Взаимоотношения Турции и США на современном этапе

Общая оценка экономических связей между Турцией и США. Военно-политическое сотрудничество. Современные составляющие американо-турецкого политического диалога. Ядерный вопрос в отношениях Анкары и Вашингтона. Перспективы американо-турецких отношений.

Взаимоотношения Турции и США на современном этапе

Содержание

Введение

1. Общая оценка экономических связей между Турцией и США

2. Военно-политическое сотрудничество Турции и США

3. Современные составляющие американо-турецкого политического диалога

4. Ядерный вопрос в отношениях Анкары и Вашингтона

5. Перспективы американо-турецких отношений

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Формирование и укрепление американо-турецких отношений происходили одновременно с формированием биполярного мира, в то время, когда Британия - государство, являвшееся лидером среди западных стран в этом регионе уступала место новому мировому лидеру - Соединённым Штатам. США уделяют огромное внимание восточному средиземноморью, и постоянно усиливает своё влияние на данном пространстве, так как турецкая республика занимает важное географическое положение между Европой и Азией, контролирует выход из Черного моря в Средиземное. Такое положение позволяет назвать республику мостом между Европой и Азией, Азией и Африкой.

Турция обладает уникальным географическим положением, но не имеет собственных ресурсов для ведения войны. Отсутствие месторождений нефти и неразвитость тяжёлой индустрии, а, следовательно, и собственного ВПК, делают его сильно зависимым от импорта вооружений. Поэтому лидерство в регионе может быть сохранено только в тесном взаимодействии с Западом.

Турция усиливает своё влияние на постсоветском пространстве, поддерживая национальные и сепаратистские движения, но при этом внутренняя политика государства направлена на подавление собственных национальных меньшинств. Все права национальных меньшинств ограничиваются их религиозными традициями. Возникает проблема двойных стандартов.

Основой лидерства Турции является её динамично развивающаяся экономика, построенная на западных займах и кредитах.

Турция является самым демократическим государством среди стран мусульманского мира. Демократические Западные ценности наиболее успешно прижились в этой стране, хотя для этого понадобилось ряд военных переворотов.

Для Соединённых Штатов Турция стала плацдармом западного влияния в мусульманском мире. Механизм влияния, который разработан американскими специалистами, как показывает более чем полувековой опыт, оказывается успешным, несмотря на множество пессимистических взглядов по этому поводу. Вероятно, что США устраивает равновесие исламских умеренных политических сил и западных идей, носителями которых является турецкая элита, поддерживаемая армией.

Турция в биполярном мире являлась последовательным сторонником и союзником США. Государство в 1952 году вступило в НАТО и до сегодняшнего момента внешнеполитическое стремление в сторону Запада остаётся приоритетным.

Историография данной проблематики представлена трудами авторов советского периода, российскими, зарубежными исследователями, политологами и дипломатами.

Монографии и по турецкой проблематике можно разделить на несколько частей, в зависимости от периода и от оценки происходящих событий.

С 1945 по 1965 годы в отечественной историографии высказываются общие негативные взгляды по поводу развития страны, американо-турецких отношений и в целом внешней политики Турции. Политика кабинета и президента Турции характеризуется как антинародная, антинациональная. Стремление Турции к интеграции в западные структуры рассматривается как политика реакционных кругов внутри Турции. Это и понятно: начиналась "холодная война" и советские учёные рассматривали Турецкую республику, прежде всего, как члена враждебного агрессивного блока[1] .

американский турецкий ядерный взаимоотношение

С середины 60-х годов и до середины 80-х годов начинается новый этап в изучении истории Турции, который характеризуется более гибким рассмотрением турецкой внутренней и внешней политики. Рассматривается национальная проблема, проблемы экономического развития, военного сотрудничества с Западом. Особой темой становится "потепление" в советско-турецких отношениях, которому предшествовал Кипрский кризис 1964-1965 годов. Турецкая элита воспользовалась разногласиями, возникшими с США, и использовала их для дипломатического флирта с СССР. Советский Союз занимал умеренную позицию в Кипрском вопросе, выступая против эносиса, то есть присоединение острова к Греции[2] .

Проблематика внешней политики Турции в той или иной степени была отражена в монографии западного политолога, профессора Сассекского университета П. Кальвокоресси[3] .

Проблемы влияния внутриполитических факторов на внешнюю политику Турции исследованы в статьях и публикациях В.И. Данилова, Б.М. Поцхверия, Н.Г. Киреева[4] .

В период с начала 2000-х гг. продолжается современный этап изучения политико-экономических отношений Турецкой Республики и США. Данный период связан с именами А.А. Гурьева, М.П. Гучанина, В.К. Егорова и др[5] .

1. Общая оценка экономических связей между Турцией и США

Оценивая торгово-экономические связи между Турцией и США, следует заметить, что, несмотря на солидную договорно-правовую базу и на наличие большого количества двусторонних комиссий и платформ, турецко-американские отношения имели достаточно сильный уклон в область военно-технического сотрудничества и безопасности.

С учетом того, что США - крупнейший инвестор за пределами своих границ (2,8 трлн. долл. в 2007г.), а доля Турции составляет "всего" 10 млрд. долл. на 2008г., неудовлетворенность турецкой стороны и желание привлечь больше инвестиций понятны. Половина инвестиций сделана в течение последних нескольких лет: их объем вырос в 5 раз с 2003 г. (рис.1).

Рис.1. Объем накопленных прямых инвестиций США в турецкую экономику (по данным U. S. Bureau of Economic Analysis)

С другой стороны, турецкие инвестиции в США скромны и составляют менее 2 млрд. долл., но, что до последнего времени Турция не являлась страной, вовлеченной в экспорт капитала[6] .

В последние годы американские компании покупают доли в турецких банках, энергетических компаниях, брокерских фирмах, медицинских центрах и т.д. К примеру, среди крупнейших сделок 2007г.: приобретение Citibank Overseas Investment 20% долей Akbank (второго по величине частного банка Турции) за 3,1 млрд. долл., General Electric приобрел доли турецкого холдинга Gama Energy Company и озвучил планы по инвестированию в турецкую энергетику 3 млрд. долл., Citigroup Venture Capital International приобрели 50% долей дома мод Beymen и 30% торговой сети Воупег Вьу-ьк Ma azac 1 к за 145 млн. и 48 млн. долл. и проч. США выделили кредит 400 тыс. долл. США Союзу палат и бирж Турции для развития сотрудничества между малым и средним бизнесом двух стран.

По количеству компаний с иностранным капиталом, зарегистрированных в Турции, США (здесь и ниже по данным янв. 2009г.: 936 фирм, более 600 из них зарегистрировано в Стамбуле) сильно уступают таким странам как Германия (3633), Великобритания (2038) и Голландия (1680), находятся на одном уровне с Ираном (1027) и опережают Китай (338) и Южную Корею (144). С учетом того, что общее количество компаний с иностранным капиталом в Турции 21289, американская доля - 4%, однако одна треть компаний из США начала свою деятельность в Турции после 2003г.

Товарооборот между двумя странами развивается устойчивыми темпами (с 2004 по 2007 гг. в диапазоне 7-10% в год), а в 2008г. он продемонстрировал серьезный рост по сравнению с годом предыдущим (32%) и составил 16 млрд. долл. (табл.1). Увеличение товарооборота полностью обеспечивается наращиванием Турцией импорта из США.

В общем объеме внешней торговли Турции, 334 млрд. долл. (экспорт: 132 млрд., импорт: 202 млрд.), доля США составляет 4,7%. Доля США в турецком экспорте - 3,7% (8 место), в импорте - 5,9% (4 место после России, Германии и Китая). Сальдо турецкой внешней торговли с США с 2005г. - отрицательное и в 2008г. достигло отметки в 7,685 млрд. долл.

Таблица 1

Товарооборот между США и Турцией

Год Экспорт, млрд. долл. Импорт, млрд. долл. Товарооборот, млрд. долл. Изменение
2004 4,860 4,745 9,605
2005 4,910 5,375 10,285 7%
2006 5,060 6,260 11,320 10%
2007 4,170 8,166 12,336 9%
2008 4,290 11,975 16,265 32%

Из таблицы 1 видно, что турецкий экспорт в США, достигнув максимума в 2006 году, в 2007 году упал на 17%, и в 2008 возрос лишь на 3% (не достигнув даже показателя 2004 года). Для сравнения достаточно отметить, что экспорт из Турции в Россию и в Китай с 2004 по 2008 год вырос в приблизительно в 3,5 раза, в Великобританию и в Германию - в 1,5 раза. Разбивка турецкого экспорта в США по группам товаров приведена ниже в таблице 2.

Таблица 2. Турецкий экспорт в США (по данным Секретариата внешней торговли Турции), млн. долл.

Группа товаров 2006 г. 2007 г. 2008 г.
1 Текстиль и одежда 1332 1151 883
2 Железо и сталь 925 322 785
3 Оборудование 331 395 437
4 Нефтехимия 383 317 422
5 Керамика и обработанный камень 448 437 354
6 Транспортные средства и запчасти 449 296 326
7 Пищевая продукция 230 256 260
8 Ювелирная продукция 298 324 193
9 Продукция из меди 97 107 102
10 Табак 139 172 97
Всего по пп.1-10 4632 3340 3859
Общая величина 5061 4171 4290

Из таблицы 2 видно, что особую роль в турецком экспорте играет продукция легкой промышленности. При том, что США импортирует значительные объемы готовой одежды (в 2008г. на 90 млрд. долл.), доля Турции в последние годы неуклонно снижается и в пред. году составила 1%. До визита в Турцию президента США Барака Обамы Турецкая ассоциация производителей одежды (TGSD) передала свои предложения по развитию турецкого экспорта премьер-министру Турции Р.Т. Эрдогану[7] . Упомянутые предложения включают исключение налоговых пошлин на текстиль и готовую продукцию, принятие двумя странами соглашения о свободной торговле, создание т. н. "квалифицированных промышленных зон" (на востоке и юго-востоке Турции), и включение в них предприятий легкой промышленности. С предложением о создании свободных промышленных зон 10 лет назад выступил президент США Б. Клинтон. Однако, в 2002 г. американский конгресс исключил из перечня товаров наиболее важные для Турции, включающие готовую одежду и обувь. На фоне все более широкого проникновения дешевого китайского текстиля на мировые рынки, особые условия для турецких товаров, в частности, на рынке США приобретают для сектора большое значение.

Американский экспорт в Турцию представляется более диверсифицированным (табл.3). В 2008 году он существенно возрос, достигнув отметки в 11,9 млрд. долл.

Таблица 3

Импорт продукции из США в Турцию, млн. долл.

Группа товаров 2006 г. 2007 г. 2008 г.
1 Продукты из железа и стали 785 1349 2822
2 Оборудование 1114 1346 1553
3 Минеральное топливо и масла 276 338 1432
4 Транспортные средства и запчасти 683 536 965
5 Продукты органической химии и фармацевтика 737 830 962
6 Химикаты и пластики 420 775 709
7 Хлопок 532 819 620
8 Оптические, фотографические, измерительные медицинские и хирургические инструменты и аксессуары 500 548 619
9 Пищевые продукты 230 342 571
10 Целлюлозно-бумажная продукция 210 301 347
Всего по пп.1-10 5487 7184 10600
Общая величина 6261 8166 11971

Говоря о турецкой экономике нельзя не вспомнить о такой статье доходов как "туризм". В 2008 г. Турцию посетило 500 тыс. туристов из США и Ассоциацией операторов и инвесторов гостиничного бизнеса (TUROB) была высказана надежда на то, что визит в Турцию Б. Обамы будет способствовать росту популярности турецких курортов в Америке. Американский экспорт в Турцию представляется более диверсифицированным. В 2008 г. он существенно возрос, достигнув 11,9 млрд. долл.

Прежде чем перейти к выводам, хотелось бы привести слова государственного министра Турции Куршада Тюзмена, который еще в 2006г. отметил: "Географическая удаленность, плотная конкуренция и уникальные особенности рынка США, а также тот факт, что компании, желающие проникнуть на рынок, не определили своей долгосрочной стратегии, привело к развитию отношений на уровне намного ниже желательного уровня. Рынок США - особый рынок, который требует долгосрочной политики в маркетинге и имеет сложные конкурентные условия. Более того, долгое время только текстильные компании и компании, производящие готовую одежду, рассматривали рынок США в качестве целевого. Только недавно такие отрасли промышленности, как керамическая, металлургическая и ювелирная, стали достигать рынка США. Наша цель - увеличить количество таких примеров и определить рынок США в качестве одного из приоритетных. Программа нашей работы в США охватывает период 2006-08гг. и сфокусирована на увеличении экспорта, используя стратегию продвижения определенной продукции и в определенные штаты, которая подразумевает специальные организационные мероприятия в шести целевых штатах (Нью-Йорк, Техас, Калифорния, Иллинойс, Джорджия и Флорида)".

Разумеется, упомянутая выше программа является стратегической и не следует ожидать от нее быстрых результатов, тем более в условиях мирового финансового кризиса. Рекомендации сторонам, американской и турецкой, сформулированные в докладе TUSIAD (экономический раздел) можно рассматривать как развитие установок К. Тюзмена:

"Рекомендации США: отмечать экономическую роль Турции в интеграции региона в глобальный рынок, поощрять американские компании рассматривать Турцию в качестве "ворот" на региональные рынки, развивать программы, направленные на стимулирование создания совместных предприятий между турецкими и американскими компаниями в Турции и в соседних странах.

Рекомендации Турции: обучать малые и средние турецкие предприятия американской деловой культуре и экономическим возможностям, предлагаемым американским рынком, поощрять турецкие инвестиции в США, создать специальную структуру для увеличения торговли и инвестиций между странами.

Обеим сторонам: придавать большое значение двусторонним экономическим и торговым отношениям, организовать совместные и постоянные центры содействия торговле и инвестициям в обеих странах, сфокусироваться на каспийских и центральноазиатских энергетических проектах, восстанавливать работы существующих комитетов/платформ и устанавливать для них конкретные цели со сроками исполнения, учредить платформу для руководителей крупнейших предприятий двух стран, развивать программы обучения турецких студентов в США"[8] .

Посол США в Анкаре Джеймс Джеффри отметил, что, Америка также придает большое значение сотрудничеству в энергетической сфере. Поставки находящихся к востоку от Турции энергоносителей на Запад транзитом через турецкую территорию будут иметь положительное значение как для Турции, так и для всего региона. "Турция стала более современной, демократичной и надежной страной и США гордятся тем, что являются вашим партнером. Я тоже испытываю гордость от того, что сегодня нахожусь здесь", - подчеркнул новый посол США в Турции[9] .

Значительное внимание, которое новая американская администрация намерена уделять энергетическому направлению своих отношений с Турцией, подтверждается планами турецкого руководства заняться совместно с американскими нефтяными компаниями добычей углеводородов в Черном море. Государственная нефтяная компания Турции проводит по этому вопросу активные переговоры с "Шеврон" - второй по величине нефтяной компанией США. По словам заместителя гендиректора турецкой компании Юрдала Озташа, переговоры с представителями "Шеврон" проходят в высшей степени позитивной атмосфере. "Шеврон" интересуют западные и центральные районы Черного моря. Затраты на разведывательные работы на глубоководье не превысят полумлрд. долл. Для Турции это также очень важно. "Надеемся, что к наступлению лета этот переговорный процесс завершится заключением соглашения", - сообщил Ю. Озташ. С 2010г. Турция намеревается приступить к разведке дна Черного моря с целью поиска нефтяных месторождений. По мнению ряда экспертов, в этом регионе находится как минимум 10-15 млрд. бар. "черного золота". Эти объемы достаточны, чтобы в течение определенного времени удовлетворить половину внутреннего потребления нефти.

Следует сделать некоторые выводы и предположения по развитию турецко-американских торгово-экономических отношений:

1. До последних лет турецко-американская внешняя торговля развивается менее динамично, нежели торговые связи Турции со странами Евросоюза, Китаем и Россией. В качестве одной из причин можно назвать тот факт, что США традиционно рассматривает Турцию, в первую очередь, как рычаг политического влияния в регионе.

2. Турцией, проводящей гибкую многоплановую внешнюю политику, прилагаются значительные усилия по конвертации турецко-американского политического сотрудничества в экономические дивиденды, в том числе, в странах региона.

3. Американский рынок, с такими своими особенностями, как значительная географическая удаленность от Турции и высокая конкуренция, весьма затруднителен для доступа турецких компаний и вряд ли в ближайшие годы на этом направлении турецкий экспорт ожидает прорыв. Можно предположить, что отрицательное сальдо турецкой внешней торговли с США в среднесрочной перспективе сохранится.

4. Взаимные инвестиции между двумя Турцией и США возрастают и эта тенденции, вероятно, сохранится, с поправкой на мировой экономический кризис.

2. Военно-политическое сотрудничество Турции и США

Развитие послевоенных отношений Турции с США было предопределено задолго до окончания второй мировой войны. Предпосылками этого были два связанных между собой фактора: один - традиционная турецкая политика ориентации на наиболее сильные империалистические державы и другой - антикоммунизм. Сразу же после войны Турция включилась в "холодную войну", что явилось закономерным итогом ее политики перед и во время войны[10] .

В условиях начала холодной войны и принятия доктрины "сдерживания коммунизма" США по-новому взглянули на значение Турецкой республики в своей внешней и оборонной политике, Турция стала особенно важна, во-первых, в стратегическом отношении, поскольку географическое положение страны дала контроль над сухопутными, морскими и воздушными коммуникации в районе Балканы - Средний Восток; ее территория представляла особую ценность для военных действий против Советского Союза (обширная граница с СССР, кратчайший путь к Кавказу, в котором на то время были сосредоточены основные нефтяные ресурсы Советского Союза); во-вторых, Турция являлась наиболее стабильной в политическом отношении; в-третьих, в экономическом отношении.

Близкое сотрудничество с Западом было предопределено задолго до начала холодной войны: во-первых, Турция всегда ориентировалась на сильные капиталистические государства, а во-вторых, вся внутренняя политика, начиная с образования республики была пропитана духом антикоммунизма[11] .

Военно-политическое сотрудничество с США было главным, определяющим направлением внешней политики Турции. Какая бы политическая партия ни находилась у власти, какие бы влиятельные партии ни были в оппозиции, между ними не было принципиальных, серьезных разногласий по вопросу о сотрудничестве с США. Исключение составляла позиция Рабочей партии Турции (создана в феврале 1961 г. и запрещена в 1971 г.), которая выступила против военно-политического союза с США и участия в НАТО. Но влияние ее в стране было незначительным.

Основные соперники в борьбе за власть - наиболее влиятельные партии - всегда старались доказать свою приверженность американо-турецкому союзу. Так, до военного переворота 1960 г. лидеры правящей Демократической и оппозиционной Народно-республиканской партий немало усилий тратили, чтобы обратить внимание на свою роль в установлении и развитии союза Турции с США. В межпартийной борьбе с целью скомпрометировать противников они использовали обвинение в недостаточной преданности политике укрепления сотрудничества с США, представляя эту политику как гарантию независимости и территориальной целостности своей страны.

После государственного переворота 1960 г. курс на укрепление военно-политического сотрудничества с США в целом сохранился.

Как уже отмечалось, союз с США и активное участие в НАТО турецкие лидеры объясняли обычно необходимостью обеспечения обороны страны от "коммунистической, или русской, угрозы". Политические деятели и публицисты постоянно заявляли, что только союз с США и НАТО обеспечивал безопасность Турции и потому эта политика должна быть сохранена.

Правящие круги Турции долго не считались с давно уже наблюдавшимися антиамериканскими настроениями в стране, которые проявляются в критике политики США относительно Турции, политики правящих кругов страны, в требованиях перейти к независимой внешней политике. Турецкие лидеры считали выдвижение подобных требований "происками левых элементов", наносящими якобы ущерб Турции. Они утверждали, что антиамериканские настроения присущи весьма незначительной части населения.

После военного переворота 27 мая 1960 г. В целом внешняя политика Турции не изменилась, т.к. ни офицеры, ни позже пришедшая к власти НРП по ряду причин не хотели изменять внешнеполитический курс. Для этого не было объективных причин, т.к. в условиях продолжавшейся холодной войны, Турция оставалась в области безопасности связана с Северо-атлантическим альянсом, а экономического ресурса хватало для того, чтобы проводить прозападный курс[12] .

Со второй половины 60-х годов Турецкая республика начала переход к новому внешнеполитическому курсу. Это был новый этап в ее внешней политике, несмотря на то что сохранялся приоритет отношений с союзниками по НАТО, особенно с США и ФРГ.

Наиболее значительной особенностью этого периода было развитие отношений с СССР, хотя и ограниченных определенными рамками, главным образом экономических связей. Важным изменением в политике Турции было сближение с соседними странами.

Односторонняя ориентация на западных союзников, осуществлявшаяся в 40-50-е годы, нанесла большой ущерб национальной экономике, способствовала ухудшению отношений со многими странами, особенно соседними.

С середины 60-х годов начали проявляться тенденции к проведению более независимой внешней политики, главным образом к расширению торговых и экономических связей со многими странами, с которыми ранее эти связи были незначительными или отсутствовали.

Турецкая республика начала проводить многовекторную политику, при незыблемом сотрудничестве с Соединнеными Штатами и НАТО. Для этого этапа характены отход от непримиримого одностороннего курса, нормализация и определенное развитие отношений со многими странми в том числе с СССР, с рядом арабских стран и другими государствами. Такая многосторонняя политика была обусловлена рядом факторов: смягчением напряженности в международной обстановке; экономическими трудностями; стремлением выйти из определенной международной изоляции на международной арене; недовольство позицией США и других союзников по кипрской проблеме, по проблемам экономики и пр. В политике разрядки она следовала за своими союзниками по НАТО и СЕНТО, при этом отставая от них. Кроме этого Турция на данном этапе стремиться приобщить мусульманские страны к стратегическим интересам США в регионе[13] .

3. Современные составляющие американо-турецкого политического диалога

В современных геополитических условиях Соединённые Штаты Америки являются мировым лидером, сосредоточившим в своих руках беспрецедентную экономическую, политическую и военную мощь. В свою очередь Турецкая Республика является претендентом на роль регионального лидера на Ближнем и Среднем Востоке и служит опорным пунктом для американской внешней политики.

Американо-турецкие отношения в настоящее время являются более важным и комплексным и, в то же время, менее прогнозируемым, чем ранее, элементом мировой политики.

Они характеризуются преобладанием более противоречий, нежели сотрудничества, что вызвано такими причинами:

1) Турция осталась в тылу американской военно-политической экспансии. Сейчас во многих направлениях своей внешней политики США не нуждаются в посредничестве Турции. Однако, последняя стремится по-прежнему играть роль промежуточного звена в реализации американских военно-политических инициатив, сохраняя при этом амбиции региональной державы и свою сферу влияния, главным образом, за счет американских ресурсов.

2) Региональные амбиции Турции и двусторонние греко-турецкие и армяно-турецкие противоречия не совпадают с американской стратегией, направленной на сохранение стабильности в данных регионах.

3) Турция показала, что она не готова поддерживать все инициативы США в регионе. В частности, это касается операции в Ираке, региональной политики по курдскому вопросу и т.п. Возникла проблема нестыковки национальных и блоковых интересов[14] .

При возможной реализации сценария фрагментации Ирака и последующего вывода из него американских войск - Турция за счет "курдского фактора" может оказаться одним из наиболее пострадавших государств региона. Поэтому турецкая элита стремится проводить более самостоятельную от Вашингтона внешнеполитическую линию в этом направлении.

Несмотря на эти противоречия, американо-турецкие отношения имеют взаимное стратегическое измерение. На фундаментальном уровне турецкие и американские интересы сходны. Для Турции это связано с рядом факторов, касающихся, прежде всего, национальной безопасности.

Во-первых, это необходимость сдерживания геополитических устремлений России и Ирана. Эти факторы представляют собой глубоко укоренившийся элемент в стратегической культуре турецкой элиты.

Во-вторых, Анкара заинтересована в развитии и участии в Европейской оборонной инициативе. Однако, не являясь полноправным членом ЕС, турецкая позиция в отношении европейских инициатив безопасности, скорее всего, будет носить характер скрытого дистанциирования с одновременным приоритетом сотрудничества в сфере безопасности с США.

В-третьих, Турция критически заинтересована в дальнейшем долговременном развитии отношений с американским ВПК для доступа к технологиям, оборудованию и военным поставкам с целью системной модернизации в среднесрочной перспективе (5-8 лет) вооруженных сил.

Военно-технический аспект в системе двусторонних отношений является сферой особых интересов. Несмотря на то, что 80% турецких вооружений сделаны и поставлены американскими компаниями, а американская военно-техническая помощь полностью коммерциализирована, Турция не прилагает существенных попыток по диверсификации военно-технического сотрудничества[15] .

Единственным существенным исключением является Израиль. Однако, последний в военно-технической сфере в большей мере также зависит от США. Отсутствие системных попыток по диверсификации военно-технических поставок связано с тем, что последние покрываются за счет американских дотаций, хотя автоматически увеличивают внешний долг Турции. Эта "давальческая" схема позволяет использовать военно-технические поставки в качестве фактора политического давления - и неоднократно применялась США во время кипрских кризисов и других американо-турецких разногласий.

В-четвертых, Турция заинтересована в продолжении своего посредничества в реализации американских инициатив - например, в обеспечении безопасности нефтепровода "Баку - Джейхан", в опосредованном участии в освоении ресурсов Каспийского региона, в повышении роли своей территории в качестве транзитной, а также создании терминалов для последующего реэкспорта. Однако, в этом вопросе американский истеблишмент рассматривает Турцию не как альтернативу российским поставкам, а лишь как элемент, дополняющий российские экспортные пути углеводородов на Запад.

В-пятых, США, в свою очередь, кроме геостратегического положения Турции, высоко ценят её готовность отправлять в рамках контингентов НАТО многочисленные экспедиционные силы - Турция при проведении операции в Афганистане изначально направила более 5 тыс. военнослужащих. Кроме того, турецкий генералитет рассчитывает, что территория Турции будет включена в создаваемую США систему ПРО, что позволит получить дополнительные средства и усилить свои региональные позиции за счет американских ресурсов[16] .

Одним из значимых политических противоречий в американо-турецких отношениях является вопрос геноцида армянского народа.

Эта проблема используется и будет использоваться американским истеблишментом накануне выборов в Конгресс США - особенно демократами-либо для создания политического давления на Турцию с целью корректировки её внешнеполитического курса. Турция по прежнему не смогла сформировать сильного лобби в США, поэтому вопрос геноцида поднимается при активном участии армянских и греческих общин.

В целом за последние пять лет климат американо-турецких отношений не давал оснований предполагать их значительное улучшение в краткосрочной перспективе.

Несмотря на то, что на дипломатическом уровне неоднократно обозначено, что Турция и США должны больше кооперироваться с целью борьбы с Курдской рабочей партией на севере Ирака, "прорыва" в двустороннем сотрудничестве не произошло.

Как представляется, в геостратегическом плане климат американо-турецких отношений существенно улучшится после внешнеполитического отступления США и делегирования части полномочий своим контрагентам, то есть, по сути, когда Турция вернет себе позиции военно-политического посредника США.

4. Ядерный вопрос в отношениях Анкары и Вашингтона

Турция официально после вступления 22 октября 1951 года в НАТО никогда не проявляла особого интереса к ядерным программам как военного, так и гражданского назначения. В первую очередь, это объяснялось особенностью вступления Турции в Североатлантический союз. Эта особенность заключалась в том, что членство Турции в НАТО не соответствовало условиям первоначального текста договора о создании этой организации: турецкая территория не входила в границы Северной Атлантики, на которую распространялись гарантии НАТО. Поэтому в ст.6 этого документа была специально внесена поправка: к словам "территория любого участка в Европе и Северной Америке" добавлялись "территория Турции". В середине февраля 1952 года турецкий парламент узаконил вступление страны в НАТО 404 голосами при 1 воздержавшемся[17] .

В длинном перечне взаимных обязательств Турции и НАТО был и не привлекший тогда особого внимания внесенный по предложению США пункт о военных базах этой организации и складах различных видов оружия и вооружений, в том числе ядерного, на турецкой территории. Именно этот пункт был использован Вашингтоном для размещения одного из филиалов своего ядерного арсенала на территории Турции. Анкаре был предложен формально натовский, а фактически американский "ядерный зонтик", который на долгие годы снял необходимость собственно турецких изысканий в этой области. Впоследствии этот вопрос периодически неоднократно поднимался в средствах массовой информации Турции, обсуждался в парламенте страны в связи с требованиями и предложениями вывезти этот арсенал с турецкой территории по причине кардинальных положительных изменений в международной обстановке.

Так, в апреле 1998 года ряд ведущих средств массовой информации Турции сообщил о наличии значительного атомного арсенала США на турецкой территории, а именно - на военной базе Инджирлик, что на средиземноморском побережье страны. Арсенал насчитывает 15 атомных бомб типа В-61, каждая из которых в 9 раз превышает по мощности бомбу, сброшенную на Хиросиму. Ведущий в то время общественно-политический еженедельник "Артыхабер", ссылаясь на американские источники, опубликовал данные о наличии атомного оружия США на территории других стран. В соответствии с ними, Турция сегодня входит в список стран, где имеется американское атомное оружие, находится по его количеству на 4-м месте после Германии, Великобритании и Италии. В самый разгар "холодной войны" Турция занимала по этому показателю только 9-е место[18] .

Примечательно, что по решению, принятому в 1991 году на заседании группы ядерного планирования НАТО, американцы сократили свой ядерный потенциал на иностранных территориях на 80%. При этом ряд баз с атомным оружием был полностью закрыт. Атомного арсенала на базе Инджирлик это решение не коснулось. Более того, как отмечают специалисты, в соответствии с двусторонним турецко-американским Соглашением в области обороны, Турция, на территории которой базируются атомные бомбы США, не имеет права и полномочий контролировать пополнение их запасов, хранение и возможное использование.

Публикации на эту тему имели место в 2000 и 2005 годах. Так, в 2005 году в Турции было обнародовано заявление организации "Гринпис" о том, что американцы превратили военную базу Инджирлик в склад ядерного оружия. Зеленые "активисты" во главе с Аслыханом Тюмером утверждали, что эта военная база стала местом хранения уже около 90 ядерных авиаснарядов, которые были доставлены на Инджирлик военными США. "Гринпис" начал специальную акцию за вывоз с территории Турции ядерного оружия. Участники движения открыли рядом с базой информационный центр, где каждый желающий мог получить подробные сведения о ситуации с ядерным оружием на Инджирлике. Они призывали вывезти ядерное оружие с территории страны, а также обратились с аналогичным требованием к премьер-министру Р.Т. Эрдогану[19] .

Что касается отдельных аспектов нынешнего развития ситуации на Ближнем Востоке, имеющих непосредственное отношение к ядерному вопросу в регионе, то прежде всего следует вспомнить о 13-часовом заседании Комитета оборонного планирования НАТО, которое состоялось в феврале 2003 года и было посвящено вопросу оказания военной помощи Турции в случае войны с Ираком. Впервые за всю историю членства Турции в НАТО возникла ситуация, когда необходимо было использовать упоминавшуюся нами поправку в ст.6 о натовских гарантиях безопасности. Решение с трудом было принято после многочасовых дискуссий, так как ряд членов Североатлантического союза, не желая втягивания НАТО в войну, утверждали, что угрозы Турции нет и она не нуждается в защите. После принятия сложного решения о возможном развертывании на турецкой территории "в превентивных целях" противоракетных систем и их подключении к общенатовской системе ПВО, размещении в стране средств защиты от оружия массового поражения, базировании радиолокационных самолетов АВАКС, в Турции, неприятно удивленной самим фактом дискуссии "помогать или не помогать" в условиях, по ее мнению, реальной для нее угрозы, впервые пошатнулась безграничная вера в "ядерный зонтик" и натовскую солидарность.

Именно тогда было принято окончательное решение об оснащении национальных ВС такими вооружениями, которые обеспечили бы в случае необходимости автономное решение вопросов безопасности. И надо отметить, что решение это оперативно выполняется. Турция закупила у корпорации Boeing четыре самолета АВАКС, которые в первом полугодии текущего года заступят на боевое дежурство. Общая стоимость сделки - 1,5 млрд долларов. Турция стала пятой страной в мире, располагающей такими самолетами. На вооружении в США находится 33 таких летающих лаборатории, в НАТО - 17, в Англии - 7, во Франции - 4, в Саудовской Аравии - 5.

Что касается противоракетных систем, то и в этой сфере Анкара, серьезно обеспокоенная неурегулированностью вопроса о ядерной программе Тегерана, разработкой в Иране нового поколения стратегических ракет класса "земля-земля" "Шахаб-4" и "Шахаб-5", которые могут достигать турецкой столицы, также сделала конкретные шаги. Вопросы проведения тендера по закупкам средств ПВО и выделения на них бюджетных ассигнований будут рассмотрены на предстоящем 17 февраля с. г. заседании Исполнительного комитета военной промышленности, которое пройдет под председательством главы правительства Р.Т. Эрдогана. Будет рассмотрено несколько вариантов. Среди них комплекс ПВО американского производства Patriot, израильский Arrow-2, а также российский ЗРК С-300 ПМ2 "Фаворит". Россия предлагает не только продать такой комплекс, но и наладить его совместное производство. В дополнение к этому в стране осуществляются серьезные капиталовложения в научные разработки, связанные с реализацией проекта по созданию ракеты дальнего радиуса действия.

Растет озабоченность военно-политического руководства Турции тупиковой ситуацией, связанной с иранской ядерной программой, и вместе с тем указывают на различную степень этой тревоги военных и гражданских представителей власти. Тем не менее, думается, можно констатировать общее усиление жесткости турецкой позиции по отношению к Тегерану в связи с рядом известных публичных высказываний иранского президента в отношении Израиля. Об этом говорит анализ текстов заявлений внешнеполитического ведомства Турции по данному вопросу.

Анкара заинтересована в дипломатическом урегулировании ситуации вокруг иранской ядерной программы, гарантированной ее реализации только в мирных целях. Турция понимает, что остаться не втянутой в конфликт в случае его возникновения невозможно и при любом силовом решении проблемы она будет центральной точкой его реализации, а это сопряжено для страны с большими политическими и экономическими потерями. Наряду с этим, если мирное решение проблемы ядерной программы Ирана не будет найдено, усилятся позиции тех, кто уже сегодня заявляет обо всех имеющихся возможностях и у Турции стать ядерной державой. Газета Washington Post опубликовала статью, в которой предупреждает: если Иран станет обладателем ядерного оружия, это же оружие создадут Турция, Египет и Саудовская Аравия. А это значит, что режиму нераспространения ядерного оружия будет нанесен непоправимый удар, последствия которого катастрофичны не только для региона, но и для всего мира в целом[20] .

Администрация президента США разработала новую ядерную доктрину, которая предполагает ограничение применения этого вида оружия массового поражения. По сведениям информированной и влиятельной британской газеты “Таймс”, одобренная Бараком Обамой концепция заставила его всерьез задуматься над необходимостью вывода американского ядерного оружия с территории Турции. По-видимому, именно Турция станет первой страной, откуда американцы уберут свои смертоносные боеголовки. Связано ли это с последним напряжением в отношениях между Вашингтоном и Анкарой, вызванным успешным продвижением в Конгрессе резолюции о геноциде армян?

Согласно обновленной доктрине, Белый дом вправе будет санкционировать нанесение ядерного удара лишь в случае, если Соединенные Штаты сами подверглись ядерной атаке либо если применение атомной бомбы является единственным способом предотвратить использование такого же оружия против Америки. Эта формулировка исключает задействование ядерного оружия в ответ на нападение с применением обычного, химического или биологического оружия. Прежняя доктрина, принятая еще в первый срок правления Джорджа Буша-младшего, допускала двусмысленное толкование. Ограничение возможности использования ядерного оружия делает бессмысленным такое количество атомных боеголовок за пределами Соединенных Штатов. Современные носители позволяют доставить оружие до цели в считанные минуты, и нет необходимости держать бомбы в непосредственной близости от потенциальных очагов напряженности. При этом заметим - факт наличия американских бомб в недостаточно предсказуемых регионах сам по себе уже является фактором, нагнетающим напряженность. Все это в полной мере касается Турции[21] .

Пентагоновские генералы имеют достаточно поводов для беспокойства за сохранность собственных арсеналов на американских военных базах в этой стране. Внутриполитическая нестабильность в Турции, угроза гражданской войны, вызванная подавлением курдского национально-освободительного движения, в последнее время усугубилась откровенно антиамериканскими демаршами администрации Эрдогана. Турецкие правители открыто угрожают американцам перспективой их изгнания с военной базы Инджирлик, что в окрестностях города Адана. Разговор на эту тему обостряется каждый год накануне дня памяти жертв геноцида армян. Официальная Анкара отлично манипулирует темой дислоцированных на территории Турции американских ядерных боеголовок для оказания давления на политику Соединенных Штатов. По-видимому, именно этот шантаж и является главной причиной того, что Белый дом старается любой ценой пресечь принятие Конгрессом так называемой “Армянской резолюции”. До недавних пор Вашингтон вынужден был послушно терпеть прихоти Эрдогана и действовать с учетом его угроз. Но если сведения о намерении Барака Обамы вывести ядерное оружие из Турции подтвердятся, Вашингтон сможет избавить себя от шантажа и политика Соединенных Штатов тогда уже не будет зависеть от прихотей Эрдогана. Это позволит Вашингтону быть более самостоятельным, в том числе и в вопросе признания факта геноцида армян.

Сейчас Соединенные Штаты держат свой ядерный арсенал в пяти странах - кроме Турции боеголовки еще и в Бельгии, Италии, Германии и Нидерландах. Всего за пределами США находится около двухсот американских ядерных авиабомб типа B61. Причем почти половина из них - в Турции. По сведениям военных обозревателей турецкой газеты “Хюрриет”, в этой стране размещено от 90 до 100 боеголовок. Несколько иные сведения огласил недавно бывший генсек НАТО Джордж Робертсон. В докладе, подготовленном для Центра европейских реформ, он признал, что на базе Инджирлик имеются американские ядерные боеголовки. Точное их число он предпочел не называть, отметив лишь, что их там не меньше 40 и не больше 90. Робертсон стал первым представителем руководства Североатлантического альянса, прямо заявившим, что в Турции дислоцировано ядерное оружие. Впрочем, это давно уже ни для кого не секрет[22] .

А вот что касается места дислокации боеголовок, то вокруг этого вопроса недавно поднялся шумный скандал. Ушедший в отставку турецкий посол Танер Бэйток, ранее занимавший должность советника министра обороны, выступил с заявлением о том, что часть американских тактических ядерных боеголовок находится в Стамбуле - самом населенном городе страны. Это повергло многих в шок.16 миллионов человек живут как на пороховой бочке. По сведениям Бэйтока, “запуск ракет осуществляется двумя ключами, один из которых находится в Америке, а второй - в Турции”. Но военные эксперты газеты “Хюрриет” утверждают, что Министерство обороны Турции имеет почти неограниченный доступ к сорока из почти ста дислоцированных в стране американских боеголовок. Теоретически может возникнуть ситуация, когда в результате резкой конфронтации между Соединенными Штатами и Турцией вооруженные силы этой страны завладеют американскими арсеналами и попытаются по-своему распорядиться их содержимым. Если боеголовки находятся в Стамбуле, а не на территории американской военной базы Инджирлик, то туркам не будет стоить особых усилий захватить арсеналы. По-видимому, именно беспокойство об этом заставило Барака Обаму задуматься о необходимости вывода бомб из Турции, которую в Вашингтоне уже не считают надежным и предсказуемым партнером.

5. Перспективы американо-турецких отношений

Подходы американцев к развитию отношений с Турцией раскрывает опубликованная в 2009 г. статья бывшего посла США в Турции М. Пэрриса, в наст. вр. руководящего в Институте Брукингс исследованиями, посвященными Турции. В статье говорится о том, что часть политической элиты США возлагает ответственность за ухудшение американо-турецких отношений на премьер-министра Турции Т. Эрдогана и руководимую им Партию справедливости и развития, которые пытаются заменить прозападный курс развития Турции на сближение с мусульманскими странами. По этой причине слышится критика в адрес президента Обамы за его визит в Турцию.

По мнению М. Пэрриса, оппоненты Б. Обамы не понимают того, что в последние годы позиции Турции на Ближнем Востоке усилились, в то время как позиции США ослабли. В данный момент Турция более чем когда-либо может помочь или помешать продвижению американских интересов в регионе. Прежде всего, это касается таких государств, как Афганистан, Иран, Ирак и Россия[23] .

В Афганистане Турция способна не только оказывать США военную поддержку в рамках НАТО, но и выполнять такие функции, которые вызывают затруднения у западных стран-членов НАТО, например, участвовать в создании необходимых социальных учреждений, таких как больницы или школы для девочек.

Благодаря хорошим отношениям с иранским руководством Турция может способствовать поиску путей для налаживания американо-иранского диалога. Интересам США отвечает готовность Анкары выступать в роли официального или косвенного посредника. Рост турецко-иранских экономических отношений, взаимовыгодных для обеих сторон, ставит Турцию в положение страны, мнение которой Тегеран может принять во внимание.

США заинтересованы в развитии конструктивных отношений Турции с Багдадом и иракскими курдами, что позволит Белому дому переложить на плечи Анкары значительную часть забот о поддержании стабильности в Ираке после вывода оттуда американских войск.

Изменилась роль Турции в контексте американо-российских отношений. В последние годы произошло существенное углубление сотрудничества Анкары с Москвой, превратившейся в крупнейшего торгово-экономического партнера Турции. Политические события показали совпадение позиций Турции и России по многим вопросам, затрагивающим Черноморский регион, Иран, арабо-израильский конфликт. Белому дому необходимо четко осознавать, что прошли те времена, когда Турция готова была ориентироваться на США, выстраивая свои отношения с Россией.

США следует поддерживать демократические процессы в Турции и не оставлять никаких сомнений в своей готовности сотрудничать с законно избранным турецким правительством, независимо от его религиозных взглядов.

Очевидно, что сама по себе дискуссия о будущем турецко-американского союза, развернувшаяся в Турции и США, свидетельствует о готовности преодолеть кризис в отношениях.

Находящийся с визитом в Турции президент США Барак Обама назвал Турцию "мостом" между Западом и исламскими государствами и выразил готовность США укреплять союзнические от ношения с Турцией[24] .

На совместной пресс-конференции по итогам встречи с президентом Турции Абдуллахом Гюлем Б. Обама охарактеризовал беседу с его турецким коллегой "успешной и плодотворной". Как отметил президент США, сотрудничество между США и Турцией не ограничивается военной и оборонной сферами, стороны активизируют сотрудничество и в других областях, в частности, в экономической как способ противодействия глобальному финансовому кризису.

Б. Обама сообщил, что в ходе встречи с А. Гюлем стороны обсуждали двусторонние отношения, а также вопросы, касающиеся Афганистана, Ирака и Ирана.Б. Обама подтвердил, что США и Турция продолжат сотрудничество в борьбе с терроризмом, в частности, вооруженными формированиями Курдской рабочей партии (КРП), действующими на севере Ирака.

Б. Обама высказался в поддержку переговоров между Турцией и Арменией по восстановлению дипотношений, выразив надежду на скорейшее достижение результатов на консультациях по нормализации межгосударственных отношений.

А. Гюль указал на плодотворное сотрудничество Турции и США в ряде вопросов, начиная с Балкан до Среднего Востока, и выразил надежду на продолжение отношений дружбы и сотрудничества.Б. Обама прибыл 5 апр. вечером в Анкару с двухдневным официальным визитом[25] .

Американский президент заявил на саммите в Праге, что вступление Турции в ЕС стало бы "важным сигналом" в отношении этой мусульманской страны.29 марта в Турции прошли выборы в местные органы власти. Они сопровождались жесткой электоральной конкуренцией и рассматривались крупнейшими партиями страны в качестве важно го рубежа далеко не с точки зрения предоставления местными властями муниципальных услуг, а чуть ли не в качестве общенационального рефе рендума в напряженной для нынешней Турции ситуации.

Крупнейшая и фактически единственная общенациональная партия - Партия справедливости и развития (ПСР) - с 2002г. с каждыми очередными выборами уверенно увеличивала число получаемых голосов. В 2002г. на парламентских выборах ПСР получила 34% голосов, в 2004г. на местных выборах - 41%, в 2007г. - опять на парламентских выборах - 47% голосов.

Визит в Анкару госсекретаря США Х. Клинтон, состоявшийся 7-8 марта 2009г., позволил Турции и США заявить о том, что будет лежать в основе турецко-американских отношений после прихода к власти президента Б. Обамы. На переговорах в Анкаре наряду с политическими и экономическими аспектами двусторонних отношений был затронут широкий круг международных проблем, что само по себе является показательным. На повестке дня стояла ситуация на Ближнем Востоке (состояние израильско-палестинских, израильско-сирийских, израильско-ливанских отношений), Ирак, Афганистан, Пакистан, Балканы, Кавказ, Кипр, Африка, Северная Корея, отношения Турции с Европейским Союзом и борьба с терроризмом.

В совместном заявлении по итогам переговоров министр иностранных дел Турции А. Бабаджан и госсекретарь Х. Клинтон подтвердили, что отношения между Турцией и США носят характер стратегического партнерства, и заявили о намерении продолжать тесное сотрудничество и консультации по всем вопросам, представляющим общий интерес. Главы внешнеполитических ведомств двух стран обозначили сферы взаимодействия Турции и США на международной арене:

мирный процесс на Ближнем Востоке (содействие установлению мира и стабильности в регионе, преодолению гуманитарного кризиса в Газе, урегулированию палестино-израильского конфликта в соответствии с принципом сосуществования двух государств);

обеспечение энергетической безопасности (развитие нефте - и газотранспортных сетей, предназначенных для доставки энергетических ресурсов Каспия и Ирака на европейский и мировой рынок);

ситуация на Кавказе (США поддерживают усилия Турции и Армении по нормализации отношений и работу Минской группы по решению нагорно-карабахского конфликта);

сотрудничество на Балканах;

урегулирование кипрской проблемы (поиск взаимоприемлемого решения под эгидой ООН, направленного на прекращение международной изоляции турок-киприотов);

борьба с терроризмом особенно, с общими врагами, такими как РПК и аль-Кайда; (США продолжат предоставлять Турции разведданные, необходимые для проведения военных операций против РПК);

отношения в рамках НАТО (Анкара обязалась активизировать сотрудничество с США в Афганистане);

усилия по преодолению мирового экономического кризиса;

двусторонние экономические отношения (интенсификация сотрудничества в области торговли, инвестиций, науки и технологий) [26] .

США заявили, что поддерживают переговоры о вступлении Турции в ЕС и проведение необходимых для этого реформ в Турции. Отдельное внимание было уделено ситуации в Ираке, при этом обе стороны подтвердили свою приверженность сохранению суверенитета, единства и территориальной целостности Ирака и выразили поддержку развитию этой страны на основе демократии, плюрализма и федерализма.

Новая американская администрация продолжает линию на развитие многопланового партнерства с Турцией, о котором Вашингтон заявил еще в 2005г. Тогда правительство президента Д. Буша пыталось нормализовать турецко-американские отношения, испытавшие на себе негативное воздействие иракского кризиса 2003г. В то время как Б. Обама с самого начала своего президентства демонстрирует намерение укрепить союз с Анкарой[27] .

Госсекретарь Х. Клинтон выразила стремление вдохнуть новую жизнь в турецко-американский альянс. На пресс-конференции по итогам переговоров Х. Клинтон заявила, что "отношения между двумя странами являются союзническими, партнерскими и дружескими". США и Турция "разделяют приверженность демократии, светской конституции, уважение к свободе вероисповедания, веру в свободный рынок и чувство глобальной ответственности". Все выступление госсекретаря США было построено так, чтобы вызвать удовлетворение турецкого руководства. Был отмечен огромный вклад Турции в борьбу с терроризмом в Афганистане; упоминалось "сотрудничество в борьбе с общим врагом - РПК"; выражена уверенность в том, что членство Турции в Европейском Союзе послужит усилению Турции, Европы и трансатлантического партнерства; упомянута поддержка решению проблемы Кипра через объединение острова на основе федерации двух общин. К тому же Х. Клинтон сообщила о запланированном на начало апреля визите в Анкару президента Б. Обамы, что должно стать свидетельством особой значимости для Вашингтона отношений с Турцией.

А. Бабаджан заявил, что Турция и США защищают одни и те же ценности: демократию, права человека, верховенство закона, свободную рыночную экономику, и прилагают усилия для распространения этих ценностей по всему миру.

Для США сохраняет высокую значимость исламская идентичность Турции, облегчающая проведение американской политики в регионе. В частности, это может касаться Ирана, с которым Анкара сблизилась в последние годы. Тот факт, что визит Х. Клинтон в Анкару состоялся накануне поездки президента Турции в Тегеран для участия в саммите ОЭС, вызвал у политологов и журналистов предположения о возможном посредничестве Анкары в урегулировании американо-иранских отношений.

Президент А. Гюль, отвечая на вопросы журналистов по дороге в Тегеран, отметил, что с приходом к власти в Вашингтоне новой администрации во внешней политике США следует ожидать перемен. При этом А. Гюль заявил, что руководство Турции и новая американская администрация разделяют схожие взгляды на ситуацию в Афганистане и в Пакистане, а также на курдскую проблему. Президент отметил, что иранская тема была затронута в ходе его встречи с госсекретарем Х. Клинтон. Анкара считает, что необходимо с пониманием относиться к озабоченности Тегерана вопросами безопасности, "но Турция выступит против, если Иран попытается обеспечить свою безопасность при помощи ядерного оружия".

В совместном заявлении по итогам визита Х. Клинтон в Турцию говорилось о сотрудничестве в борьбе с распространением оружия массового поражения и средств его доставки в регионе и за его пределами. Очевидно, что подобное заявление связано, прежде всего, с иранской ядерной программой[28] .

Благодаря хорошим отношениям с иранским руководством Турция может способствовать поиску путей для налаживания американо-иранского диалога. Интересам США отвечает готовность Анкары выступать в роли официального или косвенного посредника. Рост турецко-иранских экономических отношений, взаимовыгодных для обеих сторон, ставит Турцию в положение страны, мнение которой Тегеран может принять во внимание.

Заключение

На протяжении десятилетий отношения между Анкарой и Вашингтоном носили стратегический характер - обе стороны оказывали взаимную поддержку в решении различных международных кризисов. Сегодня стратегическое качество не может восприниматься гарантом стабильного и устойчивого развития двусторонних отношений. Причиной тому являются расхождения позиций по иракской проблеме и приоритетов на международной арене. В результате двусторонние отношения геополитического значения стали предметом многочисленных дискуссий.

При этом представляется, что в перспективе климат американо-турецких отношений существенно улучшится вследствие частичного или полного вывода американских войск из Ирака и относительной стабилизации региона. Кроме того, турецкая элита нуждается в американских ресурсах для ослабления позиций Ирана.

Основные императивы турецкой внешней политики, которые будут определять её модель, остаются такими:

1) Приоритет национальных интересов над блоковыми - Турция неоднократно показывала, что не готова быть вовлеченной в силовые акции, противоречащие её интересам, несмотря на союзнические обязательства;

2) Консерватизм и осторожность в планировании и реализации внешнеполитического курса;

3) Ориентация на стратегическое сотрудничество с США с одновременным развитием сотрудничества в российско-турецких отношениях.

Будущее американо-турецкого сотрудничества будет находиться под влиянием состояния трансатлантических отношений - ключевой сферы стратегического партнерства Анкары и Вашингтона. Во многих, самых важных областях сотрудничества многосторонний подход станет важным элементом взаимодействия, включая решение иранской и иракской проблематики. В этой связи главным представляется не будущее турецко-американских двусторонних отношений, а сотрудничество в треугольнике США-ЕС-Турция. Ключевой целью трехстороннего подхода должно стать поощрение действий трех сторон в противостоянии внутренним и внешним вызовам, включая вопросы безопасности. Новые инициативы, затрагивающие вопросы безопасности и обороны, должны про водится в рамках НАТО, а не двустороннем формате. Усиление роли Турции в Альянсе и восстановления к ней доверия должно стать состав ной частью политики Белого Дома по отношению к Анкаре.

Говоря о турецко-американских торгово-экономических отношениях, следует отметить, что они являются неотъемлемым и в известной степени решающим элементом военно-политического союза Турции и США. Среди позитивных итогов турецко-американского сотрудничества можно отметить следующие: приток американских кредитов способствовал раз витию экономики, созданию новых рабочих мест, подготовке квалифицированных кадров, привлечению передовой технологии.

Благодаря американской помощи создавались и развивались современные отрасли промышленности, менялась коренным образом структура турецкого экспорта, в ней все более заметное место занимают промышленные товары.

При этом нельзя не отметить и негативные стороны турецко-американского сотрудничества. Что самое главное - в рассматриваемый период произошло усиление финансово-кредитной зависимости Турции от США (а также от Запада в целом), несбалансированности взаимной торговли, обострение противоречий по вопросу доступа турецких товаров на американский рынок и т.д.

Большую роль в развитии и дальнейшем углублении турецко-американского сотрудничества отводится зонам свободной торговли.

Безусловно, что без совершенствования экономического сотрудничества совместные инициативы в других сферах цивилизационного, глобального взаимодействия окажутся малоэффективными.

Список использованной литературы

1. Бажанов Е.П. Актуальные проблемы международных отношений. Избранные труды. В 3-х томах. - М., 2007.

2. Гасанова Э.Ю. К истории проникновения левых идей в Турцию // Проблемы истории Турции. - М.: Наук, 2004. - 238 с.

3. Гасратян М.А., Орешкова С.Ф., Петросян Ю.А. Очерки истории Турции - М.: Наука, 1983. - 292 с.

4. Гурьев А.А. К вопросу об усилении разногласий между США и Турцией/ЛБлижний Восток и Современность. Выпуск 25. - М., 2005.

5. Гурьев А.А. Ситуация в Турции: март 2009 (http://www.iimes.ru/rus/ stat/2009/l l-04-09. htm).

6. Гучанин М.П. Турция и США: основные этапы торгово-экономического сотрудничества. - М., 2009.

7. Гушер А. Стратегия США в Каспийском регионе // Азия и Африка сегодня.5. - М., 2009.

8. Егоров В.К. Турецко-американские отношения в контексте борьбы с глобальным терроризмом Турция в новых геополитических условиях Под ред. Ульченко Н.Ю. - М., 2007.

9. Еремеев Д.Е., Мейер М.С. История Турции в средние века и новое время: Уч. пособие. - М.: Изд-во МГУ, 2007. - 248 с.

10. Жигалина О.И. Курдская политика США в Ираке и проблемы турецких курдов Современный исламский Восток и страны Запада /Под ред. Арунова М.Р., Филоник А.О. - М., 2008.

11. Измайлов А.А. США. Поход на восток. - Режим доступа: http://www.rusk.ru.

12. Ирхин А.А. Внешнеполитическая стратегия США в отношении Турецкой Республики. - М., 2009.

13. Киреев Н. Метаморфозы политического ислама // Азия и Африка сегодня. - 2003. - № 6. - С.17 - 23.

14. Копылов О.В. К вопросу о политике Турции в Закавказье Ближний Восток и современность. Выпуск 13. - М., 2008.

15. Косаман О. Постсоветское Закавказье в российско-турецких отношениях: от конфронтации к сотрудничеству Россия XXI век.5. - М., 2003.

16. Мер дан А. Взаимодействие между Турцией и США в регионе Центральной Азии и Кавказа Востоковедный Сборник. Выпуск 7. - М., 2006.

17. Мурадян И. Региональные проблемы турецко-американских отношений. - Ереван, 2007.

18. Нартов Н.А. Геополитика. - М., 2009.

19. Поцхверия Б.М. Внешняя политика Турции в 60-х начале 80-х годов XX века. - М., 1986.

20. Свистунова И.А. Иракский кризис 2003 г. и турецко-американские отношения Ближний Восток и современность. Выпуск 26.М., 2005.

21. Старченков Г. Двести лет вестернизации Турции // Азия и Африка сегодня. - 2000. - №6. - С.25 - 31.

22. Сыздыкова Ж.С. Особенности региональной политики Турции. - М., 1999.

23. Турция между Европой и Азией / Под ред. Киреева Н.Г. - М., 2001.

24. Ульченко Н.Ю. Экономика Турции в условиях либерализации. М., 2002.

25. Холматов А.Х. Турция: государство и рыночные отношения. - М., 1992.

26. Шлыков В.И. Политическая система Турции в 60-70 гг. // Турецкая Республика в 60-70-е годы. Вопросы общего политического развития. - М., 1984. - С.50-64.

27. Шевченко Л.Е. Современные формы и методы борьбы США за глобальное лидерство // Вестник БГПУ. - 2008. - № 1.

28. Шарипов У.З. Международные отношения в регионе персидского залива и роль нефтяного фактора (запад и страны региона). - М., 2005.

29. Подкопаева М. Счеты и отношения // Завтра. - 2006. - № 50.

30. Ушаков А. Феномен Ататюрка. Турецкий правитель, творец и диктатор. - М.: Центрполиграф, 2007. - 383 с.

31. http://www.caspenergy.com


[1] Двоюров Ю. Турция - активный участник агрессивных блоков. М.: Наука, 1958.; Гасратян М.А. Турция в 1960-1963 годах. Очерк внутренней политики. - М.: Наука, 1965 г.; Новейшая история Турции. / под ред. М.А. Гасратян. - М.: Наука, 1968.; Вдовиченко Д.И. Национальная буржуазия Турции. - Москва: ИМО. - 1962.

[2] Поцхверия Б.М. Внешняя политика Турции в 60-х - нач. 80-х гг. XX века. - М.: Наука, 1986.; Поцхверия Б.М. Внешняя политика Турции после второй мировой войны. - М.: Наука, 1976.; Тюрккая А. США, НАТО и Турция. - М: Прогресс. - 1973.; СССР и Турция, 1917 - 1979. / И.Ф. Черников, Б.М. Поцхверия, А.М. Шамсутдинов и др. / отв. ред. Б.М. Поцхверия. - М.: Наука, 1981.; Ахундов И.А. Неоколониализм и Турция (40-е - 80-е гг.) - Баку: Азернехир, 1990.

[3] Кальвокоресси П. Мировая политика после 1945 г. ч. 1, М., 2000

[4] Киреев Н.Г. История этатизма в Турции. - М.: Наука, 1991; Джуманазаров Б.С. К вопросу о принципе лаицизма в Турецкой республике // Актуальные проблемы стран Ближнего и Среднего Востока. - М., 1988. - Ч.1. - С. 10-24.;

Лазарев М. Курдская проблема в Европейском измерении // Азия и Африка сегодня. - М., 1997. - №2. - .С. 70-72.; Старченко Г.И. Турция: исламский фактор в светском государстве // Народы Азии и Африки. - М., 1988. - №2. - С. 25-34. Данилов В.И. Турция после Второй мировой войны: демократический эксперимент продолжается // Восток. - 1998. - № 4. - с. 52-67.

[5] Гурьев А.А. К вопросу об усилении разногласий между США и Турцией/ЛБлижний Восток и Современность. Выпуск 25. М., 2005.;Гучанин М.П. Турция и США: основные этапы торгово-экономического сотрудничества. М., 2009.;Егоров В.К. Турецко-американские отношения в контексте борьбы с глобальным терроризмом Турция в новых геополитических условиях/ Под ред. Ульченко Н.Ю. М., 2007.

[6] Гучанин М.П. Турция и США: основные этапы торгово-экономического сотрудничества. - М., 2009. – с. 22.

[7] Гурьев А.А. Ситуация в Турции: март 2009 (http://www.iimes.ru/rus/ stat/2009/l l-04-09.htm).

[8] И.И.Стародубцев www.iimes.ru, 24.4.2009г.

[9] http://www.caspenergy.com

[10] Поцхверия Б.М. Внешняя политика Турции в 60-х начале 80-х годов XX века. - М., 1986. – с. 38.

[11] Ушаков А. Феномен Ататюрка.Турецкий правитель, творец и диктатор. - М., 2007. – c. 276

[12] Поцхверия Б.М. Внешняя политика Турции в 60-х начале 80-х годов XX века. - М., 1986. – с. 62.

[13] Турция между Европой и Азией /Под ред. Киреева Н.Г. - М., 2001. – с. 124.

[14] Гушер А. Стратегия США в Каспийском регионе//Азия и Африка сегодня. 5. - М., 2009. – с. 41.

[15] Гурьев А.А. К вопросу об усилении разногласий между США и Турцией/ЛБлижний Восток и Современность. Выпуск 25. - М., 2005. – с. 87.

[16] Ирхин А.А. Внешнеполитическая стратегия США в отношении Турецкой Республики.– М., 2009.

[17] Измайлов А.А. США. Поход на восток. – Режим доступа: http://www.rusk.ru.

[18] Свистунова И.А. Иракский кризис 2003 г. и турецко-американские отношения Ближний Восток и современность. Выпуск 26. М., 2005. – с. 132.

[19] Мурадян И. Региональные проблемы турецко-американских отношений. - Ереван, 2007. – с. 39.

[20] Гушер А. Стратегия США в Каспийском регионе//Азия и Африка сегодня. 5. - М., 2009. – с. 66.

[21] Егоров В.К. Турецко-американские отношения в контексте борьбы с глобальным терроризмом Турция в новых геополитических условиях Под ред. Ульченко Н.Ю. - М., 2007. – с. 112.

[22] http://www.caspenergy.com

[23] Шевченко Л.Е. Современные формы и методы борьбы США за глобальное лидерство // Вестник БГПУ. – 2008. – № 1. – с. 57.

[24] http://www.caspenergy.com

[25] www.russi-an.china.org, 7.4.2009г.

[26] Ирхин А.А. Внешнеполитическая стратегия США в отношении Турецкой Республики.– М., 2009. – с. 76.

[27] Копылов О.В. К вопросу о политике Турции в Закавказье Ближний Восток и современность. Выпуск 13. - М., 2008. – с. 231.

[28] Гушер А. Стратегия США в Каспийском регионе//Азия и Африка сегодня. 5. - М., 2009. – с. 94.