регистрация / вход

Этнополитические конфликты и пути их урегулирования

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКОНОМИКИ И ФИНАНСОВ КАФЕДРА ПОЛИТОЛОГИИ РЕФЕРАТ ПО ПОЛИТОЛОГИИ НА ТЕМУ: ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ И ПУТИ ИХ УРЕГУЛИРОВАНИЯ.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКОНОМИКИ И ФИНАНСОВ

КАФЕДРА ПОЛИТОЛОГИИ

РЕФЕРАТ ПО ПОЛИТОЛОГИИ НА ТЕМУ:

ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ И ПУТИ ИХ УРЕГУЛИРОВАНИЯ.

Выполнила : Комарицкая Н. В.,

группа № 220

Проверил : Демидов А. М.

Санкт-Петербург

2008

Оглавление

Введение.3

Основные определения.4

Причины межнациональных конфликтов.9

Типология конфликтов. 10

Особенности протекания конфликтов в различных регионах.12

Кризис в Косово как пример этнополитического конфликта.17

Пути урегулирования этнополитических конфликтов.22

Заключение.23

Список использованной литературы.25

Приложение 1.27

Приложение 2.28

Введение.

Человечество вошло в третье тысячелетие, имея множество нерешенных вопросов, и один из самых болезненных среди них – национальный. Он возникает не только в развивающихся странах (государства Африки, Азии, Латинской Америки), но и в цивилизованной Европе, Северной Америке, а также в бывших социалистических государствах, которых трудно отнести как к первой, так и ко второй группе. Каждый день в мировых сводках новостей мы видим множество примеров межнациональных конфликтов. Ольстер, Косово, Чечня, Южная Осетия - названия известны сегодня каждому, кто смотрит телевидение или читает газеты. В глобальном масштабе национально-этническая проблема уже становится реальной угрозой международной безопасности. Тысячи людей уже погибли, миллионы лишились крова над головой – это неокончательные итоги трагедии, имя которой – сепаратизм.

В масштабе человечества национальный вопрос встаёт в противоборстве двух тенденций. Первая – в движении наций к самоопределению и независимости, вторая, напротив, - в стремлении к интеграции, к образованию крупных полиэтнических общностей, к формированию мощных “супернаций”. Обе эти тенденции объективны, обе закреплены в мировом праве как “право наций на самоопределение” и ”сохранение территориальной целостности государств”.

Вопрос, какой путь предпочтительнее для демократизации межнациональных и межэтнических отношений, не имеет смысла, так как ни независимое развитие наций, ни их сотрудничество в рамках “супернации” сами по себе не обеспечивают успех без участия других факторов: экономических и политических.

Но, к сожалению, нестабильная ситуация заставляет людей делать выбор, и очень часто выбор этот падает в пользу кровопролитных конфликтов.

Основные определения.

Существует огромное количество определений понятия «социальный конфликт». Я в данной работе буду исходить из дефиниции, сформулированной известным английским социологом Э. Гидденсом, который считает необходимым различать противоречие и конфликт. Противоречия – следствие социального неравенства, но они, по его мнению, отнюдь не всегда влекут за собой конфликт. Для трансформации противоречия в конфликт необходимы осознание противоположности интересов и/или целей и соответствующая мотивация поведения. Непосредственно же под конфликтом Э. Гидденс понимает «реальную борьбу между действующими людьми или группами – независимо от того, каковы истоки этой борьбы, ее способы и средства, мобилизуемые каждой из сторон»[1] . Это определение привлекательно также потому, что оно подчеркивает динамику конфликта и позволяет выделить фазы развертывания конфликта или этапы мобилизации конфликтующих сторон. Так, процесс осознания противоречия, формирования собственной идентичности и выработки мотивации поведения можно назвать первой (латентной) фазой конфликта, а «реальную борьбу» - его второй (открытой) фазой.

Этнополитический конфликт, несомненно, выступает частной формой конфликта социального, обладая при этом своими специфическими особенностями:

1. Подавляющее большинство этнических конфликтов имеет политическую составляющую, т. е. в большей или меньшей степени данные конфликты являются этнополитическими. Подчеркивая данное обстоятельство, американский исследователь Р. Липшутц пишет: «То, что стало называться этническим конфликтом, - не более и не менее, чем борьба за политическую власть»[2] . Однако следует различать горизонтальные этнополитические конфликты – между этническими группами (например, конфликт в Ферганской долине между узбеками и турками-месхетинцами), и вертикальные – конфликты между этнической группой и государством (например, чеченский, карабахский конфликты), хотя эти различия достаточно условны, поскольку и в горизонтальные конфликты рано или поздно вмешивается государство – либо в качестве посредника-умиротворителя, либо в качестве субъекта конфликта;

2. Важно учитывать и то, что в одних случаях этничность может быть лишь «камуфляжем» политической борьбы (пример – борьба за «национальное самоопределение народов Севера, которую вели в 90-е годы XX столетия политические лидеры некоторых автономий российского Севера, на деле лишь добивавшиеся увеличения «объема» своей власти), в других же случаях речь может идти об «обратном камуфляже», когда за политическими лозунгами и декларируемыми целями скрывается острый этнический конфликт (пример – борьба руководства республики Молдова против «прокоммунистического бастиона» в Приднестровье, за которым стоит острая проблема статуса русско-украинского населения этой части республики, особенно на фоне активного обсуждения проблемы присоединения Молдовы к Румынии в первой половине 90-х годов XX века);

3. Этнополитические конфликты в большинстве случаев имеют статусную природу: предметом таких конфликтов чаще всего бывает политический статус этнической группы, поэтому одной из важнейших причин развертывания конфликта выступает изменение взаимодействия этнических групп или среды этого взаимодействия, при котором политический статус одной из них будет восприниматься ее членами как неприемлемый;

4. Этнополитические конфликты являются не только и не столько конфликтами интересов, сколько конфликтами идентичностей, так как участие в конфликте преимущественно на основе групповых мотивов обязательно предполагает отождествление человека с группой, участвующей в конфликте, его этническую идентификацию. Как отмечает американский политолог Т. Гурр, «борьба в этнополитических конфликтах разворачивается не просто вокруг материальных или властных проблем, но ради защиты культуры группы, ее статуса и идентичности»[3] ;

5. Политический конфликт в процессе его развертывания может приобрести этническое обоснование. Так, конфликты политических элит разного уровня (например – государственной и региональной) могут возникнуть как ресурсные, однако в случае их игнорирования или неудачных попыток их разрешения они могут превратиться в конфликты идентичностей. При этом чем дольше будет продолжаться конфликт, тем большее число людей будет в него вовлекаться, связывая с его разрешением сохранение/повышение своего достоинства, престижа и статуса;

6. Вследствие чрезмерной национальной составляющей этнической идентичности этнополитические конфликты отличаются высокой степенью иррациональности, выражающейся в огромном потенциале агрессивности, ненависти и враждебности, далеко выходящих за рамки рационального осознания интересов сторон конфликта и выбора стратегии воздействия;

7. Специфической характеристикой динамики этнополитического конфликта, связанной с его иррациональностью, является большой потенциал эскалации конфликта (и, как правило, быстрая его эскалация);

8. Деструктивный потенциал этнополитического конфликта полностью доминирует над его конструктивной составляющей;

9. Практически во всех случаях этнополитические конфликты многофакторны и имеют несколько объектов конфликта и проблемных зон (например, территориальный спор и проблемы политического или социального статуса этнической группы);

10. В силу названных и неназванных причин этнополитические конфликты трудно поддаются разрешению, поскольку встает чрезвычайно сложная задача – найти пути удовлетворения как нематериальных интересов, так и требования повышения статуса, возврата территорий, расширения экономических возможностей, большего доступа к политической власти и т. д.

Все сказанное выше позволяет определить этнополитический конфликт как «тип социального конфликта, субъекты которого идентифицируют себя, противоположную сторону или друг друга в этнических категориях и содержанием и/или формой которого является борьба за контроль над государственными институтами»[4] или создание собственного государства.

Общее понятие «мобилизация» широко используется в социологии общественных движений. В общем смысле оно означает готовность к действиям или сами действия, в политологии смысл понятия «мобилизация» близок по содержанию понятию «политизация». Данное понятие подчеркивает, прежде всего, активное, рационально-плановое начало движения. К. Дженкинс, обобщая толкования этой категории, определяет мобилизацию как «процесс, с помощью которого группа получает и использует ресурсы для достижения поставленных целей»[5] . Та же логика – в определении мобилизованной этничности М. Н. Губогло: «Этничность, организованную в поисках достижения общей цели, уместно назвать мобилизованной этничностью»[6] . Таким образом, это понятие фиксирует динамику развертывания этнополитического конфликта.

В свою очередь, ресурсы – это потенциал мобилизации, т. е. средства, методы, формы организации, стили лидерства, идеологии, используемые группой (внутренние ресурсы), а также социально-экономические и политические условия (внешние ресурсы), которые благоприятствуют достижению поставленных целей. Для обозначения совокупности внутренних и внешних ресурсов и факторов, способствующих или препятствующих достижению целей движения, американскими социологами Ч. Тилли, С. Тэрроу и др. было предложено понятие «структура политических возможностей» (они рассматривают «политические возможности» как группу ресурсов, определяющих вероятность возникновения общественных движений, формы их деятельности и эффективность[7] ).

Анализ процесса мобилизации, по К. Дженкинсу, должен содержать следующие необходимые составляющие:

1. выявление ресурсов, находящихся в распоряжении группы до начала процесса мобилизации;

2. анализ процесса использования этих ресурсов;

3. анализ возможностей увеличения ресурсов за счет источников, находящихся вне контроля группы.

Можно предложить следующее определение этнополитической мобилизации:

Этнополитическая мобилизация – это процесс, посредством которого группа, принадлежащая к одной этнической категории (приписывающая себе принадлежность к таковой), в борьбе за политическую власть и лидерство с членами другой/других этнических групп или государством манипулирует этническими обычаями, ценностями, мифами и символами в политических целях, используя их как главный ресурс, во имя обретения общей идентичности и политической/государственной организации группы.

Кроме того, в исследовании этнополитических конфликтов часто упоминается такое понятие как сепаратизм. Сепаратизм – это политическое движение, целью которого является отделение от государства части его территории и создание на ней собственного независимого государства или предоставление части страны широкой автономии. Проблема этнического сепаратизма представляется сложнейшей проблемой, решения которой невозможно добиться лишь в рамках какой-либо военно-политической акции. Она носит долговременный характер.

Сепаратизм выражает стремление национальных меньшинств в многонациональных государствах к созданию самостоятельных государств. Надо сказать, что в настоящее время на Земле проживает более 3000 народов-этносов, из которых лишь 300 имеют свои государственные образования и автономии.[8]

Современный сепаратизм как политическая программа и как насильственные действия основывается на уже упоминавшемся ложно трактуемом принципе самоопределения, когда каждая этническая общность должна иметь собственную государственно оформленную территорию. Но, как известно, такой смысл не заключен ни в правовой теории, ни в национальных законодательных актах, ни в международных правовых документах. Последние трактуют право народов на самоопределение, имея в виду признание существующей системы государств и право территориальных сообществ (а не этнических групп) формировать систему управления не в ущерб остальному населению.

Самоопределение, особенно для этнических групп, - это, прежде всего, право на участие в более широком общественно-политическом процессе. Сепаратизм же – это выход из существующей системы или ее разрушение с целью оформления государственности для определенной этнокультурной общности.

Причины межнациональных конфликтов.

В мировой конфликтологии нет единого концептуального подхода к причинам межэтнических конфликтов. Анализируются социально-структурные изменения контактирующих этнических групп, проблемы их неравенства в статусе, престиже, вознаграждении. Есть подходы, сосредотачивающиеся на поведенческих механизмах, связанных с опасениями за судьбу группы, не только за потерю культурного своеобразия, но и за использование собственности, ресурсов и возникающей в связи с этим агрессией.

Исследователи, опирающиеся на коллективные действия, концентрируются на ответственности элит, борющихся с помощью мобилизации вокруг выдвигаемых ими идей за власть, ресурсы. В более модернизированных обществах членами элиты становились интеллектуалы с профессиональной подготовкой, в традиционных имела значение родовитость. Очевидно, элиты прежде всего ответственны за создание «образа врага», представлений о совместимости или несовместимости ценностей этнических групп, идеологии мира или вражды. В ситуациях напряженности создаются представления о чертах народов, препятствующих общению – «мессианстве» русских, «наследуемой воинственности» чеченцев, а также иерархии народов, с которыми можно или нельзя «иметь дело».

Большим влиянием на Западе пользуется концепция «столкновения цивилизаций» С.Хантингтона. она объясняет современные конфликты, в частности недавние акты международного терроризма, конфессиональными различиями. В исламской, конфуцианской, буддистской и православных культурах будто бы не находят отклика идеи западной цивилизации – либерализм, равенство, законность, права человека, рынок, демократия, отделение церкви от государства, и т. д.

Известна также теория этнической границы, понимаемой как субъективно-осознаваемая и переживаемая дистанция в контексте межэтнических отношений. (П.П. Кушнер, М.М. Бахтин). Этническая граница определяется маркерами – культурными характеристиками, имеющими первостепенное значение для данной этнической группы. Их значение и набор могут меняться. Этносоциологические исследования 80х-90х гг. показали, что маркерами могут быть не только ценности, сформированные на культурной основе но и политические представления, концентрирующие на себе этническую солидарность. Следовательно, этнокультурный разграничитель (такой, как язык титульной национальности, знание или незнание которого влияет на мобильность и даже карьеру людей) заменяется доступом к власти. Отсюда может начаться борьба за большинство в представительных органах власти и все вытекающие из этого дальнейшие обострения ситуации.

Типология конфликтов

Известны различные подходы к выделению отдельных типов конфликтов. Один из наиболее полных вариантов типологии предложил Я. Этингер:

1. Территориальные конфликты, часто тесно связанные с воссоединением раздробленных в прошлом этносов. Их источник - внутреннее, политическое, а нередко и вооруженное столкновение между стоящими у власти правительством и каким-либо национально-освободительным движением или той или иной ирредентистской и сепаратистской группировкой, пользующейся политической и военной поддержкой соседнего государства. Классический пример - ситуация в Нагорном Карабахе и отчасти в Южной Осетии;

2. Конфликты, порожденные стремлением этнического меньшинства реализовать право на самоопределение в форме создания независимого государственного образования. Таково положение в Абхазии, отчасти в Приднестровье;

3. Конфликты, связанные с восстановлением территориальных прав депортированных народов. Спор между осетинами и ингушами из-за принадлежности Пригородного района - яркое тому свидетельство;

4. Конфликты, в основе которых лежат притязания того или иного государства на часть территории соседнего государства. Например, стремление Эстонии и Латвии присоединить к себе ряд районов Псковской области, которые, как известно, были включены в состав этих двух государств при провозглашении их независимости, а в 40-е годы перешли к РСФСР;

5. Конфликты, источниками которых служат последствия произвольных территориальных изменений, осуществляемых в советский период. Это прежде всего проблема Крыма и в потенции - территориальное урегулирование в Средней Азии;

6. Конфликты как следствие столкновений экономических интересов, когда за выступающими на поверхность национальными противоречиями в действительности стоят интересы правящих политических элит, недовольных своей долей в общегосударственном федеративном "пироге". Думается, что именно эти обстоятельства определяют взаимоотношения между Грозным и Москвой, Казанью и Москвой;

7. Конфликты, в основе которых лежат факторы исторического характера, обусловленные традициями многолетней национально-освободительной борьбы против метрополии. Например, конфронтация между Конфедерацией народов Кавказа и российскими властями:

8. Конфликты, порожденные многолетним пребыванием депортированных народов на территориях других республик. Таковы проблемы месхетинских турок в Узбекистане, чеченцев в Казахстане;

9. Конфликты, в которых за лингвистическими спорами (какой язык должен быть государственным и каков должен быть статус иных языков) часто скрываются глубокие разногласия между различными национальными общинами, как это происходит, например, в Молдове, Казахстане[9] .

Особенности протекания конфликтов в различных регионах.

Исходя из перечисленных выше оснований, в мире можно выделить 6 региональных разновидностей сепаратизма, сложившихся на четырех континентах (в Австралии на сегодняшний день сепаратистских движений пока не зафиксировано).

1. Западноевропейская разновидность сепаратизма.

Регионы : Северная Ирландия, Страна Басков, Каталония, Корсика, Фландрия и Валлония, Фарерские острова, Северный Кипр.

Характеризуется преобладанием этно-конфессионального и социально-экономического факторов.

Очаги сепаратизма в Западной Европе уже давно пребывают в состоянии устойчивого равновесия. Здесь преобладает высокая общественная мобилизация населения, не выплескивающаяся, впрочем, (за исключением Ольстера, Корсики и Страны Басков) за пределы “цивилизованной” политической борьбы. Как правило, целью западноевропейских сепаратистов является не создание независимого государства, а достижение максимальной национально-культурной, экономической и политической автономии в рамках существующих ныне государственных границ. Основная часть населения (как ныне существующих, так и потенциальных очагов сепаратизма) чаще всего без эйфории воспринимает расплывчатые перспективы самостоятельного существования. Прагматическая оценка трудностей перехода к собственной государственности превалирует над эмоциями. Осознание своей малой родины как части единой Европы выработало у европейцев комплексную идентичность. Так у жителей Барселоны каталонская идентичность уживается с испанской и европейской[10] .

2. Восточноевропейская разновидность сепаратизма

Регионы : Чечня, Дагестан, Приднестровье, Гагаузия, Крым, Косово.

Охватывает бывшие социалистические страны Восточной и Центральной Европы и включает Россию и другие новые государства, образовавшиеся на территории бывшего СССР (кроме 4 мусульманских республик Средней Азии). Эта разновидность отличается от западноевропейской недавней актуализацией основных очагов сепаратизма (конец 80-х гг.) и стремлением сепаратистских движений к полной независимости, а не к автономии.

Несмотря на недавнюю актуализацию, корни конфликтов уходят в прежние исторические эпохи. Например, конфликт в Боснии и Герцеговине между православными сербами и славянами-мусульманами зародился еще во времена турецкого владычества (XV-XIX вв.), а стремление татар восстановить собственную государственность ведет свой счет от прекращения существования Казанского ханства в средине XVI века[11] .

В Восточной Европе существует целый ряд непризнанных государств, имеющих, тем не менее, все атрибуты государственности: Чечня (до 1999 г.), Абхазия, Приднестровская Молдавская Республика, Республика Косово в Сербии. Эти территориально-политические образования, имея регулярные вооруженные формирования, уверенно контролируют свою территорию, здесь действуют самопровозглашенные конституции, существуют органы исполнительной и судебной власти, проводятся парламентские выборы.

В Восточной Европе уровень терпимости по отношению к этническим и конфессиональным меньшинствам во много раз ниже, чем на Западе. Развитие языка и культуры меньшинств воспринимается как вызов доминирующей нации. Это приводит к дополнительным напряжениям в общественно-политической жизни восточноевропейских государств.

Для восточноевропейских очагов конфликтов характерна повышенная активность, которая часто приводит к большим жертвам среди противостоящих вооруженных формирований и мирного населения. Особенно этим отличились конфликты, локализованные на Кавказе и в бывшей Югославии.

Следует заметить, что конфликты в Восточной Европе подвержены вмешательству со стороны других государств и международных организаций (ООН, НАТО, Евросоюз, Россия). Это объясняется относительной близостью очагов конфликтов к данным государствам и угрозой их безопасности.

3. Ближневосточная (исламская) разновидность сепаратизма.

Регионы : Курдистан, Горный Бадахшан в Таджикистане, пакистанская провинция Белуджистан, Южный Йемен, область Читтагонг в Бангладеш, очаги сепаратизма на севере Афганистана и на юге Алжира.

Господствует в исламских странах Ближнего и Среднего Востока, Северной Африки, Средней и Южной Азии. Для этого типа сепаратизма характерна принадлежность любых противостоящих сторон к одному религиозно-культурному фундаменту – исламу. При этом решающее значение имеет фактор этнического самосознания меньшинств, подавляемых в национальных государствах своих единоверцев.

На территории исламской цивилизации, несмотря на целый ряд серьезных богословских разногласий, например, между приверженцами шиизма и суннизма, господствуют единые традиционно-культурные установки, сильна роль религии и религиозного права – шариата. Здесь нет такого разнообразия этносов, как в тропической Африке или Индостане. Тем не менее, “температура” очагов сепаратизма исламской региональной разновидности очень высока. Типичным случаем является очаг сепаратизма в Курдистане, разделенным между Турцией, Ираном, Ираком и Сирией. Лидеры курдского национального движения вооруженным путем добиваются создания на территории Курдистана независимого государства.

4. Азиатская разновидность сепаратизма.

Регионы : индийские штаты Джамму и Кашмир, Пенджаб, Наголенд, Ассам, северная Шри-Ланка, области Карен и Шах в Мьянме (Бирма), южные Филиппины, Восточный Тимор и Ирман-Джая (западная часть Новой Гвинеи) в Индонезии, Тибет и Синьцзян (Уйгуристан) в Китае.

Распространение этой разновидности сепаратизма ограничено Восточной, Юго-Восточной, Южной Азией. Конфликты имеют корни в доколониальных временах, но возродились после получения странами государственной независимости.

Во многих конфликтах азиатской географической разновидности сильна роль конфессионального самосознания. Перед многими государствами региона стоят международные экономические проблемы. В странах с невысокими душевыми доходами (Шри-Ланка, Мьянма) риск сепаратизма для национальных окраин максимален. Очаги конфликтов этой разновидности отличаются большим количеством жертв, в том числе и среди мирного населения. Например, по оценкам международных миротворческих организаций в индийских штатах Джамму и Кашмир за время конфликтов погибло более 37 тыс. человек, в Шри-Ланке – более 32 тыс., на юге Филиппин – от 21 до 25 тыс., в Индонезии – 15тыс.[12]

5. Африканская разновидность сепаратизма.

Регионы : Южный Судан, провинция Кабинда в Анголе, Сомалиленд, Коморские острова, провинция Квазу-Наталь в ЮАР, Руанда и Бурунди.

Во многом этой разновидности соответствует все то, что было сказано в отношении азиатской. Отличия в несколько более позднем достижении странами региона государственной независимости и, соответственно, в более поздней актуализации очагов конфликтов, произошедшей, как правило, после ухода с континента колониальных держав.

Кроме того, в Африке отмечается меньшая, чем в Азии организованность сепаратистских движений, сказывающаяся на их активности. Этот факт объясняется тем, что большинство африканских этносов до сих пор находится на племенной стадии развития. Здесь обычна межплеменная вражда, препятствующая созданию крупных этнических группировок, которые могли бы выдвинуть сепаратистские требования.

Искрой, способной взорвать порох неурегулированных противоречий африканского континента, становится крайне пестрый этнический состав большинства государств. Колониальная структура Африки создавалась в свое время без учета этнических, экономических и культурных связей ее районов. Границы также носят случайный характер, иногда они даже проведены по линейке. В нынешний период, когда во всем мире происходит всплеск национального самосознания, Африка не остается в стороне. Все чаще выдвигаются требования пересмотра несправедливых границ, разделивших на части единые и родственные этносы. Межэтнические столкновения между племенами хуту и тутси в Руанде и Бурунди, многолетняя гражданская война в Демократической Республике Конго (бывший Заир), недавние ожесточенные столкновения в Либерии, Сьерра-Леоне стали символами ничем не оправданной, поистине животной жестокости, только в Руанде унесшей жизни более полутора миллионов жизней.

6. Американская разновидность сепаратизма.

Регионы : канадская провинция Квебек, мексиканский штат Чьяпас, самоуправляющаяся территория Дании Гренландия, остров Невис в составе Федерации Сен-Китс и Невис.

Прежде сепаратистские настроения на континенте имели больше распространение. Именно они привели к распаду Великой Колумбии (1830г.) и Соединенных провинций Центральной Америки (1838-1839гг.), выделению Уругвая из состава Аргентины (1828г.) и Панамы из Колумбии (1903г.). Да и гражданскую войну в США (1861-1865гг.) можно рассматривать как неудавшуюся попытку выхода группы южных штатов, образовавших суверенную конфедерацию, из состава единого государства. Ныне же американский регион определяется наименьшим по сравнению с другими частями планеты распространением сепаратизма (всего 4 ярко выраженных очага). Существует несколько причин этого феномена:

Во-первых, это переселенческий характер государств Нового Света, практически исключающий глубокие и непреодолимые противоречия между этническими и конфессиональными группами эмигрантов.

Во-вторых, малочисленность и разобщенность коренного населения – индейцев и эскимосов.

В-третьих, доминирование только одной этнической группы переселенцев в рамках каждой страны. В большинстве латиноамериканских стран этой группой были испанцы, в Бразилии – португальцы, в Северной Америке – британцы. Вывозившиеся из Африки негры-рабы не могли составить конкуренцию европейцам в силу своего низкого социального статуса. Единственной страной, колонизируемой двумя равноправными нациями, была Канада. Результат – четыре столетия борьбы между англо- и франко-канадцами за главенствующее положение в стране, породившей самый серьезный на сегодняшний день очаг сепаратизма в Новом Свете – Квебек.

Особый накал борьба за отделение этой канадской провинции приобрела после того, как сепаратистская квебекская партия в 1994 г. выиграла местные выборы и пришла к власти. Успех сепаратистов призван был закрепить проводившийся 30 октября 1995г. референдум о статусе провинции. Сторонники федерации с минимальным отрывом опередили франко-канадских националистов (50,6% на 49,4%). Тем не менее, временная победа федералистов не сняла с повестки дня проблему самоопределения Квебека, а микроскопический разрыв в результатах референдума позволяет утверждать, что сепаратистские идеи пользуются большой популярностью.[13]

Таким образом, можно констатировать, что политико-географическое положение накладывает отпечаток на особенности зарождения и развития очагов сепаратизма в мире. Понимание механизмов этого влияния может привести к выработке конкретных рекомендаций по снижению рисков сепаратизма и способствовать постепенной нормализации внутригосударственных противоречий.

Кризис в Косово как пример этнополитического конфликта.

Проблема республики Косово – один из примеров крайней сложности территориально- национальных конфликтов. И сербы, и албанцы, живущие на этой территории, считают эту землю своей. Албанцы утверждают, что их предки появились в Косово за тысячу лет до прихода туда сербов. Эту версию трудно как доказать, так и опровергнуть.

Косово в истории Сербии имеет большое значение также из-за военного поражения страны и ее христианских союзников, которое нанесли им турки в битве на Косовом Поле в 1389г. Сербский князь Лазарь Хребелянович был убит, а Сербия стала вассалом Османской империи. Однако победа далась туркам тяжело - национальный герой сербов Милош Обренович убил турецкого султана.

В сербской национальной культуре Косово остается великим эмоциональным символом возрождения после национальной трагедии. До ХVII в. большинство населения края составляли сербы. В ходе войн между Австрией и Османской империей в 1690г. сербский патриарх Арсений III (Черноевич), многие его священнослужители, а также часть населения, переселились вместе с ними в южную часть Венгрии. Со временем их владения и дома захватили мусульмане-албанцы, которые ранее жили в этом районе. К концу ХIХв. албанцы составляли уже около половины населения края.

Сербские, а затем югославские власти проводили политику ассимиляции или выселения албанцев. Школы с преподаванием на албанском языке были закрыты, земли албанцев конфискованы. Тысячи албанцев эмигрировали. Сербские власти вынуждены были бороться с косоварскими мятежниками и националистическими организациями, которые пользовались поддержкой Албании.

В годы Второй мировой войны итальянские оккупационные войска включили большую часть Косова в состав своего сателлита - королевства Албании. Сербские колонисты подвергались преследованиям и покидали Косово. Осенью 1944г., после того, как Косово было вновь включено в состав Югославии, косовары оказали сопротивление войскам и подняли восстание.

В 1945г. Косово получило статус автономной области в составе Сербии, причем в 1945-1948гг. сербам было запрещено возвращаться в Косово, так как Тито[14] пытался создать Балканскую федерацию с участием Албании. Однако после разрыва отношений между Югославией и Албанией в 1948г. Тито был заинтересован в привлечении албанцев, некогда бежавших в Югославию. Доля албанского населения в крае снова начала расти.

Несмотря на демонстрации албанских студентов 1967-1968гг, в целом доверие Тито к албанской коммунистической элите в Косове продолжало расти. По положениям югославской конституции 1974г., краю Косово придавался статус почти равный с союзными республиками.

Косоварам в Югославии было предоставлено право на свободу совести и вероисповедания (приверженцы ислама составляли 90% албанцев Косово), в отличие от граждан Албании, где религия была запрещена. Они как граждане Югославии пользовались всеми правами, создали один из крупнейших (по числу студентов) университетов в Приштине, библиотеки и культурные центры.

В то же время радикальная часть албанской интеллигенции Косово требовала дальнейшего расширения автономии края. Вновь начавшиеся в 1981г. демонстрации албанских студентов, закончились столкновениями с полицией и привели к обсуждению возможности снижения статуса автономии Косово.

В 1989г., после новых массовых волнений албанцев в Косово было введено военное положение, автономия края была ограничена. В ходе столкновений более сотни жителей были убиты, 600чел. ранены, а около 2500 - арестованы. Политически активные албанцы развернули в крае кампанию забастовок и митингов.

В мае 1992г. состоялось несанкционированное голосование за провозглашение Республики Косово. Албанцы избрали своим политическим лидером литературоведа Ибрагима Ругову и фактически создали собственное государство, систему здравоохранения и систему образования, которые действовали независимо от центра. Предпринимавшиеся в 1995г. попытки компромисса не достигли успеха.

Несмотря на неопределенный статус Косова, международные организации во время переговоров в 1995г. об окончании военных действий на территории бывшей Югославии не обращали серьезного внимания на этот регион. Политическое и экономическое положение в Косове оставалось критическим, резко повысился уровень безработицы.

В 1997г. Албания была ввергнута в гражданскую войну. Этот конфликт оказал непосредственное влияние на Косово, так как боевики почти беспрепятственно перемещались через границу Албании и Косова.

Осенью демонстрации албанцев в Косово, выражавших приверженность идее Великой Албании, были подавлены силами внутренних войск. Возникла Освободительная армия Косова, которая развернула кампанию убийств и террористических актов в отношении сербских государственных чиновников, представителей сил безопасности и мирных сербов.

Весной 1998г. в Косово началась эскалация насилия - перестрелки в горах, столкновения с применением оружия на демонстрациях. Сербские силы безопасности развернули наступление на базы ОАК[15] , вытесняя ее в Албанию.

НАТО пришлось вмешаться в события страны. Весной 1998г. ООН и ОБСЕ предложили Союзной Республике Югославия (СРЮ) заключить трехгодичное соглашение, по которому НАТО получала возможность ввести в Косово 30 тыс. военнослужащих для обеспечения мира и демократических выборов. Югославские власти расценили этот шаг как вмешательство во внутренние дела суверенного государства. После многодневных переговоров, проходивших в октябре 1998г., С. Милошевич заключил соглашение с американским представителем Р. Холбруком. В соглашении было указано, что небо над Косовом предоставляется для патрулирования натовскими самолетами-разведчиками, а в край вводятся 2 тыс. наблюдателей ОБСЕ. В то же время из Косова выводился сербский спецназ.

В феврале 1999г. во Франции под эгидой контактной группы начались переговоры между властями Сербии и представителями косовских албанцев по поиску вариантов выхода из кризиса, которые завершились безрезультатно. Югославское руководство выступало решительно против ввода войск НАТО в Косово. Неудачным оказался и второй раунд переговоров в марте 1999г.

В этот период положение в Косове становилось критическим. В ответ на эскалацию боевых действий косовских албанцев в край была введена 40-тысячная сербская армия, снова приступившая вместе с полицией к ликвидации баз ОАК. Вооруженные столкновения сопровождались жертвами среди местного населения.

Многие албанские семьи бежали в Албанию и Македонию, где были развернуты лагеря беженцев. Западные средства массовой информации обвиняли сербов в геноциде албанцев. Факты, приводившиеся в доказательство этого впоследствии не подтвердились. Это послужило поводом для военных действий НАТО против Югославии весной - летом 1999г. и последующего перемещения албанского населения из Косова в другие страны.

Операция НАТО под кодовым названием "Союзническая сила" началась 24 марта и продолжалась 78 дней до 10 июня 1999г. Удары с воздуха наносились по всей территории страны, включая Белград и другие крупные города. Погибло более 2 тыс. югославских граждан, в том числе старики и дети, а общий ущерб, по некоторым данным, составил около 100 млрд. долларов. Началось массовое бегство албанцев из Косово. Под бомбежками гибли и сербы и албанцы. Наконец Югославия согласилась на вывод своих войск из Косова и ввод в край многонациональных международных сил под эгидой НАТО - КФОР[16] . В состав этих сил вошли и российские подразделения (3 тыс. человек).

После прекращения бомбардировок НАТО в июне 1999г. началось возвращение албанских беженцев, в то же время территорию Косова стали покидать сербы, на которых под прикрытием войск НАТО нападали албанские экстремисты.

Согласно резолюции СБ ООН №1244, утвержденной 10 июня 1999г., признается территориальная целостность и управление в Косове осуществляется под наблюдением международных гражданских сил (Миссия ООН в Косове - МООНК) и международных сил безопасности (КФОР) при участии НАТО[17] .

Статус Косово на данный момент — Сербский край, 17 февраля 2008г. в одностороннем порядке заявивший о своей независимости. Его действия противоречат конституции Сербии, а потому согласно ей автономный край Косово и Метохия по-прежнему входит в состав Сербии, даже несмотря на то, что ряд государств признал независимость Косова (см. Приложение 1, 2).

Последствия независимости Косово непредсказуемы. Международные эксперты видят два пути развития новоиспеченной автономии. Существует вероятность, что Косово может повторить судьбу своего балканского соседа Черногории. Эту вышедшую из союза с Сербией в 2006 г. страну сегодня может назвать успешной и процветающей. По количеству прямых иностранных вложений на одного человека Черногория находится на одном из первых мест, а экономика страны переживает стадию подъема.

Но столь радужные прогнозы имеют меньше шансов на существование

По мнению аналитиков Косово может пойти по неудачному пути Восточного Тимора, получившего независимость 20 мая 2002 года. В 2006 г. там прокатилась волна беспорядков, которые начались в столице государства – Дили – в конце мая. Их спровоцировало восстание части военнослужащих, недовольных политикой правительства. Но фактическими причинами были длительная диктатура ООН и неоправдавшиеся ожидания народа. Даже на сегодняшний день обстановка там остается напряженной.

Как полагают эксперты, Косово имеет схожий путь развития и находится в аналогичной ситуации. Край фактически продолжает жить под внешним управлением международных сил и пока является одним из беднейших образований на территории Старого Света. Еще во времена экономически благополучной Югославии он был самым бедным районом, и после войны ситуация там отнюдь не стала лучше. Экономика Косова во многом зависела от Сербии, от поставок электроэнергии, край не имеет выхода к морю, запасы природных ресурсов сосредоточены в северной части, где проживают сербы.

Косово не может похвастаться развитой инфраструктурой, она нуждается во внешних вложениях. Безработица там находится на уровне 50%, а доходы на душу населения едва превышают аналогичный показатель в Анголе. По данным Всемирного банка на 2007 г., средний доход на душу населения в Косово составляет всего $1600 в год, 37% населения живет в бедности (менее чем на €1,42 в день), а 15% существуют всего на €0,93 в день. Хотя Косово обладает значительными запасами бурого угля, а также цинка, свинца, золота и серебра, освоение этих месторождений требует долгосрочных инвестиций[18] . Поэтому сейчас весьма трудно представить себе автономию независимым государством, способным самостоятельно себя обеспечить.

Пути урегулирования этнополитических конфликтов.

Проблемы межнациональных конфликтов не поддаются решению на прецедентной основе. Но, с другой стороны, можно выделить несколько направлений усилий, которые необходимо предпринять для их предотвращения.

Первое и самое главное: определение и признание четких критериев применения силы на основе международного права. Военная сила в вопросах межэтнических кризисов никоим образом не должна использоваться для достижения политических или экономических интересов определенных лиц, структур, какими бы гуманными целями они ни мотивировались. В свое время американский президент Ф. Рузвельт сказал: ”Ни одно из прав и свобод личности ничего не стоит, если при этом нарушается право личности на жизнь”. Очевидно, в этом заключается смысл системы безопасности, будь то на региональном или глобальном уровне.

Именно политическим методам урегулирования конфликтов принадлежит приоритет в деятельности по достижению региональной и глобальной безопасности. Поэтому борьба с проявлением этносепаратизма должна быть провозглашена ООН одной из приоритетных задач своей деятельности. Война – это “последний довод королей”, и, вследствие этого, она должна начинаться только тогда, когда все иные средства урегулирования этноконфликта исчерпаны и безрезультатны. Поэтому ее использование должно быть легитимно и оправдано наличием потенциальных и реальных угроз.

Одним из важных направлений является также оздоровление социально-экономической обстановки в странах и регионах, являющихся основными источниками этноконфликтов. Средства на это должны выделяться развитыми странами, ибо они в не меньшей степени заинтересованы в безопасности около своих границ и не только.

И последнее: необходимо активизировать и углублять глобальное и, особенно, региональное сотрудничество между государствами, чтобы объединить усилия по борьбе с этносепаратизмом. Это сотрудничество может включать в себя как создание международной правовой базы, так и формирование региональных антитеррористических центров с привлечением вооруженных сил. Главное, страны мира должны делать это сообща, ибо только вместе можно добиться каких-либо ощутимых результатов и поставить, наконец, точку в проблеме межнациональных конфликтов.

Заключение.

В основе любого конфликта лежат как объективные, так и субъективные противоречия, также ситуация, включающая либо противоречивые позиции сторон по какой-либо проблеме, либо противоположные цели, методы или средства их достижения в данных обстоятельствах, либо несовпадение интересов оппонентов.

По мнению одного из основоположников общей теории конфликта Р. Дарендорфа концепция общества свободного, открытого и демократического вовсе не решает всех проблем и противоречий развития[19] . От них не застрахованы не только развивающиеся страны, но и те, где имеется устоявшаяся демократия (проблема Ольстера в Великобритании). Межнациональные конфликты - это специфическое, конкретно этническое выражение общесоциальных противоречий. Большинство политологов связывают их прежде всего с противоречиями, складывающимися в сфере материального производства. Последние нередко разрешаются путем революций, принимая вместе с тем различные побочные формы - как совокупность коллизий, как коллизии между различными классами, как идейная борьба, политическая борьба и т. д. В то же время характер этих конфликтов, в которых отчетливо просматриваются противоречия между национальными меньшинствами и "коренным" населением, весьма типичен.

Существуют две точки зрения на конфликт. Одни исследователи считают, что социальные конфликты несут угрозу, опасность распада общества. У других ученых иная точка зрения. Так, социолог структурно-функционального направления Льюис Козер пишет: "Конфликт препятствует окостенению социальных систем, вызывая стремление к обновлению и творчеству"[20] . Другой немецкий социолог Ральф Дарендорф утверждает, что и конфликты незаменимы как фактор всеобщего процесса социального изменения.

Все же межнациональный конфликт - это нежелательное явление в жизни общества, которое является своего рода тормозом в решении проблем общественной жизни людей различных национальностей. Погасить разразившийся конфликт крайне трудно, он может длиться месяцы, годы; затухать, затем разгораться с новой силой. Негативные последствия межнациональных конфликтов не исчерпываются прямыми потерями. В конце 1996 года численность вынужденных мигрантов из зон вооруженных столкновений в странах бывшего СССР составила 2,4 млн. человек. В целом с территорий, охваченных конфликтами, бежало не менее 5 млн. человек. Такие массовые перемещения, характерные для периода конфликта, существенно изменяют возрастнополовой состав населения. В первую очередь уезжают престарелые, женщины и дети, и именно эти, наиболее социально уязвимые группы населения в последнюю очередь возвращаются на родину. Так, во время конфликта в Приднестровье среди прибывших в правобережную часть Молдавии 56,2% детей и 35,2% женщин. 7% беженцев оставили на месте прежнего проживания супруга, а 6% - детей[21] . Такое положение отнюдь не способствует улучшению демографической ситуации. Кроме того, к последствиям конфликтов можно отнести безработицу среди молодежи, малоземелье, люмпенизацию значительной части населения. Все это может быть причинами социальной нестабильности и этнических конфликтов, национализма, политических спекуляций, укрепления позиций консерватизма и традиционализма.

Список использованной литературы.

1) «Косово – «уникальный» конфликт интересов» - Шевчук Владимир (http://legalportal.ru/publ/21-1-0-100)

2) «Косово. История многострадального края» (http://www.newsru.com/background/30mar2006/kosmet.html)

3)«Независимости Косова пророчат печальный исход» (http://www.utro.ru/articles/2008/02/20/717927.shtml)

4)«Синдром Косово» - Сильвен Паскъе, “L’Expresse”, Франция (http://www.newsgeorgia.ru/analytics/20080404/42201173.html)

5) Dahrendorf, Ralf. Der moderne soziale Konflikt, 1992.

6) Giddens A. The Constitution of society. Cambridge, 1989. P. 198-199.

7) Gurr T. Why do minorities rebel? // Federalism against Ethnicity? / Ed. ByG. Bachler. Zurich, 1997. P. 10.

8) Jenkins C. Resource Mobilization: Theory and the Study of Social Movements // Annual Review of Sociology, 1983. Vol. 9. P. 532.

9) Lipshutz R. D. Seeking a State of One’s Own… P. 44.

10) Tarrow S. Struggle, Politics and Reform: Collective Action, Social Movements and Cycles of Protest // Cornell University Western Sociology. 1989. Vol. 21

11) Авксентьев В. А. Этническая конфликтология: в поисках научной парадигмы.

12) Амелин. В.В. Этнополитические конфликты: типы и формы проявления, региональные особенности // Теоретический журнал CREDO. – 1998. №1.

13) Арутюнян Ю.В.,. Дробижева Я.М Этносоциология: пройденное и новые горизонты// Социс.- 2000.- № 4.

14) Губогло Н. М. Языки этнической мобилизации.

15) Заяц Д. Современные очаги сепаратизма // География – 1999. №48

16) Крылов А. Б. Сепаратизм: истоки и тенденции развития. – М.: Знание, 1990.

17) Кустарев А. Прыжок к согласию // Новое время – 1999. №49.

18) Льюис Козер. Функции социального конфликта. – М.: «Идея-Пресс». 2000.

19) Медведев Н. П. Политическая регионалистика. – М.: Альфа-М, 2005.

20) Морозов Ю., Лутовинов В. Этносепаратизм – угроза национальной, региональной и глобальной безопасности // ОБЖ – 1999. №12.

21) Мукомель В. И. Демографические последствия этнических и региональных конфликтов в СНГ // Социс. – 1999. № 6. C. 66-71

22) Этингер Я. Межнациональные конфликты в СНГ и международный опыт // Свободная мысль, 2003. № 3.

Приложение 1.

Отношение стран и международных организаций по косовскому вопросу.

Приложение 2.

Государства, признавшие независимость Косова:


1. Австралия — 19 февраля 2008

2. Австрия — 27 февраля 2008

3. Албания — 18 февраля 2008

4. Афганистан — 18 февраля 2008

5. Бельгия — 25 февраля 2008

6. Болгария - 20 марта 2008

7. Великобритания — 18 февраля 2008

8. Венгрия - 19 марта 2008

9. Германия — 20 февраля 2008

10. Дания — 21 февраля 2008

11. Ирландия — 29 февраля 2008

12. Исландия — 5 марта 2008

13. Италия — 21 февраля 2008

14. Канада - 18 марта 2008

15. Коста-Рика — 17 февраля 2008

16. Латвия — 20 февраля 2008

17. Лихтенштейн — 25 марта 2008-(Выполнение совместного со Швейцарией решения)

18. Люксембург — 21 февраля

19. Малайзия — 20 февраля 2008

20. Монако - 19 марта 2008

21. Нидерланды — 4 марта 2008

22. Норвегия - 28 марта 2008

23. Перу — 22 февраля 2008

24. Польша — 26 февраля 2008

25. Республика Корея - 28 марта 2008

26. Сенегал — 19 февраля 2008

27. Словения — 5 марта 2008

28. США — 18 февраля 2008

29. Турция — 18 февраля 2008

30. Финляндия — 7 марта 2008

31. Франция — 18 февраля 2008

32. Хорватия - 19 марта 2008

33. Швейцария — 27 февраля 2008

34. Швеция — 4 марта 2008

35. Эстония — 21 февраля 2008

36. Япония — 18 марта 2008




[1] Giddens A. The Constitution of society. Cambridge, 1989. P. 198-199.

[2] Lipshutz R. D. Seeking a State of One’s Own… P. 44.

[3] Gurr T. Why do minorities rebel? // Federalism against Ethnicity? / Ed. ByG. Bachler. Zurich, 1997. P. 10.

[4] Авксентьев В. А. Этническая конфликтология: в поисках научной парадигмы. С. 211.

[5] Jenkins C. Resource Mobilization: Theory and the Study of Social Movements // Annual Review of Sociology, 1983. Vol. 9. P. 532.

[6] Губогло Н. М. Языки этнической мобилизации. С. 21.

[7] Tarrow S. Struggle, Politics and Reform: Collective Action, Social Movements and Cycles of Protest // Cornell University Western Sociology. 1989. Vol. 21

[8] Заяц Д. Современные очаги сепаратизма // География – 1999 - №48 – с.11 – 14

[9] Этингер Я. Межнациональные конфликты в СНГ и международный опыт // Свободная мысль, 2003. № 3.

[10] Кустарев А. Прыжок к согласию // Новое время – 1999. №49. С. 25

[11] Морозов Ю., Лутовинов В. Этносепаратизм – угроза национальной, региональной и глобальной безопасности // ОБЖ – 1999. №12. с. 7

[12] Морозов Ю., Лутовинов В. Этносепаратизм – угроза национальной, региональной и глобальной безопасности // ОБЖ – 1999. №12. С. 5.

[13] Заяц Д. Современные очаги сепаратизма // География – 1999. №48. С. 14.

[14] Иосип Броз, партийный псевдоним Тито, — лидер Югославии с конца Второй Мировой войны до своей смерти (1945—1980гг.), маршал (1943г.)

[15] Армия освобождения Косово — албанская террористическая группировка, боровшаяся за независимость Косово. После войны НАТО против Югославии в 1999г. организация была легализована и её деятели вошли в состав местной администрации.

АОК была одной из первых международных террористических группировок замеченных в связях с Аль-Каидой еще в конце 1990-х. Западные разведслужбы сообщали о том, что её боевики проходят подготовку в учебных лагерях Аль-Каиды.

[16] KFOR (англ. Kosovo Force) — международные силы под руководством НАТО, ответственные за обеспечение стабильности в Косово.

Силы KFOR были созданы в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН № 1244 и вступили в Косово 12 июня 1999 года. По состоянию на апрель 2007 года в составе сил находились 16 тыс. военнослужащих из 34 стран (максимальная численность KFOR достигала 50 тыс. военнослужащих).

Первоначально группировка KFOR состояла из четырёх многонациональных бригад, каждая из которых имела свой сектор ответственности. В 2005 году эти силы были преобразованы в пять оперативных группировок, позволявших KFOR действовать с большей гибкостью. Существуют следующие группировки: «Север» (MNTF-N, под командованием Франции), «Восток» (MNTF-E, под командованием США), «Юг» (MNTF-S, под командованием Турции), «Запад» (MNTF-W, под командованием Италии), «Центр» (MNTF-C, под командованием Ирландии).

[17] «Косово. История многострадального края» (http://www.newsru.com/background/30mar2006/kosmet.html)

[18] «Независимости Косова пророчат печальный исход» (http://www.utro.ru/articles/2008/02/20/717927.shtml)

[19] Dahrendorf, Ralf. Der moderne soziale Konflikt, 1992.

[20] Льюис Козер. Функции социального конфликта. М. «Идея-Пресс». 2000.

[21] Мукомель В. И. Демографические последствия этнических и региональных конфликтов в СНГ//Социс. – 1999. № 6. C. 66-71

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий