Смекни!
smekni.com

Эволюционизм и креационизм в науке и религии (стр. 1 из 2)

Хунджуа А. Г., Неделько В. И.

Сегодня идут ожесточенные споры о правомерности присутствия эволюционизма в религии и креационизма в науке. Главная причина этих споров – абсолютизация научного знания. До сих пор бытует мнение, что наука может всё объяснить и всему найти истинную причину. Отсюда возникает стремление использовать научные методы и научные термины в богословских вопросах. Попытки аллегорического толкования книги Бытия с использованием эволюционных идей усилиями Шардена де Тейяра привели к созданию «христианского эволюционизма». Приверженцы «христианского эволюционизма» есть и среди православных (о. В. Родзянко, о. А. Мень, о. Г. Коляда и их последователи, в том числе преподаватели православных учебных заведений, духовных семинарий и академий, всем известный дьякон А. Кураев).

Другим путём идёт «научный креационизм», пытающийся из подходящих научных фактов строить свои «креационные теории» в строгом соответствии с буквальным прочтением Библейских текстов (но в полном несогласии с представлениями, укоренившимися в биологии, геологии и космологии). В целом имеет место попытка создать научно-религиозный «полуфабрикат», а, попросту говоря, попытка «впрячь в одну телегу коня и трепетную лань», считая при этом науку коренником, а религию пристяжной.

Попытка не новая. Успешное функционирование науки и религии как единой системы имело место в Европе в Средние Века, однако сегодня и наука другая, и христианство не едино - православное учение со временем все более и более расходится с католическим и протестантским. Поэтому надо проанализировать цели и средства науки и религии, причём сделать это надо в рамках понимания их как познавательных систем, т.е. систем, продуцирующих научные и религиозные знания, лежащих в основе научного и религиозного постижения Мiра. (Наука и религия являются понятиями широкого толкования, под которыми можно понимать совокупность знаний, социальный институт, познавательную систему и т. д.).

Научная познавательная система

Естественные науки занимаются формированием моделей объектов и явлений материального мира и исследованием их с целью поиска научных истин. При этом построение моделей естествознания представляет собой упрощение наблюдаемых объектов и явлений (в большинстве случаев упрощение кардинальное) до того предела, при котором их можно анализировать логически, а лучше и математически.

Математика оперирует с символами и числами, поэтому числа, описывающие свойства моделей, должны определяться посредством измерений. Чтобы классифицировать числа, им задают определенные размерности, и строго говоря, на этом связь с объектами материального мира обрывается. Всё, что может дать математика – это, если можно так выразиться, анализ и комментарии.

Процесс научного познания подразумевает, что объекты и явления материального мира характеризуются набором числовых величин, связанных функциональными зависимостями. Однако следует помнить, что далеко не все свойства можно охарактеризовать числами и измерить их, да и не все измеряемые величины можно функционально связать. Поэтому научная модель дает всегда ограниченные и неполные знания об объекте материального мира.

Числовой образ объектов материального мира полезен, прежде всего, потому, что позволяет проводить операции не с реальными материальными конструкциями, а с их числовыми эквивалентами на бумаге, и уже окончательную «бумажную модель» переводить в реальную конструкцию и проверять её состоятельность с помощью измерительных процедур. При этом сколь угодно сложная модель может ответить только на вопрос «сколько?», но не на вопрос «почему?». Впрочем, при ответе на вопрос «почему?» модель иногда позволяет выстроить количественные характеристики в причинно-следственную цепочку порождающих друг друга чисел. Эта цепочка может быть короткой, может быть длинной, но она всегда упирается в иррациональную бесконечность, смысл которой замечательно выражена в стихотворении Ф. Тютчева.

Знак бесконечности похож

На опрокинутую восемь,

Она отраднейшая ложь,

Какую мы в сознанье носим!

С «бесконечностями» в естествознании надо быть поосторожнее. Утверждение «о первичности материи и о бесконечности её свойств» не поддаётся ни опыту, ни воображению, т.е. по своей природе абсолютно необъективно. Но именно оно лежит в основе всего современного естествознания, образует фундамент модели материального мира, который и является предметом науки.

Наука как предмет человеческой деятельности подвержена историческим изменениям, т.е. в различные исторические времена она имеет различные критерии научности, выполнение которых и давало право моделям на жизнь. В современной науке также содержатся такие критерии. Основные из них: опытная проверяемость, воспроизводимость, доказательность, непротиворечивость, причинность. Если для модели выполнены все критерии научности, то она является научной истиной (теория или закон), т.е. истиной в рамках заданных условий и области существования. При выполнении только части критериев ранг модели понижается, и она носит название феноменологической, гипотетической, мифической, метафизической. При этом гипотетическая, мифическая и метафизическая модели включают философские умозаключения, которые всегда субъективны, и хотя формально входят в систему научного знания, но принимаются на веру.

Кроме того, в совокупность научного знания входят некогда общепринятые, но позднее отвергнутые наукой модели, без которых невозможно описать ход истории научной мысли. Сегодня принято исторически различать науку архаичную, античную, средневековую, науку нового времени и современную. Каждому из перечисленных этапов развития науки были присущи свои модели и свои критерии научности, естественно, отличные от ныне принятых. Отметим, что модели, удовлетворяющие этим критериям, не были ошибочными на тот момент, поскольку имели «знак качества» от научного сообщества своего времени. Модель следует рассматривать вместе с действующими в её время критериями научности, иначе придется признать, что поскольку и сегодняшние модели со временем перестанут отвечать уровню развития науки, то и в настоящий момент времени следовать им необязательно, а это вряд ли продуктивно. Так, например, в первые века по Р. Хр. наука переживала античный период развития, и научное знание трактовалось как систематизация повседневного обыденно-практического опыта. В рамках данного критерия Василий Великий в «Шестодневе» использует некоторые модели (например, рождение биологических объектов из воды, существование «живородящих мошек»), которые позже стали ошибочными – но это уже в другие времена, когда появились другие экспериментальные возможности и, соответственно другие критерии научности. Поэтому неправильно считать, что Василий Великий ошибался, он лишь как высокообразованный человек своего времени использовал общепринятые в то время модели (не он их придумывал и вводил в обиход), которые с нынешних позиций, безусловно, неверны и кажутся просто наивными.

Научные модели оперируют с числами, они не могут адекватно описывать качества, и потому инертны по отношению к ценностям. Отметим, что в науке и качественно различные объекты пытаются сравнивать и классифицировать количественно – например, восходящая линия происхождения человека строится на основании измерений объема черепа (хотя связать объём с интеллектом пока никому не удалось). И этот пример принципиален – в науке модели созданы только для объектов материального мира, а в материальном мире есть только материя, существующая в различных формах, и ни одна из них не является предпочтительней для материального мира: будь то ботанический сад или городская свалка. Более того, II начало термодинамики говорит, что самый естественный и наиболее вероятный процесс – это превращение сада в свалку.

Не утихают разговоры об ответственности учёных за свои действия. Долгие годы учёных обвиняли в создании атомного оружия. Сегодня более модно упрекать за попытки клонирования человека, но эти упрёки, прежде всего, следует отнести к тем, кто финансирует науку. Без должного финансирования никаких бомб сделать невозможно – ведь речь идёт не только о разработке идей и конструировании изделий, но и о производственном процессе, в который были вовлечены сотни предприятий по всей стране, как в США, так и в СССР. Критиковать же учёных за изучение и разработку моделей цепных ядерных реакций – явная нелепость. Другое дело, что, почувствовав, к чему идёт дело, можно было бы и отойти от этой работы, но за своё решение каждый учёный несёт ответственность, прежде всего перед Богом. Но, вот за что учёные, безусловно, должны нести ответственность, так это за некритичность к своим исследованиям, а порой и за откровенную ложь, с целью получения приоритетного финансирования, и всяческих благ, как материальных, так и моральных (почёт, научные степени, правительственные награды и т.д.). Задумаемся, во что обошелся полувековой поиск решения проблемы управляемого термоядерного синтеза, и каков результат на сегодняшний день? Посмотрим, будут ли соответствовать результаты программы по нанотехнологиям, тем обещаниям, которые слышны от некоторых высокопоставленных научных мужей, или нас ждёт очередной «пшик».

Христианская православная познавательная система

Как познавательная система, православная религия дает знание, как людям спастись от зла и найти дорогу в Царствие Небесное. Система содержит набор фундаментальных утверждений (истин о Бытии), выраженных в образной форме в Священном Писании (сборник книг, составляющих Библию). Поскольку Священное писание дано нам Богом, то система является совершенной, полной и истинной. Полнота означает, что система не требует никаких дополнений, а истинность – что она не содержит противоречий и неверной информации.