регистрация / вход

Демократическое правление

Демократическое правление: этимология и история. Классические теории демократии: либеральный и коллективистский подходы. Античная демократия и современные модели демократии. Условия и механизмы реализации демократии. Российский опыт, переход к демократии.

ГОУ ВПО «Курский Государственный Медицинский Университет»

Кафедра Политологии

Реферат

«Демократическое правление»

Выполнил: Алябьева С.Ю.

Проверил: Кабанович Р.М.

Курск-2010г.


Этимология слова демократия проста и наглядна — греческое demos – народ, и kratos – власть, дают простую формулу — «народовластие». Но эта простота — ложная, ни в античной Греции, которая стала родиной классического народовластия, ни сейчас, нет единства в понимании сущности демократии как политического режима. Если вспомнить типологию режимов, предложенную Платоном, а вслед за ним усовершенствованную Аристотелем, то станет очевидно, что сами родоначальники политической науки воспринимали демократию более чем скептически, понимая под ней то господство низших слоев населения, то власть «неразумной» толпы. Причины подобного отношения мы вскроем ниже. Тем не менее, античная демократия существовала как вполне успешная система управления, и она главным образом повлияла на современные представления об идеальном политическом строе. Именно поэтому обзор возможных вариантов понимания демократии мы начнем с нее.

Поскольку идеал народовластия труднодостижим и подлежит различным толкованиям, предлагалось множество практичных моделей. До XVIII века наиболее известной моделью была прямая демократия, где граждане осуществляют своё право принятия политических решений непосредственно, за счёт достижения консенсуса или с помощью процедур подчинения меньшинства большинству. В представительной демократии граждане осуществляют то же право через избранных ими депутатов и других должностных лиц путём делегирования им части собственных прав, при этом выбранные руководители принимают решения с учётом предпочтений руководимых и отвечают перед ними за свои действия.

Одной из распространённых целей демократии является ограничение произвола и злоупотреблений властью. Этой цели часто не удавалось достигнуть там, где права человека и другие демократические ценности не были общепризнанными или не имели эффективной защиты со стороны правовой системы. Сегодня во многих странах народовластие отождествляется с либеральной демократией, которая, наряду со свободными, честными и состязательными выборами, включает в себя верховенство права, разделение властей и конституционные ограничения власти большинства путём гарантий определённых личных или групповых свобод. С другой стороны, некоторые левые движения полагают, что реализация права принятия политических решений требует обеспечения социальных прав и низкого уровня социально-экономического неравенства.

Главная черта античной (афино-спартанской) политической системы может быть сформулирована в двух словах — прямая демократия. В свою очередь прямая демократия основывалась на двух элементах: базовой власти народного собрания и политическом равенстве граждан. Народное собрание, носившее разные имена (агора — в эпоху троянской войны, экклесия — в Афинах, апелла в Спарте) было для жителей античных полисов центральным источником власти и представляло собой прямое голосование всех «свободных граждан». К этой категории не относились рабы, вольноотпущенники, иногородние, дети и женщины. Существует прямая связь между толпой свободных, взрослых мужчин, собравшихся на площади для решения важных вопросов своего полиса и городским ополчением, созываемым в ходе войны. Как полагают историки именно «военная демократия», присущая всем народам на племенной стадии существования общества, стала прообразом прямого народовластия в античных городах-государствах. Недостаток средств, чтобы содержать наемную армию привел греков к поголовной военной обязанности, а сила олицетворяемая оружием во все времена легко конвертировалась во власть. В чистом виде эта военная сторона греческой демократии проявилась в Спарте, которая в описании историка Плутарха предстает перед нами как «государство-казарма», жизнь его граждан целиком посвящена военным упражнениям и подготовке к грядущим войнам. Кроме предельной милитаризации всей общественной и частной жизни, Спарта дает выпуклый пример второго принципа прямой демократии — политического равенства граждан, которое основывалось на принудительном экономическом равенстве. В каком-то смысле СССР можно было назвать Спартой XX века.

Однако развитые формы демократии принято связывать в большей степени с афинской моделью управления. В отличие от Спарты, афинское общество было не военным, а торговым. Как следствие этого оно было разделено на конфликтующие социальные слои. Реализация прямой демократии была возможна только через ряд механизмов, выстраивающих систему сдержек и противовесов между богатыми и бедными, начальниками и подчиненными. Афинская демократия начиналась с собрания граждан — экклесии, причем для принятия решений считалось необходимым и достаточным участие шести тысяч человек. Над экклесией находился более узкий орган ответственный за исполнение решений народного собрания — Совет 500 (прообраз современного парламента), и, наконец, избираемые из его числа 50 человек во главе с ежедневно сменяемым председателем — представляли по существу правительство полиса. Экклесия избирала 10 стратегов — военных руководителей афинского полиса, а также судей. С помощью умело выстроенной системы власти афиняне не только стремились соблюсти паритет между богатыми и бедными гражданами, но и не допустить узурпации власти популярным политиком и образования тиранического правления. Та опасность, о которой предупреждал уже Платон, когда власть некомпетентного большинства трансформируется в тиранию «народного кумира», настолько заботила афинский демос, что в Афинах существовала специальная процедура, получившая название «остракизм» (ежегодное изгнание признанного опасным для полиса общественного деятеля). Как рассказывает Плутарх, один из лучших афинских полководцев — Алкивиад, подвергался неоднократному изгнанию из родного города на том основании, что он мог стать тираном, в силу своей популярности и одержанных побед.

Между античной демократией и эпохой зарождения современных моделей демократического правления, располагается довольно обширная эпоха авторитарного правления. Поздняя античность и Средние века дают пример совершенно иной общественной структуры, в сравнении с античными полисами. Можно отметить три общественных явления препятствовавших становлению демократии: профессионализация военного дела, когда защита государства стала сословной привилегией дворянства, династическая традиция и система вассалитета. Постепенное отмирание старого общества, и замена его важнейших опор на более современные, так называемая модернизация, вновь поставила в повестку дня демократический идеал. Складывание современной демократии в Новое время, связано с рядом буржуазных революций, разрушивших старое общество. В первую очередь «Славной революцией» 1688 года в Англии и Великой французской буржуазной революцией. Новая общественная система выкристаллизовывалась из трех принципов, обладавших несомненной новизной. Во-первых, это рождение государства-нации, обладающего суверенитетом, т.е. всей полнотой верховной власти и пользующегося монопольным правом на насилие. С восстановлением данной монополии связана в частности длительная борьба королевской власти с дуэлями, живо описанная Дюма-отцом в «Трех мушкетерах». Во-вторых, складывание представления о «гражданском обществе», как союзе собственников в защиту своих экономических и политических прав. Гражданское общество и есть носитель новой демократии. И, наконец, в третьих, обоснование принципа конституционности, согласно которому и государство-нация и гражданское общество, подчинены единой, стоящей над ними, системе морально-правовых обязательств, имеющей силу закона. Таковы в общих чертах предпосылки прообраза современных моделей демократии, который получил название либеральной демократии.

Либеральная демократия исходит из представления о расколотом на конкурирующие группы обществе, главной ее задачей, как системы власти, становится вовсе не осуществление прямой власти большинства, а напротив защита интересов сплоченного меньшинства собственников, как от тирании государства, так и от власти низов общества. Один из первых теоретиков либеральной демократии Джон Локк, назвал ее «республикой собственников». Для либеральной демократии как нельзя лучше подошла «смешанная система» управления, описанная еще Аристотелем под названием полития (и в этом смысле либеральная демократия наследница афинской). Однако в нее было внесено много новаций. Если суммировать сказанное, то либеральная демократия это — многоступенчатый порядок делегирования власти (нация—парламент—правительство), система разделения властей на законодательную, судебную и исполнительную, а так же классический двухпалатный парламент. Целью, выстроенной системы взаимных блокировок и противовесов внутри власти, было не допустить захвата и монополизации власти любым большинством. Первые признаки демократии в Европе, от которых нас отделяет двести-триста лет, и современное всеобщее, равное, тайное голосование, воцарившееся повсеместно сравнительно недавно (в ряде стран Европы лишь в середине нашего столетия были предоставлены избирательные права женщинам: Франция – 1944 г., Италия – 1945 г., Греция – 1956 г., Швейцария – 1971 г.), суть единый процесс усовершенствования либеральной демократии. Ступенями этого процесса стали рост грамотности, эмансипация женщин, и, самое главное, расширения класса собственников, понимающих и защищающих свои интересы, за счет включения в их число среднего класса. В связи с этим обстоятельством социологи называют современное западное общество — обществом двух третей, тем самым, указывая на важнейшее экономическое условие современной демократии.

Альтернативный подход к пониманию демократии представлен так называемым коллективистским подходом. Так же как и либеральная демократия, коллективистская модель дает нам оригинальный ответ на два вопроса: что есть народ и как он может править? Народ понимается как надвременная историческая общность (объединяющая жившие, ныне живущие и будущие поколения), обладающая коллективной волей и коллективными интересами. Народ, категория на порядок более высокая, чем входящие в него социальные группы. Демократия в русле данного подхода понимается как прямая манифестация (проявление) народной воли, не нуждающейся в посредниках. Основоположником коллективистской демократии в Новое время традиционно считается Жана Жака Руссо, обосновавший теорию «народного суверенитета», согласно которой народ, как единое целое, является абсолютным носителем верховной власти. Государство, выступающее в роли «народного слуги» и остальные политические институты лишь осуществляют функцию управления. В связи с этим Руссо подверг жесткой критике концепцию разделения властей (обоснованную Д.Локком и Ш.Монтескье), на том основании, что верховная власть, принадлежащая народу, едина, а разделено может быть только управление (издеваясь он уподобил государство, следующее доктрине разделения властей, «многоголовому и многорукому уроду»). Наиболее известное, лапидарное определение сущности коллективисткой демократии принадлежит К.Шмитту — «демократия есть соучастие народа в своей судьбе».

Классические подходы с течением времени уточнялись и развивались, в результате сложилась целая система моделей, с разных позиций, рассматривающих сущность демократии, а так же ее условия и механизмы (см. схема 4). Все перечисляемые ниже модели демократии подразделяются на три вида: во-первых, это чисто умозрительные схемы, предписывающие обществу правильный механизм отбора власти, во-вторых, модели выступающие обобщением реальной практики демократии в разных странах и в разные периоды истории, и, наконец, в третьих, вполне осознанно реализованные социальные проекты. В первую очередь следует обозначить теоретических и практических наследников либеральной демократии. К ним принято относить охранительную, элитарную, экономическую и плюралистическую модели демократии.

Охранительная демократия, сложилась как концепция и практика на рубеже XVIII – XIX веков. В основе ее лежит представление о неравенстве людей — социальном, экономическом, интеллектуальном, и, как следствие, о невозможности равенства гражданских прав. Это ранний вариант либеральной демократии, оказавший существенное влияние на политические системы таких государств как США и Великобритания. Механизмом, охраняющим демократию от «власти низов» является многоступенчатое представительство. Характерные примеры: до сих пор существующая в США система непрямых выборов президента, через коллегию выборщиков, а так же двухуровневый английский парламент, разделенный на палату представителей, выражающую интересы «третьего сословия» и аристократическую палату лордов. Предельным вариантом, фиксирующим формальное неравенство граждан, стало так и нереализованное предложение Джона Милля — определять число голосов по социальному статусу: неквалифицированный рабочий имеет один голос, квалифицированный — два, человек с высшим образованием — целых пять. Известный французский политический мыслитель Алексис де Токвиль в своем труде «О демократии в Америке» отмечал, что американская политическая система основана на взаимодействии и противоборстве двух начал: свободы и равенства (эгалитаризма), причем свобода для демократии важнее равенства. Данное положение можно считать квинтэссенцией охранительной демократии.

Элитарная модель демократии является логичным развитием идей либеральной демократии, в условиях социального прогресса западного общества. Старые ограничения на прямое народовластие (бедность и невежественность масс), на которые была ориентирована охранительная модель, исчезали, но появлялись новые. В то время как социальное благополучие и образованность охватывали все более широкие слои населения, сфера политики становилась все более сложной и требующей профессиональных навыков. В этих условиях наиболее «экономичной» формой демократии представлялась система, основанная на своеобразном разделении труда между народом (массой) и политической элитой. Элита управляла, а народ на выборах санкционировал власть элиты. Демократичность данной системы для народа проявлялась в свободе выбора между конкурирующими группами элит, что дало основание автору элитарной концепции Йозефу Шумпетеру определить ее, как «теорию соревнующихся лидеров». «Демократия, — писал Шумпетер — означает не то, что люди действительно управляют, а только то, что они имеют возможность избрания правителей». Выборность и сменяемость элит в свою очередь гарантирует их ответственность перед народом, который в период между выборами не участвует в политике. Таким образом, по мнению Шумпетера, образуется практически лишенная недостатков система управления и принятия решений, освобождающая массу избирателей от бремени управления, но гарантирующая качественную работу элит.

Разновидность элитарной теории, сформулированная Энтони Даунсом, получила название экономической модели демократии. Экономическая модель подробно рассматривает поведение среднего избирателя в условиях демократии функционирующей по принципу «соревнующихся лидеров». В ее основе лежит положение о подобии двух систем: политики и экономики. Политика есть разновидность рынка специфических товаров и услуг, а демократия суть рыночная экономика. Как и любая экономическая система, политика складывается из четырех элементов: продавцов — политиков, покупателей — граждан, товаров, в роли которых выступают обещания политиков, и, наконец, денег — голосов. Как и любой разумный потребитель, гражданин будет голосовать на выборах, только если ожидает получить пользу от приобретенного товара, т.е. выбранной партии или политика. Следовательно, формула современной демократии такова:

Где ∑ — ожидания в будущем, U — полезность, A — партия власти, Bоппозиция. У избирателя есть три варианта действий: отдать предпочтение партии власти (положительная величина на выходе), оппозиции (отрицательная величина на выходе) и «рациональное неучастие», если разница равна нулю. Главный вывод, к которому приходит Даунс, у среднего избирателя есть множество мотивов для рационального уклонения от участия в выборах. Три из них имеют наиболее существенное значение и трудно преодолимы. Во-первых, это сходство программ основных политических сил все они вынуждены обещать одно и тоже, так как конкурируют между собой за голоса среднего избирателя, имеющего стандартный набор предпочтений. А раз так, то выбора в истинном смысле этого слова нет. Кроме того, названная особенность является причиной расхождения между лозунгами партий и их практическими действиями. Даунс полагает, что современные партии «формулируют, чтобы побеждать, а не побеждают, чтобы формулировать». Во-вторых, ценность одного голоса стремится к нулю, что обесценивает эти своего рода «деньги избирателей». И, наконец, в третьих, рациональный выбор невозможен без достаточной информированности о свойствах товара, в то время как большинство избирателей пренебрегает сбором информации о политике, предпочитая ей быт, досуг и профессию. Все три обозначенные выше причины и повлияли, по-видимому, на возросшую в последнее время в демократических странах политическую апатию, а так же на рост симпатий к кандидату «против всех».

Последняя из представленных наследниц либерального подхода — плюралистическая теория демократии. Ее особенность состоит в уходе от условностей элитарной концепции, для которой народные массы представлены монолитным блоком, в отличие от разделенной на противоборствующие группы элиты. Современное общество в целом разбито на многочисленные страты, каждая из которых, по крайней мере, потенциально, имеет свой интерес в политике. Все эти группы интересов, общественные движения и политические партии, вступают в многочисленные взаимодействия, стремясь «прощупать» позиции конкурентов и выявить пределы их влияния и возможностей. Демократия выступает механизмом мирного и справедливого согласования интересов противоборствующих социальных групп, являясь по существу «путем избежания ошибок» и «правлением посредством обсуждения». Эту же логику имел ввиду польский ученый Адам Пшеворский когда писал, что демократия есть «определенность процедур, при неопределенности результатов». Пафос плюралистической концепции, лучше всего выразил Уинстон Черчилль — «демократия худшая из форм правления, если не считать всех остальных».

Прямой наследницей коллективистского подхода к пониманию демократии может считаться марксистская модель. Марксистская модель демократии, генетически восходит, как следует из названия, к идеям Карла Маркса. Маркс считал, что условием демократического правления является не политическое, а социальное равенство граждан. Социальная демократия предшествует политической, но не наоборот. В идеале социальное равенство и уничтожение эксплуататорских классов приведет к отмиранию государства и исчезновению «буржуазной демократии» как системы государственного управления. При подобном сценарии, в «сухом остатке» общество получит демократию самоуправляющихся трудовых коллективов.

Попытка осуществить рецепты основоположника марксизма, предпринятая в СССР, показала, что отмирание государства, если оно вообще возможно, дело далекого будущего.

Более того, государство играет огромную роль в поддержании модели социального равенства и оно крайне необходимо для мобилизации общества. В момент модернизационного рывка советское государство приобрело тоталитарный характер. Несмотря на это, политическая система Советского Союза, в разные периоды своего существования, воплощала на практике ряд элементов коллективистской демократии, и в первую очередь идею широкой вовлеченности граждан в политику (доведенную до гротеска, в требовании всеобщей явки на выборы), самоуправления трудовых коллективов и «низовой» демократии.

На стыке двух классических подходов, находятся партиципаторная и органическая концепции демократии.

Партиципаторная модель, называемая так же демократия участия, исходит из того, что реальная демократия возможна только при вовлеченности широкого круга граждан в вопросы управления и принятия политических решений. Никакие косвенные механизмы влияния на власть, будь-то парламент или общегосударственные выборы, не гарантируют соблюдения интересов общества со стороны элит, только прямое участие самих масс. Сильным моментом демократии участия является то, что демократическое правление не сводится к противоборству социальных групп, наоборот акцентируется развивающий характер подлинного участия. Пафос развития народа через участие в политической жизни, характерный для теоретиков данного направления (К.Макферсон, К.Пейтман) напрямую восходит к идеологии Просвещения, в первую очередь к идеям Ж.Ж.Руссо. Широкое участие в механизмах управления народных масс начинается с самоуправления трудовых коллективов. Этим достигается сразу две цели: защита интересов наемных работников и получение ими реального опыта принятия управленческих решений. Без такого опыта, как справедливо полагают сторонники партиципаторной модели, любая демократия будет являться не более, чем пародией. Их лозунг — «учись участвовать, участвуя» (К.Пейтман). Условием продуктивного участия является так же широкая информированность и заинтересованность граждан, что возлагает на государство определенные обязательства по несколько искусственному «втягиванию» населения в политику. Если охранительная и элитарная демократии направлены против «тирании большинства», демократия участия, напротив, стремится избежать «тирании меньшинства» (элит). Механизмы, страхующие от единовластия элит хорошо известны, и являются фундаментом демократии участия — это референдум и отзыв. Референдум, по сути, представляет собой процедуру выявления большинства по наиболее значимым и болезненным проблемам общества. Более того, референдум и создает такое большинство, ведь в обычном состоянии общество сильно расколото и фрагментировано (впрочем, возможно и обратное — в Швейцарии, например, на референдум намеренно выносится множество вопросов, чтобы не допустить образования устойчивого большинства). Отзыв, который является вариантом местного референдума, ставит под контроль избирателей «выборных лиц» (при мажоритарной системе), через досрочное прекращение полномочий депутатов. Вместе с тем партиципаторная модель демократии не стремится к идеологической и социальной однородности общества, и это отличает ее от коллективистского подхода. Залогом сознательного участия масс в решении своей судьбы выступает количественный рост среднего класса, экономически независимого, политически и социально ответственного.

Особняком стоит концепция «органической демократии» предложенная выдающимся русским мыслителем Иваном Ильиным. Сильной стороной данной концепции, сочетающей в себе черты, как коллективистского, так и либерального подхода, выступает анализ условий возможности демократического правления. Ильин основывает свой анализ на неудачной попытке ввести «неограниченное» демократическое правление в России образца 1917 года. Он выделяет две главных проблемы: демократия должна вытекать из специфических условий страны, нет, и не может быть универсальных, единых для всех рецептов, и второе, народ (тот самый главный элемент демократии) должен быть подготовлен к ней. Российские демократы, после февраля семнадцатого года, искусственно насаждая свободу и народовластие в России, пытались быть «святее Папы Римского». Между тем введение демократии в стране с многовековыми авторитарными традициями, где у народа нет привычки ответственно выбирать власть — чревато пародией, а в худшем случае, как показала практика, переходом в свою противоположность — тоталитарный режим. Каковы же условия не «формальной», «арифметической», а подлинной, «органической» демократии. Их несколько:

· правосознание, как умение пользоваться свободой (что требует от народа таких качеств, как разумное самоограничение, самодисциплина, ответственность и умеренность);

· хозяйственная самостоятельность (тот, кто хочет быть хозяином в государственном и политическом смысле, должен для начала быть таковым в бытовом и экономическом);

· уровень образования и, как следствие, информированность (народ должен быть на высоте тех вопросов, которые ему предстоит решать);

· политический опыт (нужны время и практика для кристаллизации всех обозначенных выше условий).

Следовательно, по мысли И.А.Ильина, органическая демократия должна носить воспитательный характер, подготавливая народ к рациональному использованию механизмов демократии. Общество неготовое к демократии, погрязнет в тотальной коррупции, покупаться и продаваться будет все и вся: народ будет продавать свое будущее за подачки хитрых политиканов, а подкупленная элита в свою очередь будет управляться зарубежными конкурентами России. Выходом из обозначенного тупика Ильин считал установление, на первых порах, многоступенчатой системы выборов (по американскому образцу) с целью отсева «политической черни», т.е. тех, кто лишен правосознания. В идеале же Россия должна прийти к демократии, через период «просвещенного авторитаризма», когда те или иные механизмы демократии будут вводиться постепенно, дозировано, по мере готовности народа и появления качественной элиты.

Демократия была предметом анализа с точки зрения её воздействия на другие ценности и как самостоятельная ценность. Распространённые аргументы в пользу демократии:

1. Она помогает предотвратить деспотизм

2. Она помогает людям защитить их интересы

3. Она позволяет политическому руководству получать более полную информацию

4. Она предоставляет людям максимальную возможность жить согласно их собственным законам

5. Она гарантирует широкий диапазон личной свободы и прав человека

6. Она наделяет граждан моральной ответственностью за их политические решения

7. Она в принципе способна обеспечить политическое равенство

8. Демократические страны имеют тенденцию быть богаче и обладать более высоким уровнем человеческого развития по сравнению с недемократическими странами


Список литературы

1. Даль Р. О демократии. — М., 2000.

2. Арон Р. Демократия и тоталитаризм: Пер. с фр. — М., 1993.

3. Азаркин Н.Н. История политических учений. Вып. 1. — М., 1994.

4. Ильин И.А. Наши задачи //Собрание сочинений: в 10т. Т.2 Кн. 1,2.—М.,1996.

5. История политических и правовых учений: Домарксистский период / Под ред. О.Э. Лейста — М., 1991.

6. Даль Р. Полиархия, плюрализм и пространство //Антология мировой политической мысли. — Т.2. — М., 1997.

7. Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия. — М., 1995.

8. Токвиль, А де. О демократии в Америке. — М., 1992.

9. Шапиро И. Демократия и гражданское общество. Полис.1992. №4.

10. Гуггенбергер Б. Теория демократии. Полис. 1991. №4.

11. Демократические переходы: варианты путей и неопределенность результатов. (Круглый стол). Полис. 1998. №3.

12. Почепцов Г.Г. Революция.com: Основы протестной инженерии. — М., 2006.

13. Дарендорф Р. Дорога к свободе: демократизация и ее проблемы в Восточной Европе // Вопросы философии. 1990. № 9.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий