регистрация / вход

Глобализация и её влияние на национальную экономику

Анализ производственных, научно-технических, организационных, информационных, политических предпосылок развития глобализации и определение ее позитивных и негативных последствий. Возможности России в условиях всемирной трансформации рыночной экономики.

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное общеобразовательное учреждение высшего профессионального образования

"Белгородский государственный университет"

Кафедра Мировая экономика

Тема курсовой работы:

Глобализация и ее влияние на национальную экономику


План курсовой работы

Введение

1. Сущность глобализации

1.1 Понятие глобализации

1.2 Предпосылки развития глобализационных процессов

2. Влияние глобализации на национальную экономику

2.1 Позитивные последствия глобализационных процессов

2.2 Негативные последствия, потенциальные проблемы и опасности глобализации

3. Влияние глобализации на экономику России

3.1 Место России в мировой экономике

3.2 Возможности России в условиях глобализации экономики

Заключение

Список используемой литературы


Введение

Актуальность темы исследования. Одним из ключевых процессов развития мировой экономики XXI века является прогрессирующая глобализация, т.е. качественно новый этап в развитии интернационализации хозяйственной жизни. Отношение к глобализации неоднозначно, а иногда и диаметрально противоположно. Одни видят в ней угрозу мировой экономике, другие средство дальнейшего прогресса экономики. Глобализация представляет процесс, в рамках которого между структурами национального производства и финансов устанавливается взаимозависимость, обусловленная увеличением числа внешних сделок. В результате происходит новое международное разделение труда, при котором создание национальных богатств все более зависит от экономических субъектов других стран.

Целью курсовой работы является изучение теоретических основ глобализации, а также ее влияние на национальную экономику России.

В ходе работы следует выполнить ряд задач:

1. Дать определение глобализации;

2. Выявить основные предпосылки развития глобализационных процессов;

3. Определить основные положительные и отрицательные моменты влияния глобализации на национальную экономику;

4. Рассмотреть состояние и место российской экономике в мировом хозяйстве;

5. Определить основные положения влияния глобализации на российскую экономику.

Объектом курсовой работы является национальная экономика России.

Предметом курсовой работы выступает влияние глобализации на национальную экономику страны.

В работе использовались учебные пособия по мировой экономике, макроэкономике, теории финансов, международным экономическим отношениям отечественных и зарубежных авторов, материалы печатных СМИ, а также ресурсы Интернет.

При подготовке курсовой работы применялись статистические и аналитические методы.

Курсовая работа состоит из трех глав, последовательно раскрывающих тему работы, заключения-вывода и списка используемой литературы.

Практическая значимость результатов курсовой работы заключается в возможности решения на их основе той или иной практической задачи, для проведения дальнейших научных исследований по данной теме и для использования в процессе подготовки специалистов.


1. Сущность глобализации

1.1 Понятие глобализации

"Первопроходцем" в исследовании проблематики глобализации экономики (ГЭ) и "творцом" термина "глобализация" прослыл американский ученый Т.Левитт после выхода в свет в 1983 г. его книги "Глобализация рынков". С тех пор в научной и публицистической литературе, посвященной проблемам мирового хозяйства, термин "глобализация" подвергся массовому, хаотичному и нередко уродливому тиражированию. Более того, можно сказать, что прилагательное "глобальный" склоняется на любой лад, употребляется по меркам "житейского ума" (в последнем случае авторы, применяя термин "глобальный", и не понимая того, что он означает "всемирный", в лучшем случае отождествляют его с понятиями "общий", "государственный", "народнохозяйственный" и т.п.).

В подходах к толкованию данной категории можно выделить два полюса, своего рода "перегибы". С одной стороны, к глобализации привязывают практически любой мало-мальски значимый мирохозяйственный феномен, как в позитивном, так и в негативном плане. Такого рода абсолютизация, будь то неумеренное восхваление ("глобалисты") или огульного охаивания ("антиглобалисты"), широко распространенная в российских и зарубежных публикациях, не представляется плодотворной.[1]

С другой стороны, совершенно неправомерно, как это делает, например, В. Найшуль, рассматривать глобализацию как "не более чем политический ярлык", то есть политически мотивированный вымысел, не отражающий фундаментальные реалии и взаимосвязи в современном мире. Если бы это было так, то глобализацией вряд ли стали обстоятельно заниматься (на протяжении уже четверти века) многие весьма компетентные и авторитетные исследователи во всем мире, едва ли она продолжала бы будоражить умы влиятельных политиков, публицистов и широких слоев общественности во всем мире. Поэтому вполне закономерно, что подобная недооценка глобализации занимает периферийное место в публикациях, претендующих на научное осмысление этого явления.

Т. Левитт, как видно из названия его книги, понимал глобализацию как чисто рыночный феномен. Данным термином он обозначил объединение, интеграцию рынков отдельных продуктов, производимых транснациональными корпорациями (ТНК). Как лейтмотив его книги, пожалуй, можно рассматривать тезис, предсказывающий скорый конец таких ТНК, рыночная стратегия которых нацелена лишь на дифференцированные, специфические рынки тех или иных стран. Хотя Т. Левитт правильно признал будущее за глобально ориентированными ТНК, ищущими свои шансы во всем мире, его чисто рыночно-сбытовая интерпретация ГЭ, причем исключительно на фирменном уровне, представляется чрезмерно узкой и не дающей адекватного толкования данной категории.[1]

Следует подчеркнуть, однако, что сформулировать четкую дефиницию категории "глобализация", показать ее связь с ранее введенными в научный оборот категориями, особенно "интернационализацией" и "транснационализацией", весьма сложно. В этой связи весьма показательно, что С. Долгов в одной из первых (и не только в нашей стране) обобщающих монографий по проблематике ГЭ вообще воздержался от каких-либо определений данного феномена. Вместе с тем С. Долгов, в отличие от Т.Левитта и многих других западных исследователей ГЭ, не свел последнюю к различным проявлениям рыночных стратегий ТНК, правильно оценив ее как сложное, многоплановое, многофакторное явление и дав содержательный анализ некоторых ее важнейших черт (направлений). Попутно отметим, что отсутствие определений ГЭ как экономической категории характерно и для многих публикаций по глобалистике, в которых, помимо других вопросов, предпринимается попытка раскрыть экономическое содержание глобализации.[7]

В дальнейшем появились многочисленные работы, более или менее широко трактующие категорию ГЭ, авторы которых, правда, подчас ограничиваются самой обшей констатацией очевидных реалий и поверхностным описанием последних. В этой связи приведем два примера. По определению американского профессора М.Интриллигейтора, глобализация означает "значительное расширение мировой торговли и всех видов обмена в международной экономике при явно выраженной тенденции ко все большей открытости, интегрированности и отсутствию границ". Не менее известный польский профессор Г.Колодко пишет: "Глобализация — это исторический процесс либерализации и интеграции рынков товаров, капиталов и труда, которые прежде функционировали в определенной степени изолированно, в единый мировой рынок".[4]

Обе дефиниции представляются аморфными, сводящими ГЭ к чисто рыночным процессам (т.е. к сфере обмена). Из них совершенно не ясно, почему о глобализации в мировой экономической науке стали говорить и писать лишь в последние 20-25 лет, тогда как все те феномены и процессы, на которые ссылаются М.Интриллигейтор и Г.Колодко, отчетливо выступали в мировом хозяйстве самое позднее уже в начале ХХ века, перед Первой мировой войной, чему в особой мере способствовала валютная глобализация в рамках всемирной валютной системы золотого (золотомонетного) стандарта.

Определения ГЭ, более адекватные сущности последней, дают некоторые российские авторы. Так, Э.Кочетов рассматривает ее как "процесс воспроизводственной трансформации национальных экономик и их хозяйствующих структур, капитала, ценных бумаг, товаров, услуг, рабочей силы, при которой мировая экономика рассматривается не просто как сумма (совокупность) национальных экономик, финансовых, валютных, правовых, информационных систем, а как целостная, единая геоэкономическая (геофинансовая) популяция (пространство), функционирующая по своим законам". Б.Смитиенко и Т.Кузнецова отмечают, что "взятые вместе процессы нарастания масштабности связей, реализуемых международными экономическими отношениями, усиления системности международных экономических отношений и взаимозависимости их основных субъектов во взаимообусловленности с решением глобальных проблем человечества образуют явление, которое можно определить как глобализацию экономики". В.Ломакин в последнем издании распространенного в российских вузах учебника пишет, что "под глобализацией (мировизацией) национальных хозяйств понимается создание и развитие международных, мировых производительных сил, факторов производства, когда средства производства используются в международном пространстве. Мировизация проявляется в создании отдельными компаниями хозяйственных объектов в других государствах и развитии наднациональных форм производственных связей между различными национальными хозяйствами. В этом случае взаимодействие в мировой хозяйственной системе становится постоянным, устойчивым и многосторонним".[12]

Указанные дефиниции, правомерно не сводя ГЭ к сфере обмена, правильно фиксируют некоторые проявления, черты глобализации. Однако из этих дефиниций трудно понять, чем эти проявления отличаются от аналогичных феноменов и процессов, имевших место в мировом хозяйстве на доглобализационных этапах интернационализации хозяйственной жизни, причем уже с последней четверти XIX века, когда во всех ведущих странах процесс индустриализации принял зрелые формы, во многом придав производству и сбыту продукции всемирный (глобальный) характер. Иными словами, все три дефиниции вполне применимы, причем без существенных оговорок, и к доглобализационным этапам, особенно к тем, которые пришлись на начало и на 50-80-е гг. ХХ века. Это во многом связано с тем, что авторы этих дефиниций не ставят вопрос о сроках перехода мирового хозяйства к стадии (состоянию) глобализации, адекватный и четкий ответ на который как раз и позволяет показать качественное отличие ГЭ от предшествующих ей этапов развития мирового хозяйства.[1]

Наряду с определениями ГЭ, правильно фиксирующими тот или иной "набор" ее внешних признаков, в российской литературе встречаются и довольно своеобразные дефиниции, в лучшем случае лишь отчасти имеющие отношение к глобализации и в целом не раскрывающие ее сущность. Так, Л.Слуцкий (доктор экономических наук, депутат Госдумы РФ) пишет: "В начале ХХ века 95 процентов трудоспособного населения развитых стран было занято физическим трудом. Но "средневзвешенный" показатель такого рода для XXI века, по прогнозам специалистов, составит лишь 10 процентов. Девять из десяти работников будут трудиться за компьютерами. Столь грандиозных по масштабам и стремительных переворотов мировая экономика не знала. Поэтому на базе информационно-технологической интеграции мира по сути начинает складываться новая формация, идущая на смену классическому капитализму. Этот процесс сегодня и принято называть глобализацией". Такое толкование глобализации вызывает целый ряд принципиальных возражений:

· на фоне сохранения большого числа традиционных профессий и технологий, особенно в доминирующей в постиндустриальном обществе сфере услуг, вызывает сомнения прогноз "специалистов" по поводу 10%. Ясно одно: эти "специалисты" обладают уникальной научной смелостью, если берутся прогнозировать средневзвешенный показатель на целое столетие вперед;

· работа отдельных участников экономических, в том числе мирохозяйственных, отношений с компьютерами далеко не всегда воплощает информационно-технологическую интеграцию между ними. Так, использование компьютеров на автозаводах конкурирующих фирм для управления процессом сборки не означает никакой интеграции между ними. Наоборот, их использование происходит изолированно, при этом тщательно оберегаются секреты производства. Информационно-технологическая интеграция в глобальном масштабе, действительно, относится к сущностным чертам ГЭ, но в совершенно ином контексте, чем замещение физического труда интеллектуальным. К тому же, как будет показано ниже, это лишь одна из черт ГЭ, неразрывно связанная с рядом других характеристик последней;

· под классическим капитализмом в экономической теории понимается капитализм свободной конкуренции XIX века, возникший в ходе промышленного переворота, со всеми его антагонизмами и гротескными социальными диспропорциями. Если бы этот общественный строй оставался таковым, — а по Л.Слуцкому получается, что только в нынешнем веке на смену классическому капитализму идет нечто иное, — то он давно бы рухнул, как и предсказывал К.Маркс уже в I томе "Капитала", увидевшем свет в 1867 г. Однако после этой стадии капитализм, вопреки предсказаниям К.Маркса, прошел несколько стадий развития, претерпев глубокую качественную трансформацию. Современный рыночно-государственно регулируемый, социально ориентированный капитализм (его также не без оснований именуют "некапиталистическими" терминами: "социальное рыночное хозяйство", "постиндустриальной общество" и др.), существенным образом отличаясь в лучшую сторону от "манчестерского" капитализма, доказал — в отличие от своего классического предшественника — свою жизнестойкость и приемлемость для подавляющего большинства членов общества;

· не ясно, кем принято называть глобализацией то, что содержится в приведенной выше цитате из Л.Слуцкого;

· глобализация — это не только процесс, но и состояние мирового хозяйства, т.е. сложившийся феномен, обладающий рядом тесно взаимосвязанных сущностных черт.

На фоне приведенных выше толкований ГЭ попробуем изложить обобщенное определение глобализации. С лексической точки зрения термин "глобализация" означает придание чему-либо всемирного (глобального) характера. Итак, глобализация (мировой) экономики — это объективно сложившийся феномен и одновременно мирохозяйственный процесс, активно развернувшийся в конце XX века. В самом общем, в самом кратком виде глобализацию можно было бы охарактеризовать как высшую стадию (ступень, форму) интернационализации хозяйственной жизни и ее сердцевины — научно-производственной интернационализации.

1.2 Предпосылки развития глобализационных процессов

Можно выделить основные предпосылки (движущие силы), обусловливающие процесс глобализации[8]:

1. Производственные, научно-технические и технологические:

· резкое возрастание масштабов производства;

· переход к новому технологическому способу производства — к высоким, наукоемким технологиям; быстрое и широкое распространение новых технологий, ликвидирующих барьеры на пути перемещения товаров, услуг, капиталов;

· качественно новое поколение средств транспорта и связи и их унификация, обеспечивающие быстрое распространение товаров и услуг, ресурсов и идей с приложением их в наиболее благоприятных условиях. В настоящее время передача информации осуществляется практически безотлагательно. Сообщения об экономических возможностях и сделках быстро передаются по всему миру. Для товаров и некоторых видов услуг пока еще требуется несколько дней и даже недель, чтобы попасть из одного места в другое, информация же передается немедленно. Если в каком-либо уголке мира происходит существенное изменение на рынке, то о нем становится известно практически мгновенно во всех других его частях. Это особенно характерно для событий на фондовых биржах, валютных и товарных рынках, а также для научных открытий и их использования. Следовательно, удаленность партнеров друг от друга перестает быть решающим препятствием для их производственного сотрудничества;

· быстрое распространение знаний в результате научного или других видов интеллектуального взаимообмена;

· резкое сокращение благодаря передовым технологиям транспортных, телекоммуникационных издержек, значительное снижение затрат на обработку, хранение и использование информации, что облегчает глобальную интеграцию национальных рынков. Приводятся поистине разительные цифры. "Стоимость трехминутного разговора между Лондоном и Нью-Йорком упала (в реальном выражении) с 300 долл. в 1930 г. до 1 долл. в 1998 г. Стоимость компьютерной обработки единицы информации за последние 20 лет (с 1975 по 1995 г.) сокращалась ежегодно (в реальном выражении) на 30%".

2. Организационные:

· международные формы осуществления производственно-хозяйственной деятельности (ТНК): организационные формы, рамки деятельности которых выходят за национальные границы, приобретают международный характер, способствуя формированию единого рыночного пространства;

· выход неправительственных организаций на многонациональный или мировой уровень. Новую глобальную роль стали играть такие международные организации, как ООН, МВФ, Всемирный банк, ВТО и т.п.;

· превращение многонациональных компаний и других организаций, как частных, так и государственных, в основных действующих лиц глобальной экономики.

3. Экономические:

· либерализация торговли товарами и услугами, рынков капитала и другие формы экономической либерализации, вызвавшие ограничение политики протекционизма и сделавшие мировую торговлю более свободной (если в 1947 году средний уровень ставок импортных тарифов составлял 50—60%, то в начале 90-х годов он снизился до 9,6%, а в дальнейшем Всемирная торговая организация предполагает довести его до 3%);

· небывалая концентрация и централизация капитала, взрывообразный рост производных финансово-экономических инструментов, резкое сокращение времени осуществления межвалютных сделок;

· внедрение международными экономическими организациями единых критериев макроэкономической политики, унификация требований к налоговой, региональной, аграрной, антимонопольной политике, к политике в области занятости и др.;

· усиление тенденции к унификации и стандартизации. Все шире применяются единые для всех стран стандарты на технологию, экологию, деятельность финансовых организаций, бухгалтерскую и статистическую отчетность. Стандарты распространяются на образование и культуру.

4. Информационные:

· радикальное изменение средств делового общения, обмена производственной, научно-технической, экономической, финансовой информацией; появление и развитие принципиально новых систем получения, передачи и обработки информации позволили создать глобальные сети, объединяющие финансовые и товарные рынки, включая рынки ноу-хау и профессиональных услуг. Информационное обслуживание непосредственно связано с успехами в электронике — с созданием электронной почты, Интернет;

· формирование систем, позволяющих из одного центра управлять расположенным в разных странах производством, создающих возможности оперативного, своевременного и эффективного решения производственных, научно-технических, коммерческих задач не хуже, чем внутри отдельных стран. Обмен информацией в реальном времени знаменует настоящую революцию в менеджменте и маркетинге, в управлении финансовыми и инвестиционными потоками, возникают новые формы реализации продукции (например, электронная торговля). Компьютеризация, системы электронных счетов и пластиковых карт, спутниковая и оптико-волоконная связь позволяют практически мгновенно перемещать финансовую информацию, заключать сделки, переводить средства с одних счетов на другие независимо от расстояния и государственных границ.

5. Политические:

· ослабление жесткости государственных границ, облегчение свободы передвижения граждан, товаров и услуг, капиталов;

· окончание "холодной" войны, преодоление политических разногласий между Востоком и Западом.

6. Социальные и культурные:

· ослабление роли привычек и традиций, социальных связей и обычаев, преодоление национальной ограниченности, что повышает мобильность людей в территориальном, духовном и психологическом отношениях, способствует международной миграции;

· возникновение глобального единомыслия в оценке рыночной экономики и системы свободной торговли. На смену недавних противоречий между рыночной экономикой Запада и социалистической экономикой Востока пришло практически полное единство взглядов на рыночную систему хозяйства;

· проявление тенденции формирования глобализованных "однородных" средств массовой информации, искусства, попкультуры. Английский язык становится международным языком общения, облегчая межкультурное общение, учебу и взаимопонимание;

· преодоление границ в образовании благодаря развитию дистанционного обучения;

· либерализация подготовки трудовых ресурсов, что ведет к ослаблению контроля национальных государств за воспроизводством "человеческого капитала".

Итак, в данной главе были рассмотрены основные аспекты глобализации экономики, выявлены основные предпосылки глобализационного процесса. Существует много точек зрения на влияние глобализации на национальную экономику, но все они схожи в одном: последствия глобализации носят как положительный, так и негативный характер.


2. Влияние глобализации на национальную экономику

2.1 Позитивные последствия глобализационных процессов

Позитивное значение глобализации трудно переоценить: неизмеримо умножаются возможности человечества, более полно учитываются все стороны его жизнедеятельности, создаются условия для гармонизации. Глобализация мировой экономики создает серьезную основу решения всеобщих проблем человечества.[2]

В качестве позитивных последствий (преимуществ) глобализационных процессов можно назвать[6]:

1. Глобализация способствует углублению специализации и международного разделения труда. В ее условиях более эффективно распределяются средства и ресурсы, что в конечном счете способствует повышению среднего уровня жизни и расширению жизненных перспектив населения (при более низких для него затратах).

2. Важным преимуществом глобализационных процессов является экономия на масштабах производства, что потенциально может привести к сокращению издержек и снижению цен, а, следовательно, к устойчивому экономическому росту.

3. Преимущества глобализации связаны также с выигрышем от свободной торговли на взаимовыгодной основе, удовлетворяющей все стороны.

4. Глобализация, усиливая конкуренцию, стимулирует дальнейшее развитие новых технологий и распространение их среди стран. В ее условиях темпы роста прямых инвестиций намного превосходят темпы роста мировой торговли, что является важнейшим фактором в трансферте промышленных технологий, образовании транснациональных компаний, что оказывает непосредственное воздействие на национальные экономики. Преимущества глобализации определяются теми экономическими выгодами, которые получаются от использования передового научно-технического, технологического и квалификационного уровня ведущих в соответствующих областях зарубежных стран в других странах, в этих случаях внедрение новых решений происходит в краткие сроки и при относительно меньших затратах.

5. Глобализация способствует обострению международной конкуренции. Подчас утверждается, что глобализация ведет к совершенной конкуренции. На деле речь скорее должна идти о новых конкурентных сферах и о более жестком соперничестве на традиционных рынках, которое становится не под силу отдельному государству или корпорации. Ведь к внутренним конкурентам присоединяются неограниченные в действиях сильные внешние конкуренты. Глобализационные процессы в мировой экономике выгодны, прежде всего, потребителям, так как конкуренция дает им возможность выбора и снижает цены.

6. Глобализация может привести к повышению производительности труда в результате рационализации производства на глобальном уровне и распространения передовых технологий, а также конкурентного давления в пользу непрерывного внедрения инноваций в мировом масштабе.

7. Глобализация дает странам возможность мобилизовать более значительный объем финансовых ресурсов, поскольку инвесторы могут использовать более широкий финансовый инструментарий на возросшем количестве рынков.

8. Глобализация создает серьезную основу для решения всеобщих проблем человечества, в первую очередь, экологических, что обусловлено объединением усилий мирового сообщества, консолидацией ресурсов, координацией действий в различных сферах.

Конечным результатом глобализации, как надеются многие специалисты, должно стать всеобщее повышение благосостояния в мире.


2.2 Негативные последствия, потенциальные проблемы и опасности глобализации

Все исследователи справедливо указывают на то, что глобализация экономики — достаточно противоречивый феномен. С одной стороны, ее сущностные черты, рассмотренные выше, в целом способствуют повышению эффективности мирового хозяйства, экономическому и социальному прогрессу человечества. С другой стороны, как будет показано ниже, формы проявления этих черт нередко ущемляют интересы широких слоев населения во всем мире и целых стран, не входящих в известный "клуб" государств "золотого миллиарда". Нынешняя (неолиберальная) модель глобализации экономики несет в себе целый ряд негативных моментов, характеризуется острыми коллизиями и конфликтами между различными агентами (участниками) мирохозяйственных и иных международных отношений.[10] Глобализация не оправдала многих надежд, связывавшихся широкими слоями мировой общественности с преодолением раскола мира на две противоположные общественные системы, превратившим интернационализацию в действительно глобальный феномен. К противоречивым и негативным сторонам указанной модели следует отнести прежде всего следующие ее аспекты.

1. Глобализация, к сожалению, стала питательной средой для резкого ускорения распространения трансграничной преступности. Так, глобализация товарных рынков, как это ни прискорбно, особенно интенсивно протекает на нелегальных рынках оружия и особенно такого социально вредного продукта, как наркотики. Оборот наркоиндустрии уже соответствует примерно 8% мировой торговли. Наркобизнес по самой своей природе тяготеет к "интернационализму" и глобализму. Общая обстановка глобализации на базе либерализации торговли способствовала реализации этих его сущностных черт. Во всяком случае, наркобизнес, пользуясь всемирной либерализацией в торговой сфере как средством для достижения своих неприглядных целей (разумеется, этим далеко не исчерпывается его инструментарий), сумел глобализировать трансграничную торговлю этим зельем — со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями для всего человечества.

2. Быстрое перенесение экономических сбоев и финансовых кризисов из одних регионов мира в другие, а при сочетании ряда весомых негативных факторов — придание им глобального характера. Особенно это относится к миграции краткосрочных спекулятивных капиталов на финансовых рынках. При этом негативную роль играет электронизация обмена ценными бумагами через Интернет, хотя, как отмечалось выше, телекоммуникационная революция весьма способствовала "сцеплению" мирового хозяйства и его прогрессу. Интернет накладывает определенные "клише" на поведение мировых финансовых брокеров и унифицирует их поведение в различных финансовых центрах. В результате в предкризисных условиях их действия часто складываются в одном и том же — негативном — направлении, давая "синергический" прокризисный эффект. [4]

От этого более всего страдают не самые развитые государства. Так, финансовый кризис в России, начавшийся в 2008 г. обусловлен финансовым кризисом в США.

3. Процессы глобализации уменьшают экономический суверенитет как атрибут власти национальных государств и потенциал экономического регулирования соответствующих национальных правительств, оказывающихся в растущей зависимости от "своих" и иностранных ТНК и их лобби. Нынешние ТНК пятого поколения, относящиеся к высшему эшелону такого рода корпораций, функционируют как автономные субъекты, определяющие стратегию и тактику своего мирохозяйственного поведения независимо от правящих в своей стране политических элит, которые скорее сами зависят от них и, во всяком случае, чутко прислушиваются к ним. Этот процесс, противоречащий принципам построения демократического государства, менее отчетливо просматривается в США и других странах "золотого миллиарда" и, напротив, тем более очевиден, чем слабее то или иное государство в экономическом и военно-политическом отношениях. Иными словами, сложилось достаточно острое противоречие между глобализацией и национальным суверенитетом (особенно в области экономики) многих государств.[8]

В условиях ГЭ государство не может столь же эффективно, как прежде, использовать традиционный инструментарий макроэкономического регулирования, как то: импортные барьеры и экспортные субсидии, курс национальной валюты и ставка рефинансирования Центрального банка. ТНК и ТНБ при необходимости противопоставляют подобным мерам свой мощный экономический потенциал и разветвленный механизм лоббирования своих интересов в различных странах, что нередко сводит на нет ожидаемый государством эффект от предпринимаемых мер, а нередко оборачивается даже во вред данной стране.

4. Глобализация, существенно ослабив традиционные национальные системы государственного регулирования экономики, в то же время не привела к созданию таких международных, а тем более наднациональных механизмов регулирования, которые восполняли бы возникший в результате этого пробел. Исключением из правила в значительной степени здесь является лишь ЕС, особенно еврозона (Европейская валютная система), которая покрывает далеко не все пространство, на котором развернулась и продолжает развиваться ГЭ. При этом в результате неудачно проведенного в 2004-2007 гг. расширения ЕС-15 до ЕС-27, наложившегося на многолетние депрессионные явления в экономике ЕС-15 и совпавшего по времени с началом давно назревшего глубокого институционального реформирования данного интеграционного блока, Евросоюз сам оказался в состоянии тяжелого адаптационного кризиса.

Более того, с середины последнего десятилетия ХХ века можно проследить ослабление регулирующей роли в мировой экономике ряда международных организаций: ОЭСР, МВФ и специализированных организаций ООН. ВТО не выполняет решений Уругвайского раунда торговых переговоров, в результате которого она и возникла в 1995 г. на базе ГАТТ, действуя по отношению к этим решениям подчас "с точностью до наоборот". Это касается прежде всего важнейшего решения о либерализации в области нетарифного регулирования импорта путем преобразования нетарифных рестрикций в тарифные ограничения и поэтапного резкого снижения последних. Наоборот, за последние 5-7 лет нетарифное регулирование заметно активизировалось как "компенсация" за согласованное снижение таможенных пошлин. Параллельно с этим с 2001 г. в острой полемике между развитыми и развивающимися странами, малоэффективно, если не сказать безрезультатно, протекает новый, Дохийский раунд переговоров о дальнейшей либерализации мировой торговли. По этой причине не состоялась межминистерская конференция ВТО в конце 2007 г., которая может предположительно пройдет в 2009 г.[7]

Все это согласуется с выводом, сделанным Д.Сусловым преимущественно на основе анализа современного состояния национальных политических систем и сферы мировой политики: "Общее снижение управляемости является главной тенденцией развития международной системы сейчас и будет оставаться таковой в течение ближайшего десятилетия". Правда, что касается ЕС и ВТО, то они уже значительно раньше, чем к 2017 г., могут восстановить и активизировать свою регулирующую роль в этой системе и начать противодействовать снижению ее управляемости.

Так или иначе, глобализация уже повлекла за собой такую трансформацию сложившейся ранее системы международных экономических отношений, которая сделала последнюю менее предсказуемой, что существенно осложняет и разработку надежных долгосрочных прогнозов развития мировой экономики.[13]

5. Противоречие между ГЭ как объективным процессом с его преимущественно позитивными эффектами и сегодняшней моделью (политикой) глобализации. Нынешняя либеральная (неолиберальная) модель глобализации, пропагандируемая и реализуемая главным образом в собственных интересах странами "золотого миллиарда" во главе с США, нацелена на извлечение наибольших выгод из ускоренного развития мировой экономики для высокоразвитых государств без достаточного учета интересов прочих стран. Именно поэтому в последние годы во многих странах, не в последнюю очередь в РФ, получили широкое распространение движения "антиглобалистов", т.е.принципиальных противников глобализации, и альтерглобалистов, отвергающих не глобализацию как таковую, а антисоциальную направленность нынешней неолиберальной модели ГЭ и ищущих альтернативу данной модели в виде той или иной "новой парадигмы". Так, Всемирный социальный форум ("лагерь Порто Алегре", где проходили его первые встречи), одно из наиболее активных международных движений, возникших на рубеже двух веков на волне глобализации, видит такую парадигму в придании миру более демократичного и эгалитарного характера. [8]

Так или иначе, то обстоятельство, что от глобализации больше всего выиграли США (а вытекающие из нее минусы для этой страны обнаружить вообще довольно затруднительно), вряд ли подлежит сомнению. Так, именно благодаря глобализации США до сих пор справляются с огромным внешним долгом (он порождается ежегодными гигантскими дефицитами баланса по текущим операциям), который, по данным министра финансов США Дж.Сноу, к 2006 г. достиг 8 трлн. долларов (по сообщениям многих зарубежных СМИ, которые, правда, нельзя приравнивать к официальной информации, хотя они и выглядят правдоподобно, к началу 2008 г. этот показатель достиг 11 трлн. долларов США). Он имеет, конечно, иную, частнохозяйственную природу, чем советско-российский внешний госдолг и не подлежит обслуживанию из госбюджета, но не становится от этого менее весомым. Только глобализация позволяет США безбедно и без особых экономических катаклизмов жить с таким долгом, избегая дефолта и сохраняя за долларом роль ключевой и наиболее употребимой валюты в мировом хозяйстве.

При этом США, безусловно, продолжат беззастенчиво эксплуатировать уникальное местоположение доллара как мировой резервной валюты, используя ее эмиссию как инструмент покрытия гигантских торговых дефицитов и накопившейся внешней задолженности. "Такое поведение может позволить себе только вожак — любой другой немедленно бы обанкротился", — справедливо отмечает в этой связи Л.Мясникова, не без основания полагая, что в итоге международные кредиторы Соединенных Штатов, возможно, получат лишь пару центов на доллар. [1]

6. Неолиберальная модель породила дифференциацию мира на страны, выигравшие от глобализации и проигравшие в результате нее. Причем в зависимости от критериев, применяемых теми или иными исследователями для деления на эти две группы, их состав оказывается неодинаковым.[4]

Так или иначе, налицо трудности приспособления к вызовам глобализации для стран развивающихся (PC) и с переходной экономикой (СПЭ) из-за отсутствия у них таких средств, которыми располагают промышленно развитые страны (ПРС), неподготовленности национальных правовых, экономических, административных систем и механизмов и т.д. Это нередко заставляет СПЭ, в том числе Россию, и особенно РС принимать правила игры, устанавливаемые более сильными участниками мирового хозяйства. Растущий разрыв в уровне благосостояния богатых и бедных стран ведет к вытеснению последних на обочину мирового хозяйства, увеличению в них безработицы, обнищанию населения. PC вполне правомерно указывают на то, что глобализация в том виде, как она развертывалась в истекшие годы, не только не решила, но даже обострила проблемы, мешающие подлинной интеграции этих стран в систему мирохозяйственных связей и более или менее удовлетворительному решению ими проблемы бедности и отсталости.

О глубине глобальной проблемы бедности и отсталости в PC в настоящее время наглядно свидетельствует, например, тот факт, что из более чем 6 млрд. жителей Земли только 0,5 млрд. живут в достатке, а более 5,5 млрд. испытывают более или менее острую нужду или даже ужасающую нищету. При этом, если в 1960 г. доходы 10% самого богатого населения мира превышали доходы самого бедного населения в 30 раз, то к концу ХХ века — уже в 82 раза. [13]

Правда, вопрос о воздействии ГЭ на распределение доходов в мире является спорным. Эксперты Программы развития ООН (ПРООН) и Конференции ООН по торговле и развитию — организаций, призванных отстаивать интересы развивающихся стран, — вновь и вновь утверждают, что в условиях ГЭ в мире происходит дивергенция, т.е. усиление дифференциации доходов между богатыми и бедными странами в пользу первых при общем увеличении численности и удельного веса беднейшей (т.е. живущей менее чем на 1 доллар США в день) части населения Земли.

Однако ряд видных ученых (С.Бхалл, Х.Сала-и-Мартин, Ю.Шишков) доказывают обратное: конвергенцию (т.е. уменьшение расслоения) доходов между Севером и Югом и сокращение численности и удельного веса беднейшего населения. Научный спор о мировом распределении доходов в условиях ГЭ, видимо, разрешит время: "возраст" глобализации еще слишком мал, чтобы иметь достаточно длинные и надежные статистические ряды данных, позволяющие сделать твердое заключение о наличии той или иной тенденции. Уже через 5-10 лет такие данные могут пополнить арсенал науки. При всех случаях нахождению истины здесь способствовала бы открытая дискуссия между сторонниками приведенных выше точек зрения по методологии расчета соответствующих показателей.[13]

В то же время исследователи, как правило, сходятся в том, что ГЭ усиливает расслоение внутри развивающихся стран, особенно беднейших. "Тенденция к глобализации международных рынков, — отмечает американский экономист Н.Бердсолл, — приводит к возникновению фундаментального противоречия: свойственное этим рынкам неравенство способствует усилению неравенства в развивающихся странах". Правда, вклад собственно глобализации, как отдельно от нее и других факторов (законы рыночной экономики как таковой и др.) в формирование и развитие этого противоречия пока не удалось выделить никому.[8]

7. Сказанное о глобальном распределении доходов еще в большей мере относится и к проблематике научно-технологической глобализации. Конечно, ее плоды прямо или косвенно используются всем человечеством. Однако в первую очередь они служат интересам ТНК и стран "золотого миллиарда". По некоторым расчетам (в том числе американского экономиста Дж.Сакса, бывшего советника правительства РФ), только 15% населения планеты, сосредоточенные в этих странах, обеспечивают почти все мировые технологические инновации. Около 1/2остальной части человечества способна использовать имеющиеся технологии, тогда как 1/3 его изолирована от них, не способна ни создавать собственные инновации, ни использовать зарубежные технологии. В таком незавидном положении пребывают прежде всего народы стран, относимых ООН к категории беднейших (их около 50). Большинство из них, как известно, расположены в Африке.[13] Что же в конечном счете глобализация несет странам — угрозу или новые возможности? Однозначно ответить на этот вопрос практически невозможно, ведь баланс позитивных и негативных последствий постоянно изменяется. Однако "реальность состоит в том, что глобализация представляет объективное и совершенно неизбежное явление современности, которое можно притормозить средствами экономической политики (что и происходит в ряде случаев), но нельзя остановить или "отменить", ибо таково императивное требование современного общества и научно-технического прогресса". Как образно отмечает ряд авторов, джин глобализации вырвался на свободу и не стоит пытаться снова загнать его в бутылку. Странам необходимо адекватно реагировать на глобализационные процессы, чтобы адаптироваться к новым условиям и воспользоваться шансами, которые предоставляет интернационализация мировой экономики.


3. Влияние глобализации на экономику России

3.1 Место России в мировой экономике

В результате глубокого макроэкономического кризиса 90-х гг. ХХ века, по глубине и размаху сопоставимого с "великим кризисом" 1929-1933 гг. на Западе, Россия, как отчетливо видно из нижеследующей таблицы 1, объективно утратила роль одного из центров силы мирового хозяйства, каковым СССР, несомненно, был в "обойме" с США, Западной Европой и Японией — при всей дифференциации в рамках этой "четверки" по тем или иным позициям.[13]

Таблица 1. Мировые лидеры в производстве ВНД по ППС (2008 г.)

Страны ВНД по ППС
Млрд. долл. США %
1.США 13233 19,9
2.КНР 10153 15,2
3.Япония 4229 6,4
4.Индия 4217 6,3
5.Германия 2623 3,9
6.Великобритания 2148 3,2
7.Франция 2059 3,1
8.Италия 1789 2,7
9.Бразилия 1661 2,5
10.Россия 1656 2,5
11.Испания 1221 1,8
12.Мексика 1189 1,8
13.Республика Корея 1152 1,7
14.Канада 1127 1,7
Мир в целом 66596 100,0

Вследствие оживления и роста российской экономики в 1999-2007 гг., а также того обстоятельства, что в этот период она развивалась темпами выше среднемировых, положение РФ в мировом хозяйстве несколько упрочилось, однако по многим причинам по-прежнему остается уязвимым (табл. 2,3). [3]

Таблица 2. Россия в мировом экспорте товаров (2008 г.)

Место в мире Страна Млрд. долл. США % к мировомуэкспорту
1 Германия 1112,0 9,2
2 США 1038,3 8,6
3 КНР 968,9 8,0
4 Япония 649,9 5,4
5 Франция 490,4 4,1
6 Нидерланды 462,4 3,8
13 Россия 304,5 2,5

Таблица 3. Россия в мировом экспорте коммерческих услуг (2008 г.)

Место в мире Страна Млрд. долл. США % к мировомуэкспорту
1 США 388,8 14,1
2 Великобритания 227,5 8,3
3 Германия 168,8 6,1
4 Япония 122,5 4,4
5 Франция 114,5 4,2
6 Испания 105,5 3,8
25 Россия 30,1 1,1.

Она продолжает оставаться страной со средним уровнем экономического развития: по расчетам на базе данных последнего доклада Всемирного банка, валовой национальный доход (ВНД) России по паритету покупательной способности (ППС) на душу населения в 2008 г. составил 11630 долларов США (113,8% от среднемирового показателя и 26,3% от уровня США). Статус великой державы Российская Федерация удерживает главным образом благодаря наличию все еще мощного ракетно-ядерного потенциала, сопоставимого с аналогичным потенциалом США, и своего геостратегического положения. Однако на фоне отсутствия реальной экономической мощи поддержание этого статуса требует от России все больших усилий. Для активного воздействия на процесс ГЭ в целом, придания тем или иным ее сторонам российской "окраски" экономической мощи сегодняшней РФ явно недостаточно.

В результате скачкообразно и бессистемно проведенной либерализации внешнеэкономических связей (ВЭС) и механизма государственного регулирования внешнеэкономической деятельности (ВЭД), значительно опередившей по темпам внутриэкономические и социальные реформы, РФ уже в первые постсоветские годы на деле стала страной с открытой экономикой, развитие которой сильнейшим образом зависит от сдвигов в мировом хозяйстве и его конъюнктуры. По оценкам экспертов, не менее 35-40% российского ВВП формируется и используется в связи с ВЭД хозяйствующих субъектов и государства.[13]

Таким образом, после распада СССР у новой России никогда не было реальной альтернативы, вступать или не вступать в процесс глобализации и сложившийся в мире механизм ее международного политического и правового оформления, поскольку она с самого начала оказалась спонтанно втянутой в этот процесс. В действительности проблема состояла и состоит в том, чтобы органично и с максимально возможной выгодой для себя интегрироваться в глобализацию с учетом ее сущностных черт и противоречий, рассмотренных выше. Однако такой интеграции не произошло. Вовлечение (включение) РФ в мировые глобализационные процессы едва ли можно оценить как в целом успешное, хотя по некоторым аспектам ГЭ ей и удалось добиться определенных позитивных результатов, особенно в сфере топливно-энергетического комплекса (ТЭК).

Из анализа показателей таблиц 1-3 и других фактологических данных со всей определенностью "напрашивается" вывод об ограниченности возможностей России "содетерминировать" процессы ГЭ, а тем более оказывать на них направляющее воздействие. Об этом свидетельствует и 75-е место из 117 в мировом рейтинге, отведенное России экспертами Всемирного экономического форума в "Отчете о глобальной конкурентоспособности за 2006-2007 годы", хотя методика составления данного рейтинга далеко не бесспорна. Такая ситуация во многом обусловлена отсутствием у РФ стратегии "интеграции в глобализацию", характерной до сих пор для нашей страны пассивной адаптацией к свершившимся фактам в мировой экономике.[3]

3.2 Возможности России в условиях глобализации экономики

Однако Россия вовсе не обречена на то, чтобы сидеть сложа руки и пассивно взирать на глобализацию. Участие РФ в последней должно осуществляться на базе разработки и реализации продуманной стратегии, учитывающей, с одной стороны, отмеченные выше негативные реалии, а, с другой стороны, богатейшие ресурсные возможности и преимущества нашей страны. Это участие должно активизироваться по всем направлениям, вытекающим из рассмотренных выше сущностных черт и противоречий ГЭ. При этом Россия должна в полной мере использовать свое уникальное геополитическое преимущество, выражающееся в возможности одновременного участия в процессах развития экономического партнерства и квази-интеграционного взаимодействия как с Евросоюзом, так и с государствами АТЭС — двумя важнейшими регионами мирового хозяйства.

При этом вовлечение России в глобализацию должно перестать идти по линии пассивной адаптации к последней. Необходимо на базе имеющихся для этого возможностей разработать механизм "интеграции в глобализацию", обеспечивающий активное влияние России на глобализационные процессы, прежде всего во взаимодействии с G-8 и другими ведущими государствами мира, особенно КНР и Индией, на двусторонней основе и в рамках международных организаций. С учетом сформулированных выше сущностных черт и противоречий ГЭ выделяют некоторые узловые проблемы, связанные с формированием такого механизма. Для активизации российского влияния на ГЭ необходимо прежде всего принять меры внутриэкономического характера, направленные на повышение удельного веса РФ в мировом ВВП и промышленном производстве, что создало бы базу для укрепления ее позиций в торговле и по другим направлениям мирохозяйственных отношений.

По прогнозу известного российского специалиста в области международных экономических сопоставлений В.Кудрова, по ВВП и промышленному производству к 2015 г. Россия сможет лишь вернуться к тем соотношениям с США, Германией, Францией и Великобританией, которые сложились к 1992 г. Иными словами, ее удельный вес в мировой экономике к 2015 г. повысится по сравнению с 2000 г., но ненамного. [5]

Уточнение этого прогноза с учетом фактических данных Всемирного банка и ВТО за 2006 г. и предварительных оценок за 2007 г. подтверждает расчетный показатель на 2017 г. для ВВП и делает более оптимистичными прогнозные показатели на 2017 г. для экспорта товаров и услуг — соответственно 4,40% и 1,80% (рис. 1).[9]

Рис. 1. Прогноз роста доли российского экспорта товаров и услуг в мировом экспорте товаров и услуг до 2017 гг. (рассчитано на базе данных ВТО за 2000-2007 гг.)


Однако для весомого улучшения ситуации, которое выразилось бы в более высоких показателях 2017 года, необходимы радикализация реформ и существенное совершенствование государственного регулирования экономики, особенно в части формирования эффективной структурной политики (правительство РФ еще в начале 1992 г. поручило тогдашнему Министерству экономики разработать концепцию такой политики, и эта разработка продолжается по сей день). Между тем в последнее десятилетие заметного повышения своего удельного веса в мировой экономике добились как раз те страны (прежде всего НИС "первой волны" и КНР), которые как раз и сумели разработать и реализовать эффективную структурную политику. Общим для этих стран было то, что они не подражали западным моделям постиндустриализации и сделали упор на целенаправленной модернизации структуры с акцентом на ряд отраслей и подотраслей промышленности, которые должны были обеспечить им в перспективе прочные "ниши" на мировом рынке. В результате доля третичного сектора в их экономике (35-50% ВВП) была и остается ниже, чем в высокоразвитых странах.

Россия же стихийно пошла по иному пути. По расчетам автора, за один 1992 г. доля сферы услуг в ВВП РФ увеличилась на 15 процентных пунктов по сравнению с предшествующим годом. В дальнейшем, как видно из таблиц 4 и 5, третичный сектор стал устойчиво преобладающим в ВВП (а со второй половины 1990-х гг. и в общей численности занятых) и по относительным (долевым) показателям приблизился к странам Запада.[3]

Таблица 4. Доля макросекторов в ВВП РФ (%)

Годы Первичный Вторичный Третичный
1990 17 48 35
1999 7 34 58
2003 5 34 61
2004 5 34 61
2005 6 38 56
2008 6 38 56

Таблица 5. Доля макросекторов в ВВП стран мира в 2008 г. (%)

Страны Первичный Вторичный Третичный
США 1 22 77
Франция 2 21 77
Германия 2 30 68
Япония 1 31 68
Великобритания 1 26 73
Италия 2 27 71
Испания 3 29 67
Польша 5 32 64
Россия 6 38 56

Российский "постиндустриализм" имеет весьма мало общего с постиндустриализмом стран Запада. Доминирование третичного сектора на Западе основывается на том, что первичный и вторичный сектора, достигнув весьма высокого уровня развития, целиком удовлетворяют потребности населения во всей номенклатуре товаров и полностью обеспечивают третичный сектор адекватной для высокоэффективного развития технической базой, и это при падающей доли промышленности и особенно сельского хозяйства в совокупной занятости.

В противоположность этому российская "постиндустриализация" в постсоветский период стала результатом не столько реального прогресса третичного сектора (хотя позитивные сдвиги здесь налицо по ряду направлений), сколько промышленного и аграрного кризисов прошлого десятилетия, т.е. деиндустриализации и деаграризации. При этом экспансия третичного сектора в РФ проходила главным образом за счет "разбухания” торгово-посреднического и банковского секторов. В то же время деловые (инжиниринг, консалтинг и др.), информационные и другие высокотехнологичные услуги развивались менее высокими темпами, хотя и показывали значительный прогресс. Недостаточно развиты также транспортные и туристические услуги. В результате Россия, из года в год показывая внушительный актив внешнеторгового баланса по товарам, одновременно сводит баланс по торговле коммерческими услугами с внушительным дефицитом (14,2 млрд. долл. США в 2007 г., по данным ВТО).[13]

Безусловно, Россия нуждается в ускорении экспансии третичного сектора, особенно в вышеуказанных проблемных секторах сферы услуг. В случае достижения весомых положительных результатов в этом направлении нашей стране вполне под силу превратить дефицит по внешней торговле коммерческими услугами в крупный профицит. Однако еще более важным для резкого укрепления позиций России в мировой экономике следует считать реиндустриализацию на новой технической основе с акцентом на машиностроительный комплекс и связанные с ним высокотехнологичные производства, что позволило бы также придать дополнительные стимулы роста третичному сектору, как и сельскому хозяйству. Для этого необходимо разработать четкую концепцию и механизм государственной структурной политики, нацеленной на оптимизацию как макроструктуры народного хозяйства, так и пропорций внутри трех секторов.

В завершении хотелось бы обратить внимание на проблему формирования российских ТНК первого эшелона. Поскольку главным субъектом глобализации выступают ведущие ТНК, Россия для равноправного участия в ГЭ и активного воздействия на нее должна располагать несколькими десятками первоклассных ТНК, российских по контролю над капиталом и местопребыванию материнской (головной) компании, имеющих филиалы во всех важнейших регионах мира и проводящих глобальную стратегию в области НИОКР, производства, маркетинга и реализации продукции (товаров в форме материального продукта и коммерческих услуг) и ориентирующихся на российские национальные интересы, что способствовало бы наиболее полному удовлетворению и их собственных "меркантильных" интересов.[5]

На сегодняшний день в России не так много компаний, отвечающих даже самым общим критериям для причисления к ТНК, применяемым ООН. Российские ТНК действительно международного класса ("Газпром", "Лукойл", "Русал" и некоторые другие) можно буквально-таки пересчитать по пальцам, но и они занимают в рейтинге 500 крупнейших корпораций мира по показателям транснациональности места далеко не в первой десятке. Например, у ведущего среди российских ТНК по всем показателям транснациональности "Лукойла" размер зарубежных активов в 2004 г. был в 58 раз меньше, чем у мирового лидера по этому показателю "Дженерал электрик" (GeneralElectric) и почти в 20 раз меньше, чем у "Бритиш петролеум" (BP). Как показало весьма солидное исследование А.В.Кузнецова, из 40 ведущих российских нефинансовых ТНК лишь у одной ("Лукойл") зарубежные активы превысили 10 млрд. долларов США, а у девяти ("Газпром", "Русал", "Совкомфлот", "МТС", "Новошип", "Алтимо", "Норникель", "Зарубежнефть" и "Евразхолдинг") составили от 1 до 5 млрд. долларов. Все прочие российские ТНК вообще не сопоставимы по этому критерию с мировыми ТНК первого эшелона.[13]

Государство должно содействовать формированию мощных российских ТНК, причем, как правило, косвенно, т.е. при помощи организационно-правового и административного инструментария, а в ряде случаев, когда это диктуется национальными интересами, и напрямую. В этом смысле заслуживает одобрения деятельность государства по интеграции "Газпрома" и "Сибнефти" под эгидой первого в мощную нефтегазовую компанию действительно мирового класса. Если это объединение принесет положительные результаты как на фирменном, так и народнохозяйственном уровне, — а иного нельзя допустить, — то с учетом данного опыта целесообразно предпринять усилия и в других секторах экономики. Особенно важно добиться появления мощных ТНК в машиностроении и связанных с ним высокотехнологичных отраслях, куда крупный отечественный частный капитал — в отличие от топливно-сырьевых секторов — до сих пор явно не "рвется", что в ряде случаев детерминирует формирование госкорпораций (объединенные авиастроительная и судостроительная корпорации, "Ростехнологии" и др.). По мере укрепления их позиций внутри страны и за рубежом, если они не будут подавлять рыночные силы, российскому и иностранному частному бизнесу целесообразно предоставить возможности активного участия в их капитале и хозяйственной деятельности, на что он вправе рассчитывать. Одновременно необходимо государственное содействие создание и развитию международных стратегических альянсов (МСА) с участием российских компаний.[3]

При этом государство должно пристально следить за тем, чтобы российские ТНК и МСА с их участием на внутреннем рынке не овладевали доминирующими, а тем более монопольными позициями в ущерб другим хозяйствующим субъектам и обществу в целом. Для этого должно постоянно совершенствоваться законодательство в области регулирования монополии и конкуренции внутри РФ, что будет побуждать российские ТНК проводить более эффективную стратегию и за рубежом, где вследствие наличия многих мощных конкурентов им определенно не уготована перспектива легкой добычи.

Для успешной адаптации РФ к процессам глобализации и ведущие российские банки должны войти в клуб первоклассных, лидирующих в мировых рейтингах транснациональных банков (ТНБ). Однако позиции РФ в мировой банковской сфере значительно слабее, чем в сфере промышленных ТНК. Важнейшие показатели всей российской банковской системы, которая включает в себя чрезмерно много "маломощных" по международным меркам хозяйствующих субъектов (на 1 ноября 2008 г. у нас действовали 1101 коммерческий банк и 44 небанковских кредитных организации, получивших от Банка России лицензию на проведение банковских операций), подчас уступают соответствующим индикаторам даже по отдельным субъектам из первой десятки ТНБ мира или в лучшем случае сопоставимы с ними. Так, зарегистрированный уставный капитал указанных действующих на территории РФ кредитных институтов составлял на 1 ноября лишь 721 244 млн. руб., т.е. всего лишь около 29 млрд. долларов США.[13]

Правда, около дюжины российских банков значатся в рейтинге 1000 крупнейших по капиталу и активам коммерческих банков мира. Однако даже первый из них, Сбербанк, находится лишь во второй сотне авторитетного рейтинга британского журнала "TheBanker". Другой крупнейший российский банк, ВТБ, созданный на базе бывшего Внешторгбанка, ставит перед собой цель: подняться (после своего реформирования и укрепления) в рейтинге европейских банков с 59-го на 30-е место. Зарубежные же активы даже тех российских банков, которые в наибольшей мере проявляют себя как ТНБ (ВТБ, "Альфа-Банк", "Банк Москвы", "Росбанк", "Конверсбанк", "Национальный резервный банк"), по международным меркам вообще не производят впечатления или, в лучшем случае, более чем скромны.[5]

Недостаток капитала у российских банков, в том числе для зарубежных операций, во многом обусловлен их отношением к консолидации их сил перед лицом международной конкуренции. До сих пор в России не произошло ни одного слияния двух банков из числа действительно крупных (например, из первых 30, выделяемых в статистической информации, которая регулярно публикуется в официальном "Вестнике Банка России"), хотя это процесс еще в прошлом десятилетии "захлестнул" весь мир и активно продолжается. Так, во Франции в текущем десятилетии объединились два из первой десятки банков этой страны по капиталу: в результате приобретения Credit Agricole 82% акций Credit Lyonnais за 16 млрд. евро появился новый крупнейший в еврозоне коммерческий банк. Напротив, в РФ до сих пор имели место лишь поглощения банками из первой "тридцатки" и сопоставимыми с ними банками их "коллег", значительно уступающих им по капиталу и активам и в ряде случаев находящихся не в блестящем финансовом положении, если не на грани неплатежеспособности или даже банкротства. Слабость российской банковской системы вынуждает крупнейшие российские компании обращаться за получением нормальных коммерческих кредитов к зарубежным источникам (то же делают и отечественные банки), что привело к резкому увеличению внешней задолженности РФ на уровне хозяйствующих субъектов, о чем с явными, подчас, правда, чрезмерными нотками алармизма повествуют наши, а в ряде случаев и зарубежные СМИ.[13]

В контексте поиска путей адаптации к императивам глобализации, определяемым современным состоянием и тенденциями эволюции сферы МЭО, прежде всего международной торговли, нельзя обойти вниманием, хотя бы вкратце, проблематику вступления России в ВТО.

С точки зрения нынешней товарной структуры российского экспорта страна не нуждается во вступлении в ВТО. Как известно, около 4/5 российского экспорта — это товары топливно-сырьевой группы. Львиную долю в этом объеме составляют энергоносители, а они по большей части ограничениям ВТО не подвергаются, так что поначалу вступление в эту организацию нашей стране в позитивном плане мало что даст. Скорее РФ получит от либерализации доступа на собственный рынок зарубежных конкурентов весьма сложные проблемы для сельского хозяйства и обрабатывающих отраслей, а также многих секторов сферы услуг. Кроме того, следует иметь в виду, что в России таможня дает 40% дохода госбюджета (в развитых странах эта цифра равна 1-3%). Резко и сразу снижать импортные и экспортные пошлины российское государство по соображениям как защиты отечественных производителей, так и наполнения госбюджета не может, так что потребуется болезненная адаптация к реалиям членства в ВТО.

Вместе с тем, вступление в ВТО поможет России решить ее давнюю стратегическую задачу — диверсификацию экспорта (а в связи с этим и экономики в целом) в сторону повышения доли готовых, особенно машинотехнических и высокотехнологичных изделий. Став членом ВТО, Россия получит возможность непосредственно и активно влиять на ход переговоров о дальнейшей модернизации мировой торговли в рамках этой организации, воздействуя тем самым на ГЭ с учетом собственных интересов. Однако следует подчеркнуть, что в результате вступления РФ получит лишь один дополнительный весомый шанс (без вступления не будет и его) на вхождение в элиту высокоразвитых стран путем коренной модернизации народного хозяйства, особенно сферы ВЭД, а не сиюминутные блага. Таким образом, хотя вступление в ВТО способствовало бы более гибкой адаптации российской экономики к процессам экономической глобализации, у России нет необходимости рваться в ВТО без оглядки, платя любую цену за вступление в нее уже в 2009 г. Вместе с тем следует еще более активно готовиться к будущему членству в ВТО. Без модернизации нашей экономики, которая требует решения и многих других проблем, у нас нет будущего — ни с ВТО, ни без нее.

Для России "баланс" выгод, трудностей и потерь от глобализации пока что можно оценить как нулевой или скорее отрицательный. Нашей стране предстоит предпринять большие усилия для того, чтобы сделать глобализацию своим союзником.


Заключение

В заключение курсовой работы можно сделать выводы.

Важнейшей тенденцией современного мира, является глобализация всех экономических и политических процессов, противостоять которой сейчас не в силах ни одно национальное государство.

В конце XX в. перед мировым сообществом со всей очевидностью встала задача эффективной координации всех глобальных процессов - глобальной экономики, глобальной экологии, политической структуры мирового сообщества, проблем бедности и богатства, войны и мира, прав человека и суверенитета национальных государств.

Сейчас уже нет никаких сомнений в том, что глобализация станет доминирующим фактором цивилизационного развития мира в первой четверти нового века, когда процесс общемировой консолидации фактически завершится образованием мировой федерации.

Глобализация характеризуется увеличением потоков товаров, услуг, капиталов, информации, рабочей силы через национальные границы, что приводит к взаимопроникновению как отдельных рынков, так и экономики в целом. Глобализация — процесс планетарного масштаба с участием субъектов, действующих на общемировой сцене. По самым осторожным оценкам, в экономической деятельности процессами глобализации затронуто около 40 % мирового производства. Она оказывает воздействие приблизительно на 60 % мирового ВВП. В сфере торговли этот показатель еще выше и достигает 70—80 %.

Глобализационные тенденции в мировой экономике ассоциируются с революционными изменениями в электронике, компьютерной технике и связи. Другими словами, прогресс науки и техники лежит в основе глобализации.

Глобализация экономики приносит выгоды, но имеет и недостатки. Наиболее очевидные преимущества — экономический рост, более высокая производительность, распространение передовых технологий не только в финансовой сфере, но и в области фундаментальной и прикладной науки. Установлено, что открытая экономика в совокупности с прозрачной политикой приводит к быстрому экономическому росту. Снижение тарифных и нетарифных барьеров обеспечивает ежегодное увеличение мирового ВВП на 100-300 млрд долл. Кроме того, глобализация способствует усилению международной координации. Она вызвала переоценку основных видов рисков и методов их ограничения, облегчила и увеличила эффективность и рациональность размещения вкладов инвесторов.

Положительный или отрицательный вектор будет у изменений в национальной экономике под воздействием глобализации, зависит от уровня развития экономической системы и позиции страны в мировом хозяйстве. Позитивное воздействие глобализации сопровождает и отрицательный эффект. Так, глобализация конкуренции нередко вынуждает производителей снижать себестоимость продукции, сокращая затраты на защиту окружающей среды или выносить производство в страны с менее жесткими экологическими стандартами.

В этих условиях естественно изменяется и роль государства, поскольку в результате международной конкуренции существенным образом ограничиваются (за счет вынужденной открытости экономики) возможности для государственного произвола при усилении контроля за денежной и фискальной политикой не только со стороны международных организаций, но и со стороны финансовых рынков. Глобализация экономической деятельности является одной из главных тенденций в развитии современного мира, не только оказывающей громадное влияние на экономическую жизнь, но и влекущей за собой далеко идущие политические (внутренние и международные), социальные и даже культурно-цивилизационные последствия.

Эти последствия все больше ощущают на себе практически все страны и среди них, конечно, Россия, вполне осознанно, активно и целеустремленно движущаяся по пути интеграции в мировую экономику. Поэтому анализ этого всемирного процесса имеет не только теоретическое, но и сугубо практическое, и, причем чрезвычайно важное, значение для России, для ее внешнеэкономической, а в более широком смысле – всей экономической политики.

Негативные аспекты глобализации связывают с потенциальными конфликтами, которыми она чревата, хотя их можно смягчить путем развития глобального сотрудничества на основе соглашений политического характера или создания новых международных институтов.


Список литературы

1. Алябьева А.М. Мировая экономика, - М.:Гардарика, 2006. – 593с.

2. Антикризисное управление: учебник. под ред.проф. Э.М. Короткова, - М.: Инфра-М., 2006. – 620с.

3. Кузнецов А.В. Интернационализация российской экономики: Инвестиционный аспект. М.:КомКнига. 2007.

4. Леусский А. И., Тарасевич Л. С., Гребенников П. И. Макроэкономика, - М.:Юрайт. 2006. – 654с.

5. Либман А., Хейфец Б. Мировые процессы транснационализации и российский бизнес // Вопросы экономики. 2006. № 12. с.72-79.

6. Луссе А.В. Макроэкономика, - СПб.: Питер, 2001. – 240с.

7. Макроэкономика: социально ориентированный подход: учебник для студентов экон. специальностей/Э.А. Лутохина и др, под ред. Э.А. Лутохиной, - М.: ИВЦ Минфина, 2005. – 400с.

8. Мировая экономика: социально ориентированный подход: учеб.пособие для студентов экон.специальностей/В.В. Козловский, Э.А. Лутохина; под ред. Э.А. Лутохиной. – М.: ИВЦ Минфина, 2005. – 352с.

9. Паньков В.С. Эволюция международных экономических отношений: попытка прогноза до 2017 года // Безопасность Евразии. 2007. № 3. С.267-268.

10. Рудый К.В. Международные валютные, кредитные и финансовые отношения, - М.: Новое знание, 2007. – 427с.

11. Теория финансов: Учеб. пособие/Н.Е. Заяц, М.К. Фисенко и др., под ред.проф.Н.Е. Заяц, М.К. Фисенко, - Мн.: БГЭУ, 2005. – 351с.

12. Яковец Ю.В. Глобализация и трансформация рыночной экономики - СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2004. - 404с.

13. http://www.mevriz.ru/articles/

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий