что в этой книге живо, принадлежит смерти, бессмертны одни лишь вещи, дома: "Ее дом был ковчегом. Он переправил с одного берега на другой много поколений. Путешествие само по себе смысла не имеет, но какая уверенность преисполняет человека, когда у него есть собственный билет, собственная каюта и чемодан из рыжей кожи. Взойти на корабль..." Потому-то Женевьева предпочтет бросить Берниса, но не откажется от своей "каюты" и "рыжих чемоданов". Итак, все конфликты найдут свое разрешение в смерти. Нет принципиальной разницы в том, что Женевьева уходит спокойно, что ее укачивает до смерти тишина родного дома, а Бернис, завороженный звездами, падает в пески пустыни. Там мягкое смирение, тут драматизм; в обоих случаях — отсутствие воли к жизни, отсутствие достаточно крепких нитей, связывающих человека с миром. Для Берниса самой важной связью, которая порвалась, была Женевьева; для Женевьевы — ее умерший сыночек.

По мнению Анны Буковской, смерть в этой книге — словно жук, который незаметно, спрятавшись от глаз, делает свое разрушительное дело. Под корой, которая создает видимость жизненной силы и здоровья, — труха. Бернис знает об этом, детская интуиция уже подсказала ему, что именно так и выглядит мир. Пустота, обволакивающая Берниса, — это пустота человека, который порвал со своей средой, пустота и одиночество беглеца... в никуда.

Бернис — герой ищущий. Поначалу ему кажется, что спасением будет уже сам побег в иную жизнь, которая требует силы, закалки, которая сама — вызов, брошенный смерти. Он, однако, убеждается, что этого недостаточно, дабы придать смысл человеческому существованию. И внезапно, раздираемый сомнениями, Бернис находит новый источник силы, новый смысл в любви. Это будет отчаянным, последним испытанием и для двух потерпевших крушение. Но любовь их с самого же начала обречена на поражение. Слишком много различий противопоставляют друг другу эти два человеческих существа, напоминающие два химических элемента, которые никак нельзя соединить, синтезировать, ибо они изо всех сил отталкиваются друг от друга. Это проблема извечно мужского и извечно женского начала, представленный в его критической точке конфликт двух миров, двух позиций, двух жизненных концепций — конфликт, который невозможно разрешить. Возможна ли вообще в таких обстоятельствах любовь? Может ли она быть осуществлением или же всего лишь поиском, ожиданием, стремлением? Одна ли любовь, а кто знает, не две ли — любовь мужчины и любовь женщины? "Я понимаю, — пишет рассказчик в письме Бернису, — я понимаю, что для тебя любить значит заново родиться. И тебе кажется, что ты увезешь с собой возродившуюся Женевьеву. Любовь для тебя - это сияние ее глаз, которое ты замечал и которое легко поддерживать, как свет лампы. Ну, конечно же, в иные минуты самые простые слова кажутся наделенными этой силой и могут зажечь любовь.

Мир Берниса — нечто подвижное, не устоявшееся, не очень-то реальное, а может, его и вообще нет, может, он существует лишь как предчувствие, мерцающий свет, к которому он стремится всю жизнь. Мир Женевьевы конкретен, логичен, упорядочен. Вспомним, что тогда даже — или именно тогда, — когда она боролась за жизнь своего ребенка, ей казалось, что всякое нарушение этого порядка прокладывает дорогу смерти: "Она испытывала странную потребность в порядке. Передвинутая ваза, брошенное на кресло пальто Эрлена, пыль на тумбочке — все это... все это позиции, шаг за шагом завоеванные врагом. Признаки какой-то непонятной беды. И она боролась с этой надвигающейся бедой. Позолота безделушек, расставленная в порядке мебель — светлая, осязаемая реальность. Женевьеве казалось, что все здоровое, блестящее и ясное защищало от непонятной смерти. Скрупулезно соблюдаемый ритуал не спас, однако, ее ребенка, отсюда и кризис веры. Но не такой, впрочем, глубокий, чтобы Женевьева смогла последовательно отречься от этой действительности, которую она привыкла считать вечной.

Уже здесь, в "Южном почтовом", женщина начинает играть роль весталки домашнего очага, символизирующего устойчивость и непрерывность. Сент-Экзюпери часто обращался к изначальным значениям, к древней символике. Отсюда и эта концепция женщины, по самой своей сути связанной с землей, с природой, со временами года, с цикличностью — биологической и вместе с тем мистической, скрывающей в себе тайну жизни. Если мужчина рожден для борьбы, для роли завоевателя и пионера, то женщине суждено обеспечивать сохранность того, что уже завоевано и освоено.

Женевьева, уступая первому порыву, решается бросить собственный мир и войти в чуждую ей жизнь Берниса, хотя страх и опасения не оставляют ее. Бернис и Женевьева как партнеры оказываются, однако, в неравных условиях: это ей приходится отказаться от того, что было дорого, оплачивая тем самым общее их счастье. Такая ситуация должна была неминуемо вызвать у Берниса чувство вины, ослабить его духовно, и к тому же именно тогда, когда молодой женщине так нужны помощь и опора. Тем временем Бернис думает: "Она уже разуверилась во многом. На многом поставила крест. Ради кого? Ради него. Она отказалась от всего, что он не мог ей дать. Это "мне лучше" означало просто, что в ней что-то надломлено. Она покорилась. Теперь ей будет все лучше и лучше: она поставила крест на счастье. Да, это парадоксально. Чтобы соединиться с Бернисом, Женевьеве пришлось бы отречься от самой себя, а если бы она отреклась от себя, что бы она стала делать со счастьем, которое ей пожертвовали?

Непоследовательность Берниса в его отношениях с Женевьевой в равной степени объясняется и недостаточной зрелостью молодого мужчины, и незаконченностью мысли самого автора. Ибо этот писатель, хотя он так подчеркнуто и выдвигает "мужскую"' концепцию жизни, нисколько не умаляет того, что связано с миром женщины. Женевьева для него не ограниченная мещанка, прилепившаяся к своей мебели, к своим безделушкам, к своему хламу, хотя антимещанские тенденции романа не обходят стороной и то, что окружает молодую женщину. Обстановка, в которой она пребывает, приобретает известную двусмысленность: то, что составляет в ней символ вечной женственности и черт, о которых мы говорим, перемешано с мещанством. Картина получилась смазанной. По всей вероятности, Бернис выбирал "женственность", а отвергнуть хотел мещанство, но из-за отсутствия четкого определения этих двух понятий Бернис, уничтожая одно, помимо своей воли калечил и другое. А ведь это владычество Женевьевы над предметами, этот порядок и гармония, которые окружают ее, это ее интимное согласие с миром вещей, с природой, это ее "присутствие" были чем-то таким, что притягивало к ней Берниса, повергало его в удивление. Женевьева становится посредником между Бернисом и реальным миром, настоящим, который благодаря ей вновь заполняется таинственными ценностями и невидимыми связями. Обрекая Женевьеву на отречение от этого мира, к которому она так прочно приросла, Бернис тем самым лишает ее того, что было ее силой, что он любил в ней, в чем нуждался, и что мог получить только от нее. Потому-то любовь их, противоречивая в самой своей основе, была осуждена на поражение.

Связи, которые в "Южном почтовом" как будто бы еще подчинены миру женщины, и действие, которое принадлежит миру мужчины, — вот два основных элемента философии Сент-Экзюпери. Потом они будут в творчестве писателя тесно сосуществовать, переплетаться друг с другом. Именно в них Сент-Экзюпери ищет опоры для смысла и содержания жизни. В первой, однако, книге они еще не так сильны, чтобы спасти Берниса и Женевьеву. Связи и порожденная ими устойчивость мира, без которой человек чувствует себя чужаком и изгоем— существом свободным, но не знающим, что же ему делать со своей свободой,— в этой книге еще носят амбивалентный характер. Бернис их принимает, но одновременно отбрасывает как нечто порабощающее человека, втягивающее его в бесплодный цикл существования с его извечным повторением ритуала рождения и смерти — цикл, обрекающий его на заурядность и монотонную будничность, на инертность и безвольное подчинение судьбе. Зато действие для героя "Южного почтового" будет, прежде всего, актом протеста против пассивной позиции потребителя жизни, против мещанских добродетелей, которые гарантируют известный комфорт прозябания, успокоение совести тем, кто не хочет знать и понимать, кто предпочитает не погружаться в глубь явлений, не добираться до их темного нутра. После крушения своей любви Бернис с облегчением думает о возвращении на авиабазу. Действие, стало быть, облегчает нравственные страдания тем, что крепко привязывает нас к какой-то реальности, которая требует от нас определенного отношения, настойчиво предлагает нам известные правила поведения, но ничего не изменяет принципиально. Бернис избрал стойкость против слабости, активность против пассивности, приключения против монотонности порядка, вызов смерти против фатализма жизни. Бернис читал Ницше. И не только читал, но и был им очарован, как и сам Сент-Экзюпери.

По форме произведения Сент-Экзюпери — это размышления, глубокое философское обобщение мира лирическим героем в тесной связи с конкретным действием — полетом. Изображение полета композиционно обрамляет все книги писателя. Их внутреннее содержание раскрывается в момент полета, в связи с полетом или как следствие полета. В «Южном почтовом» полет Берниса только фон, так как основное содержание сосредоточено вокруг взаимоотношений героя с Женевьевой.

Писатель переплетает различные временные пласты, совмещая время эпическое со временем лирическим. В «Южном почтовом» воспоминания помогают, опуская все подробности, осветить наиболее важные для содержания события и действия.

Содержательность роли воспоминаний определяет, в известной мере, повествовательный строй авторского монолога. Этот тип повествования в корне противоположен самому строю мышления Сент-Экзюпери, где мысль неразрывно связана с действием. Даже в описании самых драматических эпизодов писатель не передает хаотические проявления душевного расстройства, его герой неизменно четко и логически мыслит. Монолог Сент-Экзюпери по своему содержанию и направленности отличается и от внутреннего монолога, как типа повествования. Монолог писателя обращен не внутрь его душевного мира, а вне его, он обобщает все многообразные проявления окружающей действительности. В этом характере монолога сказывается со всей полнотой концепция человека, не как изолированного в своей духовной оболочке индивида, а в его многообъемлющих, нерасторжимых связях с внешним миром вещей и всего человеческого. Монолог Сент-Экзюпери напоминает разговор, рассчитанный на активного собеседника, с которым автор вступает в спор, доказывает свою точку зрения, убеждает. Диалогический характер, как внутреннее качество авторского монолога проявляется в манере вести повествование через воображаемый разговор с реальными людьми и с вымышленными героями.

Обобщенность художественного видения Сент-Экзюпери проявляется в изобилии метафорических образов. Поиски высокого смысла жизни в каждом единичном факте действительности проявляются в самом процессе образования символических метафор — в мгновенном переходе от простого конкретного слова к многозначному, отвлеченному понятию. Сент-Экзюпери присуще заключать большое содержание в малом объеме. Неожиданно соединяя в метафоре очень отдаленные на первый взгляд понятия, писатель ищет кратчайший путь создания образа, который называет «конкретным символом». Широкие обобщения, переданные с помощью конкретного, часто предметного понятия, приобретают поэтические свойства. Аналогия, положенная в основу сближаемых явлений, способствует пробуждению художественного мышления читателя, заставляет его совершить тот же путь ассоциаций, который проделал автор. Слово-образ расширяет смысловой диапазон изображаемого, освещая его светом неожиданных сопоставлений ассоциаций: «Bernis était assis au coeur même de la douleur dans une intimité dérobée». В «сердце», центре всех жизненных сил, катализируется все самое человечное. Слово «coeur» расширяет свой внутренний смысл и приобретает пространственное значение. Это центр, в котором сосредоточена вся суть: Бернис в доме умирающей Женевьевы находился в «самом сердце страдания», потому что он не был чужим, любил ее и с трудом переносил тяжесть утраты.

Сент-Экзюпери создает систему метафорических образов на основе «цепной реакции ассоциаций». Эти усложненные метафорические образы не всегда разгадываются в узком контексте. Их поэтическую сущность нужно искать, привлекая широкий контекстуальный фон. Такие образы стимулируют воображение читателя. Прослеживая «цепную реакцию» ассоциаций, читатель становится участником создания поэтического образа. Этим во многом объясняется притягательная сила прозы Сент-Экзюпери.

Чтобы лучше раскрыть духовную мощь крылатых людей, Сент-Экзюпери выбирает для изображения самые напряженные моменты в схватке человека с силами природы. Самолет у писателя не просто совершает полет, а «борется» в небе. Понятие lutter, передающее основное содержание профессии пилота первых времен развития авиации, служит источником целого ряда метафорических образов военного характера: «la bataille» в значении полет, «L’ennemi» — силы природы.

Природа — неотъемлемый участник действия всех произведений Сент-Экзюпери. Писатель запечатлевает панораму и даже природу в целом. У него тема природы лишь тогда приобретает поэтическое звучание, когда в ней ощущается человек, в облике окружающего мира, угадываются вещи и явления повседневной жизни. Природа у Сент-Экзюпери — это мир, неотделимый от повседневного труда пилота, их соединяют вечный союз и вечная борьба. Это не значит, что пилот, поглощенный своим ремеслом, не воспринимает красоту окружающего пейзажа. Но созерцательное, пассивное любование природой отступает в творчестве Сент-Экзюпери на второй план. Природа поэтически олицетворяется, когда писатель изображает борьбу пилота со стихией.

Большое место в художественной системе Сент-Экзюпери занимает образ водной стихии. Непостижимая, фантастическая необъятность моря сопоставляется не только с воздушным пространством. «Море» создает целую систему других образов, связанных с водной стихией: образ морского ветра, символизирующий душевный порыв к освоению неизведанных просторов природы, образ волны, передающий пульсацию внутренней жизни. Сравнение небесных просторов с морем превращает полет в плавание, пилот напоминает моряка. В «Южном почтовом» также присутствует образ реки - это символ быстротекущей жизни.

В философской основе творчества Сент-Экзюпери, по мнению критика Волошиной Л.Б., лежит антитеза — высокий гуманистический идеал человека и буржуазный индивидуализм. Антитеза в идейных выводах писателя нашла свое выражение и в синтаксическом строе его прозы, обусловила частое обращение к противительной интонации. Противительная интонация служит средством доказательства, она связана с диалектическим характером мировосприятия писателя, внутри фразы противительная интонация создает столкновение противоположных суждений, раскрывая сложность жизненных явлений. У Сент-Экзюпери нет прямой критики современного ему общества. Но постоянная неудовлетворенность писателя законами, довлеющими над личностью в мире капитала, пронизывает, как подводное течение, его творчество.

Сент-Экзюпери — писатель размышляющий и оценивающий. В своих страстных монологах он обращается к читателю как оратор. В целях интонационного разнообразия в конструкции фраз с логическим доказательством вводятся риторические вопросы, традиционное средство публицистической прозы. Стремясь к наибольшему сближению с читателем, Сент-Экзюпери употребляет в риторических вопросах местоимение nous, сливая в этом обращении себя, своих друзей-пилотов, а также читателя-собеседника, все человечество. Такое стилистическое средство обладает большой воздействующей силой. Сент-Экзюпери прибегает к нему в самых важных по философскому содержанию местах монолога, в тех случаях, когда он делится с читателем самыми дорогими ему мыслями о человеколюбии, о высоком назначении человека на земле. Вопросительная интонация врывается в повествовательный план авторского монолога, как внезапная реакция воображаемого собеседника, вскрывая внутренний полемический накал в размышлениях писателя. Раскрывая перед читателем свои сомнения, повествуя о том, что его волнует, Сент-Экзюпери прибегает к вопросительным предложениям; обращенным к самому себе. Такая форма изложения позволяет очень близко соприкоснуться с личностью автора, проникнуть в самый центр его душевного мира. Восклицательной интонацией у Сент-Экзюпери редко передается созерцательное восхищение явлениями окружающего мира, восторженность личных переживаний. Обычно восклицание выражает интенсивность мысли, усиливает убедительный тон высказывания, передает авторскую взволнованность тем или иным жизненным фактом.

Суждения литературоведов о жанре произведений Сент-Экзюпери противоречивы, между тем, его первые книги, «Южный почтовый» и «Ночной полет», написаны в духе традиционных жанров: романа и новеллы, которые писатель творчески развивает. В «Южном почтовом» в наличии все аксессуары романа: вымышленные герои, сюжет с любовными перипетиями, проходящими все стадии развития от завязки до кульминации и развязки. В этом произведении Сент-Экзюпери проявил себя как интересный художник, внеся новое в традиционные элементы романического жанра, например, в композицию. Так, реальное действие романа протекает в течение суток, пока длится полет Берниса. Многократно смещаются временные пласты, реальное действие прерывается воспоминаниями героя, относящимися к событиям, как двухмесячной давности, так и к годам далекого детства и юности. У Сент-Экзюпери введение в композицию воспоминаний составляет динамический способ развития сюжета, позволяющий упустить все второстепенное и акцентировать внимание на самых важных событиях из жизни героев. Чрезвычайному лаконизму в развитии сюжета служат и телеграфные сообщения, смело введенные в ткань романа. В «Южном почтовом» Сент-Экзюпери применяет сразу несколько повествовательных манер. Повествование ведется объективно, как бы со стороны, потом сквозь сознание главного героя Берниса, далее сквозь сознание Женевьевы, и вдруг рядом с вымышленными персонажами появляется в роли друга главного героя сам автор. Теперь повествование ведется в форме обращения к героям.

Атмосфера "Южного почтового" во многом сродни атмосфере "Маленького принца". И не только в воспоминаниях о детстве, но и в символах дома, колодца и звезды:

"Un village posé а droite, а gauche un troupeau minuscule et, l'enfermant, la voûte d'un ciel bleu. « Une maison », pense Bernis. Il se souvient d'avoir ressenti avec une évidence soudaine que ce paysage, ce ciel, cette terre étaient bâtis а la manière d'une demeure. Demeure familière, bien en ordre. Chaque chose si verticale. Nulle menace, nulle fissure dans cette vision unie: il était comme а l'intérieur du paysage. " (14, стр.29)

" J'ai retrouvé la source. T’en souviens-tu? C’est Geneviève …" (14, стр.43)

"J'ai retrouvé la source. C'est elle qu'il me fallait pour me reposer du voyage. Elle est présente... " (14, стр.50)

"Deux minutes plus tard, debout sur l'herbe, j'étais jeune, comme posé dans quelque étoile où la vie recommence. " (14, стр.42)

"Ce trou minuscule: juste une seule étoile tombait sur nous. Décantée pour nous d'un ciel entier. Et c'était l'étoile qui rend malade. Lа nous nous détournions : c'était celle qui fait mourir." (14, стр.47)

"Ne serait-ce que cette étoile, ce petit diamant dur. Un jour nous marcherons vers le nord ou le sud, ou bien en nous- mêmes, à recherche.. Fuir." (14, стр.47)

Во встрече с сержантом, который "сторожит звезды" в пустыне. В смерти Берниса, которая так напоминает смерть Маленького принца,— ведь оба убегают к звездам, избирая родину своего детства и стремясь вернуться туда. В уже конкретизированной здесь столь дорогой писателю идее связей, объединяющих человека с другими людьми и окружающим его миром, идее "приручения" людей, животных и вещей:

"Les foules coulaient sur nous sans nous heurter. Nous réservions pour les villes apprivoisées le pantalon de flanelle blanche et la chemise de tennis. Pour Casablanca, pour Dakar." (14, стр.23)

Наконец, тут просматривается, хотя пока еще лишь в самых общих чертах, жизненная философия, так выпукло очерченная в "Ночном полете": судьба человеческая, вписанная в действие, в общую работу всего человечества. "Южный почтовый" начинается словами: "...почтовый вылетает Тулузы..." — и завершается лаконичным коммюнике: "...почта благополучно доставлена Дакар". А ведь пилот Бернис погиб, а ведь умерла Женевьева, а ведь была драма их любви и смерти. Жестокое столкновение субъективного и объективного смысла фактов. Пилот погиб, а почта доходит по назначению. Выпавшее звено в цепи человеческой деятельности заменено другим. И иной пилот вместо Берниса продолжит почтовый рейс. Это не значит, что одно-единственное звено ничего не стоит. Из чего бы тогда составилась цепь? Но место звена — в цепи. Место человека - в общей работе, цель которой находится далеко за границами нашей жизни, а стало быть, эта общая работа в состоянии дать смысл и жизни, и смерти.

III .

Многие критики отмечают, что творчество для Сент-Экзюпери неотделимо от реальной деятельности человека. Критик Александр Исбах полагает, что автор «Южного почтового» поэтизирует труд, творчество, переживания своих героев. Морис Ваксмахер пишет, что Антуан де Сент-Экзюпери не устает удивляться красоте рабочих рук, испачканных мазутом. В своей статье Т. Хмельницкая отмечает, что самолет для авиатора такое же орудие познания мира, как плуг для крестьянина, лопата и ножницы для садовника, рубанок для плотника, наковальня для кузнеца. По мнению Волошиной Л.Б., Сент-Экзюпери запечатлевает, человека в действии, в созидательном труде, обновляющем землю, раскрывающем тайны природы. В его книгах человек— труженик, участник, ощущающий неразрывную связь с людьми своей страны и ответственность за их судьбы.

Дугой важной темой в произведениях Сент-Экзюпери является тема дружбы. Все творчество писателя, полагает Марис Ваксмахер, — гимн хрупким, но прочным связям, узам братства, объединяющим людей. А критик Александр Исбах считает, что герои Антуана де Сент-Экзюпери – люди влюбленные в свой труд, в своих товарищей, всегда сохраняющие чувство локтя.

Летная романтика у Сент-Экзюпери проникнута глубоким гуманистическим содержанием, полагает Волошина Л.Б. Т. Хмельницкая отмечает, что полет в буквальном смысле слова сочетается у Экзюпери с полетом мысли, а "Южный почтовый"— непринужденное описание множества эпизодов летной жизни писателя.

Волошина Л.Б. пишет, что писатель романтически противопоставляет мир труженика-пилота тусклой жизни мещанской среды. Конфликтом дерзания и серости называет М. Вксмахер «Южный почтовый». Критик Леонид Андреев полагает, что полеты Сент-Экзюпери приобрели символическую функцию возвышения над низменным миром буржуазной практики.

В "Южном почтовом" можно отыскать много аналогий, символов и сюжетных ходов, которые будут постоянно встречаться во всех позднейших книгах Сент-Экзюпери. В каждой главе "Южного почтового", с которым русские читатели познакомились уже после того, как они прочитали и полюбили более поздние вещи Сент-Экзюпери, слышишь голос автора "Земли людей" или "Ночного полета". Пейзаж, словно застывший во внутренней своей динамике - в динамике изумленного восприятия его человеком; суровая и нежная дружба пилотов, занятых общим делом; порыв к преодолению одиночества; хрупкий шорох эфира в наушниках - тревоги и надежды, идущие сквозь расстояния и грозы; мотив детства, воспоминания о школьных годах, о юношеской любви; поиски нравственных формул, необходимых молодому мятущемуся герою; диалог летчика с тучами, с читателем, с самим собой; изящно-угловатая, отрывистая и внутренне плавная фраза, ритм этой необычной прозы, ритм завораживающий, нервный, но не болезненный, а насыщенный здоровыми чувствами здоровых людей; метафоры лаконичные, суховатые, словно подсвеченные откуда-то изнутри, согретые пережитым, личным, авторским чувством... И хотя в "Южном почтовом" многое еще не вызрело, многое говорит о неумении автора отобрать главное, отбросить второстепенное, в повести угадывается взвешенность и зрелость новых книг, которые не за горами. А главное, в этой повести, как и во всем творчестве Сент-Экзюпери, в центре - человек, частичка живой теплой материи, противостоящая хаосу мертвого камня, хрупкая и непобедимая сила человеческого духа и ума. Предметы и стихии, окружающие человека, не мистичны для писателя; они таинственны, удивительны, но материальны; их можно и нужно познать и покорить. Книги Сент-Экзюпери, начиная с "Южного почтового", настаивают на этом: не отказываться от борьбы, от усилий понять действительность, постичь законы общественные и законы природы, от усилий установить дружеские связи с природой и людьми.

Хотя в книге этой все в равной степени и вымысел, и правда— сводки погоды или детские воспоминания Берниса. Молодой автор уже совершенно сознательно использовал здесь четыре формы повествования, что позволило ему показать с разных точек зрения проблематику книги и, прежде всего, фигуру Берниса. Итак, здесь две формы объективизированного повествования — автора (остающегося "вовне") и рассказчика, который выступает и одним из героев романа; письма этого самого рассказчика к Бернису, а стало быть, установление непосредственных контактов с главным героем, и письма Берниса к другу-рассказчику, то есть форма интимных признаний самого главного героя. Возникает, таким образом, переплетение повествований, комментариев и автокомментариев, представляющее собой продуманную конструкцию произведения.

Можно отметить следующие основные черты, присущие художественному стилю Сент-Экзюпери: обобщенность, действенность и поэтичность. Эти черты стиля связаны как с существенными сторонами мировоззрения, так и с особенностями мышления, художественного видения писателя.

В обобщенности как черте стиля проявилась отвлеченность концепции человека, социальные отношения которого остались вне поля зрения Сент-Экзюпери, склонность к синтезу, к абстрагированному подходу к жизненным явлениям, связанная с профессиональным опытом летчика, парящего над землей. Обобщенность проявляется в свойствах метафорических образов, в субстантивации и метонимических подменах; в лаконизме композиционного построения и синтаксической структуры фразы; в тяготении писателя к аллегорическим жанровым формам.

Поэтичность как черта стиля, придает неповторимое эмоциональное звучание повествованию. Сент-Экзюпери заключает свои мысли в поэтические образы, воздействуя одновременно на мышление и на художественное воображение читателя. Сент-Экзюпери — писатель жизнеутверждающий. Он смотрел на мир глазами нравственно здорового человека, умел увидеть его красоту, романтически восторженно изображал созидательные силы жизни. Поэтичность, как черта стиля, свойственна не только словесной ткани, но и синтаксическому строю. Она проявляется в своеобразном характере метафор, в сказочных образах, олицетворяющих силы природы и необычность труда покорителей воздушного пространства — пилотов в романтических образах водной стихии, передающих необъятность и неисчерпаемую подвижность внешнего мира; в использовании поэтических фигур синтаксиса, особенно различных видов повтора; в прозрачной ритмичности повествовательного движения; в задушевной лиричности интонации недосказанности.

Действенность является следствием влияния на мировоззрение и мировосприятие писателя, его ремесла пилота. Она воплощена в композиции, где центром сюжета является действие — полет, которое совмещается с внутренним действием — неустанной, динамической работой мысли, памяти, образных ассоциаций; в построении авторских монологов; в установке синтаксического построения на наибольшее воздействие на воображение и мысль читателя; во внутреннем движении насыщенной глаголами фразы, передающей неустанную подвижность и изменчивость мира, живую пульсацию созидательной мысли автора.

В стиле произведений, полагает Волошина Л.Б., Сент-Экзюпери нашли преломление художественные традиции классической французской литературы. Его проза вобрала в себя стройную отточенность синтаксического построения свойственную стилю Паскаля. Романтическая приподнятость и поэтичность роднит Сент-Экзюпери с Гюго и Ролланом. Свойства его метафорических образов, сближающих очень отдаленные по смыслу понятия, напоминают стилистическую манеру Бодлера и Рембо. Жизнеутверждающий тон повествования Сент-Экзюпери противоположен мрачным краскам Камю, Сартра, Мориака писатель-гуманист, подобно Арагону, соединяет проникновенный лиризм с романтической патетикой, повествуя о героических началах жизни.

Сент-Экзюпери всегда умел находить самую короткую дорогу от образа или мысли к слову, передать все тона и полутона настроения. Этот писатель поражает не изощренным сопоставлением образов и метафор, а, прежде всего, их меткостью. Каждый образ, каждая ситуация в его прозе многозначны; одновременно с внешним описанием Сент-Экзюпери незаметно оттеняет настроение, передает процесс душевного напряжения, эмоциональную гамму. И секрет тут не в количестве слов, а в восхитительном лаконизме и умении точно передать настроение. Вспомним здесь хотя бы так трогающее своим печальным покоем описание дома, где умирает Женевьева. Вспомним также визит к старым профессорам, где так тонко обыгран контраст между замкнутым миром старых людей и миром юношеских конфликтов и приключений.

Критик Анна Буковская пишет, что этой книгой и исчерпывается проблема бунта и бегства в творчестве Сент-Экзюпери. "Ночной полет" развивает позитивные идеи первой книги писателя, а тревоги станут уже далеким эхом навязчивых идей, о которых шла речь в "Южном почтовом". Романтический Бернис уступит место героям классической драмы любви и долга в современной версии театра Корнеля. Бернис поддался разъедающей лихорадке века, но Ривьер и Фабьен будут сражаться уже до конца. И с этого момента Сент-Экзюпери становится писателем, последовательно идущим против укреплявшихся в современной ему литературе нигилистических тенденций, против упадочных и все подвергающих сомнению настроений.


Список литературы

1. Исбах А.А. «Во главе колонны». - М.: Художественная литература, 1970

2. Ваксмахер М. Предисловие к кн. «Планета людей». - Кишинев: Картя молдовеняскэ, 1973

3. Григорьев В.П. Антуан Сент-Экзюпери «Биография писателя».- Л.: Просвещение, 1973.

4. Смирнова В.В. «Из разных лет». - М.: Советский писатель, 1974

5. Буковская А. «Сент-Экзюпери, или парадоксы гуманизма».- М.: Радуга, 1983

6. Моруа А. « От Монтеня до Арагона». - М.: Радуга, 1983.

7. Андреев Л. Г. «Уважение к человеку!.. Вот пробный камень».
Предисловие к кн.: «Сент-Экзюпери А. де. Военные записки». - М.: Прогресс, 1986.

8. Стейси Шифф «Сент-Экзюпери. Биография».- М.: ЭКСМО, 2003

9. Хмельницкая Т. «Садовник в пустыне».- Вопросы литературы, 1961 №11

10. Волошина Л.Б. «Роль дії в творчості Антуана де Сент-Екзюпері». - Іноземна філологія, 1966 №6, издательство Львовского университета.

11. Волошина Л.Б. «Ключові слова в творчості Антуана де Сент-Екзюпері». - Іноземна філологія, 1967 №12, издательство Львовского университета.

12. Волошина Л.Б. «До питання про жанр творів Сент-Екзюпері». - Іноземна філологія, 1968 №15, издательство Львовского университета.

13. Волошина Л.Б. «Стиль Сент-Экзюпери», автореферат диссертация на соискание степени кандидата филологических наук. - Львов, 1968

14. Ваксмахер М. «Антуан де Сент-Экзюпери: рыцарь служения людям».

15. A. de Saint-Exupéry «Courrier sud».-Editions Gallimard, 1929

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ