регистрация / вход

Российско-турецкие торгово-экономические связи

История развития российско-турецких торгово-экономических отношений. Исторически сложившееся недоверие как доминирующий факт. Роль хорошо налаженных поставок российского газа и встречных услуг турецких фирм по строительству в России различных объектов.

Российско-турецкие торгово-экономические связи насчитывают, по крайней мере, 300 лет. За столь длительную историю они многократно переживали периоды подъемов и спадов, всплеска активности и застоя. Предопределялось такое многовекторное развитие состоянием политических отношений, которые отличались ярко выраженной неоднородностью. Соперничество и военное противостояние сменялось примирением, добрососедским сосуществованием и даже сближением, за которым вновь наступало охлаждение. Исторически сложившееся недоверие, по мнению турецких политологов, остается доминирующим фактором, до сих пор мешающим установлению предлагаемых Россией в последние годы отношений долговременного стратегического партнерства.

Географическая сопредельность и объективно существующая взаимодополняемость хозяйства обеих стран всегда и особенно в новейшей истории подталкивали их к развитию торгово-экономического сотрудничества. Это отмечалось как в советский период, так и после обретения Россией независимости.

Советская Россия была единственной страной, которая еще в 1920 г. оказала правительству основателя Турецкой Республики Кемаля Ататюрка безвозмездную финансовую помощь. Она также стала первым государством, признавшим независимость Турции, установившим с ней дипотношения и подписавшим 16 марта 1921 г. "Договор о дружбе и братстве".

В 1934 г. Россия предоставила Турции беспроцентный кредит в 8 млн. долл. и оказала содействие в строительстве первого в стране текстильного комбината в г. Кайсери. Однако в целом в предвоенные годы и в первые послевоенные десятилетия торгово-экономические связи носили ограниченный характер. Их оживление началось в 70-е годы, когда Советский Союз приступил к оказанию содействия Турции в сооружении ряда важных хозяйственных объектов, а в конце десятилетия начал сравнительно крупные поставки нефти и нефтепродуктов и азотных удобрений.

В этот период были построены 12 крупных промышленных предприятий, в том числе металлургический комбинат в г. Искендерун, алюминиевый завод в г. Сейдишехир, нефтеперерабатывающий завод в г. Измир, которые составляют основу государственного сектора и по сей день являются крупнейшими в регионе. В конце 70-х - начале 80-х годов на долю машин и оборудования приходилось свыше четверти, а нефти и нефтепродуктов почти половина советского экспорта в Турцию. В обмен закупали продовольственные и потребительские товары, прежде всего орехи, лимоны, а также табак.

Очередное оживление торгового обмена связано с началом в 1987 г. поставок в Турцию российского природного газа по трубопроводу, проложенному по территории тогда еще входивших в СССР Украины и Молдавии, а также Румынии и Болгарии. Очень скоро газ стал главным товаром советского, а затем и российского экспорта. Уже в 1989 г. на его долю пришлось 36% стоимости всех поставок в Турцию. Вместе с нефтью, нефтепродуктами, углем и электроэнергией, поступавшей в Турцию через Грузию, удельный вес энергоносителей в указанном году составил 70%, еще 11% пришлось на долю химических продуктов, прежде всего аммиака, и около 7% - на долю черных металлов, в том числе 3% - на долю лома. Доля машин и оборудования упала до 2%.

Столь подробные данные о товарной структуре экспорта, сложившейся в последние годы существования СССР, приводятся потому, что именно тогда сформировался ее сырьевой характер, который, по существу, мало изменился в последовавшее десятилетие в торговле с Турцией уже независимой России.

Ряд соглашений, подписанных в конце 80-х годов, регулировал оплату российских поставок газа и других энергоносителей встречными поставками турецких товаров, что позволило Турции не только заметно увеличить свой экспорт, но и существенно его диверсифицировать.

В том же 1989 г. торговый баланс впервые был сведен в пользу Турции. Наряду с традиционными продовольственными товарами (лимоны, орехи, изюм) она увеличила поставки меховой одежды, трикотажа, обуви, начала поставлять медикаменты, мыло и моющие средства и, на что следует обратить особое внимание, машины и оборудование, в число которых статистика включила подрядные работы турецких фирм по сооружению в СССР, а затем и в России торговых, лечебных, культурно-массовых учреждений и жилых домов. Объем этих работ уже в 90-е годы достиг внушительных размеров.

Именно устойчивые, хорошо налаженные поставки российского газа и встречные услуги турецких фирм по строительству в России различных объектов позволили партнерам достаточно уверенно и в короткие сроки пережить негативные последствия серьезных перемен, охвативших внешнеэкономические связи России после распада СССР. Отказ от государственной монополии внешней торговли, финансовое ослабление государственных внешнеэкономических объединений и выход на внешний рынок многочисленных, но поначалу малоопытных и маломощных частных организаций привели в первые годы независимого развития России к серьезному спаду внешнеторгового обмена, резкому сокращению экономического сотрудничества, нарушению прежних связей и обязательств.

Российско-турецкие связи на первых порах в полной мере испытали влияние этих негативных процессов. Были нарушены обязательства по расчетам за газ и встречным закупкам турецких товаров, заморожены банковские кредиты на закупку турецких товаров и оплату строительных услуг, утеряны в качестве солидных партнеров российские государственные импортеры. Однако уже к 1994 г. удалось восстановить прежние объемы торгово-экономических отношений.

российский турецкий торговый экономический

Созданная в предшествовавший период полноценная договорно-правовая база, включавшая десятки соглашений, программ, деклараций, меморандумов, протоколов, памятных записок и других юридических документов, была в сравнительно короткие сроки обновлена и приведена в соответствие с новыми реалиями. В 1992 г. были подписаны Договор об основах отношений России и Турции, новое торговое соглашение и вместе с другими государствами Декларация об экономическом сотрудничестве стран черноморского бассейна. В последовавшие два года состоялся обмен визитами руководящих деятелей правительств обеих стран, прошло заседание Межправительственной российско-турецкой комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, подписан ряд новых соглашений.

В конце 1995 г. были урегулированы финансовые проблемы, доставшиеся партнерам в наследство от СССР. Тогда же Турция предоставила России кредит в 350 млн. долл. в основном для оплаты строительных работ. Наконец, в начале 1996 г. было подписано соглашение об увеличении поставок газа к 2005 г. до 14 млрд. куб. м. Все это создало предпосылки для успешного развития деловых отношений.

Если в 1991 г. торговый оборот между двумя странами сократился до 751 млн. долл., то уже в 1992 г. за счет выполнения старых обязательств вырос до 1,1 млрд., а в 1993 г. - до 1,7 млрд. долл. В 1994 г. он уменьшился до 1,4 млрд. долл., а в 1995 г. возрос на 56%, или до 2,2 млрд. долл. Как и прежде, основу российского экспорта составлял газ, а импорта - потребительские товары и строительные услуги. Портфель заказов турецких подрядчиков в России к середине 90-х годов оценивали в 5-6 млрд. долл. На строительстве различных объектов в Москве, Ставрополье и других районах России работали свыше 10 тыс. турецких рабочих, инженеров и техников. Следует, однако, иметь в виду, что далеко не вся, а, скорее, меньшая часть стоимости строительных работ регистрируется таможенной статистикой.

Наряду с традиционными статьями экспорта и импорта обе стороны стремились к внедрению в торговый обмен новых товаров. В частности, большим успехом считали начатое в 1993 г. военно-техническое сотрудничество. Турция первой из стран-членов НАТО согласилась закупать продукцию российских оборонных предприятий. За 1993-1995 гг. туда было поставлено различной спецтехники на 114 млн. долл. Предполагалось, что в дальнейшем ее экспорт будет доведен до 300 млн. долл.

Однако особым, ранее не известным феноменом российско-турецких отношений стала неорганизованная торговля на индивидуальной основе. Она возникла в первые годы после провозглашения независимости России в условиях экономического кризиса в результате ослабления пограничного и таможенного режима.

Пустые полки, то есть острая нехватка потребительских товаров, закрытие тысяч предприятий и "освобождение" от работы огромной массы трудящихся толкнули их на индивидуальную внешнеторговую деятельность, которая, особенно на первых порах, оказалась трудоемкой, но сравнительно прибыльной. Регулярные краткосрочные поездки за границу для закупки за наличную валюту дефицитных товаров и обратно для их сбыта в России, т.е. туда и обратно, обусловили появление терминов "челнок" и "челночная торговля". Большая часть товаров провозилась как личный багаж без таможенной регистрации. По официальной терминологии "челночная" торговля в России получила название неорганизованной.

Одним из главных партнеров наряду с Китаем, Польшей и рядом других стран стала Турция. Оттуда везли и везут кожизделия, меха, одежду, обувь и другие потребительские товары. Определить объем таких закупок практически невозможно. По разным оценкам, стоимость импорта "челноков" из Турции в середине 90-х годов, когда он достиг расцвета, составляла 2-6 млрд. долл.

Значительная часть "челноков", не выдержав трудностей, прекратила эту деятельность. Другие, наоборот, стали профессионалами, разбогатели, создали мелкие и средние фирмы, обрели товарную специализацию, постоянных партнеров в Турции и России.

Турецкие государственные организации по подсказке деловых кругов обеспечили российским "челнокам" льготные условия въезда, пребывания, закупок товаров, таможенного режима и логистики. Такая торговля, конечно, не проходит без обмана, грабежей и других преступлений, однако, в целом партнеры считают ее достаточно прибыльной, и с турецкой стороны ее всячески поощряют.

Турецкая статистическая служба стремится хотя бы часть "челночной" торговли учитывать в своих обсчетах внешнеторговой деятельности. В России же "челночную" торговлю поначалу пустили на самотек, а в конце века попытались поставить под контроль таможенных органов. Это привело к ее сокращению, а частично к переводу в рамки обычных внешнеторговых операций.

"Челночная" торговля, особенно на первых порах, сыграла важную роль в насыщении внутреннего рынка России товарами широкого потребления, обеспечила занятость десяткам, если не сотням тысяч российских граждан. Вместе с тем поступление на рынок сравнительно дешевых импортных товаров усугубило кризис российской легкой промышленности, лишило государство значительных поступлений от таможенных сборов.

Для Турции она стала важнейшим элементом увеличения экспорта и компенсации постоянного дефицита торгового баланса в официальной торговле с Россией.

Несмотря на относительно благоприятные условия, сложившиеся в середине 90-х годов ушедшего века, все показатели торгового обмена с Турцией, по данным Государственного таможенного комитета Российской Федерации (ГТК РФ), из года в год подвергались существенным колебаниям. Так, стоимость торгового оборота в 1996 г. составила 2,3 млрд. долл., в 1997 г. возросла до 2,8 млрд., но в 1998 г. снизилась до 2,4 млрд., и в 1999 г. упала до 1,9 млрд. долл. Такой спад объясняют воздействием финансового кризиса в России и отчасти нестабильной внутриполитической ситуацией в Турции. Произошел он вопреки хорошему заделу, созданному пакетом из 10 документов (включая соглашение о поставках газа по новой трансчерноморской магистрали), подписанных в 1997 г. в ходе визита в Турцию тогдашнего главы правительства России В. Черномырдина. Однако в 2000 г. этот задел "сработал". Товарооборот резко вырос сразу до 3,4 млрд. долл. и в последовавшие два года, как видно из данных таблицы, продолжал увеличиваться, достигнув рекордных величин.

Немаловажным фактором, содействовавшим увеличению торговли и прежде всего российского экспорта, стал официальный визит в Турцию в конце октября 2000 г. нынешнего премьер-министра России. В ходе переговоров стороны заявили о намерении сотрудничать в реализации крупных инвестиционных проектов и довести объем товарооборота до 10 млрд. долл. в год. Пока, правда, движение к этому показателю идет медленно.

Удельный вес Турции во внешней торговле России в последние годы колебался в пределах 1,8-2,7%. В целом за 1996-2000 гг. он составил 2%, а в 2001-2002 гг. возрос до 2,7%. Это позволило ей занимать 13-15-е места в списке российских торговых партнеров. В торговле России со странами дальнего зарубежья, т.е. без учета партнеров из СНГ, на ее долю за 1996-2000 гг. пришлось 2,6%, а в последовавшие два года - 3,3%. Среди стран Азии Турция как российский партнер уступает лишь Китаю и Казахстану.

За январь-апрель текущего года экспорт России в Турцию по сравнению с тем же периодом 2002 г. увеличился на 58% и достиг 1440,5 млн. долл., импорт вырос на 31% до 239,4 млн. долл., а оборот составил 1679,9 млн. долл., то есть увеличился почти на 54%. Однако без учета "челночной торговли" и строительных услуг турецких подрядчиков российский экспорт в Турцию постоянно и весьма значительно превышает импорт, что предопределяет большое положительное сальдо, которое в целом за последние пять лет XX в. превысило 7,75 млрд. долл., а в 2001-2002 гг. - еще 5,3 млрд. долл. Столь значительный дисбаланс, однако, отражает лишь торговлю, проходящую российскую таможенную регистрацию.

Несколько иная картина складывается по данным турецкой внешнеторговой статистики, которой удается учитывать часть неорганизованного вывоза в Россию. Это вместе с разницей в методике подсчета, принятой во внешнеторговой статистике обеих стран, предопределяет существенные различия публикуемых ими показателей по экспорту и импорту.

Как видно из приводимой таблицы, по турецким данным, за 1996-2000 гг. суммарный оборот торговли между двумя странами оказался на 5,7 млрд. долл., или на 44% больше, чем по данным ГТК РФ, в том числе экспорт Турции в Россию в 2,4 раза больше данных ГТК РФ по импорту оттуда, а импорт из России - на 21% больше турецкого экспорта.

Как известно, международные организации определяют разницу между стоимостью экспорта товаров на условиях фоб и импорта на условиях сиф в 10% в пользу последнего. Иногда стоимость фрахта и страхования бывает больше, но редко превышает 20% стоимости товара. Исходя из этого, сравнение различий в показателях экспорта России и импорта Турции можно считать вполне приемлемым, учитывая также возможную разницу по времени регистрации и расхождения в методиках учета.

Вместе с тем весьма существенные различия между размерами импорта России и экспорта Турции (за 1996-2000 гг. - 2,15 млрд. долл.) можно понять лишь как подтверждение того, что турецкая статистика часть закупок российских "челноков" регистрирует как экспорт.

В 2001-2002 гг. расхождения между показателями российской и турецкой внешнеторговой статистики существенно уменьшились, что, видимо, по крайней мере частично объясняется сокращением "челночной" торговли.

По турецким данным, за 1996-2000 гг. на долю России пришлось 5,1% внешней торговли страны, в том числе 4,7% экспорта, 5,4% импорта и 6,2% отрицательного сальдо торгового баланса. В последовавшие два года значимость России как рынка сбыта турецких товаров снизилась до 2,5%, а как поставщика возросла до 7,7%. В результате в торговле с Россией Турция получила почти четверть отрицательного сальдо внешнеторгового баланса. Следует, однако, напомнить, что важным средством компенсации этого сальдо наряду с неорганизованной торговлей выступают весьма солидные доходы не только строительных компаний, но и туристических фирм, ежегодно принимающих десятки тысяч россиян, оставляющих во время отдыха в Турции миллионы долларов.

Товарная структура российского экспорта в Турцию носит устойчивый характер. Удельный вес ведущих товаров меняется лишь под влиянием конъюнктуры и движения цен. В 2002 г. она, по данным ГТК РФ, выглядела следующим образом: энергоносители - 58%, черные металлы - 19%, алюминий - 6%, продукция химической промышленности - 3,5%, древесина и целлюлозно-бумажные изделия - 3%, машины и оборудование - всего 4,5%.

В Турцию поставили 11,8 млрд. куб. м газа, 1,5 млн. т нефти, 1,3 млн. т нефтепродуктов, 4,7 млн. т угля, 2,1 млн. т стальных полуфабрикатов и 1,7 млн. т лома черных металлов, а также различные виды проката, 180 тыс. т алюминия и 64 тыс. т цинка, свыше 1 млн. т азотных удобрений и 460 тыс. куб. м необработанных лесоматериалов. В группе машин и оборудования ведущее место заняли электрические конденсаторы и вычислительные машины, около 5 тыс. легковых автомобилей, а также бритвы и электроды.

В товарной структуре импорта свыше четверти его стоимости пришлось на закупки текстиля, текстильных изделий и обуви, из которых 15% составила одежда, еще 6% - кожевенные и меховые изделия. Важное место в импорте сохраняют овощи, фрукты, орехи (14%), табак (5,5%), химические продукты (10%) и прежде всего пластмассы и изделия из них (4,5%).

В 2002 г. в Турции закупили 202 тыс. т цитрусовых и 36 тыс. т винограда, 73 тыс. т томатов, 21 тыс. т лука, 6 тыс. т огурцов. Однако особое внимание следует обратить на то, что на долю машин и оборудования пришлось 20% импорта.

Наряду с таким уже традиционным товаром, как аккумуляторы, Турция поставила коммутаторы для телефонной связи, бытовое электротехническое оборудование, насосы, холодильники, кондиционеры, строительное и пищевое оборудование, кабель и провода.

Приведенные данные позволяют констатировать, что в торговых отношениях между двумя странами Турция выступает как поставщик промышленной продукции и продовольствия, а Россия - как поставщик энергоносителей и полуфабрикатов. Такая структура должна вполне устраивать Турцию.

Существенно изменить сложившийся характер торгового обмена в ближайшие годы вряд ли удастся. Слишком велика в российском экспорте роль энергоносителей, а расширению поставок машин и оборудования препятствует традиционная ориентация турецкого рынка на продукцию стран ЕС, в первую очередь Германии, а также США и Японии.

Неспешное, но поступательное развитие торгово-экономических связей, видимо, будоражит антироссийское лобби в турецких политических и деловых кругах, которое не желает отказываться от претензий на лидерство на Кавказе и в среднеазиатском регионе, населенном тюркскими народами, и пытается возродить отношения взаимного недоверия и конфронтации. Только этим можно объяснить проблемы, возникшие с выполнением турецкой стороной обязательств, взятых при сооружении газопровода "Голубой поток".

Исходя из постоянно растущих потребностей Турции в природном газе, с которыми существовавший газопровод мог не справиться, в середине 90-х годов после длительного изучения возможных путей увеличения поставок обе стороны решили построить новый мощный трубопровод, впервые в мире проложенный по дну Черного моря. Соответствующее соглашение было подписано 15 декабря 1997 г. и ратифицировано турецким парламентом в апреле 1998 г. Для осуществления проекта российский Газпром и итальянский концерн ENI в 1999 г. создали на паритетной основе компанию "Blue Stream Pipeline Co", которая за три года построила трубопровод протяженностью в 1212 км, из которых 396 км проложены по дну моря. В поставке труб участвовали японские компании. Строительство обошлось в 3,3 млрд. долл. Его мощность может обеспечить поставку 16 млрд. куб. м газа в год. Пробная прокачка газа началась в январе, а эксплуатация - в марте 2003 г.

Согласно первоначальному контракту, турецкая компания Botas, которая участвовала в сооружении турецкого участка газопровода и выступает покупателем газа, предполагала уже в этом году закупить 4 млрд. куб. м газа по цене 110 долл. за тысячу кубометров на условиях take or pay, то есть платить за газ, даже если он ей не нужен. Далее планировалось до 2010 г. ежегодно увеличивать импорт на 2 млрд. куб. м, доведя его до 16 млрд. куб. м. За 25 лет действия контракта Газпром рассчитывал получить 25 млрд. долл.

Однако уже в апреле Botas прекратила отбор газа, заявила, что не согласна с условиями контракта и, ссылаясь на экономический кризис, потребовала снизить цену до 70 долл. за куб. м, сократить объемы поставки чуть ли не вдвое и даже пригрозила подать на Газпром иск в Международный арбитраж. Газпром в свою очередь счел действия турецкой стороны грубым нарушением достигнутых ранее межправительственных соглашений и подписанных контрактов и подал свой иск в Международный арбитраж.

В ходе длительных и трудных переговоров обе стороны достигли компромисса. Газпром, в частности, согласился пересмотреть формулу цены, унифицировать действующие контракты на поставку газа в Турцию с тем, чтобы они заметно не отличались от аналогичных соглашений с европейскими странами, и прекратить арбитражное разбирательство. Он также выразил готовность направить часть выручки на развитие турецкой газовой инфраструктуры.

Botas, поняв, что не получит в этом споре поддержку от ЕС, заявила о возобновлении отбора газа с 1 августа на действующих условиях и, как минимум, закупит до конца года 800 млн. куб. м газа, что позволит избежать платежей по формуле "take or pay", которая действует с 1 июня. Все спорные вопросы стороны согласились решать во внесудебном порядке и начать с обсуждения конкретных условий поставки газа в 2004 г. Однако конфликт вряд ли можно считать исчерпанным.

В Газпроме справедливо считают, что Анкара настаивает на изменении условий контракта не только по экономическим соображениям. С помощью давления, которое можно назвать шантажом, определенные политические силы пытаются заставить Россию терпимо относиться к сооружению нефтепровода Баку - Джейхан, а в дальнейшем и к разработке азербайджанского газового месторождения Шах-Дениз и строительству трубопровода Баку - Тбилиси - Эрзрум, по которому предполагают ежегодно вплоть до 2018 г. поставлять в Турцию 6,6 млрд. куб. м газа. Наконец, в более отдаленном будущем хотят наладить поставку в Турцию иранского и туркменского газа. В большинстве перечисленных проектов активное участие принимают международные ТНК, которые готовы при содействии Турции потеснить, а то и вытеснить российские нефтегазовые компании из этого региона.

Еще во время строительства газопровода руководителей компании Botas пытались обвинить в коррупции, однако вскоре скандал прекратили. Потом появились угрозы возобновить расследование, что подталкивает руководство на конфронтацию с Газпромом.

Объективное положение дел, однако, подсказывает, что турецкие деловые круги, заинтересованные в связях с Россией, найдут приемлемые пути для решения этой острой, но во многом надуманной проблемы, тем более, что у России, конечно, имеются ответные рычаги давления. Это самым благоприятным образом скажется на состоянии и перспективах развития всесторонних отношений между двумя государствами.

Литература

1. Аврамчик Е.И. Турецко-российские международные отношения. М., 2008

2. Азия и Африка сегодня. №2.2008

3. Азия и Африка сегодня. №1.2007

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий