регистрация / вход

Российское предпринимательство в период кризиса крепостной системы

Тема: “” ВВЕДЕНИЕ К концу XVIII в. в России складывается внутренний рынок; все активнее становится внешняя торговля. Крепостное хозяйство, втягиваясь в рыночные отношения, видоизменяется. До тех пор пока оно носило натуральный характер, потребности помещиков были ограничены тем, что производилось на их полях, огородах, скотных дворах и т.п.

Тема: “Российское предпринимательство в период кризиса крепостной системы”

ВВЕДЕНИЕ

К концу XVIII в. в России складывается внутренний рынок; все активнее становится внешняя торговля. Крепостное хозяйство, втягиваясь в рыночные отношения, видоизменяется. До тех пор пока оно носило натуральный характер, потребности помещиков были ограничены тем, что производилось на их полях, огородах, скотных дворах и т.п. Эксплуатация крестьян имела четко обозначенные пределы. Когда же появилась реальная возможность превратить производимую продукцию в товар и получить деньги, потребности поместного дворянства начинают неудержимо расти. Помещики перестраивают свое хозяйство так, чтобы максимально повысить его продуктивность традиционными, крепостническими методами. В черноземных районах, дававших прекрасные урожаи, усиление эксплуатации выразилось в расширении барской запашки за счет крестьянских наделов и увеличении барщины. Но это в корне подрывало крестьянское хозяйство. Ведь крестьянин обрабатывал помещичью землю, используя свой инвентарь и свою скотину, да и сам он представлял ценность как работник постольку, поскольку был сыт, силен, здоров. Упадок его хозяйства бил и по хозяйству помещичьему. В результате после заметного подъема на рубеже XVIII — XIX вв. помещичье хозяйство постепенно попадает в полосу безысходного застоя. В нечерноземном регионе продукция поместий приносила все меньшую прибыль. Поэтому помещики склонны были сворачивать свое хозяйство. Усиление же эксплуатации крестьян выражалось здесь в постоянном повышении денежного оброка. Причем нередко это оброк устанавливался выше реальной доходности земли, отведенной крестьянину в пользование: помещик рассчитывал на заработки своих крепостных за счет промыслов, отходничества — работы на фабриках, мануфактурах, в различных сферах городского хозяйства.

Крепостная мануфактура

Первая четверть XVIII в в. России — период реформ Петра I . Целью этих реформ была ликвидация экономической отсталости России, развитие промышленности. Политику содействия развитию отечественной промышленности принято называть протекционизмом. Это обычная экономическая политика государств на начальном этапе капиталистического развития.

Но в России эту буржуазную политику проводило феодальное государство, что существенно усложняло ее социально-экономический характер. Развивая промышленность, государство содействовало развитию буржуазной экономики. Однако, будучи феодальным, оно совсем не стремилось ускорить переход страны к капитализму, поэтому старалось подчинить буржуазные явления интересам феодалов, сделать так, чтобы феодальное общество их усвоило и переварило. Результатом такой политики были сложные, полуфеодальные, полукапиталистические явления, такие, как крепостная мануфактура

Естественным путем мануфактурное производство еще не развивалось, потому что для этого не созрели экономические условия, — первоначальное накопление делало только первые шаги. Экономическая политика Петра I была направлена на преодоление недостаточности первоначального накопления.

На первой стадии мануфактурного производства, когда преобладала рассеянная мануфактура, больших капиталов не требовалось. Но в Западной Европе рассеянная мануфактура рождалась естественным путем из простого товарного производства. А в России мануфактура "внедрялась" в хозяйство страны по инициативе государства сразу в централизованной форме. Для нее требовались довольно крупные капиталы. Основной капитал текстильной мануфактуры составлял от 50 до 150 тыс. руб., металлургического горного завода — намного больше купцов, имевших столь значительные капиталы, в России насчитывалось не более трех десятков, но и они не стремились вкладывать капиталы в новое рискованное дело. Недостаток капиталов преодолевался тремя путями.

Во-первых, путем строительства казенных предприятии на государственные деньги. Лишь в последние годы царствования Петра появились частные мануфактуры, а часть казенных была передана в частные руки.

Во-вторых, выявление и мобилизация частных капиталов насильственными административными мерами. Если отдельные капиталы были недостаточны для основания мануфактуры, группу купцов заставляли объединяться в "кум панство" и вместе строить мануфактуру. Например, в 1720 г. для налаживания суконной мануфактуры в Москве Петр предписал объединить в компанию 14 человек из разных городов, и для организации дела они были доставлены на место под конвоем солдат, причем содержание конвоя была поставлено им же в счет.

Капитал, который скрывался от властей, не использовался в хозяйстве, объявлялся тунеядным. Был издан указ: если кто-то будет скрывать капитал, а об этом узнают и донесут, то доносчик получает треть этих денег, а остальные конфискуются государством.

Указ применялся на деле так. В селе Дединове жили братья Шустовы, люди мирные, которые никакими промыслами не занимались и жили в свое удовольствие. Сосед донес, что это богачи, унаследовавшие от дедов огромное состояние. Явились с обыском. Под полом было обнаружено 4 пуда золота, частью в монетах, и 106 пудов серебряных денег. Все это было отобрано.

В-третьих, государство прибегало к экономическим мерам стимулирования, старалось заинтересовать будущих мануфактуристов. Если человек строил мануфактуру, ему бесплатно отводилась земля. Если для производства были нужны дрова или древесный уголь, бесплатно отводился и лес. Чтобы _ обеспечить сырьем горные заводы, в России была провозглашу на "горная свобода": каждому жителю страны разрешалось искать руду на чужих землях, в том числе и на помещичьих. Если помещик сам не позаботился о разработке руды на своей земле, "то принужден будет терпеть, что другие в его земля руду и минералы искать и копать и переделывать будут, да под землею втуне не осталось".

Для строительства мануфактур государство давало ссуды и субсидии. Прельщаясь возможностью получить лишние деньги, люди охотнее включались в промышленное предпринимательство. Ссуда обычно погашалась поставкой в казну готовой продукции.

Часто в качестве поощрительных мер применялась передача казенных мануфактур в частные руки, которая стала широко практиковаться в конце царствования Петра. Но такая передача чаще всего была принудительной. Казенные мануфактуры обычно были убыточными и передавались в частные руки, когда приходили в полный упадок. "Буде волею не похотят, хотя в неволю", — писал Петр по поводу передачи в частные руки полотняного завода. И только в некоторых случаях такая передача действительно стала стимулом: так тульский кузнец Никита Демидов, получив по собственной просьбе на Урале завод от казны, сам построил еще 10 заводов.

Стимулирующую роль играло преобразование армии и строительство флота. Эти действия открыли рынок для мануфактур.

Но капиталы все же в России были: они накапливались у купцов за счет неэквивалентной торговли.

Хуже было со второй стороной первоначального накопления — образованием слоя свободных рабочих. Подавляющую массу населения составляли крестьяне, которые были "крепки" земле и помещикам.

Первоначально Петр I исходил из того, что мануфактура будет использовать наемный труд, потому что именно так было западной Европе, с которой он брал пример. И пока мануфактуры насчитывались единицами, "охотников" поступить на работу хватало. Но этот, контингент набранный из городских низов был скоро исчерпан. Но мануфактуры стали посылать "винных девок и баб", военнопленных, солдат. А затем пришлось обеспечивать промышленность крепостным трудом.

Переломом стал знаменитый указ 1721 г. о дозволении "для размножения заводов, к тем заводам деревни покупать невозбранно», т.е. покупать крепостных крестьян, чтобы превращать их в крепостных рабочих. Этот указ относился к купцам: дворяне и без того имели право покупать крепостных и произвольно использовать их труд. Но это уравнивало купцов с дворянам чего допускать не следовало, поэтому права купцов-мануфактуристов были ограничены. Крепостные и сама мануфактура становились не собственностью купца, а лишь его условным владением — посессией. Юридически собственником такой мануфактуры считалось государство. Крепостные рабочие считались прикрепленными не к хозяину, а к мануфактуре, и он не имел права их продать или использовать их труд вне мануфактуры. А все законы, издававшиеся для казенных мануфактур автоматически распространялись на посессионные. Государство устанавливало для них объем производства, нормы выработки заработную плату.

Итак, при Петре I было положено начало "крепостной мануфактуре", оригинальной российской форме промышленности с использованием принудительного, крепостного труда.

Однако следует оговориться, что не все российские мануфактуры были крепостными. Существовало четыре вида мануфактур: казенные, посессионные, вотчинные (принадлежавшие дворянам на праве полной собственности) и купеческие, крепостными были первые три вида, рабочие которых были прикреплены к предприятиям и выполняли "обязательные" работы.

К казенным и посессионным предприятиям, кроме того, приписывались государственные крестьяне. Этих приписных крестьян не следует путать с крепостными рабочими. Приписные оставались крестьянами, только государственные подати заменялись для них отработкой величины этих податей на вспомогательных работах при мануфактурах. Они являлись на определенный срок к мануфактурам, рубили лес, выжигали уголь, перевозили грузы на своих лошадях, а затем уходили обратно в свои деревни.

Мануфактуры четвертого вида назывались купеческими не потому, что принадлежали купцам. Ведь купцам принадлежал и посессионные, а купеческая могла быть собственностью крестьянина или даже дворянина. Купеческими, принято называть, мануфактуры с наемными рабочими. Правда, основной контингент наемных составляли все же крепостные, но не крепостные мануфактуриста, а помещичьи крестьяне, отпущенные оброк. По отношению к мануфактуристу они были наемным, эксплуатировались капиталистическими методами. Такие мануфактуры принято считать капиталистическими. Но и крепостную мануфактуру мы не можем считать феодальной. Хозяин такой мануфактуры вкладывал в производство капитал, который подразделялся на основной и оборотный, деньги тратились на строительство, на ремонт оборудования, на сырье и материалы, на плату рабочим. Доход мануфактурист получал не в виде феодальной ренты, а в виде прибыли, т. е. разницы между производственными затратами и выручкой от продажи продукции. Крепостной рабочий существовал за счет платы за свой труд мануфактурист должен был обеспечивать рабочих, тем более что это были его собственные рабочие.

Таким образом, производственные отношения в крепостной мануфактуре в основе своей были капиталистическими. Но они были облечены в феодально-крепостническую форму. Крепостной рабочий не добровольно, а принудительно продавал свой труд и не мог сменить хозяина. При избытке рабочих на одном предприятии на другом их могло не хватать. Предприниматель-капиталист был одновременно помещиком, имел в собственности не только предприятие, но землю и рабочих. И российские экономисты того времени писали, что в России к основному "недвижимому" капиталу следует относить не только предприятие, но и землю, и крепостных.

Следует подчеркнуть, что именно крепостное право стало тем инструментом, который позволил приспособить капиталистическую мануфактуру к феодальному строю. В сущности, крепостная мануфактура была проявлением "второго издания крепостничества" — крупным товарным производством с использованием крепостного труда.

По мере развития капиталистических явлений в экономике усиливалось крепостничество, чтобы приспособить эти явления к Феодальным порядкам.

В результате развития крепостной мануфактуры происходило сращивание мануфактуристов с феодалами. Мануфактуристы получают дворянские звания: наследники купца-оружейника Демидова становятся князьями, наследники крестьян Строгановых — баронами. А помещики начинают включаться в промышленное предпринимательство, заводя мануфактуры в своих имениях.

Мануфактурное производство в XVIII в. выдвигает Россию 0 передовых стран по развитию промышленности. Достижения промышленности отразились на экспорте. Если в XVII Россия вывозила почти исключительно сырье и сельскохозяйственную продукцию, то в 1726 г. 52% экспорта составляла продукция мануфактур, первые места среди которой занимали железо и парусина.

Наиболее интенсивно развивались металлургическая текстильная промышленность. Непосредственным толчком к развитию металлургии, к строительству горных заводов Урала ("заводами" назывались мануфактуры) была война со Швецией. Для изготовления оружия потребовалось много металла, а металл Россия импортировала именно из Швеции. Пришлось даже переливать церковные колокола на пушки. Но к концу царствования Петра I Россия не только перестала зависеть от импорта металла, но даже начала в больших количествах вывозить его в Англию. На экспорт шло до 80% производимого в стране металла, и столько же его выплавлялось на Урале

Значительных успехов достигло и текстильное производство. Только при Петре I было построено около 30 текстильных мануфактур. Правда, Петр не дождался выполнения своей цели — "не покупать мундира заморского", — но Россия практически обеспечивала Европу парусиной — "двигателем" тогдашнего флота.

Кроме металлургической и текстильной промышленности, успешно развивались пороховое, кораблестроительное, стекольное, бумажное производство. Правда, производство одежды и обуви, мебели и сельскохозяйственных орудий, а также других потребительских товаров оставалось пока на уровне кустарно-ремесленного производства.

Успехи российской мануфактуры объяснялись ее приспособленностью к крепостничеству. В крепостной мануфактуре были сравнительно низкие затраты на оплату труда, но особенно низкие — на сырье и топливо. Хозяин металлургического предприятия в Англии должен был покупать руду и уголь у хозяина земли — лендлорда, а для уральского заводчика затраты на сырье и топливо сводились к расходам на их заготовку. Поэтому российское железо даже в Лондоне оказывалось лось намного дешевле английского, а Англия облагала российское железо пошлинами, почти вдвое повышавшими его цену.

Промышленность

В развитии промышленности начинают происходить судьбоносные перемены. Во-первых, число предприятий увеличилось с 2 тысяч до 150 тысяч за счет роста купеческих мануфактур при значительном сокращении числа казенных и особенно вотчинных (помещичьих) мануфактур в силу низкой производительности преобладающего в них крепостного труда. Если в 1799 году вотчинные работные люди составляли 58%, то в 1860 году лишь 18% от всех занятых в промышленности. Капиталистические по своей сути купеческие мануфактуры, в которых преобладал вольнонаемный труд, становятся основной формой российского предпринимательства. Во-вторых, с 1840-х годов, значительно позднее, чем в Западной Европе, в стране начинается промышленный переворот: в мануфактурах ручной труд постепенно заменяется машинным (паровой двигатель, ткацкий станок и др.), складывается фабричное производство с использованием до 90% вольнонаемного труда. В третьих, происходят серьезные сдвиги в структуре промышленности. Казенные металлургические заводы, особенно на Урале, в которых преобладал полукрепостнический принудительный труд, оказались неконкурентособными на европейском и внутреннем рынке. Занимавшие некогда ведущее место в Европе, они приходят в упадок. В 1840 году был издан указ Николая I, предусматривавший даже постепенную ликвидацию казенных мануфактур, основанных на подневольном труде приписанных к ним крепостных.

Ведущую роль стали играть рентабельные купеческие предприятия легкой промышленности (текстильные, пищевые, бумагодельные) с новыми формами организации и управления машинным производством индустриального типа. В России стали впервые формироваться отрасли машиностроительной и химической промышленности. Однако преобладающей отраслью оставалась мелкотоварная кустарная промышленность, которая создавалась в деревне. Наконец, в четвертых, на основе применения вольнонаемного труда и концентрации производства стали формироваться основные промышленные районы - Центральный (Московский), Северо-Западный (Петербургско-Прибалтайский) и Южный (Харьковский). В них складываются новые династии русской буржуазии - Морозовы, Сапожниковы, Рябушинские, Прохоровы, Кондрашовых и др., основатели которых были выходцами из крестьян.

Сельское хозяйство

Значительные перемены прослеживаются и в аграрном секторе экономики. В первой половине XIX века вывоз хлеба из России увеличился в 6 раз и достиг 70 миллионов пудов в год. В результате дворянство, производившее в своих имениях до 90% товарного зерна, все более стало втягиваться в капиталистические рыночные отношения.

Но лишь незначительная часть дворян стремилась увеличить урожайность зерна и картофеля, применяя наемный труд, многопольный севооборот и простейшие машины. Основная масса дворянства повышала эффективность своих имений через усиление эксплуатации крестьян. Помещики Черноземной зоны, например, низкую урожайность и мало эффективность труда крепостных стремились компенсировать за счет так называемой барской запашки, то есть отчуждения крестьянских наделов и увеличение барщинных дней. Если в конце XVIII века крестьянские земли составляли две трети, а помещичьи только треть обрабатываемых земель, то в середине XIX века соотношение стало обратным.

В неплодородных зонах дальнейшее развитие получила традиция отпуска крепостных на денежный оброк. Так, в некоторых уездах центральных губерний оброчные крестьяне составляли уже до 70% и, оставаясь крепостными, становились наемными рабочими в купеческих мануфактурах.

К середине XIX века в залоге казенных ссудных учреждений оказались 7 миллионов из 11 миллионов крепостных мужского пола. Фактически помещики перестали быть владельцами крепостных. Чтобы поддержать нерентабельные имения, государство выделяло им земли, иногда кредиты из бюджета страны, который с большей эффективностью могли быть направлены на подъем промышленности.

Особенности развития российской деревни отражает и такой примечательный факт: за полвека доходы крестьянских хозяйств от земледелия увеличились в разных губерниях до 45%, а их доходы от отходничества и промыслов - на 240%. При всем этом основная, беднейшая часть крестьянства оставалась политически инертной, но все более укреплялась в вере о необходимости «черного», то есть не по царской, а по их воле, передела помещичьих земель.

Транспорт

Дальнейшее развитие всероссийского рынка и капитализма в России оказалось в прямой зависимости от состояния транспорта. К примеру, хлеб из Поволжья доставлялся в столицу только на второй год. Первый пароход в России появился только в 1815 году, а железная дорога от Петербурга до Царского Села была построена в 1839 году. Для разрешения транспортной проблемы во второй четверти XIX века государством были построены 1500 верст железных дорог, что в 15 раз меньше, чем, например, в Англии. Плохие шоссейные дороги соединили Петербург с Варшавой, Москву с Петербургом, Ярославлем и Нижним Новгородом.

Финансы

Финансовая система России в рассматриваемый период пребывала в состоянии непреодолимого кризиса. Большие материальные потери в Отечественной войне 1812 года, огромные и непосильные для государственного бюджета расходы на содержание армии и флота (например, в 1842 году на армию было выделено 82 миллионов рублей из 173 миллионов бюджетных расходов), поддержка дворянского землевладения покрывалась эмиссией бумажных денег. Впервые инфляция принимает хронический характер, внутренний и внешний долг России вырос в несколько раз.

Чтобы стабилизировать финансовую систему в 1839-1844 годах по инициативе министра финансов Е.Ф. Канкрина была проведена реформа, когда в основу денежного обращения был положен серебряный рубль с последующим изъятием у населения бумажных ассигнаций. Они обменивались по твердому курсу на кредитные билеты, которые, в свою очередь подлежали свободному обмену на серебреный рубль.

Однако реформа привела лишь к временному укреплению финансов. После изнурительной войны с Турцией в 1853-1856 годах дефицит бюджета достиг астрономической для того времени суммы в 500 миллионов рублей серебром. Возникла реальная угроза краха всей финансовой системы страны. Таким образом, в николаевскую эпоху под влиянием многих факторов нарастает кризис феодально-крепостнической системы. Его результатом стал застой в тяжелой промышленности и сельском хозяйстве. Промышленный переворот по сравнению с Западной Европой носил «естественный» характер - начинается в отраслях легкой промышленности, но на начальных этапах происходит вопреки традициям «петровской» модели капиталистической модернизации, изначально предусматривавшей целенаправленную организационную и финансовую поддержку со стороны государства.

В России промышленный переворот начался во второй трети XIX века, когда он уже завершился в Англии, заканчивался во Франции. Поэтому все более значительным становится отставание полуфеодальной России от капиталистической Западной Европы в темпах прироста промышленной продукции. Россия безнадежно утрачивает к середине века достигнутые в эпоху Екатерины II ведущие позиции в производстве металла и чугуна. Удельный вес России в мировом промышленном производстве к 1860 году составлял всего 1,72% и оказался по сравнению с Францией ниже в 7 раз, Германией - в 9, Англией - 18 раз. К середине века Россия утратила также первенство и на европейском рынке зерна, когда его ввоз из Северной Америки в 7 раз стал превышать российский. Но особенно разительным стало отставание России в использовании достижений технического прогресса, что неизбежно отразилось и на состоянии ее военной мощи.

Особенности промышленного переворота

Падение крепостничества в России, положило начало утверждению нового, капиталистического строя. Система наемного труда стала отныне основой развития народного хозяйства страны, обусловив действие объективных законов капиталистического производства - получение прибавочной стоимости и накопление капитала. Этот главный фактор способствовал ускорению промышленной революции, в ходе которой в ведущих отраслях экономики стало утверждаться крупною капиталистическое промышленное производство.

Промышленный переворот в России в первые десятилетия после реформы развивался крайне неравномерно. Наивысшие темпы становления крупной машинной индустрии наблюдались в ведущих промышленных городских центрах, в то время как в развитие промышленного производства проходило в условиях длительного сохранения сильнейших пережитков крепостничества «с большой постепенностью, среди массы переплетающихся, переходных форм». Широкое распространение получила домашнекапиталистическая система фабрики, что было связано с баснословной дешевизной труда закабаленных сельских рабочих, тормозившей технический прогресс большой постепенностью, среди массы переплетающихся, переходных форм».

Проблемы транспортной революции

Прогрессирующее развитие машинной техники и рост производительности труда вызвали глубокие преобразования в отраслевом и территориальном размещении производительных сил. Центральное место в этом генеральном процессе принадлежало железнодорожному транспорту. Став общим условием производственного процесса железные дороги стали играть относительно самостоятельную роль мощного фактора, стимулирующего быстрый рост основных отраслей тяжелой промышленности в странах капитализма.

Революция транспорта, вызвав гигантское распространение железных дорог и парового флота, явилась важнейшей основой циклических подъемов производства мирового капитализма. Железнодорожное строительство в этот период было главной сферой массового расширения основного капитала капиталистического производства в международном масштабе.

В отстающих, аграрных странах, к числу которых принадлежала пореформенная Россия, введение железнодорожной системы транспорта явилось поистине предвестником современной индустрии, могущественнейшим фактором промышленной революции как в смысле ускорителя разрушения докапиталистических форм производства, так и в смысле стимулятора создания современной передовой машинной индустрии.

После падения крепостного права перестройка экономики России в новых, капиталистических условиях хозяйства в первое пореформенное десятилетие носила сложный и затяжной характер. Падение производства в начале 60-х годов распространилось почти на все ведущие отрасли тяжелой и легкой промышленности.

С целью создать постоянный источник финансирования частного железнодорожного строительства царское правительство в 1867 г. создало специальный кредитный «железнодорожный фонд» формально обособленный от государственного бюджета. Главным источником его пополнения являлись облигационные железнодорожные займы с правительственной гарантией дохода на общую сумму в 600 млн. руб., выпускаемые на лондонском и парижском денежных рынках по ростовщически низким курсам. Из средств этого фонда царская казна покупала акции частных железных дорог, выдавала всевозможные ссуды, субсидии и «вспомоществования» учредителям и правлениям железнодорожных обществ, доплачивала казенные заказы, выдавала премии за выделку рельсов и подвижной состав заводам.

Массовому привлечению иностранного ссудного капитала в железнодорожное дело России способствовала благоприятная конъюнктура заграничного денежного рынка в период промышленного подъема 1868—1872 гг. с его повсеместным акционерным учредительством, кредитной экспансией, грюндерством и биржевой спекуляцией. Этот период вошел в историю российского капитализма под названием концессионной горячки. Железнодорожное строительство приобрело характер спекулятивного грюндерства на основе массового расхищения государственных средств. Железнодорожная горячка вызвала появление целой когорты крупнейших капиталистических воротил - железнодорожных «королей», тесно связанных с банками, иностранным капиталом, правительственной бюрократией и придворными кругами.

За 1861-1880 гг. протяженность железных дорог выросла в 14 раз, достигнув 21 тыс. верст. В результате была создана первая разветвленная железнодорожная сеть Европейской России с центром; в Москве, которая делилась на четыре основных, взаимосвязанных между собой узла железных дорог: Московский, Прибалтийский, Азово-Черноморский и Западный. Московский железнодорожный узел стал главным центром сети российских железных дорог, в него входило 18 линий длиной в 8 тыс. км.

Чрезвычайно важное значение для развивающейся капиталистической экономики России имело создание железнодорожной сети в Южном горнопромышленном районе России. Железнодорожная сеть в Южном горнопромышленном районе создавалась несколькими этапами. Первый из них приходится на конец 60-х и 70-е годы XIX в., когда была завершена постройка первых южных железнодорожных магистралей, связавших Донецкий бассейн с промышленным Центром и вывозными портами на Черном и Азовском морях. В 1878 г было завершено строительство Харьково-Николаевской магистрали, связывавшей промышленные центры Нижнего Приднепровья с общей железнодорожной сетью страны.

К концу 60-х годов XIX в. железнодорожный транспорт стал занимать решающее место в грузообороте России. Создание первой сети железных дорог в пореформенной России превратило железнодорожный транспорт в важнейшую отрасль общественного производства, от уровня развития его организации, техники и экономики стала зависеть торгово-промышленная жизнь капиталистически развивающейся страны.

С конца 70-х годов остро встал вопрос о коренной реорганизации железнодорожного хозяйства в плане его централизации и огосударствления.

Утверждение текстильной фабрики

В начале пореформенной эпохи российская текстильная промышленность в целом находилась на мануфактурной стадии развития. Здесь были накоплены значительные капиталы и сложились первые кадры квалифицированной рабочей силы, имелся широкий рынок сбыта надежно защищенный охранительными таможенными пошлинами. Капитал, вложенный в текстильное производство, оборачивался быстрее и давал более эффективный результат, чем на фондоемких предприятиях тяжелой промышленности. Эти важные факторы обеспечивали большие и надежные прибыли, привлекали в эту ведущую отрасль экономики значительные внутренние и иностранные капиталы, способствуя быстрому развитию текстильной промышленности в пореформенную эпоху.

Среди отраслей текстильной промышленности пореформенной России ведущим продолжало оставаться передовое хлопчатобумажное производство. Накануне реформы 1861 г. на предприятиях хлопчатобумажной отрасли было сконцентрировано свыше 54 % всех рабочих-текстильщиков, производивших до 68 % всей ценности производства текстильной промышленности России. В 1879 г. хлопчатобумажное производство продолжало сохранять ведущих позиции: здесь был сосредоточен 51 % всех рабочих текстильщиков, производивших 55,4 % ценности текстильного производства.

Широкое применение системы домашнее капиталистического труда в Центральном промышленном районе тормозило технический прогресс хлопчатобумажного производства. Низкий уровень техники поддерживался стабильно высокими ценами на хлопчатобумажные изделия на внутреннем рынке, на котором господствующие позиции принадлежали крупному капиталу, диктующему цены.

Несмотря на широкое использование крепостнических пережитков крупным капиталом, в ходе капиталистической конкуренции и развивавшегося рабочего движения усиливались объективные процессы, обусловливающие внедрение системы машин и механизации труда на хлопчатобумажных фабриках. За 14 лет, с 1866 по 1879 г., коренной поворот в становлении фабричио-машинного производства в хлопчатобумажной промышленности вызвал падение удельного веса ручных станков в производстве «фабричных» тканей более чем в 3 раза, численность ручных ткачей/на централизованных мануфактурах сократилась на 53 %.

На комбинированных прядильно-ткацких фабриках за 1866-1879 гг. число механических ткацких станков возросло на 160,3 %, на средних механизированных ткацких фабриках число механических ткацких станков возросло за указанный период на 422,7 %, что свидетельствует о крупных процессах перестройки этой отрасли.

С 1859 по 1879 г., число механических ткацких станков на цензовых предприятиях увеличилось в 5,6 раза, а число ручных сократилось в 4,2 раза.

В 70-е годы особенно характерны экстенсивным развитием промышленной революции, когда все больше и больше промышленных селений втягиваются в сложноподчиненную систему зависимости от крупного капиталистического производства.

Таким образом, становление крупного фабричного производства в развитой хлопчатобумажной промышленности в первые пореформенные десятилетия сопровождалось двумя противоречивыми процессами: с одной стороны, в ходе обострившейся конкурентной борьбы усилилась массовая ликвидация самостоятельных мануфактурных предприятий, а с другой - крупный фабричный капитал широко использовал выгодную ему систему ручного труда домашних закабалённых рабочих.

Общие условия развития российского капитализма, отягощенного пережитками крепостничества, давили даже на такую передовую отрасль промышленности, как хлопчатобумажное производство, в значительной степени обусловливая живучесть отсталых форм и застойность капиталистической организации производства. Это явление нашло свое отражение в низкой энерговооруженности труда, слабых темпах модернизации технического оборудования и застойности производительности в общероссийских масштабах.

Защищенные стеной покровительственных таможенных тарифов от иностранной конкуренции, российские капиталисты в условиях слабости рабочего Движения и крайней дешевизны рабочей силы предпочитали экстенсивные формы развития предприятий, связанные с максимальной эксплуатацией живого труда и длительным использованием промышленного оборудования. В результате в первый пореформенный период развития российского капитализма главной тенденцией роста промышленного производства являлся непрерывный рост абсолютного числа рабочих в текстильной промышленности при низких темпах машино-, фондо- и энерговооруженности труда.

В отличие от западноевропейских стран, где внедрение машинного производства сопровождалось резким падением цен на фабричную продукцию, в России крупный капитал широко использовал выгоды охранительного таможенного протекционизма и господствовал на внутреннем рынке. Внедрение машинного производства в хлопчатобумажной промышленности России значительно удешевило себестоимость продукции, однако цены на внутреннем рынке держались на относительно высоком уровне.

Текстильная промышленность России в 60-70-х годах XIX в. переживала сложный переходный период от мануфактуры к фабрике.

Трудности перестройки тяжелой промышленности

В первые пореформенные десятилетия наиболее сложно и противоречиво шла технико-экономическая перестройка предприятий тяжелой индустрии, являвшихся основой военно-промышленного потенциала страны. Длительный застой и отсталость производства были характерны для базисной отрасли - черной металлургии России.

К концу 60-х годов восемь обширных горнозаводских округов Урала оказались полностью несостоятельными и были переданы в казенное управление либо в казенную опеку. Только к 1870 г. уральские частные заводы достигли уровня 1860 г. по выпуску чугуна, а железа лишь к 1872 г. Резкий подъем горнозаводской промышленности, возможно, было осуществить только на основе современной технической реорганизации производства. Но уральские заводовладельцы, основывая свое господство не на капитале и конкуренции, а на монополии и на своём владельческом праве, впервые поре­форменные десятилетия почти ничего не сделали в деле технической реконструкции заводов.

Техническому прогрессу в российской металлургии резко препятствовали феодально-крепостнические пережитки, особенно живучие в горнозаводской промышленности в первые пореформенные десятилетия.

Начиная со второй половины 70-х годов, царское правительство прилагало большие усилия, чтобы наладить внутреннее производство продукции тяжелой промышленности для нужд железнодорожного транспорта и военного ведомства. Золотой «дождь» в виде разного рода премий и субсидий из государственной казны способствовал организации в начале 70-х годов 8 передельных рельсопрокатных, 5 паровозостроительных и 12 вагоностроительных заводов.

В правительственных инстанциях была разработана новая система стимулирования роста внутреннего сталелитейного производства, основанная на долгосрочных казенных заказах по повышенным ценам и денежных премиях.

В первые пореформенные десятилетия в противоречивой форме шло развитие российского машиностроения. Перестройка промышленности на рельсы фабрично-машинного производства, железнодорожное строительство в этот период требовали огромного количества машинного оборудования. Под давлением фабрикантов царское правительство разрешило беспошлинный ввоз паровых, текстильных и прочих машин. В то же время в целях стимулирования развития отечественного машиностроения в 1861 г. были утверждены «Правила для поощрения машиностроительного дела в России», в которых указывалось, что владельцы машиностроительных заведений, действующих паровыми и гидравлическими двигателями, могут получать дозволение на беспошлинный пропуск им из-за границы чугуна и железа в количестве необходимом для выделывания на их заведениях машин и фабричных принадлежностей.

За 1860-1879 г. наблюдался усиленный рост машиностроительных и механических заводов в России. Число машиностроительных заводов возросло почти в 2, а суммарная ценность производства в 6,5 раза.

Слабость капиталистически организованной топливно-металлургической и машиностроительной базы России в 70-х годах привела к тому, что большинство военных, механических и специализированных железнодорожных мастерских оборудовались и снабжались сырьем и материалами за счет всевозрастающего импорта.

Покровительственная система финансового стимулирования, казенных заказов и таможенных льгот для «насаждения» отечественного машиностроения в результате оказалась мало результативной и неперспективной для промышленного прогресса страны.

К концу 70-х годов низкая техническая оснащенность машиностроительной промышленности России выражалась в слабой паровой энергетике, на долю которой приходилось около 7 % общей мощности паровых двигателей фабрично-заводского производства страны. Отсталость ее базы отражалась на низком обеспечении промышленности паровыми двигателями отечественного производства.

В переходный период становления российского капитализма еще не сложилась его материально-техническая база. В стране не хватало фабрично-заводских предприятий тяжелой индустрии, создающих средства производства для средств производства.

Россия в начале XIX века

В начале 19 века со всей очевидностью проявляется кризис всей феодально-крепостной системы царской власти. Это вызвало попытку реформ социально-политического положения страны, внутренней политики, а также государственного аппарата, армии, судебной системы, то есть всех жизненно необходимых институтов страны.

В жизнь вторгаются капиталистические отношение. Если в 17-18 веке шел экстенсивный путь развития народного хозяйства, то в начале 19 века этот путь стал недостаточным. Истощение почвы, вырубка лесов, обмеление рек требовало дополнительных затрат труда. Это вызывало удорожание производства, продукции и рот цен. Рост цен на отечественную продукцию открывал путь для более дешевой промышленности и сельского хозяйства европейских стран на российский рынок. Конкурентная борьба вела к разорению российского предпринимательства.

С другой стороны, обилие незаселенной территории создавало предпосылки для дальнейшего экономического развития России, но крепостное хозяйство являлось той преградой, которая вела к кризису перепроизводства. Крепостное право мешало развитию.

1).Происходит разложение натурального хозяйства под воздействием развития товарно-денежных отношений.

2).Ослабляется прикрепление крестьян к земле в результате ряда разрешений, правительственных указов, выразившихся в системе отходничества.

3).Происходит сокращение крестьянских наделов за счет увеличения барской запашки в черноземных губерниях и развитие промыслов в нечерноземных губерниях.

4).Наблюдается падение производства барщинного труда, что вызвало задолженность помещиков перед государством.

5).Переход в отдельных хозяйствах на интенсивный метод ведения производства (многопольный севооборот, применение сельскохозяйственных машин, элитных сортов в растениеводстве и т.д.).

6).Происходит рост расслоения среди крестьян, неравенства; на этой почве появляются новые экономические отношения.

В промышленности произошли заметные изменения. Выросло количество капиталистических мануфактур, основанных на использовании вольного труда. В 30-40-е года в России начинается промышленный переворот — систематическое применение машинной техники. Начинается формирование новых социальных сил, способных осуществить этот переворот, то есть появление класса капиталистов и пролетариев. Российская буржуазия формируется из представителей дворянства, купцов, зажиточных крестьян (Морозов, Рябушинский).

В первой половине 19 века наблюдается индустриальный рост городов, таких как Петербург, Рига, Москва, Харьков, Екатенринослав. Рост населения городов в 2-2,5 раза превышает рост населения.

В России появляются новые виды транспорта: в 1815г. появляется первый пароход “Елизавета”; к 1825г. было построено 367 верст шоссейных дорог; в 1837г. была открыта первая железная дорога Санкт-Петербург — Царское село, а в 1843-51 годах построена железная дорога, связывающая Москву и Северную Пальмиру (Петербург).

Появляется во внутренней торговле иностранная магазинная торговля и постоянные ярмарки. Вывоз из России превышал ввоз. Из нее вывозили хлеб, лен, кожи, щетину, лес, мед и многие другие товары. Если в начале 19 века вывозили 19,9 млн. пудов хлеба, то в 60 года вывозилось уже 69 млн. пудов.

Этот процесс первоначального накопления капитала виден и в развитии средств производства, на фабриках и заводах все больше применяется машинная техника.

Если в европейские государства создавали свое экономическое могущество за счет ограбления колоний, то в России рост капитала шел за счет системы откупов, внешних займов. Россия неотвратно шла к капитализму и отмене “тормоза” — крепостного права.

Ликвидация крепостного права

Непосредственным толчком к ликвидации крепостного права послужили острые проявления кризиса феодально-крепостнической системы. Банкротство крепостнических методов хозяйствования в условиях развития рыночных отношений выражалось в разорении помещиков. К моменту крестьянской реформы в банк было уже заложено 2/3 помещичьих имений, и с каждым годом все больше поместий банки продавали с аукциона.

Экономическая отсталость государства привела к поражению в Крымской войне. Во время обороны Севастополя оказалось, что наши ружья и пушки хуже иностранных и по скорострельности, и по дальности стрельбы. У России был парусный флот — и его пришлось затопить у входа в севастопольскую гавань, потому что у французов и англичан был паровой флот

А ликвидация экономической отсталости была невозможна без ликвидации крепостничества. В 1857 г. был открыт Секретный комитет по крестьянским делам, который начал готовить реформу.

Литовскому генерал-губернатору Назимову было поручено решить с дворянами Литвы вопрос об освобождении крестьян. Назимов вернулся и сообщил, что литовские дворяне не только не желают освобождать крестьян, но, наоборот, просят увеличить число барщинных дней. Тогда в ответ литовским дворянам был направлен рескрипт императора. В рескрипте значилось, что царь доволен желанием литовских дворян улучшить положение крестьян и позволяет им образовать комитет для выработки проекта реформы. Одновременно рескрипты были отправлены и в другие губернии. Во всех заключался один и тот же вопрос не пожелают ли помещики других губерний то чего желали литовские. Но и там большинство помещиков выступили против освобождения крестьян. Тогда и им было отвечено, как литовским: царь доволен их решением освободить крестьян, и позволяет для этого организовать специальные комитеты. Так правительство очень деликатно заставило помещиков выбрать наиболее удобные для себя варианты освобождения крестьян.

И в 1858 г. повсеместно были открыты комитеты для выработки условий освобождения крестьян. В комитетах развернулась борьба между двумя лагерями помещиков — либералами, т. е. сторонниками освобождения крестьян, и крепостниками, противниками реформы.

Лагерь крепостников составляли самые мелкие и самые крупные помещики. Мелкопоместные составляли 40% всех помещиков, но владели только 3% крепостных. У каждого из них было всего несколько семей крепостных, и он мог прокормиться за их счет, но после их освобождения он не имел средств для перестройки хозяйства на капиталистический лад. Крупнейшие помещики, владельцы огромных вотчин, составляли 3% помещиков, но владели половиной крепостных. Они не занимались и не хотели заниматься хозяйством, и при этом тысячи крепостных обеспечивали им достаточный доход для роскошной жизни за границей или в столице, даже при плохом хозяйствовании.

Помещики "средней руки" составляли немногим больше половины всех помещиков и владели почти половиной крестьян. Они могли, а многие и хотели перевести хозяйства на капиталистические рельсы, и именно из представителей этой группы состоял лагерь либералов. Но между этими средними помещиками тоже были разногласия. Помещики нечерноземной полосы соглашались освободить крестьян с землей, но требовали очень большой выкуп. Помещики черноземной полосы были готовы довольствоваться не столь большим выкупом, но не хотели отдавать крестьянам землю. В результате был выработан компромиссный вариант, который устраивал все слои помещиков.

Процесс освобождения крестьян согласно "Положению" От 19 февраля 1861 г. проходил в два этапа. На первом крестьяне объявлялись лично свободными, но земля оставалась собственностью помещиков. За пользование своими прежними наделами крестьяне должны были по-прежнему нести феодальные повинности. В этом новом состоянии они назывались уже не крепостными, а "временнообязанными". После выработки тайных грамот, в которых определялись условия выкупа земли, начинался второй этап освобождения крестьяне выкупали свою землю у помещиков

Освобождая крестьян, помещики отрезали от земли, которая была в их пользовании, значительную часть для себя. Органы по выработке условий реформы нашли, что оставить прежние размеры крестьянского землевладения будет несправедливо соотношения крестьянских и помещичьих угодий в разных имениях были разными. Установить "справедливый" размер надела — невозможно в разных регионах потребности крестьянского хозяйства в земле различны.

Поэтому для каждой губернии были установлены "высшие" и "низшие" наделы, т.е. высшие и низшие пределы допустимого крестьянского надела, внутри которых вопрос должен был решаться соглашением крестьян с помещиком. Высшие наделы по разным губерниям колебались от 3 до 7 десятин на душу мужского пола, низшие — от 1 до 2 десятин . Если прежние наделы крестьян были больше высшей нормы, помещик мог отрезать эти излишки в свою пользу, если меньше низшей, прирезать крестьянам недостающую землю.

Казалось бы, такое решение земельного вопроса вполне справедливо. Высший надел был установлен, действительно исходя из потребностей крестьянского хозяйства. Для его определения специалисты по губерниям выявляли эти реальные потребности. Низший же надел исходил из реальных возможностей дать крестьянам землю, не ущемляя интересов помещиков, и был настолько мал, что крестьянин не мог прокормиться с такого надела. Поэтому помещики во многих случаях могли отрезать часть крестьянской земли в свою пользу, прирезка же крестьянам помещичьей земли была явлением исключительным.

В пользу помещиков была еще одна норма у помещика должно было остаться не менее 1/3 всей земли поместья. Если оказывалось меньше, помещик мог отрезать недостающую землю у крестьян, даже если они получали меньше низшей нормы. Лесов крестьянам отводить не полагалось. Если раньше они ходили в ближайший лес по грибы, ягоды, за хворостом, то теперь для этого надо было покупать специальные "билеты" у помещика.

При условии добровольного соглашения разрешалось выделять крестьянам "дарственные" или "четвертные" наделы "" наделы в размере четверти высшего надела, но зато бесплатно без временнообязанного состояния и выкупа.

Все земли, которые помещики отрезали от крестьянских наделов, стали называться "отрезками". В черноземных губерниях отрезки составили 26% дореформенной крестьянской земли, в нечерноземных — 10% . Отрезки были нужны не только для того, чтобы увеличить земельные владения помещиков. Отобрав у крестьян часть земли, помещики обеспечили свои хозяйства даровой рабочей силой. Поскольку крестьянам земли теперь не хватало, они были вынуждены арендовать ее у помещика. А расплачиваться за аренду приходилось своим трудом, "отрабатывать" арендную плату в хозяйстве помещика "Отрезки" породили "отработки".

Поскольку прежде вся земля поместья считалась собственностью помещика, крестьяне должны были выкупить у него свои наделы. Но выкупная сумма — сумма, которую крестьяне должны были заплатить за землю, — определялась отнюдь не рыночной ценой земли, а капитализацией оброка из 6% годовых. Годовой оброк, а точнее, вся феодальная рента, принимался за 6% с капитала, который теперь и должен был получить с крестьян помещик. Например, если годовой оброк составлял 12 руб., крестьянин должен был заплатить в качестве выкупа 200%. В результате происходила капитализация оброка, потому что, будучи вложены в ценные бумаги с 6%-ным доходом, эти деньги давали помещику такой же доход, какой прежде он получал в виде оброка. Для помещика феодальная рента превращалась в капиталистический процент

Но при чем здесь оброк? Ведь крестьяне выкупали землю! В том-то и дело, что практически они выкупали и свои души, точнее, свои рабочие руки Выкупная сумма намного превышала рыночную стоимость земли

Сразу всю выкупную сумму крестьяне внести не могли. Потребовалась помощь государства. Государство платило помещикам 80% выкупной суммы облигациями государственного займа приносившими 6% годовых . Конечно, эти облигации можно было продать, получив выкуп деньгами. Остальные 20% должны были заплатить помещикам сами крестьяне. И, конечно, они должны были погасить свой долг государству ежегодными выкупными платежами. Но с каждым годом долг увеличивался на 6% поэтому выкупные платежи погашали, прежде всего, эти проценты. А поскольку эти 6% прежде охватывали все феодальные повинности крестьян, то оказывалось, что платежи были больше этих повинностей. С крестьян не снималась при этом и обязанность платить подати государству. И сумма всех платежей часто превышала доходность крестьянского хозяйства.

Чтобы заплатить платежи, чтобы за недоимки не увели со двора корову или лошадь, крестьянин был вынужден просить ссуду у помещика, а потом отрабатывать эту ссуду в помещичьем хозяйстве. Таким образом, не только отрезки, но и выкупные платежи порождали отработки.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Крестьянская реформа была юридическим актом, обозначившим хронологическую границу между феодализмом и капитализмом в России. За этой реформой в 60-х годах последовали другие, в результате которых Россия встала на путь буржуазного развития.

Именно крепостное право стало тем инструментом, который позволил приспособить капиталистическую мануфактуру к феодальному строю. Крепостная мануфактура была проявлением "второго издания крепостничества" — крупным товарным производством с использованием крепостного труда.

В промышленности сложились уникальные отношения. Основную часть мануфактур в результате петровских реформ составили : казенные и посессионные, т. е. формально тоже принадлежавшие государству. Подавляющая часть мануфактурной продукции поступала в распоряжение государства, поэтому и цены на нее определялись не рынком, а были "указными", т. е. устанавливались государственными указами.

В XVIII в. в значительной степени усилиями государства в России рождается сложное переплетение феодальных и капиталистических элементов в экономике. Этот симбиоз обеспечил дальнейший рост феодально-крепостнического хозяйства, усилил государство, повысил значение России в международных делах. Однако в дальнейшем противоречия между развивавшимся капиталистическим производством и крепостничеством привели к кризису феодально-крепостнической системы.

В таких капиталистических, по существу, явлениях, как рождение новой техники, рост товарности, наемный труд, непомещичье землевладение, и выражался прогресс в сельском хозяйстве. Но их развитие тормозила феодально-крепостническая система, и поэтому прогрессивные явления получали уродливую полуфеодальную форму.

Мануфактура ёще могла быть крепостной, но крепостная фабрика была уже невозможна. Машины оказались несовместимыми с крепостным трудом.

Таким образом, крепостничество тормозило в России, промышленный переворот и развитие промышленности, причем в большей степени развитие тех отраслей, в которых господствовал крепостной труд.

Скорость передвижения грузов была очень мала. Товары в дороге значительно дорожали. Назрела острая необходимость в промышленном перевороте на транспорте.

Список используемой литературы

1. Бовыкин В. И. Формирование финансового капитала в России. М., 1970.

2. Боханов А. Н. Крупная буржуазия России. М., 1992.

3. Буганов В. И., Преображенский А. А., Тихонов Ю. А. Эволюция средств производства в России. М., 1980.

4. История мировой экономики / Под ред. М. В. Конотпопова и С. И. Сметанина. М., 1997.

5. Ключевский В. О. Курс русской истории. Соч. Т. 1— 5. М., 1956— 1958.

6. Конотопов М. В., Сметании С. И. Из тупика. Экономический опыт мира и путь России. М., 2000.

7. Конотопов М. В., Сметании С. И. Очерки истории экономики. М., 1993.

8. Конотопов М. В., Котова А. А., Сметании С. И., Сметанина С. И. История отечественной текстильной промышленности. М., 1992.

9. Кулишер И. М. История русского народного хозяйства. М., 1925.

10. Лаверычев В. Я. Государство и монополии в дореволюционной России. М., 1982.

11. Ленин В. И. Развитие капитализма в России // ПСС. Т. 3.

12. Милюков Н. П. Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформы Петра Великого. СПб., 1905.

13. Сметанин С. И. История промышленного предпринимательства в России. Начальный период предпринимательства. М., 1993.

14. Сметанин С. И. История промышленного предпринимательства в России. Мануфактурный период предпринимательства. М., 1996.

15. Сметанин С. И. Развитие капитализма в России. М., 1992.

16. Сметанин С. И. Развитие промышленности России в 1800— 1861 гг. (статистический обзор). М., 1996.

17. Сметанин С. И. Экономическая история России. Период феодализма. М., 1992.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий