МВФ: история создания и политико-правовой анализ

Эволюция Международного валютного фонда. Дискуссии о послевоенном мировом экономическом устройстве. Образование международного валютного фонда. Цели, функции и принципы управления мвф как субъекта мирового экономического процесса.

Курсовая работа

МВФ: ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ И ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ

2005 г

СОДЕРЖАНИЕ:

Введение.. 3

Глава 1. Эволюция Международного валютного фонда.. 6

1.1. Дискуссии о послевоенном мировом экономическом устройстве. Образование Международного валютного фонда. 6

1.2. Цели, функции и принципы управления МВФ как субъекта мирового экономического процесса. 11

Глава 2. Оценка деятельности МВФ в системе международных экономических отношений с политико-правовых позиций.. 18

2.1. Анализ влияния рекомендаций МВФ на ситуацию в развивающихся странах в период валютных кризисов 1970-1990-х гг. 18

2.2. Концепция Вашингтонского консенсуса и опыт российских реформ.. 22

Глава 3. Стратегическая линия развития МВФ в XXI веке.. 29

Заключение.. 33

Список литературы... 35

Приложение 1. 38

Введение

Становление мировой валютной системы было обусловлено развитием международных экономических отношений и в первую очередь торговли. При экспорте и импорте разнообразных товаров и услуг становилось необходимым определять валютный курс, то есть курс национальных денежных единиц друг к другу. Подобная необходимость запустила процесс формирования мировой валютной системы. В условиях, когда национальные денежные единицы имели золотое содержание, в международной практике установился золотомонетный стандарт. Стихийно сложившаяся практика была узаконена в 1867 г. на Парижской конференции заключением межгосударственного соглашения, признающего золото единственной формой мировых денег. В соответствии с соглашением в международных расчетах применялись национальные золотые монеты, но значение имел не их номинал, а вес.

Постепенно золотомонетный стандарт изжил себя, так как не соответствовал ни масштабам усилившихся хозяйственных связей, ни условиям, необходимым для дальнейшего развития экономики. Наступление кризиса ускорила Первая мировая война. С началом войны центральные банки государств -участников системы прекратили размен банкнот на золото и увеличили их эмиссию для покрытия военных расходов, что спровоцировало сильную инфляцию и хаос валютных отношений.

Выход был найден после окончания войны в установлении золото-девизного стандарта, основанного на золоте и ведущих валютах, конвертируемых в золото. Однако стабильность валютной системы была окончательно подорвана мировым экономическим кризисом. Великая депрессия 1929-1933 гг. ударила по одной из основных валют - доллару США, что привело к хаотическому перемещению капиталов и поражению валютными кризисами то одних, то других стран, вызывая девальвации, увеличение дефицита государственных бюджетов, отлив золота.

В период Второй мировой войны валютные ограничения ввели как воюющие, так и нейтральные страны. Замороженные официальные курсы валют практически не менялись, хотя покупательная способность денег постоянно снижалась в результате инфляции. Вновь возросла роль золота как мирового резервного и платежного средства, и военные или стратегические товары можно было приобрести только за золото. Соответственно, валютный курс утратил активную роль в экономических отношениях. Война еще больше углубила кризис Генуэзской валютной системы, разработка же проекта новой валютной системы началась уже в годы войны английскими и американскими специалистами, так как государства опасались повторения валютных кризисов 30-х годов.

Эксперты, работавшие над проектом, стремились разработать принципы валютной системы, способной обеспечить экономический рост и ограничить негативные социально-экономические последствия кризисов. Результатом этой работы стало создание в 1944 году Международного валютного фонда.

Роль Фонда в системе международных экономических отношений оценивается учеными и политиками разных стран неоднозначно. На протяжении всей своей истории МВФ играл большую роль в межгосударственном регулировании валютно-кредитных отношений. В соответствии с Бреттон-Вудским соглашением перед Фондом была поставлена задача по упорядочению валютных курсов, т.е. регулированию и поддерживанию устойчивости паритетов стран-членов (в золоте или долларах). Но деятельность Фонда нередко сопровождали крупные финансовые и политические скандалы, поэтому с учетом прошлого опыта цели и задачи Фонда менялись. И сегодня они также находятся в стадии переосмысления и реформирования.

Цель данной курсовой работы состоит в изучении эволюции Международного валютного фонда с политико-правовых позиций.

В задачи работы входит :

1. Ознакомиться с историей образования Международного валютного фонда.

2. Определить цели, функции и принципы управления МВФ как субъекта мирового экономического процесса.

3. Дать оценку деятельности МВФ в системе международных экономических отношений с политико-правовых позиций.

4. Обозначить влияние рекомендаций МВФ на ситуацию в развивающихся странах в период валютных кризисов 1970-1990-х гг.

5. Показать воздействие концепции Вашингтонского консенсуса на ход и результаты российских реформ в 90-х годах ХХ века.

6. Охарактеризовать стратегическую линию развития МВФ в XXI веке.

В работе использованы труды отечественных и зарубежных ученых и экспертов: М. Богуславского, М. Голдмана, С. Моисеева, Т. Нешатаевой, К. Семенова, А. Сидорова, И. Трахтенберга, М. Интрилигейтора, Р. Макинтайра, П. Реддавея, Дж. Стиглица и других; документы МВФ, материалы научных конференций и специализированных электронных ресурсов.

В исследованиях ученых в различных аспектах рассматриваются основные исторические этапы развития Международного валютного фонда, его стратегии в различных регионах мира, даны оценки его деятельности, а также возможные направления развития.

Глава 1. Эволюция Международного валютного фонда

1.1. Дискуссии о послевоенном мировом экономическом устройстве.
Образование Международного валютного фонда

Вторая мировая война создала условия для пересмотра глобальных экономических правил и перестройки механизмов мирового экономического регулирования, преобладавших в довоенный и межвоенный период. Созванные в 30-е годы ХХ века несколько международных конференций для рассмотрения мировых валютных проблем не увенчались успехом. Требовалось добиться сотрудничества всех стран, в невиданных ранее масштабах, для создания новой валютной системы и международного учреждения для контроля над ней.

Уже в самом начале Второй мировой войны было ясно, что Соединенные Штаты становится единственной страной, которая может реально претендовать на место лидирующей нации в послевоенном мире. Так, в январе 1940 г. в своем послании к конгрессу Рузвельт заявлял, что США будут призваны сыграть руководящую роль в момент, когда придет время восстановления всеобщего мира[1] . Помимо этого, высказывались мнения, что другие страны не имеют таких возможностей как Соединенные Штаты, поэтому основные заботы по работе над реконструкцией и будущей экономической стабилизацией будут возложены на них, как на нацию-кредитора.

Таким образом, для американского руководства приоритетной стала задача быстрого достижения лидирующих позиций в послевоенном мире. Отчетливо вырисовывалась необходимость принятия курса на новую многостороннюю схему международных экономических взаимоотношений (multilateral relations / multilateralism). Тем более, что необходимости вырабатывать теоретические основы реализации этой идеи «с нуля» не было. Они уже были сформулированы после Первой мировой войны американским президентом Вудро Вильсоном, основная идея которого заключалась в создании мира «открытых дверей», где международные отношения базировались бы на универсальной многосторонней основе. Руководство и регулирование механизмами международных отношений в рамках предполагаемого нового мирового порядка должно было осуществляться через международные организации, где были бы представлены все страны - субъекты международных отношений. Именно такая система, не получившая своего развития в 20-е гг. XX в., стала как никогда актуальной среди американской правящей элиты к концу Второй мировой войны.

Было очень важно создать такой механизм международных экономических отношений, который позволил бы не только восстановить довоенный объем международной торговли, но и перестроил бы его на новых основах. Добиться этого можно было лишь заставив крупнейшие страны-участницы «добровольно» пересмотреть эти основы и отказаться от всех экономических привилегий, которые те имели в довоенном мире[2] .

Сложность поставленной цели, однако, усугублялась тем, что в американском правительстве не было единого мнения относительно пути формирования открытых мировых экономических отношений. Дискуссия происходила вокруг основных путей и методов достижения долгосрочных и краткосрочных целей в развитии послевоенной экономики.

Существовало две основные политические группировки, каждая из которых имела собственный взгляд на то, как должна развиваться послевоенная мировая экономика. В первую и наиболее влиятельную группу входили Г. Моргентау, Г.Д. Уайт, Р. Морли и ряд чиновников администрации. Они являлись сторонниками кейнсианской модели централизованного планирования экономики, и развитие послевоенной мировой экономической системы они рассматривали через призму концепции «национального капитализма».

Вторая группа формировалась из самых влиятельных фигур госдепартамента. Ее представители - К. Хэлл, В. Клэйтон, Д. Ачесон, Дж. Форрестол - считали, что упор в послевоенной мировой экономике необходимо сделать на максимальной открытости национальных рынков и свободном доступе на них товаров всех стран, то есть на идее интернационализированной экономики или концепции «интернационального капитализма».

При этом представители обеих сторон исходили из стремления закрепить экономическое лидерство США на мировой арене, сложившееся в ходе войны. Однако они серьезно расходились в путях достижения этой цели, которые пролегали через преодоление послевоенного кризиса.

Сторонники национального капитализма были уверены в том, что необходимо ограничить послевоенную мировую торговлю достаточно высокими тарифными барьерами, создав при этом механизмы их регулирования через международные экономические организации. Эти механизмы позволили бы снижать тарифы по мере выхода стран из кризиса. Планировалось, что такими организациями должны были стать Международный валютный фонд и Международный банк реконструкции и развития. Первый должен был установить и регулировать колебания курсов валют стран-субъектов международных экономических отношений, в пределах 10%[3] , а второй контролировал бы сферу международных инвестиций и займов[4] . Автором стратегии подобного развития стал молодой экономист Г.Д. Уайт, заместитель главы казначейства США[5] .

Оформленный таким образом механизм экономического регулирования, в котором ключевые позиции отводились США, позволил бы им активно влиять на сферу международной торговли и финансов, меняя их в соответствии с изменениями обстановки на мировой экономической арене.

Программа, которую отстаивали сторонники экономического интернационализма («фритрейдеры»), основывалась на двух принципиальных моментах: на отсутствии дискриминации на мировом рынке и на одновременной ликвидации излишних протекционистских мероприятий. Глава госдепартамента Кордел Хэлл не переставал приводить аргументы в защиту низких торговых барьеров: «Перед первой мировой войной, в странах Западной Европы с самым высоким уровнем жизни, были самые низкие таможенные тарифы, и, напротив, в странах с самым низким уровнем жизни они оставались самыми высокими»[6] .

По словам У. Клэйтона и Г. Гопкинса, отсутствие дискриминации в торговле при одновременном уменьшении торговых барьеров увеличило бы масштабы мировой торговли, привело бы к повышению уровня жизни, снизило бы конкуренцию между странами и таким образом ликвидировало бы одну из главных причин, вызывающих войны[7] .

Поначалу, президент США склонялся к точке зрения госдепартамента, что нашло отражение в «Атлантической хартии», где провозглашались идеи открытой торговли, после чего имела место попытка найти компромисс между противоборствующими группами. Была создана комиссия Хансена - Винера, двух бывших президентов американской ассоциации экономистов (АЕА), которая указала на необходимость максимального использования мировых экономических возможностей и ресурсов, обеспечение максимальной занятости, наиболее эффективный обмен товарами между странами, в соответствии с принципом «сравнительных преимуществ», который наглядно продемонстрировал Д. Рикардо.

Однако рекомендации этой комиссии не были услышаны враждующими сторонами, и борьба между ними в 1942-1943 гг. приобрела ожесточенный характер. К концу 1943 г. поддержку у Рузвельта получила программа казначейства.

Свое окончательное оформление эти планы получили в статьях Бреттон Вудских соглашений 1944 г. В их рамках были созданы Международный валютный фонд (МВФ) и Международный банк реконструкции и развития (МБРР) на условиях, предлагавшихся группой Моргентау-Уайта.

Представители 44 стран (союзники в борьбе с гитлеровско-японской коалицией) в городе Бреттон-Вудс (США) составили и подписали договор о создании МВФ, который во многом отражал их страхи по поводу повторения довоенного опыта финансовой и ценовой нестабильности, безработицы и международной экономической дезинтеграции. Они надеялись создать международную денежную систему, которая бы обеспечила полную занятость и стабильность цен в послевоенное время, предоставила бы отдельным государствам возможность переживать периоды краткосрочных колебаний платежного баланса.

Все решения в МВФ и МБРР предполагалось принимать путем голосования стран-участниц. Количество голосов должно было определяться размером финансовой квоты страны в данных учреждениях. По плану Казначейства наибольшая квота предоставлялась США.

В настоящее время только узкому кругу специалистов известно о весьма сочувственном отношении в 1944-1945 гг. советских экономистов к проектам Бреттон-Вудской конференции. Один из них - И. Трахтенберг - писал в 1944 г. на страницах международного экономического журнала СССР «Мировое хозяйство и мировая политика»: «…мы заинтересованы в стабильности валюты зарубежных стран, как тех, куда мы экспортируем товары, так и тех, откуда мы товары импортируем. Мы заинтересованы в развитии мировой торговли. Всякого рода мероприятия, которые, в какой бы то ни было мере могут способствовать разрешению указанных задач, в том числе и валютные мероприятия, должны поэтому привлекать наше внимание»[8] .

Известно также и о позитивном настрое на сотрудничество с СССР со стороны президента Рузвельта и группы Моргентау-Уайта. Гарри Декстер Уайт - заместитель главы американского казначейства стремился в 1944-1945 гг. включить СССР в Бреттон-Вудскую систему МВФ и МБРР как равноправного партнера. Он полагал, что именно партнерство США с СССР, прежде всего в финансово-экономической сфере, должно было обеспечить стабильность в послевоенном мире.

Однако финансовое партнерство Рузвельта - Сталина не состоялось: в декабре 1945 г. СССР окончательно отказался ратифицировать ранее подписанные им Бреттон-Вудские соглашения по МВФ и МБРР, а с 1947 г. активно выступил против «плана Маршалла» (восстановления экономики и финансов Европы).

В целом с американской и частично английской стороны Бреттон-Вудская международная финансовая конференция виделась не частным собранием мелких банкиров, озабоченных лишь возвращением потерянных в ходе войны личных капиталов, а первым шагом к созданию глобальной финансово-политической системы, призванной закрепить победу антифашистской коалиции в послевоенном мире. И самым важным в этой системе на ее первоначальной стадии было несомненное желание Рузвельта включить в нее и СССР.

1.2. Цели, функции и принципы управления МВФ как субъекта
мирового экономического процесса

Международный валютный фонд является межправительственной валютно-кредитной организацией, имеющей статус специализированного учреждения ООН. [9] Как следует из специальной литературы, международные межгосударственные организации относятся к субъектам международного частного права. Эти организации создаются государствами для достижения определенных целей, их участниками являются государства. Среди признаков международных организаций в литературе по международному праву принято выделять следующие: учреждение организации на основе международного договора; наличие организационной структуры, правоспособности, привилегий и иммунитетов; суверенное равенство государств-участников.[10]

Все эти черты можно отметить у Международного валютного фонда.

В настоящее время Международный валютный фонд является международной организацией, состоящей из 184 стран-членов (рис.1). (см. в Приложении 1 структуру МВФ)

Рис. 1Growth in IMF Membership, 1945 – 2003 (number of countries)

Источник: Сайт Международного валютного фонда - http://www.imf.org/

Высшим руководящим органом МВФ является Совет управляющих, в котором каждая страна-член представлена управляющим и его заместителем. Чаще всего управляющие - министры финансов или руководители центральных банков, либо лица, такого же служебного положения. Совет управляющих выбирает из своего состава председателя. Этот орган решает вопросы о приеме (исключении) членов Фонда, определение и пересмотр квот.

МВФ устроен по принципу акционерного общества, т.е. возможности каждого участника определяются вложенной им долей. В 1993 г. на долю США приходилось 18,2% голосов, Великобритании – 5,1%, Германии – 5,5%, Франции – 5,1%, Италии – 3,1%, Японии – 5,6%, Канады – 2,9%. Таким образом, США и страны Западной Европы располагают возможностью практически полностью контролировать процесс принятия решения в МВФ.[11]

Фонд имеет полный статус юридического лица и, в частности, право

- вступать в договорные обязательства;

- приобретать недвижимое и движимое имущество и распоряжаться им;

- возбуждать судебное преследование.

Фонд, его имущество и активы, независимо от их местонахождения и их держателя, пользуются иммунитетом от всех форм судебного преследования, за исключением тех случаев, когда он недвусмысленно отказывается от своего иммунитета в целях того или иного разбирательства либо по условиям того или иного контракта.

Все сотрудники Фонда:

- пользуются иммунитетом от юрисдикции в отношении действий при исполнении своих официальных обязанностей, за исключением случаев, когда Фонд отказывается от такого иммунитета;

- не являясь гражданами страны пребывания, пользуются таким же иммунитетом от иммиграционных ограничений, от требований регистрации иностранцев, государственной воинской обязанности и такими же льготами в отношении валютных ограничений, которые предоставляются государствами - членами представителям, должностным лицам и служащим других государств - членов соответствующего ранга;

- имеют такой же статус в отношении перемещений, какой предоставляется государствами - членами представителям, должностным лицам и служащим других государств - членов соответствующего ранга.

Здесь следует пояснить, что природа иммунитета международной организации по-разному характеризуется в литературе. Так, с точки зрения М.М. Богуславского, в основе иммунитета международных организаций лежат те же принципы, что и в основе иммунитета государства, причем иммунитет международной организации является производным от иммунитета государств-членов.[12] По мнению же Т.Н. Нешатаевой, «принято считать, что природа иммунитетов государств и международных образований различна. Первые обладают иммунитетами в силу своего суверенного происхождения, в то время как вторые наделяются иммунитетами правовыми актами».[13]

В данном случае МВФ предоставляется иммунитет лишь в отношениях, которые соответствуют его уставным целям.

Международная организация на территории всех государств-участников обладает такой правоспособностью, которая необходима для достижения целей ее деятельности. Поэтому из факта места регистрации организации или внесения ее в реестр нельзя выводить признаки ее гражданской правосубъектности. Центральный офис Фонда находится в Вашингтоне, а его отделения в Женеве и Париже.

Основы правосубъектности организации заложены в ее уставе, конкретизируются в дополнительных соглашениях, а также во внутренних правилах в силу того, что к ним отсылают устав и дополнительное соглашение, «каждая международная организация обладает совокупностью прав, свойственных юридическому лицу…»[14] .

Со времени начала его функционирования МВФ претерпел значительные изменения, что нашло отражение в двух поправках к уставу Фонда. Первая из них, принятая в 1969, касалась введения условной денежной единицы - «специальных прав заимствования» (Special Drawing Rights (SDR)). Однако гораздо большее значение имела поправка 1978 года, которая оформила долгосрочные изменения в политике, деятельности и даже организационной структуре Фонда.

В соответствии с положениями первоначального Устава, каждый член МВФ принимал на себя обязательства сотрудничать с Фондом в деле поддержания стабильности валютных курсов и предотвращения конкурентных девальваций. Стоимость валют выражалась в золоте. Государства-члены, намеренные изменить стоимость своих валют, должны были предварительно проконсультироваться с МВФ. В 1978 официальная «привязка» валютных курсов к золоту была отменена, было снято и требование об обязательных консультациях по поводу изменения валютных курсов. В результате страны получили свободу выбора собственного валютного режима: теперь они могли установить режим свободного или управляемого «плавающего» курса национальной валюты, «привязать» курс этой валюты к какой-либо другой валюте или «корзине» валют, заключать соглашения о сотрудничестве в валютной сфере с другими странами и т.д.

Согласно основных положений довольно обширного основного документа МВФ - Статей Соглашения Международного валютного фонда, принятых 22 июля 1944 года в Бреттон - Вудсе, штат Нью - Хэмпшир (США), на Валютно-финансовой конференции Объединенных наций[15] , официальными целями МВФ являются (см. Статью 1)[16] :

- Способствовать развитию международного сотрудничества в валютно-финансовой сфере в рамках постоянного учреждения, обеспечивающего механизм для консультаций и совместной работы над международными валютно - финансовыми проблемами.

- Способствовать процессу расширения и сбалансированного роста международной торговли и за счет этого добиваться достижения и поддержания высокого уровня занятости и реальных доходов, а также развития производственных ресурсов всех государств - членов, рассматривая эти действия как первоочередные задачи экономической политики.

- Содействовать стабильности валют, поддерживать упорядоченный валютный режим среди государств - членов и избегать использования девальвации валют в целях получения преимущества в конкуренции.

- Оказывать помощь в создании многосторонней системы расчетов по текущим операциям между государствами - членами, а также в устранении валютных ограничений, препятствующих росту мировой торговли.

- За счет временного предоставления общих ресурсов Фонда государствам - членам при соблюдении адекватных гарантий создавать у них состояние уверенности, обеспечивая тем самым возможность исправления диспропорций в их платежных балансах без использования мер, которые могут нанести ущерб благосостоянию на национальном или международном уровне.

- В соответствии с вышеизложенным - сокращать продолжительность нарушений равновесия внешних платежных балансов государств - членов, а также уменьшать масштабы этих нарушений.

Первоначальными государствами - членами Фонда являются страны, представленные на Валютно-финансовой конференции Объединенных наций, правительства которых принимают членство до 31 декабря 1945 года.

Другие страны имеют право на вступление в число членов Фонда в такое время и на таких условиях, какие могут быть предписаны Советом управляющих. Указанные условия, включая условия выплаты взносов в Фонд, базируются на принципах, не противоречащих тем, которые применяются в отношении государств, уже являющихся членами.

Квоты государств - членов, представленных на Валютно-финансовой конференции Объединенных наций и принимающих членство до 31 декабря 1945 года, перечислены в Дополнении A к Статьям Соглашения Международного валютного фонда. Квоты прочих государств - членов определяются Советом управляющих.

Статья IV гласит: «Признавая, что важнейшая цель международной валютно-финансовой системы заключается в том, чтобы служить структурной основой, способствующей обмену товарами и услугами и движению капитала между странами и поддерживающей устойчивый экономический рост, а также что одной из основных задач является непрерывное совершенствование упорядоченных базисных условий, необходимых для финансовой и экономической стабильности, каждое государство - член обязуется сотрудничать с Фондом и другими государствами - членами в обеспечении упорядоченности валютных режимов и в содействии стабильности системы обменных курсов. В частности, каждое государство - член:

- прилагает усилия, чтобы направить свою экономическую и финансовую политику на стимулирование упорядоченного экономического роста в условиях разумной стабильности цен, с учетом существующих обстоятельств;

- стремится содействовать стабильности за счет усилий, направленных на поддержку упорядоченных базисных экономических и финансовых условий, а также такой денежно - кредитной системы, которая не ведет к возникновению непредсказуемых сбоев;

- избегает манипулирования обменными курсами или международной валютной системой в целях предотвращения действенной стабилизации платежного баланса или для получения несправедливого преимущества в конкуренции с другими государствами - членами;

- проводит валютную политику, не противоречащую обязательствам по настоящему разделу.»

Каждое государство - член предоставляет Фонду всю необходимую для такого надзора информацию и, по требованию Фонда, проводит консультации с последним по вопросам своей политики в области обменных курсов. Принципы, принимаемые Фондом, не противоречат режиму сотрудничества, на основе которого государства - члены поддерживают стоимость своих валют по отношению к стоимости валюты или валют других государств - членов, а также другим валютным режимам, выбираемым государствами - членами и не противоречащим целям Фонда.

Согласно Статьи XXVI, любое государство - член имеет право в любой момент выйти из Фонда, направив Фонду, в его штаб - квартиру, письменное уведомление. Государство - член выходит из Фонда с даты получения последним указанного уведомления.

Если государство - член не выполняет какие-либо из своих обязательств по настоящему Соглашению, Фонд может объявить такое государство - член лишенным права пользования общими ресурсами Фонда.

Завершая первую главу, следует подчеркнуть, что МВФ в понимании творцов послевоенной мировой экономики представлял собой регулирование таможенных тарифов и других торговых барьеров таким образом, чтобы условия выхода стран на международный рынок были равными, и, при этом, не отдавалось бы предпочтение движению товаров и капиталов одних стран в ущерб другим. В результате должны были достигаться равные экономические возможности для всех стран. Однако, с самого основания Фонда было очевидно, что наибольшим влиянием на политику МВФ будут оказывать США и страны Западной Европы, что, в принципе, ставит страны - членов МВФ в неравные позиции по отношению друг к другу на международном рынке капиталов. Не подвергая сомнению в целом саму идею создания данного международного института, в чьи задачи входит конструктивное решение валютных проблем и налаживание экономического сотрудничества между странами, следует признать, что МВФ оказывал серьезное воздействие на внутреннюю денежно-кредитную политику некоторых государств-членов. В ряде случаев такое вмешательство привело к возникновению в этих странах серьезных финансовых кризисов, прежде всего к обесценению национальных валют. Рассмотрим далее, как оценивают деятельность МВФ в развивающихся странах ведущие западные экономисты.

Глава 2. Оценка деятельности МВФ в системе международных
экономических отношений с политико-правовых позиций

2.1. Анализ влияния рекомендаций МВФ на ситуацию в развивающихся странах в период валютных кризисов 1970-1990-х гг.

Проблема валютных кризисов является едва ли не самой актуальной на современном этапе развития международных экономических отношений. Согласно распространенной классификации, предложенной американским экспертом М. Бордо, финансовые кризисы могут быть сгруппированы по трем категориям: банковский, долговой и валютный кризис. Во многих случаях эти кризисы переплетаются между собой. Кроме того, один тип кризиса может запустить другой.[17]

По определению МВФ валютный кризис случается тогда, когда «спекулятивная атака на валютный курс приводит к девальвации (или резкому обесценению) валюты либо заставляет власти для защиты валюты значительно расходовать иностранные резервы или резко поднимать процентные ставки».[18]

Исходная концепция Международного валютного фонда основывалась на признании того, что рыночный механизм часто не срабатывает. Он не в состоянии сам по себе обеспечить финансовые средства, необходимые для восстановления экономики. Исходя из этого, Фонд придерживался принципа, согласно которому экономическая стабильность требует коллективных действий на глобальном уровне. Предполагалось, что он станет чем-то вроде ООН, но в сфере экономики. Отсюда и сложная система голосования, в основе которой лежит преимущественно соотношение экономической мощи стран, сложившееся в конце Второй мировой войны.

Эксперты МВФ подсчитали, что с 1975-1997 гг. в мире наблюдалось 158 эпизодов значительного спекулятивного давления на валютном рынке, 55 из которых закончились валютными крахами.[19]

Оценивая деятельность МВФ, его влияние на развивающиеся страны и протекание в этих странах валютных кризисов, следует ссылаться на авторитетные мнения, прежде всего на автора многочисленных работ по экономике общественного сектора и кредитно-денежной политике, лауреата Нобелевской премии 2001 г. по экономике - Джозефа Стиглица, который, в частности, пишет: «Вопреки тому, что наше понимание экономических процессов за последние пятьдесят лет заметно углубилось, и, несмотря на усилия МВФ, в последнюю четверть века кризисы в нашем мире участились и (за исключением Великой депрессии) стали глубже. По некоторым оценкам, почти 100 стран испытали кризисы. Но что еще хуже, многие политические мероприятия МВФ, в частности, преждевременная либерализация движения капитала, внесли свой вклад в усиление глобальной нестабильности»[20] .

Серьезный недостатком МВФ, по мнению Дж. Стиглица, является отсутствие должного уровня прозрачности при осуществлении финансовых сделок. Преобладающий в нем культ секретности настолько силен, что МВФ держал свои переговоры и некоторые соглашения в тайне даже от сотрудников МБРР, участвовавших в совместных миссиях.[21]

Но главная причина катастрофического провала усилий, направленных на стабилизацию экономической ситуации в мире, - полагает Стиглиц, - порочность самой модели Вашингтонского консенсуса: приватизация, рыночная либерализация и фискальная экономия, на основе которых международные финансовые институты, и, прежде всего МВФ, выдавали свои рекомендации в 80-х и 90-х годах.

Следует отметить, что Вашингтонский консенсус был выработан, наряду с прочими факторами, в качестве ответа на реальные проблемы стран Латинской Америки и имел определенный смысл. В 80-х годах государственные бюджеты этих стран зачастую имели огромные дефициты. Этим дефицитам способствовали убытки государственных предприятий. Защищенные от конкуренции протекционистскими мерами неэффективные частные фирмы вынуждали потребителей платить высокие цены. Безответственная кредитно-денежная политика привела к тому, что инфляция вышла из-под контроля. Соответственно, был необходим определенный уровень финансовой дисциплины.

Таким образом, сосредоточение внимания на борьбе с инфляцией - главной болезни стран Латинской Америки, выступавшей фоном для Вашингтонского консенсуса, - обусловило проведение макроэкономической политики, не способствовавшей долгосрочному экономическому росту и отвлекавшей от других важных источников макроэкономической нестабильности, а именно, слабости финансового сектора. В более широком смысле можно сказать, что, делая акцент на либерализации торговли, дерегуляции и приватизации, политические деятели игнорировали другие важные составляющие, необходимые для создания эффективного рыночного хозяйства, и, прежде всего конкуренцию.

Государству следовало сконцентрировать свои усилия на предоставлении основных жизнеобеспечивающих общественных услуг вместо того, чтобы поддерживать предприятия, которые лучше бы работали в частном секторе. Необходима была также такая либерализация торговли, включающая снижение тарифов и отмену других протекционистских мер, при которой бы ликвидировались неэффективные и создавались новые эффективные рабочие места.

Проблема, однако, заключалась в том, что в трактовке МВФ эти преимущественно политические стратегии стали своего рода самоцелью, а не средством достижения устойчивого экономического роста, сопровождаемого более справедливым распределением. При этом применение таких стратегий выходило далеко за пределы разумного и, одновременно, устранялись другие, абсолютно необходимые стратегии.[22]

Критика модели МВФ со стороны западных экономистов началась в начале 90-х годов ХХ века. Вот что по поводу МВФ сказала, например, в 1991 г. в своей нобелевской речи Сюзан Джордж: «Модель… пошла на пользу западным банкам… С 1982 по 1990 гг. только в виде процентов от третьего мира ими получено более $700 млрд., что сделало безнадежным положение почти всех стран, где она применялась. Цены взвиваются в небеса, когда люди не могут платить, магазины, вследствие либерализации импорта, полны товарами, которые некому покупать. Программы подрывают возможности развития национального производства. Вывод - политика провалилась, привела к росту нищеты, развалу экономики и антиэмвээфовским бунтам в 12 странах. В то же время авторы этой политики у себя дома, и их совесть ничем не омрачена[23] .

Примечательно, что рекомендации МВФ практически не использовались в «чистом» виде в западных странах после Второй мировой войны. «Немецкое экономическое чудо, - пишет Л. Эрхард, - состоялось без сплошной либерализации, без полной приватизации промышленности, в условиях множества внешнеторговых ограничений»[24] . О непричастности МВФ к делам западноевропейским также высказался в середине 90-х председатель Европейской экономической комиссии ООН П. Раймент: «Предлагаемая (МВФ) модель капитализма не имеет ничего общего с тем, что практиковалось в Западной Европе и в других демократических странах с рыночной экономикой. Там главным являлся градуализм, а скоропалительные, или шоковые мероприятия - редкое исключение»[25] .

Что же касается экономических успехов Соединенных Штатов, то их также нельзя приписывать Международному валютному фонду. Во второй главе Экономического доклада Президента США (1997 г.), в частности, говорится: «Доклады ряда международных институтов, использующих чрезмерно упрощенные модели американской экономики, рекомендовали ужесточение денежно-кредитной политики. Если бы этим советам последовали, то не удалось бы достичь значительного экономического роста…»[26] .

Авторитетный политик Генри Кисинжер заявил однажды, что «деятельность МВФ провоцирует падение правительств и обостряет социальную напряженность в ряде стран мира. Стратегия МВФ становится источником внутренних трудностей, и это ведет к тому, что страны отдаляются от Запада»[27] .

Особенно ярко негативные последствия рекомендаций МВФ проявились в экономике России.

2.2. Концепция Вашингтонского консенсуса и опыт российских реформ

Экономическая реформа в России, как и в других постсоциалистических странах, судьбы переходной экономики привлекли внимание широкого круга западных политиков и экономистов, представляющих различные теоретические школы и направления. В их работах анализ путей и проблем, успехов и неудач российских экономических реформ последнего десятилетия дан с различных, подчас противоположных теоретических позиций, а оценки и рекомендации нередко носят противоречивый характер. Вместе с тем, со стороны наиболее авторитетных экономистов преобладают в основном негативные оценки (Интрилигейтор, Ослунд, Поумер, Реддавей, Самсон, Стиглиц, Тэйлор, и другие).

Напомним некоторые существенные моменты из эволюции взаимоотношений современной России и МВФ. Последние годы СССР были, по мнению английских авторов Н. Гоулд-Дэйвиса и Н.Вудс, отмечены политической либерализацией и лишь поиском путей экономической реформы. Между тем, финансовые долги СССР быстро росли. В 1988 году начались дискуссии в руководстве СССР по поводу вступления в МВФ. В октябре 1991 года Россия получила статус «ассоциированного члена», а в июне 1992 года полноправного члена МВФ. На этом этапе помощь СССР-России выражалась в «техническом содействии» и не предполагала передачу денег[28] .

Первое соглашение о помощи в размере 1 млрд. долл. было подписано М. Комдессю и правительством Е. Гайдара в начале июля 1992. Но этот транш не был использован полностью. В июне 1993 года МВФ предложил второй кредит России - 3 млрд. долл. в рамках созданного направления - «Помощи системным преобразованиям» (System Transformation Facility - STF). Этот кредит STF не сопровождался жесткими условиями, он был направлен на помощь странам, «переходящим от системы торговли, регулируемой государством, к рынку», и лишь требовал, чтобы получатели денег МВФ не вводили ограничений торговли. Однако 19 сентября 1993 года МВФ приостановил передачу денег РФ из-за того, что правительство России не смогло сдержать инфляцию и провести сокращение бюджетных затрат. Упомянутые выше английские специалисты Н. Гоулд-Дэйвиса и Н. Вудс заметили совпадение по времени замораживания транша МВФ и решение президента Ельцина распустить Съезд народных депутатов и изменить Конституцию[29] .

В 1994 году переговоры с МВФ были заморожены. Но в 1995 году из-за крайне нестабильной ситуации в России переговоры были продолжены. Стабилизационный кредит в 6,8 млрд. стал в апреле 1995 года первым проявлением новых связей с МВФ. Несмотря на развитие «олигархического капитализма» в России в МВФ в целом были довольны реформами и в марте 1996 года Россия вновь получила больший кредит - 10,2 млрд. из Фонда долгосрочных условных заимствований (Extetnded Fund Facility).

Некоторые наблюдатели, например, М. Эллман и Р. Скарренборг отмечают, что перевод денег сопровождался большими злоупотреблениями, и две трети их не дошли до адресатов даже на бумаге. Они рассказывают и о том, что Мировой банк перевел жертвам войны в Чечне 30 млн. долл., «но ни одна жертва никакой компенсации не получила».[30]

Согласно весьма распространенной точке зрения сущность реформы сводится к преобразованию централизованной плановой экономики в рыночную с помощью известной «триады»: либерализация, макроэкономическая стабилизация и приватизация.[31] Именно эта программа, предложенная западными экономистами и международными кредитными организациями (Вашингтонский консенсус), явившаяся, по определению американских специалистов, крайней формой неолиберализма, была практически взята на вооружение правительством Е. Гайдара.

Спустя несколько лет в целом ряде работ и докладов «монетаристская догма» и рекомендации МВФ стали подвергаться критике. Уже весной 1994 г. по инициативе американской стороны была создана группа из 15 человек, включающая Нобелевских лауреатов: Лоуренса Кляйна, Василия Леонтьева, Джеймса Тобина, Кеннета Эрроу. В сделанном группой заявлении говорилось о «необходимости внесения коренных изменений в стратегию российских реформ»[32] . Дж. Сакс, который в начале 90-х был советником по реформам у руководителей России, вынужден был признать: «Мы положили больного на операционный стол, разрезали грудную клетку, но у клиента обнаружилось совершенно иное анатомическое строение»[33] . Эксперты констатировали, что «шоковая терапия» была чрезмерно инфляционной, вызвала стагнацию, коллапс производства, деиндустриализацию значительной части региона[34] . Мильтон Фридмен, Нобелевский лауреат и создатель монетаристской теории при встрече с реформаторами в Москве отрицал допустимость применения модели МВФ в России и высказался примерно в таком духе: если дело обстоит иначе, я не монетарист[35] .

Даже умеренные оппоненты проводимой стратегии и тактики реформ отмечали, что «в Россию пришел грубый, необузданный» вариант капитализма, который «без введения какого-либо контроля и сдерживания в виде конкуренции и государственного регулирования отнюдь не лучше старой централизованной плановой системы»[36] .

Выбор в качестве модели крайней, примитивной формы рыночной экономики так и не заложил фундамент для перехода к современной капиталистической экономике.[37]

П. Реддавей считает, что крупномасштабная приватизация была осуществлена методами, которые, если не в теории, то на практике, игнорировали социальную справедливость. В результате значительная часть активов по дешевке была приобретена директорами бывших государственных предприятий, а также предпринимателями, вышедшими из теневой экономики и имевшими тесные связи с коррумпированной верхушкой. Особенно важными оказались события 1995 г., когда с помощью схемы кредитов под залог акций финансовым олигархам была дана возможность присвоить важнейшие государственные активы при минимальных или нулевых затратах.[38]

Указывалось также на непоследовательность реформ и отсутствие четких гарантий и условий реализации прав собственности, необходимость реформирования банковского сектора, пенсионной системы, создания действенного фондового рынка. Не были созданы предварительные условия для успешной приватизации, в том числе условия деловой (предпринимательской) культуры в стране[39] .

Самое главное, что непродуманная (а может быть именно так и задуманная – прим. авт.) приватизация передала имущество по сути процветающей страны в руки коррумпированной политически мощной элиты.[40] Эту точку зрения разделяют многие другие зарубежные аналитики.

Финансовый кризис, разразившийся осенью 1998 года, поставил под серьезные сомнения действия МВФ в России. Начались дискуссии о реструктуризации МВФ. По мнению Дж. Стиглица, десятилетие переходного периода показало несостоятельность не только тех, кто консультировал Россию, но и самой неоклассической модели экономики.[41]

Согласно Стиглицу, набор необходимых инструментов и целей развития значительно шире того, что предлагалось Вашингтонским консенсусом. Целями развития являются повышение уровня жизни, в том числе улучшение систем здравоохранения и образования, сохранение природных ресурсов и окружающей среды, развитие демократии и участия в процессе принятия решений[42] .

Таким образом, монетаристская стратегия, навязанная России МВФ, фактически привела к краху национальной экономики. В общественное сознание внедрялась мысль, что малейший шаг по линии эмиссии чреват гиперинфляцией. Вполне естественно, что в стране, пережившей гиперинфляцию, такие «рекомендации» ложились на благодатную почву. В итоге экономика рушилась от безденежья, импорт заполонял торгово-экономическое пространство. Когда же после 1998 г. Россия освободилась от монетарной доктрины, стали восполнять нехватку денег, в том числе и за счет эмиссии.

Отсюда возникает закономерный вопрос: действительно ли МВФ по отношению к России и другим развивающимся странам была так беспристрастна - как ей положено по статусу? Дж. Сакс - многолетний включенный наблюдатель деяний Фонда, высказался примерно так: «Откровенно говоря, МВФ слишком заботится об интересах Уолл-стрит»[43] .

По мнению М. Голдмана, вместо быстрой ваучерной приватизации следовало направить усилия на стимулирование создания новых предприятий и формирование рынка с соответствующей инфраструктурой, отличающейся прозрачностью, наличием правил игры, нужных специалистов и хозяйственного законодательства[44] .

В стране необходимо было создавать предпринимательский климат, стимулировать развитие мелкого и среднего бизнеса, устранить бюрократические преграды. Следовало (как например, в Польше или Китае) всячески содействовать формированию сектора новых предприятий, стимулировать частных предпринимателей, розничных и оптовых торговцев, фермеров, использовать все возможности для увеличения количества частных семейных ферм и малых предприятий, считает М. Голдман[45] .

Все это требует совершенствования и упрощения регулирования, лицензирования, налоговой системы, обеспечения доступного кредита, создания сети по поддержке малого предпринимательства, программ обучения, инкубаторов бизнеса и т.п.[46]

Из всех ошибок МВФ, отмечает Стиглиц, наиболее трудно постижимой представляется его неспособность осознать взаимное влияние, которое оказывали друг на друга мероприятия, проводимые в разных странах. Ограничительная экономическая политика, осуществлявшаяся в одной стране, не только ввергала в депрессию ее саму, но и оказывала негативное воздействие на ее соседей. Продолжая выступать за такую политику, МВФ «усугублял распространение спада и заражал им одну страну за другой»[47] .

Уязвимость концепции МВФ, основанной на рекомендациях Вашингтонского консенсуса, определялась в значительной степени и тем, что ею игнорировалась необходимость глубокой трансформации российского общества в качестве предпосылки успешности намечаемых экономических преобразований. В частности, для успешного развития необходимо пристальное внимание к социальной стабильности. Отсутствие такого внимания является убедительным признаком не только плохой социальной, но и плохой экономической политики тех должностных лиц, которые принимали важнейшие решения и определяли основные направления реформ.

В настоящее время мало у кого из ведущих экономистов в России и за рубежом остаются сомнения в том, что российская экономика стала жертвой некомпетентности экспертов МВФ, российского правительства и/или намеренных действий со стороны олигархических групп и международных финансовых спекулянтов (оценки вклада каждого фактора у исследователей различны). Кроме того, структурно деформированная экономика, унаследованная Россией от бывшего СССР, просто не могла сразу заработать по правилам рынка.

В наши дни условия вхождения России в мировой рынок достаточно жестко детерминированы ее сырьевой специализацией и периферийным положением по отношению к международным финансовым рынкам[48] . Последнее означает на практике низкую доступность финансовых ресурсов и неизбежность их массового вывоза за границу.

За последние 15 лет серьезно пострадала и репутация Фонда. Поэтому с 2000 года наблюдается тенденция снижения вмешательства Фонда во внутренние дела России и других стран. МВФ пытается определить свое место в современной системе международных экономических отношений и направляет свои усилия на предотвращение мирового финансового кризиса, угроза которого становится все более отчетлива на фоне роста мировых цен на энергоресурсы.

Глава 3. Стратегическая линия развития МВФ в XXI веке

Основными тенденциями развития мировых финансовых рынков аналитики МВФ считают: процентные ставки, резкое падение доллара и терроризм. Из-за удерживания ФРС США рекордно низких процентных ставок инвесторы стали сильно рисковать, они ищут недооцененные активы, в результате чего могут появиться чудовищные финансовые пузыри. Причиной обвала доллара может стать требование инвесторов оплатить им риск владения американской валютой, что, в свою очередь, может быть спровоцировано терроризмом.

Однако в реальности угроза международного терроризма для мирового рынка капиталов не столь высока. Риск учетных ставок и их повышения в США имеет под собой другую основу - США вложили большое количество средств в неокупаемый проект сектора высоких технологий, поскольку достаточного спроса мировая экономика на такие продукты не предъявляет. Это легло серьезной нагрузкой на финансовую систему США.

Назревает серьезный финансовый кризис, выйти из которого можно только одним путем - глобальной реформой системы международных финансов. О чем идет речь? В условиях глобальных рынков может быть только одна резервная валюта. Если их несколько, возникает тот же эффект, который часто возникает в большинстве стран мира: если есть две валюты, слабая всегда гибнет под напором сильной, и это рождает инфляцию. Возникло две таких резервных валюты, как минимум, доллар и евро. Близки к этим позициям йена и юань, возможно появление других мировых валют, например, рубля. В этой ситуации одна из валют неизбежно должна «обвалиться». Сохраниться они могут лишь в том случае, если человечество вернется в мир локальных валютных зон, как было в Британской колониальной империи, Французской, Российской, Германской и колониальной империи США. Неизбежным итогом таких отношений являются войны за передел мира.

Таким образом, перед МВФ стоит сверхзадача - предотвратить глобальный финансовый кризис, в результате которого наибольший удар может принять на себя доллар.

А вероятность такого кризиса - более чем реальна. Хотя бы потому, что государственные долговые обязательства США, объем которых превысил пять триллионов долларов, составляют основу валютных резервов центральных банков большинства стран, являются главным инвестиционным активом крупнейших паевых и пенсионных фондов, страховых компаний.

Однако превращение американских казначейских облигаций в груды бумаги - не самое тяжелое испытание, которое предстоит выдержать мировой экономике. Удар будет нанесен по всей сложившейся системе хозяйствования. Прежде всего, пострадает мировая торговля: большинство расчетов ведется в американской валюте, замену которой искать придется в пожарном порядке. Кроме того, американцы - главные в мире потребители, и экономика многих стран ориентирована на экспорт продукции в США. Основной экспортный товар американцев - доллар. Дав миру в пользование практически безальтернативное мерило материальных ценностей, США извлекают из этого неплохие дивиденды, позволяя себе и бюджетный дефицит, и отрицательное сальдо внешнеторгового баланса. Любая другая страна выпускаетв обращение то количество национальной валюты, которое необходимо для ее собственной экономики, а США обеспечивают экономику не только национальную, но и мировую. Однако подобная система может существовать лишь при условии, что мерило это как минимум стабильно. В противном случае использовать его для международных расчетов неудобно, а для вложения денег - разорительно. Массовый исход инвесторов и может привести к краху. Поэтому эксперты МВФ призывают США сбалансировать бюджет и предпринять шаги для укрепления доллара (вплоть до валютных интервенций).[49]

После финансовых кризисов 90-х годов МВФ активно участвует в создании новой международной финансовой архитектуры. При этом можно отметить прогресс в таких областях, как повышение открытости информации, совершенствование стандартов и усиление контрольной роли Фонда, расширение кооперации Фонда с другими международными организациями. Вместе с тем, по-прежнему не решен ряд следующих ключевых вопросов, непосредственно затрагивающих интересы России:

- обеспечение своевременности и достоверности финансовой информации;

- методы укрепления финансовых систем;

- контроль за движением капитала и деятельностью оффшорных зон;

- выбор режима валютных курсов;

- вовлечение частного сектора в предотвращение и урегулирование кризисов.

В настоящее время формирование новой международной финансовой архитектуры вступило в стадию практической реализации. При этом необходимо отметить заметный прогресс в ряде областей: в области повышения открытости информации, улучшения стандартов и повышении контрольной роли Фонда. Активизировалась деятельность по укреплению банковско-финансового сектора, улучшилось сотрудничество в этой области между МВФ и другими МФО в рамках Комитета по сотрудничеству в области финансового сектора (Financial Sector Liaison Committee, или FSLC).

В сотрудничестве с рядом институтов МВФ занимается тестированием «системы раннего предупреждения» кризисов для развивающихся стран и стран с переходной экономикой, ведется разработка системы более точной оценки адекватности валютных резервов.

Специалисты Фонда пришли к выводу, что введение контроля за движением капитала не может заменить правильную макроэкономическую политику, хотя и позволяет выиграть время, необходимое для принятия антикризисных мер. При этом эффективность таких мер серьезно различается в разных странах в зависимости от режима валютных курсов, степени развития финансовых рынков, качества режима регулирования и административных возможностей властей по обеспечению выполнения принятых решений. Вместе с тем, страны, испытывающие серьезные макроэкономические трудности без перспектив исправления ситуации в обозримом будущем не могут приостановить отток капитала с помощью введения ограничений. В ряде случаев введение контроля уменьшало непосредственное давление на правительства, тормозило проведение реформ и приводило к усилению трудностей в других странах.

Таким образом, можно сказать, что стратегия МВФ в наши дни меняется и приобретает более взвешенный характер, учитывая интересы не только стран с развитой экономикой, но и развивающихся стран.

Заключение

Наш анализ показал, что Международный валютный фонд прошел сложный путь развития. Его появление как международного института было связано с необходимостью упорядочивания открытых мировых экономических отношений между государствами, создания международной денежной системы, которая бы обеспечила полную занятость и стабильность цен в послевоенное время, предоставила бы отдельным государствам возможность переживать периоды краткосрочных колебаний платежного баланса.

Однако далеко не всегда деятельность МВФ шла на пользу отдельным странам-членам Фонда. Результаты макроэкономических реформ в России и других странах с переходной экономикой не совпали с предсказаниями, которые делались в процессе составления программ и рекомендаций экспертов МВФ. Эти рекомендации подверглись критическому пересмотру и, в конечном счете, поставили под сомнение всю совокупность рекомендаций и требований Вашингтонского консенсуса.

Ситуация, сложившаяся в 90-х годах в России, позволяет сделать вывод, что свободное ценообразование, в целом осуществленное к 1997 г. и строгая бюджетная политика не являются мерами, достаточными для того, чтобы деньги стали унифицированным элементом системы обращения. Этот факт требует глубокого переосмысления всех «за» и «против» рассуждений об обязательности сокращения бюджетных расходов. Необходимо также отказаться от взгляда на денежную стоимость как причину дефицита и воспринимать ее лишь как один из факторов в системе рыночных отношений: только тогда можно будет адекватно оценивать экономические реалии.

Таким образом, подход МВФ к регулированию денежно-кредитной политики некоторых стран оптимальным признать никак нельзя. Для обеспечения работы рынков нужно нечто большее, чем только низкая инфляция; для этого требуются: действенное финансовое регулирование; политика, направленная на поддержание конкуренции; меры по стимулированию передачи технологий и усилению «прозрачности» рынков.

Многие проблемы, связанные с неадекватной реакцией Фонда на кризис, отсутствием эффективных рекомендаций по его урегулированию, явились следствием политизации и чрезмерной идеологизации МВФ. В политике МВФ акцент был смещен с поддержания стабильности мировой финансовой системы на приспособление ее к либеральной макроэкономической концепции.

МВФ не вправе глубоко вмешиваться во внутренние дела стран-членов, за исключением кризисных периодов, когда страна-член обращается к МВФ за содействием. Он вправе направлять специалистов и проводить консультации, но у него нет ни мандата, ни инструментов для вмешательства в обычное время. Его задача - управление кризисом, а не предупреждение кризиса.

Еще одна ключевая задача МВФ – разработать такой механизм регулирования, который максимально снижал бы финансовые риски на мировых валютных рынках. Что же касается вмешательства Фонда во внутренние дела государств – это недопустимо, поскольку, во-первых, это противоречит международному праву, а во-вторых, в силу того, что документами Фонда не предусмотрен механизм его ответственности за те рекомендации, в результате которых страна-член Фонда понесла значительные финансовые и социальные потери.

Список литературы

1. Богуславский М. М. Практика применения принципа иммунитета государства и проблема законодательного регулирования // Международное частное право: современная практика: Сб. ст. / Под ред. М. М Богуславского и А. Г. Светланова. М., 2000.

2. Будс Р. Б. Бреттон Вудская конференция объединенных наций в 1944 г. (К истории создания Международного валютного фонда и Международного банка реконструкции и развития) // Новая и новейшая история, 1992. № 2.

3. «Вопросы экономики». 1998. № 8.

4. Герчикова И. Международные экономические организации. – М., 2000.

5. Голдман М.А. Приватизация в России: можно ли исправить допущенные ошибки? // Проблемы теории и практики управления. - 2000. - № 4.

6. Голдман М.А. Что нужно для создания в России нормальной рыночной экономики // Проблемы теории и практики управления. - 1998. - № 2.

7. Доклад о работе 1 Сессии специальной рабочей группы по сравнительному анализу опыта в области приватизации / Конф. ООН по торговле и развитию, Женева. - НьюЙорк: ООН, 1993.

8. Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. Г. В. Игнатенко, О. И. Тиунов. М., 1999.

9. Международное публичное право: Учебник/ Под ред. К. А. Бекяшева. М.,1998.

10. «Мировая экономика и международные отношения». 1996. № 5.

11. Моисеев С.Р. Международные валютно-кредитные отношения: Учеб. пос. – М.: Изд-во «Дело и сервис», 2003. – 576 с.

12. «Независимая газета» от 9.02.1999 г.

13. Нешатаева Т. Н. О судебных иммунитетах // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1999. № 9.

14. «Новое время». 1995. № 28.

15. Ослунд А. Россия: Рождение рыночной экономики. - М.: Республика, 1996. - 430 с.

16. Поумер М. К пониманию переходной экономики // Экономическая наука современной России. - 1999. - № 2.

17. «Проблемы прогнозирования». 1994. № 4.

18. Реддавей П. Корни и последствия российского кризиса // Проблемы теории и практики управления. - М., 1999. - № 2.

19. Реформы глазами американских и российских ученых, С. 118.

20. Сайт Международного валютного фонда - http://www.imf.org/.

21. Еженедельник «Итоги» 2000. 17 октября.

22. Семенов К.А. Международные экономические отношения: Учебник для вузов. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. – 544 с.

23. Сидоров А. А. Трудный путь в Бреттон Вудс: Соединенные Штаты и создание международной валютной системы. // США и внешний мир. Материалы IV научнойконференцииассоциацииизученияСША. М., 1997.

24. Стиглиц Дж. Глобализация: тревожные тенденции. /Предисловие Г.Ю. Семигина Национальный общественно-научный фонд. М.: Изд. "Мысль", 2003. 302 с.

25. Стиглиц Дж. Куда ведут реформы? // Вопросы экономики. - 1999. - № 7.

26. Стиглиц Дж. Многообразнее инструменты, шире цели: Движение к «постВашингтонскому консенсусу» // Вопросы экономики. - М., 1998, № 8.

27. Стиглиц Дж., Эллерман Д. Мосты через пропасть: макро- и микростратегии для России // Проблемы теории и практики управления. - 2000. - № 4.

28. Трахтенберг И. Проекты международных валютных соглашений // Мировое хозяйство и международная политика. 1944. № 1.

29. Фридмен М. Четыре шага к свободе. // «Независимая газета» от 4.12.1998 г.

30. Эрхард Л. Цель - рыночное хозяйство. - М., 1995.

31. Эффективная стратегия переходного периода: уроки экономической теории обновления: (Докл. амер. экспертов) / Эмсден Э., Интрилигейтор М., Макинтайр Р., Тэйлор Л. // Проблемы теории и практики управления - М., 1996. - N 2, N 3.

32. Akira Uegaki. Russia in World Capitalist Economy // Abstracts of the VI ICCEES World Congress, Tam-pere, Finland, 29 July - 3 August 2000. С.444.

33. Eckes A. A. A Search for Solvency. London, 1977. Р.44.

34. Ellman M., Scharrenborg R. The Russian Financial Panic and the IMF // Problems of Post-Communism. 1998. Vol. 45. # 5. P.20.

35. Fossedal G. A. Our Finest Hour: Will Clayton, the Marshall Plan, and the Triumph of Democracy. Stanford, 1993. P. 141.

36. Gardner R. Sterling-Dollar Diplomacy in Current Perspective. New York, 1980. P. 13-14.

37. Gould-Davis N., Woods N. Russia and the IMF // International Affairs. 1999. Vol.75. # 1. P.3-4.

38. http://supernew.ej.ru/102/russia/dollar/index.html.

39. The Bretton Woods Proposals. Washington, 1945. P. 21.

Приложение 1

Источник: Материалы сайта Международного валютного фонда - http://www.imf.org/.


[1] Сидоров А. А. Трудный путь в Бреттон Вудс: Соединенные Штаты и создание международной валютной системы. // США и внешний мир. Материалы IV научной конференции ассоциации изучения США. М., 1997. С. 36.

[2] Gardner R. Sterling-Dollar Diplomacy in Current Perspective. New York, 1980. P. 13-14.

[3] The Bretton Woods Proposals. Washington, 1945. P. 21.

[4] Ibid. P. 34-37.

[5] Eckes A. A. A Search for Solvency. London, 1977. Р.44.

[6] Fossedal G. A. Our Finest Hour: Will Clayton, the Marshall Plan, and the Triumph of Democracy. Stanford, 1993. P. 141.

[7] Будс Р. Б. Бреттон Вудская конференция объединенных наций в 1944 г. (К истории создания Международного валютного фонда и Международного банка реконструкции и развития) // Новая и новейшая история, 1992. № 2. С. 33.

[8] Трахтенберг И. Проекты международных валютных соглашений // Мировое хозяйство и международная политика. 1944. № 1. С. 40.

[9] Семенов К.А. Международные экономические отношения: Учебник для вузов. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. – 544 с.; С.425.

[10] Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. Г. В. Игнатенко, О. И. Тиунов. М., 1999. С. 313-314; Международное публичное право: Учебник/ Под ред. К. А. Бекяшева. М.,1998. С. 239-240.

[11] Герчикова И. Международные экономические организации. – М., 2000, С.115.

[12] Богуславский М. М. Практика применения принципа иммунитета государства и проблема законодательного регулирования // Международное частное право: современная практика: Сб. ст. / Под ред. М. М Богуславского и А. Г. Светланова. М., 2000. С. 213, 233.

[13] Нешатаева Т. Н. О судебных иммунитетах // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1999. № 9. С. 57.

[14] Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. Г. В. Игнатенко, О. И. Тиунов. С. 313.

[15] С поправкой, вступившей в силу 28 июля 1969 года в результате изменений, утвержденных резолюцией Совета управляющих N 23-5 от 31 мая 1968 года; с поправкой, вступившей в силу 1 апреля 1978 года в результате изменений, утвержденных резолюцией Совета управляющих N 31-4 от 30 апреля 1976 года; с поправкой, вступившей в силу 11 ноября 1992 года в результате изменений, утвержденных резолюцией Совета управляющих N 45-3 от 28 июня 1990 года.

[16] Сайт Международного валютного фонда - http://www.imf.org/.

[17] Моисеев С.Р. Международные валютно-кредитные отношения: Учеб. пос. – М.: Изд-во «Дело и сервис», 2003. – 576 с.; С.324-325.

[18] Там же. С.326.

[19] Там же. С. 326-327.

[20] Стиглиц Дж. Глобализация: тревожные тенденции. /Предисловие Г.Ю.Семигина Национальный общественно-научный фонд. М.: Изд. "Мысль", 2003. 302 с.; С. 33-34.

[21] Там же. С.72.

[22] Там же. С.75.

[23] Реформы глазами американских и российских ученых, С. 118.

[24] Эрхард Л. Цель - рыночное хозяйство. - М., 1995. С. 416-417.

[25] «Мировая экономика и международные отношения». 1996. № 5. С. 70.

[26] «Вопросы экономики». 1998. № 8. С. 9.

[27] «Независимая газета» от 9.02.1999 г.

[28] Gould-Davis N., Woods N. Russia and the IMF // International Affairs. 1999. Vol.75. # 1. P.3-4.

[29] Данные еженедельника «Итоги» 2000. 17 октября.

[30] Ellman M., Scharrenborg R. The Russian Financial Panic and the IMF // Problems of Post-Communism. 1998. Vol. 45. # 5. P.20.

[31] Ослунд А. Россия: Рождение рыночной экономики. - М.: Республика, 1996. - 430 с.

[32] См.: «Проблемы прогнозирования». 1994. № 4.

[33] См.: «Новое время». 1995. № 28. С. 24.

[34] Эффективная стратегия переходного периода: уроки экономической теории обновления: (Докл. амер. экспертов) / Эмсден Э., Интрилигейтор М., Макинтайр Р., Тэйлор Л. // Проблемы теории и практики управления - М., 1996. - N 2. - С. 30-36; N 3. - С. 20-25.

[35] Фридмен М. Четыре шага к свободе. // «Независимая газета» от 4.12.1998 г.

[36] Голдман М.А. Что нужно для создания в России нормальной рыночной экономики // Пробл. теории и практики упр. - М., 1998. - № 2. - с.19-24; С.24.

[37] Эффективная стратегия переходного периода: уроки экономической теории обновления: (Докл. амер. экспертов) / Эмсден Э., Интрилигейтор М., Макинтайр Р., Тэйлор Л., С.32.

[38] Реддавей П. Корни и последствия российского кризиса // Проблемы теории и практики управления. - М., 1999. - № 2. - С. 24-27; С. 25.

[39] Доклад о работе 1 Сессии специальной рабочей группы по сравнительному анализу опыта в области приватизации / Конф. ООН по торговле и развитию, Женева. - НьюЙорк: ООН, 1993. - 17 с.; С.7.

[40] Поумер М. К пониманию переходной экономики // Экономическая наука современной России. - 1999. - № 2. - С. 59-77; С. 60.

[41] Стиглиц Дж. Куда ведут реформы? // Вопросы экономики. - 1999. - № 7. - с. 4-30; С.6-8.

[42] Стиглиц Дж. Многообразнее инструменты, шире цели: Движение к «постВашингтонскому консенсусу» // Вопросы экономики. - М., 1998, № 8. - С. 4-34; С. 31.

[43] См.: «Независимая газета» от 30.01.1999 г.

[44] Голдман М.А. Приватизация в России: можно ли исправить допущенные ошибки? // Проблемы теории и практики управления. - 2000. - № 4. - С. 22-27; С. 24.

[45] Голдман М.А. Что нужно для создания в России нормальной рыночной экономики // Проблемы теории и практики управления. - 1998. - № 2. - С.19-24; С.20.

[46] Стиглиц Дж., Эллерман Д. Мосты через пропасть: макро- и микростратегии для России // Проблемы теории и практики управления. - 2000. - № 4. - С. 8-15; С.3.

[47] Стиглиц Дж. Глобализация: тревожные тенденции. С. 135.

[48] AkiraUegaki. RussiainWorldCapitalistEconomy // AbstractsoftheVIICCEESWorldCongress, Tampere, Finland, 29 July - 3 August 2000. С.444.

[49] http://supernew.ej.ru/102/russia/dollar/index.html.