Процветает ли Китай и почему не стоит перенимать китайский опыт для России?

За последнее десятилетие наших реформ почти все политики и экономисты полюбили ссылаться на положительный опыт Китая в деле поднятия своей экономики. Все предлагают скорее перенимать этот опыт и применять его в нашей стране. Но стоит ли это делать?

Колбаскин В. Е.

За последнее десятилетие наших реформ почти все политики и экономисты полюбили ссылаться на положительный опыт Китая в деле поднятия своей экономики. Все предлагают скорее перенимать этот опыт и применять его в нашей стране. Но стоит ли это делать? Если внимательно изучить историю китайских реформ, то окажется, что все их достижения созданы лишь благодаря трудолюбию китайского народа и его способности вкалывать за ничтожную зарплату. Подходит ли нам эта стратегия реформ и готовы ли мы также интенсивно работать за гроши, зная, что нам в старости не будет никакой поддержки от государства и пенсий?

Безусловно Китайская экономика очень велика и значима по мощи, и уступает лишь экономике США. Но и размеры Китая, как территориальные, так и в людских ресурсах не сопоставимы не только с США, но и с любой другой страной мира, кроме Индии. И не тот дом богат, где много денег и много людей, а тот, где много денег на каждого из людей, живущих в доме, сколько бы их там не жило. Поэтому, если в одной квартире собрались 100 человек, собрали и посчитали содержимое своих кошельков, затем сложили, то это не означает, что их квартира стала богаче, чем соседняя, где живут всего трое, но у каждого из них в кошельке больше денег, чем у 10 человек из соседней квартиры.

После окончания политики “Культурной революции” со смертью Мао Цзэдуна в 1976 году к власти в Китае приходят реформаторы, экономическая политика которых и продолжается до сих пор.

В чем состоял ее успех?

Огромное население этой страны на протяжении жизни почти целого поколения (с начала японской оккупации в 30-ых годах и до смерти Мао Цзэдуна) пережило период полной нищеты и голода. Открывшиеся новые возможности для самореализации позволили населению почувствовать улучшение жизни. Качество этого улучшения ощутили на себе все, но степень этого улучшения поднялась не значительно.

Если раньше китайцы довольствовались чашкой риса в день, то уже в 80-ые годы могли себе позволить 5 чашек в день, и множество овощей и фруктов. Население привыкло мало есть и много трудиться. Даже сегодня, когда в развитых районах страны выросли небоскребы и появились миллионы миллионеров, Вы вряд ли найдете китайца с избыточным весом. Таких почти нет.

Представьте, что Вы встаете в 6 утра, съедаете банан, садитесь на велосипед и едите на работу, где вкалываете до 9 вечера. На следующий день все повторяется сначала. И так круглый год. А у тех, кто работает на селе и того хуже положение. Они работают без выходных и без отпуска круглый год, потому что работают на себя. Если твой сосед по участку на один день потрудился больше, то можешь считать, что его урожай будет лучше и продаст он больше, чем ты.

Это состояние жесточайшей конкуренции и поголовного труда. В стране, где проживает 1 млрд. 400 млн. человек, невозможно легкой походкой или сидя дома у телефона искать себе работу, как привыкли мы. Невозможно прийти к работодателю, задрать подбородок, сунуть ему под нос бумажку с наполовину придуманным резюме о своих “достижениях” на прошлых работах и всем своим видом показывать – “вот я какой!”

На одно хорошее место в Китае, даже в современных условиях, претендует до 100 человек. Хорошим считается то место в офисе, где зарплата 100-150 долларов США.

Но основная средняя зарплата по всему Китаю – это 50$ в месяц.

Кто-нибудь в Москве пойдет трудиться по 12-16 часов в день за эти деньги? Я думаю, что и в самой захудалой российской глубинке не пойдут. Может такая заплата и кому-то покажется привлекательной, но вот столько ради этого вкалывать – нет уж!

Причем нужно будет трудиться по настоящему, а не как привыкли мы, европейцы и американцы – сидя на кресле попутно читать газетку, попивать чаек и поигрывать на компьютере. То есть в среднем работать не более 4-5 часов от всего 8-часового рабочего дня.

В Китае все жестче и проще. Съел не в обеденный перерыв яблоко – уволен. Рассказал смешной анекдот во время работы – уволен. Засмотрелся на ворон в окне – уволен. У работодателя проблем с поиском нового работника не будет. Только вылетит первый, через 5 минут на его месте будет сидеть другой желающий.

Безработица в Китае огромна. Число безработных превышает все население России.

Каждый из них готов делать что угодно и почти за любые ничтожные деньги.

Вот в чем секрет китайского успеха. Больше ни в чем.

Все остальное ничем не отличается от экономической политики в других странах.

Взять тот же Тайвань. Разгромленный народной освободительной армией Китая в 1949 году Чан Кайши с остатками своей армии спрятался на Тайване под защитой американских войск.

Экономическая политика развития этого острова была изначально основана на рынке и капитализме. И не смотря на почти такую же плотность населения острова зарплаты там значительно выше, чем в Китае и менталитет тайваньцев далек от китайского. Жители острова не привыкли трудиться от зари до заката за горсть риса и знали цену своему труду. Поэтому, хотя и Тайвань – это не Япония и даже не Южная Корея, но уровень жизни там выше, чем в Китае.

Вот говорят – Китай завалили инвестиции и туда со всего мира бежит капитал.

Но что он дал простым китайцам? Существенных изменений для всего населения не произошло. Только те, кто работают в крупных городах и работают как высококлассные специалисты, занимающие высокие должности, могут себе позволить что угодно и живут с американскими зарплатами. Таких десятки миллионов, но в процентном отношении к остальному населению – их ничтожное количество. Это категория лиц примерно та же, как у нас те, кто работает в Газпроме и сосет “титьку” потока газодолларов. Там даже уборщица получает как хороший банковский клерк в Москве.

За последнее время скорость роста китайской экономики достигла 9% в среднегодовом исчислении. Для сравнения, экономика большинства развитых стран мира в настоящее время растет со скоростью от 0% до 3%.

Быстрыми темпами год от года в Китае растет ВВП и производство. Только за первых 3 квартала текущего года китайская экономика выросла на 8.5% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года.

Китай с его огромным населением и более сотней миллионов безработных сможет переварить еще триллион долларов капитала, если не больше. Но это не будет продолжаться бесконечно. Как только начнется улучшение качества жизни всех и поднимутся зарплаты, о китайском чуде можно будет забыть. Все капиталы начнут оттуда убегать. Правительство Китая уже подумало об этом, и поняло, что когда-нибудь это произойдет. Поэтому для капитала, пришедшего в Китай, существуют очень жесткие условия – он не сможет покинуть страну деньгами и оборудованием. Только товарами, которые будут произведены в Китае. Но при удорожании юаня кто будет покупать дорогой ширпотреб плохого качества.

Основное направление китайского производства – это ориентация на экспорт.

Низкий курс юаня, поддерживаемый Китаем, позволяет держать высокую конкуренцию товаров. Не мудрено – рабочая сила в Китае одна из самых дешевых в мире, в стране политическая стабильность и все возможности для производства любых товаров.

Вот все производства с Запада и перекочевывают в Китай. Так в перспективе только один Китай будет что-то производить, а все остальные страны только потреблять. Разве так бывает в рыночных отношениях?

Нет – не бывает. Но мировая экономика уже давно не рыночная. США потребляют больше, чем производят, печатая новые доллары, а Китай и Юго-Восточная Азия производят больше, чем потребляют, скупая эти лишние напечатанные доллары и размещая их же в американские банки. Так сложилась зависимость экспортеров и импортеров друг от друга. У первых все производство ориентировано на то, что все товары скупят США, а у вторых (Европа и США) ориентация на то, что на все их напечатанные деньги можно будет купить товаров у первых.

Курс обмена юаня по отношению к доллару сегодня искусственно занижен более чем на 40%, а объем экспорта китайских товаров в США сейчас превышает $100 млрд. Центробанк Китая сохраняет курс юаня по отношению доллару на уровне порядка 8,28 единиц с 1994 года, допуская лишь небольшие отклонения от этой цифры. За эти 10 лет китайская экономика росла со скоростью 7-8% в год, а американская – 3-4%. Вот и набежал за 10 лет такой отрыв паритета покупательной способности юаня и доллара в 40%.

Только с января по сентябрь этого года общий объем экспорта и импорта Китая составил 606,3 млрд. долларов, увеличившись на 36,2% против того же времени 2002 года.

Только сейчас коммунисты Китая приняли решение изменить курс реформ. Теперь приоритетами Пекина становятся не темпы роста экономики, а решение накопившихся структурных и социальных проблем, с поощрением частной собственности, приватизировать крупные госпредприятия.

Зачем?

С эпохи “большого скачка” Мао Цзэдуна остались тысячи неэффективных госпредприятий, на которых трудятся десятки миллионов людей. Только этим людям, работающим на госпредприятиях, и госчиновникам, государство платит пенсию по старости. Все остальные старики Китая живут на помощь своих детей, которые работают на себя, на родителей и на своих детей. Так было испокон веков и сами китайцы воспринимают это как само собой разумеющееся.

Стоило бы посмотреть на наших граждан, если бы им сказали, что сегодня вы трудитесь по 14-16 часов в день, а к старости надейтесь на помощь своих детей.

Поэтому ничего удивительного в том, что в Китае все стремятся завести побольше детей нет. Ведь там дети – это опора в старости. По этой же причине там так быстро росла численность населения.

На частную собственность в Китае пока приходится лишь до половины экономики, - все остальное неэффективная госсобственность, требующая дотаций.

Поэтому резонно поставив цель – избавиться от этой собственности, Китай хочет один махом убить двух зайцев – сократить социальные расходы на пенсии госслужащим (т.к. их число сократится) и избавиться от дотаций неэффективным предприятиям, сделав наоборот – “доить” их уже как частные и эффективные. По планам, в руках центрального правительства должны остаться 196 крупных холдингов, а остальные 150000 госпредприятий передадут местным властям, которые могут распоряжаться ими по своему усмотрению (скорее всего продадут).

Тогда будет возможность использовать лишние деньги на госпрограммы – развитие новых видов вооружений для армии, космонавтики и пр. атрибутов передовой державы.

В Китае до сих пор очень плохо развита медицина, что показала недавняя эпидемия атипичной пневмонии.

Руководство страны фактически не уделяло внимания растущему разрыву между городом и деревней, между отдельными регионами, недовольству населения накапливающимися соцобеспечения.

В деревнях до сих пор работают мотыгами и руками. Там не знают, что такое пенсия, но зато исправно платят налоги государству.

Если бы в нашей стране организовать все аналогичным образом и заставить всех трудиться за 50 долларов по 14-16 часов, отменить все пенсии для работающих на частных предприятиях, то за несколько лет мы станет вторым Китаем и капитал сюда побежит еще быстрее, чем в Китай.

Но готовы ли мы на это пойти?

Наш менталитет европейской направленности и не потерпит лишения 8 часового рабочего дня, 2 выходных, месячного отпуска и чуть ли не целого месяца в году разных праздников. Давайте подсчитаем, сколько в среднем мы работаем?

В году 365 дней – 52 недели. Мы не работаем по субботам и воскресеньям. Остается 52 недели по 5 дней. Получается 260 рабочих дней. Из них 1, 2 января, 23 февраля, 8 марта, 1,2 и 9 мая, 12 июня, 7 ноября и 12 декабря мы не работаем. Это 10 дней. На майские и новогодние праздники работодатели все равно отпускают всех гулять до их окончания, так как в это время у наших мягко говоря “нерабочее состояние” и заставлять их вкалывать – бестолковая трата времени и технических расходов. Это еще дней 7. Вычтем еще отпуск в 28 календарных дней. Итого, выходит, что мы работаем порядка 215 дней в году и по 8 часов. Это всего 59% от 40-часовой рабочей недели. Т.е. в среднем за год мы работаем по 4,72 часа в день, что между прочим мало отличается от европейских показателей. Там нет столько праздников, но там часто практикуют 4-дневный рабочий день, который очень многих устраивает. Они и американцы тоже любят потягивать чаек и засматриваться на ворон, не говоря об обсуждении в рабочее время итогов вчерашнего матча, новых анекдотов и последних сплетен.

Если бы мы работали как китайцы, наш ВВП удвоился не за 10, а за 5 лет. Коррупция в Китае “круче” нашей и ее не останавливают даже угрозы смертной казни за взятки, что существует в Китае. Поэтому наше экономическое пространство выглядело бы более привлекательным, будь мы более трудолюбивыми.

Не все так гладко и с иностранными компаниями, решившимися перебраться в Китай. Их стало очень много и они столкнулись с серьезной конкуренцией со стороны китайских производителей и друг с другом. Зарубежные корпорации вспоминают середину 90-х как “золотое время”, когда их продукция была для китайского потребителя вне конкуренции и можно было “толкать” что угодно по любым ценам. Сейчас конкурентная борьба на китайском рынке достигла такого накала, что из обосновавшихся в стране иностранных компаний выдержать ее могут только крупные транснациональные корпорации.

О чем это говорит?

О том, что все же рынок берет свое и капиталы рано или поздно будут вынуждены найти новое место для развития. Китай все меньше и меньше подходит для них. Дешевая рабочая сила – это еще не все. Когда аналогичных предприятий в Китае становится много, соревноваться с их продукцией в цене будет сложно.

Более мелкие иностранные компании с китайского рынка вытесняются, даже если пришли туда одними из первых. Китай потихоньку превращается в сеть транснациональных корпораций, ничем не отличающийся от Японии, США, но больше всего походит на ЮАР, где лишь на юге развитый сектор, а вся остальная территория – отсталые сельские районы, где до сих пор бегают дикие племена бедуинов, ведущие древне-кочевой образ жизни.

Китай понемногу занялся освоением неразвитых западных районов. Частью этой программы стоит развитие Тибета - самого крупного и самого бедного и убыточного национального района КНР. Но махом эти проблемы не решить – накопился слишком большой разрыв.

Простые люди в Тибете живут примерно на 7762 юаня ($946) в год – это средний доход горожанина, а 1521 юань ($185) заработал за 2002 год средний тибетский крестьянин. Это за год! В месяц это порядка 15$. Но на эти деньги люди живут и не плачут, а даже радуются тому, что их космонавт полетел в космос спустя 40 лет после того, как туда летал Гагарин на такой же консервной банке.

Путь Китая – это не путь для нашей страны, граждане которой имеют европейский менталитет. Нашей стране нужно ориентироваться на импорт передового оборудования и технологий, чтобы за счет них повышать конкуренцию своих товаров, а не смотреть и завидовать Китаю, где в реальном счете завидовать и нечему.

ВВП Китая, выраженный в долларах США по китайскому фиксированному курсу, а не условной покупательной способности, составляет всего порядка 6% мирового объема производства. А страны Запада все еще обеспечивают порядка 3/4 мирового объема ВВП.

Китай – самая большая страна по численности граждан и если оценить его ВВП в расчете на душу населения, то много не будет. 1.5 трлн./1.4 млрд. = 1070$.

В России ВВП сейчас порядка 510 млрд. $, что в оценке на душу населения будет в районе 3517$. И то и другое не сравнимо с показателями западных стран, где на душу населения ВВП составляет более 10000$.

Китай при желании мог бы развивать наравне с экспортно-ориентированными отраслями и внутренний сектор. Но весь упор последних десятилетий делался на экспорт. В итоге, современный уровень жизни простого китайца далек даже от нашего. Иначе ехать работать к нам они бы так не стремились.

В экономике главное не количество, а качество. Например, еще 10 лет назад по Китаю все еще колесили паровозы, а велосипед тогда был почти основным видом транспорта.

Сейчас уже стали доступны автомобили, но далеко не многим, а лишь незначительной части добившихся успехов в карьере или бизнесе предпринимателей.

Процветание Китая зависит от поддержания низкого уровня жизни населения этой страны. Стоит отпустить курс юаня в свободное плавание, и уже завтра никто не будет покупать китайские товары из-за их высокой цены. Мы переживали аналогичный период в 1998-2000 годах, когда низкий рубль позволил встать на ноги нашей промышленности. Теперь для ее дальнейшего развития нужно его потихоньку укреплять.

Россия теперь нуждается в новом оборудовании, закупать которое выгоднее по низким ценам и при высоком рубле. Если до 98 года основной статьей импорта были продукты питания и ширпотреб, то сейчас это станки, новые заводы и оборудование. А продукты и шмотки мы и у себя научились неплохо производить за каких-то пару лет.

Так нужен ли нам этот китайский путь вечно работающих людей-машин от рассвета до заката за 50$, без перспективы получать пенсию в старости, и не стоит ли подумать о своей собственной дороге?

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ