регистрация /  вход

Политическое самоопределение России: проблемы выбора (стр. 1 из 4)

МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РФ

САМАРСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ

Кафедра

педагогики и психологии

Реферат

Тема: “Политическое самоопределение России: проблемы выбора”

Выполнил: студент И- V -8

Кухарь А.А.

Принял: Болдашева Н.Г.

Кинель 2003 г.


"Самоопределение". Насколько правомерно употребление этого понятия, обычно используемого при описании национально-государственных проблем, для характеристики политической ситуации в современной России? Сущест­вуют разные подходы к исследованию политического развития российского общества. На одном конце широкого спектра применяемых методов — самое общее, абстрактно-теоретическое, можно сказать, историософское видение отечественной истории, оценки исторических судеб страны, базирующиеся на осмыслении ее геополитического положения, специфики политической куль­туры, особенностей менталитета народа и элиты, а также той роли, которую она призвана сыграть в развитии человеческой цивилизации. На другом — си­туационный политический анализ, преследующий сиюминутные цели, в част­ности, в нынешний период — просчет возможных результатов предстоящих парламентских, а затем и президентских выборов. В обоих случаях рассматри­ваемое понятие мало что дает для постижения происходящего. Оно приобре­тает эвристический смысл лишь на крутых изломах истории, когда перед об­ществом встает проблема кардинального выбора и в повестку дня выдвигает­ся смена самой парадигмы политического развития.

С середины 1980-х годов Россия вступила в полосу глубокого реформиро­вания фундаментальных основ своего общественного устройства. Уже второе десятилетие страна переживает системный кризис, дестабилизировавший об­щество, потрясший его до основания, поставивший вопрос о принципиально новых политических ориентирах. Поиск средств и способов преодоления это­го кризиса и перехода к иному качественному состоянию превращает понятие "политическое самоопределение" в релевантный инструмент познания глу­бинных тенденций, скрывающихся за турбулентной динамикой текущих со­бытий. Российское общество оказалось как бы на развилке: вопрос о том, ку­да идти, стал для него поистине судьбоносным.

В настоящее время Россия находится, возможно, на самом крутом вираже своей истории. Общество мучительно тяжело самоопределяется по отношению к новым реалиям и в мире, и в собственном развитии. До начала перемен, ини­циированных горбачевской перестройкой, вопрос о политическом самоопреде­лении не возникал. Советский Союз воспринимался всеми как мощная супер­держава, объединившая вокруг российского ядра народы с разными социо-культурными и даже цивилизационными традициями. Несмотря на такое мно­гообразие, советское общество являло собой некую целостность, скрепленную единой государственностью, общностью социально-экономического строя, до­минировавшей в общественном сознании социалистической идеологией, кол­лективистским образом жизни. При всем национально-этническом и социаль­но-культурном плюрализме это позволяло характеризовать население страны как единую историческую общность — советский народ. На мировой арене СССР представлял один из полюсов биполярной международной системы.

В большинстве своем жители СССР ощущали себя гражданами великого государства, имевшего вполне определенный социальный строй и занимавше­го вполне определенное место в мировом сообществе. Независимо от того, как люди относились к этому государству, какие давали ему философско-истори-чеекие, социально-политические и нравственные оценки, и в самой стране, и в мире оно четко идентифицировалось с уникальным обществом, претендо­вавшим на свой особый путь и в этом смысле вполне самоопределившимся как альтернатива капиталистическому.

С началом реформирования советского общества в эту определенность был внесен мощный фермент брожения, давший толчок сомнениям и болезнен­ным переоценкам. Попытки удержать данный процесс в русле эволюционной смены ориентиров, более постепенной и потому менее мучительной, не увен­чались успехом. Восторжествовал конфронтационный принцип: "до основа­ния, а затем...". Радикально-либеральный курс ранних 1990-х придал иденти­фикационной ломке разрушительный характер, ввергший общество в состоя­ние неопределенности, граничившей с хаосом. Прежние оценочные стереоти­пы были разбиты, вводимые же стандарты, заимствованные преимущественно из чужого опыта, не выдерживали испытания на прочность при соприкосно­вении с российской действительностью. Началось шараханье из стороны в сторону — от полного отрицания своего прошлого до ностальгического жела­ния вернуться в его объятия. Удержаться на столь зыбкой почве было невоз­можно. Российское общество могло сохранить себя только путем выработки новых базовых оснований собственного существования и развития, т.е. путем нового политического самоопределения. Ему предстояло сделать стратегичес­кий выбор и для этого ответить на целый ряд важнейших вопросов. В чем за­ключаются национальные интересы России? Какой политический строй и ка­кая форма власти в наибольшей мере им соответствуют? Какими должны быть место и роль страны в глобализирующемся мировом сообществе? Какая соци­альная система обеспечит ее возрождение?

Позади уже без малого два десятилетия перемен, а ответы на эти вопро­сы так и не найдены. Ни у одной из партий нет и убедительной стратегии политического развития. Все это наводит на мысль, что политическое само­определение России — длительный, сложный и многомерный процесс. Об­щий вектор движения будет формироваться в ходе решения совокупности узловых политических проблем, каждая из которых потребует от власти и общества четкой позиции относительно направления и характера предпри­нимаемых шагов. Накопленный политический опыт позволяет наметить лишь контуры альтернатив, стоящих перед Россией. Более детальные про­гнозы в нынешней ситуации вряд ли оправданы вследствие глубокой анти-номичности российского общества.

В трактовке И.Канта, антиномии — это утверждения, которые в равной сте­пени логически доказуемы и в то же время взаимоисключающи. В применении к социальной действительности антиномичность указывает на особый тип про­тиворечия, где каждая из противоположностей имеет одинаково прочное базо­вое основание в реальности. Противоречия-антиномии ведут к возникновению дилемм, не поддающихся снятию в результате единожды сделанного выбора. Пока сохраняются глубинные основания контрнаправленных тенденций, анти-номичная дилемма вновь воспроизводится, требуя постоянного подтверждения выбора. Российская действительность насыщена подобными дилеммами: авто­ритаризм versus демократия, гражданское общество versus корпоративное, фе­дерализм versus унитаризм, рынок versus государственная опека над экономи­кой, постиндустриализм versus сырьевой анклав мировой экономики, противо­стояние versus партнерство на международной арене. Несмотря на принципи­альную важность всех перечисленных дилемм, России, на мой взгляд, необхо­димо самоопределиться прежде всего по первым трем из них.

На политическом уровне решающей представляется антиномия демократия — авторитаризм. Не будет преувеличением сказать, что вся российская поли­тическая жизнь протекает в ее энергетическом поле, сдвигаясь то к одному, то к другому полюсу. Оглядываясь на историю российских преобразований, можно заметить, что пик смещения в сторону демократии приходится, пожалуй, на 1980-е годы, на время утверждения гласности и формирования в стране публичной сферы. Именно тогда возник важнейший инструмент демократического развития, ко­торый до сих пор остается стержнем и индикатором демократизма в россий­ском обществе. С появлением гласности и публичности общество заговорило;

заговорив, оно стало размышлять, а затем и действовать. Без этого прорыва к демократии были бы невозможны последующие реформы в экономике и по­литической системе, приведшие к крушению коммунистического авторита­ризма. Но потом маятник вновь качнулся в направлении авторитаризма. В русле радикально-либеральной политики сложился политический режим, вос­производивший типичные черты автократии.

В итоге политическая система нынешней России оказалась амбивалентной. С одной стороны, она вроде бы демократична, так как ей присущи ключевые признаки демократического строя: всеобщие выборы, разделение властей, двухпалатный парламент, многопартийность, свобода прессы, гласность, ком­плекс гражданских прав, местное самоуправление. С другой — эти атрибуты демократии во многом декоративны, придавлены и обесточены, поскольку Конституция РФ, принятая в 1993 г., закрепила общественный порядок, тяго­теющий к самовластию.

Нельзя сказать, что подобная амбивалентность свойственна только нашей стране. Она известна многим государствам, освобождающимся от наследия ав­торитаризма. Однако у нас противоречия между демократическими и автори­тарными тенденциями проявляются гораздо острее, чем где бы то ни было. От­части это объясняется историческими и социокультурными особенностями Рос­сии. Традиция самовластия пронизывает всю отечественную историю вплоть до 1917 г. Она была воспроизведена в новом виде в советскую эпоху и вновь про­росла в постперестроечных условиях. Среди главных причин ее устойчивости — слабое развитие гражданского общества и невысокий уровень массовой полити­ческой культуры. Оба этих фактора препятствуют реальному воплощению в жизнь декларированных прав и свобод, облегчают узурпацию власти олигархи­ческими и государственно-бюрократическими элитными группами.

Пытаясь внедрить в российское общество западную модель демократии, ра­дикальные либералы не посчитались с тем, что данная модель формировалась столетиями, притом в совсем иной социокультурной среде. Следствием либе­рального "большевизма наизнанку" стал подрыв складывавшихся веками усто­ев общественно-политической жизни страны: сильной государственности и коллективистского солидаризма, в какой-то мере компенсировавшего неразви­тость гражданского общества и личностного начала. В результате молодая рос­сийская демократия оказалась крайне уязвимой для авторитарного "термидо­ра". Резкий слом государственных институтов не сопровождался ростом новых, демократических учреждений, что привело к потере управляемости и обесце­нению норм, регулирующих общественное поведение. Обрушились социаль­ные ниши, формировавшие привычные формы солидарности. В одночасье об­нищавшие и утратившие ориентиры люди начали связывать свои надежды на социальную защищенность и устойчивость существования, на обуздание кри­минального беспредела и восстановление национального достоинства не с раз­витием демократии, а с "сильной рукой". Поколебленная перестройкой веко­вая традиция самовластия обрела социальную почву для возрождения.

Узнать стоимость написания работы
Оставьте заявку, и в течение 5 минут на почту вам станут поступать предложения!