регистрация / вход

Смоленская крепостная стена

Предшественники крепости. Построение стены. Архитектурные и технические особенности. История памятника. Смоленская война 1632-1634 гг.. История памятника. Смоленская стена во второй половине XVII века.

Смоленская крепостная стена.

Предшественники крепости

В настоящее время оборонительные сооружения Смоленска представлены остатками крепостной стены, созданной Федором Конем, и фрагментами предшествующего ей земляного вала. Несмотря на относительно позднюю дату этих сооружений, есть основания предполагать, что город был укреплен уже в начальный период своего существования, о чем свидетельствует упоминание Смоленска как города во вводной части "Повести временных лет", а также оценка его укреплений Константином Багрянородным ("Об управлении государством"), который назвал крепостями только Киев, Смоленск и Витичев.

Самыми ранними укреплениями на территории современного Смоленска считают вал вокруг Соборной горы. Как остатки этого вала трактуют повышения в южной и северной частях верхней площадки городища на Соборной горе. Мнения о том, являлась ли Соборная гора местом первоначального города, разделились. Одни исследователи (Писарев С.П., Орловский И.И., Раппопорт П.А.) отвечают на этот вопрос утврдительно. Другие (Авдусин, Сапожников Н.В.) указывают, что верхняя площадка горы в древности была значительно меньше, чем сейчас. Кроме того, в раскопках не обнаружено переходных слоев X-XI века, так что валы могут быть укреплениями либо дославянского городища VI-VIII века, либо укреплениями возникшего здесь при постройке Успенского собора и появлении епископского подворья культового центра города.

На планах города XVII века показываются валы, которые можно разделить на несколько частей. Первая часть - так называемый Старый город. Он шел примерно от западного отрога Георгиевского оврага вдоль современной ул. Ленина, упираясь западным окончанием в восточный склон бывшего Козловского оврага, далее, продолжаясь на противоположной стороне, примыкал к западному отрогу оврага, по которому в древности протекал Смолигов ручей. На противоположной стороне он шел примерно по тому месту, где сейчас расположен городской драматический театр, и упирался в восточный отрог Пятницкого оврага (см. Сапожников Н.В.). О датировке этого вала нет единого мнения (от времени Аскольда и Дира до княжения Ростислава). Существование укреплений в прибрежной части города является проблематичным. Писарев С.П. и Орловский И.И., ссылаясь на "Наказные воеводские памяти смоленским посадским старостам и объездным головам" 1608 года, в которых говорится о проезде вдоль берега Днепра, считают, что подходы к городу с этой стороны были достаточно безопасны, кроме того, требовался проход к реке, поэтому укреплений там не было. Сапожников Н.В. считает, что укрепления здесь были. Они назывались в Разрядных книгах "Большим старым городом", в грамотах великих литовских князей фигурировали как "замок", а в документах начала XVII века - как "старый" или "Старый деревянный город". Кроме этого на основании анализа настилов деревянных мостовых при раскопках на ул. Соболева Авдусин доказал существование здесь уже в XII веке крепостных ворот. Скорее всего, Смоленская крепость в прибрежной части была выстроена из дуба (есть указания Меховского и Герберштейна). Срубы, составлявшие основу крепости, изнутри были забиты глиной и, вероятно, обмазаны ею же снаружи. Всего эти старые городские укрепления имели протяженность свыше 3.5 км и охватывали огромную территорию площадью примерно 65 га. "Старый город" просуществовал до начала XVII века, когда, потеряв свое прежнее значение, он уже в польское время был уничтожен.

Вторая часть укреплений - так называемый Пятницкий острог. На плане Гондиуса он показан в виде вала в западной части вне городской стены. Остатки внутривальных конструкций в виде массивных дубовых обгорелых бревен наблюдал в конце XIX века С.П. Писарев. Сапожников датирует эти укрепления концом XII века. Протяженность их оборонительной линии примерно 1.6 км.

Третья часть укреплений - "Новый город". На планах XVII века изображается черта валов, которая проходит параллельно линии стен крепости Ф. Коня от Авраамиевского монастыря до Королевской крепости. До настоящего времени вал частично сохранился у Авраамиевского монастыря и в Парке культуры и отдыха возле остатков королевской крепости; на остальном пространстве он был срыт в конце XIX века. В 1976, 1978 и 1981 гг. проводились исследования этого вала. Ширина вала в основании в Парке КиО достигала 27 м, ширина верхней площадки - 6 м. Высота вала колебалась, по-видимому, от 6 до 10 м. Земляная насыпь была укреплена плетневыми конструкциями из жердей, а сверху, скорее всего, был тын (см. Н.В. Сапожникова). Скорее всего, он был сооружен в 30-х годах XVI века. Смоленская крепость являлась одним из грандиознейших сооружений своего времени и не утратила своего значения с постройкой каменных стен и башен. Вал не раз спасал защитников Смоленска, когда каменные стены не выдерживали.

Существовал острог и в Заднепровской части города. Письменные источники сообщают о наличии укреплений в правобережной части начиная только со второй половины XVII века, но Н.В.Сапожников считает, что посад за Днепром был укреплен уже к началу осады 1609 года. На гравюрах Келлера 1610 года в заднепровской части показаны как каменные, так и деревянные укрепления, а также тын. Кроме того, в Разрядных книгах под 1586 годом говорится о "Большом каменном городе" в Смоленске, хотя комиссия по постройке крепости была создана только в 1595 году, а само строительство началось в 1956 г. В настоящее время никаких остатков оборонительных сооружений здесь не сохранилось, и даже земляная крепость - Кронверк, построенная по приказу Петра I в 1706 году, просуществовала лишь до 1830 г.

Построение стены

Подготовка к строительству каменной крепости вместо деревянной крепости времен Ивана Грозного началась в 1595 г. В том году князю В.А. Звенигородскому, С.В. Безобразову, дьякам П. Шипилову и Н. Перфирьеву царский указ предписывал спешно выехать в Смоленск, чтобы делать каменный город. Одновременно на это строительство был отправлен крупнейший русский зодчий того времени "городовой мастер" Федор Савельевич Конь, строитель Белого города Москвы, "государев мастер". В их задачу входила заготовка материалов, для чего в казну были отписаны кирпичные сараи и обжигальные печи, где производили кирпич. Сваи для фундаментов крепости делались и доставлялись крестьянами дворцовых сел по повинности, остальные работы производились наемными людьми. Известь жгли в Верховье, белый камень для фундаментов везли из Старицы и Рузы. К весне 1596 года подготовительные работы были закончены, и "ближний великий боярин" Борис Годунов лично приехал в Смоленск и в торжественной обстановке произвел закладку крепости. Вернувшись в Москву, он доложил царю Федору Иоанновичу, что новая крепость будет "ожерельем всей Руси православной".

В январе умер Федор Иоаннович, и взошедший на престол Борис Годунов продолжал внимательно следить за постройкой крепости, требуя производить работы с великим тщанием и поспешностью. Такое внимание объяснялось тем, что в январе 1603 года истекал срок 12-летнего перемирия с Польшей и Россия готовилась к новым столкновениям. Даже заключение в 1601 г. нового 20-летнего перемирия не добавило спокойствия - в 1601 г. ушел за литовский рубеж Гришка Отрепьев и объявил себя спасшимся царевичем Дмитрием. Да и Польша не отказалась от своих притязаний на Смоленское и Северское княжества.

Еще в 1599 году на стройке вспыхнул бунт из-за тяжелых условий труда. Положение дел осложнял начавшийся голод. В начале XVII века Россия испытала последствия общего похолодания и нарушения погодного цикла. Длительные дожди помешали созреванию хлебов холодным летом 1601 г. Крестьяне сажали незрелые семена и в итоге озимые во многих местах вовсе не взошли, а там, где взошли, их побили морозы. В итоге в 1603 году засевать поля было просто нечем. В одной Москве власти погребли в общих могилах "скудельницах" 120 тысяч человек. Правительство как могло старалось исправить положение. Пыталось сдерживать цены на хлеб на рынках, устраивало раздачи хлеба. В число мер входило и некое подобие "общественных работ" - в их число входила и Смоленская стена. В Смоленск было послано 20000 рублей и было велено предоставить голодающим работу на постройке стены. Для наблюдения за ходом работ был прислан особый смотритель - князь С.И. Долгоруков. Плата работающим была увеличена до 16 копеек в день, но эту прибавку быстро съело подорожание хлеба. Тем не менее работа быстро продвигалась к завершению. На строительстве стены трудилось до 6 тысяч человек, не только смолян, но и жителей других городов. В 1600 году кладку стен в восточной части вели даже глубокой осенью, чего раньше не делали. Этот участок потом оказался самым слабым, что помогло Сигизмунду III. Именно через этот участок поляки ворвались в город после 20-месячной осады.

В основном крепостная стена была закончена в 1600 году, но до 1602 года продолжались мелкие работы. В этом (1602) году стена была освящена. Ко дню освящения Борис Годунов прислал в Смоленск образ Смоленской Богоматери, писанный художником Посником Ростовцем за 2 р. денег и сукно в 2 р. Этот образ был поставлен в нише над Днепровскими воротами и считался чудотворным.

Смоленская крепостная стена. План

Архитектурные и технические особенности

Протяженность стены составляла в момент ее постройки около 6.4 км. (примерно на 3 км короче стен Белого города в Москве, также построенного Федором Конем). В состав крепости входило 38 башен, расположенных на расстоянии 150-160 м друг от друга.

Основание смоленской стены состоит из дубовых свай, забитых в дно специально вырытого котлована. На берегу Днепра они вбивались рядами, а пространство между ними заполнялось утрамбованной землей. Затем в утрамбованную землю вбивались новые сваи, поверх которых клались толстые продольные и поперечные, врубленные друг в друга бревна. Клетки между продольными и поперечными бревнами заполнялись землей и щебнем. В других местах, например, в южной нагорной части Смоленска или же на холмах восточной части города, стена могла быть поставлена прямо на материк. Фундамент стены довольно широкий, сильно суживающийся кверху, сложен из больших белокаменных блоков. По отношению к стенам блоки верхнего уступа выдвинуты вперед на 7 см, а находящегося под ним - на 13 см. Внизу стена сложена из правильных, хорошо отесанных прямоугольных блоков белого камня длиной от 21 до 92 см и высотой от 20 до 34 см, количество рядов блоков от 3 до 20. Вверху - из хорошо обожженного кирпича, средние размеры которого 31 х 15 х 6 см. Вес кирпича в сухом состоянии 6,5 - 7,5 кг. Техника кладки полубутовая; она состоит как бы из двух вертикальных стенок, пространство между которыми заполнено бутом. Наружные стенки сложены из нескольких рядов кирпича, кладка лицевых рядов крестовая с плотными швами известкового раствора. Ряды кирпича, как правило, горизонтальные, но в северо-восточной части, где стена круто спускается к Днепру, они наклонны и как бы повторяют рельеф местности. Забутовка пространства между стенками состоит из околов белого камня, залитых известковым раствором. Местами в забутовке видны вкрапления из булыжных камней, каменных ядер и кирпичного боя. До верха стены бут не доходит, так как ближе к боевому ходу она сплошь выложена из кирпича. Ширина стены от 5,2 до 6 м, высота 13 - 19 м вместе с зубцами. Различия, по-видимому, зависят от характера мест расположения прясел.

Снаружи плоскость стены совершенно отвесна и только внизу она имеет слегка уширенный цоколь, ограниченный сверху белокаменным, полукруглым в разрезе валиком, который, выступая наружу на 10 см, переходит на башни и охватывает крепость по всему периметру. Цоколь имеет "прокладку" из трех, пяти, а местами и десяти горизонтальных рядов кирпича, расположенных между белокаменной кладкой и валиком. Эта "прокладка" четко выявляет валик, подчеркивая его горизонтальность, огромную протяженность и непрерывность.

Чтобы пропустить воду многочисленных ручьев, сбегавших по балкам и оврагам к Днепру, Федор Конь сделал в северной части стены специальные трубы. Это было важным инженерным решением, освобождавшим город от излишков ключевой воды и предотвращавших тем самым разрушение береговой стены. Трубы закрывались железными решетками, не дававшими возможности проникнуть в город вражеским лазутчикам.

Тыльная сторона стены расчленена арками, которые представляют собой как бы плоские, заглубленные в стену ниши. Одни из арок глухие, другие снабжены боевыми камерами. Как правило, между арками с камерами находятся по две глухие арки. Камеры арок довольно большие, сводчатые и весьма высокие. В плане они имеют квадратную форму (213 х 213 см) и снабжены глубокими (74 см) нишами. В торцовых стенках ниш камер находится подошвенный бой стены. Он состоит из небольших, расширяющихся внутрь печур и довольно узких, суживающихся наружу бойниц. Расстояние между внешними краями щек бойниц не превышает 20 см (городовой наряд подошвенного боя укомплектовывался орудиями мелких калибров). Снаружи арочные отверстия бойниц расположены непосредственно под валиком цоколя и по краям обведены двойными прямоугольными рамками из тесанного кирпича, напоминающими оконные наличники. Некоторые глухие арки снабжены пролазами ("калитками", "форточками"). Они предназначались для удобства сообщения жителей города с окрестностями и в случае необходимости могли быть полностью заложены.

Важной особенностью смоленской стены является второй, средний, ярус боя, расположенный в центре стены между валиком цоколя и зубцами. Как и у подошвы, он размещен в довольно просторных сводчатых камерах, выложенных в толще кладки. В плане эти камеры не только прямоугольные, но и трапециевидные. В сторону пространства крепости они открываются довольно широкими арочными проемами, размещенными в устоях арок. Между устоями с проемами находятся обычно по два сплошных устоя. Отсутствие следов каких-либо дополнительных устройств рядом в стенах позволяет утверждать, что в эти камеры поднимались по приставным деревянным лестницам. Боевые отверстия камер среднего боя, так же как и камер подошвенного боя, состоят из бойниц и расширяющихся внутрь печур и имеют снаружи двойное рамочное обрамление из тесанного кирпича. Однако здесь рамки снабжены треугольными фронтончиками, которых нет у подошвенного боя. Благодаря им оформление бойниц еще больше сближается с наличниками окон гражданских и церковных зданий.

В толще стен у воротных башен Федор Конь выложил также узкие сводчатые лестницы.

Ширина боевой площадки смоленской стены 4 - 4,5 м. (По преданию Борис Годунов говорил, что по ней можно проехать на тройке) Поверхность боевой площадки имела кирпичную выстилку, местами сохранившуюся и теперь под слоем дерна. С наружной стороны боевая площадка ограждена зубцами. Как правило, глухие зубцы чередуются с боевыми. Промежутки между зубцами имеют низкое заполнение, прикрывавшее воинов, стрелявших с колена. Бойницы зубцов трапециевидные, суживающиеся наружу. С лицевой стороны их размер около 17 см, изнутри - 34 см. Сверху бойницы зубцов перекрыты напуском кирпичной кладки. Высота зубцов "сажень", а "меж зубцов простого места от зубца до зубца по пол аршина и по десяти вершков". Зубцы в основном оканчиваются "ласточкиным хвостом", но на некоторых пряслах они ровные. На внутренней кромке боевого хода стояли столбы, служившие опорой для прогонов кровли и стояками для деревянных тетив ограждения. Сейчас столбы сохранились только на участке со стороны днепровского берега. В плане они квадратные, сечением 64 на 64 см ( 2 х 2 кирпича). Друг от друга столбы отстоят на 2,8 - 2,9 м. Одни из них опираются на шелыги арок тыльной части стены, а другие - на их пилоны. Стены и башни были покрыты тесом, судя по следам на боковой стене одной из башен, стропила стояли с наклоном примерно в 40 градусов, а кровля была двухскатной.

Основываясь на иконографических материалах и данных натурного исследования И.М. Хозеров в 20-х годах XX века установил, что первоначально Смоленская крепость имела по кирпичной кладке известковую побелку и раскраску. Хозеров установил, что кирпичная "прокладка" ее цоколя была гладко затерта известковым раствором, скрывавшим швы кладки, и забелена известью, причем в верхней части затирка была покрыта мумией и разграфлена белилами на три (в одном месте на четыре) ряда кирпичей, имитировавших структуру кладки. Мумией были окрашены также декоративные рамочные обрамления бойниц башен и прясел стены. Ленты такой же окраски опоясывали и средние части некоторых башен.

Крепость со стороны Днепра. Открытка начала XX века

Волкова (Стрелка) башня. Спасибо Олегу Захаренкову за уточнение

История памятника. Смоленская оборона 1609-1611 гг.

Со второй половины 1608 года польский король Сигизмунд III со своими сторонниками начал усиленно готовить поход на Московское государство с целью посадить на московский престол своего сына, королевича Владислава. Польский король был связан с определенными кругами московского боярства, недовольными своим царем Василием Шуйским. Кандидатура королевича примиряла многие группы бояр, каждая из которых претендовала на престол. К концу 1609 года стало ясно, что с помощью самозванца, Лжедмитрия II, завоевать Московское государство не удастся, партия Тушинского вора теряла своих сторонников. Последним доводом в пользу похода стал военный договор Скопина-Шуйского со Швецией о вечном союзе против общего врага - Польши.

Королю удалось собрать вначале относительно небольшое число войск - около 12 тыс. человек. Пехоты около 5,5 тыс. чел., гусар - 3,3 тыс., казаков - 1,5 тыс. Впоследствии подошло много различных отрядов польских войск и казаков и в распоряжении короля оказалась почти 30-тысячная армия. Лучшей войсковой частью была наемная пехота из немцев и венгров в количестве 1130 чел., под командованием Вайера. Правда, в начале осады польские войска не располагали достаточным количеством артиллерии. С королем выступили многие паны: Лев Сапега (литовский канцлер) с собственным полком, маршал Дорогостайский, несколько кастелянов - варшавский, краковский - и ряд старост. Во главе войска стоял гетман Жолкевский, вначале скептически относившийся к планам короля.

В распоряжении Смоленского воеводы Михаила Борисовича Шеина было немногим более 5 тыс. человек (см. статью Б.П. Фролова), из которых 4000 - ополченцы из посадских людей и крестьян, плохо обученные ратному делу, и около 170 орудий. Смоленский гарнизон располагал достаточным количеством боеприпасов, в основном складированных в подвалах Успенского собора Владимира Мономаха. Непосредственно обороной занимались порядка 2500 человек, остальные находились в резерве и представляли собой вылазную часть гарнизона. В основном вылазки приходилось совершать для пополнения запасов воды и дров.

5 сентября 1609 года Сигизмунд прибыл в Оршу, где задержался до 16-го, ожидая подвоза артиллерии и подхода брацлавского воеводы. 16-го числа он выступил из Орши и 20-го (из Баево) был послан в Смоленск Универсал или Манифест о сдаче города. Защитники Смоленска сдавать город отказались. Вскоре передовые части литовского канцлера и несколько казачьих рот подошли к Смоленску, где имели стычку с русскими войсками и вынуждены были отступить. Взять город неожиданным налетом не удалось. Через несколько дней подошли основные силы. Увидев, что к Смоленску подходит не небольшой отряд, а армия, руководимая королем, обороняющиеся зажгли посад. Причем посад за Днепром был зажжен уже фактически в присутствии польских войск, воспользовавшись тем, что ни Жолкевский, ни Сапега, уже подошедшие к крепости, не позаботились его занять, а расположились на Кловке.

Первый штурм продолжался 3 дня - с 25 по 27 сентября. В ночь на 25-е с двух сторон удалось незаметно поставить петарды на Копытецкие ворота на западе и Авраамиевские на востоке. Копытецкие ворота уцелели, а Авраамиевские удалось взорвать. К сожалению для поляков, рядом с минером не оказалось трубача, не был подан условный сигнал. Смоленские защитники зажгли факелы на стенах, и пушкари открыли огонь по подготовившимся к штурму войскам. Потерпев неудачу на востоке, поляки перенесли основные действия на северный участок, на Днепровские и Пятницкие ворота. Им удалось захватить шанцы и остроги прикрывавшие ворота, но смолянам удалось отступить в крепость. Некоторое время поляки вели интенсивный обстрел города, но, не располагая достаточным количеством осадной артиллерии, они не могли причинить серьезного вреда укреплениям, а раскаленные ядра, которыми бомбардировали город с целью вызвать пожары, тушились, к тому же приближалась дождливая осень. Поняв бесполезность новых попыток штурма, Сигизмунд III дал приказ перейти к осаде.

Уже в первую зиму осады в крепости начались тяготы. В нее собрались несколько десятков тысяч окрестных жителей. Не хватало помещений, где их можно было бы расселять, многие жили в землянках. Не хватало дров. Были проблемы с едой и водой. Протекающие по крепости ручьи были загрязнены нечистотами, а также тем, что в них стирали. Несмотря на то, что Шеин запретил сливать в ряд ручьев нечистоты и три дня в неделю стирать - использование воды из них усилило распространение болезней. Зимой 1610 г. хоронили по 20-40 человек в день, весной (в апреле) цифра достигала 100 человек в день.

До подвоза в конце мая орудий из Риги велась в основном минная война. М.Б. Шеин приказал оборудовать дополнительные "слухи". Несколько раз защищающимся удавалось взрывать минные галереи, которые вели поляки. 16 января 1610 года смоляне, докопавшись до польского подкопа, прежде чем взорвать его, установили в отверстии пищаль, заряженную картечью. Это был первый подземный бой. 27 января была новая стычка под землей. Смоляне использовали "смрадные ядра", начиненные селитрой, порохом, серой, водкой и другими смрадными веществами. Дважды в начале февраля при взрывах очередных галерей засыпало французского инженера Шембека, руководившего польскими инженерными работами (он все-таки остался жив).

В конце мая пришла артиллерия из Риги, а 10 июня под Клушиным (20 км севернее Гжатска) 9-тысячным корпусом Жолкевского было наголову разбито 20-тысячное русское войско Д. Шуйского, шедшее на помощь Смоленску. Это повлекло свержение в июле царя Василия Шуйского, приход к власти "семибоярщины", а 21 сентября 1610 года поляки вошли в Москву. Надежд у защитников Смоленска на снятие осады фактически не осталось, но они продолжали сражаться. 18 июля, сосредоточив у башен у Копытецких ворот практически всю осадную артиллерию, польским войскам удалось разрушить грановитую и соседние с ней башни (так у Д. Маковского и Б.П. Фролова). Теперь защищающиеся укрывались за старым валом, проходившим параллельно крепостной стене. 11 августа новый ожесточенный штурм - и снова он был отбит с большими потерями для польской стороны. В конце ноября была предпринята попытка четвертого штурма. У И.И. Орловского написано, что именно тогда, в ноябре, были разрушены западные башни крепости. В статье Д. Маковского утверждается, что мина не взорвалась и штурм был отложен.

Осада продолжалась. Зимой 1610/1611 гг. положение осажденных еще более осложнилось. Некому было добывать топливо. К лету 1611 года оставалось лишь около 200 человек, способных держать оружие. Однако только после того, как А. Дедешин, убежав из города, указал королевским войскам непрочное место на восточном участке стены и рассказал о бедственном положении гарнизона, был назначен 5-й штурм. В ночь на 3 июня поляки сделали приступ и Смоленск был взят. Шеин, сражавшийся на Коломенской башне с 15-ю товарищами, был взят в плен, отправлен в Литву, где пробыл 9 лет. Остававшиеся в живых смоляне укрылись в Успенском соборе вместе с семьями и имуществом и взорвали себя. Так закончилась 20-месячная оборона Смоленска.

Несмотря на поражение, смоленские защитники сумели в течение длительного времени оттянуть на себя большие силы интервентов, позволив собрать ополчение. Они служили примером борьбы всем жителям Московского государства.

Крепостные сооружения в целом выдержали суровый экзамен вместе с их защитниками. Во время осады были разрушены и больше не восстанавливались башни около Копытецких ворот.

История памятника. Смоленская война 1632-1634 гг.

Овладев Смоленском, поляки прежде всего занялись исправлением городской стены. На месте взорванной Грановитой башни и части стены была устроена пятиугольная земляная крепость в высоту городской стены. 3 бастиона этой крепости находятся снаружи, а 2 - внутри города.

К 1633 г. эта крепость была приведена в полный порядок, для чего были разобраны соседние с ней 2 полуразрушенные башни, а ближайшие части стены были сложены вновь, так, что концами своими они непосредственно примыкали к земляным валам крепости. Оставшимся материалом были намощены 3 наружных бастиона и сделаны приступы на 3 куртины. Кроме того, к прилегающим частям стены были сделаны длинные быки, и самые валы внизу обложены камнем.

Первую попытку вернуть себе Смоленск Россия предприняла уже в 1613-1617 гг., когда под Смоленск были посланы войска Черкасского и Бутурлина. С августа 1613 г. они стояли под стенами Смоленска, не предпринимая решительных действий, а позже были обложены еще и польскими войсками Гонсевского. В мае 1617 г. последний вытеснил Бутурлина к Белой, а в скоре подошло основное войско под командованием королевича Владислава. Из Смоленска войска польского короля пошли на Москву, и после неудачной осады поляками Троице-Сергиевой лавры между Россией и Польшей был заключен Деулинский мир, по которому Владислав отказывался от претензий на московскую корону, а Россия уступала Польше Смоленск, Рославль, Дорогобуж и ряд других городов.

Новая война за Смоленск развернулась в 1630-х годах. В апреле 1632 г. умер Сигизмунд и пытаясь воспользоваться обычным для Польши состоянием бескоролевья с его неурядицами и внутренней борьбой, Россия послала под Смоленск войско примерно в 35 000 человек. Помимо русских полков там были и иностранные наемные отряды. Во главе армии поставили воеводу М.Б. Шеина, так хорошо проявившего себя при обороне Смоленска, в помощники ему по началу был назначен знаменитый князь Дмитрий Пожарский, но он, сказавшись больным, отказался от похода, и в итоге товарищем Шеина стал окольничий Артем Васильевич Измайлов. Перед своим назначением Шеин, вернувшийся из польского плена, начальствовал Пушкарским приказом и непосредственно участвовал в приготовлениях к предстоящей войне.

Все действия русского войска в Смоленской войне 1631-1635 гг. отличает нерешительность. Это заметно уже по движению войска к Смоленску. Выступив в начале августа из столицы в Можайск, Шеин простоял там в ожидании отставших ратных частей и государевой казны до 10 сентября; переход в Вязьму отнял еще 2 недели. Объяснялся такой темп плохим состоянием дорог. Из Вязьмы выступили 2 октября, и в 20-х числах пришли в освобожденный от поляков Дорогобуж. Здесь простояли еще несколько недель, несмотря на настойчивые указы спешно идти под Смоленск. Наконец, в начале декабря царские полки подошли к городу. Таким образом, путь в 384 версты отнял у Шеина 4 месяца.

За это время поляки сумели преодолеть бескоролевье, королем был избран энергичный Владислав, и усилили слабый гарнизон Смоленска (который насчитывал вначале лишь около 1000 человек). Остыло стремление жителей города вернуться под власть Московского царя. Промедление войск расценивалось как слабость и входило в противоречие с поспешным объявлением войны.

Осадив город Шеин начал бить его пушками. Но малые пушки не причиняли стенам вреда. а большие осадные подошли только в апреле 1633 года. Только в начале февраля 1632 г. в Москву было доложено, что город совсем осажден и выйти из него и пройти в него невозможно. Около Красного стоял небольшой 5000-ный отряд под командованием Гонсевского и Радзивилла, который польский король Владислав послал на помощь Смоленску. Однако русские войска не предприняли против него никаких активных боевых действий, хотя перехваченные донесения сообщали, что ежели бы этот отряд был разбит, то вполне вероятно, что город бы сдался, потому что польские защитники города испытывали те же трудности с недостатком дров и еды, а также умирали от болезней и плохой воды как и русские защитники его в 1609-1611 гг.

17 марта, сразу после подвоза осадных орудий, началась бомбардировка города. Была разбита стена между Молоховскими и Еленинскими воротами (около Антифоновской и Евстафьевской башен), но приступа сделано не было. Два основных штурма произошли 26 мая и 10 июня 1633 г. В подкопе было взорвано 250 пудов пороху. Была разрушена грановитая башня и сильно пострадала Антифоновская. Но из-за плохого расчета камни взорванных стен и башен обрушились на готовящиеся к штурму полки. Кроме того все приготовления происходили днем, не внезапно. Поляки смогли устроить оборону за древним валом, проходившим параллельно стене. Неудачей закончилась и вторая попытка штурма. После этого русские войска вновь перешли к осаде.

В конце августа под Смоленск прибыли основные войска короля Владислава. В итоге численность польских войск под Смоленском достигла 20 тыс. человек. В начале сентября подошли еще около 15 тыс. запорожцев. Зная о бедственном положении защищающих Смоленск, Владислав решил сразу попытаться разблокировать город. Первая попытка прорваться (еще до подхода запорожцев) не удалась. Но 10-11 сентября польским войскам удалось захватить укрепления у Петропавловской церкви и по мосту установить сообщение между королевским лагерем и гарнизоном. Хотя осады уже как таковой не было, Шеин стал устраиваться в окопах на вторую зиму. Полякам в начале октября удалось обойти русские войска. 9-го октября русские пытались разблокироваться (переправившись на правый берег Днепра штурмом взять Жаворонкову гору), но поляки сумели отбить атаки русских войск. В итоге осаждающие сами оказались осажденными, и даже не в городе, а в окопах.

В Москве, узнав о полном обложении Шеиновых войск, естественно, перестали посылать подкрепления к нему, а стали готовить новую армию, главным воеводой которой был назначен князь Дмитрий Мамстрюкович Черкасский, а его помощником князь Дмитрий Михайлович Пожарский. Но сбор новой армии шел плохо. В начале января 1634 г. Черкасский и Пожарский доносили из Можайска (где собирались силы), что при них всего только 357 человек.

Войска Шеина таяли, свирепствовала цинга, не хватало топлива, за которым приходилось делать вылазки. Иногда эти вылазки заканчивались стычками с неприятелем и потерями. Так, в начале декабря большой отряд, попытавшийся скрытно выйти из русского лагеря, возвращаясь, попал в засаду гетмана Радзивилла и потерял до 500 человек. Когда совершился этот погром, в русском стане на глазах у Шеина разыгралась драма. Старший из иноземных полковников Лесли стал упрекать другого полковника, Сандерсона, что это он дал знать неприятелю о вылазке за дровами. "Ты лжешь!" - закричал Сандерсон; в ответ Лесли выхватил пистолет и, выстрелив прямо в лоб англичанину, положил его на месте. Это убийство осталось неразъясненным и ненаказанным: Лесли не захотел подчиниться суду Шеина. Были у русских войск и дезертиры, особенно в иностранных полках.

16 февраля 1634 г. было заключено соглашение о сдаче русскими войсками своих позиций и 19 февраля остатки русского войска оставив укрепления (а также отдав неприятелю около 120 орудий) ушли в Москву.

По возвращении в Москву Шеин со своим родственником Измайловым в апреле 1634 г. был казнен, обвиненный боярами в измене, а более родовитые воеводы были сосланы в Сибирь. Утверждалось, что он во время польского плена целовал крест польскому королю не воевать против него и именно по этому бездействовал во время осады и даже мешал другим. По слухам, ходившим в Москве (это можно прочитать у Адама Олеария в его описании путешествия в Московию и у В.И. Татищева), Шеин согласился на казнь из-за того, что ему было обещано помилование: нужно лишь было для "удовлетворения народа" возложить голову на плаху. Хотя он и имел доказательства своей невиновности, поверил "своекорыстным злодеям", вышел, увидел обман, закричал, но поздно - топор уже опустился на шею. Сюжет, несомненно, более похож на легенду. Поместья же казненных были конфискованы.

Историки не сомневаются в том, что прямой измены Шеина не было. Но вот оценка вины его в поражении русских войск в Смоленской войне различается у разных исследователей. Более подробно об этом можно прочитать в статье Д. Володихина.

История памятника. Смоленская стена во второй половине XVII века

В 1654 году на московский престол вступил Алексей Михайлович, а в Польше через три года королем стал Ян-Казимир. Притеснения православных в Польше вызвали восстание казаков под руководством Богдана Хмельницкого и присоединение левобережной Украины к России в 1654 г. Между Москвой и Польшей началась новая война. В феврале 1654 года русские войска стали стягиваться к польским границам, а в мае выступил к Вязьме и сам царь.

Моральное состояние польских войск было плохое. Дорогобуж и Белая были взяты без боя - поляки отошли к Смоленску, а посадские люди открыли ворота. В конце июня - начале июля войска Алексея Михайловича уже стояли под Смоленском. К 30 000 московского войска присоединились 2 казачьих полка, присланных Богданом Хмельницким. Защитников в Смоленске было всего около 2 тыс., пороху недоставало. Шляхта (в особенности православная) не шла на стены и не хотела работать на восстановлении укреплений. К тому же многим не выплачивалось жалование, так что участились случаи, когда защитники перебегали к осаждающим.

Первый штурм пришелся на 16 августа 1654 г. Пушками был сделан пролом в стене, но ворваться в город не удалось - русские войска были отбиты со стен. Штурм был, по всей видимости, направлен между Днепровскими воротами и Городецкой башней.

Отчаявшись отбить новые штурмы, поляки 10 сентября начали переговоры о сдаче города и 23 сентября 1654 года Смоленск был сдан.

Далее война с Польшей продолжалась с переменным успехом и в 1667 году завершилась Андрусовским миром, по которому Смоленск отошел к Москве.

Смоленская стена, испытавшая три осады (1609-1611, 1632-1634 и 1654 гг.) довольно сильно обветшала и нуждалась в серьезном ремонте. К этому времени она потеряла 4 башни - три во время осады 1609-1611 гг. (так называемый Королевский пролом) и одну в 1634 г. (Шеинов пролом). В 1658 г. смоленский воевода П. Долгорукий сообщает в Москву о плохом состоянии стены и получает распоряжение укрепить ее. У Шеина пролома устраиваются вал и ров, вычиниваются одна башня, восточные и северные участки стен, зубцы. Однако выполненный объем работ, по-видимому, был недостаточен. В 1668 году воевода снова пишет в донесении, что стена во многих местах не покрыта, на башнях и стенах много ветхих мест, рвы осыпались. На починку стены был введен особый налог. На эти деньги было покрыто 357 сажен стены, две башни, починены 32 лестницы, зубцы.

Сразу после перехода к России Смоленск становится скорее военным городом, нежели мещанским. В 1666 году у Аврамиевского монастыря образовывается Стрелецкая слобода, где размещается тысяча стрельцов. В заботе об укреплении православия в возвращенном городе идет строительство новых церквей. В 1674 году начинается разборка стен старого Успенского собора, взорванного в 1611 г., для строительства нового на том же месте, позже (в 90-х годах XVII века) строится каменный собор Вознесенского монастыря. Все это строительство требовало огромного количества стройматериалов и труда. Так, например, только на восстановление 15 сажен стены в 1673-1675 гг. было затрачено 283 тыс. кирпича, 2132 бочки извести, 80 пудов железа на связи, 792 бревна дубовых на сваи и т. д. Всего к 1679 г. на западной стене у Королевского пролома было построено вновь 60 саж. стены.

В 1692 г. опять смоленский воевода Иван Головин пишет, что "по его осмотру городовой стены худых и рухомых мест и башен оказалось много" (цитирую по книге И.И. Орловского). В мае того же года упала вся внешняя сторона Воскресенской водяной башни (придавив до смерти стрельца Ивашку Васильева с женой в своей избе). Для осмотра стены и исправления ее указом Приказа Каменных дел в Смоленск был направлен из Москвы "каменных дел подмастерье" Гур Вахрамеев. В начале июня того же года смета им была составлена и в июле послана в Москву. Она пестрит описаниями различных "порух" в башнях, зубцах, лестницах, печурах и водяных трубах. Вахрамеев осмотрел также и места кирпичных заводов, которых было много на посаде за Петропавловскою слободою на другой стороне Днепра.

До 1693 года каменные работы в Смоленске (не только по починке стены, но и по постройке соборов и др.) производились местными каменщиками из стрельцов, только для руководства из Москвы присылали опытных зодчих. В 1693 г. впервые из Москвы вместе с зодчим Осипом Старцевым, которого очень скоро сменил Данила Калинин, послали из приказа каменных дел каменщиков. (Но местные каменщики продолжали работать, так, кладку Вознесенского собора выполнили они) Летом того же года с тульских заводов Л. Нарышкина было приказано послать в Смоленск около 8000 пудов железа. Требовалось заготовить 1 миллион кирпича. Однако работы шли медленно, с проволочками. Несмотря на огромные усилия, оба пролома так и не были заделаны, а многие недостатки, отмеченные Гуром Вахрамеевым, мог наблюдать еще И.И. Орловский в начале XX-го века.

История памятника. Смоленская стена в XVIII - начале XIX вв.

Северная война 1700-1721 гг. вновь делает Смоленск важным стратегическим пунктом и вызывает особую заботу Петра I. Петр I и до Северной войны не забывал о Смоленске. В августе 1697 г. буря разметала кровлю на стене и на башнях, были сломаны даже некоторые зубцы стены. Получив донесение об этом, Петр дал указание исправить поврежденные зубцы и сделать новую кровлю (После этого крыша на стене уже больше не возобновлялась.) В августе 1698 года Петр, возвращаясь из-за границы, осмотрел город и обошел по стене всю крепость.

После начала войны в условиях возросшей мощи артиллерии крепостная стена нуждалась в дополнительных укреплениях. По инициативе Петра I в Смоленске были сооружены земляные укрепления. По всему внешнему периметру стены были сооружены траверзы, углублен и частью вырыт вновь ров, перед башнями сооружены бастионы. На правом берегу Днепра для прикрытия Днепровского моста был сооружен кронверк с двумя воротами и двумя подъемными мостами. Впоследствии этого укрепление называлось "Новой земляной крепостью". Под 5-ю или 7-ю башнями были устроены пороховые погреба. Поновлены земляные укрепления по обе стороны от Днепровского моста (на левом берегу, у крепости), существовавшие и ранее. (Прикрывающее место, где стена была пробита в 1654 г.)

Объем работ был огромным. В 1703 г., например, сделано 748 сажен бруствера, 17 траверзов, уложено дерном 283 сажени траверзов, поставлено в палисадах (они полностью окружали крепость) 15242 бревна, сделано в палисадах 60 ворот и 50 дверей, два моста, построен бастион у Молоховских ворот и т. д. Участвовало в этом "5545 человек с переменою пополам" (цитирую по статье А.Т. Смирновой).

В 1705-1708 гг. Смоленск стал базой русских войск в Северной войне. Здесь сосредотачиваются запасы, подкрепления и резервы. В 1705 г. Петр увез из Смоленска в армию походную артиллерию, стоявшую здесь со времен Алексея Михайловича. В 1707 г. сюда был прислан царевич Алексей для надзора и распоряжений по доставке в армию продовольствия и оружия. Царевич жил во дворце на Вознесенской улице. В июле 1708 г. Петр разбил под Лесной корпус генерала Левенгаупта, захватил весь его обоз и вынудил Карла изменить свои планы, заставив его вместо похода на Смоленск повернуть на плодородную Украину. В честь победы под Лесной в Смоленске было устроено торжественное празднование. На плацу (на месте нынешнего Блонье) Петр принимал поздравления. После Полтавской битвы, возвращаясь в Москву, Петр проезжал через Смоленск и был встречен там пушечной пальбой (салютом).

После Северной войны, в связи с ослаблением Польши, Смоленск начинает утрачивать свое значение и крепость приходит в запустение. В июле 1722 года по небрежности канонира взлетела на воздух Городецкая башня вместе с пороховым складом. Брешь была заделана кирпичом. В Королевском бастионе были устроены казематы для содержания политических заключенных. В 1743 г. какое-то время там содержался до заключения в Шлиссельбургскую крепость пойманный в Смоленске бывший император Иоанн VI.

При Екатерине II в 1763 г. все русские крепости были разделены по округам, Смоленская крепость была причислена к Лифляндскому округу. В 1773 г. по первому разделу Польши к России отошла Белоруссия, Смоленск оказался далеко от границы и его крепость была упразднена. Стены и башни начинают разрушаться. В 1782 г. были разобраны по ветхости Верзена (Иворовская) и Крылошевская 4-угольная башни. В конце XVIII века была разобрана Днепровская башня. Уже в 1787 г. над воротами была устроена деревянная церковь, а в 1795 году на ее месте заложена каменная, освященная в 1800 г. В 1811 г. эту небольшую церковь разобрали и на ее месте выстроили новую, более обширную.

Рядом с Воскресенской (Пятницкой водяной) башней был устроен арестантский острог. Сама башня была перестроена, и в 1808 в ней была устроена церковь во имя св. Николая для арестантов.

История памятника. 1812 г.

В 1812 году, во время Отечественной войны с Наполеоновскими войсками, Смоленск вновь стал местом ожесточенных сражений. К этому времени сохранились 29 из 38 башен стены. Однако проломов на месте потерянных башен не существовало - они были засыпаны валами и заложены бревнами. Стена была по-прежнему окружена рвом и глубокими оврагами. Сохранялись и петровские земляные укрепления.

Наполеон планировал разбить две наших армии (Багратиона и Барклая) поодиночке. Это заставило русское командование принять план отступления в глубь России с целью соединения обеих армий. Сначала пунктом объединения был назначен Витебск, но Наполеон опередил 2-ю русскую армию, и решено было соединиться у Смоленска, что после длительных переходов произошло 22 июля. На состоявшемся совете планировалось дать решительное сражение, но из-за плохо поставленной разведки не было известно точное местоположение и движение французских войск. Они могли наступать на Смоленск как со стороны Витебска, так и со стороны Красного. Было решено выдвигаться в сторону Витебска, а в Красный для прикрытия была отправлена дивизия Неверовского. 26-го армии вышли на Рудню, но 27-го пришло известие, что Наполеон собрал много войск в Поречье, и движение было приостановлено. Барклай перевел войска с руднянской на поречскую дорогу, а Багратион продвинул свои войска обратно к Смоленску. Потом пришло известие, что Поречье свободно, а французы сосредоточены у Витебска, и Барклай снова вернул свои войска на руднянскую дорогу. Багратион тоже должен был оставить Смоленск.

В то время, когда наши армии удалялись от Смоленска, Наполеон, бывший со своими войсками на правом берегу Днепра, неожиданно переправился на левый берег и пошел через местечко Ляды на Красный. Впереди шла конница Мюрата и пехота Нея. 2 августа Неверовский увидел перед своим небольшим отрядом (около 8 тыс. чел., в основном новобранцы) основные силы неприятеля. Понимая, что от него зависит фактически спасение всей армии, он послал гонцов с известием о французах, построил свою дивизию на большаке и стал отступать шаг за шагом. Когда конница производила атаки, отряд поворачивался лицом к неприятелю и подпустив его шагов на 20, поражал огнем. Так было отбито около 40 атак. Неверовский потерял около 1.5 тысяч человек, но такое его отступление помешало французским армиям врасплох захватить Смоленск. Получив известие от Неверовского Багратион немедленно послал приказ Раевскому идти на выручку. К счастью Н.Н. Раевский только на 12 верст отошел от Смоленска и уже 3 августа был там.

Смоленск надо было защищать, так как если бы Наполеон занял его, он оказался бы к Москве ближе, чем все наши войска. Но оборона города 4 августа была делом тяжелым, так как у Раевского было около 15 тысяч войск, а неприятель подводил к городу до 100 000 своих солдат. К этому времени из Смоленска уже уехало большое количество народу (в том числе губернатор и архиерей). Увезли и икону Смоленской Божьей Матери.

С утра 4 августа конница Мюрата атаковала нашу кавалерию, стоявшую на берегу Днепра против Рачевки, и оттеснила ее в предместье. Затем пехота Нея пошла в атаку на Королевский бастион. Неприятель почти взобрался на крепость, но был опрокинут Орловским полком, поддержаный Ладожским и Нижегородскими полками. Неприятель, видя неудачу первых приступов, устроил батареи и стал бить стены города, поддерживая артиллерию стрелками.

Около часу дня к месту сражения прибыл сам Наполеон. Примерно в это же время на другой стороне Днепра появилась наша 2-я армия Багратиона, а к вечеру подошел и Барклай с 1-ой армией. На военном совете в ночь на 5 августа было решено ввиду отсутствия у Смоленска хорошей позиции для сражения, а также возможности обходного маневра французов, 2-й армии отступать по московской дороге, а 1-й расположиться для прикрытия отступления на правом берегу Днепра, после чего отступать самой. В ночь на 5 августа корпус Д.С. Дохтурова сменил в Смоленске Раевского, который уходил вместе со 2-й армией Багратиона. Пушки были расставлены на Молоховских воротах, в крепостных башнях, на Королевской крепости и в Мстиславльском предместье, а также на высотах на правом берегу Днепра.

Бой завязался с раннего утра, но Наполеон не развивал всех своих сил, ожидая, что русские армии выйдут из города и вступят в сражение. Получив известие об отступлении Багратиона, он дал команду начать общую атаку на город. Ней атаковал Краснинское предместье, Даву - Мстиславльское, Понятовский - Никольское предместье и Рачевку. Особо отличились поляки, которым Наполеон сказал перед началом сражения: "Поляки - Смоленск принадлежит вам!" Неприятелю удалось было занять предместье у Молоховских ворот (там атаковал Даву), но 4-й егерский полк из корпуса принца Евгения Вюртембергского штыковой атакой вновь выбил неприятеля в поле.

В этот день Смоленск был разрушен почти полностью артиллерийским огнем и пожарами. Из 2500 домов остались только 350. Защищать дальше развалины Смоленска было трудно и опасно. Барклай приказал Дохтурову ночью вывести войска из города за Днепр и сжечь за собой мост. Уходя из города, войска взяли с собой икону Одигитрии (надвратную), переданную в первую батарейную роту капитана Глухова из 3-й пехотной дивизии. Во время похода ее возили перед войсками на ходу разбитого зарядного ящика.

6-го утром французы вступили в пустой город. Около 8-ми утра через Никольские ворота въехал и сам Наполеон. Заняв город, неприятель тотчас же попытался проникнуть за Днепр и стал наводить мосты. Заняв московскую дорогу, Наполеон мог снова разделить наши армии, так как Барклай стоял на дороге в Поречье и Санкт-Петербург. Ночью 7 августа Барклай, выставив заслоны стал окольными путями переходить на московскую дорогу. Кровопролитное сражение произошло при деревне Лубино. Оно позволило вновь соединиться нашим армиям.

Вскоре единым военачальником всех русских сил был назначен Кутузов, 26 августа произошло Бородинское сражение и 2 сентября Наполеон вошел в Москву, где продержался до 10-го октября. Не сумев пройти на калужскую дорогу, наполеоновские войска вынуждены были возвращаться старым смоленским путем, и 17 их передовые части вновь вступили в Смоленск. 22 октября наши войска выбили французов из Вязьмы, а в ночь на 23 октября выпал снег, поднялась вьюга и стукнул мороз до 18 градусов ниже ноля.

28 октября казаки атамана Платова разбили вице-короля при переправе через реку Вопь (он пытался пройти к Духовщине). В этот же день Наполеон вторично вступил в Смоленск. Ожидания французских войск, страдавших от холода и голода, найти в Смоленске приют и обильные запасы не оправдались: город лежал в развалинах. Чтобы оградить от расхищения те немногие запасы, которые были собраны, Наполеон приказал закрыть Днепровские ворота и не пускать солдат в город. Но те ворвались в город, разбив ворота и разграбили то, что было приготовлено для наполеоновской гвардии. Выступление французов из Смоленска началось в последний день октября. 2 ноября рано утром выступил и Наполеон. За ним оставили город вице-король и Даву. Последним ушел Ней. Ему было приказано взорвать башни и стены города. Всего последовало 8 взрывов. Остальные были предупреждены русскими войсками, следовавшими по пятам за отступавшими французами. Так, майор 20-го егерского полка Горихвостов, увидев с Покровской горы взрывы башен, успел вынуть фитили у 8 башен, под которые были заложены мины. Были взорваны 9 башен: Воскресенская, Никулинская, Богословская, Казанская, Козодавлевская, Малая 4-угольная, Стефановская, Молоховские и Лазаревские ворота. Пострадал и Королевский бастион.

Русские войска продолжали теснить неприятеля. 6-го ноября под Красным были разбиты несколько дивизий Даву и Нея. За сильное поражение, нанесенное Наполеону под Смоленском, Голенищеву-Кутузову был пожалован титул Смоленский.

10-го ноября в город вернулась надвратная икона. Она после Краснинской битвы была возвращена по приказанию Кутузова.

История памятника. Смоленская стена в XIX веке (после 1812 г.)

После 1812 года Смоленск лежал в развалинах. За заботами об удовлетворении насущных нужд жителей стена была совершенно забыта. Она продолжала числиться в ведении военного ведомства, но средств на ее восстановление не выделялось. Наоборот. В связи с восстановлением и новым строительством большого числа зданий в Смоленске кирпич стал чрезвычайно дорог и груды кирпича от разрушенных башен и участков стены пошли в дело. Смоленские губернаторы разрешали в порядке благотворительности брать кирпич из развалин. Это приводило не только к расчистке завалов, но и к разборке ряда уцелевших участков. Интересно, что несмотря на то, что стена находилась в военном ведомстве, разрешение на разборку давали гражданские чиновники.

При смоленском губернаторе бароне Аше (умер в декабре 1820 г.) было разобрано около 30 саженей стены, в основном между днепровскими воротами и Черепичной (Кастеровской) башней. Кроме того, при Аше вскоре после 1812 г. была окончательно разобрана Пятницкая башня, а в 1819 г. - Антифоновская. В 1815 г. взорванная французами Воскресенская башня была восстановлена вместе с существовавшей в ней церковью во имя св. Николая Чудотворца.

Следующий губернатор Смоленска И.С. Храповицкий (был губернатором в 1820-1829 гг.) тоже дал разрешение даром разбирать стену, что привело к утрате еще порядка 30 сажен стены.

В конце мая 1829 г. в Смоленск прибыл новый губернатор - Николай Иванович Хмельницкий. При нем в городе начинается настоящая строительная лихорадка с присущими любой лихорадке прожектерством и злоупотреблениями. В Смоленске появляются каменные мостовые на главных улицах, каменные здания полицейской части, Военный госпиталь на Покровской горе. Начинается строиться Московское шоссе. Смоленская стена (а также развалины старых храмов и прочих строений) служила поставщиком дарового материала для этих работ. В 1830 году была окончательно разобрана по ветхости круглая Шеинова башня на Казанской горе. Летом того же года сломали Кастеровскую башню. А после, в 1833 году, осенью, на месте этой башни была заложена новая круглая башня меньших размеров. Ее окончили летом 1834 года, и она получила прозвание Красной (за цвет кирпича) или Пороховой. Строительство обошлось в 200 тысяч, по поводу чего, говорят, Николай І выразился в разговоре с наследником: "Ну, брат, Саша: кажется, в России только мы с тобой одни не крадем". 3 сентября 1833 г. (по старому стилю) на месте разрушенной французами Молоховской башни был заложен храм во имя Благовещенья Пресвятой Богородицы. Храм был заложен в память посещения Смоленска Николаем I в 1832 г. Материалом послужил кирпич из развалин старой башни. По желанию Николая храм возвели в виде башни с зубцами, он соответствовал общему стилю крепостной стены и башен. Освящен он был в день рождения Николая в июне 1840 года. Большое количество злоупотреблений, дорогое строительство и прочее было поставлено в вину Хмельницкому, он был снят с должности и даже заключен в Петропавловскую крепость. В общей сложности при Хмельницком было разобрано до 50 саженей стены.

В 1842 году Смоленская стена была официально передана от военных в гражданское ведомство, что, впрочем, не сильно изменило ее состояние. Денег на ремонт стены не выделялось, она по-прежнему продолжала ветшать. В 1850 году губернатор Шкляревич приспособил под архивы 3 башни (Копытенская, Тупинская (Громовая) и Моховая), при этом был изменен внешний вид этих башен, несмотря на то, что это не дозволялось. Изменение внешнего вида вызвало гневную рецензию Императора Николая I. Но все равно строились различные планы разборки стены. В конце концов, в 1867 г. было решено разобрать 530 сажен (из 1820 сажен, сохранившихся к тому времени) стены и 3 башни, материал, полученный при разборке, продать, а вырученные от этого средства направить на укрепление оставшейся части стены. Стену спасла обычная российская неторопливость в выполнении решений, успели разобрать только около 30 саженей. В июне 1868 года последовало Высочайшее повеление разборку стены прекратить. Александр II написал на докладе министра внутренних дел: "Смоленская городская стена, представляющая собою один из древнейших памятников отечественной истории, назначена к сломке. Было бы желательно более внимательное охранение древних памятников, имеющих, подобно Смоленской стене, особое историческое значение". Во исполнение Высочайшей воли в Смоленск был командирован академик архитектуры К.Я. Маевский. В своем заключении Маевский писал, что главная причина разрушения стены - это разборка ее местными жителями. Для сохранения стены по предложениям архитектора необходимо было во-первых строжайше запретить дальнейшую разборку стены, во-вторых отбить отслоившуюся кирпичную облицовку, которая угрожала обрушением, отвести воды и укрепить овраги. Предполагалось, что оставшуюся часть стены возможно укрепить за 30 лет при ежегодном выделении на эти работы по 2000 руб. В 1868 и 1869 гг. на восстановление стены было выделено земством 2500 руб., кроме того, направлены на эти же цели средства, полученные от продажи материала разобранных в 1867 г. участков стены. Был даже нанят стенной сторож, которому платили по 10 руб. ежемесячно. К сожалению, уже в 1879 г. финансирование прекратилось. Земская Управа сообщала в 1871 г., что система Маевского не предотвращает дальнейшего разрушения стены, что появляются новые отслоения облицовки, башни имеют много трещин. Управа предложила для исправления стены передать башни под жилые помещения, архивы, склады и т. д.

В 1874 году на месте пустыря рядом с Королевской крепостью губернатором А.Г. Лопатиным был разбит сад, получивший впоследствии его имя. Был очищен и наполнен водой пруд, через него (пруд) перекинут мостик, на бастионах были высажены цветы, в укромных уголках устроены гроты.

В 1876 году для осмотра стены и составления сметы в Смоленск приезжали председатель Московского археологического общества А.С. Уваров и архитектор Артлебен, но смета в итоге так и не была составлена. В 1880 г. городской глава Смоленска А.П. Энгельгардт стал ходатайствовать о передачи стены городу. Несколько лет шла переписка между земством, городом и министерством внутренних дел. Стена ремонтировалась только в некоторых местах, так, в 1885 году был произведен ремонт башни у Никольских ворот. А тем временем, несмотря на запрет, стена по-прежнему продолжала использоваться в качестве каменоломни. Только теперь тайно: подкапывались под стену и ночами выносили камень. В связи с тем, что земство не могло предотвратить разборку стены, в 1888 году стена была передана в ведение особой комиссии во главе с губернатором.

В 1888 году приехал академик В.В. Суслов по ходатайству Смоленского городского управления о приспособлении Евстафьевской башни для нужд водопровода. В конце XIX века участились также просьбы об устройстве новых проломов и форточек для сообщения между слободами, разраставшимися за пределами стен и центром города. В 1896 году императорская комиссия была вынуждена разрешить пролом у Никольских ворот (он был выполнен в виде арки в 1898 г.) Городскому управлению было рекомендовано выяснить план будущих разрастаний, чтобы ходатайства о проломах не стали принимать случайный характер.

Список литературы

И.Андреев. Об измене неизменявшего // Родина, 1997 №6. Стр 32-37

Архитектурные памятники Смоленской области. Каталог. М., 1987. Стр. 115-121

Д. Володихин. Честь воеводы //Родина, 1998 №2. Стр. 42-43

В.М. Вороновский. Отечественная война 1812 г. в пределах Смоленской губернии. СПб., 1912 г.

Д.И. Иловайский. Новая династия. М., 1996. Стр. 290-350

Л.С. Журавлева. Смоленская крепость // Вопросы истории. 1993. №4. Стр.151-154

В.В. Косточкин. Государев мастер Федор Конь. М., 1964. Стр. 71 - 119

Д. Маковский. Осада Смоленска // Смоленская оборона 1609-1611. Смоленск, 1939, стр. 84-143

И.И. Орловский. Смоленская стена 1602-1902 гг. Смоленск, 1902.

П.П. Покрышкин. Смоленская крепостная стена // Известия императорской археологической комиссии, выпуск 12. СПб, 1904. Стр. 1-25

Н.В. Сапожников. Оборонительные сооружения Смоленска (до постройки крепости 1596-1602 гг.) // Смоленск и Гнездово. М., 1991. Стр.50-79

Смирнова А.Т. Крестьяне на строительстве крепостной стены в г. Смоленске во второй половине XVII в. // Землевладение и повинности феодально зависимых крестьян. Смоленск, 1982. Стр. 27-39

Б.П. Фролов. Героическая оборона Смоленска в 1609-1611 гг. // Военно-исторический журнал, 1987, №6. Стр. 73-78

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий