регистрация / вход

В Москву за песнями

Перечень и истолкование пословиц о Москве.

А.Ф.Чистяков

В конце Великой Отечественной войны я, фронтовой разведчик старшина Чистяков, находясь под Кенигсбергом, в груде бумаг, поспешно брошенных фашистами, увидел книгу. Поднял, раскрыл - и остолбенел: "Русские пословицы, собранные Ипполитом Богдановичем", напечатано в Санкт-Петербурге в 1785 году! Этот небольшой томик в кожаном переплете послужил основой собрания, которое теперь содержит более 600 различных изданий. Особый раздел в моей коллекции составляют пословицы и поговорки о Москве. Казалось бы, много ли их наберется об одном-то городе, пусть даже о столице? Ну десяток, ну два... Ан нет: в картотеке автора - более полутора тысяч посвященных Москве и связанных с Москвой народных крылатых фраз и выражений! Они распределены по разделам. Представляю здесь два таких раздела - "Москва веками строилась" и "Москва потеху любит".

Москва веками строилась

Есть такая хитрая загадка-подковырка: "Когда Москву строили, во что гвозди колотили?" На нее обычно отвечали: "В дерево". - "А вот и нет - в шляпку!" А вообще-то, если без хитрости, правы отгадчики: большую часть своей истории Москва была деревянной, и когда в ней что-то строили, гвозди заколачивали, конечно, чаще всего в дерево. Год за годом возрастал и хорошел "град древян", оставаясь таким даже когда назвался уже Белокаменным. Так, в 1902 году в Москве насчитывалась 21 тысяча жилых строений, из них деревянными были 12 тысяч, то есть более половины.

Не в день Москва построена.

Москва веками строилась.

В этом ее отличие от Петербурга, стремительно поднявшегося из северных болот на глазах у изумленной России и Европы:

Москва строилась веками,

Питер - миллионами.

Но не обижалась старая столица, продолжала полегоньку-потихоньку расти и шириться. Издревле со всех концов Руси сюда съезжались плотники и каменщики, столяры и гранильщики

Ярославцы-красавцы,

Кострома - веселая сторона,

Олонцы добры молодцы...

Одним словом

Москва молодцев видала.

Каждый был на свой образец мастер. Но все одинаково гордились работой в первопрестольной, приговаривая:

О добре трудиться - есть чем похвалиться.

В поисках заработка стекались в Москву не только умельцы, но и люди "отчаянные", во всем надеявшиеся на авось. Нанимались в артели - и вскоре слышали о себе:

Селедкой Москву белит!

И было это ох как не сладко, ведь

При хорошем плотнике у плохих руки трясутся.

Шли в Москву и крестьяне, которых нужда срывала с земли. На сей счет говорилось:

За ремеслом ходить - землю сиротить.

Так-то оно так, да куда денешься? В деревне лихо, а вот, слыхать,

Москва ржи не молотит, а лучше деревенского едят.

Ох уж это магическое "слыхать"... Обнадеженно глядел вдаль какой-нибудь Пахом или Авдей, покидая с котомкой за плечами родные места:

Поехали в Москву за песнями!

А вот песни чаще всего складывались невеселые. Надежда на то, что в Москве "хорошо разживешься", обманывала многих. Порой теряли даже то последнее, что имели:

Город что боров: хрюкнет и сожрет.

Работникам из деревни платили гроши, да вдобавок их нещадно обсчитывало мелкое начальство:

Три деньги в день, куда хочешь, туда и день.

Работнику алтын, а подрядчику полтина.

Вывод мог быть только один:

От трудов праведных не наживешь палат каменных.

Жилось в огромном городе трудно. Ночуешь в ночлежках, экономишь каждый грош, а все равно досыта не ешь. Да:

Москва кому мать, а кому мачеха.

Москва что доска: спать широко, да кругом метет.

В Москве толсто звонят, да тонко едят.

Царство Москва, а мужикам тоска.

Хороша Москва, да не дома.

В итоге:

Каков приехал, таков уехал.

За спасибо кум в Москву сходил.

За спасибо мужичок в Москву сходил, да еще полспасиба домой принес.

С грустью кланялся бедолага напоследок:

Прощай, Москва, золотые маковки.

И уже по дороге к родной стороне думалось:

Москва - царство, а своя деревня - рай.

Родимая деревня краше Москвы.

Мил тот уголок, где резан пупок.

На стороне добывай, а дома не покидай.

И вот возвращается мужик в свое Горелово или Неелово, а его встречают насмешливым вопросом:

Что, показали тебе Москву в решете?

Отвечал на то "краткосрочный" москвич:

Говорят, в Москве кур доят,

а коровы яйца несут.

А пришли - ни молока, ни яиц не нашли.

Только ни для кого это не урок. И по весне пойдут другие на Москве счастья пытать...

Москва потеху любит

Плачет человек? Что ж, говорили москвичи, поплачет да и перестанет. Ведь

Москва слезам не верит.

Москва слезам не потакает.

Москва потеху любит.

А потому москвич И плачет, а пляшет.

Для того-то в первопрестольной столько ряженых, гусельников, рожочников, песельников, скоморохов. Московские скоморохи - особ статья. Затейники, каких свет не видывал: и спляшут, и споют, и прибаутками потешат так, что слушатели животики надорвут, и фокус покажут. При этом

У всякого скомороха свои погудки.

Иной обыватель скажет:

Не учи меня плясать, я сам скоморох.

Но на самом деле этому хвастуну до настоящего скомороха "семь верст грязью плыть":

Всяк спляшет, да не как скоморох.

А и у скомороха жизнь не сахар. Хотя и говорили:

Скоморохова жена всегда весела, -

Говорили, скорее, для красного словца. А в жизни и по-другому бывало:

В ину пору и скоморох плачет.

Скоморох голос на гудке настроит,

а житья своего не устроит.

А тут тебя еще частенько так аттестуют, что и вовсе не обрадуешься:

Бог дал попа, а черт скомороха.

Но это, как говорится, профессионалы. А были и просто балагуры-любители. О тех, кто избрал шутовство своим промыслом и слонялся из дома в дом, потешая людей за деньги на свадьбах, именинах и прочих торжествах, с пренебрежением говорили:

Он шутит по Москве.

Тех же, кто дарил свое веселье бескорыстно - жаловали:

Людям на потешенье,

всему свету на удивленье.

И было за что. На все случаи жизни находились московские острословы. Например, о дураковатом верзиле говорили:

Ростом с Ивана (то есть с колокольню Ивана Великого),

а умом с болвана.

О любителях всем и всякому резать правду-матку в глаза:

Прям, как московская оглобля.

О бесцеремонной гостье:

Расселась, как купчиха московская!

О безудержных мечтателях:

Кабы я был царем,

украл бы пять рублей в казне,

пошел бы в кабак да напился!

О слишком жидких щах:

В них вся Москва видна.

О человеке, побывавшем в велик-городе, но ничего примечательного для себя не увидевшем:

Ездил мешок в Москву!

Об алчущих славы:

Про тебя в Москве в лапоть звонят!

Москва шутит - а провинция отшучивается:

У нас дураков до Москвы не перевешаешь.

Если бы... За "если бы" в Москве сто рублей дают.

Так это и идет вот уже сколько веков..

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий