Гуманистическая педагогика Адольфа Дистервега (стр. 2 из 4)

Дадим же и мы его характеристику со слов Вихарда Ланге, его друга и нынешнего редактора “Rheinische Blatter”.

“Дистервег был среднего роста, широкоплеч, с короткой шеей. Под выдающимся вперед, тонко изваянным лбом, густые брови осеняли глубоко лежавшие блестящие два глаза, которые говорили и о чуткости и мощи ума и о добродушии и мягкости сердца. Тонкий римский нос под острым углом отделялся из-под выступа лобной кости. Вокруг почти безгубого, резко очерченного рта обыкновенно играла саркастическая и все же добрая улыбка. Подбородок, красиво сформированный, сравнительно большой и массивный, казалось, указывал на крупную силу воли. Живость и подвижность всего его существа выражалась в частых движениях лицевых мышц и в привычке проводить рукой по лысой голове. Настоящим оратором он не был и обыкновенно выражался короткими, отрывистыми фразами, оттеняя речь оживленной жестикуляцией. Но когда его охватывало жившее в нем воодушевление к своему призванию, что случалось, разумеется, нередко — его речь всегда производила глубокое и благотворное впечатление на слушателей. Возбуждающая сила, исходившая от этого духовно неистощимого, оригинального человека, была беспримерна. Ученикам, старшим и младшим, юношам и детям в его присутствии нельзя было не быть внимательными: где бы он ни появлялся, там пробуждались жизнь и всестороннее умственное движение.. Не полицейским надзором, не строгой дисциплиной, поддерживал он своих учеников на добром пути. Его душевное благородство возбуждало и в юношах подобное же состояние души, и его великие стремления находили себе отголосок и в их сердцах: сами юноши большею частью поднимались выше рутины. Да и впоследствии между бывшими учениками и учителем не было тех преград, которые почти всегда отделяют элементарного учителя от своего академически образованного коллеги. Его строгие требования, его часто бесцеремонные замечания и выговоры отвращали от него только людей с низменными чувствами. Кто же хоть сколько-нибудь был в силах понимать необычную умственную жизнь, тот всегда относился к нему с благодарностью и благоговением”. [3]

В 1832—41 он создал в Берлине 4 учительских общества, а в 1848 был избран председа­телем «Всеобщего немецкого учительского союза». В июле 1848 Дистервег вместе с депутатами «левой» фракции прусского национального собрания подписал «Записку 23», авторы которой вы­ступали против конфессиональной школы и требовали единой народной школы для «всех детей нации без различия состояний и будущего призвания». Дистервег, хотя и призна­вал религию в духе рационалистического христианства, в сво­их статьях протестовал против опеки церкви над шко­лой и критиковал церковные догматы, называя их «ре­лигиозным абсолютизмом». [4;747]

В 1847 году Дистервег был отстранен от службы за «опасное воль­нодумство», в 1850 году последовала его окончательная отставка, а 1,2 и 3 октября 1848, в министерство Раумера, были изданы знаменитые “три прусские регулятивы”. Можно себе представить чувство Дистервега при этом двойном ударе: быть вырванным из той стихии, с которой сросся всей душой, и до конца жизни видеть лишь упадок дела, которому служил.
В последние десятилетия жизни мы видим “школьного учителя Германии” хотя на верху славы и популярности, но “не у дел”.
Много и отдельных брошюр вышло из-под его пера. Но он не был литератором по призванию. Всей душой этой деятельности он не мог отдаться. 7 июля 1866 года, 76-летний старец, еще полный сил, как показывает его чудный по содержанию и форме доклад городу Гамбургу, скончался, чтобы вечно жить в памяти и своего народа и всех тех, кому дороги интересы образования.

Блестящий педагог-практик, Д. был автором св. 20 учебников и руководств по математике, нем. языку, естествознанию, географии, популярной астрономии. Его «Руководство к математической географии» («Lehr-buchdermathematischenGeographic...», 1840) и «Эле­ментарная геометрия...» («ElementareGeometriefiirVolksschulenundAnfangeriiberhaupt», 1860) были пе­реведены на русский язык, пользовались широкой извест­ностью. Из-под его пера вышли: Спорные вопросы из области педагогики, Письма о воспитании и обучении, Педагогическое путешествие по Дании, Педагогическая Германия, Учебник космографии, Методическое руководство к классному обучению счету (в сотрудничестве с Гейзером), Учебник к классному обучению счету, Хрестоматия для обучения и чтения, Практический курс немецкого языка. В 1835 был напечатан основной труд Д. «Руко­водство к образованию немецких учителей» («WegvveiserzurBildungfurLehrerunddieLehrerwerdenwollen»), 1-я часть его посвящена общим вопросам педагогики и дидактики, а 2-я, написанная при участии учителей,— преподаванию отдельных предметов. [3]

2 Глава. Педагогика А. Дистервега. Принципы, правила.

2.1. Принципы воспитания А. Дистервега

Высказав мысль о ведущей роли обучения в процессе воспитания подрастающего поколения, Дистервег пытался найти основные принципы воспитывающего обучения, которыми должен руководствоваться в своей деятельности каждый учитель.

Принцип природосообразности. Природосообразность воспитания предполагает определение возможного для данного возраста и пола ребенка уровня развития субъективных личностных свойств, на формирование которых следует ориентироваться; опору на мотивационно-потребностную сферу учащихся конкретного возраста; преодоление противоречий, характерных для данного возраста и проявляющихся в социальной ситуации развития и в ведущем виде деятельности; построение возрастно-психологической диагностики и коррекции поведения с учетом принятой в науке периодизации возрастов.[5]

Дистервег ста­вил во главу угла "развивающе-воспитательное и образова­тельное обучение". Он предлагал в воспитании и обучении следовать природе человека, учитывать индивидуальные и возрастные особенности ребенка. [1;238] «Развитие — всеобщий признак, основной закон жизни, как вообще свободное развитие — лозунг нашего времени. Всякая тварь, человек, народ, могущие развиваться без помехи - счастливы, свободны. По мере сил содействовать всеобщему развитию — вот обязанность каждого отдельного человека» - говорит Дистервег. Также он подчёркивал, что, только зная психологию и физиологию, педагог может обеспечить гармоничное разви­тие детей. В психологии он видел «основу науки о воспитании». Как и Песталоцци, Дистервег полагал, что чело­век обладает врождёнными задатками, которым свой­ственно стремление к развитию. Задача воспитания - возбудить задатки, чтобы они могли самодеятельно раз­виваться. «Без возбуждения не может быть развития.. Воспитывать — значит возбуждать. Теория воспита­ния является теорией возбуждения» [4;748] Подобно Руссо и Песталоцци, Дистервег использовал принцип при­родосообразности в качестве одного из средств борьбы против феодаль­ной педагогики. В противоположность схоластической педагогике, игно­рировавшей природные возможности, склонности и интересы детей, он полагал, что школьное обучение должно опираться на естественные си­лы, заключенные в ребенке. Каждый человек от рождения обладает суммой определенных способностей, которые при правильно организо­ванном воспитании развиваются, а при неумелом — могут заглохнуть. Чтобы способности ребенка не заглохли, учитель должен постоянно за­ботиться об их развитии, предоставляя детям возможность применять свои силы, знания и умения на практике.

Требование Дистервега относительно учета индивидуальных особен­ностей детей в процессе воспитания и обучения тесно связано с требо­ванием одновременного изучения этого процесса. В работе «Принцип современной педагогики» он писал: «Ничто не совершается против при­роды вещей, то же самое в мире детей. Поэтому современная педагоги­ка старается понять законы естественного развития ребенка, чтобы по­могать этому развитию с самого начала, пусть даже эта помощь будет состоять только в устранении препятствий. Так как природа вещей не может быть выдумана из головы, может быть понята только эмпириче­ским, а не спекулятивным путем, то стремящаяся к разумности педаго­гика обращается к опыту и наблюдению, к людям, которые показали себя в этом деле мастерами»

Таким образом, Дистервег приходит к выводу, что правильное, ра­зумное воспитание детей должно строиться на основе знания законов естественного развития ребенка. Изучение этих законов — задача дет­ской психологии, которой он придавал очень большое значение. Психо­логию он даже называл «основной наукой науки о воспитании», хотя и признавал, что в его время она еще не была подлинной наукой и де­лала лишь свои первые шаги. На основе изучения психологических особенностей детей и подрост­ков [7;65]

2. Принцип культуросообразности означает организацию учебно-воспитательного процесса на основе определенной внешней, внутренней и общественной культуры. Он писал, что «... в воспита­нии необходимо принимать во внимание условия ме­ста и времени, в которых родился человек или пред­стоит ему жить, одним словом — всю современную культуру в широком и всеобъемлющем смысле слова, в особенности культуру страны, являющейся родиной ученика». [4;748] Считая, что учитель и воспитатель всегда должны принимать во внимание потребности своего времени, своего народа, Дистервег указы­вал на очень большое значение преподавания отечественной истории и географии, родного языка и родной литературы. Однако к правильно­му пониманию общественного характера воспитания он прийти не мог. Идеалистически представляя себе взаимоотношение между человеком и обществом, Дистервег считал, что сущность человека определяется природными, внутренними качествами, присущими ему от рождения. Поэтому-то и принцип культуросообразности подчинен у него принципу природосообразности.