Усадьба Узкое: владельцы и владения

Несмотря на обилие сохранившихся сооружений, в Узком нет выдающихся памятников архитектуры, за исключением оригинальной церкви конца XVIIв. Оно интересно скорее в бытовом плане, как один из редких в Москве примеров богатой, хорошо спланированной усадьбы.

Михаил Коробко

I. Владельцы

Несмотря на обилие сохранившихся сооружений, в Узком нет выдающихся памятников архитектуры, за исключением оригинальной церкви конца XVIIв. Оно интересно скорее в бытовом плане, как один из редких в Москве примеров богатой, хорошо спланированной барской усадьбы с удобным господским домом (ныне главным корпусом санатория Российской академии наук «Узкое») и практичными надворными постройками, сохранившей планировочные основы и большую часть исторической территории.

Первыми владельцами Узкого, оставившими в нем реальные следы своей деятельности, были Стрешневы. Этот ранее ничем не примечательный захудалый дворянский род, произошедший из провинциальнейшего калужского городка Мещовска, вынес наверх «бунташный» XVIIв. Овдовевший царь Михаил Федорович, подыскивая себе новую супругу, в 1626г. остановил выбор на молодой красавице Евдокии Лукьяновне Стрешневой, что, разумеется, не могло не возвысить ее родственников. Один из них, боярин Максим Федорович Стрешнев (ум. 1657), приобрел в 1629г. у Поместного приказа находившиеся к югу от Москвы бывшие владения князя А.Ф.Гагарина и П.Г.Очина-Плещеева, составив из них свою вотчину.

Задумав там построиться, М.Ф.Стрешнев выбрал для этого место на пустоши Узкой, оказавшейся наиболее удобной для создания усадьбы. На ней до 1641г. были сооружены первые деревянные здания. Доминантой ансамбля стала одноглавая церковь Казанской иконы Божией Матери с приделом Святителя Николая Чудотворца. В 1640 и 1643 гг. М.Ф.Стрешнев существенно увеличил территорию усадьбы, но позже на несколько лет оставил Узкое, будучи назначен воеводой в далекий сибирский город Верхотурье. В 1657г. вотчина перешла к одному из его сыновей — боярину Григорию Максимовичу Стрешневу (ум.1665). Со временем Узкое унаследовал его младший брат, стольник Яков Максимович Стрешнев (ум. 1686), впоследствии бывший воеводой в Олонецке. В 1686г. Узкое досталось его сыну — окольничему Дмитрию Яковлевичу Стрешневу. Новый владелец, нуждаясь в деньгах, вскоре расстался с вотчиной, продав ее в начале 1690-х гг. за 5тысяч рублей — сумму просто фантастическую по тому времени. Вроли покупателя Узкого выступил представитель другой ветви фамилииСтрешневых — Тихон Никитич (1649—1719), суровый и властный боярин, возглавлявший тогда главный орган военного управления в стране — Разрядный приказ. При нем в усадьбе была сооружена новая высокая пятиглавая каменная церковь, сохранившаяся до наших дней, — уникальный памятник, из-за своей необычности не отмеченный учебниками по архитектуре. В1697г. после завершения внутренней отделки она была освящена (известная по литературе другая датаэтого события — 1698г. — неверна).

Т.Н.Стрешнев завещал Узкое своей внучке Софье Ивановне Стрешневой (170?—1739). Но та к 1719г. — времени вступления этого документа в силу — оказалась несовершеннолетней. Поэтому вотчиной временно управляла мать новой владелицы — Анна Лукинична Стрешнева.

Точная дата появления на свет С.И.Стрешневой не отмечена в родословных. Во всяком случае, своего юридического совершеннолетия она достигла уже к 1723г., поскольку именно тогда Вотчинная коллегия своим «определением» утвердила за ней другое подмосковное дедовское село — Рождествено-Шерапово.

В 1726г. С.И.Стрешнева вышла замуж за морского офицера князя Бориса Васильевича Голицына (1705—1768), а Узкое и другие имения стали ее приданым. Документальные сведения о первых десятилетиях голицынского периода минимальны. Владелица имения умерла достаточно молодой, в 1739г., оставив Узкое мужу, Б.В.Голицыну, имени которого еще предстоит занять подобающее место на страницах истории отечественного флота. По свидетельству историка князя М.М.Щербатова, Б.В.Голицын «имел некоторой случай у двора», что, возможно, способствовало его карьере, так как в 1746г. он стал обер-цехмейстером, а в 1755г. — вице-адмиралом и генерал-кригс-комиссаром флота, одно время являясь и главным начальником всей артиллерии — генерал-фельдцихмейстером (позже этот пост стал прерогативой исключительно членов императорской фамилии). В отставку Б.В.Голицын вышел по состоянию здоровья в чине полного адмирала.

После смерти владельца, скончавшегося 12 июля 1768г., Узкое стало собственностью его сыновей, заслуженных офицеров, участвовавших в Семилетней войне с Пруссией: гвардии капитана и камер-юнкера Василия (1729 — после 1771), бригадира Владимира (1731—1798), генерал-майора Алексея (1732—1792) и генерал-поручика Ивана (1735—1811) Голицыных, а также их сестры Александры (1753—?). Вскоре она стала супругой тайного советника и обер-камергера барона Григория Николаевича Строганова (1731—1777) и, получив богатое приданое, потеряла права на часть Узкого.

Алексей Борисович Голицын, став по разделу с братьями единственным хозяином Узкого, реконструировал находившуюся там усадьбу, сохранив имевшиеся планировочные основы. Прежний каменный господский дом был разобран. На его фундаменте выстроили большое деревянное здание, в своей основе сохранившееся до наших дней. Вместе с господским домом были реконструированы или выстроены заново остальные постройки. Точные даты проводившихся в имении строительных работ неизвестны. Ориентировочно это 1770—1780-егг., вероятнее всего последнее из этих десятилетий, поскольку известно, что в конце 1770-х гг. А.Б.Голицын постоянно жил за границей, в частности в Швейцарии, где в поисках нравственного совершенствования свел знакомство с популярным философом-мистиком того времени Л.К.Сен-Мартеном, и, значит, времени для реконструкции усадьбы у него тогда просто не было.

После внезапной смерти А.Б.Голицына 9 ноября 1792г. Узкое унаследовал его сын поручик лейб-гвардии Семеновского полка Егор Алексеевич Голицын (1773—1811), определенный Екатериной II в качестве камергера «ранга бригадирского» ко двору великого князя Александра Павловича, будущего Александра I, и его невесты Елизаветы Алексеевны.

Аннотация к портрету Е.А.Голицына работы знаменитого А.Молинари, впервые опубликованному в издании великого князя Николая Михайловича «Русские портреты XVIII и XIXстолетий», в числе других уже известных читателю сведений любезно сообщает: «Парижское воспитание дало ему прекрасное знание французского языка, но совершенно испортило его, сделав развратным человеком и игроком, и довело до преждевременной смерти». Е.А.Голицын скончался в Москве 21декабря 1811г. холостым. Его наследницами стали сестры: графиня Мария Алексеевна Толстая (1772—1826), графиня Софья Алексеевна де Сент При (1776—1815) и графиня Елизавета Алексеевна Остерман-Толстая (1779—1835), уже давно нашедшие себе мужей среди молодых блестящих гвардейцев, которыми были так богаты екатерининское и павловское царствования. Однако до Отечественной войны 1812г. крестьяне села Узкого и деревни Нижние Теплые Станы не знали, чьей собственностью они оказались после смерти Е.А.Голицына, так как новые помещицы не удосужились известить об этом местных жителей. Имя Е.А.Голицына в качестве владельца обоих населенных пунктов значится еще в 1813г. в «Ведомости, учиненной в Московском земском суде, о владельческих селениях с показанием претерпенных ими от нашествия неприятеля разорений» по Московскому уезду. В ней отмечено, что в этом имении «отнято неприятелем хлеба 2500 четвертей, сена 4700 пудов, лощадей 28, коров 30, баранов, овец 90, разграблена церковь, господский дом, имущество дворовых людей и крестьян, хлеб и весь скот, всего на сумму 124877 рублей». Как видим, нанесенный французами ущерб был грандиозным, однако вполне логично предположить, что пострадавшие крестьяне могли довершить разграбление, пользуясь отсутствием владелиц.

Достаточно скоро после войны наследницы Е.А.Голицына разделили между собой его имения. Узкое досталось старшей из них — М.А.Толстой, впоследствии увековеченной А.С.Грибоедовым в качестве «княгини Марьи Алексевны». Не будучи красавицей, она, по свидетельству историка П.Ф.Карабанова, имела «…ум оригинальный с необыкновенными странностями», искупавший недостатки внешности. Муж владелицы Узкого граф Петр Александрович Толстой в 1816г. был назначен командующим 5-м пехотным корпусом, расквартированным в Москве и ее окрестностях. А рядом с местом новой службы оказалось такое великолепное место для приложения его сельскохозяйственных навыков, как большое имение жены.

После смерти жены, скончавшейся в конце 1826г., П.А.Толстой унаследовал Узкое вместе с детьми: Алексеем (1798—1854), Александром (1801—1873), Егором (1803—1874), Владимиром (1805—1875), Иваном (1811—1852), Евдокией (1795—1863), к тому времени уже бывшей замужем за прежним одесским градоначальником графом Александром Дмитриевичем Гурьевым (1787—1865), Софьей (1800—1886), впоследствии графиней Апраксиной, Анной (1802—1883), впоследствии Бахметевой и Александрой (1804—1858), впоследствии графиней Мордвиновой. Несмотря на общность владения имением, хозяйством в нем, как и раньше, занимался П.А.Толстой, что дало повод А.С.Пушкину иронически назвать его «Толстой-Узкой», выделив этим из многочисленных представителей разветвленного рода Толстых, живших в то время.

После того как Узкое вместе с московским домом в Леонтьевском переулке перешло в полную собственность П.А.Толстого — по разделу с детьми, состоявшемуся в 1836г., масштаб строительства в усадьбе увеличился. Так, до 1839г. в Узком был сооружен нынешний северный флигель, в документах того времени названный «маленький дом» или «флигель к церкви». Граф не оставил и деятельность в Московском обществе сельского хозяйства. По текущим делам к нему в Узкое не раз наведывался экономист С.А.Маслов, бывший секретарем этой организации. «Издание журнала и сношения общества внутри и вне России, возложенные на непременного секретаря, обязывали меня докладывать графу П[етру] А[лександровичу] о предметах переписки общества, как официальной, с Министерством государственных имуществ, так и частной, а потому я нередко приезжал к нему в его подмосковное село Уское и имел утешение видеть, как он принимал к сердцу все относящееся до чести общества и пользы общественной», — писал позднее С.А.Маслов.

Граф скоропостижно скончался 28 сентября 1844г. в своем московском доме. Его наследниками стали сыновья. К ним перешли Узкое и дом в Леонтьевском переулке со всей обстановкой. Младший сын, Иван Петрович Толстой (1811—1852), счел благоразумным тут же отказаться от наследства за себя и за своих потомков в пользу остальных братьев: Алексея, Александра, Егора и Владимира. 13 июня 1845г. они юридически оформили раздел отцовского имущества. По нему единственным хозяином Узкого стал Владимир Толстой — тогда еще полковник лейб-гвардии Уланского полка, ранее, очевидно по протекции отца, бывший одним из адъютантов московского генерал-губернатора Д.В.Голицына. Как явствует из многочисленных хозяйственных документов, в Узком во время его перехода к В.П.Толстому, впоследствии ставшему генерал-майором, существовало хорошо развитое оранжерейное хозяйство, приносившее значительные доходы. В прудах разводили рыбу. В многочисленных оранжереях выращивались ананасы, персики и абрикосы, а также другие культуры, экзотические для средней полосы России. Много редких растений росло на открытом воздухе. Имелся вишневый сад. В господском доме было немало мебели красного дерева. По стенам висели картины и портреты, очевидно фамильные.

После смерти В.П.Толстого, скончавшегося 8 февраля 1875г., Узкое унаследовали его ближайшие родственники: жена С.В.Толстая и любимая племянница графиня Мария Егоровна Орлова-Давыдова, урожденная графиня Толстая (1843—?). Поразделу наследства между ними, состоявшемуся ориентировочно в 1878—1879 гг., единоличной владелицей Узкого стала С.В.Толстая. В свою очередь в апреле 1883г. она передала Узкое своему племяннику и воспитаннику князю Петру Николаевичу Трубецкому (1858—1911). Официально была составлена купчая крепость — не более чем формальность, что подтверждает сумма, указанная в документе: такое большое имение общей площадью 214 десятин с господским домом, флигелями и большими и многочисленными хозяйственными постройками было оценено всего в 3тысячи 500 рублей.

Новый хозяин Узкого П.Н.Трубецкой был типичным русским барином, любившим хорошо поесть и весело пожить, ценителем породистых лошадей и шикарных женщин. На протяжении многих лет он последовательно занимал ответственные выборные должности, сперва Московского уездного, а затем губернского предводителя дворянства. Во время первой русской революции князь стал одним из основателей Союза русских людей — тогда одной из немногих черносотенных организаций в России. Женой его была княжна Александра Владимировна Оболенская (1861—1939) — дама красивая и властная.

По мере роста семьи П.Н.Трубецкому пришлось перестраивать обветшавший господский дом в Узком. Определенную роль в этом сыграл его отец, Николай Петрович Трубецкой (1828—1900). Выбор архитектора для проведения реконструкции усадьбы определялся лишь родственными связями и, разумеется, оказался неудачен. Перестраивать Узкое был приглашен женатый на одной из родственниц Трубецких,княжне Шаховской, С.К.Родионов, который, по свидетельству единокровного брата владельца Узкого, Григория Николаевича Трубецкого (1873—1929), «…был хороший человек, но недалекий и довольно бездарный архитектор и не очень толковый». Господский дом был им стилизован под дом в Ахтырке (Дмитровский уезд), бывшем родовом имении Трубецких, которое незадолго до того Н.П.Трубецкой продал. Теперь функции Ахтырки перешли к Узкому, поэтому симптоматично украшение фронтона узковского господского дома родовым гербом Трубецких.

Летом 1895г. в Узком жил единокровный брат владельца имения (от второго брака их отца) князь Сергей Николаевич Трубецкой (1862—1905) вместе с женой Прасковьей Владимировной, урожденной княжной Оболенской (1860—1914), и детьми. Он, тонкий интеллигент, мыслитель и ученый, составлял почти полную противоположность владельцу имения. Однако их сближало своеобразное двойное родство: их супруги приходились друг другу родными сестрами. Это противоречило церковным канонам. Поэтому в свое время для совершения венчания С.Н.Трубецкого был приглашен не обычный приходской священник, а военный, менее зависимый от духовного начальства; крупная денежная сумма быстро успокоила его совесть.

По свидетельству врача Г.Н.Сперанского, летом 1895г. в Узкое приезжал двоюродный брат П.Н.Трубецкого, скульптор князь Паоло (Павел Петрович) Трубецкой (1866—1938). Владелец имения привечал своего итальянского родственника, прибывшего в Россию работать и преподавать, и на первых порах оказывал ему покровительство, вскоре ставшее ненужным. Может быть, именно в Узком у Паоло Трубецкого возникла идея его известного произведения «Дети Трубецкие», запечатлевшего сыновей С.Н. и П.В.Трубецких — Николая (1890—1938) и Владимира (1891—1937), сидящих в свободных позах на небольшой парковой скамейке. Живописная трактовка формы с богатой игрой светотени придает их фигурам естественность и убедительность. Это одна из самых поэтичных скульптур конца XIX столетия. Сразу после своего завершения в 1900г. она экспонировалась на выставках — в Петербурге, устроенной художественным объединением «Мир искусства», и в Париже. Затем скульптура вернулась в Россию и заняла место в большой гостиной Узкого (ныне находится в Государственном Русском музее).

В следующий раз С.Н.Трубецкой приехал с семьей в Узкое только летом 1900г. Тогда он пригласил своего друга, философа В.С.Соловьева, приехать к нему в усадьбу 15 июля для того, чтобы отпраздновать именины. Однако предполагавшегося торжества не получилось, так как В.С.Соловьев еще в Москве почувствовал себя тяжелобольным и, с трудом добравшись до Узкого, проболел две недели и скончался там (его могила сохранилась на старом кладбище Новодевичьего монастыря).

Владелец Узкого П.Н.Трубецкой 4 октября 1911г. был убит одним из собственных племянников— Владимиром Григорьевичем Кристи (1882—1946), не без оснований приревновавшим к нему собственную жену. Поскольку все завещания князя были составлены в пользу А.В.Трубецкой, то она очень быстро добилась утверждения в правах наследования и ввода во владение огромными имениями мужа, в том числе Узким. Ведением в них хозяйства управлял старший сын княгини— Владимир Петрович Трубецкой.

Несмотря на волну погромов помещичьих усадеб, прокатившуюся по стране после Февральской революции, В.П.Трубецкой с семьей и его мать не побоялись приехать на лето 1917г. в Узкое. Вместе с ними там жила одна из сестер В.П.Трубецкого — Александра Петровна Тимашева (1894—1953) со своим тогдашним мужем. Обстановка вокруг уже была достаточно неспокойной: как-то местные крестьяне, навестив своих бывших господ, конфисковали у них почти все имеющееся оружие. После Октябрьских боев в Москве Трубецкие и Тимашевы уехали на курорт Ессентуки, навсегда покинув Узкое.

В 1919—1920 гг. в Узком находились детский санаторий, организованный отделом здравоохранения губернского Совета рабочих и крестьянских депутатов, и совхоз. 15 апреля 1921г. хозяйственные постройки вместе с земельными угодьями были переданы Луговому опорному пункту, вскоре преобразованному в рассадник кормовых трав (впоследствии Опытное поле по кормовому вопросу). В1922г. основные усадебные постройки — господский дом и флигеля и некоторые другие — были переданы Центральной комиссии по улучшению быта ученых (ЦеКУБУ) для организации санатория. ВУзком отдыхали и работали практически все крупнейшие ученые страны, академики и члены-корреспонденты Академии наук, деятели культуры и искусства. В 1931г. Узкое стало санаторием Комиссии содействия ученым (КСУ), ставшей преемницей ЦеКУБУ, против которой была проведена в печати целая кампания. В приснопамятном 1937г. уже в связи с ликвидацией КСУ Совнарком передал Узкое Академии наук.

26 ноября 1941г. на базе санатория «Узкое» был развернут полевой передвижной госпиталь 104-А, находившийся в усадьбе более месяца. По решению Мособлсовета Узкое с 16 марта 1942г. занял эвакогоспиталь, действовавший до весны 1943г. Среди сотрудников этих госпиталей был и персонал санатория. После стабилизации обстановки на фронтах в усадьбе в 1943г. был открыт дом отдыха Академии наук (это было уже некоторым понижением статуса, обусловленным состоянием здания), однако через несколько лет он получит статус санатория, в котором отдыхали многие выдающиеся ученые. Узкое остается санаторием до нашего времени.

II. Владения

Главный въезд в Узкое находится на участке Профсоюзной улицы между станциями метро «Коньково» и «Теплый Стан». Его открывает изящная ампирная арка первой трети XIXв. Это и есть знаменитые Небесные ворота, воспетые Б.Л.Пастернаком:

Воротасполукруглойаркой.

Холмы, луга, леса, овсы.

Вограде—мракихолодпарка,

Идомневиданнойкрасы.

Название ворот объясняется тем, что рельеф местности за ними заметно понижается вплоть до переезда через речку Чертановку. Благодаря этому при выезде из Узкого на большей части пути через них было видно только небо. Современная застройка лишила смысла старое название ворот — небо через них уже давно не видно.

От Небесных ворот (западных) до усадьбы можно добраться по превосходной полуторакилометровой лиственничной аллее, с недавнего времени довольно пошло именуемой Санаторной. В ее перспективе примерно половину пути виднеются церковные купола. Несмотря на то, что аллею восстанавливали (в 1941г. часть ее была спилена для пристрелки артиллерии), она имеет много выпадов, количество которых за последние годы увеличилось. Изначально аллея была немного длиннее, чем теперь, так как при прокладке Профсоюзной улицы оказалась немного урезанной ее западная часть.

После переезда через Чертановку дорога поднимается вверх, поворачивает налево и, минуя дамбу, между террасными прудами выходит к самому оригинальному памятнику Узкого — церкви Казанской иконы Божией Матери. Выполненная в формах «нарышкинского» барокко, характерного для столичной архитектуры конца XVII — начала XVIIIв., эта церковь в плане четырехлепестковая, подобно «нарышкинским» ярусным церквям, но обладает совершенно иным объемным построением: боковые части не понижены по отношению к центральной, а почти равновысотны ей. Такие «пятибанные», т.е. пятибашенные, храмы были обычны в архитектуре Украины. В Москве же композиция узковской церкви имеет единственную аналогию — Большой собор Донского монастыря. Любопытно, что одинаковые башнеобразные объемы здания декорированы по-разному, и в отличие от большинства других вотчинных храмов колокольня устроена здесь не в центральной главе, а в юго-западной, находящейся над главным входом. Кроме того, применение спаренных полуколонн большого ордера, объединяющего скругленные нижние части объемов, явилось новостью в отечественной строительной практике и свидетельствовало о том, что церковь в Узком соорудил архитектор, хорошо знавший западноевропейское зодчество, видимо иностранец. Иконостасы были обильно декорированы резьбой, подобную которой можно и теперь увидеть в церкви Покрова в Филях. По-видимому, так же, как и там, в Узком была предусмотрена специальная ложа для владельца и членов его семьи. Сейчас на этом месте — простая балюстрада.

Первоначальное внутреннее убранство церкви не сохранилось— оно уничтожено после ее закрытия в 1929г. Затем здание использовалось как водонапорная башня, что давало возможность обеспечить все санаторные номера водой, позднее там разместили мастерскую. В начале 1950-хгг. Фундаментальная библиотека по общественным наукам АН СССР (ныне Институт научной информации по общественным наукам РАН) перевезла в церковь часть своих фондов. В основном это были издания, «не пользующиеся спросом»: отечественная и зарубежная периодика — газеты и журналы; книги из библиотеки князей Воронцовых в Алупке; дубликаты (так называемые седьмые экземпляры), книги на иностранных языках, в том числе вывезенные из Германии, из библиотеки Кенигсбергского университета в бывшей Восточной Пруссии (ныне Калининградская область) и так называемой Готской библиотеки (официально она считается переданной ГДР в 1956г., но тогда про ее часть, находившуюся в Узком, просто забыли). Так как вся эта литература начала плесневеть, то наиболее попорченные сыростью экземпляры периодически уничтожали.

Существующие сегодня шлемовидные купола здание получило только в 1979г. Они выполнены по проекту архитектора С.С.Кравченко, опиравшегося исключительно на аналоги. Еще в конце 1950-хгг. церковные купола были другими, менее широкими и более вытянутыми вверх. Несомненно, они не могли быть одновременны церкви и появились позднее, приблизительно на рубеже XVIII—XIXвв., хотя более, чем нынешние, соответствовали общему духу ее башнеобразных объемов. Кроме того, при таком подходе к реставрации был внесен диссонанс и в ансамбль усадьбы: церковь с таким куполами (даже если гипотетически предположить их достоверность) никогда не существовала параллельно с нынешним господским домом. В итоге общий вид мемориального ансамбля, связанного с именем В.С.Соловьева, оказался искаженным. С 1992г. церковь в Узком является действующей, что не спасло ее от очередных антихудожественных подновлений: ограды, навеса над входом и т.п.

Восточнее церкви находится проходная, встроенная в ограду санатория. Миновав ее, повернем направо к бывшему господскому дому, ныне — главному корпусу санатория Российской академии наук «Узкое». Выражение Б.Л.Пастернака «...дом невиданной красы» в его адрес можно назвать более чем смелым. Надо думать, поэт имел в виду не столько архитектурные достоинства здания, не являющегося уникальным шедевром, сколько его художественное собрание.

Господский дом имеет в основе здание 1780-хгг. Однако сильно вынесенный вперед портик и белокаменная терраса — ныне единственные его части, сохранившие первозданность. Архитектор С.К.Родионов, реконструировавший здание между 1883 и 1895гг., придал ему ряд эклектичных черт. Тогда со стороны главного, западного фасада дом оказался увеличен пристройкой двух симметричных объемов: за счет одного из них было расширено помещение столовой, в котором появился зимний сад; в другом устроили новый вход в здание, соответственно, ближайшая комната превратилась в вестибюль. Представляется, что анфиладная планировка парадных помещений первого этажа уцелела с голицынского времени. В начале 1930-хгг. помещения второго этажа были частично перепланированы, а фронтон портика лишился герба Трубецких. Из-за того что в середине ХХв. перед главным фасадом господского дома посадили лиственницы и ели, сильно разросшиеся за последние десятилетия, оказались перекрытыми существовавшие ранее многочисленные видовые точки на здание. Открытый партер перед ним основательно зарос, и фантастикой кажутся воспоминания детского врача Н.А.Власовой о том, как в конце 1920-хгг. отдыхающие санатория «Узкое» свысокой горки, устроенной уподножья портика, на санях переезжали через один из террасных прудов.

Уникальна часть подлинной обстановки, уцелевшей в доме с дореволюционных времен. Это несколько картин, одна из них работы немецкого мастера А.Х.Риделя «Девушка у ручья», или «Купальщица» (1868); мебель начала ХХв., находящаяся в большой гостиной, — гарнитур из кресел и диванов в стиле модерн; украшением вестибюля с дореволюционных времен стало огромное, почти во всю высоту стены раздвижное зеркало в рамах из красного дерева (трельяж), ныне состоящее лишь из двух частей; кроме того, сохранилось около тысячи томов из усадебной библиотеки: это в основном романы и классика, многое на французском языке. Они в сочетании с «родными» стенами в первую очередь интересны как осколки безвозвратно ушедшего усадебного быта, характерного для таких богатых и больших имений, каким и было в свое время Узкое, а кроме того, приобрели и мемориальную ценность благодаря Трубецким и В.С.Соловьеву — четыре окна на первом этаже в левой части главного фасада и есть окна бывшего кабинета, в котором прошли его последние дни. Около главного входа в здание сохранились огороженная цепями площадка для верховой езды и два фонаря, а со стороны восточного фасада площадка для игры в теннис, не изменившая своего места со времен Трубецких.

Южный флигель, долгое время бывший единственным, всегда использовался как кухонный и до сих пор сохранил свое назначение. Первый его этаж, по-видимому, одновременен господскому дому и, значит, может быть датирован 1780-мигг. Второй этаж более поздний и сооружен либо между 1836 и 1839гг., параллельно со строительством северного флигеля, либо между 1883 и 1895гг. Изначально он имел мощные контрфорсы, являвшиеся скорее не конструктивным, а декоративным элементом, поскольку их исчезновение при одной из реконструкций прошло достаточно безболезненно. В северном флигеле находились помещения для приема гостей и личные апартаменты П.А.Толстого (на первом этаже) и В.П.Толстого (на втором этаже). Рядом с их кабинетами находились гостиные, спальни, уборные графинь и девичьи. На первом этаже рядом с гостиной находилась буфетная и две комнаты без названия. Дублируемость помещений в северном флигеле и господском доме свидетельствует о том, что Узкое уже достаточно давно было рассчитано на обе семьи Толстых.

Переходы, соединяющие оба флигеля с господским домом, сооружены С.К.Родионовым. В начале 1930-хгг. они были надстроены вторыми этажами, большие квадратные окна которых диссонируют с архитектурой господского дома и флигелей. Нужно отметить, что переходы, или «коридоры», на этих местах находились и ранее. При ремонтных работах в усадьбе их периодически перестраивали. Так, в 1846г. архитектор В.В.Александров в одной из бумаг отметил, что для их покрытия нужно прислать железо из Москвы. На топографической карте Московской губернии, составленной по обмерам 1852—1853гг., переходы не показаны, так как, видимо, в то время не существовали. При косметической реставрации основных усадебных построек в 1979—1983 гг., проведенной Всесоюзным реставрационным комбинатом, к переходу между господским домом и северным флигелем с востока была пристроена шахта лифта, поскольку многие отдыхающие в санатории «Узкое» имели такой почтенный возраст, что им нелегко было подняться даже на второй этаж.

Напротив южного флигеля сохранилось одновременное ему небольшое здание ледника, верх которого впоследствии был перестроен.

Северо-восточнее господского дома находится деревянный двухэтажный корпус, сооруженный в начале 1930-хгг. В Узком его называют Кошкин дом из-за того, что обитатели этого здания одно время активно привечали местных кошек. Ныне это здание используется как административный корпус санатория. От Кошкиного дома можно пройти к Круглому, или Питьевому, пруду. Его названия говорят сами за себя: небольшой пруд действительно круглой формы, и изначально из него брали воду для питья.

Южнее Круглого пруда и юго-восточнее господского дома расположен остаток больших оранжерей. Первоначально они состояли из трех частей: длинных маловыразительных крыльев, в которых и выращивались растения (сейчас частично сохранилось лишь восточное крыло), и соединяющей их центральной части с трехпролетным портиком и небольшими помещениями слева и справа от него наподобие кордегардий. Уцелел лишь северный фасад и то не по всей своей протяженности, что мешает точной атрибуции здания. Удалось установить, что южный (несохранившийся) фасад имел могучие контрфорсы с волютами над ними. Видимо, по этой причине в 1923г. на одном из заседаний комиссии «Старая Москва» эти элементы декора назвали елизаветинскими, т.е. сооруженными в период царствования императрицы Елизаветы Петровны. Однако такая датировка все же маловероятна, поскольку на первом известном плане Узкого, составленном землемером капитаном В.Назимовым в 1767г., оранжереи на этом месте не показаны. Скорее можно говорить об архаике их архитектурных форм, что достаточно часто встречается в загородных усадьбах, бывших рассадниками всякого рода анахронизмов. В официальном списке памятников архитектуры Москвы, состоящих на государственной охране, создание оранжерей в Узком отнесено к рубежу XVIII—XIXвв.

От оранжереи мимо руин парника, сооруженного во второй половине 1940-хгг., дорожка ведет к полуразрушенным пилонам Южных ворот. Четкой датировки это сооружение также не имеет — по причине как отсутствия соответствующих архивных документов, так и явно выраженных стилистических форм. Возможно, южные ворота нужно отнести ко времени Трубецких, проявлявших активное внимание к этой части усадьбы. При них слева и справа от ворот находились не существующие ныне «розановая» (т.е. где выращивали розы) и персиковая оранжереи. Неподалеку от них находилось здание так называемого омшаника, в котором каждое лето жили сезонные наемные работницы. Теперь южные ворота пребывают в запустении, поскольку установка современной металлической ограды санатория лишила их функционального значения. От ворот можно повернуть направо и пойти через парк по дорожке, ведущей к террасным прудам, устроенным на безымянном притоке речки Чертановки.

Чтобы вернуться к выходу с санаторной территории, нужно опять подойти к господскому дому и проходной. Оказавшись за пределами санатория, пройдем к Северным воротам по аллее, расположенной на одной линии с господским домом. Недавно она стала называться Тютчевской в честь поэта. Видимо, авторы топонима Тютчевская аллея стремились всего лишь как-то отметить его имя, причем по возможности ближе к месту, где прошли его юношеские годы: Ф.И.Тютчев нередко проводил летние месяцы в подмосковной усадьбе своего отца Троицкое (ныне поселок Мосрентген Ленинского района Московской области), а относившаяся к ней же деревня Верхние Теплые Станы (ее территория сейчас в черте Москвы) граничила с Узким.

У Тютчевской аллеи застроена только правая сторона. Первое здание по ней — корпус служб — длинная монотонная постройка, не отличающаяся особым изяществом, представляет интерес в бытовом плане как один из элементов ансамбля богатой барской усадьбы. Считается, что он был сооружен в конце XVIIIв. при одном из Голицыных. В настоящее время это здание передано Патриархии и окружено современной оградой, преградившей подступы к нему со всех сторон.

Следующая постройка за службами — дом управляющего — небольшое деревянное здание, не сохранившее стилевых черт, кроме оконных проемов, характерных для позднего классицизма, а возможно, никогда их не имевшее. Очевидно, дом управляющего был сооружен в 1830—1840-хгг. Возможно, именно к нему относятся известные по документам сведения о сооружении в Узком с 8 по 30 мая 1839г. некой жилой деревянной постройки. По свидетельству Г.Н.Сперанского, при Трубецких в доме управляющего жили их служащие, в том числе столяр, имевший здесь свою мастерскую, а в советское время — директора санатория «Узкое». Санаторию это здание принадлежит и сейчас.

Аллея заканчивается у Северных ворот, аналогичных Небесным, но гораздо лучше сохранившихся. Справа от ворот находится небольшая кирпичная кузница, выстроенная, очевидно, в 1780-хгг. при А.Б.Голицыне, в ходе реконструкции усадьбы. В экспликации к плану Узкого, составленному архитектором А.П.Седовым в 1949г., кузница названа полуразрушенным строением, предназначавшимся к сносу, что, однако, не помешало ей впоследствии быть использованной под гараж. В1994г. к кузнице с юга была сделана пристройка, имитирующая ее утраченную часть.

Западнее Северных ворот находится двухэтажный деревянный дом, сооруженный в конце 1920-хгг. для сотрудников санатория «Узкое». Через дорогу расположены двухэтажные дома, построенные в конце 1940—1950-хгг. для сотрудников Института химической физики АНСССР, и одновременный кузнице огромный конный двор, после церкви являющийся самой интересной постройкой Узкого. Конный двор выстроен в виде каре. Центр его западного фасада, давно лишенного барочных фронтонов и одного из контрфорсов, отмечен проездной башней. Во внутреннюю часть конного двора выходит замечательная аркада на столбах, заставляющая вспомнить о многочисленных торговых рядах екатерининской эпохи, еще доживающих свой век в провинциальных городках (в настоящее время она заложена кирпичом). На протяжении своей истории комплекс неоднократно ремонтировался. Один из ремонтов относится к 1846г. Тогда В.В.Александров, занимавшийся строительными работами в Узком, сразу же по приезде «рассудил» использовать старое кровельное железо с господского дома и флигелей для покрытия конного двора. При Трубецких двор стал использоваться как коровник, в советское время в нем находились гараж и магазин.

Вместе с кузницей конный двор фланкировал начало улицы деревни Узкое, ликвидированной в середине 1980-хгг., значительно позже соседних населенных пунктов. Деревня хорошо дополняла общий ансамбль усадьбы и должна была бы входить в ее охранную зону как один из подлежащих сохранению элементов. Снос ее был бессмысленным— за исключением небольшой части, попадавшей на трассу прокладываемого примерно в то же время Севастопольского проспекта, эта территория не подлежит застройке из-за близкого соседства с усадьбой. Теперь вместо деревни— пустырь с остатками фруктовых садиков и руинами кирпичного здания бани, построенного в 1930-хгг. Бывший деревенский центр отмечает бетонный обелиск — памятник жителям Узкого, погибшим в 1941—1945гг.