регистрация /  вход

Финансовый анализ и деятельность страховой компании (стр. 1 из 5)

Содержание

1. Кризис США в сфере страхования

2. Финансовый анализ и деятельность страховой компании (страховую компанию взять любую)

Список использованной литературы

1. Кризис США в сфере страхования

Кризис экономики и финансов скачет по планете то быстрее, то медленней, переходя из страны в страну, из региона в регион, принимая то одну форму, то другую. Сейчас его уже признают мировым, хотя официальные власти и экономические эксперты ещё недавно отказывались это делать. А когда признали, то сделали вид, что кризис наступил неожиданно, а не созревал постепенно — годами и даже десятилетиями.

Экономисты, как правило, сосредоточены на краткосрочных, конъюнктурных колебаниях, часто игнорируя средний, десятилетний цикл, не говоря уже о более длительных тенденциях и сорока-пятидесятилетних кондратьевских циклах. А без этого нетрудно, даже неизбежно проглядеть большой кризис, наступающий сравнительно редко и неожиданно для большинства.

К числу таких немногих экономистов, смотрящих в корень, а потому видящих то, что другим не дано, относится американский учёный Линдон Ларуш, представитель физической школы в экономической науке, ставящей на первое место материальное производство, а не поверхностные биржевые, спекулятивные процессы. Систематически исследуя и те, и другие, он пришёл к выводу, что мир фиктивного денежного богатства в последние 40 лет всё больше отрывается от богатства действительного, материального и что поэтому миру грозит новый большой финансовый кризис.

Так, выступая по московскому радио еще 15 июня 2006 года, в разгар спекулятивного бума в мировой экономике, он сказал: «Мир стоит перед опасностью развития цепной реакции и разрушения нынешней мировой системы, подобной краху Ломбардских банков, после чего последовало целое столетие дикости — XIV век. Без принципиального изменения существующей мировой валютно-финансовой системы невозможно остановить процесс ускоряющегося распада».

Действительно, неуклонно увеличиваясь, разрыв между фиктивной и реальной экономикой становился все более опасным, а мировая валютно-финансовая система более хрупкой.

В 60-х годах страны отказались от старой Бреттонвудской системы фиксированных валютных курсов, и перешли к системе плавающих курсов без определённых паритетов. Таким образом, система, с одной стороны, лишилась стабильности, а с другой — постоянно колеблющиеся курсы во много раз увеличили поле для валютной спекуляции.

Следующим шагом по тому же пути была глобализация, в особенности снижение национальных барьеров для передвижения краткосрочного денежного капитала. Скачкообразное и не предсказуемое по своей спекулятивной природе, оно ещё больше расшатало систему и породило нового типа кризисы, вызванные внезапным оттоком капитала из страны или региона. Первый такой кризис возник в Юго-Восточной Азии в конце 90-х годов, затронул Россию и поставил на грань банкротства один из крупнейших инвестиционных фондов Нью-Йорка.

В тех же 80-х годах ещё два нововведения способствовали росту разрыва между спекулятивной опухолью и физической экономикой. Во-первых, появились и стали быстро множиться новые виды спекулятивных ценных бумаг — т.н. производные (свопы и опционы разного рода). Первоначально появившись как инструменты страхования от финансовых рисков, эти контракты быстро стали излюбленным предметом финансовой спекуляции. Общая стоимость таких сделок к 2008 году выросла до невероятной цифры — в сотни и тысячи триллионов в среднем за день. Только в США рынок производных вырос с 2006 года в пять раз — с 106 триллионов до 531 триллиона. Последняя цифра более чем в 35 раз превышает весь валовой продукт США. Ларуш считает эти данные заниженными как минимум вдвое. О том, что они могут привести к взрыву финансовой системы, предупреждали в разное время самые известные американские финансисты: Джордж Сорос, Феликс Рогатин, Уоррен Баффит. Рогатин, например, назвал их «потенциальной водородной бомбой», а Баффит — «финансовым оружием массового уничтожения».

Во-вторых, тогда же появились и быстро распространились новые финансовые фирмы — хедж-фонды, которые в отличие от традиционных финансовых организаций не подлежат никакому государственному регулированию. Именно они стали центром торговли производными, хотя в последнее время этим занимаются также обычные банки, биржевые и страховые компании, рассчитывая на высокие и быстрые прибыли.

В конце 90-х годов в США произошло ещё одно событие, на которое Линдон Ларуш обратил особое внимание. Был отменён принятый в 30-х годах прошлого века закон Гласса-Стигала, запрещающий коммерческим банкам заниматься деятельностью инвестиционных банков, т.е. размещать ценные бумаги и торговать ими. Соответственно инвестиционные банки не могли исполнять функции коммерческих банков, т.е. принимать депозиты и предоставлять кредиты. Такое разделение считалось необходимым, чтобы ограничить спекуляцию банками и тем самым избежать повторения большого финансового кризиса 1929—1930 годов. Этого разделения придерживались почти 60 лет, но, в конце концов, финансовые магнаты Уолл-стрита настояли на его отмене во имя рыночной свободы. Стабильность принесли в жертву олигархической идеологии.

Вся эта длительная эволюция и подготовила нынешний большой финансовый кризис. Начался он с лопнувшего частного спекулятивного пузыря — кризиса жилищного строительства и ипотеки в США. Пузырь этот раздувался годами по вине Федеральной резервной системы, которая необоснованно поддерживала этот бум ради искусственного продления экономического подъёма в политических интересах администрации Буша.

Но, как показал Ларуш, ипотечный пузырь питался и внешними источниками, в частности притоком дешёвых иеновых кредитов через механизм спекулятивных свопов.

Когда летом 2007 года появились первые признаки расстройства в сфере ипотеки, Ларуш был первый, кто по ним сделал далеко идущий вывод о начале большого финансового кризиса.

«Система начала рушиться», — заявил он в выступлении по Интернету 25 июля 2007 года. Несколько позже он предложил срочно принять закон о защите домовладельцев и банков. Будь тогда этот закон принят конгрессом США, последующее катастрофическое развитие кризиса, скорее всего, могло быть предотвращено. Но этого не случилось.

Администрация начала действовать с большим опозданием и не боролась с коренными причинами кризиса. ФРС в течение нескольких месяцев снижало учётную ставку, но это помогало поддерживать общие показатели статистики, не оздоровляя финансовую сферу и не ограждая её от спекуляции.

Другой антикризисной мерой администрации был возврат 100 миллиардов долларов уже собранного подоходного налога потребителям. Эта мера способствовала небольшому росту покупательной способности населения и даже увеличению ВВП во втором квартале 2008 года на 3 процента. Тем самым был на время приостановлен спад материального производства, но какой-либо реальной помощи банковской и финансовой сфере это не оказало.

Правительство и ФРС спокойно смотрели, как один крупный банк за другим списывают десятки миллиардов плохих кредитов и ценных бумаг, как бы рассчитывая, что финансовый кризис рассосётся сам собой. Банки на несколько месяцев были предоставлены самим себе.

Тем временем стал раздуваться, а затем лопнул ещё один спекулятивный пузырь. Накопившийся в ипотеке денежный капитал, не найдя себе иного применения, хлынул в спекуляцию биржевыми товарами. Разумеется, нефть оказалась в первых рядах. Игра на повышение была инспирирована слухами о значительном росте потребления нефти в Китае и Индии. Возник колоссальный ложный спрос в дополнение к реальному. В результате цена на нефть выросла со 100 долларов за баррель в начале 2008 года до 147 долларов в начале июля. После этого фиктивный спрос стал быстро исчезать, очередной пузырь лопнул, и цены покатились вниз. К середине октября они снизились до 83 долларов за баррель.

По мере того, как спекулятивный капитал бежал из нефти, он уходил на валютный рынок, создавая неожиданно высокий спрос на доллары. Падавший до того несколько лет подряд к евро и другим валютам, доллар стал быстро расти. С низшей точки 1,59 доллара за евро он в короткий срок вырос до 1,36, или на 16,9 процента. Это кажется противоестественным, учитывая, что именно США всё ещё остаются эпицентром финансового кризиса. Если это ещё один пузырь, то доллару грозит очередной провал. Такой поворот сулит мировым финансам новые непредсказуемые последствия.

Но вернёмся к американским банкам. Брошенные на произвол судьбы государством, они стали банкротиться один за другим. Причём впервые за многие десятилетия это касается лидирующих банков Уолл-стрита. В марте потерпел фактическое банкротство инвестиционный банк «Бэр Стёрнс». В сентябре за ним последовали почти одновременно «Леман бразерс» и «Меррил Линч». Это было настолько неожиданно, что вызвало крупнейшую биржевую панику даже в России при её быстро растущей экономике, не говоря уже о всех главных мировых финансовых центрах.

По-видимому, такой давно не испытываемый крах заставил администрацию Буша проснуться. Там, наконец, стало понятно, что сам собой кризис не рассосётся и может перерасти в полную катастрофу. В панике на свет появился план Полсена, предполагающий выкуп государством у банков и других финансовых организаций плохих ценных бумаг на 700 миллиардов долларов. Соответствующий законопроект был сначала отвергнут палатой представителей и в конечном счёте прошёл лишь под большим нажимом администрации.

Против этого плана категорически выступил и Линдон Ларуш. Он считает недопустимым тратить огромные средства налогоплательщиков на спасение провалившихся финансовых магнатов.

Но и сама операция по выкупу является заведомо неэффективной, т.к. не сможет уничтожить раковую опухоль спекуляции, которая служит главной причиной нынешнего кризиса.

Узнать стоимость написания работы
Оставьте заявку, и в течение 5 минут на почту вам станут поступать предложения!