Проблемы войны и мира в современной политической мысли США

Чайка Михаил Анатольевич ПРОБЛЕМЫ ВОЙНЫ И МИРА В СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ США Специальность - 23.00.01 - - теория и история политической науки (политические науки)


Чайка Михаил Анатольевич

ПРОБЛЕМЫ ВОЙНЫ И МИРА В СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ США

Специальность - 23.00.01 - - теория и история политической науки (политические науки)

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук

МОСКВА, 2000

Работа выполнена в Московском педагогическом государственном университете на кафедре политологии и социологии

В XX веке, ознаменовавшемся двумя мировыми войнами, созданием оружия массового поражения, политическая мысль не раз обращалась к проблеме войны и мира. В то же время, многие принципиально важные, фундаментальные теоретические аспекты этой проблемы в период “холодной войны” не могли найти исчерпывающего объяснения, адекватного реальностям ядерного века. И в СССР, и в США очень большое внимание уделялось попыткам доказать, что природа соответствующих обществ определяет их приверженность идеалам мира. В итоге, изучение проблемы войны и мира смещалось в плоскость поиска “виновников” “холодной войны”, связанных с ней конфликтов1 . При этом обе стороны прибегали к угрозам применения ядерного оружия, участвовали в локальных войнах и конфликтах, иначе говоря, широко использовали военные средства, угрозу их применения как средство достижения политических целей.

С завершением “холодной войны” проблемы войны и мира приобрели новое звучание. Надежды на то, что XXI век будет более безопасным для человечества, чем XX, пока не оправдываются. Наблюдается рост числа неядерных, локальных, межгосударственных и внутригосударственных конфликтов. В условиях роста разрушительной силы обычного оружия, последствия этих конфликтов становятся все более опасными. Увеличивается число ядерных держав, так ядерным стало военное противостояние Индии и Пакистана. Сохраняются разногласия по многим вопросам, в том числе и относящимся к сфере военной безопасности, между Российской Федерацией и Соединенными Штатами, которые остаются наиболее мощными в военном отношении державами современного мира.

1 В США известный политолог, Б. Рассет, разработал концепцию, согласно которой страны демократии, правительства которых несут ответственность перед избирателями, как правило, первыми не начинают войн, в конфликтной ситуации предпочитают выбор мирного решения. См . Russet В . Controlling the Sword. The Democratic Governance of National Security. Cambridge (Mass.)-London, 1990. В СССР считалось аксиомой, что природа советского общества и строя исключает его заинтересованность в развязывании войн.

Актуальность исследования проблем войны и мира в современной их постановке политической мыслью США, исключительно велика. От того, какие подходы к этим проблемам возобладают в США, самой сильной в военном отношении державе современности, ядре системы союзов, главным из которых является НАТО, во многом зависит будущее состояние системы международных отношений.

Именно на данном этапе мирового развития закладываются основы стратегии расширяющегося на Восток блока НАТО, определяются контуры военно-политических доктрин и направлений военного строительства США на XXI век. Очевидно, то, как они будут сформулированы, повлияет на содержание военных доктрин и направленность военного строительства других стран мира, в том числе и Российской Федерации.

При этом факты свидетельствуют, что надеяться на отказ от военных средств достижения политических целей со стороны США и их союзников, нет оснований. Напротив, в последние годы спектр целей, для достижения которых применяется военная сила, даже расширился: она применялась США для выполнения гуманитарной, миротворческой миссии "Возрожденная надежда" в Сомали, для утверждения демократии на Гаити, для нанесения ударов по центрам подготовки террористов в Судане и Афганистане и т.д. Как показал опыт войны 1999 г. в Югославии, которая не была официально объявлена, велась в условиях, когда формально на европейском континенте царил мир, политическая и военная элита США идет на принятие решений о применении военных средств достижения политических целей даже с большей легкостью, чем в период “холодной войны”.

Степень научной разработанности темы. В отечественной научной литературе особое внимание изучению вопроса о том, как политическая и военная мысль США рассматривает проблемы войны и мира, уделялось в период "холодной войны".

В работах, опубликованных в эти годы, очень сильный акцент делался на разоблачении политики США как однозначно агрессивной, что затрудняло понимание мотивов многих действий правящих кругов этой державы, вело к искаженному восприятию их отношения к про-

блемам войны и мира2 . В то же время, общие тенденции эволюции военно-политических доктрин, изменения приоритетов военного строительства, соответствовавшие сдвигам в понимании проблем войны и мира политической элитой США в целом, рассматривались многими авторами довольно подробно3 .

В конце 1940-х гг. в отечественной науке начинают утверждаться подходы, опирающиеся на идеи нового политического мышления. Они отражали надежду на возможность продвижения к модели безъядерного и ненасильственного мира, в котором спорные вопросы межгосударственных отношений решались бы на основе норм международного права, компромиссов, признания первостепенными общих для всех народов интересов, связанных с обеспечением выживания человечества4 . Соответственно, в рамках анализа воззрений американской политической науки возрастающее внимание стало уделяться выявлению тех подходов, которые были созвучны идеям М.С. Горба-

2 См., например, Кровавые следы американского империализма. М., 1982; Ларин В. Международные отношения и идеологическая борьба. (60-70-е годы). М., 1976. Листанное Ю. Апокалипсис из Вашингтона (США: оружие и политика). М., 1984; Шальнев А.А. "Звездные войны": что думают американцы. М., 1987, . Яковлев А.Н. От Трумэна до Рейгана. Доктрины и реальности ядерного века. М., 1984; Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. М., 1983.

3 Арбатов А. Г. Безопасность в ядерный век и политика Вашингтона. М.,1980; Давыдов В.Ф. Нераспространение ядерного оружия и политика США. М, 1980; Движущие силы внешней политики США. М., 1965. Долгополова Н.А. "Национальные приоритеты" США. Дебаты и политика. М., 1982; М., Загладим Н.В. Антисоветизм в глобальной стратегии империализма США. М., 1981. 1980; Кунина А.Е. Идеологические основы внешней политики США, М., 1973; Мельников Ю.М. Имперская политика США: истоки и современность. М., 1984.

Петровский В.Ф. Американская внешнеполитическая мысль. Критический обзор организации, методов и содержания буржуазных исследований в США по вопросам международных отношений и внешней политики. М, 1976; Попова Е.И. Внешняя политика США в американской политологии. М., 1987; Современная внешняя политика США. Т. 1,2., М., 1984; Современные внешнеполитические концепции США. М., 1979; Федосеев А.А. Современная американская буржуазная политология. Истоки, традиции, новации. М., 1989.

4. Одной из первых работ, где ставился вопрос о необходимости нового мышления, был труд Громыко А., Ломейко В. Новое мышление в ядерный век. М., 1984. Высказанные ими идеи развивались другими авторами. См., например, "Внешнеполитическая страте- , гия КПСС и новое политическое мышление в ядерный век" под ред. Загладила Н.В., М., 1988.

чева и его сторонников5 . При этом зачастую не учитывалось, что подобные подходы американской политологии в целом были несвойственны.

С завершением “холодной войны”, утверждением в России принципов идейного плюрализма, характер изучения и освещения взглядов политологииСША на проблемы войны и мира изменился. Интерес к ним в целом несколько уменьшился, основное внимание стало концентрироваться на вопросах взаимодействия с США в урегулировании локальных конфликтных ситуаций, уже не связанных с прошлым советско-американским соперничеством, а также сокращения стратегических ядерных арсеналов, предотвращения распространения ядерного оружия6 .

При рассмотрении проблем безопасности, их военным аспектам стало уделяться относительно меньше внимания. Большинство исследователей воздерживались от однозначных оценок политики США. Идеологизированные воззрения прошлых лет уже в основном, были преодолены, однако новый/ более взвешенный, научный подход еще не сложился. В то же время, в свете планов по расширению НАТО на Восток, в ряде работ стало отмечаться, что хотя военно-политическая мысль США в целом стремится учесть меняющиеся ре-

* Попова Е.И. Внешняя политика США в американской политологии. М., 1987; Рогов С.М. Советский Союз и США: поиск баланса интересов. М., 1989. Спасский Н.Н. новое мышление по-американски.// Мировая экономика и международные отношения, 1991, N 12. Удалов В.В. Баланс сил и баланс интересов.// Международная жизнь, 1990, N 5.

6 Арбатов А.Г. Становление внешней политики России и некоторые аспекты ее новой военной доктрины// Полис - 1994 - N 4; Арбатов А. Россия: национальная безопасность в 90-е годы.// Мировая экономика и международные отношения, 1994, N 8-9; Давыдов В Ф. Россия и США: проблемы взаимодействия и укрепления режима нераспространения ядерного оружия. М, 1997; Коллективная .безопасность-для России и СНГ. Под ред. Никитина А.Г. М., 1992; Концепция внешней политики Российской Федерации.// Динлематячееий вестшяс, 1993, январь, снешшьный вынусж; Поздняков Э.А. -Современные геополитические изменения и их влияние на безопасность и стабильность в мире//Военная мысль 1993 N 3.

альности мира, влияние взглядов времен “холодной войны”'"на большинство ее представителей еще остается сильным.7

Новую волну интереса к проблемам войны и мира, уже в преломлении к современным реальностям, вызвали расширение НАТО на Восток, события вокруг Югославии, военная операция, проведенная НАТО против Сербии, последовавшие за ней изменения в содержании военных доктрин США и НАТО. Так, в 1999 г. многие авторы основного издания отечественной американистики, журнала “США - Канада: экономика, политика, культура”, обратились к вопросу о том, как указанные проблемы понимаются в современной Америке. Например, по мнению В.А. Кременюка, по мере того, как правящая элита США укрепилась в понимании роли Соединенных Штатов как единственной сверхдержавы, стало меняться ее отношение к использованию военной силы в международных отношениях. Силовые акции стали восприниматься не только как оправданные, но и целесообразные8 . И.Ю. Жинкина считает, что в США постоянная готовность к войне рассматривается как ключевой фактор, благодаря которому остальные слагаемые национальной мощи приобретают реальную значимость а международных отношениях9 . Б.Н. Занегин полагает, что, победив в “холодной войне”, США перешли к политике “ультраколониализма”, установления контроля над мировыми ресурсами, достижению целей которой, в соответствии с представлениями К. Клаузевица, служат

7 См например, Богатуров А Д, Давыдов Ю П, Трофяменко Г А Российско-американские отношения испытание выбором//США ЭПИ-1996-N 9-10, Богатуров А., Кременкж В Современные отношения и перспективы взаимоотношений между Россией и Соединенными Штатами Америки // Независимая газета 1996,28 июня, Быков О США "Республиканская революция" и отношения с Россией // "Год планеты", выл 1995 года М., 1995, Корниенко В Закончилась ли "холодная война"? //Независимая газета, 1994,16 августа, Рахманинов Ю О причинах и возможных последствиях расширения НАТО // Международная жизнь, 1996, N 7 Рогов С Россия и США партнерство или новое отчуждение// Международная жизнь, 1995, - N 3

* Кременюк В.А США и окружающий мир. уравнение со многими неизвестными США -Канада, экономика, политика, культура, N 1,1999, с 7

' И Ю Жинкина. “Национальная мощь” государства как инструмент американской дипломатии США - Канада, экономика, политика, культура, N 9,1999, с 83 ''

войны. В качестве первой войны новой эпохи Занегин называет “Бурю в пустыне” - войну против Ирака 1991 г.10

В институте США и Канады РАН был также подготовлен ряд аналитических материалов11 г посвященных различным аспектам политики США в области обороны, развитию и финансированию отдельных военных программ. Эти публикации и материалы представляют значительный интерес для понимания взглядов правящих кругов США на роль военной силы в современном мире. В то же время, их авторы не ставили себе задачи - целостного раскрытия подхода, сложившегося в современных США, к вопросам войны и мира. Они затрагивают лишь отдельные ракурсы этой проблемы, причем многие точки зрения, как показано в работе, носят характер отнюдь не бесспорных гипотез, предположений.

Взгляды политологов США на проблемы войны и мира в ядерный век претерпевали определенную эволюцию по мере того, как менялось положение на международной арене, изменялись количественные и качественные показатели состояния арсеналов ОМП. В то же время, у ведущих представителей политологии США не возникало сомнений в том, что военная сила и ее использование совместимы с реальностями ядерного века. Современная американская политическая мысль продолжает опираться на подходы, разработанные в период "холодной войны" такими аналитиками, как 3. Бжезкнский, Г. Кан, Дж. Кеннан, Г. Киссинджер Г. Моргентауг у. Ростоу, Р. Страус-Хюпе. Обращение к их взглядам, при изучении современной политологии США, сохраняют актуальность, как для уяснения ее методоло-

10 Занегин Б.Н. США в региональных конфликтах: малые войны и большая политика. США - Канада: экономика, полшика, культура. N 8,1999.

11 Иванов Ю.А. Совет Национальной Безопасности США. Цели, прерогативы и функции СНБ. Информационно-аналитический материал, М, 1999; Иванов Ю.А., Носов М.Т., Ма-зинг В.А. США приступают к наращиванию военных расходов. Информационно-аналитический материал, М., 1999; Иванов Ю.А., Почуева Т.Ю. Администрация Клинтона, Конгресс США и внешняя политика, Информационно-аналитический материал, М., 1999; Смирнов Н.Е. Новая стратегическая концепция НАТО и место в ней стран-партнеров. Информационно-аналитический материал, М., 1999; Сутягин И.В. Основные программы создания в США систем противоракетной обороны. Информационно-аналитический материал, М.,1999 и др

гических основ, так и лучшего понимания эволюции взглядов политической элиты США на проблемы войны и мира, приемы и методы применения военной силы для достижения политических целей.12

Состояние современной политической мысли США раскрывают не только работы ведущих представителей политической науки, но и отражающие их взгляды, составленные с учетом их рекомендаций документы Белого дома, слушаний конгресса, материалы ЦРУ, объединенного комитета начальников штабов, в которых, с различных позиций, дается оценка роли фактора военной силы в реализации целей американской политики на международной арене в современных условиях. Особенность исследований проблем войны и мира состоит в том, что они, в значительной мере, носят прикладной характер, ориентированы на удовлетворение потребностей практики.13 .

12 См., например, Бэкезинский 3. Великая шахматная доска. М., 1998 Киссинджер Г. Ди-пяоматня. М., 1997. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? //Полис, 1994, N 1 Brzezinski Z. Alternative to Partition. For a Broader Conception of America's Role in Europe. New York, 1965; Brzezinsky Z. Between Two Ages. America's Role in the Technetronic Era. New York, 1970; Brzezinski Z. Game Plan: How to Conduct the U.S. - Soviet Contest. Boston-New York, 1986; Kahn H. Thinking about the Unthinkable. L.,1962; Kahn H. On Escalation, Metaphors and Scenarios. N. Y. 1965; Kennan G. On Dealing with the Communist World. New York, 1964; Kennan G.F. The Nuclear Delusion. Soviet-American Relations in the Atomic Age. London, 1984; Morgenthau H. Politics Among Nations. N.Y., 1948; Morgenthau H.I. A New Foreign Policy for the United States, N.Y., 1969; Rostow W. The United States in the World Arena. New York, 1960; Strausz-Hupe R. Geopolitics: the Struggle for Space and Power. N. Y., 1972.

13 Foreign Policy into the 21st Century: The U.S. Leadership Challenge. Washington, 1996; Clinton W. Foreign Policy Speech by President. White House, Washington, February 26, 1999; Clinton W. Address of President before the National Convention of Veterans of Foreign Wars and the 86th Meeting of the Ladies Auxiliary, White House, Washington, August 16, 1999; Joint Vision, 2010. Washington, 1996; A National Security Strategy of Engagement and Enlargement. The White House, Washington, 1996; Tenet G.I., Director of Central Intelligence. Statement Before the Senate Select Committee on Intelligence on Worldwide Threat in 2000: Global Realities of Our National Security, 2 February 2000. Internet, http://www.cia. gov/cia; Unclassified CIA Report to Congress on the Acquisition of Technology Relating to Weapons of Mass Destruction and Advanced Conventional Munitions. 1 Jan. through 30 June 1999. Internet, htta/Avww. cia.gov/cia и другие .

10

Для США, как и других стран демократии, типична активизация полемики между приверженцами различных направлений политической мысли, ассоциирующих себя с конкурирующими политическими партиями, в периоды приближения выборов. Так в США., в ходе предвыборной кампании 1996 г., затем с приближением президентских выборов 2000 г. общие вопросы внешней и оборонной политики, частные ситуации, связанные с использованием военной силы в региональных конфликтах, борьбе с терроризмом, и т.д. стали играть возрастающую роль в полемике между республиканцами и демократами. С учетом этого, большое значение имеет анализ публикаций научных центров, ориентирующихся на обслуживание интересов двух крупнейших политических партий США. В частности, особое внимание было уделено материалам журнала **Нью демократ" ("New Democrat") и Интернет-издания "Блупринт" ("Blueprint"), которые готовятся "мозговым центром" демократической партии. Институтом прогрессивной политики (PPI, Progressive Policy Institute).14 и публикациям Фонда наследия (Heritage Foundation), который тесно связан с руководством республиканской партии15 .

14 См . Gingrich К , Nunn S-, Rosner J., Odom W. How Big an Umbrella? Four Views on the Proposed Expansion of NATO.// The New Democrat, Vol. 8, N 4, July-August 1996; Manning R.A. New Age Interventionism.// The New Democrat, Vol. 6, N 1, August-September 1994; Krepon M. Defusing Today's Doomsday Machine.// Blueprint Ideas for a New Century. Winter 2000. Internet, fattp://www.dte.org/blueprint: Marshall W. Democratic Realism: The Third Way. //Blueprint...Nunn S. Get Ready for Cyberwar. //Blueprint... Nye J.S. jr. Shaping the New Pacific Triangle. //Blueprint... Owens W.A. Revolutionizing Warfare. /Blueprint... Penn J. People to Government: Stay Engaged. //Blueprint... WilsonP.A! Terror in Cyberspace.// Blueprint...ts Anderson J.H., Senate Opportunities to Strengthen NATO Enlargement.// The Heritage Foundation Executive Memorandum, Washington, N 509, February 23, 1998. Blank S., Cohen A., Dobriansky P. et al. The State of Russian Foreign Policy and U.S. Policy Toward Russia. //The Heritage Foundation Lectures, Washington, N 607, April 6, 1998. Feulner EJ. What are America's Vital Interests? //The Heritage Foundation Lectures, Washington, N 557, February 6, 1996. Fisher R. China Increases Its Missile Forces While Opposing U.S. Missile Defense.// The Heritage Foundation Backgrounder, Washington, N 1268, April 7, 1999. Holmes K.R., Beach W.W., Anderson J. H. Et al. Mounting World Crisis: Can Clinton Cope? //The Heritage Foundation Lectures, Washington, N 628, November 20, 1998. Holmes K.R. Secretary Kohen's Missile Defense Proposal: Break Through or Hollow Promise? //The Heritage Foundation Executive Memorandum, Washington, N 568, Jan. 29, 1999. Johnson B. The New Space Race. Challenges for U.S. National Security and the Enterprise. //The Heritage Foundation Backgrounder, Washington, N 1316, August 23, 1999. Phillips В ., Anderson J. Lessons from war in Kosovo.// The Heritage Foundation Backgrounder, Washington, N 1311, July 22, 1999. Quayle D. The

Объем и предмет исследования. В качестве объекта исследования избрана проблема войны и мира в ее постановке и отражении политической мыслью США.

Предметом исследования выступает разработка американскими политологами общих, концептуальных подходов к проблемам войны и мира в ядерный век, основанных на них рекомендаций военно-политического характера, обращенных к правящим кругам.

Цель и задачи исследования. Основная цель исследования состоит в том, чтобы показать, как политическая мысль США подходит к решению проблемы войны и мира на рубеже тысячелетий.

Соответственно, в исследовании решаются следующие конкретные задачи.

Во-первых, определяется баланс новаторства и преемственности современной политической мысли США и воззрений американской политологии периода "холодной войны", выделяются основные методологические принципы подхода политологов США к проблеме войны и мира в ядерный век.

Во-вторых, анализируются и сопоставляются существующие в политической науке США различные точки зрения на возможность использования фактора военной силы в современном мире для достижения целей политики США на международной арене.

В-третьих, рассматриваются взгляды, сложившиеся в современной политической науке США на перспективы изменения роли военной

Duty to Lead: America's National Security Imperative.// The Heritage Foundation Lectures, Washington, N 630, January 21,1999. Spencer J. The ABM Treaty and Missile Defense before the Senate Foreign Relations Committee. //The Heritage Foundation Backgrounder, Washington, N 1302, June 29, 1999. Spencer J. Assessing the Intelligence Community's Report on the Missile Threat// The Heritage Foundation Backgrounder, Washington, N 1329, Sept. 29, 1999. Spring B. Maintaining Momentum for Missile Defense.// The Heritage Foundation Backgrounder, Washington, N 1288, June 1, 1999. Spring B. The ABM Treaty with Russia: The Treaty that Never Was.// The Heritage Foundation Executive Memorandum, Washington, N 610, July 6, 1999. Spring B. The President on National Missile Defense: Of Two Minds and no Comments. //The Heritage Foundation Executive Memorandum, Washington, N 616, July 30, 1999. Spring B. The Comprehensive Test Ban Treaty and U.S. Nuclear Disarmament.// The Heritage Foundation Backgrounder, Washington, N 1330, Oct. 6,1999 и др. работы.

12

силы в качестве инструмента политики, возможность продвижения к более безопасному и гуманному миропорядку.

Теоретико-методологические основой исследования было творческое применение к реальностям ядерного века выводов К. Клаузевица, а также тех теоретиков, которые, несмотря на различия их взглядов, внесли существенный вклад в развитие его представлений о связи войны и политики, соотношении военных усилий с характером поставленных политических целей применительно к условиям ядерного века (в частности, Г. Киссинджера, Г. Кана, Г. Морген-тау, Б. Рассела, и др.)

В методологическом плане, широко применялись методы: дескриптивный (описательный); сравнительно-сопоставительного анализа различных точек зрения, представленных в политологии США; диалектический метод, позволявший соизмерять эволюцию взглядов экспертов с изменениями объективных реальностей международной жизни, военно-технических факторов, различных групп интересов; системный подход, благодаря которому развитие теоретических концепций сопоставлялось с содержанием основанных на них военно-политических доктрин, связанных, с ними интересов; конкретно-исторический подход, раскрывающий обусловленность теоретических посылок реальностями положения на международной арене, иными переменными факторами.

Научная новизна исследования определяется, во-первых, тем, что рассматривается широкий круг источников, работ политологов США, документов и материалов, раскрывающих отношение правящей элиты США к проблемам войны и мира, использованию военной силы в современных условиях, многие из которых впервые вводятся в научный оборот.

Во-вторых, впервые на уровне научного исследования проводится сопоставление идейно-теоретических воззрений, обсуждавшихся и разрабатывавшихся экспертами "мозговых центров" демократической и республиканской партий к президентским выборам 2000г.,, в США.

13

В-третьих, раскрывается ранее не освещавшееся отечественной наукой содержание поисков политической мыслью США, ориентирующейся на демократическую партию, "третьего пути" в подходе к основным вопросам международной жизни, в том числе войны и мира, отвергающий как традиционную опору преимущественно на военную мощь, так и пацифистские взгляды, отвергающие ее использование.

В исследовании, в частности, отмечается, что в целом, политическая наука США исходит из того, что войны будут непременным спутником человечества и в XXI веке, а военная мощь сохранит свое значение инструмента достижения политических целей. При этом делается вывод, что представления политологов США о возможностях и характере использования военной мощи, в значительной мере, продолжают основываться на опыте и представлениях времен "холодной войны" когда грань между мирными и военными средствами достижения политических целей была, в значительной мере, стертой. В то же время, в современных условиях, американская политология придает возрастающее значение военным операциям, связанным с осуществлением так называемых миротворческих, гуманитарных миссий. Академико-политическая элита США склонна считать оправданным такой инструмент достижения целей политики, как необъявленные войны, которые ведутся с ограниченным использованием военной мощи, сочетаются с дипломатическими, экономическими и идеологическими методами воздействия на оппонента. В то же время, военные вопросы и военная мощь, проблемы ее сокращения рассматриваются как объект политического диалога, который содействует упрочению международной безопасности.

При рассмотрении концепции "третьего пути", развиваемой политологами, разделяющими позиции руководства демократической партии США, администрации Б. Клинтона, делается вывод, что этот путь связан с разработкой методов, ориентирующих на исключение крайних, ошибочных вариантов политики. Работу над параметрами этого пути политология США еще не завершила, но в общих контурах, согласно взглядам его сторонников военная сила рассматривается как инструмент защиты не только национальных интересов США,

14

но и утверждения принципов нового миропорядка, защиты гуманистических, демократических идеалов. Не меньшее значение, наряду с военными, придается дипломатическим, экономическим рычагам воздействия на союзников и потенциальных оппонентов США. В дополнение к попыткам их "сдерживания" от шагов, противоречащих интересам Соединенных Штатов, считается важным вовлекать их в позитивный диалог, добиваться расширения их участия в программах международного сотрудничества.

Практическая значимость работы определяется актуальностью и новизной ее выводов. Материалы диссертации могут быть использованы как при дальнейшем, углубленном теоретическом анализе проблем войны и мира в ядерный век, так и при изучении конкретных проблем, связанных с современной политикой США на международной арене, тенденциями изменения военных доктрин и военного строительства в этой стране, прогнозировании политики США, под углом зрения вероятности применения военной мощи в отдельных конфликтных ситуациях. Политологический взгляд на разработку проблем войны и мира в США может быть полезен при изучении вопросов, связанных с формированием и уточнением содержания военной доктрины Российской Федерации, рассмотрении вопросов ее военного строительства.

Материалы работы, с учетом актуальности проблем войны и мира в современных условиях, могут найти применение и в учебном процессе, при подготовке лекционных курсов, учебно-методических работ, спецкурсов по политологии.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования нашли свое отражение в трех публикациях в научных изданиях, автор выступил с научным сообщением на заседании кафедры политологии и социологии МЛГУ в марте 2000 г. Ш&-, П.СТРУКТУРА И СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Структурно, диссертационное исследование включает введение, три главы, заключение и список литературы.

Во введении обосновывается актуальность исследования, определяются его цели и задачи, объект и предмет, теоретике-

15

методологическая основа, характеризуется степень изученности темы в научной литературе, выделяются научная и практическая значимость диссертации, апробация ее результатов.

Первая глава, "Идейно-теоретическое наследие “холодной войны” в политическом мышлении США", посвящена формированию в политологии США представлений о допустимых в ядерный век формах и методах применения такого инструмента политики, как война, военная сила.

В первом параграфе, "Концепции 1940-50-х гг. о проблемах допустимости применения военной силы в ядерный век", показано, как повлияли на представления таких американских теоретиков внешней и оборонной политики, как Г. Моргентау, Дж. Кеннан, У. Липпман, Р. Нибур и других, перемены на международной арене, связанные с крушением ядерной монополии США, появлением у СССР МБР, достигающих территории США.

В работе отмечается, что в годы "холодной войны" военная сила непосредственно применялась США во многих конфликтных ситуациях, при этом масштаб и характер ее применения (вспомогательная роль, выполнение транспортных операций, демонстрации мощи, установление блокады, ограниченные боевые операции, широкомасштабные боевые действия) определялся уровнем эскалации конфликта. При этом вплоть до рубежа применения ядерного оружия, военная сила рассматривалась политической мыслью США как такое же нормальное средство политики, как дипломатическое, экономическое, идеологическое давление, специальные операции, использование которых не требовало формального объявления войны.

В диссертационном исследовании сделан вывод, что американская политология в годы "холодной войны" отошла от присущей политической мысли прошлого дихотомии "мир-война". Состояние международных отношений характеризовалось, прежде всего, в категориях противоборства большей или меньшей интенсивности. Единственный барьер на пути эскалации конфликтов, который для политологов США представлялся значимым, был связан не с переходом от мира к войне, а с применением ядерного оружия.

16

Во-втором параграфе, "Идея “ядерного сдерживания” и ее эволюция" отмечается, что, признав еще в 1950-е гг. иррациональность угроз тотального применения военной силы в ядерной войне, теоретики внешней политики США (в частности, Р. Барнет, А. Вольтштеттер, Г. Кан, Г. Киссинджер, Д. Ньюктерлейн, П. Нитце, Р. Хилсмэн и др.) продолжали считать, что она имеет политическое значение. Эта угроза была основой проведения политики "сдерживания" оппонента от действий, которые могли бы нанести урон жизненно важным интересам Соединенных Штатов. Существование угрозы "массированного возмездия" обеспечивало прикрытие ограниченному применению военной силы в локальных конфликтах, обозначало высший, возможный предел их эскалации.

В третьем параграфе, "Опыт диалога с потенциальными оппонентами в решении проблем войны и мира" отмечается, что в годы разрядки, в условиях паритета, политическая мысль США обосновала возможность применения военной силы, систем оружия, угроз их качественного совершенствования, для торга в переговорном процессе, в котором существовали возможности "обменять" уступки в военных вопросах на выгоды экономического, политического, гуманитарного характера.

Сравнение взглядов советских и американских политологов на проблемы войны и мира не входило в задачи настоящей работы. Тем не менее, высказывается предположение, что в США сложился более гибкий подход к проблемам войны и мира, что обеспечило американской стороне определенные преимущества в "холодной войне".

Это особенно проявилось в конце 1980-х гг., когда в СССР появились надежды на возможность продвижения к модели безъядерного и ненасильственного мира, в котором спорные вопросы межгосударственных отношений решались Оы на основе норм международного права, компромиссов, признания первостепенными тех общих для всех народов интересов, которые связаны с обеспечением выживания человечества. Уязвимость концепции нового политического мышления состояла в том, что ее авторы исходили из классического противопоставления войны и мира, полагая, что неприемлемость перспекти-

17

вы ядерной войны, не оставляет иной альтернативы, кроме упрочения мира.

Теоретиками внешней политики США ситуация воспринималась иначе. Ими признавалось наличие общих интересов в предотвращении глобальной ядерной войны, достижении мира в отдельных очагах локальных конфликтов, развитии взаимовыгодного сотрудничества в решении проблем экологии, освоении космоса и т.д. Однако наличие таких интересов не рассматривалось, как подразумевающее нечто большее, чем стимул к более жесткому контролю над степенью интенсивности противоборства, с тем, чтобы свести до минимума риск перехода на такой его уровень, на котором начинается обмен ядерными ударами. "Сдерживание", даже в условиях, когда в военном отношении рассчитывать на победу в ядерной войне не приходилось, рассматривалось как сохраняющая жизненность политическая концепция, обозначающая верхний, недопустимый "порог" эскалации противоборства.

Завершение “холодной войны” было признано политологией и правящими кругами США не ранее, чем исчезла ее основная причина: существование двух систем союзов, связанное с приверженностью составлявших их государств несовместимым принципам организации экономической жизни.

Во второй главе диссертации "Полемика в США по вопросам "вызовов" и использования военной силы в современном мире" констатируется, что академико-политическая элита США, после завершения "холодной войны", сочла, что основным ее итогом является утверждение американского "мирового лидерства", сохранение которого становится основной целью политики. Анализируются расхождения во мнениях, по вопросу о том, должны ли США стремиться к созданию системы нового миропорядка, в котором они будут играть роль центрального, ведущего и направляющего звена, или же для сохранения лидерства им достаточно поддерживать статус первой, самой могущественной державы мира, В то же время отмечается, что, все без исключения американские аналитики, отводят военной силе роль важнейшего средства достижения целей политики, при

этом спектр ее применения, по сравнению с периодом "холодной войны", расширился.

В первом параграфе, "Проблема "вызовов" США и ее оценка американской политической наукой" отмечается, что географический охват сферы интересов США, как единственной сверхдержавы, расценивается в Вашингтоне как поистине глобальный, ведет к увеличению числа ситуаций, которые характеризуются как "вызовы" на которые надо реагировать. Выражая опасения по поводу возможных непредсказуемых поворотов в политике России и Китая, (в частности, этому аспекту придают особое значение 3. Бжезинский, П. Добринский, С. Бланк, М. Кейдж, А. Коэн) американские политологи все большее внимание начинают уделять новой угрозе, связанной с появлением новых обладателей ОМП и средств их доставки, как стран, так и международных террористических, преступных группировок. Считается, что против подобного противника методы "сдерживания", основанные на угрозе ответного применения ядерного оружия могут оказаться малоэффективными.

Во втором параграфе, "Использование военной силы в локальных конфликтах: теоретические и практические аспекты" отмечается, что, лишившись противовеса в виде противостоящей "сверхдержавы", ощущая практическую безнаказанность, правящие круги США стали допускать использование военной мощи даже в ситуациях, когда не затронуты жизненно важные интересы страны. Оценка целесообразности подобных вмешательств стала предметом острой дискуссии между аналитиками Фонда наследия, Предпринимательского института и иных центров разработки идеологии и политики республиканской партии и экспертами основного "мозгового центра" демократов, Института прогрессивной политики.

Критики политики администрации Клинтона (такие, как Р.Мэннинг, Е. Фелнер, Д. Филипс, Д. Андерсон и др.) отмечали, что необъявленные войны, ограниченные применения военной силы, осуществляющиеся при формальном сохранении мира, мотивирующиеся интересами утверждения нового, более гуманного миропорядка или защитой национальных интересов США, становятся наиболее распро-

19

страненной формой войн в современных условиях, стирающей грань между состоянием мира и войны еще s большей степени, чем это было в годы "холодной войны". Все это ведет к увеличению числа стран, которые оказываются заинтересованы в создании собственных сил "сдерживания" Соединенных Штатов от военных вмешательств. Готовность следовать нормам права, выполнения и уважения международных обязательств, интересов безопасности других государств в мире, где лидирующая держава обращается к применению силы без каких-либо ограничений, естественно уменьшается. Одновременно, возрастает опасность применения ОМП в локальных конфликтах региональными державами друг против друга. Все это делает мир не менее, а более опасным и нестабильным.

В параграфе, озаглавленном "Взгляды политологов США на роль и перспективы сокращения стратегических вооружений в современном мире" отмечается, что академико-политическои элитой США разрабатываются рекомендации относительно комплекса мер, призванных уменьшить опасность распространения ОМП, сделать мир более безопасным. Для достижения этой цели, в частности, предлагается использовать диалог с Россией и Китаем, особенно с Россией, которая рассматривается политологами США как наиболее крупная ядерная держава, потенциальный центр распространения технологий производства ОМП, расщепляющихся веществ.

Параллельно с диалогом, предлагается и осуществление односторонних мер, повышающих безопасность территории США, таких, как создание системы ПРО, способной служить "щитом" от региональных "сверхдержав" обладающих небольшим запасом ОМП и средств его доставки. Отмечается, что хотя политическая мысль США и признает, что подобные меры не решают проблем, связанных с риском распространения ядерного и иного оружия массового поражения, практически возражений против этого проекта нет. Спектр различий во мнениях невелик, он сводится к полемике о том, насколько значимыми следует считать возражения таких стран, как Россия, Китай и ряда других против реализации данного проекта.

20

Глава третья диссертации, "Политическая наука США о факторах военной силы в системе миропорядка XXI явка" призвана показать, как современная политическая мысль США, ориентирующаяся на две основные политические силы страны, республиканскую и демократическую партию, представляет себе роль военной силы, войны как инструмента политики наступившего столетия.

В параграфе "Политология США о перспективах демократизации и гуманизации международных отношений" отмечается, что в политической элите США сформировалось два различных подхода к оценке роли военной силы в мире XXI века.

Взгляд, разделяемый большинством теоретиков республиканской партии, который можно охарактеризовать как традиционный, состоит в том, что США, как крупнейшая мировая держава с глобальными интересами, развитой системой союзов, должна, в первую очередь, поддерживать высочайший уровень военной мощи. Функция последней, в этом случае, определяется в категориях "сдерживания" стран, способных быть потенциальными противниками от действий, наносящих ущерб жизненно важным интересам США.

В то же время, и в академическом сообществе, и в правящих .кругах США в целом существует понимание того, что военная мощь в мире XXI века - инструмент далеко не всегда адекватный тем задачам политики, к решению которых объективно стремится каждое государство современного мира, не исключая и США. Взгляды администрации Б. Клинтона и ее приверженцев в среде академической элиты, споровиков идеи "третьего пути" в политике, акцентируют внимание на факторах взаимозависимости мира, предполагая, что их можно использовать для упрочения лидерства США. Предлагая структурировать новый миропорядок, в который со временем войдут не только США -и их союзники, но и -государства, пока расценивающиеся как потенциальные противники, администрация считает, что далеко не только военная сила может служить обеспечению лидерства США.

Заинтересованность тех стран, политическое будущее которых воспринимается из Вашингтона как еще не определившееся, а также

21

недружественных США государств в развитии нормальных взаимовыгодных, экономических, научно-технических, культурных связей, партнерства в мерах по укреплению безопасности, рассматривается в США как важный инструмент обеспечения американского лидерства.

В параграфе "Эволюция системы союзов США и их роли в мире XXI века в суждения американских политологов" выделяется такой ключевой инструмент политики США, направленной на укрепление американского мирового лидерства, как система союзов. Отмечается, что американские политологи отводят этой системе особую роль, рассматривая ее, помимо прочего, как инструмент "сдерживания" тех союзных стран, которые, при иных условиях, могли бы бросить вызов лидерству США (в частности, 3. Бжезинский, У. Одам), как источник дополнительных ресурсов и влияния. Вопрос целесообразности расширения системы союза, особенно НАТО, вызывает определенные споры. В то же время, преобладающей является та точка зрения, что как функции, так и географический охват структур НАТО должны расширяться, при этом большое значение приобретает учет и уважение стремлений союзников США к большей самостоятельности (Л. Даймояд, В. Маршалл, Д. Розен).

В параграфе, посвященном основным принципам военно-стратегического планирования в США на период до 2010 года, отмечается, что в американской политологии выделяется два основных подхода к задачам развития вооруженных сил США.

Согласно воззрениям теоретиков, близким к республиканской партии, вооруженные силы, должны в первую очередь быть готовыми для выполнения политической, по сути дела, миссии "сдерживания" против сильного потенциального противника, включать сильный стратегический компонент, устрашающие по численности и боевой мощи силы, оснащенные обычным оружием. Администрация Б. Клинтона и ее сторонники в академическом истеблишменте исходит из того, что война, (объявленная или необъявленная), военные действия, являются одним из инструментов политики, который может применяться, наряду с экономическим, дипломатическим воздействием не только для "сдерживания", но и для решения текущих, более кон-

22

кратных задач (поддержка гуманитарных операций, выполнение миротворческих миссий, операций по поддержке демократических режимов) . Соответственно, считается, что армия, призванная служить инструментом построения "нового миропорядка", должна включать, помимо сил "сдерживания", небольшие по численности мобильные части, способные выполнять широкий спектр задач в любом районе мира, самостоятельно или совместно с союзниками. Переход именно к такой армии намечен директивами ОКНШ, ориентированными на перспективу 2015 г.

В заключении подводятся итоги исследования. Отмечается, что после "холодной войны" пацифистские взгляды, отвергающие приемлемость войны как средства политики, в США не утвердились, их разделяет меньшинство политологов. Политическая мысль США, в целом, исходит из того, что опыт политики "сдерживания" стран, являющихся потенциальными оппонентами от действий, ущемляющих национальные интересы США, применим и в XXI веке. В то же время, теоретики, близкие к администрации В. Клинтона стремятся найти новый подход к вопросам войны и мира, адекватный новым условиям .и .положению США в мире. При этом принципиально важно, что боевое применение военной мощи, война признаются допустимым средством политики для обеспечения практически любых, не только жизненно важных интересов. Тем самым, грань между военными и невоенными средствами достижения целей политики, как и раньше, в политическом мышлении американского истеблишмента, оказывается стертой, он продолжает мыслить категориями допустимости применения силы в любых конфликтах.

Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях,.

1. ПРОБЛЕМА ВОЙНЫ И МИРА В ЯДЕРНЫЙ ВЕК: НАСЛЕДИЕ “ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ” В ПОЛИТИЧЕСКОМ МЫШЛЕНИИ США, 0,5 п.л. В сборнике научных трудов факультета социологии, экономики и права МПГУ, "социально-гуманитарные науки и проблемы комплексного исследования российского общества", М„,20?),0,. С. .106-112.

2. ВОЙНЫ В ЗАЩИТУ МИРА и ДЕМОКРАТИИ: ПЕРСПЕКТИВА XXI ВЕКА? 0,5 п.л. (в соавторстве с Загладиным Н.В.) В сборнике научных трудов факультета социологии, экономики и права Mill'У "Проблемы социально-гуманитарных наук на исходе XX века", М., 1999. С. 132-137.

3. “ХОЛОДНАЯ ВОЙНА”: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ОСМЫСЛЕНИЯ В ПОЛИТОЛОГИИ США, 0,4 п.л. В сборнике научных трудов факультета социологии, экономики и права МПГУ "Социальные, гуманитарные науки на рубеже XXI века", М., 2000. С. 45-50.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ