регистрация / вход

Деятельность НАТО и её влияние на современную систему международных отношений

Сущность, понятие, цель и структура НАТО. Его развитие после падения Варшавского договора. Особенности и перспективы отношений России и НАТО - общие вопросы развития. Расширение НАТО на восток – угроза для нас. Структура программы "Партнерство ради мира".

Содержание

Введение

1. Сущность и структура НАТО. Развитие НАТО после падения Варшавского договора

1.1. Понятие, основная цель и структура НАТО

1.2. Развитие НАТО после окончания «Холодной войны»

2. Особенности и Перспективы отношения России и НАТО

2.1. Общие вопросы развития отношений

2.2. Расширение НАТО на восток – угроза для России

Заключение

Список используемой литературы


Введение

Тема данной работы – деятельность НАТО и её влияние на современную систему международных отношений.

Актуальность темы обусловлена необходимостью реагирования России на расширение НАТО на восток, что невозможно без понимания процессов, происходящих в политике НАТО после падения Варшавского договора.

Североатлантический альянс остается основным средством сохранения участия Соединенных Штатов Америки в делах европейской безопасности. В результате своего расширения он играет решающую роль в объединении континента, который был разделен на протяжении почти 50 лет[1] .

Сегодня НАТО - международная организация, в которую уже входят 19 государств, а в недалеком будущем будет 26 стран, - это реальность, ее воздействие ощущается не только в Евроатлантическом регионе, но в других районах мира[2] . В число членов этой организации входят все наиболее политически влиятельные, экономически мощные и сильные в военном отношении западные государства, среди которых три ядерных державы (США, Великобритания, Франция) - постоянные члены Совета Безопасности ООН.

Произошедшие глубокие перемены в политической обстановке в Европе и в мире в целом, привели страны НАТО к выводу о необходимости трансформировать Североатлантический союз с переносом акцентов его деятельности с военного компонента на политический, обновив его цели, функции, стратегическую концепцию и политическое лицо.

Возрастает политическая и научная актуальность всестороннего изучения деятельности НАТО как в прошлом, так и в настоящем. Необходимо создать эффективный механизм взаимодействия с этой крупной и сложной международной организацией, которая стала неотъемлемой частью системы европейской безопасности.

России приходится сосуществовать с НАТО и строить с ней нормальные отношения, что и обуславливает актуальность темы.

Цель работы : изучить ключевые особенности влияния НАТО на современные международные отношения.

Задачи работы:

Определить особенности развития НАТО после падения ОВД.

Изучить структуру НАТО на современном этапе развития.

Изучить вопросы расширения НАТО на Восток.

Рассмотреть проблемы и перспективы взаимоотношений России и НАТО.

Объектом исследования является эволюция внешнеполитической стратегии НАТО в условиях окончания «холодной войны» и новые параметры дипломатического процесса, обусловленного этими переменами.

Предметом исследования являются процесс поиска альянсом своей роли в новых политических реалиях и функционирование дипломатического механизма альянса, как внутри самого союза, так и за его пределами, в частности, в отношениях с Российской Федерацией.


1. Сущность и структура НАТО. Развитие НАТО после падения Варшавского договора

1.1. Понятие, основная цель и структура НАТО

Для начала необходимо определить сущность и цели развития НАТО, с этой целью можно обратиться к сетевым ресурсам. Организа́ция Североатланти́ческого догово́ра, НА́ТО (англ. North Atlantic Treaty Organization , NATO; фр. Organisation du traité de l'Atlantique Nord , OTAN ) появилась 4 апреля 1949 вСША. Тогда государствами-членами НАТО стали США, Канада, Исландия, Великобритания, Франция, Бельгия, Нидерланды, Люксембург, Норвегия, Дания, Италия и Португалия[3] . Это «трансатлантический форум» для проведения странами-союзниками консультаций по любым вопросам, затрагивающим жизненно важные интересы его членов, включая события, способные поставить под угрозу их безопасность, и обеспечивает сдерживание любой формы агрессии в отношении территории любого государства-члена НАТО или защиту от неё[4] .

В 1954 Советский Союз предложил присоединиться к НАТО. Предложение было отклонено. В результате, в противовес НАТО по инициативе СССР был подписан Варшавский Договор.[5] . Позднее СССР повторил предложение о присоединении к НАТО в 1983 г., после 1991 г. Россия также неоднократно выступала с подобным предложением.

Цель НАТО: Члены НАТО договариваются о том, что вооружённое нападение на одного или нескольких членов союза в Европе или Северной Америке будет воспринято как нападение на весь союз. В связи с этим они договариваются, что в случае указанной атаки они, в качестве реализации права на индивидуальную или коллективную самозащиту, будут помогать подвергшемуся нападению члену или членам, самостоятельно и совместно с другими членами, действуя по необходимости, в том числе и с применением вооружённых сил, чтобы восстановить и поддерживать безопасность в Северной Атлантике «действуя по необходимости, в том числе и с применением вооружённых сил »[6] означает, что другие члены союза не обязаны вступить в вооружённый конфликт с агрессором. У них остаётся обязательство реагировать, однако выбрать способ реагирования они могут самостоятельно.

Это отличает договор от Статьи 4 «Брюссельского договора»[7] , которым был основан Западноевропейский союз, где прямо указывается, что реагирование обязательно должно быть военного характера. Тем не менее, часто подразумевается, что члены НАТО окажут военную помощь подвергшемуся нападению. Кроме того, статья ограничивает сферу действия союза Европой и Северной Америкой (до 1963 г. Алжир), что объясняет, почему НАТО не вмешалось в конфликт на Фолклендских островах.

Высшим политическим органом НАТО является Североатлантический совет (Совет НАТО), который состоит из представителей всех государств-членов в ранге послов и проводит свои заседания два раза в год под председательством Генерального секретаря НАТО[8] . Североатлантический совет также проводит свои встречи на уровне министров иностранных дел и глав государств и правительств, однако формально эти встречи имеют такой же статус, как и сессии на уровне министров иностранных дел. Решения совета принимаются единогласно. В период между сессиями функции Совета НАТО выполняет Постоянный совет НАТО, куда входят представители всех стран-участниц блока в ранге послов.

Высшим военно-политическим органом организации с декабря 1966 года стал Комитет военного планирования, который собирается дважды в год на свои сессии на уровне министров обороны, хотя формально состоит из постоянных представителей. В период между сессиями функции Комитета военного планирования выполняет Постоянный комитет военного планирования, в состав которого входят представители всех стран-участниц блока в ранге послов[9] .

Высшим военным органом НАТО является Военный комитет, состоящий из начальников генеральных штабов стран — членов НАТО и гражданского представителя Исландии, не имеющей вооруженных сил, и собирающийся не реже двух раз в год на свои заседания. Военный комитет имеет в своем подчинении командования двух зон: Европы и Атлантики. Верховное главное командование в Европе возглавляется верховным главнокомандующим (всегда — американским генералом)[10] . В его подчинении находятся главные командования на трех европейских театрах военных действий: Североевропейском, Центрально-европейском и Южно-европейском. В период между заседаниями функции Военного комитета выполняет Постоянный военный комитет[11] .

К основным органам НАТО относится также Группа ядерного планирования, проводящая свои заседания обычно дважды в год на уровне министров обороны, обычно перед заседаниями Совета НАТО. Исландия представлена в Группе ядерного планирования гражданским наблюдателем.

1.2. Развитие НАТО после окончания «Холодной войны»

Распад социалистического блока в конце 1990-х годов породил сомнения в необходимости сохранения выполнившей свою миссию Организации Североатлантического договора. Основанная на историческом опыте второй половины XX века логика реалистического подхода к военным союзам заставляла предполагать, что практически никакой из оборонных альянсов не мог пережить собственной победы над противником. Политики и эксперты в США и Западной Европе, эту логику принимавшие, придерживались мнения о том, что, дабы не противоречить силам истории, НАТО следовало бы распустить, либо, как минимум, ограничить в притязаниях. Например, Германия в лице министра иностранных дел Ганса-Дитриха Геншера, поддержанная Чехословакией, в течение второй половины 1990 г. (до Парижского саммита СБСЕ в ноябре 1990 г.) проводила активную линию на «более глубокую институционализацию» СБСЕ, предполагая преобразовать этот форум в краеугольный камень новой системы европейской безопасности. В Москве в начале 1990-х годов была более популярной идея «Европейского совета безопасности» из крупнейших держав Европы[12] .

Функции и цели НАТО после второй мировой войны были ориентированы на сдерживание советского блока, однако, после его распада возникла необходимость пересмотра классических доктрин.

Отметим, что на рубеже 1980-х - 1990-х годов НАТО, выполнявшая на протяжении послевоенного периода скорее сдерживающую, чем военно-наступательную функцию, оказалась перед необходимостью внешней адаптации к новым международным условиям и тесно связанной с ней внутренней структурной перестройки. В годы «холодной войны» НАТО, в соответствии со статьей 51 Устава ООН[13] и статьей 5 собственного Устава, представляла собой региональный пакт, целью которого было обеспечение «коллективной обороны» его членов. Однако после распада СССР и ОВД необходимость сохранения НАТО в том виде, в котором она просуществовала все послевоенные годы была «…поставлена под сомнение…»[14] . Таким образом, в начале 1990-х годов НАТО столкнулась с неизбежным кризисом собственной институциональной идентичности.

Многие основные проблемы, вызвавшие раскол Европы во время «холодной войны», были осложнены антагонизмом, существовавшим между Востоком и Западом в идеологической, политической и военной сферах. Перемены, приведшие к окончанию «холодной войны», позволили НАТО выдвинуть ряд инициатив в области укрепления безопасности и стабильности и создать структуры для диалога, укрепления доверия и сотрудничества с бывшими противниками, а также с другими европейскими государствами и соседними странами всего Средиземноморского региона.[15]

Одним из первых шагов в этом направлении стало создание в 1991 г. Совета североатлантического сотрудничества. Затем он был переименован в Совет евроатлантического партнерства и превратился в главный форум для консультаций и сотрудничества между НАТО и странами Евроатлантического региона, не входящими в НАТО[16] .

Важнейшим фактором пересмотра стратегических приоритетов НАТО стало изменение характера основных угроз международной безопасности.

Степень конфликтности и политико-военной нестабильности в Европе и мире не столько уменьшилась, сколько приобрела качественно новое содержание. На первый план вышли проблемы регулирования многочисленных очагов региональной напряженности, которое не только превратилось в одно из ключевых направлений мировой политики, но и приобрело резко военизированный характер - все более очевидным стало преобладание так называемого силового умиротворения над «традиционным миротворчеством» времен «холодной войны». Однако характер этих изменений вырисовывался не сразу – стратегическая концепция НАТО формировалась под влиянием внешней ситуации.

Первым шагом к решению задачи превращения НАТО из оборонительного союза в организацию, нацеленную на обеспечение «коллективной безопасности» ее членов, должна была стать одобренная в ноябре 1991г[17] . Стратегическая концепция альянса. Ее еще отличал «…оптимизм по поводу возросших "возможностей успешного разрешения кризисов на ранних стадиях…»[18] и потенциала для развития панъевропейского диалога и сотрудничества в этой области, а также признание ведущей роли СБСЕ в регулировании конфликтов в Европе (при возможном участии ЕС, ЗЕС и ООН)[19] .

События, происходящие в мире, намного опередили ход стратегической мысли НАТО: параллельно теории, а зачастую и обгоняя ее, развивалась практика все более активного участия альянса в операциях по поддержанию мира и силовому умиротворению. Именно непосредственный опыт практического участия в регулировании кризисов и конфликтов в Европе на протяжении 1990-х годов, а также новые оперативно-тактические концепции альянса в этой области, послужили основой для формирования современной антикризисной стратегии НАТО[20] .

В стратегической концепции 1991 года была подчеркнута необходимость глобального подхода к проблеме безопасности. Североатлантическим союзом был взят курс на установление широких контактов и активное развитие взаимодействия со странами, не входящими в НАТО:

в 1991 году создан Совет Североатлантического сотрудничества (ССАС) — консультативный форум, в состав которого, наряду с государствами НАТО, вошли бывшие социалистические страны, а затем и государства, возникшие на постсоветской территории;

в 1994 году инициирована программа «Партнерство ради мира» (ПРМ), пригласившая все страны ОБСЕ к сотрудничеству с НАТО на основе индивидуальных проектов по таким вопросам, как обеспечение транспарентности военного планирования и военных расходов; введение гражданского контроля над вооруженными силами; осуществление совместного планирования, обучение и боевая подготовка воинских формирований для проведения миротворческих, спасательных и гуманитарных операций; урегулирование кризисных ситуаций; ПВО, связь, материально-техническое обеспечение ( см. приложение 1 ) .[21]

Инициатива разработки программы «Партнерство ради мира» принадлежала США и была одобрена странами НАТО. Основным ее направлением является укрепление влияния стран альянса в постсоциалистическом пространстве и контроль за дальнейшей «демократизацией» восточно-европейских государств и стран СНГ.

В своей Стратегической концепции 1991 года лидеры НАТО признали, что «безопасность Союза должна учитывать и глобальный контекст», а также что «интересы Союза в области безопасности могут подвергаться воздействию более масштабных угроз, включая распространение оружия массового уничтожения, нарушение потока жизненно важных ресурсов и акты терроризма и саботажа»[22] . НАТО утверждало, по существу, то же самое в Стратегической концепции 1999 года, причем на этот раз поставило «акты терроризма» на первое место в перечне «других угроз»[23] .

Рассматривая процесс перестройки НАТО в мировом пространства «после холодной войны» можно охарактеризовать следующим образом:

Происходит определенное снижение военной активности в рамках НАТО. Хотя традиционная задача организации коллективной обороны в случае внешней агрессии и обеспечения соответствующих военных возможностей сохраняется в качестве основной, масштабы военных приготовлений после окончания холодной войны сократились. Уменьшена численность вооруженных сил, некоторая их часть переведена на пониженный уровень боеготовности, снижена роль ядерного компонента в военной стратегии. В рамках осуществляемой перестройки военного командования предусматривается сократить общее число штабов различного уровня с 65 до 20.[24]

Сегодня прилагаются усилия для укрепления роли альянса как инструмента стратегического вовлечения США в Европу с одновременным обеспечением большей самостоятельности европейским участникам союза. В 1994г. официально одобрен курс на формирование «европейской идентичности в области безопасности и обороны» (European Security and Defence Identity - ESDI) в рамках НАТО[25] ; принято решение о том, что военные возможности альянса могут быть использованы для операций Западноевропейского союза (ЗЕС). Принята концепция «объединенных совместных оперативных группировок» (Combined Joint Task Force -CJTF), которые могут выделяться из состава НАТО в качестве «отделимых, но не отдельных сил» для операций, осуществляемых европейскими участниками альянса без участия США.[26]

Предусматривается более широкое использование многонациональных формирований, образуемых участниками НАТО из числа европейских стран.

В альянсе взят курс на установление широких контактов и активное развитие кооперативного взаимодействия со странами, не входящими в НАТО. Создан Совет Североатлантического сотрудничества (ССАС), консультативный форум, включивший в свой состав, наряду с государствами НАТО, бывшие социалистические страны, а затем и государства, возникшие на территории распавшегося СССР.

Начиная с 1993 г. центральное место в дискуссиях относительно НАТО занял вопрос о возможности расширения альянса и вступлении в него бывших социалистических стран и стран Балтии. В 1997г. принято официальное решение о предстоящем присоединении к союзу Польши, Чехии и Венгрии, которые стали полноправными членами НАТО в 1999г.

Впоследствии главное внимание стало уделяться определению и обоснованию новых миссий альянса, выходящих за пределы тех функций, которые были очерчены Североатлантическим договором. При этом особо подчеркивается необходимость переориентации союза на решение задач кризисного регулирования и миротворчества, с соответствующим изменением ведущихся военных приготовлений и обеспечением гибкости и мобильности вооруженных сил.

В «Стратегической концепции» НАТО в число возможных задач впервые было включено «проведение операций по реагированию на кризисные ситуации, не подпадающие под статью 5 Вашингтонского договора» (т.е. не связанные с коллективной обороной от внешней агрессии). Первым практическим опытом использования сил НАТО в этих целях стали ракетно-бомбовые удары по Югославии, начавшиеся в марте 1999г. Официальной целью это операции было объявлено прекращение гуманитарной катастрофы в Косово. Военная кампания НАТО против Югославии показала, что альянс претендует на право применять силу за пределами территории стран-членов и без санкции Совета Безопасности ООН.

По словам В.В. Штоля «… После окончания «холодной войны» перед победителями встал вопрос о создании нового миропорядка, характер которого, возможно, на многие десятилетия предопределит судьбу человечества, всех стран и народов в еще складывающемся, во многом неустоявшемся геополитическом балансе интересов и сил…»[27] .

Таким образом, с окончанием «холодной войны» важнейшим фактором пересмотра стратегических приоритетов НАТО стало изменение характера основных угроз международной безопасности. Несмотря на то, что противостояние сверхдержав ушло в прошлое, степень конфликтности и политико-военной нестабильности в Европе и мире не столько уменьшилась, сколько приобрела качественно новое содержание. На первый план вышли проблемы регулирования многочисленных очагов региональной напряженности, которое не только превратилось в одно из ключевых направлений мировой политики, но и приобрело резко военизированный характер - все более очевидным стало преобладание так называемого силового умиротворения над «традиционным миротворчеством» времен «холодной войны». Однако характер этих изменений вырисовывался не сразу.

Действия Организации Североатлантического договора на протяжении последних полутора десятков лет свидетельствуют о ее претензиях на некую ключевую роль в процессах, связанных с динамичной трансформацией всей системы международных отношений, для которой характерно действие двух взаимоисключающих тенденций[28] . Важным аспектом является то, что НАТО defactoпрактически не способно воздействовать на процессы, происходящие в мире, и является проводником политики США, что наглядно продемонстрировали операции в Ираке и Югославии. В связи с этим, актуальным для России вопросом встает вопрос развития взаимоотношений нашей страны и Североатлантического альянса либо как противников, либо как союзников в борьбе с терроризмом.


2. Особенности и Перспективы отношений России и НАТО

2.1. Общие вопросы развития отношений

Окончание «холодной войны» разрушило «второй мир», в который входили тогдашний Советский Союз и страны социалистического содружества. Социалистическая система проиграла соревнование капитализму в том числе по своим собственным меркам: она не сумела добиться создания более высокой, чем при капитализме, производительности труда , и это в конечном счете имело решающее значение для ее судьбы. Промежуточное положение между развитыми и отсталыми странами, которое последовательно занимали Российская империя, а затем СССР, оказалось уязвимым не только в экономическом, но и в политическом отношении[29] .

На мой взгляд, взаимоотношения России и НАТО занимают одно из центральных мест в процессе становления нового постбиполярного мирового порядка, оказывают важное воздействие на контуры формирующейся новой системы безопасности не только Европы, но и всего мира.

Отношения между Россией и НАТО официально установились в 1991 году на первом торжественном заседании Совета североатлантического сотрудничества (позднее переименованного в Совет евроатлантического партнерства), который был создан после окончания холодной войны, как форум для консультаций в целях развития новых отношений сотрудничества со странами Центральной и Восточной Европы[30] .

Роспуск Советского Союза произошел именно во время проведения данного заседания. Через несколько лет, в 1994 году, Россия присоединилась к программе Партнерство ради мира – важной программе практического сотрудничества в области безопасности и обороны между НАТО и каждой из партнерских стран.

Согласно договору Россия – НАТО «Россия и НАТО не рассматривают друг друга как противников. Общей целью России и НАТО является преодоление остатков прежней конфронтации и соперничества и укрепление взаимного доверия и сотрудничества»[31] однако данное положение сегодня, в связи с последними событиями на Кавказе более чем спорно. Расширение НАТО – это прямая угроза безопасности России. Исходя из этого, в России с 1993г. идет активная кампания против расширения НАТО. Москва выдвигала множество причин, почему она негативно настроена против расширения :

1) расширение сохранит блоковый подход, Россия и Альянс будут дальше не доверять друг другу, это создаст новые разделительные линии в Европе. Россия будет вынуждена искать себе новых союзников, в том числе и военных. Ей придется выделять больше средств на оборону, пересматривать свою военную доктрину;

2) появление стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ) в НАТО создаст военно-стратегический дисбаланс в пользу расширяемого Альянса. НАТО установит не только свой политический контроль над новыми членами, но в его руках окажется и военная инфраструктура оставшаяся от Организации Варшавского Договора;

3) военная машина НАТО приблизится непосредственно к границам России. Это осложнит взаимоотношения между Россией и НАТО. России нужны будут гарантии безопасности;

4) предыдущий аргумент взаимосвязан с проблемой адаптации к современным условиям. В частности, это связано с вопросами размещения ядерных сил и постоянных вооруженных сил Альянса на территории новых членов;

5) кроме того, расширение может привести к изменению обстановки внутри самой России - усилит позиции противников расширения, прежде всего левых[32] .

Генеральный секретарь НАТО Дж.Робертсон, высказался об отношениях России и НАТО после «холодной войны» следующим образом: «В настоящее время в отношениях между НАТО и Россией существует парадокс. С одной стороны, у нас огромный круг вопросов, который мы должны решать вместе - от проблем ядерной безопасности до борьбы с международным терроризмом. Но с другой, - мы до сих пор так и не смогли задействовать существующий в этой области потенциал сотрудничества, потому что по-прежнему зациклены на наших разногласиях»[33] . Как показала практика последних событий, взаимоотношения России и НАТО и сегодня далеки от идеальных, практически в августе 2008 года обозначился разрыв отношений, что однако не является адекватным выходом из сложившейся в мире ситуации.[34]

Некоторые из российско-натовских разногласий являются вполне реальными и значительными. Так Дж. Робертсон подчеркивает необходимость их преодоления: «Мы не можем позволить нашим разногласиям поставить под угрозу весь круг вопросов, составляющих суть взаимоотношений между НАТО и Россией... НАТО и Россия играют ведущую роль в обеспечении европейской безопасности, и постоянный диалог по стратегическим вопросам отвечает как нашим взаимным интересам, так и интересам всех остальных государств»[35] .

Российско-натовское сотрудничество не ограничено только военной и военно-политической областями. Существует еще целый ряд аспектов взаимодействия в невоенной сфере: гражданское чрезвычайное планирование, проведение поисково-спасательных операций, научное, экологическое и экономическое сотрудничество.

В Основополагающем акте 1997г. о развитии сотрудничества России и НАТО говорилось следующее: «...НАТО и Россия будут проводить консультации и осуществлять сотрудничество в следующих областях:

разработка взаимно согласованных проектов сотрудничества в области экономики, окружающей среды и науки;

осуществление совместных инициатив и учений в области чрезвычайных ситуаций и ликвидации последствий катастроф»[36] .

Однако, старые стереотипы времен «холодной войны» помешали полностью реализовать возможности развития взаимоотношений России и НАТО. В начале 1999 года Россия приостановила участие в СПС ввиду разногласий по поводу военно-воздушной кампании НАТО, целью которой было прекращение политических и этнических репрессий в югославской провинции Косово. При этом некоторые виды сотрудничества продолжались безостановочно, включая миротворчество в Боснии и Герцеговине. Кроме того, Россия сыграла ключевую дипломатическую роль в урегулировании косовского кризиса, и в составе развернутых в июне Сил для Косово присутствовал российский миротворческий контингент.[37]

С 1999 года отношения между Россией и НАТО начали существенно улучшаться. Когда в октябре того же года должность генерального секретаря НАТО занял лорд Робертсон, он взял на себя задачу сдвинуть отношения Россия-НАТО с мертвой точки. А после своего избрания на пост президента Российской Федерации Владимир Путин заявил о том, что тоже будет содействовать восстановлению отношений с НАТО в духе прагматизма[38] .

Террористические нападения, совершенные 11 сентября 2001 года против Соединенных Штатов, послужили жестоким напоминанием о необходимости согласованных действий на международном уровне для эффективного противодействия терроризму и другим новым угрозам безопасности. Сразу после террактов Россия открыла свое воздушное пространство для кампании международной коалиции в Афганистане и предоставила разведывательную информацию в поддержку антитеррористической коалиции.

Контакты на высоком уровне между Россией и НАТО, организованные в последующие месяцы, включая две встречи между Робертсоном и президентом Путиным и встречу министров иностранных дел России и государств-членов НАТО в декабре 2001 года, позволили изучить возможности, придать новый импульс и наполнить новым содержанием взаимоотношения Россия-НАТО.

Интенсивные переговоры привели к принятию совместной Декларации о новом качестве отношений Россия-НАТО, подписанной главами государств и правительств России и стран-членов НАТО 28 мая 2002 года в Риме, которая учредила Совет Россия-НАТО.

Интенсивное укрепление отношений России и НАТО, подверглось тяжелому испытанию в августе 2008 года, когда Грузия совершила нападение на Южную Осетию. Недавние события наглядно показали зависимость НАТО от политика США. Основная цель реализованной руками Саакашвили американской провокации заключалась совсем не в восстановлении территориальной целостности Грузии. Главное было создать условия для достижения долгосрочных планов Вашингтона в Закавказье. Прием Украины и Грузии в НАТО — следующий шаг в этом направлении.

Большинство наблюдателей убеждены: США и НАТО продолжат информационную войну против России.

Отметим, что отношения России и НАТО переживали разные периоды в своей истории, в том числе периоды серьезного охлаждения. И сейчас, они вступили в очередной «холодный период» период. Однако, необходимо отметить, что НАТО даже более заинтересована в сотрудничестве с Россией, чем наоборот. Это обусловлено тем, что невозможно представить себе успешные операции НАТО в Афганистане без поддержки России, через территорию которой шли как гуманитарные, так и иные грузы стран-членов Альянса.

Есть чрезвычайно важные области, где Россия и НАТО, безусловно, являются союзниками, а не противниками – это борьба с международным терроризмом, с распространением оружия массового уничтожения, реанимация Договора об обычных вооруженных силах в Европе. Принятый в 2003 году план военного сотрудничества Москвы и Брюсселя поставил целью повышение уровня оперативного взаимодействия штабов российских и натовских войск, проведение совместных учений на суше и на море. Этот план успешно выполнялся. В числе весьма перспективных проектов России и НАТО можно назвать совместное патрулирование воздушного пространства. Этот проект должен был заработать через год-два, благодаря чему возросла бы безопасность полетов над Европой. Сейчас эта важная и полезная работа свернута[39] . Таким образом, следует признать, что военно-политическая обстановка в мире складывается не в пользу России, а сотрудничество с Западом не привело к снижению военной опасности. Возрастают угрозы международной безопасности от развитых и развивающихся не-европейских государств. В целом анализ масштабов и направленности внутренней и внешней трансформации НАТО свидетельствует о глобализации интересов альянса, что создает предпосылки для конфликта интересов в различных районах мира, включая постсоветское пространство и приграничные с Россией регионы

2.2. Расширение НАТО на восток – угроза для России

Начиная с 1993г., расширение Североатлантического альянса на восток образует одну из ведущих сюжетных линий в отношениях между Россией и Западом, в формировании российской внешней политики в целом, в борьбе идей и политических течений по вопросу о военно-стратегической ориентации России и в конечном счете о ее цивилизационной принадлежности. При этом история дискуссий о расширении НАТО свидетельствует о глубоких различиях в восприятии проблемы российскими и западными наблюдателями[40] . В России официальные лица и большинство вовлеченных в «реальную политику» экспертов рассматривали расширение как консолидированную стратегию Запада (или, по крайней мере, американских элит) и пытались либо воздействовать на ситуацию ничем не подкрепленными угрозами, либо ограничить ущерб договоренностями с НАТО по вопросам частного характера - тем самым демонстрируя как сторонникам, так и противникам экспансии на Западе свое фактическое признание ее неотвратимости. Однако, в докладе Совета по внешней и оборонной политике (СВОП утверждалось, что расширение не является предопределенным и предлагалось воздействовать на элиты США и стран НАТО с целью блокирования расширения.[41]

Между тем автор наиболее фундаментального американского исследования по этому вопросу (причем написанного с позиций сторонников расширения) считает, что расширение НАТО на восток «отнюдь не было неизбежным... К началу его обсуждения перспектива роспуска НАТО была по меньшей мере столь же вероятной, сколь и его расширение... и в администрации, и в Конгрессе лишь маленькая горстка людей положительно относилась к этой идее»[42] .

По убеждению признанных авторитетов реалистической школы, после исчезновения советской угрозы НАТО был обречен на распад как альянс, утративший свою оборонительную функцию[43] , а его сохранение и тем более экспансия дают основание российским «реалистам» считать, что подлинные интересы его участников, и прежде всего США, являются по своей сути захватническими.[44]

В российском сообществе политиков и экспертов существовали и продолжают существовать различные, во многом диаметрально противоположные точки зрения на счет расширения НАТО на Восток. Одни полагают, что экспансия альянса создает непосредственную военную угрозу для России со стороны Запада, преследующего цель экономического закабаления и расчленения страны, в то время как многие убеждены в том, что расширение НАТО является закономерным ответом на «имперские амбиции» или «имперскую ностальгию» Москвы и, возможно, его единственный отрицательный эффект заключается в косвенной пропагандистской подпитке «национал-коммунистического реванша»[45] .

Такая полярность в оценках (во многом сохраняющаяся и по сей день, по крайней мере в экспертных и политических кругах) отражает глубину общественного раскола в оценке отечественной истории и цивилизационной идентичности и сама по себе является фактором национальной безопасности, требующим учета при проведении какой бы то ни было внешней политики.

Существует достаточно оснований для того, чтобы оценивать расширение альянса, как реальную угрозу и с военно-стратегической, и с политической, и с культурно- цивилизационной точек зрения. Неочевидность для ряда экспертов и политиков военной угрозы со стороны НАТО связана с ее динамическим характером, под которым в данном случае имеется в виду нарастание агрессивности альянса по мере изменения его состава и перегруппировки элит в результате победы сторонников более жесткой наступательной стратегии над «голубями». Тревожным сигналом прозвучало заявление венгерского премьера В.Орбана осенью 1999г. о возможности размещения ядерных ракет на венгерской земле[46] .

Хотя высшее руководство НАТО или его отдельных членов в данный момент не рассматривает ведение каких-либо военных действий против России, будь то ядерными или конвенциональными силами, в качестве реалистического сценария, демонстрация воинственных намерений на более низком уровне, особенно государствами восточного и южного фланга, представляет собой самостоятельную угрозу для России, поскольку воздействует на психологически уязвимые элитные группы, утратившие иммунитет к различным формам шантажа и силового давления как внутри страны, так и вовне[47] .

Здесь пролегает достаточно зыбкая граница между военными и невоенными угрозами, причем последние гораздо более актуальны для сегодняшней России, хотя многим на Западе представляются абстрактными, а потому и второстепенными. Наступление НАТО на жизненные интересы России возрождает к жизни столь же бесплодные, сколь и разрушительные для целостного национального самосознания споры между «западниками» и их разнообразными оппонентами, а также дискуссии о том, является ли Россия европейской или евразийской державой или, может быть, совсем особой, изолированной геополитической единицей. Восприятие НАТО как военно-политического эквивалента западной цивилизации или Европы в целом ставит российских западников в ситуацию ложного выбора - либо добиваться утопической цели интеграции России с НАТО ценой великих унижений, либо признать Россию по сути не-европейской, не-западной страной, а себя самих - чем-то вроде пятой колонны или по крайней мере цивилизационного меньшинства, которое должно, как и сегодня, обеспечивать себе доступ к институтам власти квази-демократическими методами или смириться с существованием в культурно-политических анклавах[48] .

Одним из путей нейтрализации этой культурно-психологической, а следовательно и политической угрозы является отказ от восприятия Запада как монолитного, интегрированного целого, от придания исторически преходящим институциональным образованиям статуса выразителей некоей абсолютной идеи Запада. Между тем радикальный отказ от аналитического инструментария советской эпохи, в сочетании с оскудением информации и научного изучения западного мира, породил у многих российских наблюдателей преувеличенное представление о консолидированности Запада (являющееся в некотором смысле обратной стороной собственной, вполне реальной разобщенности российского социума). Конфронтация внутри западного, в частности американского общества по вопросу о судьбе НАТО, наличие серьезной оппозиции расширению, в том числе и во властных структурах, оставались незамеченными в России либо затушевывались ввиду невыгодности этой информации, как для российских изоляционистов, так и для фанатичных приверженцев тотальной интеграции с Западом. В сегодняшних обстоятельствах понимание глубокой внутренней конфликтности западного мира, отказ от абсолютизации временного соотношения сил внутри него, а также между Западом и другими «полюсами» мирового сообщества необходимы в первую очередь именно российским западникам, если они хотят восстановить легитимность своего направления как неотъемлемой части российского социокультурного и политического спектра[49] .

Какими ресурсами влияния на процесс расширения НАТО располагает Россия на нынешнем этапе? Возможности для этого в рамках СПС по существу минимальны, поскольку НАТО институционально заинтересовано в дальнейшей экспансии. Поэтому если пассивность российской дипломатии в предшествующих структурах (ССАС и ПРМ) привела к отрицательным последствиям, то на данном этапе, напротив, сведение двусторонних контактов к необходимому минимуму представляется наиболее рациональным решением. В этих обстоятельствах сближение с Индией, Китаем, странами Ближнего и Среднего Востока, проводящими самостоятельную политику, а также теми европейскими странами, которые пока еще сохраняют нейтралитет, является условием предотвращения геополитической изоляции, однако оно может оказать лишь косвенное влияние на динамику натовской экспансии[50] .

На сегодняшний день ключевой проблемой российской безопасности и внешней политики является устойчивый образ России как беспринципной силы, считающейся исключительно с материальными факторами - имидж, укоренившийся не только на Западе, но и на Востоке, не только среди элит, но и в широких слоях общественного мнения. Внутриполитические обстоятельства, формирующие внешнюю политику России, говорят о том, что в обозримом будущем этот непривлекательный образ во всяком случае не поблекнет, а поведение России как субъекта мировой политики будет по-прежнему строиться исходя из оценки сиюминутного соотношения материальных ресурсов, вне какой-либо системы универсальных ценностей и долгосрочных принципов, которые были бы привлекательны для широкого круга участников мирового сообщества.


Заключение

В ходе выполнения данной работы были сделаны следующие выводы:

Современная история НАТО начинается со Встречи глав государств/правительств государств-членов в Риме в ноябре 1991г., где была определена Стратегическая концепция, определившая новые подходы к обеспечению безопасности основанной на диалоге, сотрудничестве и коллективной обороне. На этой же встрече была принята Декларация о мире и сотрудничестве, определившая новые задачи и направления деятельности НАТО в свете новой общей институциональной основы безопасности в Европе и сфере развития партнерских отношений со странами Центральной и Восточной Европы, некогда бывшими противниками. Для налаживания более тесных отношений с последними был учрежден специальный Совет североатлантического сотрудничества (ССАС). С развитием этих партнерских отношений, расширением количества государств-партнеров за счет стран СНГ и появлением программы НАТО «Партнерство ради мира», в 1997г. ССАС сменил Совет евроатлантического партнерства (СЕАП).

Антикризисная стратегия и операции НАТО, их характер и направленность приобретают в современном мире, стремящемся к многополярному, критическое значение как с точки зрения взаимоотношений России с альянсом, так и в свете более широких интересов обеспечения безопасности РФ. С одной стороны, так называемое кризисное реагирование НАТО, на Балканах, в Афганистане, в Ираке и в других регионах представляет собой наиболее заметное (но далеко не единственное) проявление расширения миссии альянса и сферы его влияния. Более того, в зависимости от места проведения и характера антикризисных операций НАТО они сами могут стать причиной острейших конфликтов и кризисов как локального, так и регионального масштаба, в том числе и в отношениях с Российской Федерацией.

Место НАТО в формирующейся международно-политической системе на Европейском континенте определяется продемонстрированной Североатлантическим союзом политической и военной дееспособностью, равно как и расширением его пространственного ареала. Но в силу того, что эта структура не включает Россию, превращение Североатлантического альянса в нынешнем его виде в центральный элемент «общеевропейской архитектуры» либо проблематично, либо чревато обострением напряженности. Этот вопрос мог бы быть переведен в конструктивную плоскость в результате более радикальной трансформации союза и формирования качественно новых отношений с Россией. В мае 1997г. между ними был заключен Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности, определивший «цели и механизм консультаций, сотрудничества, совместного принятия решений и совместных действий, которые составят ядро взаимоотношений между Россией и НАТО». Создан и начал функционировать Совместный постоянный совет Россия - НАТО.

Однако вопрос о реальных характере и масштабах их будущего сотрудничества, по мнению многих авторов, остается открытым. Возможность такого сотрудничества была поставлена под угрозу военной операцией НАТО против Югославии, которую Россия охарактеризовала как ничем прикрытую агрессию. Такие действия побудили ее пойти на резкое снижение уровня отношений с НАТО (отзыв российских представителей из штаб-квартиры альянса, выход из ПРМ и другие меры).


Список используемой литературы

I .Источники

1. Устав ООН http://www.un.org/russian/documen/basicdoc/charter.htm

2. Устав Организации Североатлантического договора/ http://supol.narod.ru/archive/official_documents/nato.htm

3. Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией Североатлантического Договора и Российской Федерацией. // Российская газета - 1997. - 28 мая. - Раздел I.

4. The Alliance's New Strategic Concept. Agreed by the Heads of State and Government participating in the meeting of the North Atlantic Council in Rome on Nov. 7-8, 1991 // NATO Review.- 1991. - Dec. - Vol. 39. - №6. http://bushlibrary.tamu.edu/research/public_papers.php?id=3600&year=1991&month=11

5. Стратегическая Концепция Североатлантического союза, утвержденная главами государств и правительств, принимавшими участие во встрече Североатлантического совета в г. Вашингтоне, 23 и 24 апреля 1999 года. Пресс-коммюнике NAC-S (99) 65 (Брюссель: НАТО), пункт 24. http://www.ua-today.com/modules/myarticles/article_storyid_3872.html

6. Новая Стратегическая концепция Североатлантического союза, Североатлантический совет в Риме, 7 - 8 ноября 1991 года (Брюссель: НАТО), пункт 12 http://www.lawmix.ru/abro.php?id=10390

II. Научная литература

1. Богатуров А. Д. Плюралистическая однополярность и интересы России // Внешняя политика и безопасность современной России (1991–1998): Хрестоматия в 2 т. / Сост. Т. И. Шаклеина. — М.: Моск. обществ. науч. фонд, 1999.

2. Богатуров А. Д. Синдром поглощения в международной политике // ProetContra. — 1999. — Т. 4.

3. Богатуров А.Д. Плюралистическая однополярность и интересы России // Свободная мысль. - 2006. - № 2.

4. Занегин Б.Н. США в региональных конфликтах: малые войны и большая политика. //США - Канада: экономика, политика, культура. - 2002. - № 8.

5. История NATO /http://www.istorichka.ru/texts/1094014840/view/

6. Казанцев Б. Б. Почему в Москве против расширения НАТО // Международная жизнь. – 1998. - № 4.

7. Качалова Т.Г. Невоенные аспекты деятельности НАТО/ДА МИД России, М., 2003.

8. Котляр B.C. Международное право и современные стратегические концепции США и НАТО. - М.: Научная книга.- 2007.

9. Котляр B.C. Эволюция стратегической доктрины НАТО//Современная Европа. - 2004. - №2.

10. Кременюк В.А США и окружающий мир: уравнение со многими неизвестными // США и Канада, экономика, политика, культура - 1999. - № 1.

11. Лабецкая Е. Косовский бикфордов шнур // Время новостей. – 2004. - № 4.

12. Леви Д. В нашем доме поселился замечательный сосед / http://www.ipolitics.ru/projects/think/article13.htm

13. Лихоталь А.А. Атлантический Альянс: дефицит ответственности в условиях ядерного противостояния. - М., 1997.

14. Марасов М.Г. Военные аспекты обеспечения национальной безопасности России в условиях расширения НАТО на Восток: Автореферат диссертации ... кандидата политических наук : 23.00.04. – М., 2006.

15. Мир после Кавказской войны //Голос России. - http://www.ruvr.ru/

16. Морозов Г.И. Международные организации.–М., 2004.

17. Паклин Н. Россия - НАТО: баланс интересов (Президент РФ подпишет на берегах Сены Основополагающий Акт о взаимоотношениях России и НАТО) // Российская газета.- 2007.

18. Панарин А.С. Реванш истории: российская стратегическая альтернатива в XXI веке. - М., 1998.

19. Пядышев Б. Военные аспекты международной безопасности // Международная жизнь. - 1996. - № 7.

20. Расширение НАТО как самоцель / http://www.rian.ru/analytics/20080401/102671843.html

21. Россия и основные институты безопасности в Европе: вступая в XXI век /Под ред. Д. Тренина. - М.: S&P. - 2000.

22. Смирнов П.Е. Новая стратегическая концепция НАТО и место в ней стран-партнеров / http://www.iskran.ru/russ/works99/smirnov.html

23. Тренин Д. Интеграция и идентичность: Россия как «новый Запад. - М.: Европа. - 2006.

24. Троицкий М.А. Трансатлантический союз. 1991-2004. Модернизация системы Американо-европейского партнерства после распада биполярности. – М. - 2004

25. Тэлбот С. Для чего нужно расширяться НАТО //США-ЭПИ. - 2005. - №4.

26. Устав НАТО североатлантический договор / http://supol.narod.ru/archive/official_documents/nato.htm

27. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? //Полис, 1994, N 1.

28. Шреплер Х.А. Международные экономические организации. Справочник. – М., 2007.

29. Штоль .В.В. Новая парадигма НАТО в эпоху глобализации. М.: Научная книга. – 2003.

30. Штоль В.В, НАТО: динамика эволюции. – М.: Научная книга. – 2002Штоль В.в, новая парадигма НАТО в эпоху глобализации. – М.: Научная книга. – 2003.

31. Ядерное оружие после холодной войны /Под ред. А.И. Иоффе. – М.: РОССПЭН. – 2006.

32. Гордон Филип Х. Перемены в НАТО после 11 сентября //www.moskau.diplo.de/Vertretung/moskau/ru/04/Internationale__Politik/2002/



Структура программы «Партнерство ради мира»


[1] Гордон Филип Х. Перемены в НАТО после 11 сентября //www.moskau.diplo.de/Vertretung/moskau/ru/04/Internationale__Politik/2002/

[2] Устав Организации Североатлантического договора/ http://supol.narod.ru/archive/official_documents/nato.htm

[3] Устав Организации Североатлантического договора/ http://supol.narod.ru/archive/official_documents/nato.htm

[4] Там же.

[5] Fast facts CBC News Online November 17, 2004 /http://www.cbc.ca/news/background/nato/

[6] Занегин Б.Н. США в региональных конфликтах: малые войны и большая политика. //США - Канада: экономика, политика, культура. - 2002. - № 8. – С. 34.

[7] Паклин Н. Россия - НАТО: баланс интересов (Президент РФ подпишет на берегах Сены Основополагающий Акт о взаимоотношениях России и НАТО) // Российская газета - 2007. – С. 47

[8] Лихоталь А.А. Атлантический Альянс: дефицит ответственности в условиях ядерного противостояния. - М., 1997. – С. 46

[9] Шреплер Х.А. Международные экономические организации. Справочник. – М., 2007. – С. 102.

[10] Шреплер Х.А. Международные экономические организации. Справочник. – М., 2007. – С. 103.

[11] Морозов Г.И. Международные организации. Изд. 2-е. – М., 2004.- С. 120.

[12] Троицкий М.А. Трансатлантический союз. 1991-2004. Модернизация системы Американо-европейского партнерства после распада биполярности. – М. – 2004. – С. 10

[13] Устав ООН http://www.un.org/russian/documen/basicdoc/charter.htm

[14] Россия и основные институты безопасности в Европе: вступая в XXI век /Под ред. Д. Тренина. - М.: S&P. - 2000. – С. 133

[15] История NATO /http://www.istorichka.ru/texts/1094014840/view/

[16] Кременюк В.А США и окружающий мир: уравнение со многими неизвестными США // Канада, экономика, политика, культура. - 1999. - №1 – С. 105.

[17] The Alliance's New Strategic Concept. Agreed by the Heads of State and Government participating in the meeting of the North Atlantic Council in Rome on Nov. 7-8, 1991 // NATO Review.- 1991. - Dec. - Vol. 39. - №6. http://bushlibrary.tamu.edu/research/public_papers.php?id=3600&year=1991&month=11

[18] Котляр B.C. Международное право и современные стратегические концепции США и НАТО//М., 2007. – С. 35.

[19] Котляр B.C. Эволюция стратегической доктрины НАТО//Современная Европа. - 2004. - №2. - С. 56.

[20] Устав Организации Североатлантического договора / http://supol.narod.ru/archive/official_documents/nato.htm

[21] Штоль .В.В. Новая парадигма НАТО в эпоху глобализации. М. – 2003. - С. 89.

[22] Новая Стратегическая концепция Североатлантического союза, Североатлантический совет в Риме, 7 - 8 ноября 1991 года (Брюссель: НАТО), пункт 12 / http://www.temadnya.ru/inside/49.html

[23] Стратегическая Концепция Североатлантического союза, утвержденная главами государств и правительств, принимавшими участие во встрече Североатлантического совета в г. Вашингтоне, 23 и 24 апреля 1999 года. Пресс-коммюнике NAC-S (99) 65 (Брюссель: НАТО), пункт 24. http://www.ua-today.com/modules/myarticles/article_storyid_3872.html

[24] Ядерное оружие после холодной войны /Под ред. А.И. Иоффе. – М. – 2006. – С. 12.

[25] Джин Шарп. От диктатуры к демократии. Концептуальные основы освобождения//Институт имени А.Эйнштейна 1993 год. Cambridge. Massachusetts, USA. - Екатеринбург, 2005. – С. 39.

[26] Ядерное оружие после холодной войны /Под ред. А.И. Иоффе. – М. – 2006. – С. 20.

[27] Штоль В.В. Новая парадигма НАТО в эпоху глобализации. – М - 2003. – С.176 .

[28] Штоль В.В, НАТО: динамика эволюции. – М. – 2002. – С. 8.

[29] Тренин Д. Интеграция и идентичность : Россия как «новый Запад. – М. -2006. – С. 2.

[30] Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией Североатлантического Договора и Российской Федерацией. // Российская газета - 1997. - 28 мая.

[31] Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией Североатлантического Договора и Российской Федерацией. // Российская газета - 1997. - 28 мая.

[32] Казанцев Б. Б. Почему в Москве против расширения НАТО // Международная жизнь. - 1998, № 4. - С. 62-63.

[33] Качалова Т.Г. Невоенные аспекты деятельности НАТО Дипломатической академии МИД России, М., 2003. - С. 69.

[34] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? // Полис. – 1994. - № 1. – С. 38

[35] Богатуров А.Д. Плюралистическая однополярность и интересы России // Свободная мысль. - 2006. - № 2. - С. 25-36.

[36] FoundingAct. NATO-Russia Summit. Paris, 1997. May 27. http://www.basicint.org/europe/NATO/97summit/founding_act.htm

[37] Лабецкая Е. Косовский бикфордов шнур //Время новостей. – 2004. - № 4.- С. 49.

[38] Новая Стратегическая концепция Североатлантического союза, Североатлантический совет в Риме, 7 - 8 ноября 1991 года (Брюссель: НАТО), пункт 12 http://www.lawmix.ru/abro.php?id=10390

[39] Мир после Кавказской войны // Голос России. - http://www.ruvr.ru/

[40] Тэлбот С. Для чего нужно расширяться НАТО //США-ЭПИ. - 2005. - №4. – С. 25.

[41] Россия и основные институты безопасности в Европе: вступая в XXI век /Под ред. Д. Тренина. – М - 2000. – С. 133.

[42] Цит по: Россия и основные институты безопасности в Европе: вступая в XXI век /Под ред. Д. Тренина. - М.: S&P. - 2000. – С. 146

[43] Цит по: Россия и основные институты безопасности в Европе: вступая в XXI век /Под ред. Д. Тренина. - М.: S&P. - 2000. – С. 147.

[44] Пядышев Б. Военные аспекты международной безопасности // Международная жизнь. - 1996. - № 7. - С.88-97.

[45] Россия и основные институты безопасности в Европе: вступая в XXI век /Под ред. Д. Тренина. - М.: S&P. - 2000. – С. 133.

[46] Панарин А.С. Реванш истории: российская стратегическая альтернатива в XXI веке. - М., 1999. - С. 349.

[47] Смирнов П.Е. Новая стратегическая концепция НАТО и место в ней стран-партнеров / http://www.iskran.ru/russ/works99/smirnov.html

[48] Леви Д. В нашем доме поселился замечательный сосед / http://www.ipolitics.ru/projects/think/article13.htm

[49] Марасов М.Г. Военные аспекты обеспечения национальной безопасности России в условиях расширения НАТО на Восток: Автореферат диссертации ... кандидата политических наук: 23.00.04 – Н. Новгород. – 1999. – С.105.

[50] Расширение НАТО как самоцель / http://www.rian.ru/analytics/20080401/102671843.html

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий