регистрация /  вход

Государство – право – общество (стр. 1 из 5)

Ирхин Ю.В., Зотов В.Д., Зотова Л.В.

“По мере того как мысль о Государстве постепенно, утрачивая способность к чрезмерным иллюзиям, трансформировалась из общих принципов в отражение реальности, на основаниях античного учения о государстве, христианской этики, рыцарской этики и правоведческой теории в лоне международного права сложилась новая система воззрений. Освобожденная от веры как таковой, она трактовала государства мира как сообщество, члены которого обязаны уважать друг друга и вести себя в отношении других таким образом, как того требует право и от людей, живущих сообществом”.

Й. Хейзинга

§ 1. Происхождение и природа государства

Понятие “государство” введено в политико-правовой обиход сравнительно недавно. Вплоть до эпохи Возрождения для обозначения государства пользовались более конкретными понятиями: княжество, королевство, тирания, республика. Платон известной работой “Государство” не опровергает сказанного, ибо более точный перевод ее названия на русский язык соответствует понятию “Конституция” или “Город-государство”. Специальный обобщающий термин “государство” (от итал. – stato), применимый к любой его конкретной форме, ввел Н. Макиавелли. Из итальянского это слово перешло во все европейские языки: (англ. stаtе, нем. к stааt, фр. etat, исп. estadо).

Позже мыслители (Руссо и другие) в рамках общества стали различать “гражданское общество”, а Гегель окончательно разграничил понятия общества, гражданского общества и государства.

Гражданское общество и государство не всегда были правовыми, хотя последнее всегда принимало законы, системы правовых норм для регулирования отношений своих граждан. Римская империя ни в коей мере не была правовым государством, хотя в ней действовала знаменитая система “римского права”, которую называли тогда “писаным разумом” и которая оказала огромное влияние на последующее развитие западной культуры в целом1. [c.220] Понадобились немалые усилия философов, политических мыслителей, юристов по упорядочению, гуманизации отношений государства и общества. Решающую роль в этом процессе сыграло право, но уже в новом его понимании.

Почему возникло государство. Как известно, первобытное общество людей обходилось без государства. Власти старейшины рода, сельской общины, племенного вождя было вполне достаточно, чтобы общество худо-бедно жило без государства.

Попытки объяснить этот феномен какой-либо одной или “главной” причиной малопродуктивны. Так, согласно психологической теории возникновение государства связывается с гениальной идеей, озарившей вдруг разум какого-то одного человека. Близка к исходным позициям такого объяснения известная теория “общественного договора”, смысл которой заключается в следующем: люди, принадлежавшие к разным общинам, постоянно враждовали между собой, совершали набеги, захватывали и убивали чужаков. И когда они, наконец, осознали опасность этого, то договорились учредить государство как некий надобщинный орган власти и управления, передав ему часть своих “естественных прав” в обмен на защиту общих и индивидуальных интересов. В таком объяснении есть рациональное зерно, однако не ясно по крайней мере одно: почему люди не могли договориться об этом много раньше?

Немало сторонников было и есть у классовой теории возникновения государства, разработанной марксизмом: “Государство возникает там, тогда и постольку, где, когда и поскольку возникают классы с противоположными, непримиримыми интересами” (В.И. Ленин). И для того чтобы эти классы не “пожрали” друг друга и общество в бесплодной борьбе, возникает государство – как сила, стоящая над обществом, если не примиряющая классовые противоречия, то во всяком случае умеряющая их, т.е. ставящая их в границы определенного порядка (Ф. Энгельс).

Следует сказать, что эта теория исходит в основном из опыта Древней Греции и ею можно объяснить возникновение греческих городов-государств. Однако в ряде случаев эта логическая связь не прослеживается: сначала возникает государство, в силу определенных неклассовых причин, а потом уже возникают классы с их противоположными интересами. Весьма распространен вариант “параллельного” формирования классов и государства. [c.221]

Так, например, тот факт, что “родиной государства” явился Древний Египет во многом объясняется специфическими условиями географической среды и, следовательно, жизнедеятельности, жизнеобеспечения местного населения. Одно дело, когда сельская община может брать у природы готовые продукты питания (плоды), когда достаточно бросить в благодатную почву зерно и без особого труда получить хороший урожай, – тогда с образованием государства можно подождать. В Египте же на сотни километров простираются безводные песчаные и каменистые пустыни. Чтобы земля плодоносила, требовались огромные трудовые усилия людей. Земли для посева в долине Нила приходилось отвоевывать у песков, болот и зарослей. Главным занятием египтян было земледелие, и они рыли каналы, строили дамбы и другие ирригационные сооружения. Для поддержания этих сооружений сил рода или даже сельской общины было недостаточно. Требовалась власть, могущая сказать и приказать всем земледельцам, что, как и когда делать. Со временем эта власть оформилась как государство, а люди, связанные с организаторско-управленческой деятельностью, обособились в господствующую социальную группу.

В качестве стимула образования государства могут выступать не только внутренние, но и внешние факторы, в особенности угроза нашествия. Со стороны других племен и народов, покорение одних другими. Так, в Китае возникновение государства в XVIII в. до н.э. связывается с покорением племени ся племенем шан.

Формула “возникают классы – возникает государство” не вполне применима и к истории возникновения государства у “варваров”, против которых столетиями боролся могучий Рим и которые, в свою очередь, боролись против него и, наконец, в 476 году н.э. покорили. У варваров государства не было, хотя рабы, в частности, у германцев в небольшом количестве, использовались. Были у германцев свои короли и военачальники, но они обладали догосударственной, родоплеменной властью. Королей германцы выбирали по знатности, а военачальников по доблести. При этом у королей не было неограниченной или произвольной власти, а вожди главенствовали скорее потому, что являлись примером. Казнить, заключать в оковы и подвергать телесному наказанию не позволялось никому, кроме жрецов, да и то не в виде наказания и по приказу вождя, а как бы по велению богов.

В последние столетия существования Римской империи многие варвары, особенно из числа германцев, находились на военной государственной службе у Рима, перенимая римские нравы, украшая себя различными римскими титулами. Как подчеркивает французский историк Жак Ле Гофф, эти варвары “выступали не в роли врагов, а в роли поклонников римского политического устройства. Их скорее можно было принять за узурпаторов римской власти”2. [c.222] Другими словами, варвары, помимо богатых трофеев, заимствовали у римлян многие принципы организации государства. Не случайно позднее германские монархи именовали свое политическое устройство “Священной Римской империей германской нации”.

Как видно, причин возникновения государства было немало и у разных народов они были разными.

Было ли раннее государство рабовладельческим? Постановка этого вопроса вызвана тем, что в учебной юридической литературе до сих пор в качестве некоей аксиомы принимается положение о том, что ранние государства в древнем мире были “рабовладельческими”. Так, в книге “Всеобщая история государства и права” древнее царство в Египте (2700–2400 до н.э.) характеризуется как “рабовладельческое государство”, хотя приводимые аргументы в пользу этого утверждения неубедительны. В частности, говорится, что тогда рабов “было еще мало” и использовались они, “как правило, для работы в домашнем хозяйстве”; что основной рабочей силой в государстве были крестьяне-общинники, т.е. в принципе свободные люди, которые объединялись в “рабочие отряды” и использовались для работ не только в сельском хозяйстве, но и на строительстве различных сооружений, прокладке дорог, рытье каналов3. То же самое говорится о Древней Индии: “Древнеиндийское государство возникло как рабовладельческое”, но “рабский труд в решающих отраслях экономики значительной роли не играл”.

Но если так, если рабов было мало (а рабовладельцев, разумеется, еще меньше), если основной производительной силой выступали крестьяне-общинники, подчиненные воле верховного владыки (фараона, царя и др.), то такое государство стоило бы назвать как-то иначе, но не рабовладельческим. В Древнем Египте государство становится рабовладельческим лишь в эпоху Среднего царства (конец третьего тысячелетия – 1600 гг. до н.э.).

При характеристике рабства как главного института рабовладельческого государства в указанной книге делается не совсем оправданное обобщение. В частности, обращается внимание на то, что существенной особенностью древнеиндийского рабства было наличие государственного законодательства, направленного на ограничение произвола хозяина по отношению к рабам. Например, запрещалось продавать детей рабов без родителей. В отличие от Греции и Рима, индийские рабы могли иметь семьи, собственность, право на наследование, право собственности на получаемые дары. [c.223] Свободный, становясь рабом, не терял своих семейных, родовых и кастовых связей.

Действительно, все это разительно отличается от положения раба в Греции и особенно в Риме, где он был “говорящим орудием”, не более. Однако в книге мы читаем: “несмотря на особенности рабства в Древней Индии по своим основным признакам, оно было похоже на рабство в Греции и Риме”4.

Государство – чудовище или чудо? Государство – многоликая, многофункциональная структура и сущность его каким-либо одним образным сравнением или определением выразить невозможно. С одной стороны, любое государство несет в себе принуждение, насилие. С другой, – оно как-то упорядочивает, стабилизирует жизнь людей. Отсюда его разные оценки: