Смекни!
smekni.com

Педагогика "жизненного реализма" (стр. 1 из 3)

Если оценивать педагогического мыслителя по оригинальности и прогностичности его идей, то, несомненно, Дмитрий Иванович Менделеев (1834-1907) не только выдающийся ученый, но и крупнейший педагог своего времени. Его педагогическое наследие - это не только статьи по животрепещущим вопросам образования, которые актуальны и сегодня, но и десятки учеников, которые оставили свои воспоминания о нем. А своим учителем его считали и основоположник русской физиологии И.М. Сеченов, и такой выдающийся ученый-аграрий, как К.А. Тимирязев, и основоположник учения о ноосфере В.И. Вернадский.

Подчеркнем, что осознание того, кем являлся Д.И. Менделеев для отечественного образования, было присуще и его современникам. В докладе на Первом менделеевском съезде по общей и прикладной химии 28 декабря 1907 г. профессор С.И. Залеский подчеркнул, что "в лице Д.И. Менделеева воскресает как бы второй Ломоносов, берет на себя наследие своего великого предшественника и, умножив в стократ, передает с сознанием исполненного гражданского долга благодарному потомству... Им создан и начертан продуманный и своеобразный план развития народного образования, и с этим планом, и обосновывающими его доводами и соображениями не могут не считаться и на будущее время не только наши педагоги и передовые люди, но и лица, и учреждения, которым вверена ближайшая забота о просвещении в России" [1, с.1].

В юбилейный год 175-летия со дня рождения Дмитрия Ивановича Менделеева необходимо с современных позиций обратиться к системе его педагогических идей и взглядов, которые в итоге отлились в целостную и самобытную педагогику "жизненного реализма". При этом важно проанализировать не только его педагогические идеи, но и проследить путь личностного становления ученого, понять, что подняло его на ту высоту, которую по праву занимает этот универсальный гений.

В зрелые годы Д.И. Менделеев любил подчеркивать, что жизнь он посвятил трем Служениям - Науке, Образованию (Просвещению) и Промышленности. Выбор этих великих служений не случаен и связан во многом с семьей, в которой вырос Дмитрий Иванович.

По отцовской линии его дедом был священник Павел Максимович Соколов, заложивший в семье основы духовности. По существовавшему тогда обычаю, если несколько братьев становились священниками, только один из них оставался с прежней фамилией. Другим же приходилось брать иную фамилию. Так будущий отец Дмитрия, Иван Павлович, взял фамилию соседского помещика и стал Менделеевым.

С отцом связаны истоки научной и образовательной ипостасей в личности Д.И. Менделеева. Иван Павлович был высокообразованным человеком. Он окончил Петербургский педагогический институт, работал в гимназиях Саратова и Пензы учителем философии, изящных наук и политической экономии. А с 1827 г. он становится директором Тобольской классической гимназии. Незаурядный ум, высокая культура, творческий подход к преподаванию выделяли И.П. Менделеева в окружавшей его учительской среде.

Мать будущего великого ученого - Мария Дмитриевна - происходила из купеческой семьи Корнильевых, которые в начале XIX в. играли значительную роль в экономической, общественной и культурной жизни Западной Сибири, являлись родоначальниками тобольского книгопечатания. У них была большая библиотека, одно из лучших книжных собраний того времени в Сибири. Так генетически закладывались у Дмитрия такие будущие служения как Просвещение и Промышленность.

Детские годы Дмитрия прошли в обстановке материальной нужды. Почти сразу после его рождения, семнадцатого и последнего ребенка, семью Менделеевых постигла беда. Катаракта поразила глаза И.П. Менделеева и вынудила его оставить место директора гимназии. Заботу о семье взяла на себя мать - Мария Дмитриевна. По воспоминаниям современников, это была "умная, энергичная и образованная по тому времени женщина, без систематического образования" [2, с.157].

Она перевезла большую семью, оставшуюся без средств к существованию, под Тобольск, где располагался стекольный завод ее брата. Управляя заводом, Мария Дмитриевна смогла обеспечить семью. Это событие, которое маленький Митя вряд ли мог тогда понять, привело к тому, что все раннее детство он провел в деревне.

В семь лет, на год раньше, чем это было положено по закону, Дмитрий становится гимназистом. Учился он неровно и очень избирательно, увлекаясь, прежде всего, математикой, физикой и историей, а к русской словесности и Закону Божьему был равнодушен. Но настоящим камнем преткновения для него стали языки - немецкий и, особенно, латынь. Свою, прошедшую через всю его жизнь, нелюбовь к латыни Д.И. Менделеев считал "если не врожденной, то, во всяком случае, привитой с очень раннего детства" [3, с.13]. Много позже Дмитрий Иванович напишет в "Заметках по вопросу о преобразовании гимназии": "... должно подготовить учеников к чтению на европейских языках, но отнюдь нельзя дать предпочтения мертвым языкам пред живыми" [4, с.358].

Как отмечал в этой связи С.И. Залеский, "врожденная идиосинкразия и тугоспособность к латыни считается некоторыми главным побуждением его дальнейших и упорных похождений против классицизма, чем-то вроде "предвзятого мнения". Менделеев-юноша, Менделеев-зрелый муж, Менделеев-старик всегда и во все времена убежденно пренебрегали классицизмом, острили над ним, относились к нему недружелюбно и считали его даже виновником разных бедствий России, до поражения в русско-японской войне и переживаемой ныне смуты включительно".

Вместе с тем необходимо отметить, что в гимназические годы произошла его встреча с рядом талантливых учителей, преподававших в Тобольской гимназии, учителем математики и физики И. Руммелем и учителем истории М. Доброхотовым. Но особо среди гимназических педагогов выделялся преподаватель русской литературы и словесности, известный поэт, автор сказки "Конек-Горбунок" П.П. Ершов, который в свое время был учеником Ивана Павловича Менделеева. После окончания гимназии в 1849 г. мать (отец к тому времени уже умер) повезла Дмитрия поступать в Московский университет. Однако по приезде выяснилось, что в соответствии с существовавшим тогда правилом выпускники Тобольской гимназии могут поступать только в Казанский университет. В результате стечения достаточно сложных обстоятельств Дмитрий Менделеев поступил в 1850 г. в Санкт-Петербурге на физико-математический факультет Главного педагогического института, которому по собственному признанию был "обязан всем своим развитием". Позднее в статье "О направлении русского просвещения и необходимости подготовки учителей" (1900) Д.И. Менделеев рельефно охарактеризует роль этого института в своем становлении как ученого и педагога и, проанализировав этот период своей жизни, предложит на данной основе модель подготовки педагогов. Особенно высоко Д.И. Менделеев оценивал значение расписки, которую давали при зачислении в институт. Согласно этой бумаге, которая писалась собственноручно будущим выпускником, он обязывался поехать работать на восемь лет туда, куда решало послать его руководство института. Вспоминая свои переживания по этому поводу, Д.И. Менделеев напишет: "Оно, во-первых, удивило, во-вторых, было как-то лестно чувствовать себя уже решающим свою судьбу, в-третьих, заставило много и не раз подумать о том, что каждому из нас предстоит" [5, с.30]. Примерно такой же эффект, по замечанию Дмитрия Ивановича, расписка оказала и на его товарищей, заставив задуматься даже самых беспечных.

Д.И. Менделеев выделил ряд факторов, связанных с организацией образовательного процесса в Главном педагогическом институте, которые содействовали его становлению как ученого и педагога. Так, в качестве важной составляющей успеха обучения он указал отлаженный быт студентов, отсутствие отвлекающих от учебы внешних материальных забот. "Все было казенное", - констатирует Менделеев, имея в виду "квартиру, стол и книги".

Но главное, что увидел Дмитрий Иванович в институте, - это "первоклассные профессора". Курсы по математике читал выдающийся математик М.В. Остроградский, физику - академик Э.Х. Ленц, но особое воздействие на становление ученого оказал профессор А.А. Воскресенский, которого Менделеев позднее называл "дедушкой русской химии". Именно А.А. Воскресенский большое внимание уделял опытам, исследовательской деятельности студентов. В результате, как писал Д.И. Менделеев, "юный пыл тут не погасал, а разгорался, ему давали всю возможность направляться к делу науки, и она захватывала многих людей уже на всю жизнь" [4, с.370].

Большое влияние оказывало интенсивное общение внутри студенческой среды, беспрерывное обсуждение предстоящей деятельности, ее нюансов, которые не раскрывались, по мнению Д.И. Менделеева, на курсах педагогики, освещавших все "верхним светом". В результате в 1855 г. из стен Главного педагогического института Дмитрий Иванович вышел с убеждением, что России нужен учитель с подвижным умом, ориентированным не столько на методики преподавания, сколько на любовь к науке, и умеющий эту любовь передать своим ученикам.

Непосредственный учительский опыт самого Д.И. Менделеева оказался довольно коротким. Всего два года он преподавал естественные науки в Ришельевском лицее в Одессе. Молодого и талантливого ученого не забыли его институтские профессора, которые способствовали его приезду в Петербург, где в сентябре 1856 г. он защитил магистерскую диссертацию. Позднее его утвердили в звании приват-доцента, и начался длительный период профессорско-преподавательской деятельности Д.И. Менделеева в Петербургском университете, продолжавшийся 33 года. С этим очень насыщенным для Д.И. Менделеева временем связаны и его первые выступления и публикации по вопросам российского образования.

В целом в генезисе системы его педагогических идей и взглядов можно выделить два периода:

I. 1870-1890-е гг., когда Д.И. Менделеев был сосредоточен на научно-педагогической деятельности и эпизодически выступал в периодической печати с публицистическими статьями и заметками, посвященными вопросам образования. Причем внутри этого большого периода можно выделить три этапа, связанных с тем, какая страта системы образования находилась в центре его внимания. Здесь есть определенная последовательность, заданная ступенями системы образования: 1870-е гг. - проблемы средней школы; 1880-е гг. - вопросы высшего, преимущественного университетского образования; в 1890-е гг. в центре внимания оказываются вопросы технического образования и того, что можно отнести к сфере дополнительного образования.