регистрация / вход

Российские менеджеры: социологический взгляд со стороны

Мотивация. Автономия и самоконтроль в группе. Профессиональная вовлеченность. Принадлежность к профессиональному сообществу. Этический код.

Роман Николаевич Абрамов, кандидат социологических наук, магистр Института социологии Российской академии наук; автор социологического исследования профессионализации менеджеров в России.

В России имеются попытки отыскать основу для создания среднего класса среди обломков советской классовой системы и стремление актуализировать риторику среднего класса. Одним из путей формирования среднего класса является открытие возможностей для появления «новых профессионалов», которые с одной стороны будут восприимчивы к прагматическим ценностям рыночного хозяйства, с другой стороны смогут создать и поддерживать собственную политическую и хозяйственную идеологию, а также стать силой, которая де-факто аккумулирует в своих руках властные ресурсы во всех сферах общественной и частной деятельности.

Мотивация

Успешность в индивидуальной карьере становится синонимом успешности в профессии. Данный тезис особенно хорошо «работает» применительно к профессиональной мотивации менеджеров. В России коллективные ценности в течение десятилетия сменились на ценности материального благополучия, приобретаемого разными способами. «Общественная польза» не воспринимается как критерий высокого статуса профессии или фактор, мотивирующий профессионалов оставаться в рамках своего занятия. Особенно важно то, что понятие «профессия» в России дестабилизировано и деконструировано. В современной России профессиональная стратификация в значительной степени теряет свою первостепенность в определении социального статуса и престижа, поскольку вознаграждения лишь косвенно соотносятся с системными ценностями профессии, и с достигнутым уровнем профессионализма. Профессионализм не находит адекватной оценки во многом потому, что вновь открывшиеся и потому «дефицитные» в кадровом отношении области социального функционирования (политика, финансовая сфера, бизнес, коммерция) заполнены большим количеством полупрофессионалов и непрофессионалов, деятельность которых изменила оценочные стандарты должного качества; а преобразование структуры общественных приоритетов привело к тому, что целые профессиональные страты были опущены вниз социальных рейтинговых шкал — их специальная подготовка оказалась невостребована и доходы от нее столь мизерны, что мотивация к профессиональному совершенствованию и самореализации сохранились лишь у немногих.

Исходя из этого можно утверждать, что внутренняя альтруистическая мотивация менеджеров относительно слаба, еще слабее она из-за того, что специфика управленческой карьеры нацеливает индивида на личный успех.

Мы видим и еще один путь. Это псевдоменеджеры. Это уникальные люди. Я недавно обсуждал этот вопрос с одним известным специалистом в области психологии и управления. У нас с ним был очень интересный профессиональный разговор. И он мне говорит: «Ты знаешь, я сейчас работаю с одной крупной компанией. Я вот не понимаю одного. Вот передо мной молодые менеджеры по поведенческим установкам упакованы вдоль и поперек. Но ведь они профанаторы и манипуляторы. Они ведь на самом деле имитируют работу». Это называется псевдоменеджерами. Они умеют работать только в стандартной среде. Хорошо известно, что менеджер должен уметь хорошо работать в трех типах сред: в стандартной, в среде риска, в среде неопределенности. Вот они хороши в стандартной среде. Где все по правилам. Хорошо известно, что когда вы говорите об управлении компанией, речь идет об управлении системой, процессами, людьми. Вот они с процессами и управляются. Они ничего не понимают в управлении системой. Они понимают, что их процесс тронут системой. И другое дело, что выше они поднимаются редко. Я знаю несколько компаний, которые брали вот таких людей. Они производят очень хорошее впечатление на первых порах, а потом от них не получается результата, потому что они просто не работают.

Сфера практической деятельности менеджеров формирует философию бизнес-образования: «бизнес-образование — это, прежде всего, образование ради карьеры, ради предпринимательского успеха применительно к личности или организации». Однако в российских условиях профессионализация менеджеров через образование не достигла своей цели — многие работодатели полагают, что у менеджеров, завышенные карьерные и финансовые ожидания.

У работодателей есть ощущение, что у выпускников МВА отчасти завышенные запросы. Еще они в целом согласны с тем, что идеология по выращиванию своих сотрудников является более правильной. Обладатели МВА стали жертвой политики продвижения в России западной системы MBA-образования, которая была построена на создании касты "исключительных людей". Выпускники бизнес-школ полагают, что уровень их знаний и навыков превосходит образовательный уровень остальных претендентов, а рассмотренные на занятиях "кейсы" покрывают весь спектр бизнес-ситуаций».

Блок «самомотивации профессии» у менеджеров представлен наиболее слабо, что объясняется внешними социальными условиями российского общества и внутренней спецификой профессии менеджера.

Автономия и самоконтроль в группе

Тенденция к профессионализации менеджеров объясняется необходимостью управления профессионалами в сложных бюрократизированных организациях. В Советском Союзе существовал ряд отраслей, где необходимо было управлять профессионалами. Многочисленные закрытые НИИ и КБ, партийный аппарат требовали управленцев, которые имели в своих руках достаточно власти для того, чтобы заставить подчиняться профессионалов. Источником такой власти могло стать специальное образование, которое легитимизировало управление как элемент профессиональной компетентности и позволяло руководить экспертами в других сферах. Бизнес-образование было способно выдать мандат менеджерам на осуществление власти в организации. Но менеджерам не требуется и даже вредна жесткая автономия в рамках собственной профессии.

Специфика деятельности менеджеров заключается в том, что они начинают приобретать власть за счет экспансии в область автономии других профессий.

Менеджеры постулируют свою власть тем, что они способны принимать решения за других профессионалов и могут взять на себя ответственность за эти решения. В России отсутствует основа для профессиональной автономии во многих профессиях: внутрипрофессиональные ассоциации неразвиты и не имеют влияния, выполняя роль временных площадок коммуникации — «тусовок», а деятельность профессионалов по-прежнему жестко регламентируется государственными органами (это утверждение, прежде всего, относится к адвокатам и врачам).

Менеджеры в деловых организациях вообще часто не имеют поля для создания собственной профессиональной корпорации — в отсутствии профессионалов вокруг себя нет необходимости строить особый «цех» профессионалов-управленцев. Менеджер в каждой организации партизанскими методами расчищает для себя властное поле и ему не требуется опора на внешнее участие со стороны профессиональной ассоциации: монополия на власть формируется ad hoc для каждого случая.

Профессиональная вовлеченность

Российские менеджеры стремятся найти собственную идентичность, которую они могут предъявить обществу и которая поможет «становлению профессионального сообщества». В поисках и установлении собственной идентичности российские менеджеры часто использую «метод от противного»: среди экономических агентов они выбирают фигуру для критики и, осуществляя последовательную критику ее деятельности, таким образом, оттеняют собственные позитивные качества. В России такой фигурой, ставшей мишенью для атак со стороны менеджеров является предприниматель.

Каким образом строится критика предпринимателя с позиций менеджериальной идеологии? Во-первых, заявляется о том, что «предприниматель не справился со своей исторической миссией и тем самым дискредитировал себя в глазах российского общества». Менеджеры объясняют, почему российское предпринимательство не стало движущей силой экономического развития. Причины неуспеха предпринимательства можно классифицировать следующим образом:

История развития экономик индустриальных стран показывает, что предприниматель не может эффективно управлять крупными промышленными предприятиями и ему на смену должен прийти менеджер.

Специфическая структура промышленности России не позволяет предпринимателю действовать эффективно, и только менеджер может адекватно управлять предприятиями в особых отечественных условиях:

Российский предприниматель социально безответственен и нацелен на извлечение краткосрочной прибыли часто даже в ущерб стратегическим интересам предприятия, менеджер наоборот заинтересован в долгосрочной перспективе развития, что на руку не только отдельной организации, но и всему обществу.

Таковы основные причины неудач российского предпринимательства, согласно высказываниям менеджеров. Конечно, менеджеры не заявляют о том, что предпринимателя необходимо удалить с экономического поля, они декларируют расширение собственной автономии в принятии решений и претендуют на то, чтобы быть лидирующими игроками. Таким образом, свой властный ресурс российские менеджеры собираются пополнить за счет экспроприации власти собственников-предпринимателей.

Идеология, среди прочего, формирует представления о том, что является позитивным, что негативным, какие герои представляют нужды общества. Идеология может использовать и приемы социальной мифологии. Элементом социальной мифологии выступает представление о герое — живом воплощении идеологии. В профессиональных группах идеология формирует образ идеального профессионала — честного, социально ответственного, образованного, следующего принципам профессиональной этики. Здесь идеальный образ профессионала помогает групповой идентификации внутри профессионального сообщества и предлагает обществу клишированный образ носителя профессии.

Прежде всего констатируется, что в России формируется новый класс профессиональных управленцев. Каков собирательный образ представителя этого класса? Менеджер — преемник предпринимателя начала реформ и «традиционного советского хозяйственника», он сочетает в себе лучшие черты и того и другого: «организован, работоспособен, мобилен», «социально ответственен», «по-хорошему честолюбивый, в меру рискованный, требовательный к себе и подчиненным руководитель», ему свойственна «известная доля консерватизма».

Менеджер компетентен, «эффективен», «высокопрофессионален». Менеджер, безусловно, выступает «агентом порядка», он «оформляет, организует, дисциплинирует рыночную стихию». В целом российский менеджер — это «особо ценная фигура постсоветской экономики», «правильный человек» переходной экономики, и, конечно, «один из самых важных ресурсов, имеющихся у нового президента». Таким образом, современные российские менеджеры «как правило, имеют более длительные горизонты интересов, они больше заинтересованы в упорядочении внешней среды».

Так же, как российские менеджеры дистанцируются от фигуры предпринимателя, так же они стремятся уйти от идентификации с управленцем советского типа. Менеджеры заявляют о неспособности «советского директора» эффективно действовать в изменившихся экономических условиях. Менеджеры полагают, что советский директор, с одной стороны был слишком патерналистичен: «Его отличал глубоко укоренившийся патернализм: предприятие для него было чем-то вроде макро-семьи или микро-государства», а с другой — действовал в условиях затратной экономики, без учета фактора ограниченности ресурсов.

Чем же сегодня опасен «советский директор» для «нового менеджера»? Во-первых, «новый менеджер» опасается, что общество его начнет воспринимать как прямого преемника «советского директора», а «новому менеджеру», получившему блестящее образование и претендующему на профессиональную автономию совсем нежелателен имидж служащего, зависимого от руководства (в рыночной системе от контроля со стороны собственников). Во-вторых, «новый менеджер» также опасается конкуренции со стороны «советского директора», конкуренции. В связи с этим «новые менеджеры» стремятся себя оградить от контроля со стороны государства, когда в управленческие структуры корпораций могут быть введены представители государственных структур.

Принадлежность к профессиональному сообществу

Стало общепринято относить менеджеров к среднему классу. Эта традиция берет начало в западных исследованиях, а сейчас подхвачена и активно обыгрывается в России. При этом менеджеров скорее можно отнести к «новому среднему классу», который отличается от старых средних слоев тем, что его представители не являются собственниками предприятий и средств производства, владеют, прежде всего, символическим капиталом (образование, опыт, связи) и получают дивиденды в форме повышенной заработной платы. Новые средние слои — наемные работники, чья работа очень важна для собственников средств производства и финансового капитала и продается по цене, существенно превышающей стоимость их рабочей силы.

В России в наиболее отчетливой форме статусные позиции среднего слоя формируются из кресел директоров и главных специалистов предприятий, т. е. управленцев среднего и высшего уровня. Причем высокая статусная позиция представителей этих групп закрепляется через включение в условия труда, в средства производства значительного числа предметов статусного потребления. Символы положения: персональный автомобиль, отдельный кабинет, комфортабельная мебель, возможность поездок с различными целями за счет организации. Доступ к таким формам потребления открыт лишь для тех, кто обладает административной властью, т. е. менеджеров государственных и частных организаций. Если член статусной группы отказывается принимать «неписаные законы» потребления, то он воспринимается как маргинал, а его профессионализм подвергается сомнению. Общие требования к внешним проявлениям принадлежности к группе становятся элементом формирования специфического габитуса российского управленца.

Любая социальная группа не возникает в одночасье: она рекрутируется из представителей других групп. Также происходит и с менеджерами в России. Анализ генезиса менеджеров как социальной группы позволяет проследить динамику группы в социальном, профессиональном и культурном контексте. За последние годы проводились различные исследования, посвященные российскому бизнес-слою: при этом рассматривались не отдельные группы, составляющие этот слой, а их совокупность, т. е. совместно анализировались наемные работники (менеджеры различных уровней), предприниматели, и преуспевающие представители свободных профессий.

Условно можно выделить несколько сегментов бизнес-слоя России, которые отличаются по своему социальному происхождению, образованию, отраслевой принадлежности и перспективам надолго закрепится в этой страте. Менеджеры прежде всего высшего звена играют весомую роль в российском бизнес-слое. Итак, можно выстроить следующую классификацию групп, составляющих отечественную бизнес-элиту (приводимые описания разрабатывались для бизнес-элиты России, но могут служить приблизительной моделью для выявления генезиса высших менеджеров):

«Комсомольцы» в прошлом комсомольские функционеры. Образование преимущественно техническое. В социальном багаже присутствует опыт работы на производстве и в научно-исследовательских институтах. В школе и институте активно занимались общественной работой, для большинства вступление в ВЛКСМ и КПСС было лишь средство для карьерного роста. В молодежных структурах «комсомольцы» не были идеологическими лидерами, а выполняли вспомогательные функции — организация мероприятий, молодежного досуга. До некоторой степени преуспевающие комсомольские вожаки 1970-1980-х воплощали собой советский вариант яппи. В предпринимательство и бизнес «комсомольцы» вошли с первой волной, сейчас они возглавляют крупные холдинги, заняты в шоу-бизнесе, отличаются высокой общественной активностью — участвуют в работе бизнес-ассоциаций, являются советниками государственных структур. Моральные принципы «комсомольцев»: жесткий прагматизм, цинизм, агрессивность, характерно достижение целей любыми средствами.

«Физики» по своим социально-демографическим характеристикам сходны с «комсомольцами». Образование техническое или непосредственно физическое (МГУ, Физтех, МИФИ). Присутствует опыт управления и работы в НИИ. Практически отсутствует опыт работы в политических структурах. В советский период «физики» не смогли сделать блестящей карьеры. Типичный путь — от лаборанта до начальника лаборатории или структурного подразделения НИИ. Многие в своей работе были связаны с оборонной промышленностью. С началом рыночных реформ способные специалисты не из номенклатурной элиты, обреченные в советское время на прозябание в каком-нибудь НИИ или КБ, получили шанс на головокружительную профессиональную карьеру. И самые активные этим воспользовались. Этих людей от советских управленцев отличает инициативность, а от советской интеллигенции — здоровый прагматизм. В бизнес «физики» приходят в конце 1980-х и поначалу ориентированы на производственно-внедренческие направления деятельности. Затем после периода спекуляций они обращаются к биржевой деятельности, организуют банки и финансово-инвестиционные компании. «Физики» высоко ценят порядочность в отношениях. В свое время многие увлекались философией, что определило их досуг — «высокое чтение» с элементами интеллектуализма.

«Управленцы» выходцы из среднего звена управления экономикой. В основном имеют техническое образование и опыт руководящей работы в государственных предприятиях и министерствах. Стандартный путь производственной карьеры советского времени: мастер, инженер, начальник структурного подразделения, главный специалист, предпринимали попытки вводить новые формы организации труда, на определенном этапе следовал перевод в Москву в министерство или комитет, где карьера замедлялась. Отраслевая ориентация: строительство, добывающая промышленность, иногда вузовская практика или низовая партийная работа. Первоначально сфера деятельности в бизнесе связана с арендными и совместными предприятиями, торговыми биржами, группами производителей. В середине 1990-х гг. «управленцы» работали в руководстве крупных торгово-промышленных групп, холдингов, торгово-промышленных палат, коммерческих банков. «Управленцы» не демонстрируют политическую активность, считая, что бизнес и политику не следует смешивать.

«Банкиры» — это профессионалы-финансисты, в прошлом служащие в банковской системе СССР. Большинство имеет высшее финансово-экономическое образование. «Старые банкиры» (средний возраст 53 года) возглавляют структуры, выросшие после реорганизации государственных предприятий. Карьера «старых банкиров» складывалась внутри структур Государственного Банка СССР. «Молодые банкиры» (средний возраст 36 лет) — профессионалы не успевшие достичь больших карьерных успехов в советский период. Сфера приложения их интересов — создание финансовых структур практически «с нуля».

«Директора» — вошли в бизнес-элиту после приватизации государственных предприятий. Имеют стандартную карьеру управленца на советском предприятии. В период приватизации стали обладателями значительных пакетов акций и смогли стать хозяевами огромного промышленного капитала, переместившись, таким образом, из группы высших менеджеров в группу собственников. Часто «директора» не уверены в сохранении своих статусных позиций, а поэтому не проявляют заинтересованности в развитии находящихся в их распоряжении предприятий. Следствием этого могут служить остановки производства, сокращения работников, несвоевременные выплаты заработной платы. При этом «директора» активно ищут опору в политическом истеблишменте, дабы гарантировать себе сохранение занятых позиций.

Таковы основные группы тех, кого можно объединить понятием «российская бизнес-элита». Здесь не разделены роли собственников и высших менеджеров, так как часто эти позиции пересекаются, а также происходит постоянная взаимная ротация лиц, находящихся в составе бизнес-элиты.

Представленная классификация относится к небольшому социальному слою, в руках которого сконцентрированы основные финансовые, информационные и политические ресурсы. Более молодое поколение менеджеров, которые были подготовлены в стенах факультетов менеджмента и бизнес-школ, еще не имеет существенного влияния на принятие решений в российском бизнесе. Однако следует ожидать, что в течение ближайших пятнадцати лет возрастет экономическая роль людей, прошедших профессиональную менеджмент-подготовку и не имеющих управленческого опыта в советской системе. У новой генерации менеджеров будут иные ценности и установки, а поэтому вероятно формирование относительно однородного бизнес-сообщества, прошедшего через похожую систему подготовки и объединенного другой идеологий, нежели та, что исповедуется российским бизнесом сегодня.

На характер современного менеджмент-сообщества оказывает влияние организационная среда, в которой оно формируется: те предприятия и фирмы, которые предъявляют спрос на менеджеров различного уровня. В зависимости от организационной культуры декларируемой и внедряемой этими фирмами начинают проявляться особенности российского менеджмент-сообщества. На сегодняшний день существует четыре группы компаний, нуждающихся в профессиональных менеджерах и способных их привлечь.

Первая группа — крупнейшие успешные российские компании, созданные на базе мощных государственных корпораций, естественных монополий или крупных капиталов, Таких образований менее ста и их главной целью является борьба за национальное лидерство, а в перспективе — выход на мировые рынки. К такого рода компаниям могут быть отнесены: РАО «Газпром», «Ростелеком» и т. д. Эти компании готовы к найму высокооплачиваемых руководителей, а менеджеры в таких корпорациях встраиваются в сложную иерархию и становятся лояльными «людьми организации». Для исследователей доступ в такие организации обычно закрыт, а потому только можно предполагать возможные идеологические установки и управленческие практики, имеющие место в российских монополиях.

Вторая группа — международные компании, активно работающие на российском рынке. Количество компаний в этой группе колеблется в зависимости от конъюнктуры рынка, и их число оценивается в пределах 300-500 компаний. Цель иностранных фирм — занять лидирующее положение на рынках России, сравнимое с тем, которое они занимают в мире. Эти корпорации пользуются услугами российских рекрутинговых агентств для поиска и отбора высших и средних менеджеров. Как правило, зарубежные организации действуют на всех новых рынках, следуя стратегическим планам, разработанным в головных штаб-квартирах. Поэтому они ощущают потребность в педантичных, организованных исполнителях, не проявляющих инициативы и не стремящихся к инновациям. Обычно западные компании пытаются перенести материнскую организационную культуру в российские условия, а поэтому у менеджеров высокие заработные платы и неплохие карьерные перспективы, но это сопровождается необходимостью адаптироваться к чужим культурным нормам и образцам делового поведения.

Третья группа — преуспевающие российские компании, созданные в период становления предпринимательства в России. Это могут чисто российские фирмы и компании со смешанным капиталом, но цель у них одна: найти собственный сегмент рынка в России. Таких компаний сегодня немногим больше тысячи. Обычно этим организациям требуются менеджеры, способные принимать неординарные решения в непредсказуемой среде отечественного рынка.

Четвертая группа — крупные приватизированные предприятия, составляющие большинство российских организаций. В этой группе на различных предприятиях складывается неоднозначная ситуация: там, где произошла смена руководства, могут начаться перемены, связанные с перемещением менеджеров, на других — продолжается перманентный кризис. В целом такие компании не стремятся резко менять корпус менеджмента и ищут внутренние источники для обновления управленческих кадров. На таких предприятиях сохранились советские традиции управления и вновь пришедшим менеджерам необходимо их усваивать.

Исходя из анализа социальных групп, представители которых стали менеджерами и организаций, предъявляющих спрос на менеджеров можно заключить, что на текущий момент отсутствует сформированное профессиональное сообщество менеджеров в России: конкретная организационная среда и индивидуальная деловая биография откладывает свой отпечаток на менеджмент-сообщество. Роль бизнес-образования, как системы формирования профессии, на сегодня выражена слабо и будет возрастать, по мере того как выпускники этой системы приобретут более высокий статус в бизнесе.

Этический код

Носителями этического кода в менеджменте являются бизнес-школы. Они формируют определенную идеологию «хорошего управления», которую транслируют своим слушателям в процессе обучения. Однако слушатели должны быть готовы к тому, что реальность российского бизнеса не соответствует тому, что преподают в школах бизнеса. Применительно к менеджменту можно говорить о том этическом коде, который управленец приобретает в своей организации, а общие этические подходы к профессии здесь настолько расплывчаты, что не могут служить достаточным основанием, чтобы быть названными профессиональным этическим кодом.

На сегодняшний день можно выявить несколько тенденций изменений происходящих с бизнес-образованием и профессионализацией менеджмента в России.

Во-первых, лидеры бизнес-образования и часть государственных структур заинтересованы в придании менеджерам профессионального статуса: бизнес-образование жонглирует риторикой о необходимости массовой подготовки менеджеров, которые выведут страну из экономического кризиса, а государственные органы стремятся упорядочить выдачу дипломов по менеджменту и тем самым поставить подготовку менеджеров под государственный контроль. В результате бизнес-школы и факультеты менеджмента получают дополнительное финансирование из государственного и местных бюджетов, а представители государства могут использовать заявленную программу переподготовки менеджеров в качестве политической кампании.

На сегодня неразвита база для появления профессии менеджера в России: круг компаний, где необходимы квалифицированные менеджеры ограничен, а потому невостребованным остается экспертное звание менеджеров в области управления и полученное ими специальное образование не позволяет автоматически претендовать на определенные статусные позиции в реальном бизнесе. Бизнес-образование как сложившаяся система является той структурой, которая в наибольшей степени заинтересована в профессионализации управленцев в России.

В России нет четко сформировавшейся профессиональной структуры, а потому менеджеры также не могут автономизироваться в качестве профессионалов: презентируемые как руководители профессионалов, они не имеют поля для осуществления руководства. Также менеджеры не становятся частью среднего класса в России, который сам по себе не имеет на сегодня опоры в определенных социальных и профессиональных группах.

Таким образом, сегодня можно говорить только об одном сложившемся менеджмент-сообществе в России: это преподавательский и исследовательский корпус бизнес-школ, который является носителем западных менеджериальных ценностей и идеологии, но при этом не осуществляет практическую управленческую деятельность. Практикующие менеджеры сегодня не только не обладают устойчивым статусом, обеспеченным специальным образованием, но также не составляют относительно однородного сообщества.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий