регистрация / вход

Трагедия 11 сентября и мировое сообщество в 21 веке

Я считаю, что события 11 сентября играют большое значение на мировое сообщество. Я могу привести несколько фактов политики США после этой трагедии. Реалистичной оценке глобальных последствий событий 11 сентября мешают две великие иллюзии. Первая заключается в том, что появление широкой коалиции против терроризма знаменует собой отход от превалирующей роли США в мировых делах в направлении действительно коллективной взаимозависимости.

Я считаю, что события 11 сентября играют большое значение на мировое сообщество. Я могу привести несколько фактов политики США после этой трагедии.

Реалистичной оценке глобальных последствий событий 11 сентября мешают две великие иллюзии. Первая заключается в том, что появление широкой коалиции против терроризма знаменует собой отход от превалирующей роли США в мировых делах в направлении действительно коллективной взаимозависимости. Вторая, что после 11 сентября Россия сделала исторический выбор в пользу того, чтобы стать частью ведомого Соединенными Штатами западного мира, став таким образом союзником Америки.

Разумеется, весь мир изливал свои симпатии Америке и проявлял с ней солидарность. «Мы все – американцы», – зачастую повторяли европейцы, азиаты и даже многие мусульмане. Организация Североатлантического договора (НАТО) единогласно ввела в действие статью 5, а все союзники заявили, что считают себя также подвергшимися нападению. Президент России был одним из первых, кто позвонил президенту Бушу-младшему и предложил свою поддержку. Равным образом китайцы, индийцы и японцы заявили о том, что присоединяются к всемирной кампании. Конференция исламских государств осудила терроризм как несовместимый с учением ислама. Совет Безопасности Организации объединенных наций (ООН) единодушно принял резолюцию, призывающую к международному сотрудничеству в борьбе против терроризма.

Не является ли, следовательно, это зарей нового века, рожденного в руинах Всемирного торгового центра (ВТЦ) и взрывающихся в Афганистане бомб? Более пристальный взгляд оправдывает изрядную долю скептицизма. Солидарность неподдельная, но это солидарность больше на словах, чем на деле. Более того, основополагающие реалии силы не были изменены. В американо-европейских отношениях по-прежнему отсутствует фундаментально важный ингредиент: Европа. Нет Европы как таковой, которая присоединяется к Америке в ее долговременной кампании, просто отдельные европейские государства делают, что могут. В некоторых случаях, к примеру, в случае с Великобританией, это даже ведет к прямому участию в некоторых из американских акций против терроризма (а также к не очень-то мягким попыткам повлиять на решения США). Почти все европейские государства готовы к сотрудничеству в деле обмена разведывательной информацией, что имеет важное значение, принимая во внимание тот факт, что самая непосредственная угроза исходит от глубоко законспирированных террористических ячеек, укрывающихся в Центральной Европе, не говоря уже о самой Америке.

Но то, что фактически может предложить большинство европейских государств, далеко не соответствует ранее сделанным заявлениям некоторых из них, касающимся якобы возрастающей роли Европы в «автономном обеспечении глобальной безопасности». Более того, «Европа» находит для себя затруднительным даже обеспечение замены американским войскам, которые можно было бы перебросить с Балкан в другое место. Вероятно, это только вопрос времени, прежде чем некоторые европейские государства начнут выражать свои опасения в отношении масштабов и интенсивности нынешней американской кампании воздушных бомбардировок в Афганистане.

Картина еще более неясная в случае с Россией. Хотя Путин и выражал свои симпатии, все еще остается открытым вопрос: действительно ли Россия сделала исторический выбор в пользу Запада или же она стремится использовать в своих интересах занятость Америки, чтобы добиться от нее конкретных уступок? Встреча в Москве в прошлый четверг представителей российской внешнеполитической элиты закончилась составлением длинного перечня уступок, которые Путину рекомендуют добиваться от Буша-младшего во время предстоящей встречи двух президентов. Причем один известный участник этой встречи объявил, что «Америка готова платить за поддержку серьезную цену», предположительно, в таких вопросах, как расширение НАТО, противоракетная оборона, прощение долгов, война в Чечне и т.д. и т.п. Следует также отметить недавнее обращение Путина к немцам с просьбой присоединиться к России в создании европейской глобальной мощи, которая будет самостоятельной от Америки.

Москва, быть может, руководствуется признанием того факта, что с 300 миллионами враждебных мусульман у нее на юге и 1,3 миллиарда динамично развивающихся китайцев у нее на востоке ей не остается иного будущего, кроме как будущего в структуре Запада. Подобный выбор следует поощрять и приветствовать, но в то же время важно, чтобы продолжалось строительство евроатлантического сообщества, с тем чтобы расширить и консолидировать основу глобальной стабильности. Предстоящий саммит Буш-Путин следует использовать для того, чтобы способствовать продвижению к вышеназванной цели, тем самым делая российский выбор в конечном счете неизбежным.

На Ближнем Востоке нет ничего, что даже отдаленно напоминало бы антииракскую коалицию 1991 года. Египетский президент Хосни Мубарак публично объявил, что примерно 50% направленной против Америки ярости исламистов объясняется американской поддержкой Израиля, длительное время угнетающего палестинцев. Ему вторят религиозные лидеры сравнительно умеренного Марокко.

В регионе широко распространено недовольство политикой Соединенных Штатов, которые наказывают иракский народ вместо того, чтобы принять решительные меры против собственно режима Саддама. Однако едва ли такая акция может быть осуществлена в контексте продолжающегося израильско-палестинского насилия. Как на днях выразился Денис Росс, бывший американский переговорщик: «Нашим арабским союзникам не пришлось бы так оправдываться за их связи с нами, если бы в арабском мире не было столь сильно недовольство в связи с палестинской ситуацией».

Коротко говоря, «коалиция» против терроризма даже не имеет согласованного определения угрозы. Для индийцев – это мусульмане в Кашмире, для россиян – это чеченцы, а для израильтян – это палестинцы, тогда как для арабов – израильтяне. А для американцев – это не ислам (и правильно), но кто это там укрывается за сатанинским имиджем Усамы бен Ладена на телевизионном экране?

Реальная проверка наступит в ближайшие несколько месяцев. Военная кампания в Афганистане скорее всего начнет свертываться с наступлением зимы, и, как мне хотелось бы надеяться, у Соединенных Штатов хватит мудрости не завязнуть в Афганистане на многие годы, пытаясь добиться стабилизации политической обстановки в стране. Но что тогда? Кампания (борьбы с терроризмом – прим. пер.) после Афганистана не может быть сведена к интенсивной разведывательно-полицейской деятельности в Западной Европе и в самой Америке. Взрывоопасный характер ближневосточной трутницы (ист. коробочка, в которую клали трут для извлечения огня - прим. пер.), а также тот факт, что у Ирака есть мотивы, средства а также психопаталогия, чтобы предоставлять действительно опасную помощь террористическому подполью, невозможно игнорировать на основании юридических отговорок согласно которым, не существует убедительных «свидетельств» причастности Ирака к событиям 11 сентября.

Реакция на эту угрозу по необходимости будет как военной, так и политической. Соединенным Штатам нужно будет постараться – предпочтительно при поддержке Европейского Союза – создать на Ближнем Востоке политические условия, которые смогут смягчить шокирующий эффект любой прямой акции против наиболее вероятного источника будущей и по-настоящему опустошительной угрозы. Израильтяне и палестинцы со своей стороны никогда не согласятся на формулу компромисса, но в отсутствие необходимого политического контекста политическая хрупкость Египта и Саудовской Аравии трансформирует любую прямую акцию против Ирака во взрывоопасный региональный кризис. Отсюда следует, что более настойчивые усилия с целью добиться примирения между израильтянами и палестинцами являются необходимым сопутствующим обстоятельством любого решительного усилия справиться с опасностью терроризма, поддерживаемого государством.

Представители руководства России и США готовятся к проведению встречи на высшем уровне в Вашингтоне в ноябре 2001 года. Госсекретарь США Колин Пауэлл провел переговоры с министром иностранных дел России Игорем Ивановым. Стороны обсудили вопросы подготовки переговоров между Джорджем Бушем и Владимиром Путиным, которые, как предполагается, пройдут 12-14 ноября в Вашингтоне и Крофорде (штат Техас). Один из вопросов в повестке переговоров Пауэлла и Иванова – отмена поправки Джексона-Вэника к закону о торговле, увязывавшей предоставление странам восточного блока режима наибольшего благоприятствования (РНБ) в торговле со свободой эмиграции. Она была введена по требованию американских правозащитных организаций еще в 1974 году. 29 октября, за два дня до визита в США Иванова, администрация США приступила к консультациям с конгрессом об отмене поправки Джексона-Вэника в отношении России. Это дает основания надеяться, что поправка скоро будет отменена и США признают Россию страной с рыночной экономикой.


Еще одной сложной темой на переговорах Игоря Иванова, а затем и президента Путина в США станет вопрос о НПРО и выходе американцев из договора по ПРО от 1972 года. Кроме того, темами переговоров станут борьба с международным терроризмом, будущее Афганистана и экономическое сотрудничество двух стран.


По заявлению заместителя госсекретаря США Джона Болтона, интенсивные консультации по выработке новой геополитической стратегии начались еще в июле на саммите G8 в Генуе.

США и Россия будут искать компромиссные решения . . .

В последние недели возрастают шансы на то, что удастся достичь с Россией промежуточной договоренности, которая позволит Соединенным Штатам Америки не выходить полностью из Договора по ПРО. Ожидается, что на предстоящей встрече на высшем уровне США и Россия, сохранив Договор по ПРО, согласятся на широкие испытания в интересах создания национальной системы ПРО США и поставят своей целью сократить количество ядерных боезарядов на стратегических носителях примерно на две трети.


Об этом сообщает сегодня газета "Washington Post" со ссылкой на высокопоставленные источники в администрации США. Такое соглашение не приведет к отказу от договора по ПРО от 1972 года (что, по заявлениям официальных представителей американской администрации, остается конечной целью переговоров с Россией), но позволит администрации продолжить энергичную программу испытаний и разработки НПРО, к которой она надеется приступить в начале следующего года.


По заявлениям официальных лиц США, в рамках этой промежуточной договоренности обе страны также поставят перед собой цель постепенно сократить количество стратегических ядерных боезарядов до уровня 1750-2250 единиц у каждой стороны. Это будут более низкие уровни сокращения, чем предусмотрены Договором о сокращении стратегических наступательных вооружений СНВ-2 (Start-2) и даже планировавшимся в соответствии с договоренностью от 1997 года между Биллом Клинтоном и Борисом Ельциным Договором СНВ-3 (Start-3).


В настоящее время каждая сторона имеет более 6000 стратегических ядерных боезарядов на межконтинентальных баллистических ракетах (МБР) наземного базирования, баллистических ракетах подводных лодок (БРПЛ) и бомбардировщиках дальнего действия, но, как ожидается, ввиду устаревания систем оружия и нехватки денег, стратегический арсенал России в предстоящие годы должен резко сократиться.


Ожидаемая договоренность явится существенным прорывом через девять месяцев после того, как Буш-младший приступил к исполнению обязанностей президента США и сделал НПРО высшим приоритетом своей внешней политики, несмотря на категорическое неприятие Россией отказа от Договора по ПРО. По мнению аналитиков, договоренность еще сильнее подчеркнет, насколько далеко два бывших противника в холодной войне продвинулись в деле преобразования своих взаимоотношений, особенно после того, как в результате нападений террористов на Америку 11 сентября открылись новые области для сотрудничества между ними.


Колин Пауэлл после октябрьской встречи с Игорем Ивановым в Шанхае заявил: «Мы беседовали с моими российскими коллегами, и они высказывают предположения, что оставаясь в рамках Договора по ПРО, мы имеем возможность проводить испытания в более широких масштабах, чем нам кажется… Сейчас мы изучаем этот вопрос».


На встрече с Путиным в Шанхае в прошлом месяце Буш-младший воздержался от объявления конечного срока для выхода США из Договора по ПРО. После этой встречи оба лидера вдохновенно заявляли о возможности «договориться» по данному вопросу.


Важной составной частью нового взаимопонимания с Россией станет соглашение относительно уровней стратегических наступательных вооружений сторон. В ходе своей избирательной кампании, Буш-младший 23 мая 2000 года заявил, что будет добиваться сокращения числа ядерных боезарядов на стратегических носителях до минимального уровня, «сопоставимого с потребностями нашей национальной безопасности, с учетом наших обязательств перед союзниками». Ныне предусматриваемые сокращения стратегических наступательных вооружений будут претворятся в жизнь на протяжении длительного периода времени – отчасти потому, что у России не хватает средств для дорогостоящего демонтажа и уничтожения МБР и БРПЛ, а кроме того, недостаточно складских емкостей для хранения оружейного урана и плутония, который будет извлечен из боезарядов.


По условиям Договора СНВ-2, не планируется сокращать число стратегических ядерных боезарядов до уровня 3000-3500 единиц раньше, чем к концу 2007 года. «Мы уже приступили к сокращению, демонтировав первые из 50 МБР "Peacekeeper", каждая из которых несет 10 ядерных боеголовок, и уменьшив число атомных подводных лодок с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) системы "Trident" в боевом составе ВМС с 18 до 14 единиц, – заявил один официальный представитель США, имеющий отношение к программе в области ядерного оружия. – Вопрос в том, как быстро нам следует двигаться в этом направлении, учитывая, что россияне будут «сокращаться» гораздо медленнее».


По мнению замгоссекретаря США Дж. Болтона, Россия жертвует стратегическими целями в пользу сиюминутных интересов. Именно так расценивают американские высокопоставленные лица сотрудничество России с Ираном. Так что сторонам на переговорах неминуемо придется пойти на взаимные уступки, считает Washington Times. Только так можно будет достичь поставленной цели.

После событий 11 сентября в США и начала акции возмездия в Афганистане многие лидеры постсоветских стран пересматривают взгляды на проблему защиты национальной безопасности своих государств. Сегодня в числе стран, находящихся в центре внимания мирового сообщества, оказался по понятным причинам и Таджикистан. Президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмонов в интервью "НГ" поделился размышлениями о сохранении мира и стабильности в Центрально-Азиатском регионе и защите его от международного терроризма.

ЭМОМАЛИ ШАРИФОВИЧ, ваша страна находится на переднем рубеже среди государств СНГ в свете событий, которые происходят в Афганистане. Что ожидает Таджикистан в случае успеха или же провала антитеррористической операции США?

- Во-первых, эту операцию нельзя назвать антитеррористической операцией только США, хотя именно они являются ведущими в ней. Нет необходимости напоминать о различных формах взаимодействия других стран по участию или содействию в намечающейся операции. Говорю "намечающейся" только потому, что задача антитеррористической операции, на мой взгляд, является чрезвычайно сложной и она не сводится лишь к поимке и наказанию виновников трагедии 11 сентября. Безопасность мира не будет обеспечена одними бомбардировками лагерей "Талибана".

Нужна твердая воля народов и стран, чтобы довести первый этап антитеррористической операции до успешного продвижения мирного процесса в Афганистане. Об успехе антитеррористической операции можно будет говорить только после установления мира в Афганистане.

Очевидно, при этом не обойтись без этапа переходного процесса. Уже на этом этапе снизится производство наркотиков в Афганистане и их транзит через Центральную Азию, в том числе и через Таджикистан. Снизятся угрозы дестабилизации для нашего региона, создадутся более широкие возможности для экономического подъема в Таджикистане путем поступления инвестиций. Со временем возникнет реальная почва для вовлечения страны в русло современной технологической революции на основе использования богатейших залежей полезных ископаемых в стране. Главное - с успехом антитеррористической операции в Афганистане наладится мирная жизнь таджикистанцев. Мы в этом случае не собираемся что-либо менять у себя в стране. Более того, используя мир в регионе, мы закрепим уже имеющиеся достижения во внутриполитической сфере и будем их дальше развивать.

Что же касается провала антитеррористической операции, то сама мысль об этом недопустима, так как это был бы провал антитеррористической коалиции, как и провал экономического и политического фундамента современной цивилизации. Хотят ли этого или не хотят, но ведущие силы современного мира будут вынуждены вести долгую и упорную борьбу с этой транснациональной преступностью. Она одинаково направлена и против одних, и против других, и против всех остальных.

Нельзя международный терроризм сохранить как управляемое явление, направляя его против своих геополитических соперников. Даже если представить себе, что антитеррористическая операция потерпит провал, то и в этом случае "Талибан" в ответных акциях не достанет США, Европу и Россию. И может направить свой удар на то, что ему будет доступно, - Центральную Азию и прежде всего на Таджикистан. Мы уже дорого заплатили за многолетнюю войну СССР в Афганистане, пламя которой перекинулось в Таджикистан. А в последнее десятилетие мы понесли громадный экономический ущерб в результате известных событий.

Провал антитеррористической операции может произойти в случае подчинения ее двойным стандартам. Великие державы должны перестать манипулировать террористами, когда иные из них выставляются представителями национально-освободительного движения и защитниками прав человека. Защита прав человека является самой безотлагательной задачей человечества, но ее нельзя подчинять геополитическим целям. Двойные стандарты погубят редкий шанс, выпавший человечеству для освобождения от международного терроризма. Мы все должны быть искренними и не дать себе увлечься политическими играми. Между тем чем дальше мы по времени от 11 сентября, тем больше чувствуется какая-то неискренняя возня.

- Каковы возможности Таджикистана по защите своей территории от военных действий?

- Эти возможности четко определены Договором о коллективной безопасности. Между нашей территорией и территорией Российской Федерации находятся другие страны СНГ. Но у Таджикистана и России, как и у других стран - участниц ДКБ, есть общая геополитическая стратегия, и всякое частичное ее разрушение приведет немедленно к разрушению всей ее целостности. Придерживаясь единой стратегии геополитического пространства, мы твердо уверены в том, что возможности Таджикистана по защите своей территории от военных действий органически связаны с возможностями России и стран - участниц ДКБ по защите общего геополитического пространства, в которое входит каждый квадратный метр территории Таджикистана. То есть безопасность каждой пяди территории нашей страны, как и всех стран - участниц ДКБ, обеспечивается всей мощью нашего геополитического содружества. Все это не означает, что Таджикистан будет руководствоваться иждивенческим принципом и будет делать упор только на помощь стратегических союзников. От общесоюзной собственности мы ничего не получили для строительства своих Вооруженных сил. Однако в годы независимости мы не сидели сложа руки и сделали серьезный шаг по пути создания собственных Вооруженных сил, войск по охране государственной границы, сил, которые готовы в любую минуту встать на защиту суверенитета и независимости страны.

- Началось взаимодействие между Таджикистаном и США. В чем конкретно оно выражается и каковы его цели?

- С первых дней независимости нашей страны США установили дипломатические отношения с Таджикистаном и оказывали ему гуманитарную помощь, причем в существенных размерах. Эта помощь оказывается и по сей день. Таджикистан является частью мирового сообщества, и он не может оставаться в стороне от тех событий, которые дестабилизируют международное положение и нарушают стабильность в мире. События 11 сентября, унесшие жизни тысяч невинных людей, всколыхнули мировое сообщество и вызвали гнев у каждого здравомыслящего человека. Мы с первых дней этих событий выразили солидарность с народом США и заявили, что готовы сотрудничать по проблемам борьбы с международным терроризмом с мировым сообществом и конкретно - с правительством Соединенных Штатов. После начала антитеррористической акции США наше правительство приняло специальное заявление, где сказано, что мы готовы предоставить свое воздушное пространство и некоторые другие инфраструктуры для оказания гуманитарной помощи народу Афганистана, страдающему длительное время от тирании талибов.

- В России многих беспокоит вопрос: если американские военные будут базироваться на территории Таджикистана, то уйдут ли они после окончания террористической операции?

- Во-первых, американских военных сил на территории Таджикистана нет. Во-вторых, на наш взгляд, весь цивилизованный мир вступил в совершенно новую фазу развития. Страны СНГ, которые содействуют антитеррористической борьбе, вступили в настоящее время в состояние совмещения геополитических пространств, сохранившихся от прошлых полюсов, бывшего биполярного мира. На наш взгляд, цель антитеррористической операции заключается в демилитаризации Афганистана, и это не должно достигаться за счет дополнительной милитаризации региона - это может привести к новой дестабилизации. К тому же следует четко определить, оставаться или не оставаться здесь войскам другого государства. Все это должно регламентироваться соответствующими правовыми актами, заключаемыми на какой-то определенный срок или бессрочно. Как известно, подобных документов между Таджикистаном и другими странами, кроме Российской Федерации, не подписано.

- Существует ли взаимодействие между странами Центральной Азии по вопросам борьбы с международным терроризмом и в чем оно выражается?

- Взаимодействие центральноазиатских стран по вопросам борьбы с международным терроризмом осуществляется широко: и как взаимодействие стран - участниц Договора о коллективной безопасности, и в рамках Шанхайской организации, и по линии двусторонних договоренностей. Создается антитеррористический центр Содружества Независимых Государств. В Центрально-Азиатском регионе созданы коллективные силы быстрого развертывания. Антитеррористическая деятельность координируется также и советом руководящих органов безопасности, и специальных служб государств - участников СНГ. Все эти и другие структуры по борьбе с терроризмом возникли на совершенно новой почве уже в постсоветское время для предотвращения набравших силу новых угроз.

Как известно, страны Центральной Азии, например такие, как Таджикистан, Узбекистан, Кыргызстан, в прошлом были жертвами международного терроризма и экстремизма. Мы все это осознаем, и, как показывают события 11 сентября, страны Центральной Азии в вопросах борьбы с терроризмом должны быть едины и действовать сообща. Таджикистан всегда искренне сотрудничал со своими соседями, и впредь мы обязаны координировать свои действия.

- Какие меры предпринимает руководство Таджикистана для сохранения стабильности в государстве и обществе?

Стабильность любого государства и общества зависит от внешних и внутренних условий. В нашем случае прежде всего - от разрешения афганского кризиса, ликвидация которого обезопасит Таджикистан от проникающего потока наркотиков. Постоянная угроза дестабилизации с юга создаст благоприятные условия для вливания инвестиций в нашу экономику. После трагедии 11 сентября всему мировому сообществу стало ясно, что афганский кризис является угрозой не только для отдельного региона, но и для всей планеты. Я как президент Республики Таджикистан выступал с трибуны Генеральной Ассамблеи ООН, на конгрессе ООН по предотвращению преступности, во время подписания Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности и в других формах постоянно обращал внимание на то, что афганская проблема является проблемой всего мирового сообщества, а не только региона или отдельных стран. Руководство Таджикистана предполагало в свое время даже создать вокруг Афганистана пояс безопасности.

Итак, можно сделать вывод, что трагедия 11 сентября послужила интенсивным действиям против терроризма и широко географической политики США со многими странами.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий