Развитие концепции национальной безопасности в свете обеспечения обороноспособности Китайской Народной Республики на современном этапе

Тенденции развития национальной безопасности Китайской Народной Республики (КНР), эволюция ее стратегии и приоритеты. Вооруженные силы КНР: система управления, состав и модернизация. Сотрудничество с зарубежными странами в военно-стратегической сфере.

Выпускная квалификационная работа

(дипломная работа)

Развитие концепции национальной безопасности в свете обеспечения обороноспособности Китайской Народной Республики на современном этапе

Содержание

Введение

1. Основные тенденции развития национальной безопасности КНР

1.1 Эволюция стратегии национальной безопасности КНР: основные приоритеты

1.2 Развитие оборонной политики КНР: цели, задачи, планы, перспективы

1.3 Основные вызовы национальной безопасности Китая и пути их преодоления

2. Оборонный потенциал и обеспечение обороноспособности КНР на современном этапе

2.1 Вооруженные силы КНР: система управления и состав

2.2 Модернизация вооруженных сил КНР на современном этапе

2.3 Обеспечение обороноспособности КНР и сотрудничество с зарубежными странами в военно-стратегической сфере

Заключение

Список использованных источников и литературы

Приложения

Введение

Актуальность темы исследования. В последние два десятилетия двадцатого века происходит усиление позиций Китая в мировой политике и экономике. Эти достижения страны представляют особый интерес, поскольку во многом связаны с проведением государством стратегии, в немалой степени альтернативной открытым и либеральным моделям, взятым на вооружение "переходными" и некоторыми развивающимися государствами.

За короткий промежуток времени Китай постепенно превратился в одну из крупнейших в мире экономических держав, укрепил национальный суверенитет и, как следствие, получил возможность оказывать всестороннее и все возрастающее влияние на ход основных международных политических и экономических процессов, как в мировом масштабе, так и в региональном.

По официальным данным Китай придерживается политики "ненападения", однако у многих стран обеспокоенность вызывают высокие темпы роста его военных расходов, ускоренная модернизация вооруженных сил, увеличение и качественное совершенствование ракетно-ядерного потенциала страны, а также намерение противодействовать провозглашению независимости Тайваня, любыми средствами, включая военные.

На сегодняшний день Китай обладатель одной из самых многочисленных армий в мире, опережает все страны Восточной Азии по темпам роста военных расходов, является одним из самых главных стран - импортеров вооружений. Страна, развивающая свою оборонную промышленность в таких масштабах и с такой скоростью не может не вызывать разумные опасения со стороны как крупных мировых держав, так и соседей Китая в Восточной Азии, других азиатских государств. Основной причиной беспокойства является то, что попытки реализация планов КНР по стабилизации своих территориальных и политических проблем могут повлечь за собой нарушение сравнительно стабильной ситуации в мире и вызвать нежелательную для многих государств эскалацию международных конфликтов. Поэтому изучение проблем развития концепции национальной безопасности в свете обеспечения обороноспособности Китайской Народной Республики на современном этапе представляется актуальным.

Степень изученности . Данная работа базируется на Конституции Китайской Народной Республики, нормативно-правовых актах Китайской Народной Республики в сфере национальной безопасности, двусторонних и многосторонних соглашениях, статистических данных составляющих источниковую базу настоящей работы. Среди них Закон Китайской Народной Республики "О государственной обороне"[1] , Закон Китайской Народной Республики "О национальной обороне"[2] , Закон Китайской Народной Республики "О дислокации вооруженного контингента в Особом административном районе Аомэнь"[3] , Закон Китайской Народной Республики "О воинской обязанности"[4] , Положение "О действительной службе рядового состава НОАК"[5] , Белая Книга КНР "Государственная оборона в 2000 году"[6] , Белая Книга "Государственная оборона в 2002 году"[7] , Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2004 году"[8] , Белая Книга КНР "Национальная Оборона в 2006 году"[9] , Положение "О преподавании в учебных заведениях НОАК"[10] , Уложение "О пограничной службе НОАК"[11] , "Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом"[12] , "Устав Шанхайской организации сотрудничества"[13] , "Соглашение о региональном органе по борьбе с терроризмом"[14] , "Декларация СВМДА по искоренению терроризма и развитию диалога цивилизации"[15] .

Данной проблематикой занимаются такие институты как Институт востоковедения РАН, Институт стран Азии и Африки, Институт Дальнего Востока, Московский государственный институт международных отношений, Институт экономических стратегий, и другие.

Современные процессы взаимообусловленного культурно-цивилизационного развития детерминированы противоречивыми тенденциями глобализации, которые также разрабатываются в контексте "культура", "цивилизация", "глобализация", "регионализация" в работах зарубежных и отечественных исследователей. Множество исследователей, среди них и Чуфрин Г.И. в своей книге "Китай в XXI веке: глобализация интересов безопасности"[16] призывает вносить внешние изменения во внешнюю политику и корректировать интересы национальной безопасности. Говорит о роли и участии государства в становлении государственной безопасности.

Галенович Ю.М. в своем труде "Наказы Цзянь Цземиня"[17] указывает на то, что национальную безопасность нужно воспринимать в единой связке с экономической безопасностью. Что эти два понятия неразрывно связаны и невозможно получить полное представление о национальной стратегии, не разобравшись в экономических предпосылках.

Авторы книги "Китай-Россия-2050: стратегия соразвития"[18] Кузык Б.Н. и Титаренко М.Л. высказывают мнение, что быстрый рост потребления энергетических ресурсов, особенно нефти, увеличивает зависимость Китая от внешних источников, что создает проблемы для экономической и государственной безопасности страны.

Панченко М.Ю. в своей работе "Российско-китайский отношения и обеспечение безопасности в АТР"[19] анализирует основные изменения в структуре стратегического баланса сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе после распада биполярной миросистемы. Освещается внешнеполитическая стратегия России на восточноазиатском направлении в историческом контексте ускоренной модернизации Китая и усиления его комплексной мощи. Особое внимание уделено современным проблемам и перспективам развития российско-китайских отношений на основе взаимовыгодных принципов стратегического партнерства. Автор последовательно раскрывает глубинные истоки и объективные основы этого партнерства в условиях становления многополярного мира.

В книге американского учёного К. Менгеса "Китай: нарастающая угроза"[20] изложен американский взгляд на развитие Китая и усиление его военной и экономической мощи. Рассматриваются основные угрозы мировому сообществу, которые может повлечь за собой дальнейшее наращивание КНР вооружений высокими темпами.

Известный китайский ученый Ван Хайдун в своей монографии "Роль России и Китая в обеспечении безопасности в Северо-Восточной Азии, 90-е годы ХХ века" подробно раскрывает китайский взгляд на политическую ситуацию в Северо-Восточной Азии. Излагает основные цели, задачи и планы Китайской Народной Республики в области обеспечения национальной безопасности.

Труды "Россия и Китай: теория и история межгосударственных отношений"[21] Воскресенского А.Д. и "Азиатско-тихоокеанские режимы безопасности после холодной войны"[22] Петровского В.Е. четко определяют расстановку сил и выделяют фактическую основу межгосударственных отношений в Восточной Азии.

В книге профессора МГИМО д. и. н. С.Г. Лузянина "Восточная политика Владимира Путина. Возвращение России на "Большой Восток" (2004-2008)"[23] представлена характеристика современного российского внешнеполитического курса в отношении всех восточных регионов мира - от Северо-Восточной Азии до Ближнего Востока и арабских стран Магриба. Анализируются различные аспекты восточной политики России, ее сильные стороны и сохраняющиеся трудности, рассматриваются возможные пути ее развития на ближайшую перспективу.

Научная новизна состоит в том, что в данной работе был проведен анализ изменения в военной доктрине и в трактовке понятия национальной безопасности в Китайской Народной Республике. А также были комплексно изучены основные направления модернизации вооруженных сил на основе Белых книг "Национальная оборона КНР".

Целью является исследование современных проблем развития стратегии национальной безопасности Китая в свете обеспечения обороноспособности страны и анализ основных направлений сотрудничества Китая и других государств по этому вопросу.

В соответствии целью в работе поставлены следующие задачи:

1. Рассмотреть эволюцию стратегии национальной безопасности КНР: основные приоритеты.

2. Изучить развитие оборонной политики КНР, её цели, задачи, планы, перспективы.

3. Проанализировать основные вызовы национальной безопасности Китая и пути их преодоления.

4. Провести анализ системы управления и состава вооруженных сил КНР.

5. Исследовать степень модернизации вооруженных сил КНР на современном этапе.

6. Исследовать обеспечение обороноспособности КНР и сотрудничество с зарубежными странами в военно-стратегической сфере на современном этапе.

Объектом исследования является развитие, изменение и модернизация стратегии национальной безопасности Китая на современном этапе. Предмет исследования - обеспечение обороноспособности КНР на современном этапе.

Теоретико-методологической основой данной работы являются положения, выводы, понятия и определения, содержащиеся в основных международных документах, законодательных актах Китайской Народной Республики, трудах видных ученых в области международных отношений, регионоведения, политических наук, а также документах и материалах, регулирующих внешнеполитическую деятельность Китайской Народной Республики.

Методическую основу данной работы составляют традиционные методы политических и социальных наук, такие как историко-хронологический метод, контент-анализ, ивент-анализ, индуктивный, дедуктивный метод. Так же был использован метод системного анализа.

Практическая значимость Результаты данной работы, посвященной изучению и анализу проблем обеспечения национальной безопасности КНР, могут быть использованы при подготовке учебно-методических материалов в области предмета международных отношений на практических занятиях Сибирского института международных отношений и регионоведения.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и литературы и приложений. В первой главе рассматриваются основные тенденции развития Национальной безопасности КНР. Во второй рассматривается оборонный потенциал и обеспечение обороноспособности КНР на современном этапе.

национальная безопасность китайская республика

1. Основные тенденции развития национальной безопасности КНР

1.1 Эволюция стратегии национальной безопасности КНР: основные приоритеты

В эволюции представлений о государственной безопасности Китая выделяются четыре основных этапа. На первом - от образования КНР до событий на о. Доманский в 1969 году - главное внимание уделялось политической и военной безопасности, а экономической придавалось третьестепенное значение. На втором этапе - от событий на о. Даманский до 12-го съезда КПК - центральной стала военная безопасность, угроза политической безопасности ослабла. Источником главной военной угрозы считался Советский Союз. На третьем этапе - с 12-го съезда КПК в 1982 г. до создания ШОС в 1996 г. - значение экономической безопасности постепенно стало возрастать, а военной и политической - убывать. На четвертом этапе, начавшемся с апреля 1996 г, китайские руководители стали создавать новую концепцию безопасности, основанную на сотрудничестве и взаимопомощи. Эта новая концепция была провозглашена в марте 1997 г., а также в выступлениях Цзян Цземиня на форуме ООН по проблемам разоружения в марте 1999 г. и во время празднования 80-й годовщины образования КПК 1 июля 2001 года[24] .

Китай принял новую концепцию международного сообщества, исходя из интересов собственной безопасности[25] . Постепенно сформировалась новая концепция безопасности с китайской спецификой. Концепция имеет комплексный характер и, в понимании китайского правительства, включает государственный суверенитет, территориальную целостность и военную безопасность; затрагивает проблемы политической и социальной стабильности, ресурсов и экологии. В области международных отношений китайское правительство призывает к взаимному уважению суверенитета, взаимному ненападению и невмешательству во внутренние дела, равноправию и мирному сосуществованию.

Понятие национальной безопасности можно раздробить на несколько важнейших подпунктов. Это, в первую очередь, обеспечение экономической безопасности, поскольку, несмотря на быстрое развитие экономики, инвестиционные и экономические возможности КНР еще весьма ограничены, что создает косвенную угрозу национальной безопасности в целом. Пристальное внимание уделяется проблемам энергетической безопасности. Под ней Китай понимает "состояние, когда гарантированы достаточные и надежные поставки энергоресурсов по приемлемым ценам, причем договоренности о поставках не ставят под угрозу главные ценности нации и не мешают достижению других целей"[26] . При этом, когда в КНР говорят об "адекватных и надежных поставках", то имеют в виду, в первую очередь, поставки нефти. Как упоминалось выше, потребление именно этого ресурса в экономике Китая неуклонно растет. Кроме того, собственных запасов угля нации хватит еще на десятилетия, поэтому пока эта проблема особой тревоги не вызывает. А вот смена статуса с экспортера на импортера с выходом на второе место после США по объемам потребления заставляют серьезно задуматься над тем, откуда КНР будет брать нефть в дальнейшем[27] . Однако, основное внимание китайских властей направлено на обеспечение успешно функционирующей и динамично развивающейся оборонной безопасности.

На нынешнем этапе военная политика Пекина основывается на принципах неучастия в военных блоках и союзах, неприменения ядерного оружия первым, поддержки создания зон, свободных от ядерного оружия; отказа от размещения вооруженных сил на иностранных территориях, за исключением участия в миротворческих операциях под эгидой ООН. Одновременно Китай осуществляет курс на реализацию концепции безопасности нового типа, основанной на межгосударственном доверии и включающей следующие положения:

обеспечение взаимной равной безопасности, основанной на взаимном доверии и сотрудничестве посредством диалога;

осуществление взаимодействия по вопросам безопасности при невмешательстве других государств и ненанесении ущерба третьим странам;

недопущение угрозы или нанесения ущерба военной силой безопасности и стабильности других государств; осуществление оборонительной внешней политики;

принятие на двусторонней основе оптимальных мер по утверждению доверия в пограничных и спорных районах;

поддержание дружественных связей между вооруженными силами.

Национальные интересы должны быть защищены стратегией национальной безопасности.

Целью последней является формирование мирной и стабильной окружающей среды, благоприятной для национального развития.

Безопасность должна быть взаимной, что предусматривает "безопасность наших соседей, нашего региона и даже всего мира". Стратегия безопасности опирается на комплексную мощь страны. Ее задачами является - предотвращение возникновения войны и возможность держать под контролем кризисные ситуации.

Стратегия национальной безопасности строится на защите независимости и суверенитета, защите социалистического пути и руководствуется политикой и линией, сформулированными на декабрьском пленуме ЦК КПК 1978 г[28] . Важнейшим компонентом стратегии национальной безопасности является политика национальной обороны, субординированная под экономическое развитие страны. Ее содержательная часть в контексте других установок выражена Дэн Сяопином следующим образом: "В новую эру, хотя мировая война может быть отодвинута или ее можно избежать, локальные войны и региональные конфликты далеки от завершения. Мы искренне стремимся к миру, однако мир достигается через борьбу. Мы привержены развитию, но развитие требует обороны, которая достигается через готовность сражаться"[29] .

На основе данной теории, главными целями китайской оборонной политики являются:

укрепление национальной обороны;

сопротивление внешнему агрессору;

защита государственного суверенитета над территориями, воздушными и водными пространствами, морских прав и интересов;

укрепление государственной целостности и безопасности;

решительная защита социалистической системы и руководящей линии нашей партии.

Однако, за годы правления нового китайского руководства во главе с Ху Цзиньтао, то есть с конца 2002 года, во внешнеполитической стратегии Китая, нацеленной на защиту интересов национальной безопасности, произошли существенные изменения. Изменяются и сама трактовка понятия национальной безопасности, и средства ее обеспечения внешнеполитическими механизмами.

Концептуальные изменения стратегии безопасности нашли отражение в осуществленной под руководством Ху Цзиньтао корректировке внешнеполитической доктрины Китая, принятой на XVI съезде КПК в ноябре 2002 года[30] , когда собственно и началась финальная передача власти новому поколению руководителей.

На XVI съезде КПК Цзян Цземинь заявил: "Безопасность должна быть основана на взаимном доверии; новая концепция безопасности предусматривает создание обстановки взаимного доверия, взаимной выгоды, равенства и координации. Споры должны решаться путем диалога и сотрудничества, а не путём применения или угрозы применения силы"[31] .

Ядро новой концепции безопасности может быть сведено к четырем основным принципам: взаимное доверие, взаимная выгода, равенство, координация.

Названные принципы дополняют друг друга и составляют органичное целое: взаимное доверие - это фундамент, взаимная выгода - цель, равенство - гарантия, а координация - средство реализации установок новой концепции безопасности.

Взаимное доверие связано с преодолением различий в идеологии и социальных системах, с отказом от менталитета "холодной войны" и политики с позиции силы, с освобождением от взаимной подозрительности и враждебности. Предполагается, что все страны должны постоянно вести открытый диалог, информировать друг друга о своей политике безопасности и обороны, о важнейших акциях в этой области[32] .

Взаимная выгода относится к удовлетворению объективных потребностей социального развития стран в эпоху глобализации. В новой концепции особо выделяется принцип "всеобщей безопасности" и отвергается "абсолютная безопасность" одной страны за счёт безопасности других.

Равенство связано с идеей о том, что все страны являются равными членами мирового сообщества. Только равенство может быть гарантией того, что страны будут способны решать проблемы безопасности путём диалога и консультаций.

Координация предусматривает разрешение споров посредством мирных переговоров и осуществлением обширного и глубокого сотрудничества по проблемам безопасности с тем, чтобы предотвратить скрытую угрозу и избежать войн и вооруженных конфликтов[33] .

В документах съезда нашло отражение сочетание старого и нового видения китайским руководством мира и места Китая в мире. Согласно старым представлениям, мир воспринимался китайскими лидерами как потенциально враждебный, хотя и не несущий непосредственной военной угрозы безопасности Китая. Воспринимался через призму борьбы против сил гегемонизма и, прежде всего, против американского стремления к глобальному доминированию, а также против стремления к локальному доминированию географически близких к Китаю "больших стран" - России, Японии, Индии. Уточняется, что не все страны понимают мир и развитие одинаково. США понимают мир - как "мир при американском господстве", развитие - как "приоритетную гарантию американского развития". Развивающиеся страны стремятся к модели развития, соответствующей обстановке в стране, к установлению справедливого и рационального мирового экономического и политического порядка. [34]

В дальнейшем в Пекине все больше стали говорить о взаимодействии с мировыми лидерами, чем о "борьбе с гегемонизмом". В выступлении Ху Цзиньтао на саммите ООН в конце 2005 года[35] была, по сути, сформулирована новая стратегия китайской дипломатии, нацеленная на " создание гармоничного мира", под которым подразумевается "достижение политического равновесия:

между развитием собственной страны и ответственностью между мировым сообществом;

между экономическими, политическими интересами безопасности в отношениях между великими державами;

между проведением реформ и обеспечением международного порядка"[36] .

Из этого видно, что речь о "гегемонизме" уже не идет, а акцент на участие Китая в строительстве новой глобальной архитектуры просматривается весьма определенно. Практическая реализация этой доктрины позволяет Китаю рассматривать национальные интересы безопасности через призму глобализации и глобального сотрудничества. И открывает дополнительные возможности для мирового сообщества в плане конструктивного взаимодействия с Китаем.

"Напористость новичка" - так условно можно описать эффект, когда в устоявшихся международных отношениях "больших сил" появляется новая сила, которая хочет, чтобы с ней считались[37] . Желает политического признания своей возросшей стратегической мощи и изменившегося глобального соотношения потенциалов агрессивности.

Эта стратегия характерна для страны, которой еще предстоит борьба за свое место в международных раскладах, сопровождается дипломатической агрессивностью и неуступчивостью по отношению к признанным центрам силы. По отношению к малым силам осторожность в действиях сменяется активностью.

По мере усиления глобальной конкурентоспособности Китая будет нарастать глобальное противодействие Китаю со стороны его основных мировых партнеров. Это создает угрозы безопасности Китая в ее невоенном толковании и требует от Китая ответных адекватных действий. Здесь можно ожидать усиления наступательности внешней политики Китая в вопросах обеспечения национальной безопасности. Усиливающаяся наступательность будет подпитываться и развиваться на фоне сохраняющегося восприятия Китая рыночными демократиями как политически чужого, что будет создавать новую напряженность в отношениях Китая и мира, однако напряженность - не выходящую за пределы, очерченные интересами экономической взаимозависимости.

Китаю потребуются новые аргументы и дипломатические шаги в обеспечении национальной безопасности. Их общая логика будет такой:

для сохранения монополии КПК на власть нужна внутренняя стабильность;

для поддержания внутренней стабильности нужны экономические успехи;

для достижения экономических успехов в условиях глобализации необходима дальнейшая интеграция Китая в мировое хозяйство.

А для этого Китаю нужна не конфронтация с Западом, а сотрудничество, которое не выходит за пределы торговых и дипломатических споров. При успешном осуществлении данной концепции Китай имеет значительные шансы на превращение из "новичка" в "гранда" на мировой арене.

Военный фактор продолжает играть важную роль в мировой политике[38] . Под влиянием охватившей весь мир революции в военной области формы ведения войны претерпевают коренные изменения и характеризуются переходом от механизации к информатизации. Развитые страны вносят соответствующие изменения в свои стратегии национальной безопасности, форсируют переоснащение армий высокотехнологичными вооружениями и военной техникой, ведут разработку новых военных доктрин. В результате существующий дисбаланс в военной области между развитыми и развивающимися странами усиливается, а роль военного фактора в обеспечении национальной безопасности возрастает.

В Китае осознают, что роль отдельных стран и соотношение сил в мировой политике не остаются неизменными, поэтому следует быть готовым к любому изменению международной обстановки. Однако признают, что в настоящее время отсутствует масштабная угроза внешней агрессии, которая существовала в течение продолжительного периода после образования КНР. После холодной войны угрозу для Китая могли представлять только Россия и США[39] .

Стратегия Китая в сфере военной безопасности заключается в осуществлении превентивных мер политического, дипломатического, экономического и военного характера, направленных на создание благоприятных условий вокруг Китая и уменьшение факторов нестабильности[40] . Также немалую роль играет благоприятная окружающая обстановка. Многие противоречия с соседними странами разрешены или находятся под контролем. Но не стоит забывать и о существовании внутренних и внешних проблем. Улучшение обстановки не означает, что решены все проблемы безопасности. Реально у Китая есть довольно много достаточно серьезных проблем безопасности. Конфликт могут спровоцировать тайваньские или тибетские сепаратисты, находящиеся под влиянием внешних сил. Особую озабоченность руководства страны вызывает активизация и расширение масштабов деятельности на территории Китая и за его пределами сепаратистской террористической организации "Восточный Туркестан". Развертывание по американской инициативе и с американской помощью систем ПРО ТВД на территориях Японии и Тайваня рассматриваются в Пекине как действия, наносящие ощутимый ущерб китайским интересам в сфере военной безопасности. Аналогичным образом расцениваются в Китае и планы Пентагона усиливать свои военно-морские силы в западной части Тихого океана в течение ближайшего десятилетия за счет постоянного базирования здесь дополнительно нескольких крупных авианосных групп.

Со времени начала проведения политики реформ и открытости Китай добился огромных экономических успехов. Имеющиеся экономические успехи являются материальной базой осуществления Китаем в 21 веке политики четырех модернизаций[41] . Если имеющиеся достижения будут уничтожены войной, то невозможно будет добиться реализации долгосрочных целей программы четырех модернизаций. Поэтому Китай должен защищать достижения политики реформ и открытости и свое мирное окружение, проводить стратегию обороны от противника за пределами государства, всеми силами стремится избежать войны. Цзян Цзэминь говорил:". добиться подъема экономики и создать мощную национальную оборону - вот две великие стратегические задачи в деле модернизации нашего государства"[42] . Если же говорить по существу, то эти две великие задачи стратегического характера представляют собой единое целое, однако требуется согласовать их решение с правильным подходом и осознанием того реального положения, которое существует в нашем государстве, находящемся на начальном этапе социализма. Благодаря практике, полученной за двадцать лет, у нас сформировалось следующее ответственное и важное понимание этого вопроса.

Во-первых, экономическое строительство должно рассматриваться в качестве центра, строительство национальной обороны - подчиняться обстановке, складывающейся в целом в ходе экономического строительства в государстве. Сохранность непрерывного развития экономики, в значительной степени усиление экономического потенциала государства - вот основа разрешения всех проблем, включая и вопрос о модернизации национальной обороны. Это и является ключом к повышению конкурентоспособности на международной арене, к тому, чтобы положить предел давлению со стороны гегемонизма и политики силы, к защите независимости и суверенитета государства; строительство национальной обороны должно находиться в тесном согласовании и взаимодействии с обстановкой в целом, и при этом никак нельзя допускать, чтобы оно препятствовало этой обстановке или оказывало на нее негативное воздействие"[43] . После состыковки китайской экономики с мировой, китайская экономика стала нуждаться все в большей защите. Экономическая база четырех модернизаций Китая находится главным образом в прибрежных районах, это обуславливает необходимость в стратегии безопасности ставить на первое место оборону приморских районов. Возникли проблемы контрабанды, защиты морских путей. Поэтому китайское руководство выдвинуло к армии требование: "Выполнять священную миссию защиты территории, морского и воздушного пространства, защиты единства и безопасности государства"[44] .

Из этих аспектов вытекает главный принцип стратегии безопасности Китая после холодной войны - активная оборона. Дэн Сяопин так интерпретирует слово "активная": "Активная оборона не просто оборона, в ней содержится и наступление. Соединение обороны и наступления отражает развитие закона самой войны"[45] . Дэн Сяопин говорил: "активная оборона" по природе оборонительна, в то же время, по сути, она активна. Основной идеей этой стратегии является, что она включает в себя принцип обороны, самообороны и нанесение удара на стратегическом уровне только после нападения[46] . С одной стороны, Китай придерживается оборонительного характера своих целей в сфере обеспечения безопасности, с другой - активно повышает коэффициент гарантии безопасности государства. Данный принцип основывается на достижении победы в локальной войне в условиях современной техники, особенно в условиях высоких технологий. Комплексно учитывая различные факторы, угрожающие государственной безопасности, Китай надлежаще ведет работу по подготовке обороны в свете самых трудных и сложных обстоятельств[47] . Данный курс уделяет серьезное внимание сдерживанию вспышки войны. Согласно требованиям стратегии государственного развития НОАК гибко использует различные военные средства, тесно взаимодействует с политическими, экономическими и дипломатическими методами борьбы, улучшает условия стратегического окружения Китая, снижает факторы опасности и нестабильности, всеми силами сдерживает возникновение локальных войн и вооруженных конфликтов[48] .

Модернизация национальной обороны, с точки зрения Цзян Цзэминя, должна быть постоянным объектом заботы руководства КПК. Решение экономических задач остается на первом месте. Цзян Цзэминь признавал: "Мы не можем сопоставлять наши вложения в дело национальной обороны с вложениями развитых стран. Тут мы должны идти по пути, который характеризуется тем, что инвестиций вкладывается относительно меньше, а эффект получается относительно больше, по пути модернизации с китайской спецификой национальной обороны и армии"[49] .

Второй принцип - создание компактных вооруженных сил, их модернизация. Китайская армия насчитывает 3 млн. человек, однако по техническому оснащению она далеко отстает от развитых стран[50] .

Еще одним важным принципом является укрепление сотрудничества в сфере безопасности. В этом принципе нашла отражение идея традиционного Китая: "Наилучшим вариантом является срыв стратегических планов противника, затем - нанесение удара по его стратегическим союзникам, далее - по его армии и только после этого-штурм его крепостей"[51] и ее влияние на современную китайскую стратегию безопасности.

Основываясь на вышесказанном можно сделать вывод, что Китай исходит из того, что в конце XX века вслед за завершением "холодной войны" в международных отношениях произошли глубокие перемены. Ранее мир воспринимался китайскими лидерами как потенциально враждебный, хотя и не несущий непосредственной военной угрозы безопасности Китая. Просматривался в аспекте борьбы против сил гегемонизма и, главным образом, против американского стремления к глобальному доминированию. Также существовали опасения, что близкие к Китаю страны, такие как Россия, Япония и Индия, будут развивать тенденцию к региональному доминированию. На сегодняшний день Китаем признано, что исчезла конфронтационная биполярная система, на смену которой пришла позитивная тенденция строительства многополярного мира. Не только меняются взаимоотношения между крупными государствами, в том числе между бывшими противниками в "холодной войне", но и все большее число стран приходит к общему пониманию того, что необходимы взаимное уважение, равенство и взаимная выгода, а не гегемонизм и силовая политика, диалог и сотрудничество, а не конфронтация и конфликты. В построении мирного, стабильного, справедливого и рационального нового международного политического и экономического порядка все возрастающую роль играют региональные организации экономического сотрудничества.

Официально признается, что для Китая, на данный момент, отсутствует какая либо широкомасштабная военная угроза. Однако существует ряд внешних и внутренних очагов напряженности. Что и подвигло Китай все более быстрыми темпами развивать и улучшать свою оборонную политику.

Следуя так называемой формуле "24 иероглифа", принадлежащей Дэн Сяопину, Китай осуществляет превентивные меры политического, дипломатического и военного характера, направленные на уменьшение факторов нестабильности. В тоже время в интересах решения ближайшей стратегической задачи - урегулирования тайваньской проблемы по принципу "одного Китая" - Пекин допускает возможность применения военной силы, что содержит в себе опасность развязывания крупного вооруженного конфликта с серьезными негативными последствиями для региональной и глобальной безопасности.

В этой связи необходимо отметить, что выдвинутая Пекином новая концепция международной безопасности на основе взаимного доверия, по - видимому не распространяется на тайваньскую проблему, являющуюся внутренним делом КНР. Поэтому сдерживающим фактором для Китая может стать позиция США, Японии и стран ЕС, решительно выступающих против решения тайваньской проблемы военным путем.

Ввиду приоритетности задач экономического развития оборонительный характер военной доктрины Китая в ближайшей перспективе не претерпит существенных изменений. Политика Пекина в сфере военной безопасности будет направлена на предотвращение войны и уменьшение факторов нестабильности, с целью обеспечить внешние и внутренние условия реализации национальной стратегии Китая, направленной на достижение статуса великой державы, занимающей доминирующее положение в АТР и равной по своему политическому влиянию, экономической и военной мощи другим державам мира.

Безусловно, многие положения новой китайской концепции безопасности звучат как демонстрационные и даже пропагандистские клише. Вместе с тем, Китай в своей внешней политике в последние два десятилетия последовательно придерживается этих принципиальных положений, совершенствуя их в теоретическом и практическом плане.

1.2 Развитие оборонной политики КНР: цели, задачи, планы, перспективы

"Оборонная политика Китая исходит из коренных интересов государства, подчиняется и служит доктрине государственного развития и безопасности" - об этом говорится в опубликованной 27 декабря Пресс-канцелярией Госсовета КНР "Белой книге об обороне КНР в 2004 году"[52] .

Национальная оборона должна обладать тремя особенностями. Во-первых, речь идет о модернизированной национальной обороне, то есть о модернизации вооружений, о придании вооруженным силам регулярного характера, о преобразовании вооруженных сил в компактную и оперативную оборонную армию. Что означает о необходимости выйти в этой области на мировой уровень. Во-вторых, это должна быть оборона, которая полностью соответствует реальному положению дел в Китае. Следует учитывать слабости Китая, его уязвимые места и в тоже время исходить из конкретных обстоятельств. В-третьих, национальная оборона должна отображать особенности современной эпохи, ориентироваться, прежде всего, на развитие глобальных процессов и в области экономики, и в сфере обеспечения безопасности[53] .

Китайское правительство опирается на то, что особенности обеспечения строительства национальной обороны и строительства армии заключаются в усилении способности китайской армии действовать в ходе оборонительных и военных действий в условиях применения современной техники, особенно высоких технологий, делая при этом главный упор на повышение качества армии, усиливая ее совокупную эффективность.

Выделяется две стороны в деятельности вооруженных сил. Они должны быть всегда уверены, что осуществляют справедливые действия, находятся в обороне, не признавая себя ни нападающей, ни наступающей стороной. Любые операции, выполняемые по приказу руководства, нужно рассматривать и трактовать как оборонительные. При этом предполагалось, что оборона должна быть активной, а не пассивной. Далее, вооруженные силы необходимо перестроить, чтобы они могли действовать в условиях современной войны с применением высоких технологий. Ставится задача углублять научные исследования в области национальной обороны, повышать уровень модернизации китайской армии.

Модернизация национальной обороны - это важная составная часть социалистической модернизации в КНР. Усиление строительства национальной обороны - это основная гарантия безопасности государства и его экономического развития. Однако, и строительство национальной обороны, и строительство вооруженных сил необходимо осуществлять в опоре на экономическое строительство, в соответствии с экономическим потенциалом государства. Китай может предоставить мощную материально - техническую базу для модернизации национальной обороны только в том случае, если развитие национальной экономики пойдет вверх, если государство будет обладать мощным экономическим потенциалом, поэтому строительство армии должно служить общей обстановке в области строительства экономики страны. Из этого следует, что государство должно выделять на нужды вооруженных сил столько средств, сколько руководство КПК сочтет необходимым для обеспечения обороны страны от внешних противников. Могут быть выделены большие или меньшие средства - всё зависит от того, кто будет принимать решения и оценивать международную обстановку и опасность для КНР извне[54] .

Большое внимание уделяется работе с населением. Правительство КНР считает, что национальная оборона - это дело всего китайского народа. Здесь речь идет о политической, идеологической пропагандистской работе с населением. Еще одной стороной укрепления национальной обороны является строительство народного ополчения, тыловых частей, совершенствовать систему мобилизации в целях национальной обороны.

Народное ополчение (около 12 млн. чел.) - массовая вооруженная организация без отрыва ополченцев от производства, резерв НОАК и основа народной войны в современных условиях. Согласно закону КНР о воинской обязанности все граждане мужского пола в возрасте 18 - 35 лет, которые соответствуют условиям несения воинской обязанности, кроме тех, кто призван на действительную воинскую службу, включаются в систему народного ополчения и состоят на службе в запасе. Отряды ополчения состоят из кадровых и обычных народных ополченцев. Кадровые народные ополченцы (4-4,5 млн. чел.) - лица в возрасте до 28 лет, включая отставных солдат, прошедших действительную воинскую службу, а также отобранные лица, прошедшие военную подготовку или намеченные для ее прохождения. Остальные мужчины в возрасте 18 - 35 лет, соответствующие условиям службы в запасе, считаются обычными народными ополченцами (7-7,5 млн. чел.). В случае необходимости в отряды кадровых народных ополченцев можно принимать и женщин[55] .

Недавно принятая система организации и комплектования регулярных войск и резерва способствовала существенному росту возможностей страны по мобилизации НОАК в чрезвычайных условиях. Мобилизационные ресурсы КНР - около 350 миллионов человек, в том числе годных к военной службе - примерно 190 миллионов человек. При наличии таких людских ресурсов важнейшую роль играют командные кадры. Качественная подготовка офицеров сегодня рассматривается как радикальная мера модернизации армии.

В этой связи следует отметить, что в последние годы НОАК стремилась повышать уровень подготовки кандидатов на офицерские должности, расширяла источники получения кандидатов, создала юридическую и методическую основы для их подготовки. В настоящее время более 80 процентов офицеров окончили вузы с полным или сокращенным сроком обучения. В целях заимствования полезного опыта разных стран мира, особенно развитых, с 1996 года около тысячи человек направлены на военную учебу более чем в 20 государств. Большинство из них - командный состав и кадры технического состава полкового и дивизионного уровня[56] .

Продолжается реформирование военных академий и училищ, создаются новые исследовательские центры, вводятся новые учебные дисциплины, сформирована информационная база обучения в составе около 100 тыс. компьютерных центров и терминалов сети Интернет. Около 50 вузов, в том числе Пекинский университет и Университет "Синьхуа", взяли на себя обязанности по подготовке военных кадров.

Китай проводит политику национальной обороны, носящую оборонительный характер. В Конституции КНР и разработанном в соответствии с конституцией Законе "Об обороне КНР" определено, что задачей вооруженных сил КНР является укрепление обороны страны, противодействие агрессии, защита Родины, защита мирного труда народа, участие в строительстве государства, всеми помыслами служить народу[57] .

Китай всегда ставил на первое место суверенитет, единство, территориальную целостность и безопасность страны, добиваясь всеми силами благоприятной международной мирной обстановки и обстановки вблизи границ страны ради осуществления социалистической модернизации. Развитие и процветание Китая никому не создаст угрозы, но только будет способствовать миру, стабильности и развитию в мире. Никогда не претендовать на гегемонию - это торжественное обещание китайского народа миру.

В "Белой книге" подчеркивается необходимость использовать разнообразные способы нейтрализации как традиционных, так и нетрадиционных угроз безопасности для обеспечения всесторонней политической, экономической, военной и общественной безопасности страны[58] .

Основными задачами обеспечения государственной безопасности, являются недопущение раскола страны, содействие мирному воссоединению Родины, предотвращение и сопротивление агрессии, защита государственного суверенитета, территориальной целостности и морских прав и интересов; обеспечение всестороннего, гармоничного и долгосрочного социально - экономического развития и непрерывное наращивание совокупной государственной мощи; создание современной системы обороны, соответствующей реалиям Китая и тенденциям развития мировой военной сферы; гарантирование политических, экономических и культурных прав населения и борьба с преступностью; проведение самостоятельной и независимой мирной внешней политики и утверждение нового взгляда на безопасность, основанного на взаимодоверии, взаимной выгоде, равенстве и взаимодействии. Оборонная политика Китая имеет следующие главные аспекты:

Укрепление национальной обороны;

Противодействие агрессии и вооруженной подрывной деятельности;

Защита государственного суверенитета, единства, территориальной целостности и безопасности[59] .

Усилия Китая по модернизации своей обороны предпринимаются исключительно для целей самообороны. Китай делает всё для предотвращения войны и решения мирными средствами международных споров и проблем. Однако, в связи с тем, что гегемонизм и политика с позиции силы всё еще существуют и эксплуатируются и основа для мирного воссоединения страны подвергается серьезной опасности, Китай будет наращивать свои возможности, защищать суверенитет и безопасность военными средствами[60] .

Создание и укрепление национальной обороны независимо, с опорой на собственные силы. Китай придает особое значение самообеспечению как основе сохранения безопасности государства и стремиться самостоятельно осуществлять национальную оборонную политику и разработку стратегии. КНР не стремиться к союзу с какой-либо страной или блоком стран, не участвует ни в каких военных блоках. Китай развивает свою оборонную науку, технику, промышленность и разрабатывает своё вооружение с опорой на собственные силы.

Для осуществления военной стратегии активной обороны, Китай придерживается принципов проведения главным образом оборонительных операций, самообороны и нанесения удара только после удара противника. Такой метод обороны сочетает усилия по сдерживанию войны с подготовкой к успешному ведению оборонительной войны в период мирного времени и стратегическую оборону в сочетании с проведением наступательных операций и боевых действий тактического звена во время войны. Китайский вооруженные силы, полагаясь на существующее вооружение и развивая свои славные традиции, стремятся учитывать глубокие изменения в военном деле и готовятся к оборонительным операциям в новых условиях, особенно с применением высокотехнологичного оружия.

Создание ограниченной и мощной военной силы с китайской спецификой.

В соответствии с требованиями иметь хорошую политическую подготовку, быть высококомпетентными в военном деле, владеть совершенным стилем работы, отличной дисциплиной и адекватным тыловым обеспечением вооруженные силы Китая стремятся к укреплению своего общего потенциала, чтобы представлять собой революционную, современную и регулярную народную армию с китайской спецификой.

Китай стремиться к укреплению своих вооруженных сил путём улучшения их качественных характеристик, к укреплению вооруженных сил на основе науки и техники, управлению ими в соответствии с законодательством. НОАК трансформируется от армии количественного превосходства к армии качественного превосходства, от интенсификации технического фактора, а также к подготовке высококвалифицированного личного состава и повышению уровня модернизации вооружения с целью всемерного повышения боевой эффективности вооруженных сил[61] .

В последние годы была проведена реформа тылового обеспечения в НОАК, главным содержанием которой стало внедрение механизма совместного тылового обеспечения. За основу такого механизма берется военный округ, снабжение через округ сочетается со всеармейским снабжением, снабжение общего назначения - со специальным снабжением. Снабжение материалами и тыловое обеспечение общего назначения осуществляются силами военного округа, а снабжение специальными материалами и специальные статьи тылового обеспечения регулируются всеармейской системой снабжения по видам вооруженных сил и родам войск[62] .

Постепенно реформируется система закупок вооружения и военной техники. Управления вооружений выполняют функции заказчика и руководят всеми контрактами по научным исследованиям и разработкам вооружений, их закупкам и эксплуатации. В последние годы НОАК, рассматривая конкуренцию как основу в закупках вооружений, внедряет практику объявления торгов, улучшает механизм конкуренции, оценки, контроля и стимулирования. Укрепляются подразделения военных представителей на промышленных предприятиях, совершенствуется система сертификации качества, повышается эффективность использования средств при разработке и производстве вооружения и военной техники.

В последнее время активно развивается правовая основа национальной обороны Китая. В марте 2000 года на сессии ВСНП был принят "Закон КНР о законодательстве", который впервые в форме основного закона государства четко предусматривает компетенции законотворчества Центрального Военного Света, главных управлений НОАК, видов вооруженных сил, родов войск и военных округов. С 2000 года в Китае разработаны 3 постановления, 56 законоположений и 420 подзаконных актов в области оборонного строительства и строительства вооруженных сил[63] .

Согласно установкам руководства КНР, ядром оборонного воспитания является патриотизм. В апреле 2001 года был опубликован и вступил в силу Закон КНР "Об оборонном воспитании". Система военной подготовки осуществляется во всех китайских вузах, средних школах второй ступени и соответствующих им других заведениях. С 2002 года все студенты и учащиеся в обязательном порядке знакомятся с военным делом. За последние годы военную подготовку прошли около 60% студентов и учащихся.

КНР придерживается концепции народной войны в современных условиях и в области национальной обороны проводит линию на сочетание постоянной армии с мощными резервными силами. Резервные силы и народное ополчение поддерживаются на соответствующем количественном уровне, с оптимальной структурой и повышенной степенью подготовленности. В свете принципа единого планирования на мирное и военное время, единства армии и народа, Китай стремиться популяризировать и развивать оборонное обучение, совершенствовать оборонную мобилизационную систему и повышать мобилизационные возможности страны.

Подчинение национальной обороны общим задачам экономического развития страны, достижение их скоординированного развития. Развитие экономики и укрепление национальной обороны - две стратегические задачи Китая на пути модернизации страны. Правительство ставит экономическое развитие в центр свое работы, работа в области обороны носит подчиненный характер и служит высшим интересам экономического строительства. В то же время наряду с экономическим развитием государство стремиться укрепить мощь национальной обороны, эффективно поддержать вооруженные силы в работе по повышению качества, создать механизм, который позволит национальной обороне и экономике содействовать друг другу и гармонично развиваться.

Защита мира во всем мире и противодействие агрессии и экспансии. Китай решительно отвергает гегемонизм и политику с позиции силы, борется с политикой войны, агрессии и экспансии. Китай также возражает любой стране, которая навязывает другим странам свою политическую систему и идеологию в любой форме. Китай не стремится к военной экспансии, не имеет ни в одном иностранном государстве своих войск или военных баз. Китай выступает против гонки вооружений и поддерживает мировое сообщество в его усилиях по обеспечению мира, безопасности и стабильности.

Среди основных целей КНР в области оборонной политики, помимо традиционных защиты суверенитета и территориальной ценности, также называется "обеспечение интересов национального развития и интересов китайского народа"[64] . Для создания сильных вооруженных сил, способных решать эти задачи, КНР намерена продолжать их модернизацию. Китай планирует "в основном завершить процесс механизации ВС и достичь существенного прогресса в информатизации к 2020 году, завершить выполнение всех целей модернизации к середине XXI века". Он "намерен продолжать разрабатывать новые высокотехнологичные вооружения и военную технику, готовить войска к ведению боевых действий в условиях информатизации и создавать современную систему тылового обеспечения"[65] .

При этом КНР не собирается делать усиление своей военной мощи приоритетом экономического развития. Китай составляет общие планы использования национальных ресурсов и находит баланс между усилением страны и наращиванием военной мощи с тем, чтобы стратегия строительства вооруженных сил отвечала стратегии национального развития. Военное строительство является органичной частью социально-экономического развития. Китай стремится к тому, чтобы оборонные ресурсы в мирное время максимально использовались для решения социальных задач[66] .

Расходы КНР на оборону, несмотря на некоторый рост в последние 10 лет, по-прежнему находятся на довольно низком уровне по сравнению с другими мировыми державами[67] . Так, в 1979-1989 гг. среднегодовые темпы роста расходов на оборону составили 1,23%. Если принять во внимание, что в эти же годы индекс потребительских цен возрастал в среднем на 7,49 % ежегодно, то получается отрицательный рост оборонных расходов на 5,83 %. В 1990 - 2005 гг. среднегодовой прирост составлял формально 15,36 %, но с учетом фактора роста цен - 9,64 %[68] .

В 2005 г. объем оборонных расходов КНР составил лишь 6, 19% средств, затраченных на оборону в США, 52,95% расходов Великобритании, 71,45% Франции и 67,52% Японии. В среднем, на каждого китайского военнослужащего пришлось 107607 юаней, что равняется 3,74 %американского и 7,07 % японского показателей.

В бюджете 2006 года были заложены расходы на оборону в размере 283, 829 млрд юаней. Происходит снижение их доли в ВВП и финансовых расходах страны: если в 2003 г. данные показатели составляли соответственно 1,4 и 7,74%, в 2004 г. они снизились до 1,38 и 7,72 %, а в 2005 г. - до 1,35 и 7,29 %[69] .

Рост расходов на оборону обусловлен, главным образом, необходимостью повышения благосостояния военнослужащих и улучшения условий размещения войск, финансирования оснащения армии и инфраструктурного строительства, подготовки военных специалистов, компенсации потерь от роста цен и финансирования мероприятий, проводимых в рамках международного сотрудничества в борьбе с нетрадиционными угрозами безопасности. Китайским руководством была выработана новая стратегическая формула "военные - финансы - военные", означающая, что доходы от экспорта оружия будут использоваться только на разработку вооружений[70] .

В настоящее время в Китае существует одиннадцать военно-промышленных корпораций, которые не только отвечают за организацию и управление разработками и производством военной продукции в рамках своей корпорации, но и как инвестиционные органы, уполномоченные государством осуществляют финансовый надзор над государственным имуществом подведомственных предприятий.

Важное экономическое, политическое и оборонное значение имеет освоение западных районов Китая. ЦВС держит этот вопрос под особым контролем и широко привлекает к его решению вооруженные силы Китая. Для помощи масштабному освоению Запада НОАК и войска вооруженной милиции направили 1,5 млн. человек командного и рядового состава, задействовали 450 тыс. машин. Силы сосредоточены на оказании поддержки строительству ключевых объектов инфраструктуры. Воинские части участвуют в реконструкции и расширении 8 аэропортов, 3 государственных шоссейных магистралей.

Белая книга "Национальная оборона КНР в 2004 году" достаточно много внимания уделяет национальной доктрине применения вооруженных сил, которая носит "исключительно оборонительных характер". "Китай следует принципу активной оборонной политики", - говорится в документе. При этом стратегия предусматривает "проведение оборонительных операций и нанесение ударов по противнику только после нападения с его стороны". Как следует из положений военной доктрины, КНР готовится к ведению "локальных войн в условиях информатизации", где ему понадобится "организовывать максимально эффективное взаимодействие различных видов вооруженных сил и родов войск, сочетать наступательные и оборонительные операции, гибко применять различные стратегические и тактические приемы"[71] .

В Белой книге "Национальная оборона КНР в 2004 году" заявляется, что его доктрина использования ядерного оружия не предусматривает первого удара. "В мирное время ядерные ракетные вооружения второй артиллерии не нацелены ни на одну страну. В случае появления ядерной угрозы ядерные ракеты приводятся в состояние боевой готовности для нанесения ответного удара и сдерживания противника от применения ядерного оружия против Китая", - говорится в документе[72] .

Что касается военных контактов Китая с внешним миром, то КНР соблюдая пять принципов мирного сосуществования, выступает за новую концепцию безопасности, характеризующуюся взаимодоверием, взаимовыгодностью, равенством и взаимодействием, а также за расширение военных связей, которые бы не приводили к союзам, конфронтации и не были направлены против третьей стороны.

Для дальнейшего развития национальной обороноспособности Китай принимает активное участие в миротворческих операциях ООН. Начиная с 1990 г. Китай 16 раз принимал участие в миротворческих операциях под эгидой ООН, в них участвовали 5815 китайских миротворцев-военнослужащих, при этом 8 из них погибли, несколько десятков получили ранения[73] .

В Белой книге сообщается, что с 2000 года Китай направил полицейские отряды общим количеством 893 человек в 7 районов мира. В настоящее время 1487 китайских миротворцев участвуют в операциях в 9 районах в составе миротворческих сил ООН.180 китайских миротворцев выполняют свои миссии в Косово, Либерии, Судане и на Гаити.

Начиная с 1998 г. явно ускорились шаги в области военного законодательства. Постоянный Комитет ВСНП принял Закон КНР "О дислокации вооруженного контингента в Особом административном районе Аомэнь", который предоставил юридическую основу для дислокации войск в Аомэне и выполнения ими функции по обороне этого района. Благодаря внесению поправок в Закон КНР "О воинской обязанности" более совершенной стала система воинской службы, Госсовет и ЦВС внесли поправки также в Положение "О действительной службе рядового состава НОАК". ЦВС обнародовала более 40 нормативных документов, в том числе Положение "О преподавании в учебных заведениях НОАК" и "Уложение о пограничной службе НОАК". Все эти нормативные акты и инструкции составили укомплектованное правовое обеспечение в деле усиления национальной обороны и армейского строительства, продвижения военных реформ и гарантирования законных прав и интересов командно-рядового состава войск. Кроме того, главными штабами, руководством разных родов войск и военных округов были разработаны всего более 300 уставных инструкций и регламентов, которые играют свою роль в усилении военного правопорядка.

Основываясь на вышеизложенном, можно сделать вывод, что современная военная политика Китая носит оборонительный характер и преследует следующие цели и задачи: укрепление территориальной целостности и безопасности страны, предупреждение и оказание отпора агрессору; пресечение сепаратистских тенденций и содействие полному объединению страны; предотвращение вооруженной подрывной деятельности и защита общественной стабильности; усиление оборонного строительства и осуществление модернизации национальной обороны и вооруженных сил страны, а также защита мира и противостояние агрессии и экспансионизму. При этом Китай придерживается военно-стратегического курса, основу которого составляют принципы активной обороны, отстаивает и развивает концепцию "народной войны".

1.3 Основные вызовы национальной безопасности Китая и пути их преодоления

Стремительное усиление роли и значения Китая в современном мире, наблюдаемое в течение последних десятилетий, несомненно, относится к числу наиболее выдающихся явлений глобального значения. Все это не оставляет равнодушными политические элиты не только в сопредельных с Китаем странах, но и во многих других, в том числе крупнейших государствах мира. Наряду с интересом, проявляемым в мире к внутренним политическим, идеологическим, социальным и экономическим процессам, идущим в Китае, всеобщее внимание вызывает внешняя политика Китая по обеспечению его политической, военной и экономической безопасности.

При этом объектом пристального изучения становятся не только побудительные причины и формы проявления этой политики, но и их возможные последствия, оказывающие непосредственное влияние на национальные интересы других государств[74] .

Непосредственные военные угрозы безопасности Китая в настоящее время отсутствуют. Вместе тем есть ряд факторов, которые должна учитывать китайская стратегия безопасности.

Первый среди них - дисбаланс международных стратегических сил. Фундамент стратегического равновесия нарушили односторонний выход США из Договора по ПРО и начало создания американских систем противоракетной обороны.

Второй фактор - попытки США с двух сторон, с востока и запада, оказывать давление на безопасность Китая, а если добавить сюда "мягкое" присутствие США в Южной и Юго-Восточной Азии, то угроза оказывается трехсторонней. Отношение США к Китаю как к стратегическому сопернику в АТР неизменно, Штаты не способны отказаться от курса на сдерживание и ограничение Китая.

Третий фактор - растущие перемены по периферии китайских границ. В соседних с Китаем странах имеют место захваты территорий, религиозные конфликты, наркотрафик, террористические акты. Растет число ядерных держав. Япония после событий "11 сентября" может направлять свои войска за пределы страны и перешла от оборонительной ориентации к наступательной. Укрепляются вооруженные силы Индии.

Четвертый фактор - осложнение тайваньской проблемы.

Пятый фактор - угроза целостности территории Китая, создаваемая сепаратистами Синьцзяна и Тибета. Особую озабоченность Пекина вызывает активизация и расширение масштабов деятельности на территории Китая и за его пределами сепаратистской террористической организации "Восточный Туркестан", целью которой является создание на территории Синьцзян-Уйгурского автономного района, а также прилегающих к нему районов Казахстана и Киргизии независимого исламского государства. В последние годы наряду с тем, что силами "Восточного Туркестана" осуществлен ряд крупных террористических актов, эта организация вошла в контакт с "Аль - Каидой", "Талибаном" и "Исламским движением Узбекистана", превратившись, таким образом, в составную часть сил международного терроризма.

Шестой фактор - нетрадиционные угрозы безопасности: организованная международная преступность, терроризм, контрабанда, коррупция, нелегальная миграция[75] .

Известно, что теоретическим обоснованием внутренней и внешней политики КНР являются идеи Дэн Сяопина[76] , на которого постоянно ссылаются как официальные лидеры Китая, так и ученые этой страны. Дэн Сяопин, сразу же четко оговаривает, что национальные интересы определяются "природой нашего социалистического государства" и являются "высшим критерием" во взаимоотношениях с другими государствами[77] .

К национальным интересам, прежде всего, причисляются суверенитет, безопасность, экономическое развитие, международный статус и достоинство.

Среди важнейших целей в ряду национальных интересов - воссоединение с Гонконгом (осуществлено в 1998 г.) и Тайванем. При этом надо иметь в виду, что Китай не рассматривает проблему Тайваня в контексте общей безопасности в Восточной Азии. Как неоднократно подчеркивалось в Пекине, “Китай категорически против включения Тайваня в систему регионального сотрудничества по безопасности”. Проблема Тайваня относится к фундаментальному принципу, который не подлежит обсуждению. Для КНР это чисто внутренняя проблема ее отношений с одной из своих провинций.

Так же указывалось, что в области суверенитета и безопасности компромиссов быть не может. Долгосрочными интересами страны являются "наращивание возможностей", достижение "символов процветания" и реализация "этапов развития". "Национальные возможности" означают весь потенциал нации, направленный на освоение природы и противостоящий захвату страны другим государством. Более четко и подробно эти идеи передаются через категорию "комплексной мощи нации", которая складывается благодаря развитию в сфере науки и технологий, а также ее экономической мощи. Итогом правильно реализованных национальных интересов является стабильность в стране.

При осуществлении новой стратегии Китай сталкивается с противодействием признанных мировых игроков. В основе такого противодействия Китаю, сочетающегося с глубоким экономическим сотрудничеством Запада с Китаем, лежат его опасения в отношении КНР как конкурента.

Отражением таких опасений становится проявление различных теорий антикитайской направленности - таких как теории "китайской угрозы" или "Пекинского консенсуса".

Концепция "китайской угрозы" видит в усилении китайской мощи и китайских мировых позиций угрозу рыночным демократиям со стороны "недемократического Китая". Экологическая вариация данной концепции указывает на то, что рост китайской мощи сопровождается нарастающим гигантским потреблением мировых энергетических и сырьевых ресурсов и, как следствие, разрушение глобальной окружающей среды[78] .

Идея "Пекинского консенсуса" родилась в среде тайваньских ученых. Ее суть в том, что Китай предлагает миру свой вариант рыночного развития - без демократических свобод, и что Китай впредь будет насаждать этот вариант в качестве "рецепта для третьего мира". Пекин в идеологическом плане отвечает теорией "мирного возвышения Китая", которая направлена на то, чтобы доказать, что развитие Китая и его новая международная активность не несут угрозы мировому развитию и что Китай не претендует на роль "модели развития" для кого бы то ни было[79] .

Существует несколько приоритетных линий в области национальной безопасности Китая[80] . Устойчивая тенденция сохранения сепаратистских настроений по тайваньскому вопросу, рост технологического разрыва с ведущими странами Запада как следствие активизации процессов трансформации вооруженных сил под воздействием революции в военном деле, а также возникновение новых вызовов и угроз, связанных с продолжением экономической глобализации и стремлением США к поддержанию однополярного мира - все эти тенденции будут оказывать существенное воздействие на безопасность Китая в ближайшие десятилетия. С 2001 года китайские аналитики определяют основные угрозы внутренней безопасности как "три злых силы" - международный терроризм, национальный сепаратизм и религиозный экстремизм[81] . Пекин осознает значимость угрозы, исходящей от этнических и сепаратистских волнений в западных районах Китая и в Тибете, отмечается и причастность к этим волнениям иностранных спецслужб. Кроме того, Пекин стоит перед внутренними вызовами стабильности, связанными, прежде всего, с большим числом мигрантов внутри страны из числа наемных рабочих, демобилизованных солдат, а также политического диссидентского движения и широко распространенной сельской безработицы и неполной занятости.

В дополнение к традиционным проблемам безопасности китайские аналитики в последние годы стали уделять больше внимания отрицательному воздействию на экономическое развитие Китая и его внутреннюю стабильность со стороны глобальных и межнациональных угроз: эпидемии СПИДа; международной преступности и торговле наркотиками; быстрому распространению ядерного, химического и биологического оружия и систем его доставки; экологической деградации и терроризма[82] . Руководство Китая все более осознает угрозы экономической и информационной безопасности, а также эрозии национальной независимости как следствия глобализации. В ближайшей перспективе, по мнению китайских экспертов, эти проблемы будут только расти, что связывается со вступлением Китая во Всемирную торговую организацию.

Хотя нетрадиционные проблемы безопасности пока имеют достаточно слабое влияние на приоритеты модернизации вооруженных сил ближайшего времени, китайские эксперты признают, что если оставить эти проблемы сегодня без достаточного внимания, то в долгосрочной перспективе они могут внести свой вклад во внутреннюю или региональную неустойчивость и, возможно, привести к возникновению новых еще более острых противоречий и конфликтов.

Среди всего многообразия вызовов, направленных против Китая, следует выделить несколько основных направлений, по которым они поступают:

Во-первых, это противоречивые отношения с США. Новые и старые подходы китайского руководства к внешней политике проявляются в отношениях Пекина с США, основой которых является симбиоз взаимных опасений и взаимной выгоды. Китай усматривает угрозу своим интересам в американском военном присутствии в АТР, осуществляемом согласно представлениям Вашингтона о Китае как о главном американском сопернике в регионе. Вместе с тем, ни Китай, ни США не рассматривают друг друга в качестве прямой военной угрозы.

Главной проблемой постепенно выстраивающегося китайско-американского партнерства является отсутствие и у Китая и у США конкретных идей относительно того, как адаптировать двусторонние отношения к задачам создания новой архитектуры международной безопасности, в которой учитывалось бы и мнение Китая.

Вместе с тем, китайско-американские отношения остаются обремененными старыми проблемами. Наиболее острая из них - проблема Тайваня. Пекин рассматривает именно тайваньскую проблему как главное препятствие развитию стратегических отношений с США. США, признавая наличие "одного Китая", тем не менее, по мнению Пекина, осуществляют "неприемлемое для Китая" военное сотрудничество и высокого уровня политические контакты с островом.

Другая проблема - Фалуньгун[83] , в котором Пекин видит угрозу политической стабильности страны. Китайское руководство всерьез опасается, что Фалуньгун, опирающийся, по информации китайцев, на поддержку ЦРУ США, способен сыграть такую же дестабилизирующую роль во внутриполитической жизни Китая, какую в свое время сыграла "Солидарность" в Польше. Череда "цветных революций" на постсоветском пространстве в 2004-2005 годах побуждает Пекин смотреть на проблему шире - в контексте анализа работы американской дипломатии в мире посредством поддержки благотворительных фондов и неправительственных организаций[84] .

В отношениях с Россией Китай решил практически все главные спорные проблемы в результате подписания в 2001 году российско-китайского Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве[85] . Договор урегулировал в основном пограничное размежевание, заложил основы для долгосрочного политического и экономического сотрудничества, именуемого стратегическим партнерством.

С другой стороны, в России сохраняются антикитайские настроения и опасения действий Китая, способных, по мнению сторонников политики "сдерживания Пекина", нанести ущерб российским интересам. Отсюда в российско-китайских отношениях одновременно с положительными тенденциями появляются новые "поля напряженности". В их основе - неготовность России, уже признающей за Китаем важную мировую экономическую роль согласиться де-факто и со стремлением Пекина усилить свою политическую роль в региональной и глобальной политике.

Китай, со своей стороны, рассматривает Россию как второго, после США, "игрока" в вопросах стратегической стабильности и ракетно-ядерной сфере.

В Азиатско-Тихоокеанском регионе Китай воспринимает Россию как:

партнера по ШОС, что открывает возможности для поиска вариантов взаимодействия с ней по новым угрозам в Центральной Азии;

"участника" шестисторонней встречи по Корее, хотя и не основного игрока;

"страну, присутствующую" в АТЭС, что отражает реальную малозаметную роль России в этом Форуме.

Выработка оптимальной реакции России на изменяющееся глобальное позиционирование Китая и составит, скорее всего, основное содержание нового этапа развития российско-китайских отношений.

В Северо-Восточной Азии Китай является единственным (за исключением глобальной ядерной державы - России) ядерным государством. Факт обладания Северной Кореей ядерным орудием остается недоказанным. Япония и Южная Корея, хотя и имеют необходимые технические возможности, не развивают ядерные программы военного значения по политическим соображениям и в силу своих конституционных и международных обязательств[86] . Ядерные амбиции технологически готового к созданию ядерного оружия Тайваня сдерживаются жесткой позицией нераспространения, исходящей из Вашингтона. Северокорейский ядерный кризис обострил проблему ядерной безопасности в Северо-Восточной Азии. Развитие политической ситуации в Северо-Восточной Азии и ее восприятие Пекином оказывают прямое или косвенное влияние на стратегию безопасности КНР.

Параллелизм в процессах укрепления глобальных позиций Японии и Китая обостряет существующие между ними отношения конкуренции в мировой экономике и политике. Нарастание глобальной политической конкуренции Пекина и Токио обостряет старые проблемы в их отношениях:

приглушенный на время территориальный спор (на оспариваемых островах Сэнкоку);

визиты тайваньских политиков в Токио, с особой резкостью осуждаемые Пекином;

В военно-политической области Китай открыто выступает против участия Японии в развертывании региональных систем противоракетной обороны, видя в этом угрозу своей политике "военного сдерживания" независимости Тайваня. Китай наступательно выражает озабоченность по поводу военных реформ Токио. Ища ответ на вызов Японии, Пекин пытается сократить отставание от Токио по военным расходам и нарастить свои "преимущества" как ядерной державы, реализую программу развития и совершенствования национальных стратегических ядерных сил.

В области отношений Китая и Северной и Южной Кореи, Китай исходит из того, что последовательно выступает за всестороннее запрещение и полное уничтожение ядерного оружия и прилагает неустанные усилия в данном направлении. Как только Китай овладел ядерным оружием, он торжественно объявил, что никогда, ни при каких обстоятельствах не применит первым ядерное оружие. Позднее Китай обязался ни при каких обстоятельствах не прибегать к ядерному оружию или угрозе его применения в отношении стран и районов, не имеющих такого вида оружия. В мае 2000 г. КНР вместе с другими четырьмя странами-обладательницами ядерным арсеналом обнародовал Совместное заявление[87] , в котором объявил, что его ядерные установки не направлены против какого бы то ни было государства

Однако, КНР не отрицает того, что у Северной Кореи есть ядерная военная программа, но нет ядерного оружия, и признает угрозу распространения ядерных материалов с территории Северной Кореи. В тоже время, Китай видит главной угрозой, исходящей от Пхеньяна, не проблему ядерного распространения, а коллапс северокорейского режима с последующим огромным и неконтролируемым наплывом беженцев.

Пока ситуация в Корее не является прямым фактором, подталкивающим Пекин к пересмотру национальной стратегии безопасности в пользу радикального наращивания ее военного, в том числе и ядерного, компонента. Вместе с тем северокорейский ядерный кризис может оказать косвенное воздействие на китайскую стратегию безопасности в ее ядерной части в том случае, если ситуация в Корее будет развиваться в направлении военного варианта решения конфликта. При таком сценарии наращивание собственного ядерного потенциала будет рассматриваться Китаем как фактор сдерживания, позволяющий все же оттянуть или предотвратить войну в Корее.

Китай и Южная Корея рассматривают друг друга как стратегических экономических партнеров. Существующие между странами разногласия носят ограниченный характер и не оказывают влияния на политику обеих стран в области безопасности.

Тайваньский фактор имеет решающее значение для политической стабильности в самом Китае и Восточной Азии в целом. Решение тайваньского вопроса и объединение Китая являются коренными интересами китайской нации. Содержанием основного курса правительства Китая в решении тайваньского вопроса является "мирное объединение, одно государство - две системы"[88] , а также претворение в жизнь позиции из 8 пунктов по развитию связей между двумя берегами и продвижению вперед процесса мирного объединения Родины. Правительство Китая последовательно отстаивает принцип одного Китая, и в коренных вопросах, касающихся суверенитета и территориальной целостности, ни в коем случае не пойдет на уступки и компромисс. Cмена тайваньских руководителей не сможет изменить того факта, что Тайвань является частью территории Китая. Решение тайваньского вопроса целиком является внутренним делом Китая. Правительство Китая решительно выступает против того, чтобы какая-либо страна продавала Тайваню оружие или заключала с ним военные союзы в любой форме, против вмешательства извне в любой форме. Несмотря на это, США не прекращают поставки Тайваню современного вооружения. В самих штатах есть лица, пытающиеся подвигнуть Конгресс принять так называемый Закон "Об укреплении безопасности Тайваня", другие же стараются ввести Тайвань в систему ПРО для района военных действий. Пересмотренное Японией и Америкой новое руководство по сотрудничеству в области обороны так и не содержит четкого обещания не включать Тайвань в сферу "безопасности вокруг страны", где при желании можно осуществлять военное вмешательство. Эти действия пошли на руку раскольническим силам на Тайване, серьезно ущемили суверенитет и подорвали безопасность Китая, а также создали угрозу миру и стабильности в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Правительство Китая делает все возможное, добиваясь мирного объединения, и выступает за то, чтобы решать разногласия путем диалога и переговоров на основе принципа "одного Китая". Но если произойдет серьезное изменение обстановки, связанное c отделением под любым предлогом Тайваня от Китая, если иностранное государство оккупирует Тайвань, если тайваньские власти будут бесконечно отказываться от мирного решения вопроса объединения двух берегов путем переговоров, правительство Китая будет вынуждено принять все возможные решительные меры для защиты суверенитета и территориальной целостности Китая и осуществления великого дела объединения страны. "Независимость Тайваня" означает новое провоцирование войны, создание раскола означает, что не будет мира по двум сторонам пролива. НОАК неукоснительно рассматривает волю государства как высшую волю, всеми силами и средствами защищает суверенитет и территориальную целостность страны, не мирится, не потворствует и не бездействует при любых попытках разделить Родину.

Китайское руководство, ни при каких условиях не согласится с независимостью Тайваня, и будет противодействовать провозглашению независимости всеми средствами, в том числе используя и фактор военной угрозы. Выходом для китайского руководства является максимально возможное сохранение статус-кво и поддержка тех политических сил на Тайване, прежде всего Гоминьдана, которые придерживаются тех же позиций и обещают не поднимать вопрос о независимости в течение ближайших 50 лет[89] .

Перспектива включения Тайваня в американскую систему противоракетной обороны и развивающееся военное сотрудничество США и Тайваня являются дополнительным аргументом в глазах Пекина в пользу наращивания потенциала сдерживания, за счет усиления его ракетно-ядерного компонента[90] . Отсюда стремление Пекина, понимающего, что главным препятствием к обладанию Тайванем ядерным оружием является позиция США, быть активным партнером США по северокорейской ядерной проблеме.

Рассматривая проблемы основных вызовов национальной безопасности КНР можно сделать следующие выводы. Оценивая в целом внешнеполитические инициативы Пекина последнего времени, важно подчеркнуть, что новые шаги КНР не создали реальных военно-политических угроз международной безопасности. Более того, фактом мирной и спокойной смены власти, продолжением либерализации и глобализации экономики, началом политических реформ Китай вызвал в мире новые позитивные ожидания.

С другой стороны, фактом является усиление международной экономической и политической конкурентоспособности Китая и повышение его активности в глобальных и региональных делах. Это представляет серьезный вызов мировым и региональным лидерам. На данном этапе значительное внимание уделяется основным вызовам успешному осуществлению национальной безопасности. Внутри страны можно выделить по крайней мере два района, представляющих опасность для национальной безопасности. Это Синьцзян-Уйгурский автономный район, где каждым годом усиливают свое влияние такие сепаратистские организации, как: "Восточный Туркестан", "Исламское движение Узбекистана", "Всемирный Уйгурский конгресс", имеющие целью создание на территории района, а также прилегающих к нему районов Казахстана и Кыргыстана независимого исламского государства. Основным же проблемным районом уже многие годы считается Тайвань. Эта проблема является основным камнем преткновения для Китайско-американских отношений. Также озабоченность у Пекина вызывает финансирование США неправительственных организаций.

Главным образом следует выделить усиливающееся с каждым годом влияние США в Тайваньском проливе. Эта проблема является основным камнем преткновения для Китайско-американских отношений.

Также беспокойство вызывает территориальный спор с Японией, и проблемы денуклеизации Корейского полуострова. Из всех районов, как самые благополучные, можно выделить Россию, с которой большинство противоречий решилось во время подписания Договора о дружбе и сотрудничестве, Южную Корею, которую Китай рассматривает как экономически-важного партнера, и страны-участницы Шанхайской организации сотрудничества.

2. Оборонный потенциал и обеспечение обороноспособности КНР на современном этапе

2.1 Вооруженные силы КНР: система управления и состав

В настоящее время Китай является общепризнанной региональной военной державой. Вооруженные силы КНР включают войска действительной службы и войска запаса НОАК, части вооруженной народной милиции Китая и народное ополчение. Их укреплению уделяется традиционно высокое внимание. По таким параметрам как военные ассигнования, обеспеченность инженерно-техническими кадрами, способность к разработке и производству комплексных систем вооружения и военной техники, экспортный потенциал в области вооруженных сил и военной техники, китайский оборонный сектор носит современный характер. По критерию занятости в нём КНР принадлежит едва ли не первое место в мире[91] .

Военные являются неотъемлемой частью государственно-партийной номенклатуры и играют большую роль в политике Китая. Центральный военный совет (ЦВС) КНР руководит и осуществляет единое командование вооруженными силами всей страны. В КНР создано министерство обороны, которое подчинено Госсовету и является ведомством по руководству и управлению оборонным строительством. Действительные войска НОАК являются постоянными войсками Китая, на которые, главным образом, возложены задачи обороны и ведения боевых действий. При необходимости они могут в соответствии с правовыми положениями содействовать охране общественного порядка. Их организационная структура в основе своей представлена системой главных управлений, системой видов вооруженных сил и родов войск, системой военных округов[92] .

Система главных управлений НОАК включает руководимые ЦВС Генеральный штаб, Главное политическое управление, Главное управление тыла, Главное управление вооружения. Через эти главные управления ЦВС осуществляет руководство и управление всеми военными округами, видами вооруженных сил и родами войск.

НОАК состоит из трех видов вооруженных сил: сухопутные войска, Военно-морские силы, Военно-воздушные силы и самостоятельного рода войск - второй артиллерии[93] .

Сухопутные войска - самый многочисленный вид вооруженных сил КНР, в них служит до 70% личного состава НАОК, в настоящее время его численность составляет 1,6 млн человек, 56 общевойсковых дивизий полевых войск, в том числе 11 танковых, 12 дивизий "быстрого реагирования", 3 воздушно-десантных. Военно-обученный резерв сухопутных войск (включая неорганизованный) насчитывает 12 млн. человек. В состав сухопутных войск входят пехота, бронетанковые войска, артиллерия, войсковая ПВО, инженерные, химические и автомобильные войска, а также войска связи и радиоэлектронной борьбы и армейская авиация. Также имеются части специального назначения[94] .

Вследствие уменьшения числа военнослужащих и в целях оптимизации работы армии, с конца 80-х гг. ХХ века происходит реформирование структуры сухопутных войск НОАК. В 1988 году вместо прежних 35 армейских корпусов были созданы 24 общевойсковые армии, количество которых к 2002 году уменьшилось до 21, а в настоящее время составляет 18 армий. Им присущи серьезные недостатки в таких сферах, как командование и управление, механизация и информатизация, войсковая противовоздушная оборона, материально-техническое обеспечение, связь. Главной проблемой этого рода войск является их недостаточное финансирование по сравнению со стратегическими ядерными силами, ВВС и ВМС.

Военно-морские силы (ВМС) КНР в настоящее время насчитывают около 255 тыс. человек личного состава, в том числе 40 тыс. срочной службы. Численность военнообученного резерва ВМС НОАК оценивается в 600 тыс. человек. ВМС НОАК КНР разделены на три оперативных флота: Северный, Восточный и Южный. Родами сил китайских ВМС являются: подводные силы (включая морской компонент ядерной "триады" - атомные подводные лодки стратегического назначения), надводные силы, морская авиация, войска береговой охраны и морская пехота, в состав которой входят и подразделения специального назначения (боевые пловцы). Организационная структура ВМС НОАК предусматривает однородные оперативные соединения - эскадры (6 эскадр подводных лодок, 7 эскадр эскортных кораблей, 3 эскадры минно-тральных кораблей) и тактические соединения - бригады и дивизионы.

По состоянию на 2006 год в арсенале ВМС КНР находятся: одна атомная подводная лодка с баллистическими ракетами (еще одна проходила испытания), 6 многоцелевых атомных и 68 дизельных подводных лодок; 26 ракетных эсминцев и 47 ракетных фрегатов, 116 малых противолодочных кораблей, 85 ракетных и 9 торпедных катеров и ряд других[95] .

Военно-воздушные силы КНР (ВВС) состоят из авиации (бомбардировочной, штурмовой, истребительной, разведывательной и военно-транспортной), а также наземных сил ПВО, включающих зенитно-ракетные войска, зенитную артиллерию и авиационные группировки объединенные в военно-воздушные силы округов, командующие которыми оперативно подчинены командующим округами. В свою очередь, в подчинении у командующих ВВС округов находятся командования авиационных корпусов и окружных военно-воздушных баз. Численность личного состава военно-воздушных сил (ВВС) НОАК составляет около 400 тыс. человек, из которых около 210 тыс. человек служат в войсках ПВО. Военно-воздушные силы овладели способностью вести боевые операции при любой погоде, в любое время суток и в любом районе воздушной территории. На вооружении армии поступает высокотехнологическое вооружение и оснащение. В том числе истребители СУ-27, СУ-30, "Цзянь-11", транспортных самолетов Ил-76, самолетов-заправщиков "Хун-6", крылатых ракет класса "воздух-земля", средств дальнего обнаружения воздушного и космического базирования. [96] Насчитывают около 4 тыс. боевых самолетов, в основном устаревших типов, и предназначенных главным образом для решения задач противовоздушной обороны и в меньшей степени - для оказания поддержки сухопутным войскам. В их составе преобладает истребительная авиация, на долю которой приходится около 75% самолетного парка. На вооружении ВВС КНР находятся около 4,5 тыс. боевых самолетов (до 500-600 единиц могут быть носителями ядерного оружия), из них истребителей - более 3 тыс., бомбардировщиков - около 200. Самолетный и вертолетный парк оснащен машинами преимущественно российского и местного производства - Ту-16, Ил-28, МиГ-19, МиГ-21, Су-27, Ил-76, Ан-2, Ан-24 или созданными по их базе[97] .

Ракетные воска, или Вторая артиллерия, подчиняются непосредственно Центральному Военному Совету КНР. Вторая артиллерия состоит из стратегических ракетно-ядерных войск, оперативно-технических ядерных войск, частей обеспечения и обслуживания. Численность личного состава, по разным оценкам, составляет около 120 тыс. человек.

Ядерная стратегия Пекина, взявшего декларативное обязательство не применять ядерное оружие первым, основывается на концепции "ограниченного ответного ядерного удара". Эта концепция предполагает строительство ограниченных по боевому составу ядерных сил сдерживания, способных созданием угрозы нанесения неприемлемого ущерба вероятному противнику заставить последнего отказаться от применения ядерного оружия или попыток военно-силового давления на КНР. Такой подход не делает акцента на достижении ядерного паритета по отношению к США и РФ, однако является рациональным с точки зрения экономии материальных и финансовых ресурсов[98] .

Ракетно-ядерный потенциал КНР условно можно разделить на три компонента: стратегического (СН), оперативно-тактического (ОТН) и тактического (ТН) назначения. В последние годы отмечается заметный уклон в сторону первоочередного развития ракетно-ядерных сил и средств ОТН и ТН, а не стратегических. Это диктуется тем, что для КНР в масштабах азиатского театра войны с учетом предполагаемых военных угроз со стороны региональных потенциальных противников, оперативно-тактическое и даже тактическое ядерное оружие имеет стратегическую значимость и позволяет КНР решать военно-стратегические задачи.

В процессе развития стратегических ядерных сил КНР отчетливо просматривается курс на создание ядерной "триады":

1) группировки баллистических ракет СН/ОТН наземного развертывания в мобильном и шахтном вариантах;

2) атомные ракетные подводные лодки с дальнобойными баллистическими ракетами подводных лодок;

3) авиационный компонент.

На сегодняшний день стратегическая ядерная "триада" КНР во многом проигрывает по своим характеристикам соответствующим силам США и РФ[99] .

Основными недостатками китайских стратегических ядерных систем считаются низкие показатели боевой готовности, живучести, надежности и точности, что говорит об отсутствии у КНР в настоящее время возможности нанесения как ответно-встречного, так и упреждающего удара. Тем не менее, потенциала ракетных войск Китая достаточно для ограниченного сдерживания вероятных противников от нападения на страну[100] .

Чтобы изменить сложившееся положение дел, Пекин предпринимает энергичные меры по качественному совершенствованию ядерных вооружений. К тому же руководители КНР прямо увязывают повышение роли своей страны в международных делах, её влияния на развитие военно-политической обстановки в мире и, прежде всего, в АТР с наращиванием ядерного потенциала.

В данный момент в Китайской Народной Республике существует несколько гражданских и военных специальных служб, осуществляющих разведывательную и контрразведывательную деятельность. Основные из них - это Министерство общественной безопасности (МОБ) КНР, Министерство государственной безопасности (МГБ) КНР и Главное разведывательное управление Генерального штаба Народно-Освободительной армии Китая (ГРУ ГШ НОАК).

Главное разведывательное управление Генерального штаба Народно-освободительной армии Китая. Общее руководство и контроль за деятельностью ГРУ ГШ НОАК осуществляет Центральный военный совет КНР, подчиненный ЦК КПК.

Основными направлениями деятельности являются внешняя стратегическая разведка и оперативно-тактическая разведка.

Основные цели и задачи ГРУ ГШ НОАК состоят из следующих аспектов:

1. сбор и систематизация данных о перспективном развитии военно-политической обстановки в отдельных странах или регионах мира, состояние их оборонной промышленности, состояние вооруженных сил сопредельных стран, ведущих держав и держав - вероятных противников, а также планы их мобилизационного развертывания;

2. ведение промышленно-экономической разведки;

3. ведение политической разведки;

4. ведение военно-экономической разведки;

5. подрывная деятельность в перечисленных странах;

6. сбор сведений о спецслужбах зарубежных стран, формы и методы их работы;

7. участие в антитеррористической деятельности на территории КНР и за границей.

Структурно ГРУ ГШ НОАК состоит из 7-ми управлений и других подчиненных организаций и подразделений. Кроме того, Главному разведывательному управлению оперативно подчинены разведывательные управления ВВС, ВМС, военных округов (Пекинский ВО, Чэндуский ВО, Гуанчжоуский ВО, Цзинанский ВО, Ланчжоуский ВО, Нанкинский ВО, Шеньянский ВО), а также разведуправления и отделы гарнизонов (Пекинский, Шанхайский, Тяньцзинський) [101] .

Общая численность личного состава Главного управления разведки ГШ НОАК составляет более 35 000 человек.

Исходя из того, что ГРУ структурно входит в ГШ НОАК, содержание его штатных единиц (в том числе и аппаратов ВАТ за рубежом) осуществляется за счет средств, ежегодно выделяемых из бюджета Министерства обороны КНР. Функции постатейного и ведомственного распределения бюджетных средств МО КНР возложены на финансовое управление Главного управления тыла НОАК.

По вопросам обеспечения государственной безопасности, включая экономическую безопасность страны, разведка НОАК взаимодействует с Министерством государственной безопасности, Министерством общественной безопасности, таможенной и финансовой службами. Министерство государственной безопасности Китайской Народной Республики.

В последнее время получило развитие и другое направление - создание на базе имеющихся соединений мобильных сил НОАК, предназначенных для действий в локальных конфликтах по периметру государственной границы, а также для оказания поддержки народной вооруженной полиции в обеспечении внутренней безопасности и общественного порядка. Численность этого развивающегося компонента составляет около 250 тыс. человек (9% сухопутных войск), в ближайшей перспективе предполагается включение в его состав ударной авиации и части сил флота. К 2010 г. мобильные силы могут включать до одной трети состава НОАК (около 800 тыс. человек) [102] .

Военные округа (театры военных действий) являются военными структурами, учрежденными в соответствии с административным делением страны, географическим положением, а также стратегическим и оперативным направлениями и задачами ведения боевых действий. Округу подчинены несколько сухопутных армий, части различных родов войск, части тылового обеспечения, а также провинциальные военные округа (подокруга, гарнизоны). Их главными функциями являются: организация и координация совместных боевых действий и учений сухопутных, морских и воздушных частей в пределах данного округа; непосредственное руководство организационным строительством, военной подготовкой, административным управлением, политической работой, тыловым обеспечением и вооружением в подчиненных сухопутных частях; руководство народным ополчением, военной службой, мобилизацией, народной противовоздушной обороной и обустройством районов боевых действий. В настоящее время в НОАК насчитывается семь военных округов: Шэньянский, Пекинский, Ланьчжоуский, Цзинаньский, Нанкинский, Гуанчжоуский и Чэндуский[103] . Из всех военных округов Китая наиболее мощными являются округа со штабами в Пекине и Шэньяне, прилегающие к границе с РФ (первый ориентирован на Сибирский военный округ ВС РФ, второй - на Дальневосточный). На эти округа приходится 4 из 9 танковых и 6 из 9 механизированных дивизий, 6 из 12 танковых бригад сухопутных войск НОАК. Еще 2 танковые дивизии и 1 бригада входит в состав округа со штабом в Ланьчжоу (занимает западную часть страны, ориентирован на Центральную Азию, Монголию и Сибирь к западу от Байкала), а 1 танковая, 1 механизированная дивизии, 2 танковые и единственная в НОАК механизированная бригады - в состав Цзинаньского округа, который находится в центре страны и является стратегическим резервом для Пекинского, Шэньянского, Ланьчжоуского и Нанкинского округов[104] .

В частности, 38-я армия Пекинского ВО представляет собой полигон для отработки новых оргштатных мероприятий и способов применения новых видов боевой техники. Артиллерия в этой армии полностью автоматизирована, она еще уступает по точности американской, но уже превзошла российскую. Быстро обновляются бронетанковые войска. В частности, в состав 38-й армии входит полностью автоматизированная 6-я танковая дивизия, оснащенная танками Туре 96. Темп наступления 38-й армии достигает 1000 км в неделю (150 км в сутки). Наконец, в состав этой же армии входит 4-я зенитно-ракетная бригада, наиболее современное соединение войсковой ПВО Китая (включает, в частности, дивизион ЗРК "Тор"). Вторым полигоном для отработки новых способов применения СВ является резервный Цзинаньский округ, включающий, в частности, образцовые и оснащенные современной техникой 8-ю танковую и 127-ю легкую мотопехотную дивизию. Остальные подвижные соединения СВ НОАК (танковые и механизированные дивизии) входят в состав Нанкинского военного округа. В частности, здесь дислоцированы обе амфибийные механизированные дивизии, единственная амфибийная танковая бригада и единственная десантная бригада спецназа. Общая численность этих соединений составляет 25 тыс. человек. С учетом морской пехоты ВМС Китай обладает вторым в мире после США контингентом морской пехоты[105] .

Наиболее слабыми являются округа со штабами в Чэнду и Гуанчжоу, прилегающие к границам с Индией и странами Индокитая. Они, в частности, не имеют ни одной танковой и механизированной дивизии, то есть на южном направлении китайское командование не предполагает вести какие-либо наступательные действия. Войска этих округов состоят в основном из мотопехотных (бывших пехотных) дивизий, наиболее архаичного типа соединений СВ НОАК. В других округах большинство дивизий этого типа преобразуется в бригады. Переход от дивизий к бригадам происходит достаточно активно, хотя этот процесс нельзя абсолютизировать. Танковые и механизированные дивизии, представляющие собой основную ударную силу СВ, никто преобразовывать в бригады не собирается.

На вооружении СВ НОАК состоит около 10 тыс. основных танков (450 Туре 90II, 1200 Туре 96, 200 Туре 98, 400 Туре 88С, 500 Туре 88В, 1000 Туре 80, 500 Туре 79, 200 Туре 69, 5500 Туре 59) и 2 тыс. легких (1200 Туре 62, 800 Туре 63). К современным можно отнести танки Туре 90II, Туре 96 и Туре 98, причем последний, как считается, почти не уступает лучшим западным танкам (М1А2, "Леопард-2А6"). Все эти три типа танков вооружены 125-миллиметровой пушкой,, подобной той, что установлена на российских танках (начиная с Т-64А) [106] .

В НОАК созданы Военная Академия, Академия обороны, Академия оборонной науки и техники. Военная Академия является высшим всеармейским военным научно-исследовательским органом и военным научно-исследовательским центром. Академия обороны и академия оборонной науки и техники являются учебными заведениями, непосредственно подчиненными ЦВС. Академия обороны отвечает, главным образом, за подготовку командиров высшего звена, штабных офицеров высшего звена и исследователей-теоретиков высшего уровня. Академия оборонной науки и техники отвечает, главным образом, за подготовку научных и инженерно-технических кадров высшей категории, а также командных кадров, обладающих специальными знаниями.

Войска запаса НОАК комплектуются и формируются по установленной структуре, их основой являются служащие запаса, а костяк составляют военнослужащие действительной службы. Войска запаса входят в порядок НОАК, в обычное время они согласно положениям проходят обучение и подготовку, а при необходимости могут в установленном законом порядке содействовать охране общественного порядка. Во время войны войска запаса на основании изданного государством Закона о мобилизации переводятся в войска действительной службы.

Войска вооруженной народной милиции выполняют поставленные государством задачи по обеспечению безопасности и находятся под двойным руководством Госсовета и ЦВС. Они включают части внутренней охраны, обеспечения безопасности на золотопромышленных предприятиях, гидроэлектростанциях, части лесоохраны и транспортные части.

Народное ополчение является составной частью ВС страны. Под командованием военных органов народное ополчение выполняет задачи подготовки к ведению боевых действий и несения нестроевой службы, ведения оборонительной войны, содействует охране общественного порядка. Генеральный штаб управляет работой с народным ополчением всей страны; военные округа отвечают за работу с народным ополчением на территории своего округа; провинциальный округ является командным органом, осуществляющим руководство народным ополчением на своей территории.

Как гласит Закон КНР "О национальной обороне", для вооруженных сил Китая обязательно соблюдение Конституции и законов. Руководство ВС Китая придерживается курса "управление армией на правовой основе", усиливает правовое строительство, с тем, чтобы дело государственной обороны и армейское строительство встали на рельсы правопорядка. Это находится в соответствии с требованием строительства в Китае правового государства в целом[107] .

Следует отметить, что НОАК находится на переходном этапе к преобразованию в армию современного типа, способную эффективно выполнять задачу ядерного сдерживания и нанесения ответного ядерного удара, успешно действовать в многомерном пространстве в условиях высокотехнологичной войны. Вместе с тем ввиду приоритетности задач экономического развития военная модернизация осуществляется умеренными темпами и носит выборочный характер. Китайский ВПК имеет ограниченные возможности по выпуску современных высокотехнологичных вооружений и сохраняет зависимость от импорта зарубежных технологий. Избранная догоняющая модель развития позволяет сократить, но не ликвидировать военно-техническое отставание Китая от мирового уровня. Поэтому в ближайшие годы вектор военно-технической политики Китая будет смещаться в сторону использования внешнего фактора, то есть в сторону импорта и лицензионного производства военной техники по зарубежным технологиям.

Также не следует забывать, что при сохранении нынешних опережающих темпов увеличения военных расходов по сравнению с темпами роста экономики Китай может по объему реальных военных расходов в ближайшие годы выйти на второе место в мире после США. Сдерживающим фактором может стать необходимость увеличения ассигнований на импорт энергоносителей, а также на решение сложных внутренних социально-экономических проблем, имеющих тенденцию к обострению.

К 2020 г. китайская армия, оставаясь наиболее многочисленной в Азии, может стать сильнейшей в качественном отношении. Тем не менее возможности Китая по проецированию силы в значительных масштабах по всей видимости будут ограничены пределами АТР[108] .

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что характерной особенностью современного этапа трансформации Вооруженных сил Китая является осознание военно-политическим руководством страны того факта, что в результате происходящих процессов глобализации противоречие в военной науке и технике между информатизацией с одной стороны и механизацией - с другой, продолжает углубляться. Подобные процессы ведут к нарастанию неустойчивости и снижению эффективности применения военной силы. Вместе с тем роль, отводимая военной силе в обеспечении национальной безопасности, по мнению китайских специалистов, сегодня продолжает занимать главенствующее положение. Проведенная коалиционными силами операция в Ираке в 2003 году выдвинула на первый план проблему, связанную с расширяющейся технологической пропастью между развитыми странами Запада и их вооруженными силами и вооруженными силами стран всего остального мира. Этот расширяющийся технологический разрыв побудил руководство Китая призвать НОАК стремиться к "технологическому прыжку", с целью всемерно ускорить приобретение способностей, увеличивающих маневренность, огневую мощь и точность оружия путем всемерной информатизации вооруженных сил. Китайские эксперты также считают, что первые два десятилетия XXI столетия будут критическим периодом для реформы и выстраивания новых отношений в области военной науки и промышленности КНР. В этот период должно быть отлажено взаимодействие военной и гражданской промышленности, сбалансированы военные и гражданские потребности. В этот же период планируется осуществить модернизацию производства на ключевых предприятиях оборонной промышленности с целью наибольшего соответствия их возможностей потребностям вооруженных сил.

Долгосрочная программа модернизации НОАК ставит перед собой цель - создание и развитие способностей вести и побеждать в быстротечных конфликтах высокой интенсивности по всему периметру государственной границы Китая. При этом особое внимание уделяется развитию военно-воздушных и военно-морских сил, как основного средства сдерживания возможной агрессии.

2.2 Модернизация вооруженных сил КНР на современном этапе

Перспективы модернизации обороны Китая в значительной мере определяются объемом финансирования военных расходов. Согласно китайским источникам, официальные военные расходы Китая подразделяются на центральные и местные. "Местные" военные расходы предположительно предназначены для содержания народного ополчения. "Центральные" военные расходы включают 13 расходных статей на содержание НОАК[109] .

Важное место в официальных военных ассигнованиях занимают расходы на закупку вооружений и военной техники, которые в свою очередь включают три составные части:

а) космическое оборудование, самолёты, ракеты, ядерные бомбы и головные части ракет, боевые корабли и катера, бронетанковая техника;

б) артиллерийское и стрелковое вооружение сухопутных войск;

в) боеприпасы, электронное оборудование и средства связи, транспортные средства, средства разведки и тылового обеспечения[110] .

Особенностью китайской системы финансирования расходов на оборону является то, что официальные бюджетные военные ассигнования не включают расходы на НИОКР, связанные с созданием новых типов вооружений и военной техники. В КНР различают "военные исследования" и "оборонные исследования". Первые означают исследования в области военной науки, военной медицины, испытания и оценку оружия и военной техники, а также исследования, направленные на некоторое усовершенствование образцов техники, находящейся на вооружении НОАК. "Военные исследования" проводятся научно-исследовательскими учреждениями НОАК и финансируются за счет официальных бюджетных ассигнований. Что касается "оборонных" исследований, то они охватывают все научные исследования, имеющие оборонное значение и осуществляемые НИИ, принадлежащими различным гражданским ведомствам.

Модернизация вооруженных сил КНР проходит по следующим направлениям:

а) Модернизация ракетных войск. Основные мероприятия в рамках модернизации ракетных войск направлены на разработку и производство новых и усовершенствованных твердотопливных баллистических ракет с улучшенной точностью стрельбы и минимальной уязвимостью. Боевая эффективность стратегических ракет должна быть повышена за счет оснащения их разделяющимися головными частями индивидуального наведения.

С 2002 года формирования стратегических ракетных войск оснащаются ракетными комплексами с усовершенствованной твердотопливной баллистической ракеты средней дальности (БРСД)"Дунфэн-21А" (по сравнению с прототипом БРСД "Дунфэн-21" максимальная дальность стрельбы увеличена на 1000 км - с 2000 до 3000 км).

В 2003 году принят на вооружение первый мобильный ракетный комплекс с твердотопливной межконтинентальной баллистической ракетой (МБР)"Дунфэн-31" с дальностью стрельбы до 8000 км, а в 2006 году - ракетный комплекс с усовершенствованной МБР "Дунфэн-31А" (дальность стрельбы около 12300 км). Начаты работы по созданию на базе МБР "Дунфэн-31,31А" новой мобильной БРСД "Дунфэн-25". Эта ракета, по оценке, будет состоять из первой и второй ступеней МБР "Дунфэн-31,31А" и иметь дальность стрельбы до 4000 км. Первое лётное испытание БРСД "Дунфэн-25" возможно в начале текущего года[111] .

Когда возникла реальная угроза девальвации китайского ядерного потенциала из-за развертывания американцами стратегической ПРО в Азиатско-тихоокеанском регионе, Пекин принял программу оснащения своих стратегических ракет разделяющимися головными частями и средствами преодоления ПРО: разработана МБР "Дунфэн-5Б" с ядерной кассетной головной частью, начаты работы по модернизации МБР "Дунфэн-31" с целью оснащения её разделяющейся головной частью и средствами преодоления ПРО. Принимаются меры по оснащению БРСД "Дунфэн-21А" средствами преодоления ПРО.

В стратегической авиации произошло поступление ядерных крылатых ракет для бомбардировщиков "Хун-6", продолжается модернизация их радиоэлектронного оборудования. Боевые возможности морского компонента китайских ракетных войск увеличатся за счет ожидаемого в текущем году ввода в состав ВМС новой атомной подводной лодкой проекта 094 с 16 баллистическими ракетами (БРПЛ)"Цзюлайн-2" с дальностью стрельбы около 8000 км, что в три с лишним раза больше, чем у существующей БРПЛ "Цзюлайн-1". Хотя по некоторым данным срок ввода в эксплуатацию новой ПЛАРБ (стратегических военных сил морского базирования) может сдвинуться на 2010 год[112] .

И все же можно с большой вероятностью утверждать, что к 2010 году в ракетных войсках КНР будет развернуто до 300 стратегических носителей (150-155 пусковых установок МБР и БРСД, 28 пусковых установок БРПЛ, 100-120 бомбардировщиков "Хун-6").

С развитием Второй артиллерии тесно связаны космические программы КНР, поскольку и боевые баллистические, и космические ракеты-носители разрабатываются в рамках единой государственной ракетной программы. В настоящее время КНР осуществляет военную космическую программу, включающую запуски спутников фото - и оптико-электронной, радиоэлектронной и радиотехнической разведки, а также спутников связи, наблюдения и навигации[113] .

В 2004 году Китай вывел на околоземную орбиту десять спутников, а к 2010 году его орбитальная группировка должна состоять из более чем 100 космических летательных аппаратов различного назначения, и еще 100 спутников могут быть запущены в 2010-2020 гг. Предполагается, что в течение ближайшего десятилетия КНР будет размещать на орбите в основном спутники радиотехнической разведки, наблюдения за океаном и фоторазведчики.

Китайские специалисты активно работают над созданием противоспутниковых систем. В начале 2007 г. при помощи ракеты наземного базирования был уничтожен один из старых китайских спутников, находившийся на орбите на расстоянии 900 километров от поверхности Земли. Это испытание стало знаковым, поскольку оно продемонстрировало способность Китая наносить удары по тем участкам околоземного пространства, где находятся американские спутники-шпионы, а также системы противоракетной обороны космического базирования. Такая проверка противоспутниковых технологий стала первой в своем роде за прошедшие 20 лет.

б) Модернизация сухопутных войск. В настоящее время в КНР началось создание механизированных армий (на основе существующих общевойсковых), отличающихся насыщенностью бронетехникой и самоходной артиллерией, а, следовательно, более высокой ударной мощью, мобильностью, защищенностью личного состава от оружия массового поражения. Одним из направлений модернизации сухопутных войск является их постепенный перевод с 1996 года от заимствованной у СССР дивизионно-полковой организации к бригадной структуре, более маневренной и гибкой в управлении[114] .

Наиболее хорошо подготовленными к ведению боевых действий в условиях современной войны, как по уровню подготовки, так и по техническому оснащению являются части специального назначения сухопутных войск НОАК. Подобно аналогичным подразделениям во всем мире они выполняют задачи по ведению специальной разведки, прямым боевым действиям, сбору разведданных, нетрадиционным способам войны и антитеррористическим операциям. Подразделения спецназа сухопутных войск НОАК вооружены стандартными автоматами "Тип 95", снайперскими винтовками "Тип 88", пистолетами-пулеметами "Тип 64", "Тип 79", пистолетами "Тип 92" и реактивными противотанковыми гранатометами.

Что касается технической оснащенности рассматриваемого вида войск, можно отметить следующие достижения и проблемы:

По своей технической оснащенности, несмотря на большое количество всё более современного вооружения, китайские сухопутные войска в сравнении с армиями передовых стран по большинству параметров все еще отстают от современных требований.

Практически завершена автомобильная моторизация полевых войск, произошел заметный прогресс в оснащении их бронетехникой. Однако уровень моторизации и механизации местных и резервных войск все еще крайне незначителен, поэтому в случае мобилизации НОАК способна дополнительно развернуть главным образом пехотные соединения и части с низкой мобильностью.

Крайне низкими остаются технические возможности аэромобильных войск.

В танковом парке вплоть до 2010-2015 гг. будут преобладать устаревшие средние танки "тип 59", низок удельный вес самоходной ствольной артиллерии, однако реактивная артиллерия становится все более многочисленной и разнообразной. Основу полевой артиллерии составляют не обладающие достаточной огневой мощью 122-мм гаубицы (копии советских систем образцов 1938 и 1960 гг.).

Серьезным недостатком является отсутствие в армейской авиации специализированных боевых вертолетов. По этой причине в КНР идет активная разработка собственного боевого вертолета WZ-10, близкого по своим характеристикам современным российским и западным машинам.

Проходит активная модернизация средств связи, радио - и радиотехнической разведки, а также систем радиоэлектронной борьбы. Однако в краткосрочной перспективе их полного обновления не предвидится, а имеющееся оснащение в большинстве своем устарело. [115]

Модернизация, проводимая в сухопутных войсках КНР, привела к тому, что в настоящее время их сильными сторонами являются: большое число боеготовых дивизий и бригад, содержащихся практически по штатам военного времени; мощная и гибкая мобилизационная база, опирающаяся на многочисленный военнообученный резерв. Тем не менее, серьезными недостатками продолжают оставаться медленное техническое переоснащение этого вида войск, а также невысокий уровень квалификации офицерского состава.

в) Модернизация военно-воздушных сил. В целом, модернизация ВВС НОАК КНР проходит по двум крупным направлениям: модернизация имеющегося парка летательных аппаратов и вооружений ПВО, а также подготовка личного состава ВВС к ведению боевых действий на технике нового поколения и в условиях вооруженных конфликтов, характерных для XXI века[116] .

Что касается технической модернизации военно-воздушных сил Китая, то она осуществляется за счет закупок боевой техники за рубежом и за счет производства вооружений на своих предприятиях. Необходимо отметить, что несмотря на растущую с каждым годом долю военной продукции, выпускаемой непосредственно в КНР, большинство технологий, по которым она производится, также импортируется в Китай в рамках международного военно-технического сотрудничества. В основном, это российские и израильские технологии[117] .

В целом, самолеты летного парка ВВС КНР представлены:

Истребительная авиация представлена в основном как устаревшими самолетами J-6 (МиГ-19), J-7 (МиГ-21 и его китайские модификации), J-8 и J-8В (машины собственной разработки на основе советских технологий 60-х гг.), так и современными самолетами J-11 (российские фронтовые истребители Су-27, их аналоги китайской сборки) и J-13 (российские многофункциональные истребители Су-30). Начались поставки в ВВС новых истребителей собственной разработки (с применением российских и израильских технологий) J-10 и J-9. Кроме того, к 2010 году ожидается поступление на вооружение ВВС нового перспективного малозаметного двухдвигательного истребителя пятого поколения XXJ.

Бомбардировочная авиация представлена устаревшими средними стратегическими бомбардировщиками Н-6 (советский Ту-16) и легкими тактическими бомбардировщиками Н-5 (советский Ил-28).

Штурмовая авиация вооружена штурмовиками Q-5 (собственная разработка на основе советского истребителя МиГ-19 60-х гг.) Предполагается, что в скором времени штурмовые авиачасти будут переоснащаться современными истребителями-бомбардировщиками JН-7, которые пока используются только в авиации ВМС

Разведывательная авиация оснащена главным образом устаревшими тактическими самолетами фоторазведчиками HZ-5, JZ-8, JZ-7 и JZ-6 - модификациями бомбардировщика Н-5, истребителей J-8, J-7 и J-6. Наиболее современными образцами этого рода войск являются беспилотные самолеты-фоторазведчики WZ-5 и израильские ударные беспилотные самолеты "Гарпия".

Значительным достижением КНР стало создание на планере российского военно-транспортного самолета Ил-76 самолета дальнего радиолокационного обнаружения и наведения КJ-2000, оснащенного радиотехническим комплексом собственной разработки, хотя по своим тактико-техническим данным он уступает соответствующим комплексам США и России[118] .

В настоящее время в составе ВВС КНР все еще велика доля морально устаревших самолетов, ожидается, что подобная ситуация изменится не ранее 2015 года. Наличная авиация Китая на сегодняшний день не позволяет осуществлять наступательных действий на Тихоокеанском театре военных действий против США и из союзников, однако представляет серьезную угрозу для таких соседей КНР, как РФ, Индия, Корея, государства Центральной, Южной и Юго-Восточной Азии. Работа с личным составом военно-воздушных сил в настоящее время ведется крайне интенсивно. Сюда входят:

1) Постоянные тренировки летного состава, подготовка к боевым действиям в любых метеоусловиях, вплоть до поражения наземных и надводных целей. ВВС располагают специальным полигоном боевого применения в пустыне Гоби.

2) В китайских ВВС по образцу ВВС США создано подразделение "Агрессор" для имитации вероятного противника. С составе этого подразделения - истребители Су-27, считается, что в основном экипажи "Агрессора" играют роль тайваньских летчиков.

3) Постоянное увеличение годового налета у китайских летчиков. К примеру, за последние 10 лет годовой налет у летчиков-истребителей увеличился с 80 до 200 часов в год.

4) Мероприятия по модернизации образования летного состава, а также активная разработка усовершенствованных учебно-тренировочных самолетов для основной (JL-8) и повышенной (сверхзвуковой JL-9) летной подготовки.

г) Модернизация военно-морских сил Военно-морская доктрина ВМС НОАК была официально провозглашена в 1995 г. В ее основу положена "Стратегия активной обороны", предусматривающая создание ВМС и поддерживающих их ВВС, способных не только отразить агрессию со стороны моря, но и предусматривающая превентивные удары, в т. ч. и на океанском ТВД. При этом было заявлено, что на первом этапе (до 2000 г.) были созданы группировки, способные поддерживать благоприятный операционный режим в пределах зоны, ограниченной "первой цепью островов" - острова Рюкю и Филиппинские, и в акватории Желтого, Восточно-Китайского и Южно-Китайского морей; на втором этапе (до 2020 г.) планируется усилить ВМС таким образом, чтобы они могли осуществлять оперативные действия в пределах "второй цепи островов" - Курильские о-ва, о. Хоккайдо, о-ва Нампо, Марианские, Каролинские и о. Новая Гвинея, включая акватории Японского и Филиппинского морей, а так же морей Индонезийского архипелага; на третьем этапе (до 2050 г.) предполагается создать мощный флот, способный решать поставленные задачи в любом районе Мирового океана. [119]

Одновременно перед ВМС КНР уже на современном этапе стоят задачи обеспечения интересов государства на море, связанных с разработкой природных ресурсов океана и безопасностью судоходства.

Основными проблемами современного военно-морского флота Китая являются:

а) Боевой корабельный состав ВМС НОАК всего на 19,4% обеспечен кораблями новых и современных конструкций, большая часть боевого корабельного состава представлена устаревшими и старыми кораблями, что ставит под сомнение их боевую ценность;

б) Дисбаланс в современном военно-морском строительстве Китая. В течение 90-х гг. в ВМС происходило значительное сокращение многочисленных катерных сил с увеличением числа кораблей эскортной группы (эсминцы, фрегаты) морской, а затем и океанской зоны, что привело к снижению боевой готовности кораблей прибрежной зоны.

в) Боевой авиационный состав ВМС НОАК на 82,7% представлен самолетами устаревших и старых конструкций, а состояние авиапарка боевых самолетов китайского флота может быть определено как: бомбардировочная авиация - все машины старых и устаревших конструкций; истребительная авиация на 86,2% представлена так же самолетами старых и устаревших конструкций, истребительно-бомбардировочная авиация, почти на половину (46,1%) - самолеты старых конструкций.

г) Стратегический компонент ВМС представлен вступившей в строй в 1987 году единственной атомной ракетной подводной лодкой типа "Ся" с баллистическими ракетами подводного старта средней дальности "Цзюйлан-1". Из-за незначительной дальности стрельбы ракет - 1700 км эта подводная лодка представляет угрозу в основном для сопредельных с КНР государств[120] .

В 2004 году начались ходовые испытания первой из четырех новых атомных подводных лодок типа "Дацынгуй" с МБР подводного старта "Цзюйлан-2", которые позволят наносить удары по континентальной территории США при нахождении носителя вблизи китайского побережья.

Китайский флот пока сохраняет боевую структуру, ориентированную на действия в прибрежной и ближнеморской операционных зонах. Между тем, необходимо отметить, что за первые несколько лет XXI века ВМС НОАК удалось существенно увеличить потенциал своего силового присутствия в морской операционной зоне. Современные военно-морские силы КНР количественно обеспечены силами и средствами для создания благоприятного операционного режима в пределах зоны, ограниченной "первой цепью островов - острова Рюкю и Филиппинских", что говорит о выполнении первого этапа "стратегии активной обороны".

Между тем, анализ боевых возможностей китайского флота с учетом боевых потенциалов ВМС стран региона и военно-силового присутствия США в Восточной Азии говорит о том, что современные военно-морские силы Китая самостоятельно вряд ли смогут обеспечить безопасность своего государства с морских направлений[121] .

Таким образом, анализ модернизации видов войск НОАК позволяет сделать вывод, что мероприятия по военной модернизации затрагивают все виды и рода войск и за последние годы были достигнуты впечатляющие успехи. Армия КНР значительно повысила уровень своей боеспособности по сравнению с собственными показателями ХХ века, однако, в сравнении с ведущими мировыми военными державами отставание НОАК все еще остается крайне существенным.

Одной из главных проблем и, соответственно, направлений военной модернизации продолжает оставаться низкий уровень обеспеченности китайской армии новейшими образцами вооружений, причем, в данном случае можно говорить как о количественном, так и о качественном аспекте этой проблемы. Несмотря на то, что главным соперником на мировой арене КНР продолжает считать Соединенные Штаты Америки, можно отметить, что в настоящее время практически все виды войск подготовлены и развиваются в рамках ведения боевых действий в ближайшем окружением Китая.

Модернизация ракетных войск является приоритетным направлением в рамках общей модернизации НОАК. Постоянный рост ассигнований, а также темпы развития этой отрасли являются довольно впечатляющими, одновременно, именно данная сфера вызывает наибольшие опасения у зарубежных государств. Во многом это связано, с последними космическими достижениями Китая, а также с разработкой новых видов ядерного оружия. Тем не менее, в настоящее время пока нет оснований говорить о том, что КНР представляет серьезный фактор, способный повлиять на изменение ядерного баланса сил в мире, так как ядреный потенциал данного государства пока слишком мал и технически отстал как для ведения боевых действий, так и для нанесения превентивных ударов.

Трансформации сухопутных войск в настоящее время уделяется гораздо меньше внимания и средств. Несмотря на то, что именно здесь сосредоточено абсолютное большинство личного состава НОАК, сухопутные войска по своему уровню являются наиболее отсталым видом войск китайской армии. В рамках их модернизации проводятся мероприятия по структурному реформированию, по техническому переоснащению, по оптимизации видов связи и коммуникаций. В целом, сухопутные войска НОАК в настоящее время отличаются постоянной боеготовностью и мобильностью, происходит постоянное совершенствование их боевых характеристик.

Развитие авиации стало в настоящее время одним из главных требований военной модернизации в Китае. В силу того, что этот вид войск является крайне зависимым от состояния своего технического парка, его развитие напрямую связано с состоянием китайского ВПК, а также с развитием международного военно-технического сотрудничества.

Анализ состояния ВМС КНР также дает основания говорить о том, что приоритетным направлением их модернизации является техническое переоснащение китайского военного флота. В настоящее время ВМС НОАК способны обеспечивать безопасность собственной прибрежной зоны, однако они пока слишком слабы, чтобы противостоять главным морским державами Азиатско-Тихоокеанского региона.

2.3 Обеспечение обороноспособности КНР и сотрудничество с зарубежными странами в военно-стратегической сфере

Китай на основе пяти принципов мирного сосуществования независимо и самостоятельно строит свои военно-дипломатические отношения, развивает обмен и сотрудничество в военной области. Подчиняя военную дипломатию нуждам государственной внешней политики и ставя ее на службу модернизации оборонного дела и армии, руководство ВС Китая придерживается активного, гибкого и делового стиля, прилагает усилия к стимулированию и укреплению отношений доверия, дружбы и сотрудничества со всеми зарубежными армиями и тем самым внесло свой вклад в поддержание мира и стабильности в регионе и во всем мире.

1994 г. на первом региональном форуме АСЕАН (АКР) Китай выдвинул пять принципов сотрудничества по проблеме безопасности в АТР и предложил соответствующие меры.

Эти принципы и меры, изложены министром иностранных дел КНР Цянь Цичэнем, и заключаются в следующем:

"1. Основываясь на Уставе ООН и пяти принципах мирного сосуществования, установить межгосударственные отношения взаимного уважения и дружественного сосуществования нового типа.

2. Установить с целью совместного экономического развития экономические отношения равной выгоды и взаимодействия.

3. Определить для урегулирования конфликтов и споров между государствами АТР, постепенного устранения факторов региональной нестабильности стандарт равноправных консультаций и мирного решения.

4. Руководствуясь главной установкой по защите регионального мира и безопасности, придерживаться принципа использования вооружений только в оборонительных целях, не участвовать в любых формах гонки вооружений. Не участвовать в распространении ядерного оружия. Ядерные страны соглашаются не применять первыми ядерное оружие, не прибегать к его использованию или к угрозе его использования в отношении безъядерных стран или районов. Поддерживать создание безъядерных зон и мирных районов.

5. С целью повышения понимания и доверия способствовать разным формам двусторонних или многосторонних диалогов и консультаций по проблеме безопасности"[122] .

В 2001 г. КНР вступила во Всемирную торговую организацию, и в том же году в Шанхае был проведен очередной саммит АТЭС. Китай познавал ценность многосторонней дипломатии и активнее использовал ее. Принципиально новым моментом стали усилия Китая по созданию ранее не существовавших многосторонних механизмов, в которых сама КНР могла бы претендовать на положение одного из лидеров. Наиболее крупной инициативой такого рода и было формирование в июне 2001 года Китаем, Россией, Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном и Узбекистаном в Шанхае Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Это региональная многосторонняя организация сотрудничества, сформированная на основе "шанхайской пятерки". После ее создания подписаны и опубликованы "Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом", Совместное коммюнике министров обороны, Заявление премьер-министров, Заявление руководителей органов безопасности и Совместное заявление министров иностранных дел. На саммите ШОС, состоявшемся в июне 2002 года в Санкт-Петербурге, главы шести стран подписали такие важные юридические и политические документы, как "Устав Шанхайской организации сотрудничества", "Соглашение о региональном органе по борьбе с терроризмом" и "Декларацию глав стран-членов Шанхайской организации сотрудничества[123] . Выступая за новые подходы к обеспечению безопасности, модель регионального сотрудничества нового типа и новые отношения между странами мира, члены ШОС укрепляют взаимное доверие и сотрудничество в военной области, усиливают практическое взаимодействие в нанесении ударов по терроризму, сепаратизму и экстремизму, добились единодушия во взаимодействии в предотвращении и мирном решении международных конфликтов. В соответствии с шанхайским духом "взаимное доверие, взаимная выгода, равенство, консультации, уважение различных цивилизаций, поиск путей совместного развития" ШОС активно способствует строительству справедливого и рационального нового международного политического и экономического порядка, что стимулирует безопасность и стабильность в регионе.

Китай, одобряя цели и принципы Конференции по мерам установления координации и взаимодоверия в Азии об укреплении доверия и сотрудничества и защите региональной безопасности, развертывает конструктивное дружественное сотрудничество со странами-членами. В июне 2002 года на саммите Конференции приняты Алма-атинский Акт[124] и Декларация СВМДА по искоренению терроризма и развитию диалога цивилизации[125] . Это ознаменовало важный прогресс в деятельности Конференции.

В 2004 году КНР стала проявлять всё большую активность на мировой арене. Свой растущий политический и экономический вес Китай стремиться использовать для увеличения влияния как на региональном, так и на мировом уровнях. Решение материкового Китая направить миротворческие войска на Гаити и его растущее участие в решении вопросов в странах Латинской Америки являются яркими примерами такого стремления. В Азиатско-Тихоокеанском регионе дипломатия Пекина завязана на региональные организации, в которых США не состоят.

В глобальном плане соперничество с Тайванем и ущемление его статуса на международной арене являются важными элементами внешнеполитической и дипломатической стратегии материкового Китая, в частности среди развивающихся стран.

Изменился подход Пекина к проблемам Корейского полуострова. Прежде Китай заступался за КНДР как младшего партнера в ее конфликте с США. Но по мере перехода северокорейского руководства к проведению все более вызывающей политики в ядерном вопросе позиция Пекина стала ужесточаться. Летом 2003 г. КНР приостановила нефтяные поставки в КНДР, давая понять, что поддержка Пхеньяна Китаем не безусловна. Китай не становился на позицию Вашингтона в американо-северокорейском споре, но систематически воздействовал на Северную Корею, побуждая ее к разумной гибкости. В апреле 2003 г. в Пекине прошли трехсторонние переговоры КНР, КНДР и США, которые в августе трансформировались в шестисторонние. Пекин продолжает играть роль организатора шестисторонних переговоров, целью которых является решение проблемы Ядерного оружия на Корейском полуострове[126] .

Китай пошел дальше успешного подписания в 2003 году "Совместной декларации о стратегическом партнерстве, ориентированном на мир и процветание" с АСЕАН, а также дальше вступления в "Договор о дружбе и сотрудничестве с АСЕАН" в 2003 году, подписав "Меморандум о понимании и сотрудничестве в сфере нетрадиционных проблем безопасности" с АСЕАН в 2004 году, а также поддержав Кодекс поведения для АСЕАН в Южно-китайском море. Кроме того, КНР прилагает активные дипломатические усилия для развития отношений, включая отношения в военной сфере, с большинством стран, являющихся членами АСЕАН, для развития у них позитивных взглядов на рост комплексной государственной мощи Китая.

В прошедшие два года Китаем за рубеж были направлены более 70 военных делегаций, которые посетили 60 с лишним стан, со своей стороны китайская армия приняла более 160 военных зарубежных делегаций высокого ранга. Кроме того, по линии военно-технического сотрудничества Китаем были направлены в другие страны 150 с лишним делегаций экспертов, в свою очередь в Китае побывали более 180 групп экспертов по военным вопросам. Таким образом, китайские и зарубежные эксперты провели технические обмены и сотрудничество на основе дружбы и взаимной выгоды[127] .

Дальнейший прогресс имел место в отношениях Китая с вооруженными силами стран-соседей. Оживленными были контакты на высоком уровне между армиями КНР и РФ, двусторонние военные отношения развиваются благоприятно. Китай прилагает усилия в развитии отношений в военной области со странами Северо-Восточной Азии, в частности им сделан позитивный вклад в стабилизацию обстановки на Корейском полуострове и во всей Северо-Восточной Азии. Продолжали развиваться отношения между армиями Китая и стан ЮВА, Южной Азии и Центральной Азии. Наряду с этим Китай усилил связи в военной области со странами Западной Азии, Африки, Латинской Америки, Океании, а также Восточной Европы и странами СНГ. В ходе сотрудничества Китай продолжал оказывать помощь некоторым развивающимся странам в подготовке военного персонала, снабжении оборудованием, оснащением и тыловыми ресурсами, а также медикаментами и гигиеническими материалами. Были сделаны попытки к отысканию новых сфер сотрудничества.

В связи с бомбардировкой вооруженными силами НАТО во главе с США здания посольства КНР в Белграде Китай в мае 1999 г. отсрочил намечавшиеся взаимные визиты высокопоставленных военных деятелей КНР и США. По мере постепенного улучшения китайско-американских отношений, были возобновлены контакты между армиями КНР и США. В январе 2000 г. между министерствами обороны Китая и США состоялась консультация по вопросам оборонительных мероприятий на уровне заместителей министров. В июле того же года министр обороны США совершил визит в Китай. Китай неизменно придает большое значение развитию отношений в области с европейскими странами. В этой сфере поддерживались контакты между высокопоставленными военачальниками и обмен на всех уровнях.

Кроме того, Китая направил в другие страны многочисленные группы военно-технических экспертов для обследования, ознакомления, участия в подготовке кадров и проведения научных исследований и в свою очередь принял ряд военно-технических делегаций других стран. Такого рода обмен коснулся широкой сферы: научного исследования и обмена, военного образования и строевых учений, управления войсками, культурно-спортивной работы, медицинской службы. Произошли новые сдвиги в сотрудничестве китайских ВС с зарубежными армиями в деле военной подготовки и учений. В последние два года было послано более 200 человек на учебу в РФ, Германию, Францию, Англию, Пакистан, Бангладеш, Таиланд и Кувейт. В свою очередь Китай принял для прохождения обучения около тысячи человек, командированных военными ведомствами стран Азии, Африки, Латинской Америки и Европы. [128]

Китай принял участие в Региональном форуме Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (ARF), в Азиатской конференции по вопросам взаимного сотрудничества и мерам утверждения доверия (CICA), в Азиатско-Тихоокеанском Совете по безопасности и сотрудничеству (CSCAP), в Диалоге по вопросам сотрудничества в Северо-Восточной Азии (NEACD), в трехстороннем симпозиуме с участием КНР, США и Японии и других многосторонних мероприятий по вопросам безопасности. Пекин рассматривает такого рода мероприятия в качестве важных каналов обсуждения безопасности на официальном и неофициальном уровнях и стремится углубить взаимопонимание и доверие, стимулировать дело мира и стабильности в регионе.

Региональный форум Ассоциации государств ЮВА (ARF) является сегодня единственным в АТР региональной многосторонней официальной трибуной диалога и сотрудничества по вопросам безопасности. Представители МИД и Министерства обороны КНР приняли участие в совещаниях министров иностранных дел и высокопоставленных должностных лиц всех созывов в рамках Регионального форума (ARF), а также в официальных и неофициальных совещаниях по вопросам утверждения доверия, организации миротворческих операций и спасательной работы на море, ликвидации последствий стихийных бедствий, превентивной дипломатии, нераспространения ядерных вооружений и пр. [129]

Китай считает, что в фокусе внимания ARF должны быть по-прежнему меры по утверждению взаимного доверия, а также разработка новых концепций и способов безопасности. Китай поддерживает поиски, предпринимаемые заинтересованными сторонами в сфере превентивной дипломатии, причем выступает за то, чтобы в первоочередном порядке провести всестороннее обсуждение концепции, формулировки, принципов и сферы превентивной дипломатии в АТР, с тем чтобы добиться единогласия.

Китай принимает активное участие в работе Азиатской конференции по вопросам взаимного сотрудничества и мерам утверждения доверия, инициированной Казахстаном, считая, что цели этой конференции в основном совпадают с целями безопасности Китая в Азии, причем Китай выступает за то, чтобы работа этой конференции полнее учитывала особенности и многообразие азиатского региона.

В 1996 г. Китай официально вступил в Азиатско-Тихоокеанский Совет по безопасности и сотрудничеству (CSCAP) и в 1997 г. учредил Китайский комитет CSCAP, который принимает серьезное участие в деятельности указанного Совета.

С тех пор, как в 1993 г. стали созываться совещания в рамках Диалога по вопросам сотрудничества в Северо-Восточной Азии (NEACD), Китай стал их неизменным участником. В 1996 и 1999 гг. Китай стал устроителем Пекинских IV и IX пленарных совещаний NEACD. В ходе совещаний благодаря усилиям Китая и других стран-членов было достигнуто единогласие касательно руководящих принципов сотрудничества в рамках NEACD.

Основной вехой в наращивании своего военного потенциала Китай считает импорт вооружений и создание своей научной базы по этому вопросу. Из-за наложенного Евросоюзом в 1989 году эмбарго на поставку вооружений в Китай, страна на несколько лет оказалась в политической изоляции, против нее были проведены экономические санкции. Европейский союз ввел этот запрет 27 июня 1989 года в ответ на жестокое подавление китайским правительством народных выступлений по всей стране. Самые жестокие акции проходили с 3 по 4 июня в столице КНР Пекине, где на площади Тяньаньмэнь солдаты Народно-освободительной армии Китая убили сотни демонстрантов, преимущественно студентов. Сколько именно человек погибли в те дни - неизвестно. Точных данных не существует, в первую очередь потому, что солдаты и танки, расправлявшиеся с демонстрантами, заблокировали площадь со всех сторон[130] .

Однако возможность отмены эмбарго существует и крайне актуальна на данный момент для ряда европейских стран. Существует две основные группы оппонентов по данному вопросу. С одной стороны, большая часть стран-участниц Евросоюза, с другой США и Япония, которые формально не являются членами союза, но имеют значительное влияние на ряд союзных стран. Китай со времен Средневековья является главным врагом Японии, а события Второй мировой войны окончательно отбили у Пекина охоту устанавливать добрососедские отношения с Токио. Теперь, когда китайская экономика бьет все рекорды роста, самой неприятной для Японии была бы перспектива того, что Пекин сможет покупать любое оружие в любых количествах.

США - руководствуется иными мотивами. В Вашингтоне опасаются, что КНР, получив доступ к высокотехнологичному европейскому ВПК, сможет в короткое время заполучить вооружения и военные технологии, которые сделают его армию и флот гораздо боеспособнее и дадут китайцам возможность оккупировать ("освободить" - с китайской точки зрения) остров Тайвань, который предпочитает считаться независимым. Для США Тайвань является своего рода непотопляемым азиатским авианосцем - американцы держат на острове свои военные базы, незаменимые при любом конфликте в этом регионе. На словах США выступают в качестве гарантов демократии и обвиняют Пекин в антидемократической политике.

Об отмене эмбарго в Европе заговорили еще в октябре 2003 года. В феврале Европарламент отказался пересмотреть условия запрета. Этот вопрос был рассмотрен по предложению Франции и Германии. Однако по настоянию Великобритании, которая лоббировала интересы США и Японии, было принято решение оставить запрет в силе.

Несмотря на протесты и угрозы американцев и японцев, о планах Евросоюза по отмене эмбарго летом 2005 года было объявлено официально.12 января министр иностранных дел Великобритании Джек Стро заявил, что запрет, вероятно, будет снят в течение ближайших шести месяцев. При этом Стро заверил, что торговля оружием с Китаем останется под жестким контролем.

Под большим вопросом остается довольно спокойная реакция США на такие заявления. На самом деле американцы и не думают сдаваться. Просто они поняли, что словами Европу не убедить. И подготовили ряд шагов, которые, возможно, ограничат устремления европейцев на китайский военный рынок.

США пригрозили Евросоюзу введением ограничений на поставки передовых военных технологий, если ЕС не предоставит гарантий, что эти технологии не попадут Китаю после снятия европейского эмбарго на торговлю вооружениями. Учитывая, насколько интегрированы военно-промышленные комплексы стран НАТО, это может серьезно сказаться на боеспособности европейских армий[131] .

Однако новая стратегическая ситуация, которая начала складываться в связи с намерением Вашингтона создать системы НПРО и ПРО ТВД, способствовала сближению Москвы и Пекина. Руководителям обеих стран четко видно, что в случае осуществления этих планов и при возникновении военного кризиса обе стороны, если не примут своевременных политических или военных мер, лишатся возможности сказать свое веское слово. При этом никто не сомневается, что объектами новой ракетной инициативы Вашингтона, конечно, являются не столько Северная Корея или страны Ближнего Востока, сколько более крупные державы.

Именно такая ситуация вынудила Владимира Путина и Цзян Цзэминя твердо заявить в Пекине о том, что в случае развязывания Вашингтоном новой гонки вооружений, которая нарушит стратегический баланс, Россия и Китай будут вынуждены дать совместный ответ.

Учитывая все эти обстоятельства, Китай надеется, что Россия будет поставлять ему вооружения. КНР особенно заинтересована в этом после неудачной попытки получить от Израиля мощные радары, которые должны были быть установлены на военно-транспортных самолетах российского производства ИЛ-76[132] .

Китай активно развивает военные контакты с разными странами мира. На основе "Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Китаем и Россией" постепенно укрепляются и развиваются межармейские связи двух стран, сохраняется прекрасная тенденция контактов между высокопоставленными военачальниками[133] .

В сентябре 2001 года на Гуаме прошло специальное совещание по режиму китайско-американских переговоров о военной безопасности на море, что означало начало возобновления китайско-американских военных контактов, которые одно время прервались. 2002 года на саммите Конференции приняты "Алматинский Акт" и "Декларация СВМДА по искоренению терроризма и развитию диалога цивилизации" 2002 года главы Китая и США на встрече согласились с возобновлением контактов между двумя армиями. По проблеме развития национальной безопасности. В конце 2001 года возобновлены китайско-японские военные связи. Успешно развиваются военные отношения между Китаем и Европейским союзом. Китайские военные делегации на всех уровнях успешно совершили визиты в армии многих стран Северно-Восточной, Юго-Восточной, Южной и Центральной Азии. Пограничные военные округа Китая развертывают контакты и обмены с пограничными войсками соседних стран. Китай продолжает оказывать помощь развивающимся странам в подготовке персонала, оснащении и оборудовании, тыловых материальных ресурсах, медицине и т.д., активно расширяет новые области контактов. Китай укрепляет связи и контакты со странами Западной Азии и Африки, продолжает развивать военные контакты со странами Латинской Америки[134] .

НОАК регулярно направляет представителей для участия в многосторонней Конференции по вопросам безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе, в Форуме официальных лиц органов обороны стран АТР, Диалоге по вопросам сотрудничества в Северо-Восточной Азии, Региональном форуме АСЕАН, Форуме ВМС стран западной части Тихого океана, других многосторонних встречах по изучению и обсуждению вопросов безопасности. НОАК поддерживает консультации и проводит совещания по вопросам безопасности с органами обороны и соответственными военными органами Австралии, Франции, ФРГ, Индии, Японии, Казахстана, Кыргызстана, Пакистана, России, Таиланда, Великобритании и США, что укрепило взаимное доверие и понимание[135] .

Из вышесказанного можно сделать вывод, что Китай - это государство, чья степень интеграции в мировое сообщество увеличивается из год в год. Как государство с развивающейся экономикой, Китай является участником ряда международных региональных организаций. Это участие способствует сотрудничеству в самых разных областях. Однако, за приоритетные стороны Китай принимает экономическую и военную безопасность. В рамках вопроса о национальной безопасности в аспекте проблем обороноспособности, Китаем принимается ряд мер, по улучшению обстановки. Создание Шанхайской организации сотрудничества, активное развитие дипломатических отношений, в том числе в военной сфере, со странами-членами АСЕАН, участие в совещаниях в рамках Диалога по вопросам сотрудничества в Северо-Восточной Азии (NEACD), все это говорит об огромных амбициях Китая за преобладание в АТР и в мире в целом. Между Китаем и другими странами - РФ, США, Францией, Германией, Украиной, Канадой, Австралией, Новой Зеландией, а также соседними странами и региональными организациями создан механизм регулярных или нерегулярных консультаций по вопросам безопасности, обороны и контроля над вооружением. Руководствуясь интересами сохранения длительного мира и стабильности в АТР, сотрудники Министерств обороны и других соответствующих ведомств КНР, а также научные работники активизируют усилия по расширению и углублению своего участия в совещаниях, посвященных безопасности в АТР, в ходе сотрудничества укрепились взаимопонимание и доверие китайских участников с зарубежными коллегами.

Основой наращивания своего военного потенциала Китай признает импорт вооружений. По оценкам ученых, Китай является мировым лидером по объемам импорта вооружений. Несомненно, большая часть импорта исходит из России, с которой у Китая давние связи в этой области. Из-за эмбарго, введенного Европейским союзом на территории Китая после событий 1989 года на площади Тяньаньмэнь, Китай не может строить схему своего импорта в соответствии со своими запросами. Однако, китайские ученые за короткий срок научились копировать любое вооружение, поступающее в страну. Что является колоссальным подспорьем в области создания и модернизации вооруженных сил Китая.

Заключение

После распада советского союза и прекращения существования биполярного мира Китай, исходя из интересов собственной безопасности начал развитие новой стратегии национальной безопасности. Постепенно сформировалась новая концепция безопасности с китайской спецификой. Ранее мир воспринимался китайскими лидерами как потенциально враждебный, хотя и не несущий непосредственной военной угрозы безопасности Китая. Новая Концепция имеет комплексный характер и, в понимании китайского правительства, включает государственный суверенитет, территориальную целостность и военную безопасность; затрагивает проблемы политической и социальной стабильности, ресурсов и экологии. В области международных отношений китайское правительство призывает к взаимному уважению суверенитета, взаимному ненападению и невмешательству во внутренние дела, равноправию и мирному сосуществованию. На сегодняшний день Китаем признано, что исчезла конфронтационная биполярная система, на смену которой пришла позитивная тенденция строительства многополярного мира. Не только меняются взаимоотношения между крупными государствами, в том числе между бывшими противниками в "холодной войне", но и все большее число стран приходит к общему пониманию того, что необходимы взаимное уважение, равенство и взаимная выгода, а не гегемонизм и силовая политика, диалог и сотрудничество, а не конфронтация и конфликты. Официально признается, что для Китая, на данный момент, отсутствует какая либо широкомасштабная военная угроза. Однако существует ряд внешних и внутренних очагов напряженности. Что и подвигло Китай все более быстрыми темпами развивать и улучшать свою оборонную политику.

Ввиду приоритетности задач экономического развития оборонительный характер военной доктрины Китая в ближайшей перспективе не претерпит существенных изменений. Политика Пекина в сфере военной безопасности будет направлена на предотвращение войны и уменьшение факторов нестабильности, с целью обеспечить внешние и внутренние условия реализации национальной стратегии Китая, направленной на достижение статуса великой державы, занимающей доминирующее положение в АТР и равной по своему политическому влиянию, экономической и военной мощи другим державам мира.

Для достижения поставленных целей в Китае активно развивается правовая основа оборонной политики. Принят ряд законов, положений, постановлений и подзаконных актов, помогающих вывести китайскую оборонную политику на новый уровень международного развития. Однако, стремление КНР укрепиться на мировой арене в роли сильной военной державы не мешает правительству Китая проводить политику "активной обороны" и "народной войны". Эта политика наоборот выделяет Китай как самобытное государство, не считающее возможным отказываться от собственного исторического пути развития.

На сегодняшний день, как таковая открытая военная угроза для КНР отсутствует. В то же время, Китай настроен обеспечить национальный суверенитет и безопасность независимо от того, по какому сценарию будет развиваться международная ситуация, и к каким трудностям и потерям это может привести Китай. Китайским правительством выделяется ряд внешних факторов, оказывающих большое воздействие на политическую, экономическую и военную обстановку в стране. Ранее мир воспринимался китайскими лидерами как потенциально враждебный, хотя и не несущий непосредственной военной угрозы безопасности Китая. Опасения китайского руководства вызывают так называемые теории "китайской угрозы" и "пекинского консенсуса".

Теория "китайской угрозы" исходит с Запада, который с опаской относится к новому сильному игроку на мировой арене. Теория "пекинского консенсуса" возникла в среде тайваньских учёных, считающих, что при дальнейшем росте и развитии страны в экономике и военной отрасли Китай предложит миру свой вариант рыночного развития - без демократических свобод, и впредь будет насаждать этот вариант в качестве "рецепта для третьего мира".

Таким образом, эти две теории ясно указывают на основные традиционные угрозы Китаю, с точки зрения его руководства. Это противостояние с Западом по ряду вопросов, включая права человека, территориальную целостность государства и другие. И внутренние территориальные проблемы в аспекте развития международного терроризма и сепаратизма.

В дополнение к традиционным проблемам безопасности китайские аналитики в последние годы стали уделять больше внимания отрицательному воздействию на экономическое развитие Китая и его внутреннюю стабильность со стороны глобальных и межнациональных угроз: эпидемии СПИДа, международной преступности и торговле наркотиками, быстрому распространению ядерного, химического и биологического оружия и систем его доставки, экологической деградации и терроризма. Руководство Китая все более осознает угрозы экономической и информационной безопасности, а также эрозии национальной независимости как следствия глобализации.

В настоящее время Китай достиг статуса общепризнанной региональной военной державы. Еще в начале века в Китае были созданы регулярные войска Национальной Освободительной армии Китая.

Система главных управлений НОАК включает руководимые ЦВС Генеральный штаб, Главное политическое управление, Главное управление тыла, Главное управление вооружения. Через эти главные управления ЦВС осуществляет руководство и управление всеми военными округами, видами вооруженных сил и родами войск.

НОАК состоит из трех видов вооруженных сил: сухопутные войска, Военно-морские силы, Военно-воздушные силы и самостоятельного рода войск - второй артиллерии. Войска запаса НОАК комплектуются и формируются по установленной структуре, их основой являются служащие запаса, а костяк составляют военнослужащие действительной службы. Войска запаса входят в порядок НОАК, в обычное время они согласно положениям проходят обучение и подготовку, а при необходимости могут в установленном законом порядке содействовать охране общественного порядка. Во время войны войска запаса на основании изданного государством Закона о мобилизации переводятся в войска действительной службы.

Военно-политическое руководством страны осознает, что в результате происходящих процессов глобализации противоречие в военной науке и технике между информатизацией с одной стороны и механизацией - с другой, продолжает углубляться. Особенностью китайской системы финансирования расходов на оборону является то, что официальные бюджетные военные ассигнования не включают расходы на НИОКР, связанные с созданием новых типов вооружений и военной техники.

В настоящее время проходит процесс активной модернизации всех видов вооруженных сил КНР, подкрепленный большой долей финансирования военной отрасли государства. На первый план выходит проблема, связанная с расширяющейся технологической пропастью между вооруженным силами развитых европейских стран и вооруженными силами стран всего остального мира. Этот расширяющийся технологический разрыв побудил руководство Китая призвать НОАК стремиться к "технологическому прыжку", с целью всемерно ускорить приобретение способностей, увеличивающих маневренность, огневую мощь и точность оружия путем всемерной информатизации вооруженных сил. Несмотря на то, что за последние годы Китай добился существенного роста военного потенциала за счет поставок новых систем вооружения, совершенствования боевой подготовки войск и изменения основных положений военной стратегии, в настоящее время он не имеет достаточно возможностей для проецирования необходимой военной силы вне национальных границ.

Мероприятия по военной модернизации затрагивают все виды и рода войск. Однако повышенное внимание уделяется усовершенствованию Военно-воздушных сил и Военно-морского флота. Армия КНР значительно повысила уровень своей боеспособности по сравнению с собственными показателями ХХ века, однако, в сравнении с ведущими мировыми военными державами отставание НОАК все еще остается крайне существенным.

Одной из главных проблем и, соответственно, направлений военной модернизации продолжает оставаться низкий уровень обеспеченности китайской армии новейшими образцами вооружений, причем, в данном случае можно говорить как о количественном, так и о качественном аспекте этой проблемы. Несмотря на то, что главным соперником на мировой арене КНР продолжает считать Соединенные Штаты Америки, можно отметить, что в настоящее время практически все виды войск подготовлены и развиваются в рамках ведения боевых действий в ближайшем окружении Китая. Что, однако, тоже имеет под собой рациональную основу - основные противоречия с США возникают по вопросу предоставления независимости Тайваня. И, в случае эскалации конфликта, боевые действия развернутся как раз на южных границах КНР.

НОАК находится на переходном этапе к преобразованию в армию современного типа, способную эффективно выполнять задачу ядерного сдерживания и нанесения ответного ядерного удара, успешно действовать в многомерном пространстве в условиях высокотехнологичной войны. Вместе с тем ввиду приоритетности задач экономического развития военная модернизация осуществляется умеренными темпами и носит выборочный характер. Китайский Военно-промышленный комплекс имеет ограниченные возможности по выпуску современных высокотехнологичных вооружений и сохраняет зависимость от импорта зарубежных технологий. Избранная догоняющая модель развития позволяет сократить, но не ликвидировать военно-техническое отставание Китая от мирового уровня. Поэтому в ближайшие годы вектор военно-технической политики Китая будет смещаться в сторону использования внешнего фактора, то есть в сторону импорта и лицензионного производства военной техники по зарубежным технологиям.

Также не следует забывать, что при сохранении опережающих темпов увеличения военных расходов по сравнению с темпами роста экономики Китай может по объему реальных военных расходов в ближайшие годы выйти на второе место в мире после США. Сдерживающим фактором может стать необходимость увеличения ассигнований на импорт энергоносителей, а также на решение сложных внутренних социально-экономических проблем, имеющих тенденцию к обострению.

Процент китайской интеграции в мировое сообщество растет из года в год. Как государство с развивающейся экономикой, Китай является участником ряда международных региональных организаций. Это участие способствует сотрудничеству в самых разных областях. Однако за приоритетные стороны Китай принимает экономическую и военную безопасность. В рамках вопроса о национальной безопасности в аспекте проблем обороноспособности, Китаем принимается ряд мер, по улучшению обстановки. Активное развитие дипломатических отношений, в том числе в военной сфере, со странами-членами АСЕАН, участие в совещаниях в рамках Диалога по вопросам сотрудничества в Северо-Восточной Азии (NEACD), все это говорит об огромных амбициях Китая за преобладание в АТР и в мире в целом. Между Китаем и другими странами - РФ, США, Францией, Германией, Украиной, Канадой, Австралией, Новой Зеландией, а также соседними странами и региональными организациями создан механизм регулярных или нерегулярных консультаций по вопросам безопасности, обороны и контроля над вооружением. Руководствуясь интересами сохранения длительного мира и стабильности в АТР, сотрудники Министерств обороны и других соответствующих ведомств КНР, а также научные работники активизируют усилия по расширению и углублению своего участия в совещаниях, посвященных безопасности в АТР.

Китай является постоянным членом Шанхайской Организации сотрудничества. Поскольку защита мира - общая миссия вооруженных сил шести стран ШОС, КНР, начиная с 2005 года, принимает участие в совместных антитеррористических учениях. Эти учения направлены на углубление сотрудничества в сфере безопасности и обороны и служат еще одним важным шагом для поддержания регионального мира и стабильности.

Основой наращивания своего военного потенциала Китай признает импорт вооружений. По оценкам ученых, Китай является мировым лидером по объемам импорта вооружений. Несомненно, большая часть импорта исходит из России, с которой у Китая давние связи в этой области. Из-за событий 1989 года на площади Тяньаньмэнь, Европейским союзом введено эмбарго на поставку вооружений в Китай. Однако китайские ученые за короткий срок научились копировать любое вооружение, поступающее в страну. Что является колоссальным подспорьем в области создания и модернизации вооруженных сил Китая.

В целом, возрастание мировой экономической и политической роли Китая, его превращение в один из важнейших компонентов развития международного сообщества сопровождается глобализацией интересов национальной безопасности Китая. На сегодняшний день многие глобальные и региональные проблемы безопасности не могут быть решены без участия Китая, многие острейшие проблемы самого Китая не могут быть преодолены без взаимодействия с мировым сообществом.

Список использованных источников и литературы

Нормативно - правовая база:

1. Конституция Китайской Народной Республики. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://asia-business.ru/yurid/? p=37

2. Белая книга. Национальная оборона. 2002 год. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.abirus.ru

3. Декларация глав стран-членов Шанхайской организации сотрудничества 2002 года. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://russian. scosummit2006.org /shanghe/zgysh. htm

4. Закон Китайской Народной Республики "О воинской обязанности". [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.chinadata.ru /def_doc. htm

5. Закон Китайской Народной Республики "О государственной обороне" март 1997. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.chinadata.ru /def_doc. htm

6. Закон Китайской Народной Республики о дислокации вооруженного контингента в Особом административном районе Аомэнь 1998 год. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.chinadata.ru /def_doc. htm

7. Закон Китайской Народной Республики о национальной обороне". [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.chinadata.ru /def_doc. htm

8. Положение о действительной службе рядового состава НОАК. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.chinadata.ru/def_doc. htm

9. Декларация о создании Шанхайской организации сотрудничества от 15 июня 2001 г. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.kremlin.ru/interdocs/2001/06/15/1933_type72067_106754. shtml? type=72067

10. Устав Шанхайской организации сотрудничества 2002 года. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://russian. scosummit2006.org/shanghe/zgysh. htm

11. Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом" 2002 года. [электронный ресурс]. Режим доступа: russian. scosummit2006.org/shanghe/mtpl. htm

12. Книги и монографии

13. Ван Хайдун. Российско-китайские отношения и проблемы безопасности в Северо-Восточной Азии. - М.: Европеум - пресс, 2005. - 448 с.

14. Воскресенский А.Д. Россия и Китай: теория и история межгосударственных отношений. - М.: Муравей, 1999. - 258 с.

15. Галенович Ю.М. Наказы Цзян Цзэминя: Принципы внешней и оборонной политики современного Китая. - М.: Муравей, 2003. - 351 с.

16. Жулин Ю.А. Россия и Китай: военно-политические проблемы взаимной безопасности. - М.: Наука, 2005. - 201 с.

17. Канчуков С.А. КНР в интернационализационных локально-региональных конфликтах 21 века. - Чита, 2007. - 248 с.

18. Лузянин С.Г. Восточная политика Владимира Путина. Возвращение на "Большой Восток" (2004-2008). - М.: АСТ: Восток-Запад, 2007. - 447 с.

19. Менгес К.К. Китай: нарастающая угроза. - М.: Независимая газета, 2006. - 608 с.

20. Михеев В. Китай: угрозы, риски, вызовы развитию. - М.: Центр Карнеги, 2006. - 321 с.

21. Панченко М.Ю. Российско-китайские отношения и обеспечение безопасности в АТР. - М.: Научная книга, 2005. - 203 с.

22. Петровский В.Е. Азиатско-тихоокеанские режимы безопасности после холодной войны. - М.: Наука, 1998. - 386 с.

23. Титаренко М.Л., Кузык Б.Н. Китай - Россия - 2050: стратегия соразвития. - М.: Институт экономических стратегий, 2006. - 656 с.

24. Современные международные отношения. Учебник. / Под ред. А.В. Торкунова. - М.: РОССПЭН, 2000. - 990 с.

25. Устинова Т.Н. Проблемы безопасности в Азии. - М.: Европеум-Пресс, 2001. - 547 с.

26. Цыганков П.А. Международные отношения: теории, конфликты, движения, организации. Учебное пособие. - М.: Инфа-М, 2007. - 320 с.

27. Цыганков П.А. Теория международных отношений. Учебник - М.: Гардарики, 2007. - 557 с.

28. Чуфрин Г.И. Китай в XXI веке: глобализация интересов безопасности. - М.: Наука, 2007. - 546 с.

29. Чуфрин Г.И. Проблемы национальной безопасности во внешней политике Китая. - М.: Наука, 2005. - 371 с.

30. Шилин А.А. Стратегический баланс в Южной Азии. - М.: Научная книга, 2004. - 201 с.

31. Широкорад А.Б. Россия и Китай: Конфликты и сотрудничество. - М.: Вече, 2004. - 448 с.

32. Ядерное сдерживание и нераспространение. / Под ред.А. Арбатова и В. Дворкина. - М.: Московский Центр Карнеги, 2005. - 89 с.

33. Статьи

34. Бергер Я.О. Большая стратегия Китая в оценках американских и китайских исследователей // Проблемы Дальнего Востока. - 2006. - №1. - С.35-51.

35. Бергер Я.М. Китай и Россия в глобальном мире // Свободная мысль - XXI. - 2004. - №10. - С.11-26.

36. Бергер Я.О. О достоверности экономического роста Китая и "китайской угрозе" // Проблемы Дальнего Востока. - 2002. - № 6. - С.40-55.

37. Болятко А. Обеспечение национальной безопасности Китая // Проблемы Дальнего Востока. - 2003. - №4. - С.33-45.

38. Бондаренко А. Синьцзян: проблемы экономического и политического развития // Азия и Африка сегодня. - 2005. - №12. - С.27-30.

39. Ганич Д. Большая ядерная игра в Южной Азии // Азия и Африка сегодня. - 2007. - №5. - С.15-20.

40. Исаков Ю. Преодоление энергетической бедности как одно из ключевых условий обеспечения глобальной энергобезопасности // Азия и Африка сегодня. - 2007. - №5. - С.21-37.

41. Каменов П. Военная политика КНР // Азия и Африка сегодня. - 2007. - №5. С.7-14

42. Караганов С.А. Современный Китай: Вызов или открывающиеся возможности. Материалы ситуационного анализа, проведенного в октябре 2003 года Советом по внешней и оборонной политике // Россия в глобальной политике. - 2004. - №2. - С.15-48.

43. Ли Чжидун. Эконометрическое изучение в экономике Китая. Энергия и окружающая среда к 2030 году // Энергетическая безопасность. - 2003. - №32. - С.1137-1150.

44. Лосюков А.П. Большой договор, большие перспективы // Международная жизнь. - 2001. - №8. - С.3-9.

45. Михеев В. Внешняя политика Китая при новом руководстве // Азия и Африка сегодня. - 2005. - . № 12. - С.2-9.

46. Мосяков Д. США - Китай: обострение противоречий в Юго-Восточной Азии // Азия и Африка сегодня. - 2007. - №7. - С.31-33.

47. Мясников В.С. Взаимоотношения России с Китаем: тенденции, динамика, перспективы // Вестник Омского университета. - 1998. - . №4. - С.50-58.

48. Скосырев В. Большой Китай и маленький остров // Азия и Африка сегодня. - 2007. - №1. - С.42-46.

49. Хамраев Ф. "Синьцзянский фактор" и безопасность Центральной Азии // Центральная Азия и Кавказ. - 2003. - №5. - С.435-438.

50. Чжоу Вэньчжун. Внешняя политика Китая и отношения Китая с США и Европой в новом столетии // Экспресс-информация. - 2005. - №5. - С. 20.

51. Юй Сяоли. География национальной безопасности Китая // Экспресс-информация. - 2007. - №7. - С.45-51.

52. Ян Лиюй. От Цзян Цземиня до Ху Цзиньтао. Политика Пекина в отношении Тайваня на фоне XVI съезда КПК // Экспресс-информация. - 2004. - №1. - С.83-87.

Энциклопедии и справочники

53. Вооруженные силы и военная экономика стран Азии. Справочник. - М.: Институт востоковедения РАН, 2000. - 266 с.

54. Ежегодник СИПРИ: Вооружения, разоружение и международная безопасность. - М.: Наука, 2005. - 1024 с.

55. Информационный бюллетень посольства Китайской Народной Республики. - 2000. - №1. - 78 с.

56. Китайская Народная Республика в 2006г.: политика, экономика, культура // Ежегодник. ИДВ РАН. - М.: Русская панорама, 2007. - 516 с.

57. Неопубликованные источники

58. Арин О. О внешнеполитической стратегии КНР // Приложение к Независимой газете, "НГ-сценарии", 1999. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.asiatimes.ru/countries/china/o_vneshnepolit_strategii_knr.

59. Ганиев Т.А. Безопасность Центрально-Азиатского региона СНГ и роль Российской Федерации в ее обеспечении. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: www.mil.ru/files/autoreferatganiev. doc

60. Гриняев С. Об основных направлениях трансформации Вооруженных сил Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://fondiv.ru/articles/2/110/29.10.2006

61. Женьминь жибао онлайн. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://russian. people.com/cn/

62. Ответы официального представителя МИД Китая Цинь Гана на вопросы корреспондентов на пресс-конференции 15.09.2005. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://tj. china-embassy.org/ rus/fyrth/t212687.html

63. Официальный сайт Посольства Китайской Народной Республики в Российской Федерации. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://ru. china-embassy.org /rus/xwdt/t70234. htm

64. Сунь Цзы. Трактат о военном искусстве. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.superidea.ru/intel/da/sun. htm

65. Ху Цзиньтао. Следует твердо придерживаться теории Дэн Сяопина и важной идеи "тройного представительства". [электронный ресурс]. Режим доступа: http://kz. chineseembassy.org/ rus/ztbd/dpx/t157730.html

Приложения

Приложение 1

Численность, боевой состав и вооружение НОАК[136]

2001г. 2005г.

Численность личного состава, тыс. чел

В том числе:

стратегические ядерные силы

сухопутные войска

военно-воздушные силы

военно-морские силы

2470

100

1700

420

250

2255

100

1600

400

255

Боевой состав и вооружение

Стратегические ядерные силы

Носители ядерного оружия

В том числе

Пусковые установки ракет наземного базирования

Из них

Пусковые установки МБР

Самолеты-носители[137]

Пусковые установки ракет морского базирования[138]

212

120

20

80

12

176

144

32

20

12

Сухопутные войска

Общевойсковые дивизии полевых войск

В том числе

"быстрого реагирования"

танковые

воздушно-десантные

63

12

11

3

56

12

9

3

Военно-воздушные силы

Боевые самолеты

В том числе

бомбардировщики

истребители-бомбардировщики

истребители ПВО

самолеты разведчики

Вертолеты

3000

80

400

1840

290

170

1900

120

700

1000

290

100

Военно-морские силы

Боевые корабли основных классов

В том числе

Подводные лодки

Из них

Атомные ракетные

Эскадренные миноносцы

Фрегаты

Боевые самолеты авиации ВМС

125

65

1

20

40

507

132

69

1

21

42

700

Приложение 2

Закупки Китаем российской военной техники и вооружений в 2001-2005 годах (заключенные контракты)

Наименование вооружения Количество

Год заключения

Контракта

Истребитель Су-30МКК 38 2001
Истребитель Су-30МК2 24 2003
Дизель-электрические подводные лодки типа "Кило" До 8 2002
Эскадренные миноносцы типа "Современный - II" 2 2002
Зенитные ракетные комплексы С300ПМУ-1 4дивизиона 2002
Зенитные ракетные комплексы С300ПМУ-2 8дивизионов 2004
Транспортный самолет Ил-76 10 2004
Транспортный самолет 40 2005
Самолет-заправщик Ил-78 8 2005
Авиационные двигатели АЛ-31 для истребителя J-10 100 2004
Авиационные двигатели РД-93 100 2005

Приложение 3

Военные расходы Китая[139]

Военные расходы 2001г. 2002г. 2003г. 2004г. 2005г.

Официальные расходы

В текущих ценах, млрд. юаней

По рыночному обменному курсу,

млрд. долларов

144,2

17,4

169,4

20,5

185,3

22,3

210,7

25,3

-

30,0

Реальные расходы

В текущих ценах, млрд. юаней

По рыночному обменному курсу,

млрд. долларов

218,0

26,3

257,0

31,1

281,3

33,8

292,3

35,1

-

45,0[140]

Доля официальных расходов в

ВНП,%

1,5 1,6 1,6 - - - -

Доля реальных расходов в

ВНП, %

2,3 2,4 2,5 - - -

[1] Закон КНР "О государственной обороне" от 1998 г. // Новое законодательство КНР. Экспресс-информация. - 2000. - № 10.

[2] Закон КНР "О национальной обороне" от 2002 г. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.abirus.ru/content/564/623/631/11307.html

[3] Закон КНР "О дислокации вооруженного контингента в Особом административном округе Аомэнь" от 2004 г. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.abirus.ru/content/564/623/631/11307.html

[4] Гудошников А. М Китайская Народная Республика. Законодательные акты. Перевод с китайского. М.: Прогресс, 1989.

[5] Положение "О действительной службе рядового состава НОАК" от 2004 г.. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.abirus.ru/content/564/623/631/11307.html

[6] Голованов Е. Национальная оборона Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: www.chinadata.ru /def_doc. htm

[7] См.: Там же

[8] Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2004 году". [электронный ресурс]. Режим доступа:

http: //www.fmprc.gov. cn/ce/ceka/rus/ztbd/guofangbaipishu/t177085. htm

[9] Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2006 году". [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //abirus.ru/content/564/623/631/741/

[10] Положение "О преподавании в учебных заведениях НОАК" от 2006 г.. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.pravoteka.ru/lib/voennoe-pravo/0004/124.html

[11] Уложение "О пограничной службе НОАК" от 2006 г.. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.pravoteka.ru/lib/voennoe-pravo/0004/124.html

[12] Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 2006 г. // Безопасность Евразии. - М.: Независимая газета,2006.

[13] Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 2006 г. // Безопасность Евразии, 2006.

[14] Соглашение о региональном органе по борьбе с терроризмом от 2006 г. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.mid.ru/ns-vnpop. nsf/osn_copy/1166C55233F5FC2CC32570430031542B

[15] Декларация СВМДА по искоренению терроризма и развитию диалога цивилизации. От 2002 г. // Безопасность Евразии. - М.: Независимая газета,2006.

[16] Чуфрин Г.И. Китай в XXI веке: глобализация интересов безопасности. - М.: Наука, 2007.

[17] Галенович Ю.М. Наказы Цзян Цзэминя: Принципы внешней и оборонной политики современного Китая. - М.: Муравей,2003.

[18] Китай - Россия 2050: стратегия соразвития Б.Н. Кузык, М.Л. Титаренко М.: Институт экономических стратегий, 2006.

[19] Панченко М. Ю Российско-китайские отношения и обеспечение безопасности в АТР. - М.: Научная книга, 2005.

[20] Менгес К.К. Китай: нарастающая угроза. - М.: Независимая газета, 2006. - 608 с.

[21] Воскресенский А.Д. Россия и Китай: теория и история межгосударственных отношений. - М.: Муравей, 1999

[22] Петровский В.Е. Азиатско-тихоокеанские режимы безопасности после холодной войны. - М.: Наука, 1998.

[23] Лузянин С.Г. Восточная политика Владимира Путина. Возвращение на "Большой Восток" (2004-2008) - М: АСТ: Восток-Запад, 2007.

[24] Бергер Я.О. О достоверности экономического роста Китая и "китайской угрозе" // Проблемы Дальнего Востока. - 2002. - № 6. - С. 45.

[25] Мясников В.С. Взаимоотношения России с Китаем: тенденции, динамика, перспективы // Вестник Омского университета. - 1998. - №4. - С. 54.

[26] Ли Чжидун. Эконометрическое изучение в экономике Китая. Энергия и окружающая среда к 2030 году // Энергетическая безопасность. - 2003. - №32 - С. 1140.

[27] Чжоу Вэньчжун. Внешняя политика Китая и отношения Китая с США и Европой в новом столетии // Экспресс-информация. - 2005. - №5. - С. 20.

[28] Арин О. О внешнеполитической стратегии КНР// Приложение к Независимой газете, "НГ-сценарии". 1999. [электронный ресурс]. Режим доступа:

http: //www.asia-times.ru/countries/china/o_vneshnepolit_strategii_knr. htm

[29] Устинова Т.Н. Проблемы безопасности в Азии. - М.: Европеум-Пресс, 2001. - С. 324

[30] Бергер Я.М. Китай и Россия в глобальном мире // Свободная мысль - XXI. - 2004. - №10. - С. 11.

[31] Болятко А. Обеспечение национальной безопасности Китая // Проблемы Дальнего Востока. - 2003. - №4. - С. 39.

[32] Болятко А. Обеспечение национальной безопасности Китая // Проблемы Дальнего Востока. - 2003. - №4. - С. 37.

[33] Юй Сяоли. География национальной безопасности Китая // Экспресс-информация. - 2007. - №7. - С. 45.

[34] Юй Сяоли. География национальной безопасности Китая // Экспресс-информация. - 2007. - №7. - С. 45.

[35] Ответы официального представителя МИД Китая Цинь Гана на вопросы корреспондентов на пресс-конференции 15. 09.2005. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://tj. china-embassy.org/ rus/fyrth/t212687.html

[36] См.: Там же.

[37] Чуфрин Г.И. Китай в XXI веке: глобализация интересов безопасности. - М.: Наука,2007. - С. 34.

[38] Ганиев Т.А. Безопасность Центрально-Азиатского региона СНГ и роль Российской Федерации в ее обеспечении. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: www.mil.ru/files/autoreferatganiev. doc

[39] Юй Сяоли. География национальной безопасности Китая // Экспресс-информация. - 2007. - №7. - С. 45.

[40] Чуфрин Г.И. Китай в XXI веке: глобализация интересов безопасности. - М.: Наука,2007. - С. 55.

[41] Официальный сайт Посольства Китайской Народной Республики в Российской Федерации. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //ru. china-embassy.org /rus/xwdt/t70234. htm

[42] Галенович Ю.М. Наказы Цзян Цзэминя: Принципы внешней и оборонной политики современного Китая. - М.: Муравей, 2003. - С. 32.

[43] См.: Там же.

[44] . Юй Сяоли. География национальной безопасности Китая // Экспресс-информация. - 2007. - №7. - С. 45.

[45] Устинова Т.Н. Проблемы безопасности в Азии. - М.: Европеум-Пресс, 2001. - С. 128.

[46] См.: Там же.

[47] Голованов Е. Национальная оборона Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: www.chinadata.ru /def_doc. ht

[48] См.: Там же.

[49] Галенович Ю.М. Наказы Цзян Цзэминя: Принципы внешней и оборонной политики современного Китая. - М.: Муравей, 2003. - С. 147.

[50] Юй Сяоли. География национальной безопасности Китая // Экспресс-информация. - 2007. - №7. - С. 45.

[51] Сунь Цзы. Трактат о военном искусстве. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.superidea.ru/intel /da/sun. htm

[52] Голованов Е. Национальная оборона Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: www.chinadata.ru /def_doc. ht

[53] Менгес К.К. Китай: нарастающая угроза. - М.: Независимая газета, 2006. - С. 132.

[54] Михеев В. Китай: угрозы, риски, вызовы развитию. - М.: М. Центр Карнеги, 2006. - С. 146.

[55] Пермяков Д. Военная доктрина Китая. От активной обороны до народной войны. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.centrasia.ru/newsA. php? st=1055967840

[56] Пермяков Д. Военная доктрина Китая. От активной обороны до народной войны. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.centrasia.ru/newsA. php? st=1055967840

[57] Конституция Китайской Народной Республики от 1982 года. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: / /asia - bus iness.ru /yurid/? p=37

[58] Голованов Е. Национальная оборона Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: www.chinadata.ru /def_doc. ht

[59] Голованов Е. Национальная оборона Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: www.chinadata.ru /def_doc. ht

[60] Болятко А. Обеспечение национальной безопасности Китая // Проблемы Дальнего Востока. - 2003. - №4. - С. 39.

[61] Болятко А. Обеспечение национальной безопасности Китая // Проблемы Дальнего Востока. - 2003. - №4. - С. 40.

[62] Пермяков Д. Военная доктрина Китая. От активной обороны до народной войны. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.centrasia.ru/newsA. php? st=1055967840

[63] Пермяков Д. Военная доктрина Китая. От активной обороны до народной войны. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.centrasia.ru/newsA. php? st=1055967840

[64] Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2006 году". [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //abirus.ru/content/564/623/631/741/

[65] Арин О. Россия на обочине мира. - М.: Линор, 1999. - С. 261.

[66] Закон КНР "о национальной обороне" от 2004 года. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.abirus.ru/content/564/623/631/11307.html

[67] Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2006 году". [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //abirus.ru/content/564/623/631/741/

[68] Вооруженные силы и военная экономика стран Азии. Справочник. - М.: Институт востоковедения РАН, 2006. - С. 121.

[69] Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2006 году". [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //abirus.ru/content/564/623/631/741/

[70] Канчуков С.А. КНР в интернационализационных локально-региональных конфликтах 21 века. - Автореф. на соиск. уч. степ. к. п. н., Чита, 2006.

[71] Пермяков Д. Военная доктрина Китая. От активной обороны до народной войны. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.centrasia.ru/newsA. php? st=1055967840

[72] Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2004 году". [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //abirus.ru/content/564/623/631/741/

[73] Белая Книга КНР "Национальная оборона в 2006 году". [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //abirus.ru/content/564/623/631/741/

[74] Чуфрин Г.И. Китай в XXI веке: глобализация интересов безопасности. - М.: Наука, 2007. - С. 5.

[75] Гриняев С. Об основных направлениях трансформации Вооруженных сил Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: / /fondiv.ru/ articles2/11 0/2. 10.20

[76] Ху Цзиньтао. Следует твердо придерживаться теории Дэн Сяопина и важной идеи "тройного представительства". [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //kz. chineseembassy.org/ rus/ztbd/dpx/t157730.html

[77] Устинова Т.Н. Проблемы безопасности в Азии. - М.: Европеум-Пресс, 2001. - С. 434.

[78] Чуфрин Г.И. Проблемы национальной безопасности во внешней политике Китая. - М.: Наука, 2005. - С. 123.

[79] Чуфрин Г.И. Проблемы национальной безопасности во внешней политике Китая. - М.: Наука, 2005. - С. 123.

[80] Гриняев С. Об основных направлениях трансформации Вооруженных сил Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: / /fondiv.ru/ articles2/11 0/2. 10.20

[81] См.: Там же.

[82] Гриняев С. Об основных направлениях трансформации Вооруженных сил Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: / /fondiv.ru/ articles2/11 0/2. 10.20

[83] Фалуньгун - полурелигиозная неформальная организация, насчитывающая около 100 млн сторонников в Китае. Главный ее постулат состоит в том, что люди посредством постоянного занятия специальными физическими упражнениями могут избавить себя от болезней. Руководство Фалуньгун постоянно проживает за рубежом, откуда и финансирует ее деятельность в Китае.

[84] Чуфрин Г.И. Проблемы национальной безопасности во внешней политике Китая. - М.: Наука, 2005. - С. 223.

[85] Лосюков А.П. Большой договор, большие перспективы // Международная жизнь. - 2001. - №8. - С. 5.

[86] Китайская Народная Республика в 2006 г.: политика, экономика, культура. Ежегодник. - М.: ИДВ РАН, 2007. - С. 351.

[87] Совместное заявление Председателя Китайской Народной Республики и Президента Российской Федерации по вопросам противоракетной обороны. 18. 07.2007. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //ru. china-embassy.org/rus/zegx/ygwj/t69714. htm

[88] Скосырев В. Большой Китай и маленький остров // Азия и Африка сегодня. - 2007. - №1. - С. 43.

[89] Канчуков С.А. КНР в интернационализационных локально-региональных конфликтах 21 века. - Автореф. на соиск. уч. степ. к. п. н., Чита, 2006 г.

[90] Ядерное сдерживание и нераспространение / Под ред.А. Арбатова. - М. Центр Карнеги, 2005. - С. 56.

[91] Структурные изменения экономики Китая. - М.: Информационный бюллетень ИДВ РАН, 2007. - №12. - С. 100.

[92] Национальная оборона КНР в 2004 году (Белая Книга) [электронный ресурс]. Режим доступа: www.abirus.ru/o/b/

[93] Национальная оборона КНР в 2004 году (Белая Книга). [электронный ресурс]. Режим доступа: www.abirus.ru/o/b/

[94] Сумбатян Ю. Независимое военное обозрение № 36 (209) 29. 09.2006

[95] Сумбатян Ю. Китай стремится в "Высшую лигу" // Независимое военное обозрение. - 2006. - № 36 (209). - С. 31.

[96] Чуфрин Г.И. Китай в XXI веке: глобализация интересов безопасности. - М.: Наука, 2007. - С. 37.

[97] Сумбатян Ю. Китай стремится в "Высшую лигу" // Независимое военное обозрение. - 2006. - № 36 (209). - С. 31.

[98] Юй Суй. О расширении НАТО на Восток и безопасности в АТР // Тайпинян сюэбао. - 1997. - №4. - C. 39.

[99] См.: Там же.

[100] Ядерная программа КНР // Аналитические записки. Вестник МГИМО. - М.,. 2008. - С. 23.

[101] Гриняев С. Об основных направлениях трансформации Вооруженных сил Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.fondiv.ruarticles /2/110

[102] Сумбатян Ю. Китай стремится в "Высшую лигу" // Независимое военное обозрение. - 2006. - № 36 (209). - С. 30.

[103] См.: Там же.

[104] Арнет.Э. Военные технологии: Китай // Ежегодник СИПРИ. - М.: Наука, 2000. - С. 260.

[105] США выступают за эмбарго на поставку вооружений в Китай // Российская газета. Фед. выпуск № 3739 от 7. 04.2005 г. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //news. ng.ru/2005/02/03/1107418295.html

[106] Ван Хайдун. О концепции китайской угрозы. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.easttime.ru/analitic/2/1/237.html

[107] Ван Хайдун. О концепции китайской угрозы. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.easttime.ru/analitic/2/1/237.html

[108] Китайская народная республика в 2006 г.: политика, экономика, культур. // Ежегодник РАН. - М.: Институт Дальнего Востока, 2007. - С. 238.

[109] "Национальная оборона КНР в 2002 году" (Белая Книга). [электронный ресурс]. Режим доступа: www.abirus.ru

[110] Каменков П.Б. КНР: военно-технические аспекты модернизации обороны // Ежегодник РАН. - М.: Институт Дальнего Востока, 2001. - С. 140.

[111] Каменков П.Б. КНР: военно-технические аспекты модернизации обороны // Ежегодник РАН. - М.: Институт Дальнего Востока, 2001. - С. 143.

[112] Каукенова Т. Ключевые аспекты модернизации видов войск вооруженных сил Китая. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.easttime.ru/analitic/3/8/490.html

[113] См.: Там же.

[114] "Национальная оборона КНР в 2002 году" (Белая Книга). [электронный ресурс]. Режим доступа: www.abirus.ru

[115] Сумбатян Ю. Китай стремится в "Высшую лигу" // Независимое военное обозрение. - 2006. - № 36 (209). - С. 32.

[116] "Национальная оборона КНР в 2002 году" (Белая Книга). [электронный ресурс]. Режим доступа: www.abirus.ru

[117] Арнет Э. Военные технологии: Китай // Ежегодник СИПРИ. - М.: Наука, 1996. - С. 269.

[118] Сумбатян Ю. Китай стремится в "Высшую лигу" // Независимое военное обозрение. - 2006. - № 36 (209). - С. 32.

[119] Никитин С. Модернизация вооруженных сил КНР в начале XXI. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.asiapasific. narod.ru/countries/china/army21/

[120] См.: Там же.

[121] Лузянин С. О Даманском позабыто навсегда // Независимая газета. - №19. - 04. 02.2002.

[122] Ответы официального представителя МИД Китая Цянь Цыченя на вопросы корреспондентов на пресс-конференции 15. 09.2005. [электронный ресурс]. Режим доступа: http://tj. china-embassy.org/ rus/fyrth/t212687.html

[123] Чаевич А. ШОС как важный фактор обеспечевания безопасности в Центральной Азии // Безопасность Евразии. - 2007. - №3. - С. 48.

[124] Алма-атинский акт от 4 июня 2002 года. [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.kremlin.ru/text/docs/2002/06/30450. shtml

[125] Декларация СВМДА по искоренению терроризма и развитию диалога цивилизации [электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.centrasia.ru/newsA. php? st=1023307680

[126] Ответы официального представителя МИД КНР Кун Цюаня на вопросы корреспондентов на пресс-конференции 1 февраля 2005 года [электронный ресурс]. Режим доступа: www.china-embassy.org/rus/2005/02/01/

[127] Портяков В.Я. От Цзян Цзэминя к Ху Цзиньтао: КНР в начале XXI века. - М.: ИДВ РАН, 2006. - С. 112.

[128] Юй Суй. О расширении НАТО на Восток и безопасности в АТР // Тайпинян сюэбао. - 2005. - №4. - C. 40.

[129] Терский М.В. Международные отношения: Конспект лекций в 2 ч. - Владивосток: изд-во Дальневост. ун-та, 2006. - С. 284.

[130] Танурков В. Крупнейший в мире покупатель вооружений отказывается от российского оружия. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.rambler.ru/news/economy/army/12478881.html

[131] Терский М.В. Международные отношения: Конспект лекций в 2 ч. - Владивосток: изд-во Дальневост. ун-та, 2006. - С. 185.

[132] Танурков В. Крупнейший в мире покупатель вооружений отказывается от российского оружия. [электронный ресурс]. Режим доступа: www.rambler.ru/news/economy/army/12478881.html

[133] Китайская народная республика в 2006 г.: политика, экономика, культура. // Ежегодник РАН. - М.: Институт Дальнего Востока, 2007. - С. 238.

[134] "Национальная Оборона КНР в 2000 году" (Белая книга). [электронный ресурс]. Режим доступа: www.abirus.ru.

[135] Китайская народная республика в 2006 г.: политика, экономика, культура // Ежегодник РАН. - М.: Институт Дальнего Востока, 2007. - С. 238.

[136] The Military Balance 2000-2001, 2004-2005. London: International Institute for Strategic Studies, 2001, 2004.

[137] Из состава военно-воздушных сил

[138] Из состава военно-морских сил

[139] Ежегодник СИПРИ 2003. Вооружения, разоружение и международная безопасность.М., 2004.С. 404; Ежегодник СИПРИ 2005. Вооружения, разоружение и международная безопасность. М.,2006.С. 315; Женьминь Жибао. 9 марта 2004; BeijingReview. January 2005. N. 2. P. 1; ChinaDaily. 09. 01.2006.

[140] Оценка ИДВ РАН