Религиозное воспитание в семье

Сущность понятия "религиозное воспитание", его основа. Задачи и средства формирования мировоззрения. Рациональный и мистический уровень воспитания. Влияние религиозного учения на воспитание ребенка в семье. Изучение уровня религиозного воззрения семьи.

Оглавление

Введение

Глава 1. Теоретические основы религиозного воспитания

1.1 Понятие религиозного воспитания

1.2 Задачи и средства религиозного воспитания

Выводы по 1 главе

Глава 2. Исследование влияния семьи на религиозное воспитание детей

2.1. Семья как орган религиозного воспитания

2.2 Исследование уровня религиозного воззрения семьи

Выводы по 2 главе

Список литературы

Приложение


Введение

Актуальность исследования

Вопрос воспитания является одним из важнейших вопросов человеческого существования, так как имеет прямую и непосредственную связь с эволюцией человечества. Имея целью способствовать выявлению внутренней сути человека и образованию его характера, воспитание создает самого человека.

Традиционно основным институтом воспитания человека, начиная с момента его непосредственного рождения и кончая, порой, его становлением как зрелой личности, была и остается семья. Именно в семье совершаются первые шаги по воспитанию будущего человека, по привитию ему определенных качеств, идей и взглядов. Свои первые жизненные уроки человек получает в семье, именно здесь под влиянием сложившегося окружения начинает происходить формирование его будущего характера. То, что ребенок в детские годы приобретает в домашнем окружении, он сохраняет в течение всей последующей жизни. Важность семьи как института воспитания обусловлена тем, что в ней ребенок находится в течение значительной части своей жизни, и по длительности своего воздействия на личность ни один из институтов воспитания не может сравниться с семьей. В ней закладываются основы личности ребенка, и к поступлению в школу он уже более чем наполовину сформировался как личность. Семья – это особого рода коллектив, играющий в воспитании основную, долговременную и важнейшую роль.

Как быть с религиозным воспитанием детей? Это вопрос, который родители задают себе очень часто. Люди, по привычке совершающие религиозные обряды, предписывают своим детям следовать семейной традиции. Другие, чьи религиозные убеждения поколебались вследствие научных доводов или нравственных убеждений, напротив, чувствуют необходимость порвать с религией. Одни осознают, что их взгляды претерпели со временем заметные изменения и несравнимы с прежними детскими представлениями о вере, поэтому не считают нужным давать детям какое-то особое религиозное образование. Другие, независимо от того, каковы их нынешние взгляды, хотят, чтобы их дети прошли такой же путь, какой выпал на их долю, и чтобы дети, повзрослев, смогли самостоятельно сделать свой выбор. Эти родители считают: если ребенка с раннего детства не воспитывать в религиозном духе, у него позднее не будет иного выбора, кроме атеизма. Несмотря на различные мнения, как правило, все сходятся в двух позициях, а именно — всем хотелось бы, чтобы дети были знакомы с их религией и выросли с четкими представлениями о нормах морали и хорошего поведения. Верующие люди к тому же убеждены, что их вера и молитвы — большая помощь и поддержка всем, кому предстоит преодолевать сложности жизни.

Однако, необходимо заметить, что феномен религиозности относится к одному из массовых и стойких общественных явлений. И сегодня можно наблюдать значительное усиление интереса к религии не только в самых разнообразных социальных странах, но и в семьях, где велика власть культурных традиций. Кроме этого деятельность религиозных организаций России, связанная с сохранением традиций и ценностей народа (а главной ценностью часто выступает семья), сопровождается активным неприятием ныне пропагандируемых установок общества потребления, индивидуалистических, прагматических ориентации. И сегодня религия становится одним из основных признаков этнического самосознания.

Объект исследования: семья как фундаментальный социальный институт.

Предмет исследования : педагогические условия воспитательного процесса в семье.

Цель работы: изучить особенности религиозного воспитания детей в семье.

Гипотеза исследования состоит из предположения о том, что религиозное воспитание в семье будет организовано успешно, если:

· высок уровень религиозной воспитанности родителей;

· будет основываться на традициях духовности;

· учтены особенности социокультурного окружения детей;

Задачи исследования :

1. Раскрыть сущность понятия «религиозное воспитание».

2. Определить задачи и средства религиозного воспитания.

3. Выявить влияние религиозного учения на воспитание ребенка в семье.

В работе были использованы следующие методы исследования :

1. Теоретические: анализ и обобщение психологической и педагогической литературы по проблеме исследования.

2. Эмпирические:

· анкетирование;

· метод обработки данных

Методологической основой исследования являются философско-педагогическая концепция В.В.Зеньковского, А.В.Мудрика.

Экспериментальная база : 10 семей русской национальности.

Структура: курсовая работа состоит из введения, двух глав, выводов, заключения, списка литературы, приложения. Общий объём работы составляет 38 печатных листа.


Глава 1. Теоретические основы религиозного воспитания в семье

1.1 Понятие о религиозном воспитании

Воспитание - одна из основных категорий педагогики. Тем не менее, общепринятого определения воспитания нет. Одно из объяснений тому - его многозначность. Воспитание можно рассматривать как общественное явление, как деятельность, процесс, ценность, как систему, воздействие, взаимодействие и т.д. Каждое из этих значений справедливо, но ни одно из них не позволяет охарактеризовать воспитание в целом. Тем не менее в отечественной педагогической литературе можно выделить несколько наиболее известных попыток общих подходов к раскрытию понятия «воспитание».

Определяя объем понятия «воспитание», многие исследователи выделяют: воспитание в широком социальном смысле, включая в него воздействие на человека общества в целом, т.е. фактически отождествляют воспитание с социализацией; воспитание в широком смысле, имея в виду целенаправленное воспитание, осуществляемое системой учебно-воспитательных учреждений; воспитание в узком педагогическом смысле, а именно - воспитательная работа, целью которой является формирование у детей системы определенных качеств, взглядов, убеждений; воспитание в еще более узком значении - решение конкретных воспитательных задач (например, воспитание определенного нравственного качества и т.д.) [15; с.34]. Давая содержательную характеристику воспитания, одни исследователи выделяют умственное, трудовое и физическое воспитание, другие - нравственное, религиозное, трудовое, эстетическое воспитание, третьи - добавляют правовое, полоролевое, экономическое воспитание. Процесс религиозного воспитания не является одномерным. Он включает в себя несколько измерений, которые в равной степени необходимы для формирования целостной личности. Иными словами, в религиозном воспитании важно то, что в современной педагогике называется холистическим, то есть целостным подходом. Какие же аспекты включает в себя холистический подход применительно к воспитанию в духе религиозной традиции? Несомненно, в процессе религиозного воспитания очень важным является привитие навыков благочестия, религиозного образа жизни, в том числе во внешних формах и проявлениях. Подлинное воспитание должно способствовать проявлению, раскрытию этого образа в жизни человека. Человек, получивший такое образование, думает и действует в соответствии с началом, заложенным в него Богом; в каждом своем поступке и суждении он пытается соответствовать мировоззрению, в котором центральное место занимает Бог.

Главным вопросом воспитания, таким образом, становится вопрос формирования мировоззрения [2; с.1]. Именно такой холистический подход к воспитанию важен в современной России. Сегодня, согласно статистике, свыше 60% населения нашей страны тем или иными образом связывают себя с православной традицией. Однако процент тех, кто регулярно ходит в храм, значительно меньше. В связи с этим важно понять, что следование определенным нормам жизни, диктуемым православной традицией, — это не только принятие «православной бытовой субкультуры», которая связана с внешними формами религиозной жизни: бытом, лексиконом, способом одеваться и т.д. Религиозное воспитание не может быть направлено лишь на включение человека в эту субкультуру. Само по себе это включение, конечно, важно, однако его недостаточно, поскольку значительное количество наших соотечественников, которые хотя и идентифицируют себя с Православием, тем не менее, не достаточно воцерковлены и поэтому окажутся невосприимчивыми к такому религиозному воспитанию. Тому большинству наших соотечественников, которые хотя и не ведут пока активной церковной жизни, тем не менее, ассоциируют себя с православной традицией, важно получить некую мировоззренческую опору в жизни. Это и должно стать целью современного религиозного образования и воспитания [2; с.1].

Религиозное воспитание осуществляется священнослужителями; верующими агентами социализации (родителями, родственниками, знакомыми, членами религиозной общины и пр.); педагогами конфессиональных учебных заведений (как основных - средних школ, колледжей и пр., так и дополнительных - воскресных школ, библейских кружков и др.), в ряде стран - преподавателями религии в светских учебных заведениях; различными объединениями, в том числе детскими и юношескими, действующими при религиозных организациях, или под их влиянием; рядом светских детских и юношеских организаций (например, скаутов); средствами массовой коммуникации, находящимися под контролем религиозных организаций; культурным наследием (литературой, искусством, философией и пр.) [5; с.119].

В основе религиозного воспитания лежит феномен сакрализации (от лат. sacrum - священное), т.е. наделения явлений окружающей действительности священным содержанием, придания божественного смысла обыденным мирским процедурам через их обрядовое освящение.

Выделяют два уровня религиозного воспитания - рациональный и мистический [11;с.184].

Рациональный уровень включает в себя три основных компонента - информационный, нравственный и деятельностный, содержание которых имеет конфессиональную специфику. Так, в православии информационный компонент - это тот объем знаний, который воспитуемые получают по истории церкви, богословию, догматике, священной истории; нравственный - научение воспитуемых преломлению собственного опыта через требования христианской морали; деятельностный - участие в богослужениях, церковное творчество, дела милосердия.

Мистический уровень тесно связан с рациональным, и его можно охарактеризовать лишь настолько, насколько он в нем проявляется. Мистический уровень в значительно большей степени, чем рациональный, имеет специфический характер в различных конфессиях. Например, мистический уровень православного воспитания определяет следующие моменты - подготовка и участие в церковных таинствах, домашняя молитва, воспитание чувства благоговения и почитания святынь [11;с.184].

В процессе религиозного воспитания используются различные формы, многие из которых аналогичны по внешним признакам формам социального воспитания (урочная система, семинары, лекции и пр., клубы для различных групп верующих, праздничные мероприятия, любительские хоры, оркестры, экскурсии и т.д.), но приобретают сакральный смысл, наполняясь специфическим для религиозного воспитания содержанием.

В процессе и в результате религиозного воспитания у верующих формируются специфические для той или иной конфессии ценностно-нормативная система, особенности мышления и поведения, стиль жизни, а в целом - стратегии адаптации и обособления в социуме [6; с.440].

1.2 Задачи и средства религиозного воспитания

Каковы же основные задачи религиозного воспитания? С одной стороны, подрастающему поколению необходимо прививать любовь к православной культуре во всех ее проявлениях, включая богословие, богослужение, иконопись и т.д. Эту задачу должны взять на себя воскресные школы, кружки и иные приходские организации. С другой стороны, упор должен делаться на формирование мировоззрения молодежи согласно тем фундаментальным принципам, которые лежат в основе нашей православной традиции. Задача формирования мировоззрения чрезвычайно сложна, особенно в наше время, которое еще иногда характеризуют как эпоху постмодерна. Для постмодерна характерно отрицание какой-либо идеологии и единого мировоззрения. Сегодня многие говорят, что страна не имеет своей идеологии. Раньше идеология была, и она служила началом, объединявшим общество. Сегодня же общество, оставшись без идеологии, как многим кажется, лишается консолидирующего начала. Однако все дело в том, что в наше время, эпоху постмодерна, идеология отступает на задний план, и каждый человек самостоятельно решает, что ему надо. На фоне отсутствия идеологии возникают новые силы, которые объединяют людей. Сюда может быть отнесена, например, мода — в самом широком смысле этого слова, обозначающем моду не только на одежду, но на определенный образ или стиль жизни, который включает в себя следование неким интеллектуальным и эстетическим стандартам. В эпоху постмодерна определяющую роль в жизни людей играет не идеология и даже не определенные философские воззрения, а поведенческие и эстетические стандарты. Далеко не всегда эти стандарты обогащают внутренний мир человека. Чаще наоборот, они бывают разрушительными. Яркий пример навязывания человеку определенных стандартов представляет современные электронные СМИ.

Задумаемся, что означает колоссальное количество транслируемых сегодня развлекательных телепрограмм, совершенно несоизмеримое с реальными потребностями тех, кто эти программы смотрит на телевидении? С одной стороны, это свидетельствует о духовном вакууме, который такими программами заполняется. С другой стороны, эти программы формируют определенные стереотипы, создают иллюзию некоего идеального мира — блестящего, самодостаточного, мира без страданий — мира, где даже смерть является не более чем развлечением. Огромную роль в том, что человек подпадает под очарование этого иллюзорного мира, играет реклама. Реклама, помимо того, что вводит человека в виртуальную псевдореальность, пробуждает в душе потребительские чувства, которые также формируют определенное — далеко не самое правильное — отношение к жизни, некий поведенческий стандарт [19.; с.117]. Церковь на сегодняшний день остается единственной силой, которая способна формировать жизненное мировоззрение, потому что она может затрагивать самые глубокие стороны человеческой души, недоступные ни идеологии, в которой рано или поздно всегда наступает разочарование, ни модной поп-культуре, которая всегда скользит по поверхности и неспособна даже близко подойти к ответу на фундаментальные вопросы человеческого бытия. Необходимо отметить, что религиозная значительность нашей эпохи определяется тем, насколько новой и религиозно живой является семья. Как же стоит понимать задачи религиозного воздействия на детей в семье? В этом вопросе много неясного, неопределенного; многие беды и ошибки в религиозном воспитании в семье происходили и происходят больше всего оттого, что самые задачи религиозного воспитания мыслились неопределенно или ложно. Чтобы разобраться несколько в этом вопросе, погрузимся на время в психологию религиозной жизни. Основной факт всей нашей духовной жизни есть искание Бога, томление о Нем. Душа наша никогда не может до конца насытиться тем, что дает ей текущая жизнь, она ищет того, что выходит за пределы жизни, что связано с Вечностью. Это томление о Боге, о Бесконечном определяет динамику всей нашей духовной жизни. Религиозная функция так же изначально присуща нашей душе, как и другие формы духовной жизни; религиозную жизнь не нужно вовсе насаждать, ей нужно лишь дать простор в ее выражении, определенность в ее содержании. В детской религиозности особенно поразительна простота и естественность, с какой душа обращается к Богу: дети по природе своей ближе к Богу, как к Отцу Небесному, они непосредственнее и прямее чувствуют Его, чем, мы.

Область мистических переживаний, религиозный опыт не отделены у них от реальности так, как отделены у нас. Интуиции смысла в мире как простейшая, но и основная религиозная интуиция, открывающая детям с неповторимой простотой единство и гармонию в мире, дается им без всяких усилий. Религиозное развитие заключается у детей в том, что они ищут религиозных образов, которые могли бы раскрыть смысл их переживаний, что они через общее духовное созревание идут к более адекватному пониманию сферы, к более одушевленному выражению своей устремленности к Небу [7.; с.117] . Религиозная сфера постепенно выделяется из общей духовной жизни; и это отделение имеет три разных грани, три стороны, которые первоначально координированы, можно сказать, слиты в нерасчлененной целостности, а затем начинают созревать и расти в известной, хотя и ограниченной, независимости одна от другой. Первая грань охватывает все то, что можно назвать сознанием Бога, - это совокупность интуиции, чувств, образов, мыслей, итогов религиозного опыта. Это не знания, привносимые извне, а именно сознание Бога - интеллектуально-эмоциональное. Вторая грань включает в себя всю полноту выражений религиозных чувств, движений, мыслей - сюда относится молитва, участие в богослужении, разнообразная религиозная активность. Все это образует сферу "благочестия", формирует внутренние и внешние навыки в религиозной жизни, облекается в "обряды", реализует духовные порывы. Над этой стороной религиозной жизни владычествует закон привычки, благой для других сфер, но роковой для духовной жизни вообще. Он является здесь роковым в той мере, насколько, в силу повторения, система выражений внутренних движений становится привычной, все менее нуждается в внутренней стимуляции, почти механизируется. Мы крестимся, кладем поклоны, произносим молитвы почти без всякого усилия внимания; внешние действия уже не столько выражают внутренний мир, сколько становятся самостоятельной областью, за которой следует (а иногда и вовсе не следует) внутреннее побуждение. В развитии религиозной жизни накопление навыков, привычных действий неизбежно, отчасти и желательно, но оно заключает в себе большую опасность и сплошь и рядом ведет к механизации этих действий, к замиранию и высыханию религиозной жизни, к своеобразному "окамененному нечувствию". Но есть еще третья сторона в религиозной жизни - это развитие и формирование духовной жизни в нас. Человек духовен по своей природе, и начало духовности пронизывает собой всю нашу личность, всю нашу жизнь. В процессе общего созревания духовные силы, духовные запросы поднимаются над общим ходом жизни, в глубине нашей формируется "внутренний человек". Рождение внутреннего человека таинственно, неисследимо, но оно должно когда-нибудь прийти, если мы не утопим себя во внешней жизни [17; с.7]. Духовная жизнь в нас ищет во всем "смысла" - вечного, глубокого, достойного; она не отвергает внешней жизни, ее законов, она хочет только во всем видеть смысл, хочет связать внешнюю жизнь с Вечным и Бесконечным.

Это есть общий факт созревания в нас духовных сил, но особую глубину и содержательность, свою настоящую полноту духовная жизнь в нас получает только от религиозной области. Жизнь, религиозно освещенная и согретая, открывает безграничный простор для духовного делания – и в этом духовном самопреображении, в самом устремлении к нему религиозная жизнь получает свое последнее и особенно важное раскрытие. Богопознание, не ведущее к духовной жизни в нас, к духовному деланию, становится пассивным восприятием горней сферы, как факта; Богообщение (молитва) без духовного делания легко подменяется погружением в самого себя. Религиозная функция нам дана как изначальная сила души, но лишь в духовном делании, в духовной жизни она находит для себя питание и применение. Человек по природе духовен, но духовная жизнь может не быть сосредоточенной вокруг идеи Бога - она может рассеиваться по каким-либо частичным и неполным идеям, может быть связана со злом. То, что так глубоко описал Достоевский, как наше "подполье" и что еще у св. Макария Великого было до конца раскрыто в его учении о духовной тьме, скрытой в нас, - это все свидетельствует о том, какой фактически неустроенной оказывается наша духовная жизнь, сколько в ней хаоса, провалов, противоречий. Мы не можем перестать быть духовными, но мы можем разменять нашу духовность на пустяки и мелочи, можем за чечевичную похлебку ничтожных достижений отдать наше духовное первородство. В каждом из нас духовная жизнь есть, но она должна быть устроена и освещена светом Божиим, иначе она будет пребывать в хаосе и будет источником не нашей силы, а наших ошибок, противоречий, грехов [13; с.44].

Жизненность духовной работы потускнеет, если религиозное сознание подростка станет неопределенным и тусклым, если он утеряет ясность религиозных идей; но пока живы духовные устремления, пока душа ищет вечного, глубокого, бесконечного - есть почва, на которой может вновь расцвести вся полнота религиозной жизни. Главнейшие испытания, которым подвержено религиозное созревание детей и подростков, связаны именно с духовной стороной в них. При нашей обычной склонности довольствоваться внешними достижениями у детей, при обычном слабом внимании к внутреннему миру ребенка для нас часто проходит незамеченным факт духовного измельчания детской души. Между тем как раз в истории религиозной жизни, в зигзагах ее развития именно и нужно искать главную причину религиозного потускнения, а иногда и утери всякого интереса к религиозной сфере. Отмечая центральное и основное значение духовной жизни, необходимо указать и на основной закон ее развития, таящий в себе разгадку ее часто непостижимой логики, т.е. загадочного ритма. Имеется ввиду закон свободы. «Обращение души к Богу, прикосновение к вечности, эта окрыленность души и ее устремление к Бесконечному, сама эта жизнь о Боге и в Боге, а не конкретные идеи, не образы и выражение наших чувств глубоко связаны с свободой, овеяны ее дыханием. Господь создал нас с даром свободы, который есть в нас частица силы Божией, залог Богообщения, свечение образа Божия в нас». Этим полагаются границы всякого религиозного воздействия на душу человека - в том числе и церковного воздействия: нельзя спасти, духовно возродить человека помимо его самого. «Свобода есть Дар, который вне Христа становится бременем, свобода есть сила, которая, вне Церкви не помогает, а мешает человеку». Само раскрытие дара свободы, раскрытие путей свободы и условий ее творческого выражения, иначе говоря, воспитание к свободе - и образует поэтому главную задачу религиозного воспитания [12; с.156].

Наши жизненные трагедии, наши духовные блуждания, глубокая неустроенность, от которой так ужасно страждут люди, вся эта затягивающая сила мелочей, мнимых ценностей и злых страстей - все это есть следствие того, что мы не понимаем дара свободы, не умеем им пользоваться и потому становимся его жертвами. Свобода вырождается в произвол, в хаос, теряется; иногда мы даже не доходим до сознания того, что свобода реализуется лишь в Церкви. Редкие из нас знают тайну свободы, ее сил и ее опасности вне тяжких уроков жизни, но именно это и есть задача старшего поколения - помочь младшему в том, в чем оно беспомощно, - помочь овладеть нашей свободой. Общая задача религиозного воспитания в том, чтобы вызвать к жизни духовные силы, духовные запросы у детей и подростков, дать им окрепнуть и созреть. Это духовное созревание не может быть регулировано извне, оно определяется свободным устремлением души к Богу, к Вечности. Этой главной задаче религиозного воспитания должны быть подчинены все остальные [2; с.3]. В особенности это относится к тому, что является, по существу, лишь внешним выражением религиозной жизни. По ограниченности нашего духовного зрения мы часто останавливаемся именно на внешнем выражении религиозной жизни. Существует даже такое мнение, что через приучение к внешнему выражению создается у ребенка и внутренний религиозный мир. Известной практической справедливости этого я не буду отрицать, хотя и необходимо обратить внимание на то, что такой путь от внешнего к внутреннему по меньшей мере в 50% не дает положительных результатов. Однако основная неправда этого метода заключается в том, что он подменяет главную цель вторичной и побочной. Если главная задача религиозного воспитания заключается в том, чтобы помочь душе "жить в Боге", раскрыть для нее путь свободного духовного развития, то эта задача будет достигнута и в случае бедности или сдержанности внешнего выражения религиозных движений - и наоборот, привычные формы таят в себе ту опасность, что привычки оттеснят внутренний мир. Многообразны средства религиозного воспитания, которые определяются конфессиональными особенностями.

Так, в христианских конфессиях таковыми являются: церковное богослужение, приобщающее верующих к церковной жизни, к таинству общения с Богом; проповедь, сообщающая важнейшие положения вероучения и побуждающая к соответствующему поведению; молитва, помогающая научиться вырабатывать нужный душевный настрой; исповедь, которая приучает к самоанализу и к мысли о неотвратимости наказания за грех (проступки); пост, помогающий обуздать плоть, смирять гордыню, вырабатывать стойкость; епитимья - наказание, способствующее укреплению в вере и соблюдению норм отношений и поведения [1; с.178]. Рассмотрим те средства религиозного воспитания, которые применительны в семье. В раннем детстве семья является единственной социальной средой, близкой, нужной и дорогой для ребенка, который воспринимает весь мир через семью. В его религиозном созревании семья занимает исключительное место именно тем, что она является для него главным проводником религиозных чувств. Зависимость религиозных образов и чувств от семейного опыта ребенка несомненна. В раннем детстве развитие духовной жизни у ребенка находит чрезвычайное подспорье в чистоте и невинности детской души. Внутренний мир ребенка еще открыт, обыкновенно имеет полную свободу своих проявлений. Хотя наблюдение над детьми констатирует уже и в раннем детстве начатки лукавства, приспособления, лжи, но все это еще само по себе ничтожно и не занимает большого места в душе ребенка. Духовная жизнь в своем развитии подчинена закону свободы, как мы уже видели. Путь свободы, поскольку он касается именно духовной жизни, познается и усваивается не сразу, но он предполагает, что человек постепенно определяется в том, чем живет его сердце. Религиозность не может быть только эмоционально-интуитивной, она должна найти свое выражение в религиозном сознании, которое и у детей слагается из образов и идей. Количество идей, доступных религиозному сознанию ребенка, гораздо больше, чем обычно кажется: нас часто обманывает наивная форма, в которой дети выражают свои религиозные размышления. Но кто способен понимать детей, а не только внешне коллекционировать их слова и действия, тот не может не согласиться, что детям доступны - в своем смысле, конечно, - идеи Бога-Творца, Боговоплощения, спасения и искупления, греха, воскресения. Эти идеи непременно должны быть связаны с религиозными образами - и, конечно, больше всего с образом Христа Спасителя. Бесчисленные свидетельства удостоверяют огромное значение того, как глубоко входят в детскую душу религиозные образы, с которыми они знакомятся в семье.

Но все же большинство ошибок в религиозном воспитании относится к сфере ее "выражений". Родители и воспитатели торопятся усвоить детям ряд внешних навыков, не только не связывая их с внутренним миром ребенка, но часто прямо игнорируя его. Для примера возьмем молитву. Дети в раннем возрасте очень охотно повторяют за старшими слова молитвы, крестятся, целуют иконки; за этими внешними действиями легко встают в детской душе, духовно незатуманенной и чистой, отвечающие всему этому внутренние движения. Но надо еще открыть душу ребенка для молитвы, а не только уста; то психическое дополнение, которое обычно рождается в душе ребенка при молитве, крестном знамении, еще не связывает молитвы, крестного знамения с внутренним миром [7; 124]. В раннем детстве не существует особых трудностей в вопросе о посещении храма: дети сами охотно пойдут в храм, если идут родители. В эту пору здесь просто не нужно принуждение - настолько охотно дети посещают храм. Очень углубляет религиозные детские переживания забота об иконках в детской комнате, зажжение лампадки, украшение цветами к празднику и т. д. Если все это делается не просто в воспитательных целях (дети рано или поздно это разберут, и тогда это может вызвать сразу упадок в религиозной жизни), а отвечает всему быту семьи, тогда это очень помогает детям.

Велико также значение бытовых сторон при праздновании великих праздников, которые тоже очень много дают детям. Но участие семьи в религиозном созревании детей не ограничивается только дошкольным периодом, наоборот, оно становится в дальнейшем лишь более серьезным и ответственным. Поэтому в самых общих чертах коснемся еще двух периодов - так называемого второго детства и отрочества . Во втором детстве основной чертой души является приспособление к окружающей жизни, к ее порядкам, законам: ребенок выходит совершенно из того раннего сплетения реальности и воображения, в котором оно пребывало, отчетливо сознает всю силу объективного мира, стремится постичь его и приспособиться к нему. Эта обращенность к миру видимому, осязаемому резко отрывает ребенка от мира духовного - оно как бы вдруг становится духовно близоруким. За всем этим стоит несомненный и неустранимый духовный надлом: дитя погружается целиком в мир реальный и теряет интересы и чутье к духовной сфере. Это пора духовного обмеления, измельчания, напряженного внимания к социальной среде; она неблагоприятна вообще для религиозной жизни, которая теперь более доступна со стороны внешней, чем с внутренней. Если угодно, это пора "законничества", своеобразное прохождение через "Ветхий Завет", через внешний закон, правила [10; с45].

Духовная работа над ребенком в это время должна быть больше всего направлена на то, чтобы удержать прежнюю духовную жизнь в ее глубине и содержательности. Родители должны помнить, что именно во втором детстве дети духовно отходят от семьи - и это происходит не оттого, что новая социальная (внесемейная, преимущественно школьная) среда духовно интереснее и богаче. Эта новая среда берет в плен ребенка не духовным, жизненным, реальным своим богатством. Это в значительной степени нормально, но собственно проводником духовной жизни в это время может быть все еще только семья. Уход от семьи в это время (особенно в 9-10 лет) почти всегда означает уход от духовной жизни, душа с "верхнего" этажа спускается в "нижний" и со всем пылом отдается вживанию в новый мир. Много может помочь ребенку в это время внешкольная религиозная среда, если она только есть: современные религиозные кружки девочек и мальчиков спускаются до 9-10 лет и оказывают большую помощь детям в их духовных исканиях. Но об этой теме, затрагивающей вопросы внешкольной религиозной работы, не будем сейчас говорить. Остановимся лишь на том, что может дать семья. Удержать ребенка внутри дома в это время семья не способна, если пытается конкурировать с внесемейной средой в ее сфере - это состязание ей не под силу. Социальные запросы настолько велики у детей в это время, что в случае выбора: семья или внесемейная среда - ребенок в подавляющем большинстве случаев идет из семьи в новую среду. Такого выбора предлагать нельзя - наоборот, семья должна по возможности сблизиться с новой средой, вбирать в себя тот новый социальный круг, которым живет ребенок. Но семья имеет свой не заменимый и неповторимый мир, участие в котором по-прежнему будет духовно питать ребенок: это мир внутрисемейной жизни, мир семьи как единого и целостного организма. Как удержать детей внутри этого мира, охранить интерес к нему? Это бывает там, где общение родителей и старших в семье с детьми становится в это время глубже и полнее. Одного совместного труда в доме, который раньше "сам собой" давал обильный материал для взаимной связанности, в наше время уже совершенно недостаточно.

Необходимо установление и упрочение духовной связи детей с родителями. Для этого нужно постоянное общение с детьми, вовлечение детей в мир забот и трудностей в семье, возложение на них ответственных (конечно, посильных) дел, вообще вовлечение детей в активную работу для семьи [9; с.96]. Если дети не по принуждению, а сами идут на это (при правильной духовной атмосфере, при действительном охранении свободы детской личности этого, в сущности, несложно добиться!), если дети свободно и охотно разделяют заботы и труды родителей, через них проходят токи общесемейной целостности. Духовная связь с семьей пульсирует в них как реальная сила. Могут и здесь быть конфликты семьи с внесемейной средой, и в этих случаях важно, чтобы ребенок свободно выбрало семью, свободно соединилось с ней. Не нужно даже бояться отдельных случаев "измены" семье: часто такая "измена", при которой семья оставляет свободу ребенку, ведет его к трезвому и отчетливому сознанию своей неправды - и это изнутри, свободно и глубоко возвращает его к семье. Важно то, чтобы семья дорожила не внешним вниманием ребенка к себе, а именно внутренним, свободным соучастием его в жизни семьи. Только на этих путях и можно духовно помогать ребенку: он должен сам, без подсказки, без внешних мотивов почувствовать и пережить всю духовную реальность, значительность его связи с семьей, должен сам освободиться от гипноза внесемейной среды. По этой линии как раз и идет главная борьба в детской душе в это время. В борьбе ребенка с самим собой за свою духовную зрячесть и глубину, в его внутреннем споре с самим собой из-за семьи, решается главный вопрос религиозного его созревания. Охранение духовных, т. е. свободных, а не наивных, внутренних, а не внешних связей с семьей. Главный религиозный вопрос для ребенка в это время касается не его отношения к Богу, а его отношения к семье: это может казаться парадоксальным, но это так. Но если приходится особенно осторожно, блюсти духовное здоровье ребенка, уберегать его от духовного оскудения и измельчания, уберегать от подмены внутреннего внешним, то совсем иное приходится сказать о развитии религиозного сознания ребенка. Второе детство - это годы учения, и религиозное развитие ума не только возможно, но и крайне существенно. Обыкновенно именно в эти годы изучают Закон Божий, как принято называть предметы религиозного преподавания в школе. Но даже тогда, когда школа прекрасно справляется с своей задачей, на долю семьи остается и в этом отношении очень большое и существенное участие в развитии религиозного сознания. На грани второго детства и отрочества стоит половое созревание - со всеми теми глубокими физиологическими, психологическими и духовными переменами, которые оно с собой несет.

Интерес к внешнему миру, приспособление к нему, связанное с этим духовное измельчание сменяются равнодушием, иногда даже враждебностью к внешнему миру и его порядку - все внимание подростка отдается теперь его внутреннему миру, который встает перед ним как некая темная глубина, некая бездна, в которой он плохо разбирается, но которая владеет им и откуда исходят глубокие, страстные, часто противоречивые, самому подростку непонятные стремления.

Отрочество томительно для самого подростка и для окружающих. Упрямство, критика, часто придирчивая, всего и всех, недоверие к чужому опыту, частая неудовлетворенность собой, смена настроений и желаний, жуткое приближение через авантюру к границам морали, иногда одержимость преступными мыслями - все это совмещается с болезненным ощущением одиночества, непонятости, ненужности, со страстной мечтой о дружбе.

Внешнее и внутреннее одинаково не дают опоры, путь свободы во всем своем бремени и жути влечет к себе, какая-то глубокая беспочвенность создает возможность неожиданных, почти беспричинных кризисов в религиозной и моральной сфере, всегда близка опасность игры со смертью.

Общая тема воспитания в это время двойная: с одной стороны, в хаосе внутреннего мира нужно создать светлую и творческую силу, зажечь душу глубоким и содержательным увлечением, которое могло бы облагородить и успокоить душу, с другой стороны, нужно растворять аритмические скачки настроений в доступном, легко себя оправдывающем в удаче, уводящем на реальные пути занятии. Хорош и спорт для этого, и занятие искусствами, экскурсиями, юношеские организации - все это переводит внутреннюю тревогу, неясные искания на жизненные, легкие рельсы, создает комплекс увлекательных и легко тормозящих внутреннюю неуравновешенность дел. Но это спасительное отвлечение только извне тормозит буйство сил, но не вносит начала упорядочения в самую духовную жизнь. Необходимо дать развернуться духовным порывам, оберегая их от темных влечений: это дает и романтическая влюбленность, сковывающая буйствующие стремления и глубоко их преображающая, это дает и ранний идейный энтузиазм, до которого возвышаются немногие, но который способен глубоко просветлять душу подростка, но это же дает и пафос революционизма, честолюбивые мечты [17; с.106]. Это значит, что духовное брожение, идущее в подростке, укрощается и просветляется в любом конкретном делании, если оно имеет хоть какой-нибудь смысл, возвышающийся над обычной жизнью. Эта конкретность тех внутренних движений, которые случайно или неслучайно привходят в душу и упорядочивают ее внутренний хаос, неблагоприятна для религиозной сферы.

Немногие способны в это время к той мистической жизни, которая дает душе подлинную радость и подлинное питание. Религиозная сфера кажется как бы абстрактной - особенно дело складывается тяжело, если в уме подростка совершился разрыв религиозного и общекультурного понимания жизни. И наоборот, там, где обойдены все подводные камни, где в сознании упрочена целостность религиозного жизнепонимания и раскрыта перспектива религиозного мышления, - там есть возможность живой религиозности. Самая существенная помощь в религиозной жизни исходит в это время не от школы и не от семьи и даже не от Церкви, а от социальной среды. Создание социальной среды утоляет духовный голод и дает живое удовлетворение подростку, но самый путь такой внесемейной и внешкольной религиозной работы теперь только раскрывается перед нами в религиозно-педагогических исканиях во всем мире [7; с.133]. Что же может дать семья в это время подростку? Нужно быть крайне осторожным с вмешательством семьи в жизнь подростка, даже небольшая погрешность может быть роковой и духовно совсем отодвинуть подростка от семьи, создать глухую стену. Это стадия "блудного сына ", и семья больше всего должна думать о том, чтобы подростку было привольно и свободно в ней, чтобы ничто его не гнало из семьи.

Выводы по 1 главе

В настоящее время религиозное воспитание снова становится частью нашей жизни. За счет сохранения традиционной культуры в основном и сохраняются моральные и нравственные ценности народов, передаётся культура, обычаи и верования. В процессе религиозного воспитания верующих индивидам и группам целенаправленно и планомерно внушаются (индоктринируются) мировоззрение, мироощущение, нормы отношений и поведения, соответствующие вероучительным принципам определенной конфессии (вероисповедания). Общая задача религиозного воспитания в том, чтобы вызвать к жизни духовные силы, духовные запросы у детей и подростков, дать им окрепнуть и созреть. Это духовное созревание не может быть регулировано извне, оно определяется свободным устремлением души к Богу, к Вечности. Этой главной задаче религиозного воспитания должны быть подчинены все остальные. Особое внимание и Церкви, и тех государственных и социальных институтов, с которыми она сотрудничает, должно быть уделено формированию мировоззрения у подрастающего поколения – не скоропреходящих идеологий, не поведенческих стереотипов, определяемых массовой культурой, но таких убеждений, которые, сочетая свободу с нравственной ответственностью, возвышали и преображали бы человека, а через человека — и общество.


Глава 2. Эмпирические аспекты о влиянии семьи на религиозное воспитание детей

2.1 Семья как орган религиозного воспитания

Может ли современная семья иметь религиозное влияние на своих детей? Нам необходимо присмотреться к переменам в современной семье, чтобы оценить эти возможности. Главное здесь - в изменяющемся положении женщины и в превращении семьи из трудовой единицы в единицу потребительскую. Христианизация семьи, которая безостановочно шла в течение веков и которая изнутри преображала семейную жизнь, подверглась в XIX веке серьезнейшему испытанию. Процессы христианизации семьи либо должны искать иных для себя оснований, либо должны стушеваться и уступить место новой варваризации семьи. Коснемся сначала экономической стороны. Семья издавна была трудовой единицей, той социальной клеточкой, вернее, тем организмом, в котором осуществлялась всеми ее членами общая жизнь. Возникновение денежного хозяйства, отход мужчины на сторону, появление фабрик и заводов разрушало трудовой характер семьи, но не до конца, пока мать оставалась дома. Семья как целое оставалась замкнутой трудовой единицей, в которую дети включались самим ходом жизни, участвуя в общем труде семьи. Разнообразные функции семьи выполнялись в ней самой, семья трудилась как целое, имея свое хозяйство, вырабатывая дома целый ряд нужных вещей. Семейный быт, семейная атмосфера, уют и поэзия семьи - все, что заключает в себе драгоценнейшие для детской души питательные силы было интимно связано с трудовым характером семьи. Слова "семейный очаг" не случайно явились синонимом уюта и тепла семьи: вокруг трудовых процессов семья объединялась, чувствовала свое единство, реально переживала свою внутреннюю спаянность. Вся огромная область семейного труда, часто мелкого и незаметного, но реально очень существенного, становилась сферой обнаружения взаимной связанности: для чувств, которые рождает общая семейная жизнь, этим открывалась широкая возможность их выражения, а потому и возможность их цветения. В семейной активности, в семейном труде всегда был неисчерпаемый источник самых глубоких и лучших душевных движений, которыми питалась и крепла семейная целостность. XIX век постепенно вырывает женщину из семьи и этим разрушает главную основу семьи как трудовой единицы: в ответ на развитие женского труда, уводящего мать из семьи, жизнь даст целый ряд существенных изменений в строе семейной жизни. Семейный труд становится все менее нужным, сводясь постепенно к такому ничтожному минимуму, при котором смешно говорить о семье как трудовой единице. Техника современной жизни дошла до такой высоты, при которой в доме нужно очень мало труда. Очень состоятельные люди могут теперь прекрасно обходиться без прислуги - это достаточно характеризует техническую организованность жизни. Продукты доставляются в таком виде, что над ними минимально нужно потрудиться, чтобы употребить их в пищу, печей топить не надо, мойка белья дома не нужна. Все эти технические удобства современной жизни сводят семью к потребительской, а не трудовой единице: в семье вместе потребляют, но не вместе трудятся. Этот процесс еще в самом разгаре, но он имеет тенденции расширяться и захватывать все более широкие слои. Нечего удивляться, что современная семья зачастую напоминает гостиницу, а не тот прежний семейный дом, в котором целый день шла непрерывная жизнь. С утра вся семья расходится в разные стороны: отец и мать идут на работу, дети - в школу, в детские сады. Все приспособляется к тому, чтобы прийти на помощь семье в новом ее положении, - и только к вечеру все сходятся вместе. Внешнему растеканию семьи очень часто соответствует и внутреннее: у каждого члена семьи своя социальная среда, с которой он связан, свой круг знакомств, свой круг интересов [5; с.93].

Что же объединяет еще семью в одно целое? Не только в истории семьи, но и в современной семье мать является ее связующей силой, ее живым, средоточием. Семья сохраняет свое единство только благодаря матери. Чем меньше семья является трудовой единицей, чем дальше и глубже идет рассечение семьи, тем ответственнее и существеннее становится роль матери, но тем и труднее она, ибо все члены семьи мало нуждаются в семье. Нельзя сказать, что такое взаимотяготение невозможно, неосуществимо: жизнь показывает нам и в наши дни удивительные примеры такой целостности семьи, которая сохраняется и там, где совершенно почти исчез семейный общий труд. Но всегда центром и источником семейной связи оказывается мать, и тут, собственно, и обнаруживается, что целостность, столь естественная в семье при семейном труде, может существовать и без этого, находя неистощимый источник своих сил в тех связях членов семьи с матерью, которые духовно настолько содержательны и богаты, что в состоянии крепко и глубоко связать всех. Мать связана с детьми глубже, чем одной лишь бытовой, жизненной связью. Глубже, раньше трудового единства было в семье ее духовное единство. Нельзя сказать, что лишь христианство дало семье это духовное единство; оно присуще натуральной семье, оно есть выражение самой природы семьи. Но лишь в христианстве раскрывается и осмысливается эта духовная сторона семьи, ибо в христианстве открывается вечность связи членов семьи. Неповторимость, единичность каждого человека, как она впервые возвещена и раскрыта в христианстве в его благовестии спасения и воскресения, впервые раскрывает то, что семья есть духовный организм, ибо связь в семье не исчезает со смертью, но сохраняется для вечности. Мать для всех нас не есть только та точка в эмпирической ткани бытия, где каждый из нас приходит в мир, но это есть и та метафизическая точка для каждого, через которую мы связываемся с вечностью и в вечности. Христианство утверждает метафизическую силу семейных связей; как цветение семейной жизни, как высшее раскрытие ее выступает в христианстве учение о семье как малой Церкви. Семья есть малая Церковь - это значит, что она образует единое, целое, нерасторжимое, жизнью созидаемое, но выходящее за пределы жизни духовное единство, входящее в Церковь как тело Христово, подобно клеткам сложного организма. Единство семьи не исчерпывается ее жизненно-трудовым единством. Там, где жизненно-трудовое единство колеблется, там не исчезают еще предпосылки подлинной целостности семьи. Мать по-прежнему является средоточием семьи, ее главной движущей силой. Поэтому описанный выше кризис семьи, связанный с превращением ее в потребительскую единицу, с рассечением и внешним распадом семьи, может быть изнутри преодолен, но лишь в том случае, если духовная связанность семьи сохранится. Духовная крепость семьи раньше давалась легче, почти "сама собой", теперь же она дается с трудом, осуществляется лишь при действенном преодолении всех тех сил раздробления и охлаждения, которые заключены в современном строе жизни. Но тут приходится вернуться ко второму фактору распада современной семьи, немного уже затронутому, - к изменению положения современной женщины. Дело идет не только о развитии женского труда, хотя и это имеет огромное значение.

Женщина, становясь экономически самостоятельной и независимой, не мирится с прежним подневольным положением, на которое она была обыкновенно обречена. У современной женщины все больше и все ярче выступают ее запросы как человека; происходит несомненное, хотя и медленное, изменение психологии женщины. То, что писал Дж. Ст. Милль в трактате "О подчинении женщины", где многие слабые стороны женщины объяснены историческим ее подчинением, оправдывается. Рост женской организованности, развитие гражданских и политических прав женщины, рост просвещения среди женщин, безусловные их успехи в области научного и культурного творчества - все это характерно для нашего времени. Женщина занимает все более активное место во всей современной жизни, но этот рост личности у современной женщины, благой и ценный сам по себе, сказывается весьма тяжело на современной семье. Переставая жить одной семьей, женщина дает очень много обществу, но сплошь и рядом у нее не хватает не только времени, но и внимания для семьи. Пока женщина живет лишь своей семьей, она является ее реальным средоточием, чутко отзывается на все ее нужды и определяет своей незаметной, но постоянной обращенностью к семье ее жизнь. Уход матери из семьи на сторону, как бы ни был он ценен сам по себе, лишает семью ее основной силы, подрывает самые ее основы. Это роковой факт нашего времени.

Не следует думать, что из этого положения нет выхода, но если в прежних условиях жизнь семьи создавалась "сама собой", без каких-либо усилий со стороны женщины-матери, то в новых условиях лишь при особых усилиях возможно сохранить семью как целостный и единый организм. Христианство имело глубокое влияние на жизнь семьи, на внутренний строй ее - оно как бы приоткрыло и осветило то, что в натуральной семье могло раскрываться лишь случайно: духовную связанность в семье. На этой как раз почве и происходит кризис семьи: христианский смысл семьи, до которого мы доросли, с которым сжилась наша душа, все труднее вмещается в реальные условия семейной жизни, и отсюда вырастает своеобразное "оязычение" современной семьи, ее "паганизация" [3; с.15]. Это очень сложный вопрос, отчасти близкий к тому, что случилось во всей современной культуре, оторвавшейся от связи с Церковью.

Для преодоления тех трудностей, которые создает современность, у нас оказалось слишком мало религиозной силы. Общее религиозное оскудение и одичание побуждают наших современников искать выхода на путях отрицания христианского подхода к семье. Положение в этом вопросе столь серьезно и трагично, что трудно и осудить наше время за все его судорожные попытки найти выход на путях "оязычения".

Но все же нельзя отрицать, что современная семья стоит перед вопросом, который никогда еще не поднимался с такой остротой, как ныне, - вопросом о том, быть ли семье христианской или нет? Сомнения здесь подсказаны не буйством воли, не извращением чувства и не лукавством разума - они растут из мучительных фактов жизни, разрушающих семейный быт в его былом укладе. Семья подтачивается изнутри, и ее христианский путь изнутри темнеет, колеблется в самых основах своих. Здесь действует положение, которое по его бесспорности может быть названо аксиомой религиозной педагогики: религиозно влиять на детей может только тот, кто сам живет религиозной жизнью.

В применении к семье это значит, что только та семья, которая, как целое, живет религиозной жизнью, может дать своим детям религиозное воспитание. Но если кризис современной семьи вообще заключается в падении и ослаблении ее духовной целостности, то сильнее всего это сказывается на религиозной жизни. Целостность в семье сохраняется и проявляется легче в сфере внешнего быта, ущемление же этой целостности больше всего касается духовной стороны. Сколько среди нас есть семей, внешне еще не утративших своей целостности и даже глубоко чувствующих ее, но уже растерявших в себе духовную близость и единство! Религиозное бессилие семьи именно этим больше всего определяется, ибо семья уже почти не является духовным организмом - это скорее бытовая и социально-психическая организация, а вовсе не духовный организм.

Тот духовный аромат, который раньше выделялся семьей и был выражением глубокого духовного взаимосвязывания, ныне стал редким, в силу чего семья начинает утрачивать свою главную, питательную для детей силу. Здесь заложены основные причины трудности религиозного воспитания в семье нашего времени. Духовное обмеление и потускнение современной семьи изнутри ослабляет силу ее религиозного воздействия. Но это не есть роковой и неустранимый факт: христианская семья возможна и в наше время в тех изменившихся условиях, которые были описаны выше. Но духовное развитие семьи предполагает, что она, невзирая на враждебные силы, на ослабление бытовых связей проявит свою духовную целостность и отстоит ее. Органом воспитания современная семья может быть только в этом случае: духовно питать детей может только семья, духовно целостная и здоровая.


2.2. Исследование уровня религиозных воззрений семьи

Религиозная статистика, так же как всякая подобного рода статистика, не может быть абсолютно точной. Однако в какой-то степени она дает общую картину соотношения религиозных исповеданий. Систематические социологические исследования зафиксировали устойчивый рост уровня религиозности населения: по данным Всероссийского центра по изучению общественного мнения (ВЦИОМ), в 1995 г. он составлял 18,6%, в 2003 г. – 43%. Таким образом, наблюдалась положительная динамика религиозности в России. Около 30% опрошенных считают, что к религиозности пришли самостоятельно. Сверстники, школа оказали влияние на формирование религиозности 3% участников; еще 4% указали на влияние средства массовой информации и моды. Об отсутствии какого-либо религиозного воспитания объявили 22% опрошенных. И самое главное, 41% от общего числа опрошенных утверждали, что первоначальное религиозное воспитание они получили именно в семье. Для выявления характера религиозности российских семей, ставшими главным объектом воздействия культуры информационного общества, в 2003 году ВЦИОМ было проведено поисковое социологическое исследование в 46 регионах страны. Данные были таковы:

· 9% семей истинно религиозны и стараются следовать своей религии;

· 27% семей считают себя религиозными, но ритуалы не соблюдают;

· 55% - верят, но религиозной семьей себя не считают;

· 9% семей ни во что не верят;

Однако, цифры мировой статистики говорят сами за себя. Что уровень религиозных семей не так уж и велик. Исследуя данную тему, я провела анкетирование определенного количества семей. Полученные данные позволяют говорить о том, что религиозное направление не самый главный аспект в воспитании ребенка, этим самым отводя процесс на второй план. 10% опрошенных семей отводят полезную роль религии, нейтральную роль предпочли 70% и затруднились с ответом всего 20%. Большинство из них уверены в том, что религиозно влиять на ребенка могут те родители, которые сами живут религиозной жизнью.90% исследуемых семей следуют духовным семейным традициям, при чем все свой опыт получили от своих родителей. 70% семей уверены в том, что насколько преданы они сами религии зависит то, насколько религиозны будут их дети. Считают, что тех знаний, которые они имеют сами достаточно для того, чтобы воспитать своего ребенка религиозным человеком. Все полученные данные подтверждают гипотезу исследования. Кроме этого хотелось бы отметить еще тот факт, что помимо религиозного воспитания в семье 70% россиян положительно относятся к введению в школах «Основы православной культуры», поскольку считают, что религиозное воспитание должно осуществляться не только в семье, но и в школе ", из них четверть респондентов заявили, что "целиком положительно" относятся к данной идее, а 44% - "скорее положительно". Если уж речь заходит о религиозном воспитании в семье, то начиная разговор на метафизические темы, родителям стоит учитывать уникальные особенности восприятия, присущие каждому возрасту.

· 4—5лет -ребенок очень отзывчив и чувствителен к мистическим идеям. Он легко понимает и принимает саму мысль о существовании Бога, потому что она базируется на понятной для него потребности в безопасности. Интерес ребенка к религиозной теме носит предметный характер: он хочет понять, кто такой Бог и что факт существования Бога означает для него лично.

· 5—7лет - его волнуют более сложные вопросы: «Куда я попаду, когда умру?», «Что такое душа?» и т. д. Дети способны уже не просто поверить в существование неосязаемых и незримых абстракций, но и непосредственно их вообразить.

· 7—11лет - он может понять смысловое и этическое содержание обрядов и религиозных норм. А главное — отличить их от социальных императивов: ребенок начинает осознавать, чем заповедь «не убий» отличается от маминого «драться нехорошо».

· 12—15лет - его познавательные способности развиваются до уровня взрослого. Подросток начинает в полной мере осознавать то духовное содержание, которое составляет суть любой религии.

Выводы по 2 главе

В семье человек получает основы духовности, направление в жизни и сознание своего долга. С первых дней сознательной жизни новый член семьи учится ценить ту повседневную работу, от которой зависит его питание, его здоровье и удобства жизни. Труд, а также некоторая доля суровости жизни - друзья семьи: они укрепляют характеры, прививают деловитость и трезвый взгляд на жизнь. Семья - хранительница традиций. Здесь, в родном доме, ребенок получает и первые чистые эстетические впечатления. А при христианском религиозном семейном укладе здесь-то и закладываются начала христианской веры, молитвы и добрых дел.

Педагогическая психология нас учит, что в первые несколько лет ребенок получает почти одну треть понятий о жизни взрослого человека, в первые семь лет детства человек устанавливает канву своей последующей жизни. Иными словами, взрослый человек в течение всей своей жизни лишь расширяет и углубляет то, что сложилось у него в душе за период первых семи лет. К 3-ем годам появляется у ребенка сознание своей личности, и он начинает говорить "я." В это время надо начинать приучать к послушанию. Послушание - это начало воспитания. Одновременно с наставлениями, родители должны показывать личный пример, который благотворно действует как на волю, так и на развитие нравственного сознания. Если же набивать голову ребенка одними правилами, не оживляя их семейной христианской жизнью, то он будет воспринимать эти наставления как сухую и отвлеченную теорию. Добрый пример родителей имеет решающее значение в деле развития ребенка. Несомненно, что неудачи родителей в деле воспитания происходят от их неподготовленности, маловерия, от увлечения материальной стороной жизни. Помехой в деле воспитания является раздражение и гнев, в основе которых лежат самолюбие, привязанность к житейским благам и отсутствие внутренней дисциплины.

Самое главное, что необходимо понять каждому родителю, - это то, что истинная нравственность невозможна без религиозной основы, без помощи Церкви, молитвы и святых Таинств. Назначение человека не ограничивается одной земной жизнью, но простирается в вечность. Поэтому и воспитание ребенка должно помочь ему иметь эту главную цель перед глазами и знать, как достичь ее.


Список литературы

1. Агафонова А. Практика по общей педагогике. - СПб.: Питер, 2003. - 416 с.

2. Алексий II. Духовное образование и духовное воспитание // Православное слово. - 2001. - № 11. - С.1.

3. Антонов А.И., Борисов А.Л. Кризис семьи и пути его преодоления. - М., 1990. – 180с.

4. Арсентьева А.В., Петрянкина А.П. Роль семьи в воспитании подрастающего поколения в современных условиях // Семья в России. - М.; Чебоксары, 2001. - N 1. - С.93-100.

5.Буева Л.П. Духовность, художественное творчество, нравственность// Вопросы философии. –1996 – №2. – с. 119.

6. Василькова Ю.В., Василькова Т.А. Социальная педагогика. - М.: Академия, 1999. - 440 с.

7.Зеньковский, В.В. Принципы православной антропологии //Русское Зарубежье в год тысячелетия крещения Руси. Сборник альманах богословских, искусствоведческих, художественных очерков. -М.: Столица, 1991. – С. 115 – 148

8.Знаков В.В. Духовность человека в зеркале психологического знания и религиозной веры //Вопросы психологии – 1998, №3 – с.104-114 .

9. Игошев К.Е., Минковский Г.М. Семья, дети, школа. - М., 1989.

10. Клемантович И. Современная семья: структура, специфика, воспитательные возможности // Воспитание школьников. - 1998. - № 4. - С. 2

11. Мудрик А.В. Социальная педагогика. - М.: Академия, 1999. - 184 с.

12. Нефедов В.И., Щербань Ю.Ю. Искусство воспитания в семье. - Минск, 1971.

13. Отец в семье: Книга для родителей. - М., 1970.

14. Педагогика / Под ред. П.И. Пидкасиситого. - М.: Пед. общество России, 1998. - 640 с.

15. Подласый И.П. Педагогика. Новый курс. В 2 кн. Кн.2: Процесс воспитания. - М.: ВЛАДОС, 1999. - 256 с.

16. Соловейчик С.М. Педагогика для всех. - М., 1987.

17. Феоктистова Т., Шитякова Н. О программе духовно-нравственного воспитания дошкольников // Дошкольное воспитание. - 1999. - № 6. - С. 7 - 11.

18. Харламов И.Ф. Педагогика. - М.: Юристъ, 1997. - 512 с.

19.Чернов М.И. Русская православная церковь: прошлое и настоящее // Советская педагогика. – 1988 №6 с.117-121
Приложение

Анкета для родителей

1. Считаете ли вы свою семью религиозной?

· Да

· Нет

2. Какую роль играет религия в жизни Вашей семьи?

· Полезную

· Нейтральную

· Вредную

· Затрудняюсь ответить

3. Отмечают ли в Вашей семье православные праздники?

· Да

· Нет

· Иногда

4. Какие из православных обрядов совершались в вашей семье?

· Крещение

· Венчание

· Исповедь

· Другое

5. Все ли члены вашей семьи соблюдают пост?

· Да

· Нет

6. Как часто в вашей семье читают религиозную литературу?

· Часто

· Редко

· Никогда

7. Кто-нибудь из членов Вашей семьи посещали воскресную школу?

· Да

· Нет

8. Кто Вам помог прийти к вере?

· Родители

· Школа

· Друзья

· Другое

9.Как часто вы посещаете церковные службы?

· Часто

· Время от времени

· Очень редко

· Никогда

10. Считаете ли вы религиозное воспитание обязательным в семье?

· Да

· Нет

· Затрудняюсь с ответом

11. На чем, по Вашему мнению, должно основываться религиозное воспитание ребенка?

· На посещении духовных школ.

· На духовных семейных традициях.

· Другое

12. Зависит ли воспитательный процесс в семье от уровня религиозности родителей?

· Да

· Нет

· Затрудняюсь

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ