Основные направления английской политической мысли.

Английская буржуазная революция 17 века нанесла сокрушительный удар феодализму и открыла простор для быстрого роста капиталистических отношений в одной из ведущих стран Западной Европы. Она имела несомненно более высокий резонанс, нежели прошедшая за несколько десятилетий до нее нидерландская (голландская) революция.

Основные направления английской политической мысли .

Английская буржуазная революция 17 века нанесла сокрушительный удар феодализму и открыла простор для быстрого роста капиталистических отношений в одной из ведущих стран Западной Европы. Она имела несомненно более высокий резонанс, нежели прошедшая за несколько десятилетий до нее нидерландская (голландская) революция.

Английская революция имела ряд особенностей. Возглавлявшая ее городская буржуазия выступала в тесном союзе с джентри (средним и мелким дворянством, сумевшим приспособиться к развитию капитализма). Революционный лагерь составило также крестьянство, городская мелкая буржуазия; трудящиеся массы явились главной движущей силой Английской буржуазной революции.

Защитники старого феодально - абсолютического строя были – старое дворянство и верхушка господствовавшей англиканской церкви.

Каждая из общественных групп, принимавших участие в революции, выставила свои политические программы и обосновала их собственными теоретическими выкладками. Естественно, что эти программы отличались друг от друга содержанием и социально-классовой направленностью. Наверное единственно- общей их чертой была религия. Идеологии обеих противоборствующих лагерей оперировали библейскими текстами, яростно обвиняли своих врагов в отступничестве от «истинного бога».

Религиозную форму Английская революция унаследовала от широких социальных движений средневековья. Умонастроения и чувства масс столетиями вскармливались исключительно религиозной пищей. Чтобы всколыхнуть массы необходимо было их собственные интересы представлять в религиозной одежде.

Свою идеологию английская буржуазия позаимствовала у кальвинистской революции. Интересы ее правого крыла – богатого купечества и банкиров Лондона, примкнувшей к ним обуржуазившегося дворянства представляла религиозно – политическая партия пресвитериан . Позиции средней буржуазии и сгруппировавшихся вокруг нее джентри защищала партия индепендентов («независящих»). Политической партией мелкобуржуазных городских слоев являлись левеллеры («уравнители»), из рядов которых выделились диггеры («копатели») – они образовали левый фланг революционной демократии и самыми радикальными методами отстаивали интересы городских низов и деревенской бедноты.

Противники революции соединившие веру в незыблемость феодальных порядков с преданностью королевскому абсолютизму и клериканскими убеждениями, не особенно заботились о новизне и весомости той аргументации, которую они пускали в ход в идеологической борьбе. Ими были взяты на вооружение концепция божественной природы монархической власти, теория патриархального возникновения и существа государства.

Первую развил профессор Лейденского университета (Голландия) Клавдий Салмазий в произведении «Королевская защита» – в этом антиреволюционном произведении автор утверждает, что монархи получили власть от бога и никто из людей не смеет ее ограничивать или разрушать. Казнь короля (речь идет о казни Карла I Стюарта 30 января 1649г.) есть оскорбление божества и попрание религии, ниспровержение самих основ государственности, упразднение всякого права и всяких законов.

Теорию патриархального происхождения государства изложил Роберт Фильмер в сочинении «Патриархия, или естественная власть короля». Он доказывал, будто власть королей ведет свое начало непосредственно от прародителя рода - Адама. Поэтому государство появляется не в результате общественного договора, заключаемого свободными и равными людьми, который при особых условиях может быть расторгнут. Государь не назначается , не выбирается и не смещается подчиненными, ибо все они – его дети. Происходя (через Адама) от бога монархическая власть не подчинена человеческим законам.

Во времена Английской буржуазной революции в стране действовало и боролось множество различных общественно-классовых группировок. Соответственно и политико–юридическая мысль данной эпохи оказалась представленной в социальном плане широким спектром идей.

Одними из самых распространенных были идеи индепендентов.

Главные религиозно – политические лозунги индепендентов – полная независимость и самоуправление для каждой общины верующих, ликвидация централизованной и подчиненной диктату государства (короля) англиканской церкви, никакой иной другой власти в делах совести кроме «Власти Бога», абсолютная веротерпимость и неотчуждаемость свободы совести, слова и т.п. Политические требования индепендентов отличались умеренностью . Признавая преимущества республиканского строя они готовы были довольствоваться установлением конституционной монархии.

Выразителями идеологии индепендентов явились Дж. Мильтон, О. Сидней, Дж. Гаррингтон.

Мильтон принимал участие в революции на стороне демократических сил. В трактатах «О власти королей и должностных лиц», «Защита английского народа против Салмазия», «Иконокласт» обосновывается положение, что люди по природе своей свободны и должны оставаться такими при всех без исключения условиях общественной жизни. Народ – единственный источник и носитель власти, суверенитета государства. Он вручает бразды правления королю и магистратам, чтобы иметь уполномоченных действовать в интересах его поручения. Правители обязаны действовать в интересах и на благо народа, подчиняясь гражданским законам.

Если они от этого уклоняются, народ вправе призвать их к ответу и подвергать их наказаниям вплоть до самых суровых.

По мнению Мильтона, республика приемлемее прочих других форм политического устройства. Она позволяет оказывать народу решающее влияние на деятельность должностных лиц и управление государством. При ней более всего обеспечиваются права индивида.

Идею народного суверенитете отстаивал в своих «Рассуждениях о правительстве» О.Сидней (1622-1683) казненный за оппозицию реакционному правлению короля Карла II.

О.Сидней подверг жесточайшей критике Р.Фильмера «Патриархия». Вслед за Гобссом и Мильтоном он выводил происхождение государства из свободного соглашения людей, которое было заключено ими в целях самосохранения и нет никакого иного правомерного обоснования власти кроме этого соглашения.

Кому принадлежит право утверждать власть, тому принадлежит и право ее аннулировать. Посему народ всегда вправе низвергнуть королей злоупотребляющих полученной ими властью (полученной по договору между народом и правителем). Преимущественно в политическом смысле понимает О.Сидней свободу индивидов, народа – суверена. В ней он видит, прежде всего, фактическое участие людей в установлении верховной власти, гражданских законов.

Однако демократические идеи привели его не к республиканизму, а к защите «смешанного правления» (власть короля, ограниченная парламентом), т.е. по сути к проекту создания конституционной монархии.

Близкий по своим политическим взглядам к индепендентам Дж. Гаррингтон (1611 –1677) опубликовал в 1656г. труд «Республика Океания».

В нем обосновывается желательность перестройки английской государственности и придания ей облика буржуазно – дворянской республики. Но для истории «Океания» интересна не только в этом плане. Намного интереснее и важнее развиваемый в этом труде о детерминации государственных форм характером распределения собственности в обществе. В ходе исследований и сравнений Дж. Гаррингтон доказывает: собственность не порождается властью (как утверждал Гоббс), а напротив, власть порождается собственностью. Здесь мы встречаемся с одним из первых в государствоведении Нового времени плодотворных опытов выявления зависимости природы и специфических черт политического строя от реального экономического фактора.

Если индепенденты хотели бы после видоизменения формы правления завоевания для буржуазии и нового дворянства доступа к власти, освобождения этих общественных групп от федеральных пут завершить революцию, то в намерения левеллеров входило произвести ее гораздо дальше.

Пространных сочинений о государстве и праве они после себя не оставили, однако выдвинутые ими идеи сыграли очень крупную позитивную роль в социально – политической жизни Западной Европы и Северной Америки в 17 –18 вв., в развитии прогрессивной политико – юридической мысли.

Левеллеры (levellers, т. e. уравнители) - одна из партий в эпоху первой английской революции. Установившийся в начали 1649 г. строй не удовлетворял некоторых деятелей республиканской армии, слишком много от него прежде ожидавших. Они отделились от индепендентов и решились на дальнейшую борьбу, во имя более решительного проведения в жизнь республиканских начал.

Краеугольный камень платформы левеллеров – принцип первичности, верховенства и суверенности власти народа.

«Вся власть, - писал Дж. Либберн (вождь и идеолог партии левеллеров) –изначально и по своей сущности исходит от народа и его согласие выражается через его представителей, - единственное основание всякого справедливого управления».

Левеллеры не просто провозгласили этот принцип, они обогатили его положением о неотчуждаемости народного суверенитета. Законы самой истории, ответственность перед потомками и предками воспрещают нации отчуждать кому-либор свою власть.

Аналогичным образом решался левеллерами вопрос о правах и свободах индивида. По крайней мере свобода личности и право собственности, свобода совести и печати, свобода промышленной и торговой деятельности, равенство всех перед законом и судом объявлялись прирожденными и неотъемлемыми. Никакие власти и никакие органы не полномочны отменять или изменять естественные права и свободы человека.

Данное мнение покоилось на той презумпции, что естественные права и свободы людей существуют раньше и стоят выше гражданского, позитивного закона.

Среди всех других политических течений левеллеры выделялись своим бескомпромиссным отрицанием, каких бы то ни было форм монархического и олигархического правления. Их идеал – республика, в которой проводятся выборы в однопалатный парламент, а само законодательное контролируется народом.

Чисто политический радикализм левеллеров, требовавший введения в государственную жизнь демократического начала и по своим целям и принципам резко отличавшийся от направлений социального характера, особенно ярко выразился в двух декларациях от имени армии, обращенных к Ферфаксу, в памфлете Лильбёрна, носившем название: "Соглашение свободных жителей Англии на счет мер к установлению мира", и в трактате: "Основные законы и вольности Англии". Левеллеры являются здесь защитниками самой широкой индивидуальной свободы и самыми последовательными сторонниками народовластия. Соглашение и избрание - единственный источник властей законодательной и исполнительной, высшей и низшей. Нация - initium, medium et finis всякой власти. Всеми делами в стране заведует сам народ, через своих представителей. Право избрания имеют все свободные граждане, без различия классов и сословий. Быть избранными могут все избиратели, за исключением военнослужащих и финансовых чиновников; адвокаты могут принять избрание только под условием прекращения практики. Никто не может быть избран два раза подряд. Парламент сохраняет свою власть в течение года. Образуя власть законодательную, он путем выборов назначает орган исполнительной власти - совет, подчиненный народному представительству. Функции этого совета очень ограничены; принятие мер к охранению мира и торгового обмена, к установлению прочных гарантий для жизни, свободы и собственности граждан в к обложению народа налоговыми тягостями, а также издание административных распоряжений, клонящихся к расширению свободы граждан, к устранению злоупотреблений и обеспечению государственного благосостояния - все это зависит от законодательного собрания. На время между двумя сессиями собранием представителей назначается особая парламентская комиссия, для надзора за действиями исполнительной власти. Все местные власти также выбираются народом на один год, без всякого вмешательства со стороны парламента. Свобода совести и печати, равенство всех пред законом, с гарантиями личной неприкосновенности в роде суда присяжных - неотъемлемые права граждан, ограничивать которые не может даже верховная власть народа. Этим, в сущности, вводилось и отделение церкви от государства, так как никакая власть не могла принуждать кого бы то ни было к доставлению средств на содержание духовенства. От власти законодательной и исполнительной левеллеры отделяли судебную власть, вручая ее одним присяжным, разрешающим своими приговорами как вопросы факта, так и вопросы права, при чем судоговорение должно быть публичным и гласным. Нация не должна была иметь иного войска кроме милиции, численный состав которой определялся народным представительством. Хотя последнему и предоставлялось замещать высшие военные должности, но остальные военные чины должны были назначаться и сменяться местными властями тех округов, где расположены отряды. Сохраняя исторические основы семьи и собственности, левеллеры добивались уничтожения всех остатков феодализма, стояли за народные формы землевладения, за вечнонаследственную аренду, признавали равенство всех пред налогом и обложение каждого сообразно его имуществу, восставали против привилегий и монополий и стремились к свободе торговой и промышленной деятельности. В виду агитации левеллеров, в армии запрещены были сборища; это усилило движение, захватившее собою и другие классы общества. 6 мая 1649 г. в Бэнбери и Салисбери вспыхнуло восстание, под начальством капитана Томпсона. Сильное волнение происходило в то же время в Оксфорде, Глостере и др. местах. Скоро, однако, инсургенты потерпели поражение при Берфирде, а к концу мая организованное восстание левеллеров могло считаться совершенно усмиренным. Несколько месяцев спустя (6 сент.) вспыхнуло новое восстание в Оксфорде, но и оно через десять дней было вполне подавлено.

Новаторским является выдвинутый левеллерами тезис: в целях предотвращения узурпации власти, во имя сохранения свободы народа необходимо избежать сосредоточения всех публично – властных полномочий в одних руках, даже если это будут руки законодателей.

В политической программе левеллеров отчетливо видна платформа буржуазной революционной демократии.

Рассматривая систему взглядов левеллеров на государство и право, мы знакомимся с идейными истоками многих последующих демократических доктрин 17 – 18 вв.

Заслуга левеллеров состоит в раскрытии тех политическо – организационных и правовых условий, при которых государство, законодательство Нового времени способны служить интересам общества, гарантировать права и свободы личности, выступать факторами социального прогресса.

2. Политико правовое учение Гоббса.

Борьба граждан с верховной властью и королей с парламентом в середине 17 века в Англии обусловили интерес к гражданским правам и праву власти. Т. Гоббс выступил врагом революции и на основании естественного закона стремился утвердить права верховной власти династии Стюартов против овавшихся подданных.

Взгляды Т. Гоббса на природу человека и причины, заставляющие людей

объединяться в общество, сущность политических обязательств и легитимность разных форм правления формировались под влиянием размышлений о падении Афин (он перевел "Пелопонесские войны" Фукидида) и хаосе гражданской войны в Англии.

Мыслитель исходил из того, что наука о гражданине, обществе и государстве имеет своим предметом движения, совершающиеся в душе людей и определяющие взаимные отношения. Основная причина человеческих действий состоит в вечном и непрерывном желании власти, которое прекращается только со смертью. В качестве метода исследования используется дедуктивный. Трактат "О гражданине " (1642-1646) заключает все существенное и отличается последовательностью выводов. "Левиафан, или материя, форма и власть государства церковного и гражданского" (1651) представляет популярное изложение идей первого трактата.

Учение Гоббса о гражданине основывается на принципах индивидуализма. Эгоистические стремления составляют основу человеческой природы. В обществе человек ищет, прежде всего, собственного блага. Между людьми, не сдерживаемыми верховной властью, господствует страх. Причина опасений заключается отчасти в естественном равенстве людей, вследствие которого даже слабейший может убить сильнейшего, отчасти также в соперничестве, но главным образом в стремлении к приобретению благ, которыми все не могут пользоваться сообща. Это стремление проистекает из самых коренных свойств человеческой природы. Каждый ищет для себя добра и избегает зла, особенно смерти. Это стремление столь же естественно, как падение камня вниз.

Гоббс опровергает убеждение Г. Гроция в общительной природе человека. Люди соединяются с другими не ради самого общения, а ради выгод, какие могут извлечь для себя из этого. Себялюбие может побуждать людей к сообществу или ради чести, или ради пользы. Но и то и другое удобнее достигается не соединением с людьми, а господством над ними. Удержать людей от стремления к господству друг над другом может взаимный страх, который и следует рассматривать как истинное основание всякого соединения людей в общества.

Таким образом, индивидуалистическая трактовка природы человека является, согласно Гоббсу условием возникновения общества и причиной его

функционирования.

Соглашение или договор между всеми членами догосударственного сообщества людей Гоббс считает необходимой предпосылкой легитимности государства. В "Левиафане" он рассматривает гражданское общество, возникшее на основе этого соглашения, как эквивалент государства. Естественное право и естественный закон Гоббс считает частью гражданского закона. При этом естественное право понимается как свобода всякого человека использовать собственные силы по своему усмотрению для сохранения собственной жизни. Естественный закон есть "общее правило, согласно которому человеку запрещается делать то, что пагубно для его жизни или что лишает его средств к ее сохранению..."

1 Право состоит в свободе делать или не делать, между тем как закон обязывает к тому или другому. Закон и право различаются между собой как обязательство и свобода. В естественном состоянии каждый человек имеет право на все. Это состояние войны всех против всех. Для сохранения жизни основной естественный закон предписывает, что следует искать мира и следовать ему, защищать себя всеми возможными средствами.

В случае согласия на это других человек должен согласиться отказаться от права на все вещи в той мере, в какой это необходимо в интересах мира и самозащиты, и довольствоваться такой степенью свободы по отношению к другим людям, которую он допустил бы у других людей по отношению к себе.

Гоббс справедливо считает, что до тех пор, пока каждый человек держится за право делать все, что он хочет, все люди будут находиться в состоянии войны. Чтобы показать свою готовность к миру, поступай в соответствии с Евангелием по отношению к другим так, как ты желал бы, чтобы другие поступали по отношению к тебе.

Отказаться от своего права - значит устраниться с пути другого, лишиться свободы препятствовать другому пользоваться выгодой от права на то же самое. От права можно отречься или перенести его на другое лицо или лица.

Однако не все права могут быть отчуждаемы. Прежде всего человек не может отказаться от права оказывать сопротивление тем, кто нападает на него с целью лишить его жизни, нанести раны, наложить оковы или заключить в тюрьму.

Взаимное перенесение права есть договор. Заключение договоров Гоббс рассматривает как источник справедливости. Люди должны выполнять заключенные или соглашения, без чего соглашения не имеет никакого значения и оставляют право на ведение войны. Нарушение заключенного договора несправедливо.

Справедливость и собственность начинаются с основания государства, как считает Гоббс. Продолжая традиции схоластов, он утверждает, что справедливость есть неизменная воля давать каждому человеку его собственное. Неизменная воля предполагает власть, которая может появиться лишь с основанием государства.

Где нет государства, там нет собственности, ибо там имеют право на все. В гражданском обществе неделимые вещи должны быть использованы сообща пропорционально числу тех, кто имеет право, если количество вещей позволяет. Когда же вещи не могут быть делимы или использованы сообща, устанавливается поочередное пользование по жребию или пользование по принципу первородства.

Природа справедливости, как считает Гоббс, "состоит в выполнении соглашений, имеющих обязательную силу, но обязательная сила соглашений начинается лишь с установления гражданской власти, достаточно сильной, чтобы принудить людей к выполнению своих соглашений".

2 Называя власть государства гражданской властью, он фактически использует как тождественные понятия гражданского общества и государства. К жизни в обществе люди в различной степени приспособлены в зависимости от различия их склонностей. Естественным законом общественной жизни Гоббс считает взаимную уступчивость людей, когда каждый человек должен приноравливаться ко всем остальным. Согласно этому закону, не должен быть принят в общество человек, который стремится держать за собой излишнее, что для других является предметом необходимости. Кто соблюдает естественный закон добиваться мира, может быть назван законопослушным. Для мирной жизни в обществе также естественно при наличии гарантии в отношении будущего прощать прошлые обиды раскаявшимся. В случае отмщения следует сообразовываться не с размерами совершенного зла, а с размерами того блага, которое должно последовать за отмщением. Наказание должно иметь целью исправление преступника или предостережение других. Месть не может служить предостерегающим примером и потому является торжеством по поводу ущерба, нанесенного другому. Месть ведет к войне и именуется жестокостью.

В обществе каждый человек должен признать других равными себе от природы, так как люди вступят в мирный договор не иначе как на равных условиях. При вступлении в мирный договор ни один человек не должен требовать предоставления себе какого-нибудь права, предоставить которое другому человеку он не согласился бы. Нарушение этого естественного закона греки называли желанием получить большее, чем причитается.

Мир как средство сохранения людей в гражданском обществе предполагает существование беспристрастного суда. В противном случае споры между людьми могут быть разрешены лишь войной. Защита прав граждан возможна при условии, что никто не может быть судьей самого себя. Никто также не должен быть судьей в деле, в котором он в силу естественных причин имеет пристрастие. Не следует ставить арбитром того, кто явно извлекает больше пользы, чести или удовольствия от победы одной из сторон. В спорных случаях установления факта или правомочия действия стороны должны подчинить свое право решению арбитра. Людям, которые являются сторонниками мира, должна быть дана гарантия неприкосновенности. В спорах о факте судья не должен доверять одной стороне больше, чем другой (если нет других аргументов), а должен доверять третьему лицу, свидетелю или свидетелям, иначе решение вопроса было бы предоставлено силе.

Согласно Гоббсу, рассмотренные естественные законы сохраняют мир в гражданском обществе. Чтобы стать доступными людям, большинство которых слишком занято добыванием средств к жизни, их можно выразить кратко следующим образом: поступай в отношении других так, как ты желал бы, чтобы другие поступали по отношению к тебе.

Свободным в обществе считается человек, которому ничто не препятствует делать желаемое, поскольку он по своим физическим и умственным способностям в состоянии это сделать. Свобода означает отсутствие сопротивления. Свобода воли состоит в том, что человек не встречает препятствий к свершению того, к чему его влекут его воля, желание или склонность.

Свобода граждан имеет то преимущество перед рабами и детьми, состоящими под отеческой властью, что гражданам доступны почетные должности в государстве и что они подчиняются только государству, а не частным лицам.

Всякая другая свобода была бы свободой от подчинения законам и может принадлежать только самому правителю.

Вместе с тем Гоббс находит недопустимой чрезмерную законодательную регламентацию частной деятельности. Законы должны не устранять частную деятельность, а только руководить ею, подобно тому как берега существуют не для того, чтобы задерживать реку, а для того, чтобы давать ей надлежащее направление. Мера свободы определяется требованием блага граждан и государства. Безвредную свободу по естественному закону не следует отнимать у граждан.

Мера власти определяется задачей защитить граждан, поэтому государственной власти принадлежит: право наказывать нарушителей закона; право войны; право суда; право законодательства; право учреждать подчиненные власти; право запрещать вредные учения.

Следовательно, власть государства, по Гоббсу, не ограничивается сферой внешних действий, но распространяется и на духовный, внутренний мир человека. Государство может осуществлять и церковную власть.

Отрицает Гоббс и право подданных иметь собственное суждение о добре и зле.

Это справедливо в естественном состоянии, а не в гражданском. Здесь правила добра и зла определяются гражданским законом и законодателем. Частные люди не могут предписывать себе суждения о добре и зле. Повиновение власти ни в каком случае не может быть греховным. Подданный, таким образом, является совершенным рабом, с той лишь разницей, что подданный подчинен государству, а раб частному человеку. Гражданским правителям вручает Гоббс и церковную власть. Толкование естественного закона в человеческих обществах является функцией государственной власти.

Теорию абсолютной власти Гоббс выводит из требований общежития. Верховная власть связует общество и образует из него единое целое. Но учение Гоббса ведет к уничтожению свободы. Право сопротивления верховной власти признается в силу естественного закона. Ослушание не допускается при достижении такой общественной цели, как сохранение мира и общей защиты.

В некоторых случаях он оправдывает возмущение против общественной власти: когда она предписывает что-либо опасное или беспечное, когда людям грозит смерть. Подданный имеет право подчиниться новой власти, когда перестает пользоваться покровительством прежней. Эти оговорки против безусловного господства власти открывали дверь революционным идеям.

В трактате "О гражданине" Гоббс делает гражданскую власть единственною толковательницей естественного закона как в нравственном отношении, так и относительно способов поклонения Божеству. Причина состоит в том, что разум может ошибаться, следовательно, частное суждение должно подчиняться общественному. Это первое предписание естественного закона. Если даже власть повелевает что-либо противное нравственности, то грех лежит не на подданных, которые, повинуясь, исполняют свою обязанность, а на правителе, который издает приказание.

Повиноваться власти не следует единственно в том случае, если государственная власть предписывает действие, оскорбляющее Бога, или вовсе запрещает поклонение. Ибо никакое отдельное лицо само по себе не имеет подобного права, а потому не может перенести такое право на государство.

Точно также не следует воздавать человеку божеских почестей. За этими исключениями повиновение должно быть полным. "Левиафан", в угоду абсолютной власти Стюартов утверждает, что граждане обязаны полным повиновением власти во всем, что не противоречит законам Божьим. Власть имеет право предписывать естественные способы поклонения.

Гражданские свободы автор "Левиафана" трактует следующим образом. Подобно тому, как для достижения мира и самосохранения люди создали государство, точно так же, по соглашению, они создали гражданские законы, которые держатся благодаря опасности. Гражданская свобода заключается в свободе делать то, что не указано в соглашениях с властью, то есть в государственных законах. Например, "свобода получать и продавать и иным образом заключать договоры друг с другом, выбирать свое местопребывание, образ жизни, наставлять детей по своему усмотрению и т.д.

3 Однако гражданские свободы Гоббс рассматривает не в отношении граждан, а подданных, совмещая их с властью суверена над жизнью и смертью его подданных. Подданный является виновником каждого акта, совершаемого верховным представителем, который, в свою очередь, сам являясь поданным Бога, обязан соблюдать естественные законы. Беззаконие может быть совершенно верховным представителем, как считает Гоббс, лишь по отношению к Богу.

Гоббс сторонник свободы не частных лиц, а государства. Свобода афинян и римлян, по его мнению, "значит не то, что какие-нибудь частные лица пользовались там свободой оказывать сопротивление своим представителям, то, что их представители имели свободу оказывать сопротивление другим народам и завоевывать их"

4 . Сторонник монархии замечает, что люди легко вводятся в заблуждение соблазнительным именем свободы и принимают за свое прирожденное и доставшееся по наследству право то, что является лишь правом государства. Не приходится удивляться, заключает он, что это приводит к мятежу и государственному перевороту.

Гоббс определяет свободу как отсутствие препятствий, определяет свободу воли человека и называет некоторые основные гражданские свободы: право на жизнь, безопасность, собственность, справедливый суд, равенство людей при заключении договора, свобода покупать и продавать, выбирать свое местопребывание, пищу, образ жизни и т.д. Однако в сравнении частных прав с государственным предпочтение отдается последнему. Гражданскими правами называются те, которые не предусмотрены законом. От каких прав человек отказывается или от какой свободы он отрекается, когда создает государство? Верховная власть, основная как на установлении посредством соглашения каждого с каждым, так и на приобретении посредством соглашения между побежденными и победителями, оставляет подданным (гражданам) свободу в отношении всего, право на что не может быть отчуждено соглашением. Это прежде всего право защищать свою жизнь, не наносить себе повреждений. Никакой договор также не может обязать человека обвинить себя.

Под гражданскими законами Гоббс понимает законы, которые люди обязаны соблюдать как члены государства вообще (т.е. как граждане, выражаясь современным языком). Гражданский закон надлежит знать любому.

Гражданским правом являются те правила, которые государство устно, письменно или при помощи других достаточно ясных знаков своей воли предписало людям (подданным, гражданам) для различения между правильным и неправильным. Законы суть правила, определяющее, что справедливо и что несправедливо.

Естественный и гражданский законы в целом совпадают по содержанию. Естественные законы, заключающиеся в беспристрастии, справедливости, признательности и других вытекающих отсюда моральных качествах, в естественном состоянии являются не законами, а лишь качествами, располагающими людей к миру и повиновению. Лишь по установлении государства они становятся действительно законами, и только государство может установить наказание за их нарушение. И поэтому такие правила являются гражданскими законами: "во всех государствах мира естественный закон есть часть гражданского закона. В свою очередь гражданский закон также является частью предписаний природы, ибо справедливость, т.е. соблюдение договоров и воздаяние каждому того, что принадлежит ему, есть предписание естественного закона... Гражданский и естественный законы не различные виды, а различные части закона, из которых одна (писаная часть) называется гражданским, другая (неписаная) - естественным."

5 Вместе с тем следует иметь в виду, что гражданский закон урезывает естественную свободу человека, естественное право.

Таким образом, в учении Гоббса естественный закон и общественный договор, создающий государство, являются идейными истоками гражданского закона.

Естественный и гражданский законы совпадают через категорию справедливости, объединяющую их. Повиновение гражданскому закону является частью естественного закона. Впрочем, гражданский закон урезывает естественное право. Договор определяется как взаимное перенесение права.

Заслугой Гоббса с точки зрения концепции гражданского общества является также разработка им категорий естественного и гражданского закона, их взаимосвязи и роли наряду с индивидуалистической трактовкой человека в создании общества и государства; разработка понятий свободы и гражданских свобод, равенства, справедливости, права и собственности.

Он приходит к выводу, что суверенная власть в обществе необходима, чтобы избавить его членов от хаоса и насилия. Гражданин получает безопасность и защиту в обмен на исполнение обязанностей и подчинение. Заслугой Гоббса современные мыслители справедливо считают его вывод о том, что оптимальной формой правления является соответствующая материальным условиям и человеческим потребностям граждан.

3. Политическая концепция в учении Джона Локка.

1. Кон­ст­рук­ция “ес­те­ст­вен­но­го пра­ва” и кон­цеп­ция про­ис­хо­ж­де­ния государства.

Свои по­ли­тические взгля­ды и ус­та­нов­ки Локк обос­но­вы­вал при по­мо­щи фи­ло­со­фии ис­то­рии, ядром которой бы­ли уче­ния о ес­те­ст­вен­ном пра­ве и об­ще­ст­вен­ном до­го­во­ре. По мне­нию Лок­ка, из­на­чаль­но су­ще­ст­во­ва­ло ес­те­ст­вен­ное со­стоя­ние лю­дей, од­на­ко это не бы­ла Гоб­бсо­ва “вой­на всех про­тив всех”. В этом со­стоя­нии ца­ри­ла вза­им­ная доб­ро­же­ла­тель­ность, т.к. ка­ж­до­му хва­та­ло пло­дов, зем­ли и во­ды и ка­ж­дый мог на­ко­пить дос­та­точ­ную для не­го соб­ст­вен­ность. Ина­че го­во­ря, ча­ст­ная соб­ст­вен­ность су­ще­ст­во­ва­ла за­дол­го до ус­та­нов­ле­ния го­су­дар­ст­вен­ной вла­сти и не­за­ви­си­мо от ее воз­ник­но­ве­ния. Локк раз­ви­вал по­ло­же­ния, ра­нее вы­ска­зан­ные другими английскимими дея­те­ля­ми вре­мен ре­во­лю­ции се­ре­ди­ны 17 в.

Кон­ст­рук­ция “ес­те­ст­вен­но­го пра­ва” Локка - это уже не про­сто сис­те­ма тео­ре­тических по­сту­ла­тов, пред­на­зна­чен­ная для объ­яс­не­ния пред­най­ден­но­го. Это пря­мая дек­ла­ра­ция “не­от­чу­ж­дае­мых прав”, со­во­куп­ность которых мыс­лит­ся как ос­нов­ной за­кон вновь уч­ре­ж­дае­мо­го (ра­зум­но­го) общественно­го строя. На уче­ние Лок­ка пря­мо опи­ра­ет­ся кон­сти­туционная прак­ти­ка се­ве­ро­аме­ри­кан­ских шта­тов, их зна­ме­ни­тые бил­ли о пра­вах. Локк был пер­вым в ис­то­рии фи­ло­со­фии, уча­ст­во­вав­шим в со­став­ле­нии пер­во­уч­ре­ди­тель­но­го го­су­дар­ст­вен­но­го ак­та: по ре­ко­мен­да­ции Шеф­ст­бе­ри он на­пи­сал кон­сти­ту­цию для Се­вер­ной Ка­ро­ли­ны, к-рая в 16­69г. бы­ла одоб­ре­на со­б­ра­ни­ем на­род­ных пред­ста­ви­те­лей и всту­пи­ла в си­лу.

Ес­те­ст­вен­ное со­стоя­ние ха­рак­те­ри­зу­ет­ся Лок­ком как со­во­куп­ность от­но­ше­ний сво­бо­ды, ра­вен­ст­ва и вза­им­ной не­за­ви­си­мо­сти лю­дей. Его идеа­ли­зи­ро­ван­ные пред­став­ле­ния оз­на­ча­ли апо­ло­гию бур­жу­аз­ной, но от­нюдь не фео­даль­ной соб­ст­вен­но­сти: ведь по­след­няя, по Лок­ку, не от­ве­ча­ет тре­бо­ва­ни­ям сво­бо­ды и доб­ро­же­ла­тель­но­сти. В этих пред­став­ле­ни­ях на­хо­дил свое вы­ра­же­ние и прин­цип бур­жу­аз­но­го ин­ди­ви­дуа­лиз­ма: “ра­вен­ст­во” лю­дей в смыс­ле их рав­но­го пра­ва на лич­ную ини­циа­ти­ву вовсе не предполагало у Локка требований уравнения собственности. Такие требования были характерны для радикально-демократических идеологов революционных лет вроде Джона Лильберна, но Локк их отвергал.

В разгар революции левеллеры выдвинули и другую идею - о подотчетности правительств народу, согласно общественному договору. Эта идея зафиксирована в трактате поэта Джона Мильтона “Права и обязанности короля и правителей...” (1649). Учение об общественном договоре, идеалистично по исходным посылкам, но прогрессивное для своего времени, использует и Локк. Его мотивом пронизан уже Локков “Опыт о веротерпимости” (1667), и оно направляется философом против феодально-теократических концепций, что со всей резкостью выражено в “Двух трактатах о государственном правлении”.

Можно сказать, что достаточно широкие демократические слои доросли до адекватного понимания философско-правовых идей, и с другой стороны сама новаторская философия права развилась до такой степени, чтобы принять в себя ряд правосознательных запросов, стихийно вызревших в массовом движении 16-17 вв.

Таким образом, учение Локка впервые угадало и аналитически прояснило буржуазно-демократическую законодательную волю, а эта последняя впервые узнала себя самое в принципах локкианского “естественного права”.

Обосновывающая учение об общественном договоре теория естественного права содержалась в незавершенном наброске “Опытов о законе природы”. И хотя теория Локка в начале 60-х годов еще не сложилась, уже видна ее связь с философско-историческими построениями: никаких политико-моральных врожденных идей (знаний) нет, но опыт направляет мысли людей на открытие их прирожденных прав, возможностей и обязанностей. В этой не опубликованной при жизни философа работе свободная воля господа как источник благочестивых социально значимых моральных предписаний как бы конкурирует с необходимо возникшим естественным законом самосохранения, который с благочестием не имеет ничего общего и связывается с ним только искусственно. Эта двойственность преодолевается победой закона природы, и, хотя в “Двух трактатах о государственном правлении” к “закону природы и разума” добавляется изредка ссылка и на его божественную санкцию, она уже не имеет здесь ровно никакого содержательного значения; требования человеческой природы диктуют все. “Основной целью вступления людей в общество является стремление мирно и безопасно пользоваться своей собственностью, а основным орудием и средством для этого служат законы, установленные в этом обществе; первым и основным позитивным законом всех государств является установление законодательной власти; точно так же первым и основным естественным законом, которому должна подчиниться сама законодательная власть, является сохранение общества и каждого члена общества”

Локкова концепция происхождения государства из общественного договора вполне складывается только в “Двух трактатах...”. По предположению философа, в давние времена вследствие роста народонаселения появились тревожные симптомы перерастания естественного состояния в “войну всех против всех”. Именно в этот момент люди предпочли совместным и, возможно, “молчаливым” решением учредить государства и вручили первообразованным правительствам исполнительную власть.

Из анализа соотношения естественного и общественных состояний в философии истории Локка видно, что в отличие от Гоббса он считает, что общество сложилось или складывалось до появления государства, государство же призвано не ограничивать социальную свободу и инициативу, а гарантировать их. Верховным сувереном в государстве является не правительство, а нация. Если правительство (правитель) поступает вопреки действующему праву и извращает законы или вообще не считается с ними, напр. отнимая собственность граждан и произвольно ею распоряжаясь, то подданные вправе расторгнуть соглашение с правительством и. используя право на самозащиту, подняться на насильственную революцию. Именно в этот кратковременный период народ реально использует свой суверенитет.

2. Интерпретация равенства

Tabula rasa, изначальное равенство детей в смысле отсутствия у них знаний, служит предпосылкой первоначального естественного равенства, а постепенное развитие разных, а следовательно, и неравных их способностей и задатков, в том числе трудолюбия, является причиной того, что в последующей истории действуют люди с самыми разными возможностями перспективами. “...Различные степени прилежания способствовали тому, что люди приобретали имущество различных размеров... изобретение денег дало им возможность накапливать и увеличивать его”. (Локк т.2 с. 30) .Одни стали богатыми и влиятельными, и именно они более всего заинтересованы были в создании государственности. Уделом малоимущих стала работа из-за куска хлеба. Так смотрит на этот вопрос Локк, по-своему последовательно, но в то же время смешивая догадки и ошибки.

Говоря о живом субъекте правопорядка, Локк всегда имеет в виду изолированного индивида, ищущего частной выгоды. Да и социальная жизнь вообще рисуется ему, прежде всего, как сеть меновых отношений, в которые вступают простые товаровладельцы, лично свободные собственники своих сил и имуществ. “Естественное состояние”, каким оно изображено во втором трактате Локка о государственном правлении, - это, прежде всего, состояние “честной” конкуренции, основанной на взаимопризнании. Соответственно “естественный закон” (правило общежития) понимается Локком как требование равнопартнерства.

Равенство и свобода, которые входят в локковскую трактовку “естественного закона” - это то равенство и свобода, которые предполагаются общим социальным смыслом более или менее развитого товарно-менового отношения.

Равенство, как его трактует Локк, вовсе не имеет в виду природного единообразия индивидов и не содержит в себе запроса на их превентивное уравнивание по способностям, силам и имуществам. Речь идет о равенстве возможностей и притязаний. суть его сводится к тому, что ни один из индивидов, сколь бы скудным ни было его естественное достояние (его интеллектуальные и физические силы, его умения и благоприобретения), не м. быть исключен из конкуренции, отторгнут от свободного обмена благами и услугами. Или: все люди независимо от их естественного неравенства раз и навсегда должны быть признаны экономически самостоятельными субъектами. находящимися в отношении добровольного взаимоиспользования.

Парадоксальная идея “равенства без уравнивания”, равенства, допускающего и, более того, оберегающего и стимулирующего естественное несходство людей, - одна из основных тем в политико-юридических учениях философов-новаторов. На английской почве она впервые намечается у Гоббса, затем - через Локка - переходит к классику политической экономии Адаму Смиту. В трактате “О гражданине” Гоббс говорит": ...каждый должен представлять собой выгоду для остальных. Для того чтобы понять это, нужно обратить внимание на то, что при образовании обществ среди людей наблюдаются различия в способностях” Локк подхватывает эту формулу и акцентирует ее собственно правовое содержание: возможности, которые государство предоставляет для реализации естественных различий и неравенств, есть, как ни парадоксально на первый взгляд, лучшее средство для устранения неестественных привилегий, т.е. такого политическо состояния, при котором знатные и сильные обладают исключительным правом на экономическую и личную независимость.

Буржуазная идеология в Локковом ее варианте выражена достаточно выпукло: классовое неравенство выступает в этой схеме как вполне нормальное явление, объяснимое различной эффективностью личного труда ввиду неравенства людских талантов. Это гармонирует с политическим мышлением Локка: только владельцев частной, преимущественно земельной, собственности считает он подлинно полноправными и разумными гражданами. “Человек, который обладает какими-либо владениями или пользуется какой-либо частью территории какого-либо государства, тем самым дает свое молчаливое согласие и в такой же степени обязан повиноваться законам этого правительства...”. Локк не находит ничего возмутительного в подневольном труде, не возражает против рабства негров, что видно и из его наброска инструкции для губернатора заокеанской колонии Виргинии (1698). Но Локк - антифеодальный мыслитель: он далек от оправдания сословного деления общества.

3.Три (прирожденных) права личности

В “Трактате о государственном правлении” Локк формулирует три основных прирожденных права личности, которые индивиды признают друг за другом в “естественном состоянии” и которые затем гарантируются самим государством: это право на жизнь, свободу и собственность (lives, liberties and estates). Эти три права образуют конституционный базис правового порядка и впервые делают возможным законодательство, не стесняющее, а эмансипирующее по своему основному смыслу - законодательство, сама возможность которого была непредставима для традиционного юридического мышления. Локк пишет: “ Целью закона является не ограничение, а сохранение и расширение свободы. Она представляет собою свободу человека располагать и распоряжаться как угодно своей личностью, своими действиями... и всей своей собственностью”.

Тройственная правовая формула Локка вошла во многие раннебуржуазные конституции и явилась “клеточкой”, из которой развилось более дифференцированное содержание “прав человека и гражданина”. В трактате Локка право на свободу, право на жизнь и на собственность не выступают как внешние друг другу, рядоположенные принципы. Они представляют собой элементарную систему прав, где норма с необходимостью отсылает к другой. В конечном итоге речь идет об одном: о признании людей полноценными “субъектами обмена”, независимыми товаровладельцами, “воля которых пронизывает их товары”.

Право на свободное распоряжение собственностью выступает при этом как итоговое, результирующее, а право на свободу и жизнь - как предпосылка. Локк положил труд в основу всякого частного владения, что позволило ему слить воедино три основных прирожденных права личности. Труд, нацеленный на достижение индивидуального благополучия и выгоды, признается Локком определяющей формой человеческой жизнедеятельности, которую в первую очередь имеет ввиду право на жизнь.

Нарушением права на жизнь является. По Локку, уже всякое закабаление индивида, всякое насильственное присвоение его производительных способностей. Не убийство как таковое, а рабство, т.е. экономическое состояние, при котором один человек получает в полное распоряжение жизненные силы другого и волен совершить над ним все что угодно, - вот, что прежде всего ставится под запрет локковским правом на жизнь.

Компромисс между абсолютной монархией и республикой

Локк включил личную свободу в состав понятия “собственность гражданина”. Всякое правительство само обязано подчиняться этим законам. Что Локк и подкрепил требованием отделения исполнительной власти от законодательной.

Все эти мысли, изложенные во втором “Трактате о государственном правлении”, по сути дела обосновывали необходимость свержения Якова II. А поскольку конституционная парламентарная монархия является, по Локку, наилучшим из государственных устройств, то выход революции за пределы требований ее установления он считал ошибочным и опасным, ведущим к страшным потрясениям. “Два трактата о государственном правлении” подводили теоретический фундамент под назревавший и свершившийся переворот 1688г. Локк направлял своих читателей к выводу, что революция против монархического деспотизма - это верх гражданского разума и справедливости, но дальнейшие революционные преобразования для Англии бессмысленны. Получалось, что народ Англии, избавившись от королевского произвола, чем полностью исчерпывают свое право на революцию и принцип его суверенитета, тем самым утрачивает практический смысл.

Компромиссная позиция между абсолютной монархией и республикой, которую отстаивает Локк в “Двух трактатах...”, опиралась на реальные политических условия, вскоре завоеванные дворянско-буржуазным блоком. В своей политической программе Локк конкретизирует эту позицию как теорию разделения властей. Теория вполне соответствовала политической практике после 1688 г. когда к рулю правления пришли виги и затем исполнительная власть попеременно стала попадать в руки, то торийских. то вигских министерских кабинетов. Согласно принципу разграничения прерогатив, верховная, законодательная власть принадлежит буржуазному парламенту, который решает вопросы “по воле большинства”. Эта “воля” (по Локку) закрепляет буржуазно понимаемые свободы совести, слова, печати, собраний и. разумеется, частной собственности. Исполнительная власть, включающая в себя судебную, военную и федеративную (т. е. сношения с др. государствами), передается кабинету министров и лишь отчасти королю. Все эти полномочия четко определяются и регулируются законами, строго контролируются парламентом.

5. Проблема веротерпимости

С политической концепцией Локка были тесно связаны его взгляды на вопросы религии и веротерпимости. Если в “Опытах о законе природы “ истинной моралью считалась та, что заложена в божьих заповедях, то из “Опыта о человеческом разумении” и “Разумности христианства” вытекает, что только соотнесение веры с подлинной моралью могло бы оправдать первую. Локк оказался на пороге кантовского вывода, что для возникновения морали в боге нет необходимости, хотя для ее укрепления вера в бога может пригодиться. Локк ратует не за “разумное христианство”, а за мораль, свободную от религиозного фанатизма и проникнутую широкой веротерпимостью. И если бы церковь перестала воевать против такой морали, лучшего желать и не требовалось бы.

Как автор “Разумности христианства”, Локк продолжает оставаться сторонником идеи отделения церкви от государства. Остается Локк сторонником веротерпимости. свободы от преследований на всех лиц, однако советует не предоставлять полноты гражданских прав католикам и атеистам. Что касается общего принципа веротерпимости, то он соответствовал политической линии нового режима на прекращение религиозных распрей.

Заключение

1. В области общественно-научных представлений Локк является защитником конституционной монархии, отвергает концепцию абсолютизма Гоббса.

2. В своих взглядах Локк исходит из естественного состояния общества, в котором вся власть и правомочность является взаимной. Один имеет не больше, чем другой.

3. “Это состояние свободы, но это не состояние произвола. Хотя человек в этом состоянии имеет неконтролируемую свободу делать с собой и своим имуществом все, что угодно, он, однако, не имеет свободы погубить себя самого или какое-либо существо”.

4. Ограничивает человека естественный закон, который гласит, что “никто не имеет права ограничивать другого в его жизни, здоровье, свободе либо имуществе”. Свобода человека, таким образом, не абсолютна.

5. Поэтому власть правителя, полученная на основе” договора”, не может быть абсолютной. Она ограничена именно тем, что является содержанием естественного закона.

6. Естественный закон Локка выражает основные интересы и потребности класса, от имени которого он выступал.

7. Значительной составной частью рассуждений Локка об упорядочении общества являются идеи о разделении власти. Они изложены в работе “Два трактата об управлении государством”, где он различает власть “законодательную, исполнительную и федеративную”. Его обоснование разделения законодательной и исполнительной власти во многом повлияло на идеологов французской предреволюционной буржуазии.

8. От теории Локка можно начинать отсчет собственной истории юридического мировоззрения. “Естественное право” Локка формулировало новый политико-юридический идеал: идеал общества, в котором каждый человек с самого начала признается в качестве индепендента - труженика - собственника.