регистрация / вход

Исследование войны в Ираке

Причины, проблемы и исследование конфликта в Ираке. Международно-политические итоги ведения партизанской войны. Теории и реальность, повстанчиские движения. Человеческие, материально-технические потери американской армии и военные итоги проведения войны.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

1 МЕЖДУНАРОДНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИТОГИ

2 ТЕОРИИ И РЕАЛЬНОТЬ

3 ПОВСТАНЧИСКИЕ ДВИЖЕНИЯ

4 ПОТЕРИ

5 ВОЕННЫЕ ИТОГИ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Партизанские методы ведения войны (Guerrillar warfare) - небольшие по масштабам военные действия вооруженных групп, осуществляющих рассеянные и нерегулярные атаки. Понятие охватывает и оборонительные операции повстанцев, и движение сопротивления партизан против оккупации. В последнем случае этим понятием определяются военные (полувоенные) операции на захваченной врагом или чужой территории нерегулярными силами, в которых преобладает коренное население.[1]

Никто уже не сомневается в том, что в Ираке идет партизанская война. По американским меркам – это конфликт «малой интенсивности». Но так ли уж он мал?- это является задача моей курсовой работы. Ее хронологические рамки: с начало активных боевых действий в Ираке- 20 марта 2003 года, и до сегодняшнего дня.

В настоящее время весьма актуальной является проблема отношений России со странами третьего мира, к которым относится наш сосед по Ближнему Востоку - Ирак. Эта проблема особенно обострилась после начала в марте 2003 года войны стран Коалиции против Ирака.

В своей работе я решила рассмотреть эту проблему, и исследовать суть конфликта. Я использовала различные источники и литературу, такие как BobWoodward. Planofattack, Ирак (концепция национальной безопасности), Льюис Лэфем. Памфлет против политики Джорджа Буша, а так же различные Интернет сайт такие как: http://www.worldwarfour.org, http://www.irak.ru, http://www.un.org. http://www.whitehouse.gov , http://www.navy.mil, http://www.army.mil и другие.

Цель моей курсовой – представить точку зрения различных людей и свою на происходящие в Ираке и вокруг него события, а так же изучить особенности и тактику ведение партизанской войны в этом регионе.

Давайте обратимся к фактам. По официальным данным американского генерала Рикардо Санчеса число вооруженных нападений на коалиционные войска за последний месяц возросло в среднем до 30-35 в день (ранее - 10-20 случаев).[2] Тенденция увеличения числа вооруженных нападений (прежде всего на воинский контингент США) не вызывает сомнения. В какой форме ведется партизанская война? Уничтожаются не только силы интервентов, но и их техника: подрываются танки, сбиваются вертолеты, наносятся удары по штабам, узлам связи и колоннам снабжения. Американское командование все больше сил бросает на охрану коммуникаций. Это не только ущерб материальный, но и воздействие на психику. Появляется страх не только у местного населения, но и у тех, кто пришел Ирак «освобождать». 6 ноября 2004 года глава объединенного комитета начальников штабов Вооруженных сил США генерал Ричард Майерс на брифинге в Пентагоне сообщил, что с начала боевых действий в Ираке погибли 384 американских военнослужащих. При этом 245 человек погибли после того, как 1 мая 2003 года Президент США объявил об окончании крупных боевых действий в Ираке.[3]

Где тот «психологический барьер», после которого население США станет протестовать против гибели своих соотечественников? Сколько жертв еще потребуется, чтобы американская нация возмутилась и способствовала прекращению военного конфликта, как это было в истории с Вьетнамом?

Давайте разберемся во всем по порядку.

1 МЕЖДУНАРОДНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИТОГИ

Ситуация между маем – октябрём 2003 года явилась ключевой для определения дальнейшего развития ситуации в Ираке. Население Ирака, деморализованное изменой высшего генералитета, достаточно безразлично восприняло захват Багдада и оккупацию страны в целом. Психологический шок, вызванный внутренним политическим кризисом и фактическим предательством части высшего руководства своей страны, на определённое время парализовал волю иракцев.

В условиях нарастающего политического и экономического хаоса часть населения была готова принять оккупационные силы как своих освободителей, при условии того, что американцы и их союзники вернут в страну закон и порядок, восстановят разрушенную коммунальную и социальную инфраструктуру, оживят экономику.

Но, столкнувшись с «параличом» сопротивления, американцы не смогли правильно оценить ситуацию и своевременно осознать, что «кредит доверия» к ним иракского населения крайне ограничен. То, что США приняли за «энергичную поддержку иракского народа» на самом деле было не более чем эмоциональным шоком перед охватившим страну хаосом.

В итоге, предложенный иракцам план США по восстановлению Ирака, основывался на базисной идее, суть которой в том, что Ирак должен восстанавливать себя сам, за счёт своих нефтяных ресурсов. При этом, даже самые оптимистичные прогнозы содержали вывод, что это дело весьма отдалённой перспективы. Взятый администрацией США курс «на медленное и поэтапное восстановление Ирака» оказался грубейшей ошибкой американцев.Фактически, США предложили подорванной войной иракской экономике вариант «Шоковой терапии».

Началась стремительная «люмпенизация» населения. Политический хаос способствовал стихийной самоорганизации населения вокруг новых неформальных лидеров. Уже в мае – июле 2003 года в штаб коалиции пошли доклады о том, что почти во всех городах и населённых пунктах страны стали организовываться вооружённые отряды и группы самообороны. Сначала они чаще всего имели своей целью защиту населения от бандитов и мародеров, но постепенно большинство этих отрядов стало претендовать на контроль над территорией, где они действовали. И это почти сразу привело к столкновениям с подразделениями сил международной коалиции, которые были вынуждены поддерживать органы власти сформированной американцами «временной администрации», укомплектованные, как правило, бывшими мелкими чиновниками хусейновской администрации.

Широко распространенная преступность на фоне массового увольнения бывших иракских военных, способных взять на себя хотя бы часть функций по поддержанию порядка, продолжающаяся неразбериха вокруг иракских нефтяных доходов и финансирования реконструкции инфраструктуры страны, отсутствие четких перспектив создания национального правительства – это только некоторые из длинного списка проблем, связанных с оккупацией Ирака. То есть неспособность американцев быстро и ощутимо повысить уровень жизни местного населения на фоне попыток внутренних оппозиционных сил спровоцировать взрыв недовольства иракцев создают самые неблагоприятные условия для оккупационных сил и классические предпосылки для начала партизанского движения, поддерживаемого мирным населением.

Начиная с 1 мая 2003 года[4] , СМИ не прекращают сообщать о ежедневных диверсиях и столкновениях иракцев с силами коалиции. Ежесуточно в различных частях Ирака происходит свыше двух десятков нападений на войска коалиции. Иракцы подрывают не только бронетехнику и склады, но также нефтепроводы и терминалы, нападают не только на представителей коалиционных сил, но и на коллаборационистов.

Один пример. Менее суток прошло с момента вступления в должность нового правительства Ирака, как на севере страны случился новый масштабный теракт. Он продемонстрировал готовность боевиков продолжать военные действия против новых властей. Известно, что при взрыве погибло не менее 60 и ранено еще около 150 человек.

Утром 4 мая 2005 года в городе Эрбиле, который находится в 350 км к северу от Багдада и населен преимущественно курдами, у отделения Курдской демократической партии прогремел взрыв. В этом же офисе располагался центр по набору новобранцев в иракскую полицию, и на улице и в здании находились несколько сот человек - террористу-смертнику не составило особо труда проникнуть внутрь помещения и привести в действие взрывное устройство, которое он пронес под одеждой. Не исключено, что взрыв произошел снаружи здания - террорист-смертник мог взорвать у его стены автомобиль. Известно о 60 погибших и 150 раненых[5] , сообщает агентство Reuters со ссылкой на медицинские источники в Эрбиле.

В основном это молодые иракцы, пожелавшие работать в полиции. Многочисленные машины "скорой помощи", а также такси и частные автомобили помогали медикам развозит раненых по больницам, сообщает телекомпания "Би-би-си". [6]

У взорванного офиса Курдской демократической партии и центра приема новобранцев сразу же собралась толпа родственников, пытающихся узнать о судьбе своих близких. Как передавали различные агентства, у мест происшествия царил паника и хаос. Приехавший на место губернатор Эрбиля Наузад Хади пытался успокоить людей. В то же время он дал понять, что подобными терактами власти запуганы не будут. "Мы продолжим борьбу с террористами до конца. Они не испугают нас", - заявил губернатор, передает агентство Associated Press.[7] Это не первый теракт в городе и стране за последнее время. Только за апрель 2005 года от рук боевиков в Ираке погибли 567 человек и 668 были ранены, приводит данные министерство здравоохранения Ирака.

Согласно данным Минздрава Ирака, число взорванных в апреле заминированных машин, фугасов и совершенных вооруженных нападений выросло по сравнению с мартом 2005 года на 48%. В марте, по данным иракских медиков, в результате непрекращающегося насилия в стране погибли 383 человека и 494 получили ранения различной степени тяжести.

Главной мишенью боевиков являются американские военные в районе проживания суннитов – в Багдаде и его пригородах. При этом, по мнению некоторых военных экспертов, точность, успешность и частота совершаемых диверсий указывает не только на наличие у иракских боевиков эффективных командного центра и разветвленной разведки, но и на то, что организация такого сопротивления была запланирована Саддамом Хусейном еще до начала американской интервенции.

Проводятся крупномасштабные операции с участием тысяч военных и сотен бронетанковых машин, главной целью которых является не только пресечь нарастающее сопротивления и арестовать разыскиваемых высокопоставленных баасистов, но также и продемонстрировать иракцам подавляющее превосходство оккупационных войск.

Однако не удается достичь реальных результатов ни в отношении ареста командиров боевиков – подавляющее большинство арестованных отпускают, – ни в отношении психологического эффекта – с каждым днем число жертв среди оккупационных сил растет, а активность боевиков усиливается.

2 ТЕОРИИ И РЕАЛЬНОТЬ

Безоговорочно признавая значение развединформации для эффективного ведения войны и последующего обеспечения мира и порядка на оккупированных территориях, сегодня эксперты вынуждены признать, что иракская военная кампания началась с провала американских спецслужб. Накануне интервенции силовые ведомства США утверждали, что как только правящий режим партии Баас будет выдавлен из Багдада, он безвозвратно утратит все рычаги политического и военного влияния на ситуацию и, следовательно, для ведения партизанской войны у него просто не останется потенциала.

В ходе непосредственных боевых действий иракская национальная армия понесла относительно небольшие человеческие потери – главным образом уничтожению была подвергнута иракская боевая техника. На сегодняшний день среди экспертов распространены две основные теории, объясняющие причины столь стремительной победы союзников. Первая сводится к тому, что иракская армия просто распалась и разбежалась перед лицом явно превосходящего ее противника. Вторая же – находящая в свете последних событий все больше сторонников – сводится к тому, что военное командование Саддама Хусейна, избегая бессмысленного противостояния с высокотехнологичными силами противника, выбрало стратегию партизанского сопротивления.

Исходя из второй теории, Хусейн взял на вооружение тактику «Талибана» в Афганистане, который вместо продолжения безнадежного открытого противостояния сдал противнику основные города, с тем, чтобы рассредоточить свои силы и перегруппировать наиболее преданных и мотивированных сторонников свергнутого режима для начала привычного и удобного для них типа сопротивления, способного в долгосрочной перспективе обеспечить победу.

Этому яркое подтверждение выступление бывшего лидера. Находящийся в тюрьме Саддам Хусейн призвал иракцев объединиться на борьбу с американской оккупацией, сообщает Reuters.[8] Послание бывшего иракского диктатора было обнародовано его адвокатами, которые 16 декабря 2004 года были впервые допущены на встречу со своим подзащитным с момента его задержания.

"Президент Саддам Хусейн призвал всех иракцев, не взирая на их этническую принадлежность и религиозные убеждения, объединиться для противостояния планам США разделения Ирака на сектантские кланы", - заявил представитель команды адвокатов Хусейна Зияд Хасавнех.

По его словам, до встречи с адвокатами Хусейн не знал о том, что происходит в настоящее время в Ираке. Бывший диктатор отмечал, что прошедшие в январе выборы могли привести к расколу страны.

Напомним, что Саддам Хусейн был арестован в декабре 2003 года в Тикрите. В июле 2004 года ему предъявили обвинения в военных преступлениях и преступлениях против человечности. Иракские власти неоднократно обещали провести суд над бывшим президентом в самое ближайшее время, однако процесс так и не начался. Предполагается, что суд состоится не ранее 2006 года. Сейчас начались предварительные судебные слушания по делу двоих приближенных бывшего президента страны Саддама Хусейна. Перед трибуналом предстали генерал Али Хассан аль-Маджид по прозвищу Химический Али и бывший министр обороны Ирака Султан Хашим Ахмад.

Конечно же, после 1 мая 2003 года не все иракские военные перегруппировались в новые боевые отряды – большинство из них вернулось домой. Однако самые преданные баасисты продолжили партизанскую войну. К тому же, из всего списка наиболее разыскиваемых баасистов около половины до сих пор так и не найдены.

Как бы то ни было, но рассредоточившиеся силы снова воссоединяются. Это не обязательно означает, что они контролируются единым командным центром из одного места. Существует мнение, что теракты могут совершать даже конкурирующие между собой за поддержку населения группировки, что, впрочем, еще больше усложняет задачу американцев. Однако, наблюдая за динамикой их акций – ежедневно сменяющие друг друга диверсии в различных точках – все больше экспертов склонны предполагать, что теракты совершаются согласно определенному плану. А это, в свою очередь, означает, что базовая инфраструктура, необходимая для подрывной деятельности, была сформирована еще накануне войны. Прежде всего – это оружие и боеприпасы, спрятанные в местах, известных командирам боевиков; система коммуникации (начиная от обыкновенных курьеров и заканчивая хотя бы простейшей аппаратурой); система разведки и контрразведки, которая бы эффективно определяла цели и максимально осложняла работу спецслужб противника.

Комментируя происходящее в Ираке агентству Stratford, Во Нгуен Жиап,[9] командовавший в ходе партизанской войны во Вьетнаме прокоммунистическими силами против американцев и французов, разделил весь процесс партизанского сопротивления на три основные фазы: 1) борьба ведется сразу несколькими малочисленными группировками, главная цель – осуществление как можно большего количества максимально разрушительных диверсий без попыток захвата территории; 2) продолжение борьбы на уровне первой фазы, но уже большими группами – доходящими по численности до полка, – которые осуществляют более массивные атаки и захватывают, в случае необходимости, ограниченные территории; 3) переход к открытой войне против ослабленного противника.

По мнению Во Нгуена Жиапа, критически важным является время перехода от одной фазы к следующей – партизанская разведка должна точно определить этот момент, чтобы переход произошел не слишком рано, но и не слишком поздно. Однако объединить малочисленные отряды в полк и перейти к более массивным операциям в иракской пустыне – это не то же самое, что во вьетнамских джунглях.

Поэтому с переходом от первой фазы партизанской войны ко второй у иракцев явная проблема. А это может означать, что баасисты планируют вести борьбу с оккупационными силами на уровне первой фазы достаточно продолжительное время. Насколько долго – зависит от их технических, финансовых возможностей, численности боевиков, защищенности системы командования и, конечно, целей.

Однако сложности с переходом к следующей фазе партизанской войны – это проблема не только для иракцев, но и для американцев. Поскольку эффективней всего вести войну с партизанами именно на второй фазе. На данном же этапе стоимость проводимых операций по обезвреживанию ячеек боевиков и их реальные результаты несопоставимы. Проведение широкомасштабной операции для захвата или ликвидации нескольких боевиков – не только дорого стоит, но и усиливает недовольство среди населения.

Несмотря на заметно возросшую активность противника и тенденцию «двойного» роста количества жертв среди американских военных, Пентагон продолжает опровергать тот факт, что армия США неумолимо ввязывается в настоящую партизанскую войну, а диверсии являются результатом организованного сопротивления.

Дональд Рамсфелд по-прежнему утверждает, что американские войска подвергаются нападению со стороны пяти разрозненных группировок, членов которых он называет не иначе как «мародерами, преступниками, остатками саддамовского режима, иностранными террористами и пользующимися поддержкой Ирана шиитами». По его словам, несмотря на частоту терактов, на самом деле боевики не способны повлиять на процесс возрождения страны.[10]

На самом же деле даже такие относительно ограниченные по своим масштабам диверсии могут оказать огромное влияние в стратегическом плане. Во-первых, партизанская война не позволяет оккупационным силам придерживаться тактики максимальной экономии сил. Группы боевиков разбросаны на огромной территории, и на охоту за ними затрачивается неоправданно большие усилия и много времени.

Во-вторых, это приводит к окончательной потере доверия к американцам со стороны местных общин. На данном этапе главной задачей сил коалиции является идентификация противника, изоляция от спонсоров и уничтожение. Однако в силу незнания местного языка и обычаев иностранные военные не могут с достаточной точностью отличить боевиков от простого населения.

В результате для ареста нескольких боевиков приходится арестовывать сотни мирных жителей, что моментально вызывает их враждебность по отношению к оккупантам.

В-третьих, партизанская война в целом подрывает авторитет США в регионе. Одной из целей оккупации Ирака была демонстрация для остальных режимов региона непобедимости Америки, а также обеспечение возможности использовать свое военное присутствие в стране как плацдарм для политического, а возможно, и силового давления на стран-соседей. Неспособность же американцев подавить нарастающее сопротивление иракцев сводит на нет создаваемое реноме непобедимой американской мощи.

Ключевую роль в данный момент снова играет разведка, которая должна как можно быстрей вычислить лидеров движения сопротивления и источники его финансирования. Любая армия, в том числе и партизанская, в огромной степени зависит от своих командиров. При условии их ликвидации армия становится неэффективной. Причем в случае с Ираком это особенно актуально, поскольку все больше иракцев всерьез опасаются, что оставшийся в живых Саддам Хусейн рано или поздно вернется к власти, а если и не вернется, то сумеет отомстить за лояльность к оккупантам через своих боевиков. Именно обезглавливанием организованного сопротивления и должны сейчас заняться американские спецслужбы. Вообще американцы готовы оплачивать иракцам любую информацию о боевиках. Однако, как уже, отмечалось среди населения все больше распространяется страх перед «возмездием вождя». Тем временем движение сопротивления, как утверждают представители коалиции, неумолимо распространяется на всю территорию страны.

Пентагон не был готов к началу партизанской войны, ввязываться теперь в которую – это наихудший из всех возможных в этой ситуации сценарий. Тем не менее, американцы не могут уйти из Ирака, им придется продолжать воевать. Спустя некоторое время после Афганистана Америка в очередной раз продемонстрировала, что ее способности главным образом ограничиваются выигрыванием войн, а не успешным национальным строительством. Ежедневные теракты и жертвы среди сил коалиции будут продолжаться еще много месяцев, не только усугубляя хаос в стране и настраивая иракцев против оккупантов, но и подрывая поддержку оккупации Ирака среди самих американских граждан.

Американцы почти зеркально повторили советскую ошибку (в Афганистане) весны – лета 1980 года, когда, введённые исключительно для защиты от внешней агрессии советские войска под предлогом помощи «просоветской администрации», стали втягиваться в боевые действия против местных лидеров.

Истерзанное войной население Ирака, убедившись в том, что оккупанты не спешат восстанавливать разрушенную страну, стало видеть в них основных виновников своих бед. И уже к сентябрю 2003 г. выступления и атаки против сил коалиции становятся фактически повсеместными.

Но, несмотря на очевидные успехи иракских повстанцев, сегодня ещё преждевременно говорить об организованности сопротивления. Иракцам, решившимся взяться за оружие, чтобы сражаться с подразделениями коалиции, казалось, что все очень просто: достаточно убить определенное количества американских солдат, чтобы общественное мнение и политический класс заставило Белый дом вернуть своих "парней" домой. Так уже было после гибели 241 солдата в Бейруте в 1983 году и 29 солдат в Могадишо в 1993 году. США представлялся этаким бумажным тигром, неспособным выносить людские потери.

Но 10 месяцев спустя эти расчеты показали свою несостоятельность. Несмотря на гибель тысяч американских солдат в Ираке (это больше, чем США потеряли за предыдущие 19 лет), большинство американцев по-прежнему поддерживает военную интервенцию. Более того, за каждого убитого американского солдата повстанцы заплатили 40 своими жизнями. К концу, по неподтвержденным данным, января 2004 года- 2200 человек из них погибло, более 7500 – попало в плен. Чем объяснить подобную неудачу?

Во-первых, эта партизанская война не является выражением народной воли, хотя в большинстве своем имеет поддержку у местного населения. Атаки, совершаемые в Ираке, – в основном дело рук небольших групп численностью от 5 до 25 человек. Эти группы делятся на несколько типов: неимущие или бунтарски настроенные юнцы, часто получающие деньги за свои акции и возглавляемые кадрами бывшего режима; члены преступных банд, "работающие" за плату или защищающие свои интересы; иностранные боевики-исламисты, которые ориентируются на мечети, контролируемые имамами интегристского толка.

Эти различия заведомо исключают существование какого-либо централизованного командования, хотя основные кадры партии "Баас", армии и секретных служб сформировали некую руководящую структуру. Партизанская война лишена позитивной мотивации (население одинаково боится и реванша баасистов, и прихода к власти исламистов), и ее единственным "нервом" являются деньги.

Вербовщики циркулируют по "суннитскому треугольнику", предлагая денежное вознаграждение за совершения таких акций, как участие в "стихийных" манифестациях ( 5-10 долларов), сбор разведданных (25-100 долларов) и теракты (в среднем 500 долларов).

Во-вторых, избранная тактика тоже продемонстрировала свои недостатки. Засады с применением стрелкового оружия, которых летом было много, оказались слишком рискованными и в конечном счете малоэффективными, в то время как более безопасные минометные обстрелы "давали" лишь 5% потерь среди солдат противника. Использование самодельных взрывных устройств нанесло американцам серьезные потери, но в 80% случаев эти устройства заблаговременно обезвреживаются.

Наконец, что касается стрельбы по вертолетам, показавшей наибольшую эффективность в тактическом плане, то такие обстрелы трудно проводить с достаточной частотой.

Поэтому подобные атаки влияют на действия коалиции в минимальной степени. Даже 20 ежедневных засад – это мало с учетом того, что каждый день по Ираку перемещается от 1500 до 2000 американских военных колонн.

В-третьих, партизанам не удалось использовать в столкновении с войсками коалиции свои преимущества в информационной войне. Хотя на 90% атаки совершались только в зоне "суннитского треугольника", повстанцам удалось создать впечатление, что они происходят по всей стране. Но даже самые громкие акции не возымели того эффекта, на который были рассчитаны.

К тому же повстанцы не поняли, что концепция "нулевых потерь" погибла вместе с башнями Всемирного торгового центра. В США не произошло корреляции между увеличением потерь и состоянием общественного мнения: опросы компании Gallup[11] показывают, что большинство американских граждан продолжали поддерживать операцию в Ираке и осенью, когда потери резко возросли. Более того, поимка Саддама Хусейна дала возможность продемонстрировать зримость успехов коалиции.

Таким образом, несмотря на дорогостоящую вербовку, ряды повстанцев не растут: их остается около 5 тысяч. Наиболее способные командиры и организаторы на местах убиты, захвачены или преданы своими же соратниками. Даже в суннитских "бастионах" шейхи призывают к сотрудничеству с коалицией, а имамы проповедуют терпение. Конечно, прибытие в Ирак необстрелянных войск дает повстанцам некоторые шансы, но уже сегодня безопасность в Ираке находится в руках иракских полицейских, жандармов и военных.

3 ПОВСТАНЧИСКИЕ ДВИЖЕНИЯ

Отряды и группы, нападающие на гарнизоны коалиции, пока разрозненны и слабо координируют свои действия. Судя по данным радиоперехвата и докладам американских командиров, отряды сопротивления в суннитских районах Ирака насчитывают в среднем от 15 до 30 человек. Обычно это жители одного района или посёлка. Часто родственники. В составе группы обычно не менее трёх – пяти бойцов имеют боевой опыт прежних войн или профессиональное военное образование. Они служат «костяком» отряда, его планирующим и управляющим ядром. Вооружение стандартное для такой группы: РПГ, автоматы, ручные пулемёты, снайперские винтовки. По преимуществу всё вооружение советского образца. Тактика действий – огневой налёт, засады.

Шиитов отличает большая организованность. Их отряды более многочисленны - до 100 – 150 бойцов, (в «армии Махди» даже до 500 бойцов) и объединяются обычно вокруг местных религиозных авторитетов. На вооружении у шиитов кроме стрелкового оружия есть и более серьёзное вооружение – ЗУ, ПТУРы, миномёты, крупнокалиберные пулемёты, СПГ и некоторое количество ПЗРК. В основном это оружие было подобранно в Басре и Кербеле после ухода оттуда частей Иракской Армии и Республиканской Гвардии.

Шииты не удовлетворяются огневыми налётами и засадными действиями. Вступив в бой, они стремятся разгромить и вытеснить противника, установить свой полный контроль над обороняемым населённым пунктом и удерживать его до последней возможности.

Эта стойкость и решительность шиитов объясняется тем, что они более чем сунниты связаны с местом своего проживания. Шииты живут религиозными общинами, тяготея к религиозным и духовным центрам и святыням шиитского течения. Как следствие, решив сражаться, они всегда имеют широкую поддержку населения своего города или посёлка, духовную поддержку местного религиозного авторитета. Боевые действия для шиитов почти всегда имеют мощную религиозную подоплёку и проникнуты фанатизмом. Для шиита погибнуть, сражаясь с «неверными» в городе, где находится могила имама Али, это вершина духовной аскезы.

Шииты - (араб., шиа - приверженцы, группировка, партия) - последователи второго по числу приверженцев (после суннитов) направления в исламе, которые признают единственно законными преемниками Пророка Мухаммеда только Али и его потомков. Вскоре после смерти Мухаммеда (632) часть его сподвижников выступила за сохранение верховной власти в "семье Пророка", считая незаконной присягу Абу Бекру. В начале второй половины VII в. в борьбе за власть образовалась религиозно-политическая группировка (шиа) сторонников передачи верховной власти Али как ближайшему родственнику (двоюродному брату и зятю) и духовному преемнику Пророка. Эта группировка стала ядром шиитского движения, разделившего потом мусульманскую общину на суннитов и шиитов. После убийства Али в 661 г. его сторонники повели борьбу за возвращение верховной власти в "семью Пророка", имея в виду исключительно род Али. Большинство шиитов обосновывало эти требования родством Али с Пророком, его личными качествами и заслугами перед исламом. Часть шиитов проповедовала, что Мухаммед назначил Али своим духовным преемником, и что сам Али наделен божественной благодатью. Военно-политические поражения шиитов (гибель сына Али, Хусейна, разгром восстания аль-Мухтара и др.) направили их энергию в область религиозных идей. Среди шиитов получили широкое распространение представления об имамах как носителях божественной субстанции. Этому способствовало обращение в ислам народов Ирака и Ирана, где издавна бытовали идеи богоявления в человеке.

Ссылаясь на многочисленные предания и аллегорически трактуя отдельные тексты Корана, шииты отстаивали исключительное право потомков Али на верховную власть и передачу ее от отца к сыну. Призывы шиитов к возвращению власти "семье Пророка" находили поддержку вследствие широкого недовольства правлением халифов из династии Омейядов (661-750). Объясняя все беды "назаконостью" правления Омейядов, "узурпировавших" власть, шииты проповедовали, что только возвращение власти Алидам приведет к установлению справедливости на земле. Шиитская пропаганда способствовала падению Омейядов, но плодами победы воспользовались Аббасиды - другая родственная ветвь Пророка Мухаммеда. Это привело к размежеванию Алидов с Аббасидами и сузило социальную базу шиитского движения. Среди самих шиитов начались расколы, связанные с признанием права на имамат за тем или иным потомком Али. Уже в середине VIII в. шиитское движение распалось на два основных течения - "крайнее" и "умеренное". К первому относились собственно "крайние" (гулат) и исмаилиты, ко второму - зейдиты и имамиты. В свою очередь, эти течения разделились на многочисленные ответвления. Однако, несмотря на догматические расхождения, они все сохранили приверженность роду Али.

На протяжении всей истории ислама шииты вели вооруженную борьбу за возвращение власти Алидам. Наибольший успех выпал на долю зейдитов и исмаилитов, которым удавалось в разное время и в разных частях Халифата создавать свои государства - имаматы.

В настоящее время последователи различных шиитских общин существуют практически во всех мусульманских странах. Шиитского вероучения придерживается подавляющее большинство населения Ирана и Азербайджана, более половины населения Ирака, значительная часть населения Ливана, Йемена, Бахрейна. К исмаилитской ветви шиизма принадлежит большинство жителей Горно-Бадахшанской области Таджикистана.[12]

Операции по установлению контроля над шиитскими центрами всегда отличаются ожесточённостью и кровопролитностью.

И, тем не менее, сегодня можно констатировать, что выступления иракских партизан пока стихийны и не имеют единого плана.

Иракское сопротивление пока не выдвинуло единого лидера, способного возглавить борьбу против оккупантов. Оно пока не имеет собственного идеологического центра, способного сформировать идеологию и определить цели борьбы.

Но при этом совершенно очевидно, что сопротивление в Ираке уже носит не отрывочный случайный характер, а становится массовым явлением, реакцией на репрессии и экономический хаос, принесённый американцами.

Сегодня в боевые действия против войск коалиции вовлечено от 10 000 до 13 000 иракцев в разных районах страны. И пока численность партизан имеет тенденцию к возрастанию.

Сопротивление всё более структурируется и захватывает всё большие слои населения.

Образ сопротивления становится всё более притягательным. Сопротивление героизируется, романтизируется и постепенно становится цементирующей идеей Иракского общества.

Очень тревожным для США и их союзников является то, что в традиционно светском иракском обществе всё резче выходит на первый план религиозный аспект. Сегодня сопротивление всё сильнее кристаллизуется вокруг религиозных лидеров или командиров, открыто заявляющих о религиозном характере борьбы против США и их союзников. Для нищего, лишённого средств к существованию иракского населения, религиозные лозунги борьбы против захватчиков становятся простой и понятной всем платформой для объединения. Учитывая, что соседями Ирака является шиитский Иран и фундаменталистская Саудовская Аравия, можно сделать предположение, что эта «религиолизация» войны получит мощную поддержку извне.

Партизанская война под клич «Аллах Акбар!» в стране, где всего два года назад общество было по преимуществу светским, это более чем серьёзное поражение американцев.

Компания в Ираке теряет свою политическую привлекательность для сторонних участников. Экономические перспективы участия в войне становятся всё более эфемерными. Политические потери от участия в «неправедной войне» всё более очевидны. Перед США возникает перспектива остаться в Ираке лишь с «новой волной» НАТО – Польшей, Румынией, Болгарией, Эстонией, Латвией, Литвой и примкнувшей к ним Украиной. Сейчас администрация Буша прилагает все усилия, что бы убедить Южную Корею ввести свой воинский контингент в Ирак.

4 ПОТЕРИ

Наиболее болезненная для США тема иракской войны - потери. Так, по имеющимся теперь в распоряжении документам, удалось выяснить, что во время операции погибло не менее 28 военнослужащих войск специального назначения, гибель которых не оглашалась и в официальные сводки потерь не вошла.

При этом в ходе боевых действий американское командование тщательно скрывало потери. Так ежесуточный уровень потерь признаваемых штабом коалиции не превышал 1-3 человек, хотя в реальности коалиция теряла не менее 5-7 человек в сутки, а в некоторые дни (например 23.03.03) число погибших достигало 30 человек.

Ставка делалась на «быструю победу», которая должна была компенсировать моральные потери от утаивания и замалчивания информации.

Но почти сразу после окончания активной фазы США и их союзники столкнулись с вооружённым сопротивлением населения оккупированных территорий.

Пентагон был вынужден признать гибель в мае 2003 года 36 американских военнослужащих, в июне – 29, июле – 46, августе – 36, сентябре – 30, октябре – 42, ноябре – 82, декабре – 40. А к январю 2004 года потери США в Ираке после окончания активной фазы достигли уже 340 человек и это количество продолжает расти.

В этих условиях Пентагон и Объединённый Комитет Начальников Штабов под давлением администрации президента были вынуждены пойти на целый комплекс мероприятий по сокрытию реального уровня потерь.

Сегодня мы можем констатировать, что в Пентагон дезинформирует американское общество и пользуется изощрённой системой сокрытия потерь.

Официально с начала войны и по сегодняшний день США признали 706 военнослужащих убитыми и более 4 500 ранеными.

На самом деле и количество убитых и раненых существенно больше. В публикуемые Пентагоном сводки потерь не включаются военнослужащие, умершие от ран в госпиталях, покончившие с собой. Кроме этого традиционно не предаются огласке потери сил специального назначения.

Так, например, 14 апреля 2004 г . возле города Эль-Каим был сбит вертолёт сил специального назначения США UH-60A « Blackhawk» эвакуировавший подразделение специального назначения. Падение вертолёта было подтверждено данными радиоперехвата. Кроме этого было перехвачено сообщение командного пункта ВВС в Ираке о том, что на авиабазе в аэропорту Багдада объявлена тревога и в воздух подняты поисково-спасательные силы.

Вечером того же дня информация о потере вертолёта UH-60A « Blackhawk» была озвучена в ежесуточной сводке по Ираку в Объединённом Комитете Начальников Штабов. Этим же вечером в штабе сил специального назначения ( Special Operations Command – SOCOM) была распространена информация о гибели в Ираке 5 военнослужащих одного из отрядов «спецназа» и ранении ещё 9.

Кроме этого, в тот же вечер один из военнослужащих сил специального назначения в электронном сообщении своему сослуживцу в Форт-Льюис сообщил, что «…только за сегодня у нас освободилось пятнадцать коек. Пять из них насовсем».

Но официально никаких подтверждений уничтожения вертолёта не было сделано. Более того, на следующий день, представителям СМИ была передана дезинформация, в которой сведения о потере вертолёта в районе Эль-Каим 14 апреля объяснялись «неточной информацией» о потере 13 апреля вертолёта C H-53 Sikorski у города Эль-Фалуджа.

Никаких данных о гибели военнослужащих сил специального назначения 14 апреля не сообщалось.

Вместе с тем, имеющаяся информация позволяет утверждать, что за прошедший год в Ираке погибло как минимум 58 военнослужащих сил специального назначения, и не менее 160 получило ранения.

В официальные сводки потерь не входят данные об умерших в госпиталях военнослужащих. По данным главного армейского медицинского командования (Army Medical Command[13] ) на 30 марта 2004 года в госпиталях и после выписки из госпиталей скончалось не менее 110 военнослужащих.

Не менее 25 военнослужащих из состава американского контингента в Ираке покончили жизнь самоубийством. Ещё не менее 9 случаев самоубийств отмечено среди вернувшихся из Ирака военнослужащих.

Так же существенно занижается количество раненых военнослужащих. Согласно всё тому же распоряжению Комитета Начальников Штабов в категорию «раненые» попадают лишь военнослужащие «физически пострадавшие» от воздействия противника, а так же «физически пострадавшие» в результате несчастных случаев.

Этим «сужением» категории «раненные» полностью игнорируются требования американских наставлений и инструкций - учитывать как прямые военные потери любые факты утраты здоровья военнослужащими в районе боевых действий.

При этом данные всё того же главного армейского медицинского командования свидетельствуют о выводе по медицинским показателям из состава воинского контингента на 30 марта 2004 года кроме уже указанных 3600 человек ещё как минимум 10 840 человек. Основными показаниями являлись инфекционные заболевания, повреждения конечностей, срочные хирургические операции, травмы головного мозга, сердечная недостаточность, проблемы с психикой и других причин не связанных с действиями противника.

Всего, с учётом всех выбывших из строя военнослужащих, количество раненых за год войны превысило 14 400 человек.

Ещё не менее 140 военнослужащих было арестовано за различные правонарушения и находится в данный момент под следствием в ожидании суда или уже осуждено.

Кроме этого, за год войны в Ираке, из частей армии США, расквартированных в Ираке или перебрасываемых в Ирак, дезертировало около 500 человек. Основная форма дезертирства – невозвращение из отпуска или оставление части (на территории США). Ещё около 1200 военнослужащих под теми или иными предлогами отказались от перевода в Ирак. Из них около 300 ценой «позорного» разрыва контракта.

Общие же потери армии США в Ираке с марта 2003 года по середину апреля 2004 года, включая убитых, раненых, травмированных, заболевших, получивших психические расстройства, а так же совершивших преступления, арестованных и дезертировавших уже превышает 16 тысяч военнослужащих.[14]

Ещё около 40 человек убитыми и до 180 ранеными составляют потери американского гражданского персонала. Служащих и рабочих американских компаний, получивших тендеры на обеспечение группировки войск и восстановление промышленной инфраструктуры Ирака.

Аналогичное положение с обнародованием потерь и в британском контингенте. Так по официальной информации за год британский контингент потерял 58 человек убитыми и около 400 человек ранеными. Но финансовые выплаты, произведённые министерством обороны Великобритании по разделу компенсации за гибель военнослужащих при исполнении ими служебных обязанностей, свидетельствуют о потере как минимум 90 – 95 военнослужащих, а число раненых, «сопровождаемых» министерством обороны, превышает цифру в 800 человек. Общее же количество «выведенных» из состава британского контингента военнослужащих с 20.03.2003г. составляет около 2200 человек.

На 15 апреля 2004 года общие потери коалиции в Ираке с учётом всех категорий потерь составляют не менее 1200 погибших и около 17 000 раненых.[15]

Столь внушительная численность потерь более чем наглядно свидетельствует о масштабе сопротивления, с которым столкнулись войска коалиции в Ираке. И пока никаких обнадёживающих тенденций снижения потерь не наблюдается.

5 ВОЕННЫЕ ИТОГИ

Время военной компании в Ираке выявили как сильные стороны американской военной машины, так и серьёзные её недостатки.

Одним из главных преимуществ американской армии является её максимальное насыщение самыми современными средствами связи, разведки и целеуказания.

Так например, с самолетов ДРЛО Е-3 системы AWACS, ДРЛО и ЦУ Е-8 системы Joint STARS, БПЛА различных типов и модификаций велось постоянное наблюдение за местностью и воздушным пространством. Кроме этого в составе сухопутных подразделений были развёрнуты и действовали мобильные РЛС разведки, автоматизированные системы обработки информации, управления огнём, целеуказания. Все эти элементы были объединены в разведывательно – ударные и разведывательно – огневые комплексы. Важнейшее достижение американцев - это широкая интеграция на поле боя средств поражения с разведывательными системами.

Американский общевойсковой командир уже в звене рота - батальон в реальном масштабе времени получает от десятков различных систем и средств, которые ведут непрерывный мониторинг боевой обстановки в воздухе и на земле обработанную современными вычислительными системами информацию, позволяющую ему с высокой степенью достоверности оценить обстановку на поле боя и примыкающей к местности. Такая высочайшая координация между разведкой и боевыми подразделениями позволяет организовать действующие на поле боя подразделения разных родов войск в единый разведывательно-ударный комплекс, работающий в реальном масштабе времени. И это, на сегодняшний момент, пожалуй, главное технологическое преимущество американских сухопутных сил.

Провозглашённая в начале 80-х годов прошлого века концепция «борьбы со вторыми эшелонами», привела сегодня к тому, что американские сухопутные части уверенно контролируют обстановку в полосе своего движения на глубину 50 - 80 км в условиях иракской пустыни (на 25 – 30 км в условиях европейского ТВД).

Ещё одной без сомнения сильной стороной американской армии является высокий уровень взаимодействия различных родов войск на поле боя. И особенно взаимодействие с авиацией. Этого удалось достичь благодаря внедрению в войска самых современных средств связи и целеуказания, интегрирования бортовых прицельно-навигационных комплексов ударных самолётов и наземных комплексов управления огнём.

Но нельзя не отметить и некоторые недостатки этих систем. Уже война в Сербии выявила невысокие результаты при действиях в условиях горной и пересечённой местности из-за большого количества зон “затенения” РЛС. Эти системы так же недостаточно приспособлены к ведению разведки в лесных массивах и населенных пунктах.

Подтверждением этому стали практически постоянные боевые столкновения в Багдаде, Эль-Фаллудже, Эн-Наджафе и других городах, где в условиях города технологическое превосходство американцев свелось к минимуму.

Кроме того, пока применение американцами всех этих средств велось в почти «полигонных» условиях, против технологически отсталого противника, в условиях отсутствия радиоэлектронного противодействия и высокоточного оружия, способного поражать элементы этой системы в глубине американских боевых порядков.

Несмотря на прогнозы некоторых аналитиков, американские командиры и солдаты достаточно быстро адаптировались к исключительно тяжёлым условиям арабской пустыни, и погода, как таковая, не оказывала какого-либо заметного влияния на ход боевых действий.

Индивидуальная экипировка американского солдата в основном отвечает современным стандартам и позволяет солдату уверенно действовать в любое время суток. Почти каждый солдат из состава ударных подразделений имел в качестве личной экипировки прибор ночного видения, ночной прицел и портативное переговорное устройство. При этом командование приняло самые строгие меры к поддержанию надлежащего ношения формы, экипировки и средств защиты.

Американские пехотные подразделения насыщены большим количеством дополнительных огневых средств, типа одноразовых гранатомётов различных модификаций и управляемых ракетных комплексов.

Безусловно, сильной стороной американской армии является то, что они вполне уверенно ведут боевые действия в тёмное время суток.

Не изменились подходы высшего военного командования к ведению боевых действий. Главный упор по прежнему делается на нанесение максимального огневого поражения противнику до момента непосредственного соприкосновения с ним. И в развитии этой концепции американцы далеко продвинулись вперёд.

В свете всего вышесказанного следует, что одним из важнейших уроков этой войны должно стать понимание исключительной роли маскировки и радиоэлектронного противодействия уже не просто как неких видов боевого обеспечения, но как одной из основных частей современного общевойскового боя.

Но, если концепция «быстрой войны» в общем эффективно проявила себя в ходе активной фазы войны (март-апрель 2003г), то, начавшаяся в стране затяжная партизанская война, продемонстрировала целый ряд существенных недостатков этой концепции и высветила множество серьёзных проблем. Армия США оказалась мало готовой к ведению затяжной контр-партизанской войны. И это серьёзно отражается на боевой готовности сражающихся здесь частей, и их боевом духе. Износ техники в Ираке уже вышел за все предполагавшиеся ранее параметры. «Мы, фактически, похоронили в Ираке своё оружие!» - заявил 24 марта 2004 на совещании в Багдаде Генерал-лейтенант Рикардо Санчез.[16] До 70% используемой здесь техники и оружия нуждается в капитальном ремонте. По оценкам американских военных, если боевые действия продолжаться прежней интенсивностью, то уже через шесть месяцев не менее 50% боевой техники в основном танки, вертолёты, БМП превратятся в металлолом и потребуют замены.

При этом, к Ираку остаются прикованными наиболее боеспособные и части американских Вооружённых Сил.

Планируемая на март-апрель 2004 ротация войск сегодня остановлена. До сих пор здесь остаётся часть сил 18-й воздушно-десантного корпуса (18 ВДК), хотя по планам Объединённого Комитета Начальников Штабов его основные части (82 ВДД, 101 ВШД, 3 МД) должны были ещё в середине августа 2003 года начать передислокацию в районы, примыкающие к Сирии. Тогда переброска корпуса была остановлена. Теперь эти дивизии должны были вернуться в США, их должны были сменить части 1-й экспедиционной дивизии морской пехоты (ЭДМП) и 81-я бригада национальной гвардии, но ротация прошла лишь частично.

Остаётся пока на месте и часть 1-й бронетанковой дивизии (1 БТД), которую должна была сменить 1-я бронекавалерийская дивизия (1 БКД), 4-я механизированной дивизия (4 МД), которую должна была сменить 1-я пехотная дивизия (1 ПД).

В общей сложности сегодня в Ираке находится около 160 000 американских военнослужащих.

Несмотря на заявления американских военных, о природной непохожести Ирака на Вьетнам, отсутствие джунглей не облегчает задачу. Пустыня и жара лишают американцев и их союзников возможности размещать свои гарнизоны вне городов. При этом коммуникации между гарнизонами чрезвычайно растянуты и уязвимы.

Война в Ираке постепенно трансформируется в два основных вида боевых действий - «войну за города» и «войну за коммуникации». Это наиболее кровопролитные и затратные виды боевых действий.

По оценкам российских военных экспертов ГОУ ГШ РФ[17] боевые действия в городах обладают всеми теми же параметрам что и бои в горно-лесистой местности:

• Боевые действия ведутся фактически в трёх плоскостях.

• Сильно ограниченны возможности обнаружения противника техническими средствами разведки.

• Труднопроходимая местность, изобилующая большим количеством искусственных препятствий.

• Невозможность применения войск в составе частей и соединений и, как следствие - тактика действий небольшими ударными группами.

- Ограниченные возможности применения тяжёлой боевой техники.

Неприятным открытием для американских военных стало то, что все без исключения образцы американской боевой техники оказались уязвимы для обычных противотанковых средств.

Так, тяжёлый танк М1А1 «Абрамс», который по замыслу разработчиков должен был выдерживать попадания большинства современных противотанковых средств, оказался неожиданно уязвимым от обычных реактивных противотанковых гранатомётов РПГ-7 и СПГ – 9. Реактивные гранаты с вероятностью 55% поражают «Абрамс» в борт башни и борт корпуса над катками. С вероятность 70% - в крышу башни.

За год США потеряли в Ираке безвозвратно (took catastrophic hits) не менее 25 танков. Ещё около 60 машин получили различные повреждения (seriously damaged) , которые пришлось устранять в ремонтных мастерских или отправлять танки в США для капитального ремонта.

Боевая живучесть БМП и БТР оказалась ещё ниже. В половине случаев попадание реактивной гранаты заканчивалось выходом бронеобъекта из строя, ранением или гибелью части экипажа. Не менее 15% попаданий вызывали пожар с последующей полной потерей бронеобъекта.

Общее количество потерянных БМП, БТР и других бронеобъектов составило за год не менее 110 единиц. Ещё примерно 150 получило различные повреждения.

Американцы вынуждены использовать советский боевой опыт, обваривая БТРы и БМП всякого рода решётками – рассекателями и обвешивая башни и борта танков всякого рода «усилениями».

Так же весьма чувствительными оказались потери вертолётной авиации. За год войны войсками коалиции было потеряно не менее 30 вертолётов различных типов. На их борту погибло до 150 военнослужащих войск коалиции. Американское военное командование в Ираке заявило о своей неудовлетворённости результатами боевого использования вертолёта огневой поддержки AH-64 Apache и AH-64 D Apache Longbow.

Машина оказалась чрезвычайно дорогой и слабо защищённой от огня обычного стрелкового оружия. Концепция «боевого вертолёта дальнего действия» в условиях Ирака не оправдалась. Ставка на обнаружение и поражение цели на максимальной дистанции со средних высот в Ираке показала свою неэффективность. Плохая видимость, городские условия, близкое боевое соприкосновение противоборствующих сторон вынудили пилотов «Апачей» работать в диапазоне высот от 100 метров до 500, на дальностях, редко превышающих 800 – 1500 метров .

В результате вертолёты оказались в полосе действенного огня стрелкового оружия. В первую очередь пулемётов и ЗУ. Иракцы быстро овладели методами огневых засад, открывая сосредоточенный огонь нескольких пулемётов в заднюю полусферу или под ракурсом три четверти. В итоге за год в Ираке было потеряно не менее 10 вертолётов «Апач».

По заявлению бывшего командира 101-ой ВШД генерал-майора Дэвида Петреуса «Нам нужен вертолёт поля боя. Вертолёт способный висеть на плечах у противника. Недорогая и хорошо защищённая машина. «Апач» для этого оказался малопригоден…»

При этом высокую эффективность продемонстрировали беспилотные летательные аппараты, на которых сегодня лежит большая часть оптической и радиолокационной разведки.

Так же высокой оценки заслуживает организация защищённой радиосвязи в звене рота – батальон, навигационное обеспечение. Если активная фаза боевых действий не выявила серьёзных проблем в морально-психологическом состоянии войск, то многомесячная контр-партизанская операция вскрыла целый «букет» проблем.

Психологи большинства частей отмечают общую моральную подавленность военнослужащих, их откровенный страх перед отправкой в Ирак и разочарование в ведущейся там войне. Согласно закрытому опросу, проведённому военными психологами в корпусе морской пехоты только 15 из 100 ста опрошенных военнослужащих батальона морской пехоты в Кэмп-Пенделтон выразили безусловную готовность отправиться в Ирак. 55 человек сообщили, что если бы имели возможность уклониться от отправки, то безусловно сделали бы это. 20 человек сообщили, что испытывают сильный стресс перед перспективой оказаться в Ираке. 10 человек назвали своё состояние перед отправкой в Ирак «неконтролируемым страхом».

Напомним, что год назад число солдат «безусловно готовых» отправиться в Ирак достигало 65%.

Только 5 из каждых 100 военнослужащих, возвращающихся из Ирака хотели бы вновь туда вернуться. 71 человек сообщили, что предпримут все усилия, что бы больше никогда там не оказаться.

Что бы не допустить утечки информации о морально-психологическом состоянии войск, командование коалиции было вынуждено ввести ограничения на пользование интернетом и телефонами. С августа 2003 года военнослужащие американского контингента могут отправлять электронные письма только с официальных серверов своих частей, им запрещено пользоваться бесплатными электронными почтовыми ящиками других серверов. Каждый военнослужащий получил специальную инструкцию, в которой подробно перечислены сведения, неподлежащие разглашению и, за разглашение которых, грозит серьёзное дисциплинарное наказание.

Среди сведений, запрещённых к разглашению, любые упоминания о гибели и ранении сослуживцев до их официального признания Пентагоном. Любые «оценочные определения морального состояния подразделений и отдельных военнослужащих». Информация о «недружественных настроениях и выступлениях иракцев» и ещё целый ряд пунктов.

Этим же приказом офицерскому составу было запрещено в служебных телефонных переговорах с абонентами за границами Ирака «давать любые эмоциональные оценки обстановке в Ираке», разглашать цифры потерь, упоминать фамилии выбывших из строя военнослужащих и вообще «выходить за рамки служебного обсуждения».

По докладу Управления военной полиции США в Ираке за три первых месяца 2004 года одиннадцать офицеров получили серьёзные взыскания за нарушение инструкции по ведению телефонных переговоров.

Имеющаяся в распоряжении группы информация позволяет утверждать, что американское высшее политическое руководство и военное командование ВС США хорошо осознают серьёзность проблем, с которыми столкнулись США в Ираке и ищут пути выхода из кризиса.

Поступающие из различных источников сведения позволяют утверждать, что в период с октября 2003 г . по март 2004 г . спецслужбами США проводилась целая серия акций, имевшая целью сдетонировать противостояние шиитской и суннитской общин Ирака.

Ставка делалась на «пассионарность» иракских шиитов, подвергавшихся все годы правления Хусейна преследованиям и репрессиям. По замыслу американских аналитиков, конфликт должен был вылиться в активное вооружённое противостояние двух религиозных общин, в котором США и Великобритания должны были выступить в качестве посредников и миротворцев. При этом основная поддержка должна была быть оказана шиитам.

Американские аналитики считали, что шииты Ирака более склонны к сотрудничеству с командованием коалиции, так как все эти годы всячески подавлялись хусейновским режимом. Кроме того, основные нефтяные поля юга Ирака расположены в районах с преимущественно шиитским населением и «толерантность» шиитов позволила бы ускорить восстановление нефтекомплекса юга.

Американцам так и не удалось спровоцировать конфликт между шиитской и суннитской общинами. Но это не заставило их отказаться от планов использования внутренних противоречий иракского общества. Сегодня этот план существенно модернизирован.

Британцы, с самого начала предупреждавшие американцев о крайне малой вероятности грубых попыток стравливания шиитов и суннитов в Ираке, после провала кербельской операции предложили свой вариант действий.

Основная роль в нём принадлежит британской разведке ( Secret Intelligence Service ) у которой ещё с середины 50-х годов прошлого века налажены крепкие связи в шиитской общине Ирака и которая имеет достаточно эффективную агентурную сеть в Иране.

Суть этого плана в том, что бы, попытаться наладить контакты с политическими лидерами Ирана, светской ориентации, которые уже находятся в состоянии «холодной войны» с высшим религиозным руководством Ирана. В ходе этих контактов попытаться убедить их использовать свой авторитет и возможности для влияния на шиитов Ирака с целью их «умиротворения».

В ответ на эту помощь, британцы и американцы могли бы в свою очередь, используя протяжённую и достаточно открытую границу Ирака и Ирана, оказать светскому политическому крылу Ирана финансовую, организационную и иную помощь в его попытках «отодвинуть» исламистов от власти.

Такие взаимовыгодные контакты могли бы в дальнейшем стать хорошей основой для восстановления отношений с «обновлённым Ираном». Кроме этого, такие скоординированные действия имеют своей целью блокирование любых попыток фундаменталистских кругов Ирана вмешиваться в события в Ираке.

Этот план, который в разговоре одного высокопоставленного американского дипломата с израильским министром иностранных дел Силваном Шаломом, был назван «иранскими качелями», уже начал выполняться.

Так, в марте в Швейцарии прошли встречи директора службы по делам Ближнего Востока Элиота Эбрамса, высокопоставленного сотрудника SIS с несколькими иранцами, один из которых представился, как человек близкий к президенту Ирана Моххамаду Хатами.

Все стороны остались удовлетворёнными встречей и в ближайшие недели можно ожидать возобновления этих контактов с привлечением к ним высокопоставленного лица американской администрации.

В самом Ираке американцы ищут возможности «договориться» с лидерами повстанцев. США озабочены крайне низким авторитетом «временной администрации» Ирака. Отсутствием в её составе фигур, признаваемых широкими слоями иракского общества.

В штабе коалиции подготовлен доклад, суть которого в том, что в ближайшее время необходимо провести серьёзную реорганизацию «временной администрации». Попытаться привлечь в неё часть полевых командиров повстанцев под лозунгами «демократизации» управления Ираком, расширения местного самоуправления и «федерализации» Ирака.

Военные видят выход в постепенном отходе сил коалиции на вторые роли. Их «презентации» иракскому народу как гарантов целостности Ирака и защитников от внешней агрессии.

Самое пристальное внимание сейчас уделяется британскому опыту управления югом Ирака и, в частности, вторым по величине городом Ирака Басрой, где британцы испытывают на порядок меньшее сопротивление, чем контингенты других стран в городах центра и севера.

Некоторые имеющиеся материалы позволяют предположить, что взрывы, по замыслу их организаторов, должны были не столько «напугать» испанцев, сколько наоборот – убедить их в необходимости проголосовать за правительство Хосе Мария Аснара, безоговорочно поддерживавшего действия США в Ираке.

Неожиданная реакция испанцев, отказавших поддерживать Аснара и его курс, заставила спецслужбы США пересмотреть свои оперативные планы.

Мониторинг общественного мнения стран, чьи граждане оказались в марте-апреле 2004 г . в заложниках показал, что население этих стран крайне болезненно реагирует на любые потери и не желает их нести из союзнических обязательств перед США. В связи с этим подразделения ЦРУ в странах участницах коалиции получили распоряжение максимально противодействовать любым попыткам любых групп по дестабилизации общественного мнения по иракскому вопросу.

При этом, на фоне растущих протестов против войны в Ираке, вполне естественно было ожидать очередной атаки террористов против американских граждан, посольств, представительств компаний за пределами США, что могло послужить катализатором для объединения американского общества вокруг действующего президента и обеспечить ему победу на предстоящих выборах.

Американские аналитики предупреждают администрацию президента США о том, что «чрезмерное» использование лояльности членов НАТО «Новой волны» может самым неблагоприятным образом сказаться на внутриполитической обстановке в этих странах. По мере приближения выборов и нарастания потерь в воинских контингентах стран участниц оккупации, «иракский фактор» будет становиться одним из основных политических факторов выборов. Аналитики предупреждают, что с большой степенью вероятности часть ныне действующих правительств бывших стран Варшавского договора расплатятся за участие в этой войне потерей доверия на выборах.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Американцы не смогли решить ни одну из проблем послевоенного Ирака. Большая часть населения Ирака по-прежнему не имеет доступа к чистой питьевой воде, живёт без электричества, не имеет квалифицированной медицинской помощи и голодает. Иракцы лишены возможности свободно передвигаться по Ираку, лишены права свободно покидать страну. Уровень жизни в стране по сравнению с мартом 2003 года упал более чем в 5 раз.

Сегодня, мы можем констатировать, что США так и не стали для иракцев "освободителями". Это главный и самый драматичный для США вывод.

Отныне и до самого последнего дня своего пребывания в Ираке они останутся «оккупантами» со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Но ещё более тревожным выводом из анализа текущей ситуации является то, что по мере затягивания войны в Ираке США всё больше растрачивают «кредит 11 сентября». Именно это «кредит 11 сентября» фактически развязал Америке руки для нового глобального передела мира.

По оценкам ведущих мировых политологов, например по мнению Збигнева Бжезинского, этот «кредит» должен был как минимум в течении 10 лет обеспечивать США право не обсуждаемого «решения» основных мировых проблем.

Но сегодня, застряв в Ираке, запутавшись в партизанской войне, Америка в глазах мира стремительно теряет право считаться жертвой агрессии и всё более явно сама начинает выглядеть агрессором.


СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ И ИСТОЧНИКОВ:

1. Лойко С. Шок и трепет. Война в Ираке, Вагриус, 2003.

2. Льюис Лэфем. Памфлет против политики Джорджа Буша, Harper’sMagazine,2004

3. Bob Woodward. Plan of attack, USA,2004.

4. Сборник статей "Актуальные проблемы международной жизни в Азии", М., 2004.

5. Ирак (концепция национальной безопасности). М., 1999.


[1] http://www.biometrica.tomsk.ru/ftp/dict/encyclo/15/guer.htm

[2] Ricardo Sanchez : «Trading in Genes: Development Persepectives on Biotechnology, Trade and Sustainability»

[3] http://nvo.ng.ru/printed/wars/2003-11-14/2_news.html

[4] Джордж Буш выступил на палубе авианосца «Авраам Линкольн» и объявил об официальном окончании крупных боевых действии в Ираке.

[5] http://today.reuters.com/news/default.aspx

[6] http://news.bbc.co.uk

[7] http://ndla.org.ru/press.htm

[8] http://today.reuters.com/news/default.aspx

[9] http://www.wdi.ru

[10] http://news.bbc.co.uk/hi/russian/news/newsid_3035000/3035202.stm

[11] http://www.gallup.com

[12] http://www.religio.ru

[13] http://www.globalsecurity.org

[14] http://www.pentagon.com

[15] http://www.pentagon.com

[16] Заявление Рикардо Санчез от 24 марта 2004 на совещании в Багдаде Генерал-лейтенант

[17] http://zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/04/546/31.html

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий