регистрация /  вход

Особенности политического развития Бангладеш (стр. 1 из 2)

.

Свагато Кинкор Маджумдер (Бангладеш)

В различных цивилизациях политико-культурное развитие протекает весьма своеобразно, а подчас и при ином политическом мироощущении и восприятии. Категория “цивилизация” отражает уникальность той или иной национально-культурной, исторической традиции, ее специфическое содержание, способы передачи и воздействия на облик общества и человека. Ей присущ определенный культурный релятивизм, отказ от расстановки обществ по ступеням прогресса, перенос внимания на структуры культурной традиции. [c.192]

В цивилизации принято выделять четыре подсистемы: биосоциальную, экономическую, политическую и культурную (область символов, ценностей, норм, обеспечивающих коммуникацию между людьми).

Изначальный приоритет государства над обществом – характерная черта политического менталитета восточных цивилизаций. К нему следует добавить особую устойчивость на Востоке социальных, этнических и политических традиций, черпающих свою силу в тысячелетних культурах и религиях, а также специфическое отношение “восточного человека” к миру политики. Иначе говоря, по сравнению с Западом, гражданское общество на Востоке начало формироваться позже, этот процесс продолжается и ныне, его воздействие на государство сравнительно слабее, а роль традиционной политической культуры в государствах Востока весьма значительна.

Следует внести определенную поправку в устоявшееся представление о восточных культурах как исключительно социально-коллективистских, а о западных – как исключительно индивидуалистских. Оба эти начала присущи любой значимой культуре и политике, но выражаются и проявляются с различной интенсивностью. Равным образом следует осторожнее относиться к безоговорочному отождествлению присущих постиндустриальному развитию и модернизации социально ориентированной рыночной экономики и рыночных отношений с плюралистической политической демократией и индивидуализмом. Если на Западе социально ориентированная экономика и сложившаяся демократия зиждились на ценностях индивидуализма и рациональности, то на Востоке эти же ценности основывались преимущественно на коллективистских принципах и ценностях.

Опыт современной успешной модернизации ряда стран Востока показал, что перемены в них начинались не с “либерализации государства, как это было, во всяком случае, согласно теории, на Западе, а в условиях, когда государство действовало в качестве инициирующей силы, организатора акций и мероприятий, сделавших необратимыми процессы утверждения рыночных ценностей и отношений в экономике”. При этом всем модернизирующимся государствам Востока в основном удалось сохранить базовые культурные ценности, устоявшиеся доминанты властных отношений.

Опыт постиндустриальной модернизации ряда государств Востока показывает, что ее успех обусловлен сохранением традиционных политико-культурных ценностных ориентаций, единства нации, скоординированными действиями правящей элиты (или элит), активным функционированием авторитарных или либерально-авторитарных режимов, содействующих развитию современных рыночных отношений в русле национальных и цивилизованных приоритетов. В этих государствах удалось выдвинуть национальную идею, объединившую подавляющее большинство народа на базе уважения традиционных культурно-политических ценностей и активного включения в мировые рыночные и информационные отношения. Именно сохранение традиционных ценностей и ориентировок позволило странам Востока освоить многие достижения западной техногенной цивилизации, не вестернизируясь в буквальном смысле этого слова, модернизироваться экономически, сохранив и развив свою идентичность.

Как независимое государство республика Бангладеш существует менее 30 лет. За такой короткий по историческим меркам срок ни массы населения, ни даже [c.193] элита страны не смогли приобрести какого-то опыта жизни в демократических условиях, тем более, что вся предыдущая история Восточной Бенгалии включала демократические элементы только на само низком уровне государственной пирамиды: на уровне деревенского самоуправления в виде панчаятов – советов из выбранных старейшин.

Ко времени обретения независимости Бангладеш в 1971 г. в мире давно развились устойчивые демократии западного типа с их характерными признаками: гражданское общество, признание приоритета прав человека над интересами государства, гарантии политических свобод, секуляризм и веротерпимость, разделение властей, существование политических партий и оппозиции, уважение прав меньшинств и др.

Развитие демократических институтов в западных странах (а также в Японии) было неотделимо от экономического и научно-технического прогресса; более того, эти институты были залогом и необходимым условием высочайших достижений этих стран во всех областях человеческой деятельности. Поэтому вполне естественно и оправданно, что основатели Бангладеш обратились к испытанным образцам демократического устройства: к конституциям крупнейших западных стран – США, Франции, Германии, а также к основанному с значительной мере на традиции (но имеющей силу закона) государственному устройству бывшей метрополии – Великобритании: “форма правления по Конституции Бангладеш – это парламентское правление британского типа”.

Надо признать, что разработанная с учетом западного опыта Конституция Бангладеш отвечает всем требованиям устройства современного общества “западной цивилизации” и соответствует основополагающим документам ООН, в том числе, “Декларации прав человека” и “Пактам о правах человека”.

Сама процедура разработки и принятия Конституции явила собой весьма обнадеживающий пример, с одной стороны, единства и морального подъема нации и, с другой стороны, демократического законотворчества: Конституционная Ассамблея, состоявшая из 403 выборных представителей в Национальной Ассамблее Пакистана от Бангладеш (тогда еще – от Восточной Бенгалии) и провинциальных ассамблей этой территории, избрала комитет из 34 членов для разработки проекта Конституции с учетом 98 наказов, полученных от избирателей; разработка, обсуждение и принятие Конституции продолжалось в 1972 г. почти 7 месяцев. В результате Конституция представляет собой стройный по структуре документ с продуманными формулировками, охватывающими все обозримые на тот период формы государственной деятельности и оставляющие возможность их дальнейшего совершенствования по мере возникновения в этом необходимости.

Конституцией Бангладеш предусматривалась парламентская республика британского типа с Кабинетом министров, назначаемым Парламентом и ответственным перед ним. Одним из соображений в пользу такого решения был опыт управления Британской Индией в колониальный период. Этот опыт, несмотря на свою естественную ограниченность, все же рассматривался как достойный использования в государственном строительстве новой республики.

Президентская форма правления была отвергнута Конституционной Ассамблеей как чреватая конфликтами между исполнительной и законодательной властями, “которые могут серьезно повредить нашей младенческой демократии”; поэтому Президент страны, будучи избираем Парламентом и являясь Главой [c.194] государства, был обязан действовать “по совету” Правительства. (Заметим, что опасения авторов Конституции насчет конфликтов между различными ветвями власти позднее обернулись суровой действительностью в периоды правления военных в условиях Президентской республики).

В отличие от большинства ведущих западных стран Конституцией Бангладеш предусматривается однопалатный Парламент, состоящий из 330 членов (в том числе, зарезервированы места для 30 женщин). Учитывая относительно высокую степень этнической однородности населения и практическое отсутствие сепаратистских движений в провинциях, республика Бангладеш провозглашена унитарным государством.

По Конституции избирательное право предоставляется всем гражданам Бангладеш, достигшим 18 лет, независимо от имущественного положения, образования, касты, класса, пола и вероисповедания. Для страны, в которой 70–75% населения неграмотно, это, безусловно, смелое решение.

Итак, начало демократического развития Бангладеш отмечено принятием вполне современной Конституции, созданной “по образу и подобию” конституций развитых западных демократий.

К сожалению, дальнейшее развитие Бангладеш приняло очень неровный характер.

Колониальное прошлое и экономическая отсталость, состояние унижения и депрессии, в котором пребывала Восточная Бенгалия будучи в составе Пакистана, разорение в ходе Войны за независимость и политическая незрелость элиты – все это препятствовало укоренению ростков демократии, возникновению позитивного сознания и планомерной работе по развитию демократических институтов. Политические партии и группы, сплотившиеся было в момент общенациональной угрозы и патриотического подъема в 1971-1972 гг., перешли к соперничеству и политической борьбе за власть с помощью откровенно демагогических приемов, апеллируя не к разуму, а к страхам, эмоциям, инстинктам и предрассудкам населения, в основной массе неграмотного и политически неискушенного. В результате парламентская форма правления, предусмотренная Конституцией, оказалась скомпрометированной, неспособной ни решить экономические проблемы страны, ни обеспечить внутреннюю стабильность в обществе. Как с горечью писал видный исламский публицист Шамсул Алам: “Парламент, безусловно, является представительным органом. Но члены Парламента далеко не всегда являются истинными представителями народа”. В 1975 г. по инициативе Шейха Муджибура была принята поправка к Конституции, устанавливающая президентскую форму правления.

Вскоре начался период нестабильности, широкого распространения коррупции, фальсифицированных выборов (“избирательного разбоя”), переворотов и контр-переворотов, завершившийся приходом к власти военных. В итоге за истекший с 1972 г. по настоящее время период развития, Бангладеш 15 лет находилась под авторитарным правлением военных – 6 лет при генерале З.Рахмане (1975-1981 гг.) и 9 лет – при генерале Эршаде (1982-1990 гг.). Эти годы нанесли существенный вред еще только нарождавшимся демократическим институтам, от которого страна не оправилась до сих пор. Что касается экономики, то правление военных не сопровождалось никаким прогрессом в этой области, несмотря на [c.195] увеличивавшееся прямое вмешательство военных во все сферы жизни страны в ущерб прерогативам Парламента.